Нам и не снилось

— За прошлую неделю у нас было полторы тысячи просмотров, 586 лайков и 32 дизлайка, — сказала Санечка, глядя в бумажку, — 58 комментариев… — Вот давайте только их не зачитывать, — поморщилась Ягиня, царицей восседавшая во главе длинного стола для совещаний. Остальные присутствующие из команды «креативных единомышленников» разместились по обе стороны стола. По правую руку директорши — Ангелина, вполоборота к Ягине, сияя винировой улыбкой и внушительным бюстом, готовым выпрыгнуть из V-образного декольте. Потом Вова-оператор, в этот вырез жадно заглядывающий. За ним — я, только вчера приехавшая из Сочи и попавшая с корабля на бал. Слева от Ягини — Александра, бледная до синевы, с черными полукружьями под глазами, которые даже косметика не смогла замаскировать. И, как мне показалось, ещё более похудевшая. Рассмотреть её толком мне мешала Яна, сидящая возле Санечки и нагло взирающая на меня. И она, и этот её взгляд меня выбешивали! Хотелось так же беспардонно смотреть на неё, но мешало присутствие Саши. Одна лишь мысль о том, что она увидит меня, вперившую взгляд в эту модель, гнала краску к моим щекам. «Вот пиявка! Присосалась! Чуть башку свою Саше на плечо не положила…» — я бросила взгляд на свою соперницу и тотчас его трусливо отвела, столкнувшись с глазищами, которые смотрели на меня так надменно! — «И эти губы, накачанные силиконом… — они же, наверное, как резиновые… Как Александре не противно её целовать?!» — я остановила взгляд на Санечке, что сидела, втупившись в свой еженедельник. На директоршу я тоже почему-то не могла смотреть открыто. Лишь изредка бросала косые взгляды. Выглядела она уставшей. — Результаты очень обнадёживающие! Ещё раз хочу поблагодарить Александру Павловну и Ирину Николаевну за отлично проделанную работу. Так держать! — Серые глаза метнулись ко мне. — Глупо было бы прекращать такой перспективный проект, — ладонь Ягини стукнула по столешнице, словно поставив восклицательный знак. — Не зря говорят: «Куй железо, пока горячо!» — она оглядела всех присутствующих. — Вот этим мы с вами и займёмся! На озадаченные взгляды сотрудников ответила своей фирменной, обнажившей клыки, улыбкой хищника. — Чтобы привлечь как можно больше потенциальных клиентов, мы продолжаем работу над этим проектом. Но… — последовавшая пауза заставила меня напрячься, — в несколько ином формате. — Первый этап носил, скорее, ознакомительный характер. То есть как бы взгляд со стороны… На следующем же мы покажем сельскую глубинку, так сказать, с изнанки. Чтобы нашему урбанизированному современнику захотелось испытать себя в роли сельского жителя! — Это мы что, в село жить поедем? — хихикнул Вовка. — В яблочко! — кивнула головой Ягиня. — Я не поеду! — взвизгнула Ангелина. — Не вопрос, — отрезала директорша. — Заявление на увольнение по собственному желанию, и можете не ехать. — Но, Анна Николаевна! — секретарша подалась вперёд, возложив увесистую грудь на стол. Проигнорировав её вопль, Ягиня продолжила: — На этот раз мы постараемся создать некое шоу, — её улыбка стала ещё шире. — Две наши прекрасные ведущие Ангелина и Янина… — Я — Яна, — фыркнула модель. — Попрошу не перебивать, — Анна Николаевна метнула взгляд в сторону недовольной. — Наши ведущие Ангелина и Янина — как записано в вашем паспорте — попробуют себя в роли сельских жительниц. — Это как? — голос Янины по холоду не уступал Ягининскому. — Очень просто: делать ту же работу, что и сельские женщины. — Это что, мне надо будет на лошади ездить?! — глаза секретарши стали круглыми, как пятаки. — И в избы горящие входить, — вдруг выдала я. — Да?! — она повернула голову в мою сторону. — Ангелина, успокойтесь, пожалуйста. Это Ирина Николаевна так шутит… — Вообще-то это Некрасов, и писал он на полном серьёзе. Но это миссия для избранных. — Женщины-пожарные? — догадалась Ангелина. Санечка прыснула. На моём лице расползлась радостная улыбка: она оценила мою шутку. — Я пожарной не буду! Вон пускай она и идёт, — кроваво-красный Ангелинин ноготь указал на меня. — Тем более, что она врач… Саша рассмеялась в голос. Я тоже. — Сейчас же прекратите! Планёрку в балаган превратили, — голос директорши звенел от сдерживаемого смеха. — Ирина Николаевна едет в качестве помощника оператора и врача, конечно. — А зачем нам врач? — подала реплику Яна. — Всякое бывает, — уклонилась Ягиня, помрачнев лицом. Видимо, вспомнила, как свинью пыталась удержать. — Для подстраховки… — То есть мы будем там делать работу, связанную с риском для здоровья? — не унималась Яна. — Что вы имеете в виду? — Ягининской весёлости как и не бывало. — Откуда мне знать, — пожала та плечами, — я в селе никогда не жила. — По статистике, городской житель в разы больше, чем сельский, подвержен стрессам, неврозам, риску расстаться с жизнью. Так что рассматривайте вашу двухнедельную командировку как отпуск. Точнее, половину, — поправилась директорша, — вторая ожидает участников проекта… — эффектная пауза — на Кипре! Ягиня дала нам минутку, чтобы прийти в себя, и продолжила: — Все детали в этих папках. Каждая команда, а их две, должна ознакомиться с их содержимым. На ознакомление и возможные вопросы у вас два дня. — Володя, Борис сломал руку. Если тебе нужен помощник, дашь знать, — обратилась к оператору. — А с кем я в команде? — завертел тот головой. — С Ангелиной. — Да?! — выдохнул радостно, глотнув так, что кадык ходором задёргался на тонкой шее. — Не-е-е, я сам справлюсь! — Ну смотри, у тебя два дня на раздумье. Держите, — протянула Алине зелёный файл. — И вам — голубую папочку — Александре. — Жду вас в четверг с вопросами, замечаниями здесь же, к девяти ноль-ноль. «Офигеть! Ну Ягиня и утворила?! Что там ещё в этой папке? — я посмотрела на ровную, словно с проглоченным колом, спину шагающей впереди меня Янины, закрывающей собой Сашину щуплую фигурку. — Вот гадина! Даже в коридоре меня от Санечки оттолкнула!» Почти всегда дремавшая во мне шадринская решительность вдруг проснулась и заставила кулаки сжаться. Я почувствовала неимоверное желание ударить под коленки эту заразу, чтобы её ноги-ходули в узеньких белых штанишках подогнулись и моделька грохнулась о плитку… Или наступить «нечаянно» носком на пятку золотистой сандалеты, чтобы… — Аккуратней! Как слон! — оказывается, я не заметила, что мы пришли к нашему кабинету, и ткнулась в Яну. Проигнорировав реплики, я обогнула её по касательной и как бы нечаянно пихнула. — Щас как тресну! — обозвалась та. — А ну попробуй… — Сейчас же прекратите! — раздался Санечкин сердитый окрик. — Было бы что делить, — долетело уже из кабинета. — Крыса! — Выхухоль! — не осталась я в долгу. — Что?! — Кто! Водяное животное из семейства кротов с тёмно-бурым мехом, — указала я на её крашеные волосы. — Посмотри в Википедии фото. Вы очень похожи… — Вам что, нужно отдельное приглашение?! — Саша стояла в дверном проёме. Мы послушно и молча вошли в кабинет под её надзором. — Так как по-человечески вы не понимаете, я приказываю прекратить все распри и выяснение отношений! — на миг мне показалось, что это сказала Ягиня — таким стальным был Санечкин голос. — Мы — команда, перед которой поставлена задача. Наша цель — выполнить её как можно лучше! Тем более, что это изначально ваша идея, Ири… на Николаевна! Я дёрнулась, словно мне дали пощёчину. — Слушаюсь, Александра Павловна, — прошелестела я в ответ. Стало неимоверно стыдно! — Я прошу вас извинить меня за всё, что случилось! Во всём виновата я! — сказала Александра. — И она! — Янин указательный палец с золотистым заостренным когтем обвинительно нацелился на меня. — Как крыса пролезла в наши отношения! — Я не лезла в ваши отношения! — повернулась я к обвиняющей. — Я вообще не знала, что они у вас есть!.. — мой рот захлопнулся, словно дверца на пружине, больно ударив по мозгам: «А ведь я косвенно Санечку обвинила и уличила во лжи!» — Ты скрыла! — злой Янин голос словно вот-вот брызнет истерикой. — Ты обманывала, говорила, что никого, кроме меня, у тебя нет… — словесные камни полетели в Сашу, которая сидела, вжав голову в плечи, жалкая до невозможности. Хотя по логике вещей, жалеть вроде бы как нужно Яну… Но вот не могу! Настолько она мне неприятна своей надменностью, высокомерием, наглостью… — Яна, если бы наши отношения были… — руки Александры передвигали файл, ручку, телефон, — настоящими, я имею в виду искренность, то есть, — лицо её нахмурилось, — я не могу это объяснить, но никто не смог бы их разрушить, — карие глаза смотрели на нас чуть ли не с вызовом. — Что ты хочешь сказать?! — Яна схватилась со стула, подскочила к столу и упёрлась в столешницу руками. Застыла, наклонившись к Санечке, словно бычок, собравшийся бодаться. — То есть — настоящими? Это как?! — Не знаю! — выкрикнула та в ответ. — Но не так, как было у нас! Я смотрела на это с колотящимся у горла сердцем и, не сдержав порыв, выкрикнула: — Да не любит она тебя, Янина! Отстань от неё! Как можно быть такой тупой!.. Яна пружиной подскочила ко мне: — Заткнись! Поняла? Нашлась тут умная! Не лезь в нашу жизнь! Она тебя, — ноготь-коготь ткнулся мне в солнечное сплетение, — не любит! Крыса! Всё сломала! — шипела, плюясь слюной в меня. Её руки вдруг схватили мои волосы и больно дёрнули. — Ай! Вообще офигела! — я обхватила тонкие запястья, пытаясь освободиться. — Сейчас же прекратите! Совсем с ума сошли! — Саша кинулась отдирать руки напавшей. — Яна! Да отпусти же ты Иру! — Пусть не лезет в нашу жизнь! Крыса! Что ты в ней нашла?! Чучело! — зло визжала модель, наконец-то отодранная от меня. — На себя посмотри! Кукла искусственная! Без макияжа и глянуть страшно! — не осталась я в долгу, вскочив со стула и двинувшись в сторону оскорблявшей. Саша встала между нами, раскинув руки в стороны: — Вы сейчас же пишете заявления на увольнение! Эти слова нас мгновенно остудили. — А чего это я должна писать заявление?! Пусть она пишет! — кивок в мою сторону. — А вот это видала! — скрутив фигу, я ткнула её в сторону Яны. Гнев во мне бурлил такой, что не будь Саши между нами, я бы разорвала эту модельку! — Да прекратите вы! — завизжала вдруг Санечка. Пошла к дивану. Села сгорбившимся комочком. — Или мы работаем одной командой, или же увольняемся. Все трое. Альтернативы нет. Но я не хочу бросать этот проект! Я люблю свою работу. Я не хочу, понимаете?! — в голосе её звенели слёзы. — Анна Николаевна не согласится менять состав группы. Девочки, пожалуйста, я вас прошу, давайте работать! Ну хотите, побейте меня! — она встала. Маленькая, тоненькая как тростиночка. У меня клубок подкатил к горлу: — Извините меня за всё! Я тоже хочу работать над этим проектом. Я обещаю держать себя в руках, — я проговаривала слова, глядя в огромные карие глаза, неотрывно смотрящие в мои, чувствуя, как протягивается незримая тонкая нить взаимности между нами. Вдруг захлестнуло радостным предчувствием, что всё будет хорошо! Я повернулась к модельке: — Яна, извини меня. Я обещаю вести себя корректно. Та буркнула в ответ что-то неразборчивое. — Что? — спросили мы с Санечкой в унисон. — Ничего! Я не собираюсь увольняться! — Значит, работаем в команде? — спросила Саша устало. — Работаем. — Яна прошествовала к дивану и уселась, закинув ногу за ногу.