Возрождение демона

Спальни факультета Слизерин располагались в подземелье. Старосты Маркус Флинт и Джулия Эстерн вели первокурсников по запутанным коридорам всё дальше и дальше. Наконец они остановились у стены в тупике, где горели два факела. — Змеиный яд, — произнёс Маркус. Стена отъехала в сторону. Первокурсники оказались в просторной гостиной. Здесь было довольно уютно — несколько чёрных диванов, мягких кресел, в камине потрескивал огонь, а за окном… Они что, находятся на дне озёра? Невероятно! Пока первокурсники осматривались, стена снова открылась, пропуская в гостиную высокого мужчину в чёрной мантии. Билл невольно вздрогнул. Это оказался их декан профессор Снейп. Первокурсники мигом построились и затихли. Мужчина довольно хмыкнул. — Вы попали на факультет Слизерин, — ровно произнёс он. — Приготовьтесь к тому, что студенты остальных факультетов будут вас за это ненавидеть. Для них мы — рассадник тёмных магов. Пусть они и дальше так думают. Лишь самые достойные попадают на этот факультет. А раз так, вы должны всегда и везде показывать себя исключительно с лучшей стороны. В этой гостиной вы можете ненавидеть друг друга, но за её пределами вы должны держаться вместе. Если вы увидите, что ваш сокурсник нуждается в помощи, вы незамедлительно должны ему помочь. Чем раньше вы это усвоите, тем лучше будет для вас, — Снейп ненадолго замолчал, обводя задумчивым взглядом притихших учеников. — В течение недели каждый из вас пройдёт медицинское обследование под моим присмотром. Это касается всех, без исключения, — взгляд метнулся на Малфоя, что хотел возразить. — Начнём завтра после уроков. А теперь расскажу вам о школьных правилах. Другие деканы предпочитают знакомить с ними учеников в течении учебного года, однако я считаю, что чем раньше вы их усвоите, тем меньше будете их нарушать. Итак… Следующие полчаса он пересказал им все школьные правила. Студенты едва на ногах стояли. Всех клонило в сон. Когда же Снейп их наконец отпустил, старосты проводили всех до их спален. Вместе с Биллом жили ещё Драко, Теодор Нотт и Блейз Забини. Мальчики с трудом переоделись и попадали на кровати, попутно задернув пологи. Билл задернул свой полог, упал на кровать и снял повязку. Её лента отдавила щеку, оставив на ней красную вмятину. Мальчик забрался под одеяло, удивляясь, какая удобная у него кровать. В приюте он даже мечтать о такой не смел. Как же всё-таки он счастлив, что оказался здесь! Не прошло и минуты, как он уснул. * * * Северус устало опустился в кресло и налил стакан виски. Очередной учебный год. Очередная партия ни на что не способных детей. А ещё Гарри Поттер. Сын мерзкого Джеймса Поттера и… Лили. Снейп залпом выпил виски, стараясь заглушить воспоминания. На этот раз ему удалось. Осталось только разобраться с первогодками на своём факультете. На столе уже лежала стопка заготовленных писем, которые он собирался отправить родителям учеников для личной встречи. Такой уж у него обычай — встретиться с родителями учеников и узнать больше об их детях, чтобы хотя бы приблизительно знать, чего от них ожидать. Отставив стакан в сторону, Северус взял стопку писем, проверяя адреса. Все они были написаны под копирку — не станет же он писать двадцать одинаковых писем! Все адреса на месте, значит… Что это? Снейп хмуро уставился на письмо, где не был указан адрес. Может, чары не сработали? Он взмахнул палочкой, но адрес так и не появился. Что за чертовщина? Не может же этот ребёнок нигде не жить! И кто его родители? Почему не указан адресат? Снейп нахмурился. Билл Сайфер. Знакомое имя. Вот только где он его слышал? Точно! Минерва говорила с Флитвиком о новом ученике из приюта. Ещё один сирота на его факультете. Северус отложил письмо от остальных. Билл Сайфер… Пожалуй, с ним нужно разобраться в первую очередь. * * * Билл проснулся раньше всех, быстро натянул повязку и спрятал её под волосами. К тому времени как соседи по комнате проснулись, он уже полностью оделся и умылся. Драко, что вчера выглядел идеально, сейчас напоминал заспанного ежа — прилизанные гелем волосы торчали во все стороны, напоминая иголки, а сам он фыркал, недовольный тем, что пришлось так рано встать. Теодор и Блейз выглядели чуть лучше. За считанные минуты мальчишки успели умыться и переодеться. На завтрак все шли ровным строем, который возглавляли старосты. Маркусу Флинту достаточно было только грозно посмотреть на первокурсников, чтобы они замолчали. Джулию Эстерн они слушались беспрекословно, словно боялись, хотя девушка ни разу даже голос не повысила, а лёгкая улыбка не сходила с её лица. В Большой зал они вошли организованной колонной, в то время как студенты других факультетов просто ввалились одной большой кучей. Билл мельком глянул на потолок и грустно вздохнул. Вчера он изображал звездное небо, сейчас же… это был потолок. Обычный потолок с обычными мелкими трещинами. На завтрак давали яичницу с беконом и тёплыми булочками. Биллу досталось место между Драко и Теодором. И это его слегка нервировало. В приюте он старался всегда сидеть с правого края, чтобы видеть остальных воспитанников. Сейчас же, когда он оказался между двумя малознакомыми студентами, одного из которых он не видел, ему стало не по себе. Кто знает, что у этого Нотта на уме? Марти Фарелл тоже выглядел безобидным, но это не помешало ему примкнуть к Дэну и терроризировать весь приют. Билл неосознанно коснулся повязки и смел на неё волосы, закрывая почти всё лицо. От неприятных воспоминаний аппетит пропал совсем. А ведь впереди ещё уроки… Мальчик вздохнул и потянулся за булочкой. Надо хоть что-то съесть… В этот момент сидящий справа Теодор засмеялся и задел его локтем. Билл резко повернулся. Нотт разговаривал с Блейзом. Может, они смеялись над общей шуткой… Или над ним… — Прости, Билл, я случайно, — с улыбкой сказал ему Теодор и снова повернулся к Блейзу. Оба тихо смеялись. Аппетит пропал совсем. Билл кое-как заставил себя выпить сок и запустил руку в карман мантии, где лежала палочка. От её тепла стало чуточку спокойнее. И всё равно было не по себе, даже если смеются не с него… Билл вздрогнул, когда перед ним кто-то положил лист с расписанием и произнёс: — Сразу после уроков идите в мой кабинет, мистер Сайфер. Билл сглотнул и молча кивнул. С деканом он спорить боялся. Вряд ли тот будет этому рад. Вместо этого он взял расписание. Трансфигурация с Гриффиндором, Травология с Равенкло, История магии… Да, интересный предстоит день. — Класс! Трансфигурация с гриффиндурками! — презрительно фыркнул Драко, читая расписание. — Посмотрим, как Уизли в очередной раз докажет, что он никчёмный волшебник. Сидящие рядом с ним Крэбб и Гойл было начали хохотать, но под пронзительным взглядом Эстерн замолчали. Билл уже второй день удивлялся, как этой хрупкой на вид девушке удаётся всех успокоить, не произнося при этом ни слова и совершенно не меняясь в лице. Не иначе как магия. Перехватив его взгляд, Джулия слабо улыбнулась, незаметно подмигнула и вернулась к разговору с однокурсниками. Билл улыбнулся. Может, в Хогвартсе не так уж плохо? * * * На Трансфигурации рядом с ним сел Драко. Билл был этому даже рад — с ним он был знаком дольше и лучше, чем с остальными. Гриффиндорцы полностью оправдали свою славу самого шумного факультета в Хогвартсе — всю перемену они носились по коридору, не давая никому покоя и изредка пытаясь выпросить у Гарри Поттера автограф. Будь у них такой же декан, как Снейп, или хотя бы староста Флинт, они бы так не веселились. Снейп обещал нечто ужасное тем, кто посмеет вести себя на перемене как «стадо невоспитанных болванов-маглов». Никто пока не рискнул узнать, что же за это будет. Прозвенел звонок. Билл нервно ёрзал на стуле. Студенты Слизерина расположились на крайнем левом ряду. Билл сел справа от Драко и видел половину сокурсников со своего факультета. Но чтобы увидеть гриффиндорцев, нужно было полностью повернуть голову вправо. Первая парта на ряду гриффиндорцев пустовала. Билл огляделся. Не было Гарри. Неужто фанаты достали? Профессор Макгонагалл внимательно оглядела класс и, вздохнув, произнесла: — Трансфигурация — один из самых сложных и опасных разделов магии, которые вы будете изучать в Хогвартсе. Любое нарушение дисциплины на моих уроках — и нарушитель выйдет из класса и больше сюда не вернется. Я вас предупредила. После этой речи многим стало не по себе. Билл же заинтересованно за ней наблюдал. Учебнику по трансфигурации он уделил куда больше времени, чем всем остальным. Причин на то было две: тема оказалась довольно сложной, так что пришлось прочитать несколько раз, чтобы понять, и она оказалась довольно интересной. Может, так он научится превращать монашек в жаб? Хотя они и так как жабы. Старые ворчливые жабы. Профессор произнесла несколько непонятных предложений, вызвав у учеников недоумение. — Откройте учебник на странице девять и перепишите эти строчки, — произнесла она. — После приступим к практике. И, неожиданно для всех, она превратилась в полосатую кошку и запрыгнула на стол, продолжая наблюдать за учениками. — Круто… — прошептал кто-то из гриффиндорцев. Все зашелестели перьями. Писать ими было крайне неудобно. Билл и обычной ручкой писал очень неразборчиво, за что его не раз ругала сестра Эверил. С тех пор он писал печатными буквами. Пером же даже печатные буквы оказывались нечитаемыми. У Драко таких проблем не было — его почерк был ровным, красивым. Билл лишь тихо вздохнул, глядя на огромные кляксы в своей тетради. И тут в класс пулей влетели два ученика. Биллу пришлось повернуться едва ли не на сто восемьдесят градусов. Опоздавшими оказались Гарри Поттер и… как же его?.. Рон Уизли! Малфой рядом тихо усмехнулся и продолжил писать. Билл последовал его примеру. — Чуть не опоздали! — тяжело дыша, выдохнул Уизли. — Хорошо, что старуха не видит… Кошка спрыгнула со стола и вновь превратилась в профессора Макгонагалл. Рон густо покраснел, но всё же смог выдавить: — Вау! Высший класс! — Спасибо за вашу оценку, мистер Уизли. Но это не отменяет тот факт, что вы опоздали. — Мы заблудились, — опустили головы мальчишки. — Может, мне превратить вас с мистером Поттером в карту, чтобы вы не терялись? Или, может быть, в часы, чтобы вы не опаздывали? Садитесь. Как только все переписали предложения, Макгонагалл положила каждому на парту спичку, которую нужно было превратить в иголку до конца урока. Билл произнёс нужные слова и взмахнул палочкой. Ничего не произошло. Как и во второй раз, и в третий. На четвёртый спичка сдвинулась на миллиметр. Он продолжил повторять заклинание раз за разом, но спичка упрямо не хотела превращаться в иголку. Билл закрыл глаз, вспоминая, что он читал в учебнике. Мало представить, как объект меняется, нужно представить, как меняется его структура. Представить, как дерево превращается в сталь… Билл шептал слова заклинания, представляя, как молекулы меняются, спичка заостряется и превращается в тоненькую иголку. Взмахнув под конец палочкой, он открыл глаза и не поверил в то, что увидел. Перед ним лежала серебряная иголка с очень тонким ушком, в которое разве что волос пройдёт. И заострена она была с двух концов. Но все же это была самая настоящая иголка. — Что ж, некоторые из вас делают успехи, — произнесла Макгонагалл, поднимая зубочистку с серебристым концом. — Пять баллов Гриффиндору, мисс Грейнджер. Профессор улыбнулась и пошла к ряду Слизерина. Двигалась она быстро. Билл прислушивался к её шагам, стараясь не вертеть головой. — Превосходно! — воскликнула Макгонагалл прямо над ним и взяла иголку. — Взгляните, у мистера Сайфера получилась иголка. Есть небольшие недочеты, но это определённо лучший результат за этот урок. Десять баллов Слизерину. Билл опустил голову, не желая видеть взгляды сокурсников. Он не привык к такому вниманию. Драко похлопал его по плечу. — Круто, Билл! Меня научишь? Сайфер тихо объяснил Малфою, что нужно делать. Тот внимательно слушал, а потом принялся колдовать. Спустя две попытки его спичка превратилась в зубочистку. * * * На Травологии не было ничего необычного — просто пересаживали растения. После короткого обеда был урок истории магии. Билл крайне удивился, когда увидел у школьной доски призрака. Довольно странного призрака… Профессор Бинс монотонно читал учебник. Ученики, слушая его, засыпали. Но как вообще можно спать, когда рассказывают о такой интересной теме, как восстание гоблинов? Что-то не так… Билл прищурился. Все призраки, которых он видел в школе, были словно не от мира сего. Глядя на них, никто не сомневался в том, что они мертвы. Но этот призрак казался слишком уж живым. А ученики были слишком уж вялыми… Билл изо всех сил старался не уснуть, не сводя при этом с призрака глаз. Тот читал, но изредка бросал на Сайфера подозрительный взгляд. К концу урока он заметно нервничал. — Ух, как я выспался! — сладко потянулся Драко, когда закончились уроки. — Этот Бинс умеет нагнать тоску. — Он странный, — тихо сказал Билл. — Он призрак! — Даже для призрака он странный… — ещё тише ответил мальчик и направился в сторону подземелий. Профессор Снейп сказал прийти в его кабинет сразу после уроков. Что он уже успел сделать не так? — Не дай Северусу Снейпу увидеть свою слабость, — прошелестел над ухом знакомый голос. Билл с криком обернулся. Рядом с ним парил призрак Кровавого Барона. — Он производит довольно специфичное впечатление на неокрепшие умы, — продолжил призрак. — Может одним взглядом довести ученика до истерики… Но о студентах своего факультета он всегда заботится. — Эм… Сэр, не могли бы вы показать, где его кабинет? — тихо попросил Билл. — Похоже, Пивз опять перешёл черту, — взгляд призрака ожесточился и устремился вверх. — Несносный полтергейст, — Барон взмыл вверх и прошёл сквозь потолок. Билл огляделся вокруг. Впереди была развилка. Левый коридор вёл в сторону гостиной Слизерина, а тот, что шёл прямо, по словам старост, вёл в подземный лабиринт. И где кабинет декана? Из левого коридора тихо вышла мисс Эстерн. Увидев Билла, она слабо улыбнулась и убрала выбившуюся прядь серебристых волос за ухо. — Привет, Билл, как тебе первый день в Хогвартсе? Билл не успел ответить — Джулия мягко положила руку на его плечо и подтолкнула в обратную сторону. — Поговорим по дороге. Нельзя заставлять профессора Снейпа ждать. Первый день — это всегда волнительно. Что на первом курсе, что на последнем. Она говорила неторопливо и негромко. Билл слушал её с удовольствием. Казалось, они знакомы целую вечность. Она казалась такой родной… — Да… Мы превращали на Трансфигурации спички в иголки… — он замолчал, понимая, что не стоило это говорить. В конце концов, какое ей, старосте, дело до того, как прошёл день у какого-то первокурсника? Но, к его удивлению, Джулия мило улыбнулась и прикрыла глаза. — О, я помню свой первый урок Трансфигурации… Я сожгла спичку. У меня долго не получалось превратить её в иголку. А как твои успехи? Билл опустил голову и тихо рассказал ей, как его спичка превратилась в не очень ровную иголку. — Рада, что у тебя все получилось, Билл. Я мало видела людей, кто с первого раза смог превратить спичку даже в простую зубочистку… Вскоре они подошли к кабинету. — Не бойся профессора, Билл. Помни — он хочет помочь. Джулия постучала. — Войдите! — послышался голос по другую сторону двери. Девушка улыбнулась Биллу и незаметно подмигнула. Тот покрепче сжал сумку с учебниками и надвинул волосы на лицо, глядя на носки ботинок. Кабинет профессора Снейпа встретил его мрачной атмосферой. На полках стояли банки с непонятным содержимым, в круглых сферах сверкал зелёный огонь. — Садитесь, мисс Эстерн, мистер Сайфер. Билл не сразу заметил декана — тот сидел за своим столом, сливаясь с общей обстановкой. Студенты сели на два стула перед ним. Джулия достала из своей сумки лист пергамента. — Вот, сэр, список студентов Слизерина, выразивших желание изучать углубленный курс зельеварения. Снейп взял лист и долго его изучал. Потом так же долго что-то писал на отдельном листе. Билл боялся пошевелиться. Суровый профессор чем-то напоминал сестру Миллс. А с ней лучше не шутить, если не желаешь получить десять ударов плетей и сидеть в тёмной комнате-одиночке три дня без еды. Он однажды угодил туда за то, что у сестры Элис вдруг выросли длинные усы. Он до сих пор помнил тёмную комнату, напоминающую чулан, и слабый свет, что проникал в щель под дверью… — Повесьте это расписание в гостиной факультета, мисс Эстерн. Можете идти. — Да, сэр. Девушка учтиво кивнула и тихо покинула кабинет. Билл замер. Теперь декан возьмётся за него… — Итак, Билл Сайфер, — протянул профессор Снейп. — У вас есть родители или опекуны? Мальчик пару секунд молчал, а потом тихо ответил: — Нет, сэр. — Вы живёте в приюте? — Да, сэр. — В каком именно? — Приют святой Марии в пригороде Лондона, сэр. Снейп прищурился, но Билл этого не заметил — он смотрел на руки, сложенные на коленях. — Как давно вы живёте в приюте? Билл недолго молчал. — С самого рождения, сэр. — Что-нибудь знаете о своих родителях? На этот раз Билл молчал ещё дольше, что не укрылось от Снейпа. Он уже собирался отчитать его за это, как тот все же ответил. — Только то, что они бросили меня, сэр. — В приюте вы подвергались насилию? Руки Сайфера вздрогнули. На лице всего на миг появилось странное выражение. — Нет, сэр, — почти неслышно ответил Билл. Снейп долго смотрел на него. Мальчишка что-то скрывает… — Идите за мной, мистер Сайфер. Билл неуверенно поднялся и пошёл вслед за профессором. Шли они по многолюдным коридорам замка в, как оказалось, лазарет. Билл заметно побледнел, но ничего не сказал. Подоспевшая к ним медиведьма хмуро осмотрела Снейпа и задержала взгляд на мальчике, убеждаясь, что руки-ноги на месте. — Ежегодный осмотр, Северус? — хмыкнула ведьма. — Билл Сайфер, воспитанник приюта, — Снейп подтолкнул его. — Ты знаешь, что делать, Помфри. — Ох, Северус, — вздохнула ведьма и перевела взгляд на мальчика. — Заходи за ширму и раздевайся до нижнего белья. Билл вздрогнул и незаметно покачал головой, но этого никто не заметил. — И сними эту повязку. — Нет! — вдруг вскрикнул Билл и отскочил от взрослых. Он не готов был снова пройти через унижение, не хотел, чтобы кто-то видел шрамы от плетей и синяки. И уж тем более он не хотел, чтобы кто-то видел его изуродованный глаз. — Мистер Сайфер, — очеканил Снейп и поднял руку в столь знакомом жесте… Билл в ужасе прижался к стене и инстинктивно закрыл коленями грудную клетку. — Не надо, пожалуйста! — Мистер Сайфер! — повысила голос мадам Помфри и попыталась к нему подойти, но теперь в каждом он видел угрозу. И пусть Снейп поднял руку, чтобы его успокоить, память сама подсовывала воспоминания, как сестра Миллс заносит розги для удара… — Не трогайте меня!!! — кричал Билл, отползая в сторону. — Я просто хочу помочь… — Нет!!! Снейп куда-то ушёл. Помфри стояла на месте и с недоумением смотрела на кричащего Билла. Тот не выдержал и заплакал. Он обещал себе не показывать слабость при людях, обещал никогда не плакать… Но страх пересилил. Страх вновь пережить ту боль полностью завладел им. — Билл, милый, что случилось? Он поднял голову. Метрах в трёх от него на коленях сидела Джулия Эстерн. Щёки её слегка покраснели, дыхание было учащённым, словно она бежала. От её взгляда на душе потеплело. — Могу я подойти, Билл? — спросила она. — Ты же знаешь, я не причиню тебе вреда. Знаю, жизнь в приюте не сахар. Знаю, доверие — непозволительная роскошь для тебя… Но если ты хоть немного веришь мне, позволь помочь тебе. Билл долго смотрел на неё. Ведь она тоже выросла в приюте… Она знает, как трудно доверять людям. И она пытается помочь. Мальчик закивал, и Джулия медленно приблизилась к нему и села рядом, но при этом не касаясь его. Она и про прикосновения знает… — Я никогда не причиню тебе вреда, Билл, — совсем тихо произнесла она. — Ты мой друг. И это правда, Билл. Я никогда не буду врать тебе. И всегда буду доверять. Доверишься ли ты мне? Билл зажмурился и прижался к Джулии. Её рука легла на его волосы, легонько поглаживая их. Её руки были такими теплыми… — Мои опекуны кормили меня раз в три дня, — ещё тише говорила она, чтобы только он её слышал. — Они ненавидели меня. Зимой, когда мне было пять лет, к ним пришли гости. Опекуны не хотели, чтобы я им мешалась, и выгнали меня на улицу. А у меня не было тёплой одежды и даже обуви… Я пыталась согреться у проходящей на соседней улице трубы, но меня выгнали оттуда. Когда стемнело, я пошла домой, но они мне не открыли… Я снова вернулась к той трубе. Меня нашли полицейские. Так я и попала в приют… Билл прижался к Джулии, словно она была единственным его спасением. А она гладила его волосы и тихо рассказывала о своей жизни. Она доверилась ему. Интересно, а в объятиях мамы так же хорошо? — Они хотят помочь, Билл, — прошептала Эстерн. — Ты можешь ничего им не рассказывать, если не хочешь. Но позволь им помочь. Хорошо? Я буду рядом. Она помогла ему подняться и, приобняв за плечи, повела за ширму. — Я сам, — выдавил Билл. — Я буду здесь, хорошо? — Джулия оставила его одного. Мальчик тяжело вздохнул и стянул с себя мантию, штаны, рубашку. В лазарете было холодно. — Джулия? — тихо позвал он старосту. Девушка вернулась с мадам Помфри. Билл съежился под её изучающим взглядом. Медиведьма наложила диагностирующие чары, осмотрела его спину. Билл в это время смотрел на Джулию. — Не желаете рассказать, откуда у вас шрамы на спине и сломанные ребра? Судя по всему, сломали вы их давно. К тому же, они неправильно срослись. Ничего не хотите рассказать, мистер Сайфер? Билл покачал головой. — Что ж, ладно. Не могли бы вы снять повязку? Мальчик уставился на Джулию. Та кивнула. Билл сглотнул и дрожащими руками стянул повязку. Мадам Помфри убрала с его лица волосы и громко ахнула. — Северус! Рядом тут же появился Снейп. Его лицо закаменело. И было от чего. Их взору предстал молочно-белый глаз, рассеченный ровной полоской шрама, что тянулась от середины лба и до щеки. Лицо Джулии же не изменилось. — Кто?.. — выдохнул Снейп. — Кто это сделал с вами? Билл опустил голову, не желая отвечать. — Ему можно вернуть зрение? Сайфер вскинул голову и в надежде уставился на медиведьму. Та с сомнением наложила ещё диагностирующие чары. Неужели у него есть шанс наконец-то видеть двумя глазами? Ладно, со шрамом он готов смириться, в конце концов, он не такой страшный, но глаз… — Мне жаль… — огорченно вздохнула Помфри. — Повреждение слишком старое. Зрение уже не восстановить. Билл опустил голову и прикрыл глаза. Надежда разбилась вдребезги. Снова. — Однако можно восстановить общее состояние здоровья. Организм слишком истощен. К тому же ребра срослись неправильно. По хорошему ему бы полежать в лазарете, но, думаю, можно обойтись ежедневным принятием зелья. Одевайтесь, мистер Сайфер. Билл оделся в два счёта. К этому времени вернулась Помфри с двумя флакончиками. В одном была ярко-синяя жидкость, а в другом — бледно-зеленая. — Выпейте прямо сейчас. До дна. Билл не без сомнения осушил пузырёк с синей жидкостью. Вкус был на редкость мерзким. Вторая жидкость оказалась ничуть не лучше. — Принимать будете каждый день перед завтраком. Можете идти. — Идём, Билл, — позвала его Джулия. Мальчик догнал её, и вместе они покинули лазарет. — Северус, это ужасно! — воскликнула Помфри, как только они ушли. — Его шрамы… Да я у Авроров таких не видела! Кто мог так жестоко обходиться с ребёнком? После Джулии я думала, что меня уже ничем не удивить, но это… Это уже слишком. На его спине живого места нет — всё в шрамах! А глаз? Да у кого вообще рука поднялась?! — Ты так говоришь, будто я лично с ним это сделал, — огрызнулся Северус. — Нам он ничего не расскажет. Эстерн понадобилось для этого четыре года. С Сайфером будет гораздо сложнее. Помфри отвернулась, смахивая слёзы. — Просто поверить не могу, что можно так жестоко обращаться с ребёнком… * * * — И после этого их куда-то увезли, — закончил свой рассказ Билл. Они с Джулией шли по подземелью, направляясь в гостиную. — Жизнь в приюте ужасна, — прошептала мисс Эстерн. — Ты молодец, что смог преодолеть себя… У меня ушло на это куда больше времени. — Я просто испугался, когда Снейп занёс руку… — сглотнул Билл. — Профессор никогда не поднимает руку на студентов своего факультета. Разве что на гриффиндорцев, когда они на его уроках подвергают остальных учеников опасности. И то редко, — она улыбнулась. — Поверь, ты привыкнешь к нему. Он не так уж плох. Достаточно только увидеть это под его маской равнодушия. Билл кивнул. С Джулией ему было спокойно. Она словно старшая сестра, которой у него никогда не было. — Змеиный яд, — произнесла она перед стеной, и та открыла тайный проход в гостиную Слизерина. Там было довольно много людей. — Рада, что у меня появился такой друг, как ты. До встречи, Билл, — Джулия улыбнулась напоследок и пошла в сторону спален для девочек. Билл слабо улыбнулся. Так у него появился первый настоящий друг.