Возрождение демона

Полдень. На оживлённых улицах Лондона были сотни людей. Каждый шёл по своим делам, не замечая ничего вокруг себя. Редко кто вглядывался в лица проходящих мимо людей. Большинство предпочитали делать вид, что ничего не видят. Никто, проходя по узким улочкам, не обращал внимание на стоящих у стен прохожих. Может, оно и к лучшему. На углу, возле тёмного переулка, стоял высокий юноша, неторопливо затягиваясь сигаретой. Что удивительно, никто даже не смотрел в его сторону, хотя он обладал довольно приметной внешностью — длинными волосами цвета солнца, собранными в хвост на затылке, серым с золотистым блеском левым глазом и скрытым под тугой чёрной повязкой правым. Он стряхнул попавший из-за ветра на рукав джинсовой куртки пепел, лениво оглядывая из-под полуопущенных ресниц улицу. Ждать он умел, но не любил. Да и кому такое понравится? Но, как говорил отчим, хочешь жить — умей вертеться. Славный был парень… Жаль, не успел увернуться от прилетевшего ему в голову топора. А так было бы интересно помучить его… — Рассел? Парень лениво открыл глаза. К нему подошёл мужчина лет двадцати в синей клетчатой рубашке и потёртых джинсах. Невзрачный, как и большинство жителей Лондона. Мимо такого пройдёшь — и не заметишь, а если и заметишь, то вряд ли запомнишь. Такой идеально сгодился бы для этой работы, в отличие от слишком заметного Рассела. Но выбирать не приходилось. Раз уж так сложились обстоятельства… — Ну допустим, — медленно проговорил Рассел. — Я Алекс. Мы договаривались о встрече. Принёс? Рассел сделал затяжку и сделал шаг за угол, скрываясь в тёмном проулке. Алекс шагнул следом и оказался совсем близко, выставив обе руки по обе стороны от головы Рассела. Тот даже не моргнул. — А не слишком ли ты молод для сбытчика? — хищно ухмыльнулся мужчина, касаясь грубыми пальцами мягких прядей золотых волос. — Да и личико, прямо скажем, для другой работы годится… — он очертил линию скул, спускаясь к шее, когда его запястье оказалось в стальной хватке тонких пальцев. Рассел выглядел абсолютно спокойным, что совершенно не вязалось с крепкой хваткой. Алекс сильно удивился. На вид этот паренёк не был похож на силача. Даже наоборот. Тощий — это видно даже под белой футболкой и бесформенными штанами, что больше ему на пару размеров. Ещё и скулы выпирают так, что кажется, будто кожа на них вот-вот порвётся. И кожа нездорового бледного цвета. — Увы, услуги такого рода я не предоставляю. Тебе ещё нужен товар? — он оскалился, выпуская в лицо собеседника облако дыма. Глаз как-то странно сверкнул золотом. Или это просто игра света? Алекс убрал руки и сделал небольшой шаг назад. Что-то странное было в его взгляде. Раньше товар ему поставляли другие люди, а недавно вдруг заявили о каком-то неизвестном Расселе. Странно. — А куда делись Эрик и Джо? — Скажем так, большой брат призвал на службу, — Рассел мельком глянул себе под ноги и снова посмотрел на Алекса, продолжая холодно улыбаться. — Мне долго ждать? — Давай свой товар, — наконец согласился мужчина. Выяснять, что случилось со старыми сбытчиками, он не стал. Но, судя по намёкам паренька, их он больше не увидит. Да и никто, в общем-то, не увидит. — Деньги вперёд, — Рассел сделал ещё одну затяжку, прислонившись затылком к прохладной стене. — Не слишком ли ты дерзкий? — прорычал Алекс, доставая бумажник. — А другие тут не выживают, — обворожительно улыбнулся Рассел, вытаскивая из кармана куртки маленький пакетик с серым порошком. Они быстро обменялись. Рассел пересчитал деньги, зажав сигарету в зубах, и коротко кивнул. — Эй, вот он! С улицы на них смотрел полицейский. — Ну, бывай, — Рассел хлопнул Алекса по плечу, толкнул прямо на офицера и скрылся в тёмном проулке, попутно перевернув мусорный бак. Он мельком оглянулся. Трое. За ним гнались трое полицейских. Что ж, оторваться от них будет не так уж сложно. Он выбежал на соседнюю улицу и, оглядевшись, со всех ног побежал через дорогу. Вслед ему сигналили рассерженные водители. Кто-то даже прокричал что-то нецензурное, но он не стал заострять на этом внимание. Бежать. Бежать как можно скорее. Оторваться. Скрыться. Переждать. Рассел забежал в какой-то магазин. Его хозяин спал в кресле. В чулане кто-то разговаривал по телефону. Быстро взбежав по лестнице на второй этаж, он огляделся. Прятаться тут негде — пара витрин и узкий стеллаж с книгами. Проблемка… — Сэр, здесь мы ищем юношу-блондина, — послышался снизу голос полицейских. В окно кто-то постучал. Рассел обернулся. За стеклом сидел большой ворон. Парень открыл окно, выглянул наружу и улыбнулся. Прямо под ним была пожарная лестница. — Молодчина, Блэкки, — сказал Рассел, вылез из окна, бесшумно закрыл его и быстро спустился по лестнице. Ворон стал громко каркать. Парень обернулся. С улицы к нему направлялся полицейский с пистолетом в руках. Рассел едва успел скрыться за углом, когда раздался выстрел. — Что-то новенькое, — пробормотал он, продолжая убегать. Нужно добраться до какого-нибудь людного места. Сейчас от туристов отбоя нет — затеряться среди них будет проще простого. Однако навстречу ему бежали ещё двое полицейских. С крыши спикировал ворон, пролетев прямо перед носом Рассела в узкий переулок. Тот побежал следом. Над головой просвистела пуля. — А ну стой! — крикнули ему вслед. Парень не собирался останавливаться. Не сейчас. Улица, улица… Ему нужна людная улица! Раньше он не мог так долго бегать, но, опять же, хочешь жить — умей быстро бегать. Не важно, от кого — уличных бандитов или полицейских. Как показывает опыт, и те и другие стреляют не глядя. И, к счастью, вторые — мимо. Он свернул в ещё один переулок и на ходу перевернул мусорный бак, что через секунду охватило синее пламя. Пора заканчивать. От всей этой беготни он уже с трудом дышит. Полицейские отстали. Рассел замедлил шаг и вышел на освещённую улицу. Теперь он сможет спокойно скрыться. На него налетели справа и скрутили руку за спиной, приложив лицом к стене. — Попался, поганец, — прошипел полицейский. Щёлкнули наручники. Рассел криво усмехнулся и поднял голову. Блэкки сидел на краю крыши, хлопая крыльями. Глупо как-то вышло… * * * Детектив Кайрен Смит бросил на стол папку, отодвинул стул и сел, с превосходством глядя на задержанного мальчишку. Как же давно он мечтал поймать этого загадочного Рассела, а им оказался… мальчишка. Мальчишка, чьим преступлениям позавидовал бы любой, кого детективу доводилось задерживать. А чувствовал себя тот, судя по виду, вполне нормально, даже несмотря на то, что его руки были в наручниках. Да и выглядел он… необычно. Слишком спокойный для того, кого только что задержали. На правом глазу повязка — понятно, почему так легко попался. И левый какой-то странный — жёлтый, с вытянутым зрачком. Когда успел линзы надеть? — Ну привет, Рассел, — ухмыльнулся Смит, раскрывая папку. — Долго же ты трепал нам нервы. Все полицейские участки подключились, чтобы поймать тебя. Уже все знают о твоих «подвигах», — он вытащил несколько фотографий. На одной было изображено сгоревшее здание, на остальных — изуродованные тела. — Поджог приюта Святой Марии, в следствии чего погибли четыре сестры милосердия, убийство с особой жестокостью Эрика и Джо Гилморов, твоих приёмных родителей. Что странно, ведь настоящие Эрик и Джо умерли десять лет назад. Значит, подделка документов. К тому же, твои документы так и не нашли, из-за чего мы не можем установить твою личность. Удачно же ты попал в их семью! Поддельные паспорта, подозрение в убийстве и, как вишенка на торте, наркоторговля! Что, прикончил своих приёмных родителей и присвоил их бизнес себе? Умно. Но, видимо, всё было не так гладко, раз за этим последовали три кражи со взломом и убийство ни в чём не повинного человека. Но этого тебе было мало, раз ты устроил взрыв в магазине радиотоваров, — детектив захлопнул папку, поднялся и, наклонившись, приблизился к Расселу. — Тебе за твои «подвиги» пожизненное светит. Но я постараюсь скостить срок, если напишешь чистосердечное признание и назовёшь имя своего нанимателя. Парень молча смотрел на него. На лице не было ни толики страха. Смит зарычал и схватил его за футболку, дёрнув на себя. — А ну признавайся, щенок! Думаешь, сможешь вечно молчать? И не таких раскалывали! — Что ж, удачи, — едва слышно ухмыльнулся Рассел. Детектив рыкнул и, отпустив его, покинул комнату для допросов. Там его уже ждала молодая женщина в строгом костюме. — Ты что вытворяешь? — накинулась она на него. — Он теперь точно не сознается! — Сознается, — процедил Смит. — Кайрен, он сирота, убивший своих приёмных родителей, — устало вздохнула женщина. — Раз он не ценит чужую жизнь, то вряд ли ценит свою, так что ему просто нечем угрожать. — Верно мыслите, миледи! Офицеры обернулись и одновременно вздёрнули брови от удивления. К ним направлялись двое абсолютно одинаковых мужчин лет двадцати пяти в деловых костюмах. У обоих были светло-русые чуть волнистые волосы и озорные улыбки. — Я так полагаю, доктор и доктор Деверио? — спокойно поинтересовалась женщина. — В точку, — одновременно ответили близнецы. — Алисия Спейт, детектив, — представилась та. — Пройдёмте со мной. Кайрен, ты тоже. Смит зарычал. Двое докторов бесили его одним своим видом. Их привели в комнату, прилегающую к допросной. За стеклом сидел Рассел и задумчиво постукивал пальцами по столу. — А вы, собственно, кто? — не слишком дружелюбно спросил Смит, скрестив руки на груди. — Уильям… — И Киллиан… — Деверио. — Психоаналитики. Говорили они по очереди, дополняя друг друга. Одновременно они подошли к стеклу и задумчиво потёрли подбородки. — Повязка на глазу. Вряд ли образ поддерживает. Вижу шрам, — прищурился Уильям. — Предположения? — спросил Киллиан. — Разные. Ожог, порез, веткой зацепился… Гляди, волосы с той стороны распущены. — Прикрывает повязку. Комплекс из детства. — Обратил внимание на руки? — Пальцы дрожат. Смотри, как указательный и средний сводит! — Киллиан обернулся к детективам, что внимательно слушали их. — При нём были какие-то вещи? Алисия Спейт указала на стол, где лежала джинсовая куртка, несколько банкнот, десяток монет, скрепка, шпилька, пачка сигарет и две свернутые бумажки. Киллиан взял сигареты и повернулся к детективам. Выглядел он злым. — У меня только один вопрос… Вы уже разговаривали с ним? — Естественно, — фыркнул Смит. — Молчит, как рыба. Близнецы закатили глаза. — Ну почему приходится работать с такими идиотами?! — воскликнул Киллиан. — Хэй, спокойно, братец, — усмехнулся Уильям. — Не было б на свете идиотов, нам бы жилось скучнее. — Да что вы… — Тихо! — прервал его Киллиан и повернулся к брату. — Кто пойдёт? — Давай ты. Мне кажется, тебе удастся наладить с ним контакт. Я же постараюсь весьма доходчиво объяснить детективу Смиту, почему у него так плохо с раскрываемостью преступлений. Как только Киллиан вышел, Кайрен открыл было рот, чтобы высказать психоаналитику всё, что он о нём думает, но тот его самым наглым образом перебил: — Послушайте, детектив, мой брат весьма несдержан, но он абсолютно прав. Мы имеем дело с сиротой, у которого наверняка целый букет разных психологических травм, и вы одним неверным словом можете их только усугубить. Здесь нужно действовать максимально осторожно. Первая ваша ошибка — вы забрали его вещи. — Это стандартная процедура! — прошипел Смит. — Я знаю, но этот случай особый. — В каком плане? — нахмурилась Алисия. — Этот парень — сирота. Он вырос в приюте, а у воспитанников мало вещей, которые принадлежат только им и никому больше. Они ценят любую мелочь. Вы отняли это у него. Поэтому он злится. * * * Киллиан не спеша зашёл в комнату. Не торопиться, не делать резких движений. Только спокойствие. Он неторопливо сел. Паренёк не спускал с него пристального взгляда. Мужчина сдвинул стул чуть в сторону, чтобы паренька видели. Тот, к счастью, не видел ничего за зеркальным стеклом. — Здравствуй, Рассел, — спокойно произнёс Киллиан без тени улыбки. Смысл улыбаться, если такие, как этот мальчишка, чувствуют фальшь? Тут нужно быть искренним. — Меня зовут Киллиан Деверио, я психоаналитик. Можешь звать меня просто Килл, — он медленно поднял руку, положил на стол пачку сигарет и придвинул её ближе к собеседнику. — Это, кажется, твоё. Рассел взглянул на пачку и неохотно забрал её. Так казалось на первый взгляд. Руки его слегка дрожали. Он вытащил сигарету и тут же закурил. Киллиан нахмурился. Он не увидел в его руке зажигалки или спички. * * * — Почему именно сигареты? — поинтересовалась Алисия. — У него зависимость, — Уильям не спускал глаз с Рассела. — Недавняя, судя по состоянию рук. Месяца полтора-два, не больше. Но сильная. При любом нервном потрясении начинает курить, чтобы унять злость. При задержании вы изъяли у него сигареты, чем и разозлили его. — Он не выглядел злым… — Он хорошо прячет свои эмоции, — Уильям мельком взглянул на стол с его вещами и нахмурился. Зажигалки и спичек нет. Как он тогда зажёг сигарету? * * * Рассел сделал несколько затяжек, расслабленно откинулся на спинку стула и внимательно взглянул на Килла. — Ну и зачем вы здесь? Выбить из меня чистосердечное? — Мне это не нужно. — А что нужно? — Понять. Парень хмыкнул и прикрыл глаз. Спустя секунду он тихо рассмеялся. — Понять… Ни черта вы не понимаете. * * * — А вот это уже интересно, — подался вперёд Уильям. — Что именно? — не выдержал Смит. Признавать, что два психолога смогли сделать то, чего не смог он, ему не хотелось, но интерес был сильнее. — В его возрасте подростки придумывают себе проблемы на ровном месте, полностью уверенные в том, что никто никогда с подобным не сталкивался и не в состоянии их понять, что, конечно же, не так. Но это — лишь тайное желание привлечь к себе внимание. А этот парень… хм, тут что-то другое. * * * — Что же именно я не понимаю? — спокойно спросил Килл, сцепив пальцы в замок. — Не конкретно вы, — Рассел задумчиво крутил в пальцах окурок. — Причины, мотивы, желания… Всё это пустое, когда ты не понимаешь, почему это происходит. — И почему же? Парень неопределённо пожал плечами. Он надолго замолчал, о чём-то задумавшись. — Вы верите в жизнь после смерти? — негромко спросил он. Деверио хмыкнул. — Боюсь, я атеист, поэтому Рай и Ад… — Я не про Рай и Ад, — прервал его Рассел, копируя его позу. — А именно про жизнь после смерти. Воскрешение, если так понятнее. Жил себе, жил, упал с лестницы, умер… и вернулся к жизни, как ни в чём ни бывало. Киллиан нахмурился. — Я реалист, Рассел. Если человек умер, ничто не может вернуть его к жизни. Это невозможно. Парень как-то странно усмехнулся. — Забавно… Невозможно, значит… — он посмотрел на психоаналитика, глаз его сверкнул. — А если всё-таки возможно? * * * — Он псих, — выдохнул Смит. — Верит, что люди воскресают! — Это не слепая вера, — хмуро сказал Уильям, задумчиво потирая подбородок. — Он знает, о чём говорит. Либо очень хорошо притворяется. Сложно проследить грань между безумием и ясностью мыслей. — Он безумен, это же очевидно! — Всё сложнее, чем кажется на первый взгляд. Знать бы, являлось ли это мотивом… * * * — Это мотив? Причина? — спокойно спросил Киллиан. — Ты убил семь человек. Почему? — Они мне мешали, — пожал плечами Рассел. — Ты сжёг приют, в котором вырос, но не тронул детей. Погибли сёстры Миллс, Эйлин, Розалин и Катрина. Если верить словам воспитанников, они были самыми… скверными. — Скверными? — юноша оскалился, чуть наклонившись. — Это милое слово даже близко не описывает, какими мразями были эти старые коровы. Сколько боли они причинили… Знал бы, что только огонь уничтожит эту заразу, давно бы уже сжёг эту обитель маразма. — По-твоему, это правильно? — Правильно? — Рассел захохотал. В его смехе послышались металлические нотки. — Правильно, доктор Деверио? — он наклонился, срывая с лица повязку, и убрал прядь волос за ухо. — Я пытался поступать правильно, и вот, чем это обернулось. С такими тварями поступать правильно не получается! Хочешь выжить — забудь о правилах! Он поднялся, глядя сверху на сидящего психоаналитика. Один его глаз сиял расплавленным золотом, а другой — молочно-белый, рассеченный ровной полоской шрама — пугал своей пустотой. — Хотели выбить из меня признание? Что ж, будет вам признание. Я сжёг приют и убил этих мразей. Я убил Эрика и Джо Гилмор. Почему? Потому что я не животное, с которым можно обращаться как вздумается! Как я их убил? Эрику пробил голову топором, а Джо утопил в том вареве, что она называла супом. О, как она кричала! — Рассел безумно улыбнулся. — Что было дальше? Прикарманил себе их бизнес. Грязная работёнка, но что поделаешь? Денег не хватало, и я решился на кражу. Тот старик сам виноват — нужно было спокойно спать, а не проверять вставную челюсть. Крови было много, но — знаете что? — мне это даже нравится. Видеть, как из человека уходит жизнь, чувствовать над ним полную власть, осознавать, что можешь как спасти его, так причинить ещё больше боли! Я жалею лишь об одном — что потерял слишком много времени, беседуя тут с вами, — Рассел снова сел и закинул ноги на стол. — Я тут понял недавно одну интересную вещь, — он широко улыбнулся, показывая белоснежные зубы. — Взрывы и боль — это так весело! За окном раздался взрыв. Стекло разбилось. Стена разлетелась на куски. Киллиан едва успел отскочить от летящего в него кирпича. Рассел встал, снял наручники и бросил их психоаналитику. — Передавайте «привет» своему брату. Чао! Он подошёл к месту, где раньше было окно, спрыгнул вниз и с улыбкой оглядел улицу. О, это всё равно что кинуть камень в муравейник — все бегают, пытаются что-то сделать, путаются друг у друга под ногами, не понимают, что происходит… И это пьянящее чувство чужого страха и боли! Билл Сайфер, он же Рассел для обычных людей, достал сигарету, щёлкнул пальцами, призывая синий огонёк, и с наслаждением закурил. С лица не сходила довольная улыбка. Свобода… Наконец-то! А взрыв-то получился что надо! Билл захохотал и весело пошёл вниз по улице. Позади уже выли сирены. Пожарная, скорая, полиция… Быстро они! Сейчас его не волновало, как он выглядит среди окружающих людей. Ему всегда было не до них. Да и кто станет искать его в такой суматохе? Он всегда умел скрываться. — Кар! Билл с улыбкой взглянул на ворона, примостившегося на плече. — Отлично сработано, Блэкки. И, напевая какой-то мотив, он шёл вглубь города, туда, где никто не сможет его найти. * * * Заброшенный многоэтажный дом на окраине Лондона не привлекал много внимания. Прохожие старались обходить это место стороной. Здесь обычно собирались уличные банды. Здесь же жили и те, кому удалось сбежать из приюта. Билла, что пришёл сюда посреди ночи с окровавленным топором и огромным чемоданом, приняли на удивление… спокойно. Пришлось, конечно, не раз и не два набить морду особо недовольным. В первые ночи он не спал, опасаясь, что кто-то его просто прирежет во сне. Зато потом уже другие боялись спать рядом с ним, когда узнали, что известные в узких кругах Эрик и Джо Гилморы, люди не из робкого десятка, за плечами которых не одна отнятая жизнь, погибли от его рук. Да ещё таким образом! Эрику повезло — умер мгновенно от удара топором в голову, а вот Джо, редкая стерва, которой уступала даже сестра Миллс, знатно помучилась. За пару дней Билл вселил в их души страх. А уж когда он призвал при них огонь… Его прозвали демоном и старались всячески избегать. Сайфер поднялся на третий этаж и, минуя спальные места других беспризорников, что притихли при его появлении, добрался до своего закутка, где лежали его чемодан и спальный мешок. За сохранность вещей он не переживал — никто не рисковал даже близко к этому месту подходить. Он сел и лениво посмотрел в окно. Очередной день подошёл к концу. Знать бы ещё — какой. Билл оглядел помещение и, не найдя нужного человека, громко свистнул. — Мелкий! Послышался топот, и из темноты вышел невысокий щуплый парнишка, лет так одиннадцати. Никто уже не помнил его имени — все звали его Мелким. Да и какой смысл запоминать имена, если они не настоящие? Мелкого не трогали по одной причине — Билл не позволял. — Ты звал, Расс? — А ты что, на слух жалуешься? — саркастично спросил он, вытаскивая из кармана брюк пару купюр. — Сгоняй за сигаретами. — А не проще стащить? — Хозяин магазина, Джошуа, когда-то начинал, как ты, так что прояви уважение, — Билл отвесил ему лёгкую оплеуху. — Ты ж у нас за календарём следишь. Какое сегодня число? Мелкий полез в карман спортивных штанов, достал помятый маленький календарик и, пролистнув несколько страниц, гордо сообщил: — Тридцать первое августа! Билл нахмурился. Надо же, он едва не пропустил этот день… — Расс? — позвал его Мелкий. — Так тебе сколько взять? — Сколько получится, — протянул он, снова поворачиваясь к окну. Уже завтра он поедет в Хогвартс. Такое ощущение, будто с того дня, когда он там был в последний раз, прошла вечность. Билл зажёг на руке огонь и тут же потушил его. Завтра он вернётся… Только почему он не чувствует радости?..