Возрождение демона

Остаток недели прошёл на удивление мирно. Единственное, что натворил Билл, это начал возмущаться из-за созвездия Большой Медведицы на Астрономии. Однако никто так и не понял, чем была вызвана столь бурная реакция. Гермиона устало зевнула. Ночные дежурства выматывали. В одиночку теперь никто не ходил, из-за чего дежурить приходилось чаще, чем обычно. Учителя называли это «мерой предосторожности». И было вполне понятно, против кого приняты эти меры. Однако с той ночи, когда они с Седриком столкнулись в коридоре с Биллом, больше никаких происшествий не было. Точнее, были, но не настолько страшные. Сегодня ночью Гермиона поймала близнецов Уизли, которые клятвенно заверяли её, что уснули в библиотеке, а пару дней назад Седрик снова выловил в коридоре Луну, ходившую во сне. Больше ничего необычного не случалось. По крайней мере, никто об этом не говорил. Пока совы разносили почту, Гермиона изо всех сил старалась не уснуть, в отличие от Гарри, что тихонько сопел у неё под боком, даже не притронувшись к еде. Девушка покачала головой, но будить его не стала. Она развернула новую газету, поднесла чашку с чаем к губам и замерла, едва увидев заголовок. — Гарри! Гарри, проснись! Поттер недовольно что-то проворчал, широко зевнул и потянулся к стакану с тыквенным соком. — В чём дело? — Смотри! Гермиона развернула в его сторону газету. Гарри, всё ещё не до конца понимая, кто он, где он и зачем вообще живёт, сделал глоток сока и уставился на огромный заголовок на первой странице. Секунд десять он просто рассматривал буквы, прокручивая в голове новую информацию. Когда же до него, наконец, дошло, он поперхнулся, забрызгав соком страницу. — Гарри! — недовольно воскликнула Гермиона, доставая волшебную палочку. — Эванеско! Страница вновь стала чистой. Первую полосу украшала подвижная фотография, на которой Невилл обнимал двух довольно похожих на него людей, а сверху огромными чёрными буквами выделялся заголовок: «Чудесное исцеление Фрэнка и Алисы Лонгботтом! Герои Первой магической войны снова с нами!» «Ночью пятого сентября случилось немыслимое — Фрэнк и Алиса Лонгботтом, которые 31 октября 1981 года подверглись непростительному заклятию Круциатус, из-за чего в последствии лишились рассудка, полностью излечились. До сего дня ни один целитель не верил в их выздоровление. Как утверждает дежурный целитель больницы Святого Мунго Гиппократ Сметвик, их исцеление не было возможным, и единственное, что можно для них сделать — это обеспечить достойную жизнь до их самого последнего дня. «Я не понимаю, как это случилось», — признался растерянный целитель Гиппократ Сметвик. — «Четырнадцать лет не было никаких признаков улучшений, а тут — полное исцеление за одну ночь! Их разумы полностью восстановлены — в этом я абсолютно уверен. Это чудо!» Что же стало причиной такого чуда?..» Гарри с Гермионой продолжили читать статью, что растянулась на две страницы. Гермиона закончила читать первой и оглядела стол Гриффиндора в поисках Невилла, но его нигде не было. Остальные студенты, по всей видимости, тоже изучали статью. Кто-то сидел кучками, некоторые толпились за спинами других, через плечо заглядывая в газету. В зале поднялся такой гул, словно где-то рядом летал огромный рой пчёл. — Просто невероятно, — выдохнул Гарри. — Я не знал что с его родителями случилось такое… Он никогда о них не говорил. — Он выглядит таким счастливым, — Гермиона улыбнулась, глядя на подвижную фотографию. Качество было не самым лучшим, но даже так можно было разглядеть слёзы счастья на лице Невилла и его родителей. Интересно, помнят ли они все эти четырнадцать лет, проведённых в таком ужасном состоянии? Помнят ли, как их навещали родные? Журналисты ограничились лишь интервью со Сметвиком и Августой Лонгботтом. Видимо, семье Невилла в тот момент явно было не до прессы… — Но это как-то странно, не находишь? — нахмурился Гарри. — Исцеление за одну ночь… Разве такое бывает? Я понимаю — магия и все дела, но, Миона… — «Не знаю, что за сверхсила их спасла, но я безмерно этому рада», — прочитала она слова Августы Лонгботтом. — Сверхсила… Но разве он на такое способен? Он ведь даже не может покинуть пределы школы — профессор Робертс сам об этом говорил. — Видимо, он ошибался. Их взгляды устремились на стол Слизерина в поисках одной очень яркой фигуры. Однако Билла там не было. — Слишком много совпадений, не находишь? — хмыкнул Гарри. Малфой, что удивительно, сидел на своём обычном месте в окружении Крэбба и Гойла. Сидящая напротив Пэнси что-то ему рассказывала своим противным писклявым голосом, но Малфой её, похоже, совсем не слушал. За всё это время он не проронил ни слова. * * * Драко молча смотрел на корзинку с печеньем перед собой, однако мысли его были далеко. Рядом что-то опять говорила Паркинсон, Крэбб с Гойлом смеялись над какой-то шуткой. Его же самого не оставляло чувство тревоги. После ночного дежурства он вернулся в гостиную Слизерина и по привычке сразу же пошёл в комнату Билла. Тот обнаружился на полу в окружении кучи разрисованных листов пергамента. Теперь он где-то достал цветные карандаши. Убедившись, что Билл на месте и никуда не собирается, Драко отправился спать. Увы, кошмары не прекращались. На этот раз ему снилось, как они с Биллом играют в упрощённую версию квиддича на школьном поле. Билл всегда любил летать, но из-за отсутствия глаза боялся подниматься слишком высоко. Во сне же он был счастлив… пока не потерял контроль над метлой и не упал с огромной высоты, сломав себе позвоночник. Драко до сих пор содрогался от той ужасной картины, представшей перед ним — Билл, с вывернутыми руками и ногами, со сломанной шеей, лежит на песке, а от него во все стороны расползается багровое пятно. Драко мотнул головой, прогоняя дурные воспоминания. Проснулся он раньше обычного и, решив не тратить время зря, пошёл проведать Билла. Однако в комнате его не было. Не было его и в гостиной, где он неоднократно прижимался носом к окну и говорил, что «рыбоголовые уродцы что-то замышляют». Драко обыскал всё общежитие, но Билла так и не нашёл. Об этом он незамедлительно сообщил Снейпу. К счастью или нет, тот не стал брать Драко с собой, позволив ему наконец отдохнуть. Малфой был ему за это благодарен. И всё же… Куда пропал Билл? * * * Мысли… Мысли-мысли-мысли. Их много. И мало. Много и мало. Странно? Нет, не странно. Всё правильно. Так и должно быть. Так и должно быть… Мысли… Когда же они закончатся? Когда же их поток иссякнет? Как бесконечный водопад… А вода летит в небо. Нет, не вода. Что-то красное… Кровь? Да, это она. Смертные без неё жить не могут. До чего же странно. И забавно. Водопад… Откуда этот водопад? Где-то он был. Что-то важное с ним связано, что-то… важное. Никак не вспомнить. Но это где-то рядом. Воспоминаний не так много. Водопад среди них. Звёзды… Звёзды? Почему вдруг они? И… Ковш Большой Медведицы. Почему это так злит? Почему не водопад? Мысли-мысли-мысли… Не так много, но столько проблем! Мысли… Слишком много мыслей… * * * На занятиях Билл не появлялся. Драко, казалось, нервничал. Каким бы странным это ни казалось Гермионе, подойти к нему она так и не решилась. Если бы только рядом не было этой вездесущей Паркинсон! В библиотеке, как и всегда, было тихо. Гермиона направилась к стеллажам с книгами по Чарам. Кто бы что ни говорил, а учителя правы — нужно уже сейчас начать готовиться к экзаменам. По крайней мере, пока библиотеку не заняли семикурсники — в прошлом году от них было много шума. Гермиона провела пальцем по корешкам книг, добралась до нужной и слегка сдвинула её в сторону, дабы убедиться, что это именно та книга. — Зачем людям пальцы на ногах? — неожиданно раздался над ухом звонкий голос. Гермиона с криком отскочила в сторону. Книга с грохотом упала на пол. — Что там за шум?! — крикнула мадам Пинс. — Извините, — сказала в ответ Гермиона и наклонилась за книгой. Та, несмотря на довольно древний вид, оказалась на редкость крепкой и ни капельки не пострадала. Девушка облегчённо вздохнула и сурово посмотрела на Билла. Тот держал руки за спиной и крутил в разные стороны трость. Цилиндр сполз чуть набок, но при этом почему-то не падал. Сам Билл был бледен, вокруг глаз обозначились тёмные круги, даже волосы уже не казались такими блестящими и яркими, как раньше. — Ну так что? — нетерпеливо спросил он. — Что? — не поняла Гермиона. Своим появлением он застал её врасплох. Кажется, он о чём-то её спрашивал… — Зачем людям пальцы на ногах? От них ведь никакой пользы. Ещё и цепляются за всё подряд! Грейнджер вздохнула. Если она не ответит, он полезет со своими вопросами к кому-нибудь другому, и не факт, что это закончится хорошо. — Они сохранились в процессе эволюции… — Чего? — нахмурился Билл. Гермиона терпеливо объяснила: — Учёный Чарльз Дарвин считал, что у человека и обезьян был общий предок, поэтому… Билл вдруг громко захохотал. Гермиона содрогнулась от его смеха и отошла в сторону. Даже слова Амбридж не вызывали у него такой бурной реакции. Из его глаз брызнули слёзы, он схватился за живот и согнулся пополам, продолжая хохотать. Из-за его смеха Гермиона не услышала, как пришла мадам Пинс. И вид у неё был недобрый. — Что вы себе позволяете?! В библиотеке должно быть тихо! — Произошли… Ик!.. от обезьян! Ик! Билл замер и снова икнул. — Я уведу его, мадам Пинс, — негромко сказала Гермиона. — Извините, что доставили столько шума. Женщина хмыкнула и вернулась на своё прежнее место. Гермиона же повернулась к Биллу. Тот с изумлением продолжал икать. — Что за… Ик!.. странные судороги? Ик! — У тебя икота. Идём, от нас и так слишком много шума. Девушка взяла его за руку и резко остановилась. Обернувшись, она коснулась ладонью его лба, а затем и шеи. — Ты весь горишь! — Обязательно меня трогать? Ик! — поморщился Билл, сбрасывая с себя её руки. — Это даже… Ик!.. противнее той отравы, что вы зовёте… Ик!.. едой. — У тебя жар, — прошептала Гермиона. — Ты заболел. Тебе нужно в лазарет. Мадам Помфри даст тебе лекарство… — Глупости! — с отвращением процедил Билл. — Я… Ик!.. сам в состоянии справиться… Ик!.. со столь примитивными проблемами. — А по тебе видно, — не выдержала Гермиона, скрестив руки на груди. — Ты с каждым днём всё больше напоминаешь ходячий труп! Если ты не будешь лечиться, тебе станет гораздо хуже, и ты вообще можешь умереть! Билл громко икнул. Цилиндр на его голове смешно подпрыгнул. И пусть смотрел он на Гермиону, у неё создавалось впечатление, будто он её даже не видит. — Ты вообще меня слушаешь? — Пять пальцев как-то много, не находишь? Ик! — задумчиво протянул Сайфер. — Слишком у вас много… Ик!.. бесполезных частей тела. — Ты меня не слушаешь… — пробормотала Гермиона. — И зачем я вообще пытаюсь? — Вы, смертные, вообще слишком много на себя берёте. Хотя наблюдать за вашими бесполезными попытками спасти всех и каждого крайне забавно. Билл направился к выходу. Только сейчас Гермиона осознала, что он ни разу даже не заикнулся. И словно в ответ на её мысли, со стороны двери послышалось звонкое «Ик!», сопровождаемое тихой руганью. * * * Вернулся в школу Невилл только вечером в воскресенье. Его появление в гостиной Гриффиндора встретили тишиной. Но даже это не могло испортить его настроение и стереть с лица счастливую улыбку. — Всем добрый вечер! — махнул рукой Невилл, не переставая улыбаться, и направился в сторону спален, но ему наперерез выскочила Гермиона. — Невилл! — Гермиона! — парень широко расставил руки и заключил её в объятия. Девушка самую малость опешила, но сказать ничего не успела — Невилл её уже отпустил. — Как… как ты? — Я? Просто замечательно! — Лонгботтом счастливо рассмеялся и взъерошил волосы. Гермиона с удивлением отметила, что он даже не заикался. — Никогда не чувствовал себя так уверенно и… и… — Счастливо? — Да! Именно! Это просто удивительно! Дамблдор разрешил мне на выходных возвращаться домой, представляешь? Я боялся, что не увижу родителей до самого Рождества, но… — в его глазах блеснули слёзы, когда он заговорил о родителях. — Теперь вот не знаю, как дожить до пятницы. Он нервно усмехнулся. Несмотря на это, он был счастлив, и Гермиона не знала, как спросить его о том, что терзало её все эти дни. — Невилл… Мы с Гарри хотели кое о чём тебя спросить… Не присядешь с нами? Парень с улыбкой кивнул и Гермиона отвела его в излюбленный уголок гостиной, где они вместе с Гарри корпели над домашним заданием. Чтобы им никто не мешал, они обычно накладывали Заглушающие чары, так что никакие посторонние звуки их не отвлекали. Увы, это была вынужденная мера — в гостиной Гриффиндора тишина наступает лишь ночью. Пройдя сквозь невидимый барьер, Гермиона и Невилл оказались под куполом чар в полной тишине. Гарри оторвался от пергамента, на котором уже второй час писал эссе по Истории магии, и улыбнулся. — Привет, Невилл. Как прошли выходные? — Замечательно! — лицо Лонгботтома озарила улыбка. — Это были лучшие выходные в моей жизни! — Это чудо, не правда ли? — Самое настоящее! — Невилл, а что целители говорят об этом? — осторожно спросила Гермиона. — Что это чудо! — Но, Невилл… Чудес ведь не бывает. — Гермиона, мы живём в волшебном мире, где возможно практически всё. Неужели в нём не найдётся места маленькому чуду? — Да, но… — Гермиона, — Невилл положил руки ей на плечи и робко улыбнулся. — Мои родители вернулись. Ты не понимаешь, каково видеть их едва ли не каждый день и осознавать, что они меня даже не знают… и никогда не узнают… Я был сиротой при живых родителях. Но всё изменилось. И продолжает меняться. Знаю, ты не веришь в чудеса, но поверь хотя бы в это. Моя мечта сбылась. Я счастлив! Гермиона тяжело вздохнула. Похоже, всё действительно замечательно… Вот только что будет потом? Какова цена этого чуда? — Я боюсь, что расплата будет ужасной, — прошептала она. Улыбка Невилл стала слабее, однако в глазах не было ни капли страха или сомнений, а только уверенность. — Это моя ноша, Гермиона. И я сам с этим справлюсь. Спокойной ночи. Он помахал рукой на прощание и поспешил подняться в спальню, пока никто опять не завалил его вопросами. Гермиона вздохнула и села рядом с Гарри. Тот задумчиво смотрел на кончик пера. — Ты всё время молчал, — заметила Гермиона не то с укором, не то с усталостью. — Я просто думал… А может ли Билл вернуть моих родителей? Девушка резко подняла голову, с изумлением глядя на Гарри. В душе она надеялась, что он пошутил. Увы, он был предельно серьёзен. — Гарри, это безумие! Ты даже не знаешь, что он попросил у Невилла взамен… Он демон, а демонам нельзя верить. Это самоубийство! — Думаешь, я не понимаю? — раздражённо бросил Поттер. — Думаешь, не осознал, какой это риск? — Тогда зачем?.. — Гермиона, ни я, ни Невилл никогда не знали своих родителей по-настоящему. Но теперь его родители с ним. И если есть хоть малейший шанс вернуть моих… — Гарри, родители Невилла живы, а твои — нет! — выпалила Гермиона. — Исцелить — это одно, но вернуть из мира мёртвых — совсем другое. Ты даже не знаешь, способен ли на это Билл! — Вот у него и узнаю! — припечатал Поттер, резко поднялся и сгрёб все письменные принадлежности в сумку. — Гарри… Парень прошёл мимо Гермионы, даже не взглянув на неё. Та же с трудом сдерживала слёзы. Что же теперь делать? Как его остановить? Как заставить Билла остановиться? * * * Драко хмуро смотрел на пустое место рядом с собой. Звонок уже давно прозвенел. Билла не было видно с самого утра. Вчера вечером тот сидел в своей комнате и читал учебник по Истории магии, зачем-то перевернув. Драко наблюдал за ним некоторое время, и спустя минуту понял, что Билл занят вовсе не чтением. Взгляд у него был отсутствующим, а губы едва заметно шевелились. Наверняка опять копался в воспоминаниях. Утром его в комнате уже не было. Не явился он и на завтрак, что привлекло внимание Снейпа и Робертса. На занятиях по Чарам он также не появился. Драко устало покачал головой, механически повторяя отработанное движение палочкой и нужные слова. Толку от этого, правда было немного — сосредоточиться у него не получалось, а потому все его попытки колдовать ни к чему не привели. К счастью, не один он столкнулся с подобной проблемой, а потому не сильно выделялся. Краем глаза он заметил, как рядом кто-то дёрнулся. Драко повернул голову в ту сторону и нахмурился. Тео с болезненным выражением лица схватился за левое предплечье. Он побледнел, а на лбу появились капельки пота. Длилось это всего секунд десять. После этого Нотт продолжил отрабатывать заклинание, словно ничего не случилось. Лишь странная бледность выдавала его. Сколько бы Драко не приглядывался, а разглядеть что-либо на предплечье Нотта не представлялось возможным. Не мог же Тео… Нет. Он всегда был против, презирал за это отца. Он не мог так поступить. Просто не мог. Или же?.. * * * Билл появился на Зельеварении. От вопросов Драко он лишь отмахивался, не желая объяснять своё отсутствие на занятиях. Снейп, заметив Билла возле котла, мигом подлетел к нему, контролируя каждое его движение. Впрочем, даже это не помешало Сайферу взорвать очередной котёл и вылететь из кабинета с диким хохотом. Студенты старались не смотреть на Снейпа, который в попытке остановить Билла, подошёл слишком близко к котлу за мгновение до взрыва и теперь был покрыт толстым слоем копоти. На почерневшем лице с трудом можно было разглядеть глаза. Ученики отвернулись, пытаясь скрыть смех, чтобы не взбесить преподавателя ещё больше. Драко вылетел из кабинета вслед за Биллом, надеясь поймать его, и несказанно удивился, обнаружив его всего в пяти шагах от кабинета. Тот с широкой улыбкой, всё ещё посмеиваясь, рисовал на стене глаз. — Ты что делаешь? — как можно спокойнее спросил Драко. Билл слегка растерянно на него взглянул и дёрнул плечом. — Берёз тут нет. Меня это напрягает. Драко едва заметно покачал головой. Возможно, когда-нибудь он перестанет так удивляться словам Билла. Но причём тут берёзы, книззл их подери?! — А вообще, если задуматься, мне начинает нравиться это место, — усмехнулся Билл, вырисовывая над глазом три ресницы. — Никаких лишних мыслей, только тишина и единение с собой… Он резко ударил кулаком по стене. Послышался хруст. Камень остался целым, а вот пальцы покраснели, из мелких ссадин сочилась кровь. — Бесит! Билл рассмеялся, но как-то нервно. — Хе-хе… Боль… Почему это так смешно? Он посмотрел на Драко и неловко склонил голову набок. Малфой нахмурился. Что-то с Биллом было не так. — Воу, — Сайфер присвистнул, но уже не так лихо, как раньше. — У тебя есть брат-близнец? Не знал… Драко огляделся и, не обнаружив в коридоре больше никого, снова повернулся к Биллу. Тот едва заметно покачивался, с силой опираясь на трость. — У меня тоже были братья… Те ещё психи. — Ты болен, — наконец догадался Драко. — Жар, слабость во всём теле, в глазах двоится… Верно ведь? Именно это ты чувствуешь? — Плоть чувствует слишком много, — Билл неопределённо мотнул головой, зажмурился и резко выпрямился, с безумием глядя на Драко. — Газировка… Зачем в неё добавляют орех? — Что? — растерялся Драко. Билл же рассеяно скользил взглядом по стенам. Малфой осторожно подошёл ближе. — Я знаю, где найти берёзы. Идём со мной, и я отведу тебя к… Билл схватил Драко и оттолкнул к стене. Малфой зашипел, больно ударившись затылком. Сайфер продолжал удерживать его. — Я не вижу! — прокричал он в панике. — Где мои глаза?! Почему я не вижу? Билл тяжело дышал. Драко чувствовал через плотную ткань мантии, насколько у него горячие руки. Это плохо. — Источник! — воскликнул Билл. — Мне нужен источник! Он отпустил Драко и бегом покинул подземелья. Малфой остался стоять на прежнем месте. На противоположной стене красовался чёрный глаз, и от чего-то слизеринцу казалось, что тот смотрит прямо в душу. * * * Гарри никак не мог сосредоточиться на чтении. Автор учебника наверняка претендовал на звание самого занудного автора в мире — иначе оправдать написанную им тягомотину невозможно. Одно введение у него растянулось на двадцать страниц! Тем не менее, читать было нужно — Амбридж наблюдала за всеми, сидя за преподавательским столом и сладко улыбалась, будто готова была вцепиться кому-нибудь в глотку. В одиннадцатый раз прочитав одну и ту же строку и так и не поняв её смысл, Гарри решил просто делать вид, что читает. Ни к чему привлекать внимание Амбридж. Билл на прошлой неделе на личном примере доказал, что злить её — себе дороже. Гарри исподлобья осмотрел класс. Он сидел на предпоследней парте и отсюда мог видеть всех учеников. На крайнем правом ряду обнаружилась знакомая блондинистая шевелюра. Её обладатель склонился над учебником и не шевелился. Заснул, что ли? Гарри снова перевёл взгляд на учебник. Малфой здесь. Почему с ним нет Билла? На Зельеварении тот успел взорвать очередной котёл, попутно упрекнув Снейпа в том, что тот за неделю так и не обзавёлся чувством юмора. Гарри не видел Билла ни в коридорах, ни в Большом Зале. А встретиться с ним нужно было. Нужно… Поттер взглянул на сидящего впереди Невилла и тихо вздохнул. Чудо… А может ли оно повториться? Всего лишь раз? Ему снилось, как он проводит выходные в компании родителей и Сириуса. Как вместе с отцом они играют в квиддич во дворе дома, мама ругается, что они могут сломать её любимые цветы, а Сириус весело смеётся. Чудо… Одно маленькое чудо… «Исцелить — это одно, но вернуть из мира мёртвых — совсем другое…» Родители Невилла были живы… Есть ли хоть малейший шанс, что Билл сможет вернуть мёртвых к жизни? Гарри нужно с ним встретиться. Нужно поговорить. Что бы ни говорила Гермиона, он должен попытаться. Ей не понять, каково это — расти без родителей. * * * Сразу после звонка Гермиона схватила Гарри и, не слушая его возражений, потащила его в один из пустых кабинетов в конце коридора. Не успел Поттер опомниться, как за спиной щёлкнул замок и стало непривычно тихо. Возле окна стоял профессор Робертс, подняв волшебную палочку. Рукава рубашки он закатал до локтей, а вместо пиджака на нём был чёрный жилет. Лицо его, как всегда, почти ничего не выражало, но вот в глазах плескалась ничем не прикрытая злость. Гарри повернулся к своей подруге. — Гермиона, в чём... — Гарри, я всё ему рассказала. И прежде чем ты начнёшь кричать и обвинять меня в предательстве, выслушай то, что тебе скажут, — припечатала Грейнджер таким тоном, что возражать ей было попросту страшно. — Чего-то подобного я и ожидал, мистер Поттер, однако всё же надеялся, что у вас хватит ума не верить словам демона, — холодно произнёс Робертс, даже не думая убирать палочку. Гарри зло посмотрел на Гермиону и повернулся к Робертсу, сжав руки в кулаки. — Я верю не словам, а поступкам, сэр. Он помогал мне и до этого, не говоря уже о том, что совсем недавно вернул родителей Невилла! — Вам помогал мальчишка, а не всесильный демон. Да и с чего вы взяли, что он бескорыстно вернул родителей мистера Лонгботтома? — Вам не понять! — воскликнул Гарри. — Вы не знаете, каково жить без родителей, да ещё и с людьми, которые тебя и за человека не считают! — Я понимаю вас, мистер Поттер, — совсем тихо ответил Робертс, разом помрачнев. — Лучше, чем вам кажется. Что до Билла… Он не умеет воскрешать мёртвых. Увы, мне пришлось убедиться в этом на своём опыте. Он поможет вам воссоединиться с родителями единственным доступным ему способом — убив вас. И никак иначе. Я не исключаю, что он мог исцелить Лонгботтомов. Но воскрешать мёртвых он не может. Гарри разжал кулаки. Сердце пропустило удар. Надежда разбилась вдребезги. Неужели всё напрасно? Он никогда не увидит родителей живыми? Никогда не увидит, никогда не услышит, что они любят его… Глаза защипало. Поттер зажмурился и покачал головой. — Простите, профессор… — Я не виню вас, мистер Поттер, — устало вздохнул Робертс. — Я понимаю вас. Билл может одурачить, купить льстивыми речами и заманчивыми обещаниями, но ему ни в коем случае нельзя верить. Хотел бы я, чтобы всё было иначе… Последнюю фразу он произнёс так тихо, что гриффиндорцы с трудом его расслышали. — В последнее время его практически не видно, — сказала Гермиона. — Когда я видела его в последний раз, мне показалось, что он… — Болен, — закончил за неё Робертс. — Вы правы, мисс Грейнджер. — Нужно что-то с этим делать! Сам он ни за что не пойдёт в лазарет. — Заставить его мы тоже не можем. Остаётся лишь ждать. — Но так он убьёт себя! «Тем лучше для нас», — мысленно ответил Робертс, но вслух не произнёс. Эти дети всё ещё надеются спасти его. И как объяснить им, что искать каплю пресной воды в море — пустая трата времени? — Не убьёт. Он на редкость живуч. Что насчёт мисс Лавгуд? — У нас пока не было возможности с ней поговорить, — тихо ответил Поттер. — В таком случае, найдите её. А теперь идите. Не нужно привлекать чужое внимание вашим отсутствием. * * * Аппетита не было совсем. Гарри лениво катал по тарелке горох, ожидая, когда же обед подойдёт к концу. Логичнее было бы и вовсе сюда не приходить, но Гермиона всерьёз опасалась, что без неё он может натворить глупостей. Вот ещё! — Гарри, — тихо позвала его девушка. — П-прости, что пришлось всё рассказать… я… — Всё в порядке, Гермиона, — Поттер грустно улыбнулся. — Нужно было сразу послушать тебя. И с чего я вообще взял, что он может воскресить мёртвых? Будь это возможно, все были бы счастливы. Гермиона прикусила губу, с трудом сдерживая слёзы. — Гарри, я… я знаю, как сильно ты хотел бы вернуть родителей, пусть даже ценой этого будет сделка с Биллом. Ты не мог знать… — Я всё равно поговорю с ним. Гермиона с изумлением уставилась на друга. — Гарри! — Расслабься, — Поттер хмыкнул. — Никаких сделок. Мне просто интересно, признается ли он в том, что не может возвращать умерших. И что он потребует взамен. Надо ведь узнать, что он потребовал у Невилла. Гриффиндорцы посмотрели на своего однокурсника. Лонгботтом был в хорошем настроении, разве что с некоторым смятением поглядывал на стол Слизерина. Проследив за его взглядом, Гарри и Гермиона поняли, что его так тревожит. За столом Слизерина снова не было Билла. * * * Вечером Билл снова обнаружился в своей комнате. На все вопросы Малфоя он отвечал невпопад, так что под конец разговора, который-то и разговором назвать сложно, Драко вернулся к себе. Едва он вошёл в комнату, как Тео с болезненным выражением лица схватился за левое предплечье, но, заметив Драко, тут же поспешил уйти. Малфой тут же повернулся к Блейзу. Тот увлечённо читал какую-то книгу, и, судя по обложке, книга эта была магловской. — Ты заметил, что Нотт странно себя ведёт? Забини оторвался от книги и посмотрел на Драко, как на экспонат в музее чучел. — Работа старосты настолько тяжёлая, что тебе память отшибло? — Забини, — прорычал Малфой. — Мне сейчас не до шуток. — А кто ж таким шутит? Твой одноглазый дружок убил папашу Нотта. А теперь и думай, чего он такой странный. Драко закатил глаза. — Он постоянно хватается за левое предплечье. — И что? Да мало ли… Блейз замолчал. Глаза его стали круглыми, как монеты. Обдумав ситуацию, он скептически посмотрел на Драко. — Ты же не думаешь, что он… — Не исключаю. — Он ненавидит всё это. Ненавидит отца. Зачем бы ему идти по его стопам? — Я не знаю, Забини! Ты видел что-нибудь у него? — Я по девочкам, если ты об этом. — Блейз! — не выдержал Драко. — А что ты хочешь услышать? Что я часами разглядываю каждый миллиметр на теле Нотта, будто могу найти там золото? Не видел я ничего! Ни татуировок, ни прыщей, ни каких-то там меток. Он при мне не переодевается, так что — увы! — Мордред, — выругался Драко, направляясь к своей кровати. Тео в последние дни вёл себя слишком странно. Эти его нервные взгляды вздрагивания, левое предплечье. Может, это просто совпадение? Да скорее Снейп наденет белую мантию и станцует тверк на преподавательском столе, чем окажется, что Теодор Нотт — Пожиратель Смерти! Вскоре Тео вернулся. Не глядя ни на кого, он залез на свою кровать и задёрнул полог. Драко даже не пытался ничего разглядеть, поскольку руки Нотт спрятал в широких рукавах чёрного свитера. Блейз лишь фыркнул и вернулся к чтению. Драко, не желая оставаться в комнате, пошёл проведать Билла. Ещё раз. Теперь он лежал на полу в позе морской звезды и смотрел в потолок. Глаз его почти не светился, из-за чего он казался не таким жутким. — Билл, ты в порядке? — Шутка про Уран… В чём смысл? — пробормотал Сайфер, не глядя на Малфоя. — Глупость какая-то… — Это точно, — Драко закрыл за собой дверь и подошёл ближе к Биллу, осматриваясь. Эта комната раньше принадлежала ему, но профессор Снейп решил, что держать Билла в комнате с обычными учениками, да ещё и с Ноттом, чьего отца он убил, не самая лучшая идея. Драко тогда сразу согласился уступить свою комнату, тем более, что на неё были наложены дополнительные защитные чары, так что и Билл, и все окружающие были в безопасности. Комната была сплошь усыпана листами пергамента. Часть из них была изрисована то ли схемами, то ли какими-то непонятными каракулями. На других Билл что-то пытался писать, но у него ничего не вышло — почерк был абсолютно нечитаемым, словно писал младенец, впервые взявший в руки перо. К слову, те же перья — сломанные и целые — валялись где попало. Часть их прилипла к большому чёрному пятну у кровати, что, без сомнения, раньше было чернилами. Множество пятен украшало пол, кровать, стол и стены. Разбитая чернильница обнаружилась под столом. И посреди этого хаоса лежал Билл. — Пятый лишний, — вдруг произнёс Сайфер. Драко нахмурился. — Что? — Пятый палец… мешает. Хватило бы и четырёх. Вдруг он сел и как-то странно нахмурился. — Шестопал. Кто такой Шестопал? Судя по имени, какой-то чудила… Но не из моей банды. Хотя в моей банде всяких уродцев хватает. Взять хотя бы существо с восьмьюдесятью семью лицами! Ох… И откуда такие уроды берутся? Билл шумно выдохнул и упал обратно. Взгляд Драко остановился на волшебной палочке, лежащей на письменном столе. Удивительно, что Билл её до сих пор не сломал. Что странно, несмотря на разбросанные повсюду перья и листы пергамента, в комнате не было беспорядка. Все вещи лежали на своих местах: учебники аккуратной стопкой сложены на столе, на идеально заправленной кровати (он что, ни разу на ней не спал?) лежит нетронутый комплект одежды, в приоткрытом шкафу царит идеальный порядок. — Тебя не было на занятиях, — Драко решил снова попытаться его разговорить. — И в общежитии с утра тебя тоже не было. Где ты был? — Потерялся в лабиринте разума. — Да, и теряешься ты исключительно утром! — съязвил Драко. — Поглощаю энергию космоса через ваше светило. — Солнца нет уже две недели. Билл поднялся. Выглядел он озадаченным. — Это многое объясняет. — Хочешь сказать, ты не заметил отсутствия солнца? — Когда живёшь в мире, где нет подобных пустяков, трудно их замечать там, где они есть. — Хочешь сказать… в твоём мире нет солнца? — нахмурился Драко. — Как же вы там живёте? Билл усмехнулся, потом ещё, а затем упал на спину, задыхаясь от смеха. Перевернувшись на бок, он схватился за живот и притянул к себе колени, не переставая хохотать. Но в этот раз в его смехе не было веселья, скорее… отчаяние? Драко вдруг вспомнил, что Билл — прежний Билл — никогда не смеялся. Точнее, смеялся, но не так. Он смеялся тихо, почти незаметно и, как правило, недолго. Никто ни разу не слышал его заливистого, искреннего смеха. Драко даже не мог представить его смеющимся. — Слушай, у тебя будут неприятности, если ты не будешь посещать занятия. — Ну что ты заладил, Хорёк? — Билл закатил глаза. — Хуже моего… — он на миг замолчал. — А впрочем, делай, что хочешь. Мне ты всё равно помешать не сможешь. — Что ты задумал? — мигом подобрался Драко, нащупывая в кармане волшебную палочку. — Говори! — Ха-ха-ха! Вот так я тебе всё и рассказал, да? Даже если бы я что-то задумал, стал бы я тебе об этом рассказывать? Вот если бы ты мог оказать мне небольшую… услугу. На его руке загорелся огонь. Губы растянулись в дьявольской улыбке. Драко никак не изменился в лице. — Прибереги это для кого-то другого. Я не куплюсь на это. — Ну ты же понимаешь, что я могу дать абсолютно всё, что ты захочешь? Могу осуществить даже самую безумную мечту? Драко хмыкнул и прикрыл глаза. Самую безумную?.. * * * — Это плохая идея, — покачал головой Билл, хватаясь за древко метлы. Волосы его были собраны в тугой хвост на затылке. Чёрная повязка прикрывала глаз. — Хэй, это же не отбор в команду, — ухмыльнулся Малфой, медленно пролетая на своей метле рядом с Биллом. — Мы просто развлекаемся. Тебе ведь нравится летать. — Нравится, — согласился Билл. — Так в чём проблема? — Драко… — Эй. Я ведь буду рядом. И буду следить, чтобы ни одна тварь не посмела приблизиться к тебе с правого фланга. Билл усмехнулся. — Ловлю тебя на слове. Он покрепче ухватился за метлу — новенький Нимбус 2001, взятый на время у кого-то из членов команды — и взмыл в небо. Драко едва поспевал за ним. Билл летал быстро и на редкость мастерски, что удивительно для человека, который практически никогда даже близко к мётлам не подходил. Его движениям могли позавидовать все члены команды. Быть может, согласись он вступить в команду, Слизерин продолжал бы оставаться чемпионом. Но Билл терпеть не мог квиддич. И Драко не станет ему это предлагать. Оба в этот миг были счастливы. * * * Малфой покачал головой, хотя Билл вряд ли это заметил, поскольку был у него за спиной. — Самое смешное, что, даже если ты вернёшь всю свою силу, ты никогда не сможешь дать мне то, чего я действительно хочу. — Так не бывает! — усмехнулся Билл. «Бывает». Драко не обернулся. Он быстро вышел из комнаты и на некоторое время задержался за дверью. Немного поразмыслив, он достал волшебную палочку и наложил на дверь запирающее заклинание. Ну вот, теперь можно спать спокойно, зная, что Билл никуда не сбежит. * * * Развилка. Поворот. Ещё один поворот. Тупик. Не-нет-нет. Здесь не может быть тупика. Не может! Седрик вернулся к развилке и свернул в другую сторону. Поворот. За ним ещё один. Снова развилка. Наугад пошёл налево. Тупик. Пришлось вернуться к развилке. Стоп! А где она? Седрик в ужасе огляделся. Туман продолжал сгущаться. Огонёк Люмоса погас, и все попытки вновь призвать его не увенчались успехом. А вдали уже слышен перезвон… Седрик бросился бежать, не разбирая дороги. Бесконечные повороты, развилки, тупики… Где выход? Где этот Мордредов выход?! Перезвон всё ближе. Слышен жуткий смех… Сердце бешено колотилось. Казалось, ещё секунда — и оно пробьёт грудную клетку и унесётся прочь. Лёгкие горели. Он не мог больше бежать. А выхода всё не было… Очередной поворот и — тупик. Седрик бросился на куст, с остервенением выдирая колючие ветки, раздирая ладони до крови. Колючая ветка со свистом ударила его по правому глазу. Юноша вскрикнул и в ужасе коснулся лица, по которому уже бежала струйка крови. Бежать! Нужно бежать! Он продолжил рвать ветки и наконец увидел просвет. Выдрав последние ветки вместе с корнями, он вытянул руки… и упёрся в каменную стену. Неверие сменилось шоком, а затем — ужасом. Он обернулся. Сердце пропустило удар. Ярко-жёлтый треугольник пронзительно захохотал. — Думал от меня сбежать? У меня глаза повсюду — от меня не скроешься! Ха-ха-ха-ха! Седрик прижался спиной к каменной стене и сполз вниз. Слёзы смешались с кровью. Выход… Нужно найти выход… — Ты опоздал, малыш. Выхода нет! Треугольник вдруг стал красным, его глаз почернел. — Зато есть я! — сильно изменившимся голосом произнёс треугольник и бросился на него. Седрик пытался закричать, но из горла не вырвалось ни звука. Последнее, что он увидел, это чёрный глаз, с вертикальным красным зрачком. * * * Седрик открыл глаза и едва не столкнулся с кем-то. Сердце всё ещё бешено колотилось. Дышать было больно. Ещё и правый глаз странно болел. Несколько минут Седрик просидел вот так, пытаясь прийти в себя, а потом понял, что находится не в своей комнате. Он с ужасом огляделся. Пустой коридор. Так сразу и не скажешь, в какой части замка он оказался, но явно не рядом с общежитием Хаффлпаффа. — Оу. Ты снова в себе. Буквально. Только теперь Седрик взглянул на сидящую перед ним девушку. Луна была в одной лишь ночной рубашке, снова без обуви. Её губы растянулись в слабой, мечтательной улыбке. Диггори с облегчением вздохнул. — Луна… Ты даже не представляешь, как я рад тебя видеть… — Взаимно. Надеюсь, Билл тебя не сильно потревожил? Седрик замер, наконец осознавая, что его здесь быть не должно. Сегодня не его очередь дежурить. Он должен быть в своей комнате. Да, точно… Он ведь именно там и уснул. Так как он здесь оказался? — Билл? — немного рассеянно переспросил юноша. — А он тут при чём? — Оу, — снова произнесла Луна. — Он не говорил тебе, что воспользуется твоим телом? Седрик опешил. — Он — что?! — Я думала, ты знаешь, — ровно проговорила девушка. — Обычно он позволяет видеть, чем он занят. — П-погоди… я не понима… Голова его резко опустилась. Когда же он поднял голову, глаза пожелтели, а зрачки вытянулись, как у змеи. Долгое время он смотрел на Луну, но казалось, будто он её даже не видит. Спустя несколько минут он закрыл рукой правый глаз и зло посмотрел на спокойную девушку. — И что, позволь спросить, ты творишь? — прошипел Седрик. — С каких пор вмешиваешься в мои дела? Мне пришлось выжечь этот разговор из его памяти! Луна склонила голову набок, внимательно разглядывая его. — Ты слабеешь. — Чушь! — Вокруг тебя летают мозгошмыги… Седрик промолчал. — В нашу первую встречу ты был сильнее. — У меня и сейчас достаточно сил. Он резко поднялся на ноги, но пошатнулся и едва не упал. Глаз мигнул, как перегоревшая лампочка. — Ты больше не займёшь тело Седрика, — твёрдо произнесла Луна, поднявшись следом и нахмурив брови. — Он мой друг. — Привязанность к смертному мешку плоти делает тебя слабой. — Просто у нас с тобой разные ценности. Седрик фыркнул. Глаз снова мигнул. — Ты слаб. Болезнь отнимает твои силы. Тебе нужно сходить в лазарет. — Мне не нужна ничья помощь! — рявкнул юноша. Тело его обмякло и упало на пол. Из правого глаза текла кровь. Луна покачала головой и помогла Седрику подняться. Что ж, теперь у неё есть вполне весомая причина не находиться в своей постели. На стене, у которой недавно сидел Седрик, остался нарисованный кровью глаз. * * * Билл рвано выдохнул, возвращаясь в собственное тело. Ощущения были отвратительными. Боль распространилась по всему телу. Боль… Он снова чувствует. Что-то чувствует! Сайфер усмехнулся и попытался подняться, но ноги его совсем не слушались. Не получалось даже пошевелить одним из множества бесполезных пальцев. Дитя Безумия… И надо было ей вмешаться! Билл пополз к двери. Тело не слушалось. Руки почти не отзывались и казались ватными. Ещё и внутри всё горело. Тридцать девять… Странно, почему именно это пришло на ум? Неважно! Сайфер добрался до двери и схватился за ручку, но она не поддалась. Присмотревшись, он увидел потоки магии, не позволяющие двери открыться. Кто мог… Хорёк! Ещё один «герой» нашёлся! Хорошо хоть, что недостаточно умён, чтобы сотворить что-то сложное. Да тут потянуть за одну нить — и вся защита рухнет! Билл потянулся к этой нити, опираясь на другую руку, но она его подвела. Неловко подвернув её, он свалился прямо под дверью. Тело окончательно подвело его. Подняться он уже не мог. Зарычав от злости, он что есть силы ударил пока ещё здоровой рукой по двери, вызывая приступ жгучей боли. Боль… Как же её не хватает! * * * Неделя пролетела незаметно. Каждый вечер Драко наведывался в комнату Билла, чтобы проверить, там ли он находится, и накладывал на дверь запирающее заклинание. Каждое утро он снимал чары и находил Билла на полу в позе морской звезды. Кровать тот упорно игнорировал, решив вместо этого завалить её исписанными листами пергамента, слой которых и на полу, и на кровати с каждым днём становился всё толще. Обычные каракули и непонятные слова сменились вполне обычными глазами. Что странно — многие видели подобные глаза на стенах в коридорах. Филч постоянно ругался и стирал эти глаза, но они таинственным образом появлялись на том же месте на следующий день. Попыток избавиться от них он, однако, не оставил. Билл же с каждым днём всё больше напоминал оживший труп, и внутреннее чутье Драко подсказывало ему, что ещё немного, и Билл вместо ожившего трупа превратится в обычного. Волосы его заметно потускнели и, казалось, истончились. Кожа стала пепельно-серой, сквозь неё даже просматривались тонкие нити сосудов. Щёки впали, из-за чего скулы казались невероятно острыми. Одежда на нём помялась. Все его движения, поначалу удивительно плавные и точные, стали нервными и неуклюжими. Он теперь постоянно опирался на трость, что до этого лишь в качестве украшения носил на изгибе локтя. Любой мог заметить, что ходил он с огромным трудом. И при всё этом он напрочь отказывался есть. В Большом зале он молча смотрел на потолок или лениво оглядывал студентов. На занятиях же он просто замирал. Со стороны выглядело так, будто он о чём-то глубоко задумался. Драко пытался заставить его есть, однако все его попытки ни к чему не привели — Билл его просто игнорировал или небрежно отмахивался. В пятницу, во время завтрака, Билл решил отступить от своего обещания и потянулся к стакану с тыквенным соком. Пальцы его сильно дрожали. Нечто подобное происходило с ним на четвёртом курсе, когда к неожиданным провалам в памяти добавилась зависимость от курения. Стакан выскользнул из его пальцев, и по столу расползлось ярко-оранжевое пятно. Билл раздражённо зарычал. — Дрянная плоть! Никчёмные пальцы! Билл подскочил и, пошатнувшись, вылетел из зала, едва не налетев на учеников, сидящих за соседним столом. Тео тоже вёл себя странно — постоянно прятался, нервно оглядывался и хватался за левое предплечье. Драко написал об этом отцу, однако тот не смог ни подтвердить, ни опровергнуть его догадку. А раз так, придётся брать дело в свои руки. Как только Тео поднялся из-за стола, Драко последовал за ним. Нотт, видимо, заметив его, ускорил шаг, но Малфоя это не остановило. Перейдя на бег, он догнал друга в коридоре, крепко схватил за руку, чтобы тот не вырвался, и, игнорируя его крики, затолкал в ближайшую нишу. Тео ударился головой и недовольно зашипел. — Малфой, ты свихнулся?! Драко схватил его левую руку и задрал рукав до самого локтя. Меньше всего он ожидал увидеть ярко-красные царапины и точки, окружённые едва заметными фиолетовыми синяками. — Что за… Тео вырвал руку и снова опустил рукав. — Шипы ядовитого плюща, — пояснил он. — Не поддаётся лечению, нужно лишь перетерпеть. Драко облегчённо выдохнул. — А я уж было подумал… — Что? — хмыкнул Нотт. — Что я пошёл по стопам отца и присоединился к Сам-Знаешь-Кому? Драко промолчал. — Ты в своём уме? — нахмурился Тео. — Как ты мог подумать, что я присоединюсь к Нему? — А что ещё я должен думать, когда ты хватаешься за левую руку и просто сбегаешь? — холодно спросил Драко. Нотт закусил нижнюю губу и отвёл взгляд. — Он… он предлагал. Малфой побледнел. — Что? — Не лично, конечно… Всё-таки, кто я такой, чтобы лично Тёмный Лорд предлагал мне присоединиться к нему? — Тео усмехнулся. — Он передал сообщение через твоего отца. Мистер Малфой… Он понимал, что я никогда не соглашусь присоединиться к Нему, а потому помог мне установить на поместье Фиделиус. — Почему ты мне ничего не рассказал? Тео неопределённо пожал плечами. — А что бы ты сделал? Выступил против Тёмного Лорда? Драко молчал. — Вот именно, — вздохнул Нотт. — Ты мог хотя бы просто сказать. — Драко, это… уже не имеет значения. — Значит, то, что мы друзья, тоже не имеет значения? Тео опустил голову. — Или уже нет? — совсем тихо спросил Драко. Нотт посмотрел на него. — Мы друзья. Ничего не изменилось. — Тогда почему… — Я не могу находится рядом с Биллом, — глаза Тео странно блеснули. — Не могу смотреть, как от моего друга осталась лишь оболочка, а внутри… — Его можно спасти, — твёрдо произнёс Драко. Тео лишь покачал головой. — Если бы всё было так просто… Он проскользнул мимо Драко и скрылся в потоке студентов. * * * Гарри нашёл Билла в одном из пустующих коридоров замка — спасибо Карте Мародёров, что помимо обычных людей показывает ещё и демонов. Однако встретив его лично, Гарри невольно вздрогнул. Билл напоминал зомби. Пожалуй, даже Снейп на его фоне выглядел бы не таким болезненным, как обычно. — Билл? Сайфер резко повернул голову в его сторону. Губы скривились в непонятной улыбке, а глаз сиял расплавленным золотом. Гарри нервно сглотнул. Казалось, будто он смотрит в самую душу и копается в самых потайных уголках разума. От этого взгляда становилось не по себе. Билл продолжал смотреть на него, опираясь на трость и слегка раскачиваясь. — Билл, ты в порядке? — Гарри сделал шаг в его сторону. Демон чуть склонил голову набок и хмыкнул. — Что будет с человеком, если дважды напугать его до полусмерти? — Он будет очень зол, — пожал плечами Гарри. — Билл, я хотел спросить тебя… — Зачем пальцы на ногах, если их всё равно прячут в ботинках? — Билл посмотрел на свои ноги и поморщился. — А эта бесполезная дырка в животе? — Билл, — снова позвал его Поттер. Сайфер замолчал. — Я знаю, что ты исцелил родителей Невилла. Я хотел узнать, можешь ли ты… воскресить мёртвых? Билл посмотрел на Гарри. Кожа на лице была бледной, почти прозрачной, а вокруг глаз появились тёмные круги. — Дом… — Дом? — не понял Гарри. — Дом… Сгинул в пожаре… — Билл поморщился, хватаясь за голову. — Слишком много неизвестных… — Билл! Демон повернулся к нему и растянул губы в широкой улыбке. — Так ты хочешь встретиться со своими родными по ту сторону грани? — По эту, — мрачно ответил Гарри. — Я хочу, чтобы они стали живыми. Это возможно? — Он мог… — едва слышно прошептал Билл. — Но никогда не хотел… Дом… Огонь… — Билл? Сайфер на секунду прикрыл глаз, а когда открыл, тот стал неестественно синим. — Так, значит, по рукам? — он вытянул руку, охваченную огнём. Между руками натянулась цепь, которая тут же сбила трость. Билл не смог устоять на ногах и упал. — Чёртовы ноги! Он не предпринял никаких попыток подняться и без сил остался лежать на полу. — Билл? — обеспокоенно позвал его Гарри, но тот никак не отреагировал. — Подожди, я приведу помощь! Он выбежал в соседний коридор, где встретил Невилла. Вместе они вернулись в коридор, где остался Билл, но его и след простыл. * * * Чёртова плоть! Билл упал на единственное не заваленное листами пергамента место на полу, раскинул руки в стороны и уставился в потолок. Воспоминания, которые он так и не успел вернуть на места, ускользали от него, словно не хотели, чтобы он к ним прикасался. По-хорошему было бы провалиться в забытье и основательно взяться за возведение лабиринта разума, но мерзкое тело и здесь подвело его. Сорок… Почему вдруг сорок? Странно. К чему бы это? Неважно! Нужно в библиотеку. Туда, где никого нет. Нужно… узнать… и понять… Дом… Пожар… И они там… остались… Один… * * * Драко всеми правдами и неправдами пытался затащить Билла в лазарет, но тот не просто отказывался, а начинал угрожать. Выловить профессора Снейпа или Робертса в перерывах между занятиями оказалось невозможным — те вечно где-то пропадали и почти не появлялись даже на ночных дежурствах. По крайней мере, Драко их не встречал. В прошлый понедельник Билл не пришёл на занятия. В этот раз Драко не позволил ему сбежать. На Чарах Билл продолжал гипнотизировать потолок, игнорируя всё происходящее вокруг. На Зельеварении он, что удивительно, ничего не взорвал. Вместо потолка он разглядывал стену. Снейп, похоже, заметил его состояние, но ничего не сказал. Сейчас, по крайней мере. — Мистер Малфой, задержитесь после занятия. Драко с тревогой посмотрел на Билла, но тот ничего не делал. Может, если оставить его в коридоре на пару минут, ничего не случится? * * * — Билл! — Невилл подлетел к Сайферу с какой-то бумажкой, при этом счастливо улыбаясь. — Я достал его! Помнишь? Как и обещал. — Завещание, что ли? — усмехнулся разом оживший Сайфер, оглядываясь по сторонам. Студенты покинули подземелья. В коридоре снова воцарилась тишина. — Пропуск в Запретную секцию! Договорился с профессором Спраут. Сказал ей, что хочу изучать редкие растения, и она сразу согласилась. Есть, правда, одна проблема… — И какая же? — Пропуск на моё имя. Тебя по нему не пустят. — Ах, мой недалёкий смертный друг, — рассмеялся Билл, сверкнув жёлтым глазом, и схватил его за руку. — Ну разве ж это проблема? Он резко потянул Невилла на себя. Тот закричал от боли. Ощущение было такое, словно его раздирают на части. Если так действует Круциатус… если именно это чувствовали его родители… И вдруг всё прекратилось. Невилл отшатнулся и прижался спиной к стене. Дышать было тяжело. Билл же сидел на полу и сдавленно кашлял. Невилл не знал, показалось ему из-за тусклого освещения или нет, но на камне блеснули тёмно-красные пятна. — Это… невозможно… — хрипел Сайфер. Дверь кабинета скрипнула. Невилл поспешил уйти. Не хватало ещё лишний раз встретиться со Снейпом! — Билл? — Драко тут же подлетел к нему и помог подняться. — Меня не было всего несколько минут! За спиной у него уж стоял Снейп, накладывая на Билла простые диагностические чары. — Его нужно срочно вести в лазарет. — Нет! — прошипел Билл, опасно прищурившись. — Я не настолько слаб! Эта плоть выдержит или умрёт! Что там дальше по расписанию? Не дожидаясь Драко, он резво рванул дальше по коридору. Малфой ничего не оставалось, кроме как, бросив на Снейпа обречённый взгляд, последовать за Биллом. Профессор Снейп же направился в кабинет своего коллеги, преподающего Историю магии. Если Билл и дальше будет сопротивляться… то до конца недели он просто не доживёт. * * * Билл устало опустился на стул и прикрыл единственный глаз. Сорок один… Чёрт! И почему эти цифры всплывают в голове? А впрочем, какая разница? — Здравствуйте! — противно бодрым голосом произнесла Амбридж, когда все расселись по местам. — Здравствуйте, профессор Амбридж! — дружно, но без энтузиазма ответили студенты, даже не пытаясь скрыть, насколько им это всё противно. Билл фыркнул, но ничего не сказал. К несчастью, Амбридж это заметила. — А вы, мистер Сайфер, хотите отдельно поздороваться? — Да как-то не очень, — вяло отозвался Билл, широко улыбаясь. — Почему вас не было на предыдущем занятии? — А когда оно было? Амбридж тихо усмехнулась и подошла к нему ближе. — Мистер Сайфер, без уважительной причины вы не имеете права пропускать занятия. Неужто вам об этом неизвестно? — У меня была уважительная причина. — И какая же? — У меня аллергия на человеческую тупость, а здесь она прям цветёт и пахнет! На задних партах кто-то захихикал. — Вы забываетесь, мистер Сайфер, — со стальными нотками в голове произнесла Амбридж, не переставая улыбаться. — Мне напомнить вам о субординации? — Напоминайте. Кто вам запрещает? — Наказание, мистер Сайфер! — Не, я в такие игры не играю, — ухмыльнулся Билл и в следующий миг открыл рот в беззвучном крике. Амбридж направила палочку на возникшую между его руками цепь. Боль буквально парализовала его. — Я научу вас субординации, мистер Сайфер, — сладко улыбнулась Амбридж, сочувственно нахмурив брови. Мир, окружающий Билла, взорвался тысячью фейерверков, потонул в странном гуле, а затем погрузился в безмолвную тьму.