Возрождение демона

Амбридж, казалось, растерялась не на шутку, когда Билл упал на парту и отключился. Драко было плевать на неё и возможное наказание. Он схватил друга за плечо и начал трясти, но тот никак не реагировал, когда же он коснулся его шеи… — Он горит… — едва слышно прошептал Малфой и холодно посмотрел на Амбридж. — Чего вы ждёте, профессор? Он болен и его немедленно нужно доставить в Больничное крыло. — Будь всё действительно плохо, мистер Малфой, — пропела Амбридж, сложив руки перед собой, — Мистер Сайфер давно бы уже находился там. Драко моргнул, гадая, она и в самом деле такая дура или только притворяется. Высказывать это вслух он, однако, не стал. — Ах, то есть, того, что сейчас он без сознания после применённого вами заклинания, недостаточно, чтобы оказать ему помощь? — Мистер Малфой, уверена, вы заблуждаетесь. Как я успела заметить, мистер Сайфер не утруждает себя говорить людям правду. Уверена, то, что вы наблюдаете сейчас, не более чем обман. Драко повернул Билла на бок, открывая его лицо. Волосы слиплись от пота, повязка чуть сползла, а из носа текла кровь. Драко почувствовал, как последняя нить, удерживающая его над гранью пропасти, порвалась, и он упал в бездну неконтролируемой ярости. Видимо, это отразилось на его лице, раз все, кто сидел рядом, в ужасе отшатнулись. — По-вашему, это обман? — обманчиво спокойно спросил он, но голос его был пропитан таким холодом, что, будь он материален, наверняка заморозил бы всех присутствующих. — Мне напомнить вам, мисс Амбридж, — Драко сделал особо сильный акцент на слове «мисс», — Кто его опекуны? Или вы запамятовали? Его опекуны — Люциус и Нарцисса Малфои. И вряд ли они обрадуются, когда узнают, кто довёл их подопечного до такого состояния. С Амбридж спала вся спесь, стоило ей взглянуть в ледяные глаза Драко. Она побледнела и сделала шаг назад, доставая при этом палочку. Будто ей это поможет! — Драко… Малфой замер, не в силах поверить в то, что услышал. Этот голос он узнает из тысячи. Но ведь он… он… Драко посмотрел на Билла. Тот выглядел ужасно. Волосы пропитались кровью. А серый глаз выражал такую боль, что щемило сердце. Его голос не был металлическим и до жути звенящим. Он был обычным, человеческим. — Помоги… — одними губами прошептал Билл, снова закрывая глаз. Драко подорвался с места и взмахнул палочкой, поднимая Билла в воздух с помощью Мобиликорпуса. Проигнорировав Амбридж, он вылетел в коридор и поспешил в сторону Больничного крыла, постоянно оборачиваясь, чтобы убедиться, что с Биллом всё в порядке. Насколько это вообще возможно. Коридоры тянулись невыносимо долго. Казалось, будто он ходит кругами. На него стало накатывать отчаяние, как вдруг впереди появились тяжёлые двери, ведущие в Больничное крыло. Драко прибавил шагу и без стука влетел в помещение, едва не столкнувшись с мадам Помфри. Та хотела было возмутиться, но увидела парящего над полом Билла и указала на ближайшую кровать. Три вылетевших из её палочки серебристых барсука мигом разлетелись в разные стороны. — Мистер Малфой, сядьте и не путайтесь у меня под ногами! — воскликнула медиведьма. Драко не хотел уходить, но решил, что пользы от него всё равно никакой не будет, а потому послушно сел и стал наблюдать. Мадам Помфри наложила диагностические чары и в ужасе прикрыла рот рукой. В этот миг из камина вышли двое мужчин. Один был совсем молод, чем сильно выделялся на фоне более старшего коллеги. На обоих были лимонного цвета халаты. Целители из Мунго. — Гипп, жаропонижающее в шкафу! два флакона… Нет, три! — не глядя на них, крикнула мадам Помфри, заклинанием убирая с Билла лишнюю одежду, оставляя лишь брюки. Мужчина с удивительной для его возраста прытью подлетел к Биллу, осторожно открывая его рот и выливая содержимое флаконов. — Сколько? — спросил он, обращаясь к мадам Помфри. — Сорок один и пять… — Как он с такой температурой вообще на ногах стоит? — спросил молодой целитель. — Он не стоит, как видишь, — фыркнул его коллега. — Тебе смешно, Сметвик? — воскликнула мадам Помфри. — Температура в шаге от смертельной, сердце почти отказало, а у тебя хватает наглости шутить?! — Что с сердцем? — серьёзно спросил Сметвик и, не дожидаясь ответа, сам произнёс диагностическое заклинание. Появившаяся над Биллом золотистая линия хаотично пульсировала. Драко мало что понимал в колдомедицине, но одного взгляда на застывшие в ужасе лица целителей хватило, чтобы понять — всё очень-очень плохо. Сметвик отошёл в сторону, и Драко наконец смог увидеть Билла. Лучше бы он не смотрел… В одежде не было заметно, насколько Билл, оказывается, худой. Ненормально худой! Драко довелось пару раз видеть его без рубашки — тот был в отличной форме, что неудивительно, учитывая, как много времени он посвящал Дуэльному клубу. Да любой в их команде по квиддичу мог позавидовать ему! И то, что он видел сейчас, повергло его в ужас. Живот впал, бледная кожа так сильно обтягивала грудную клетку, что без труда можно было посчитать все рёбра, а руки больше напоминали ветви плакучей ивы. Никогда ещё Билл не выглядел таким беспомощным и… слабым. Чувство вины, погребённое под страхом, выползало наружу и разрасталось с чудовищной скоростью. Билл ничего не ел, пока лежал два месяца в коме, отказывался есть даже после, матери с трудом удалось его заставить есть хоть что-то, а когда они приехали в Хогвартс… Энергия космоса! Не было никакой энергии! Если бы он, Драко, не струсил и настоял на своём, если бы вырубил его заклинанием и насильно притащил в Больничное крыло, если бы… — Что здесь происходит?! — влетел в помещение Снейп. За ним бежал профессор Робертс. Преподаватель Истории магии подлетел к Биллу, но был наглым образом отодвинут в сторону не на шутку перепуганной мадам Помфри. Снейп же подлетел к Драко и потряс его за плечо. — Что произошло? — Амбридж… — едва слышно прошептал Малфой, не сводя глаз с Билла. Тот почти не двигался, и его можно было принять за мёртвого, только вот он всё ещё дышал, с тяжёлыми хрипами вдыхая воздух. Драко с ужасом думал, что теперь каждый его вдох может стать последним. Если бы он только настоял на своём и отвёл его в Больничное крыло раньше… — Драко! — Снейп снова потряс его за плечо. — Что она сделала? Не молчи! — Я… я не знаю! — в отчаянии выпалил Малфой, впиваясь ногтями в ладони. — Она направила на него палочку и… Он даже кричать не мог… А потом ещё и она! Мерзкая су… — Драко! — перебил его Снейп и, видя, как заблестели его глаза, сжал его плечо. — Он звал меня… — Малфой посмотрел на профессора. — Меня звал, понимаете? Это был Билл! Настоящий. Не тот, что сейчас, а наш… Это был он! Он всё ещё здесь! — Драко… это был не он. — Нет, он! — упрямо зарычал слизеринец. — Я знаю, что это был он! Он просил меня о помощи! А я… Я ничего не сделал… Я видел, что ему плохо, и ничего не сделал… — Держите его! — воскликнул Сметвик. Янус Тикки крепко держал Билла за ноги, мадам Помфри и профессор Робертс схватили его руки. Сметвик же поднял над Биллом частично разбитую голубую сферу, покрытую трещинами. Из пробоины выглядывало множество серебристых нитей. Сфера напомнила Драко огромную медузу, размахивающую своими щупальцами. — Он восстанавливается, — ахнул Тикки. — Ещё месяц назад это были лишь осколки. — Да, — протянул Сметвик, рассматривая сферу со всех сторон. — Знать бы ещё, как он это делает… — У него сильное физическое и магическое истощение, — покачала головой мадам Помфри. — Он не был таким на первом курсе, когда только приехал из приюта! Вы посмотрите — только кожа да кости! — А он сейчас точно без сознания или.? — Янус Тикки выразительно посмотрел на Сметвика. Тот небрежно взмахнул рукой, после чего разбитая сфера, тянущая свои щупальца неизвестно куда, исчезла. Чётким, выверенным движением целитель провёл волшебной палочкой над телом Билла и коснулся его виска. Задумчиво погладив пальцами короткую бороду, он склонился над Биллом, открыл ему правый глаз и посветил Люмосом. — Гипп? — осторожно позвала его мадам Помфри. — Мистер Малфой, какое именно заклинание на нём использовали? — Сметвик повернулся к Драко, ожидая ответа, но тот лишь покачал головой. — Я не знаю… Она ничего не говорила… — Цепь появилась? Драко поднял голову и медленно кивнул. — Амбридж снова направила заклинание прямо на цепь. — Снова? — Сметвик нахмурился и переглянулся с Тикки. Тот прищурился и едва заметно повёл плечом. — В самый первый день они с Биллом сцепились. Она заставила его писать Кровавым пером… — Что?! — разозлился Сметвик. — Кровавое перо?! Драко мрачно кивнул. — Почему не рассказал об этом раньше? — Я… — Малфой замялся. Действительно, почему он не сделал этого раньше? События тех дней словно были в тумане, но уж это он точно помнил. — Тебе снятся кошмары? — спросил Северус. Драко посмотрел на Снейпа. Тот был серьёзен, как обычно, но было в его взгляде что-то такое, что заставило Драко понять — это не просто интерес из вежливости, за этим вопросом скрывается нечто большее. — Да. — И это всегда один и тот же сон или же разные варианты одно и того же события? Драко задумался. Каждую ночь с самого приезда в Хогвартс он видел почти одно и то же — он проводит время в компании Билла, а в конце тот по разным причинам умирает, обвиняя Драко в том, что тот не смог его спасти, как обещал. Каждый раз Малфой пытается предотвратить смерть лучшего друга, и каждый раз тот умирает. — Да… — едва слышно выдохнул он. — Всегда одно и то же. — Драко покачал головой и торопливо добавил: — Одно и то же событие, но в разных вариантах. Снейп быстро взглянул на Робертса и снова посмотрел на своего студента. — Так что с Биллом и Амбридж? — Ему было больно. Он кричал, а она… — Драко скрипнул зубами. — Её убить мало! А в этот раз… Он даже кричать не мог! Просто отключился! Да я её… — Не время геройствовать, Драко, — ледяным голосом произнёс Снейп, строго глядя на Малфоя. — Мы сами с этим разберёмся. — Снейп обернулся. — Как он? — Лихорадка. Сильное истощение. Восстанавливаться будет долго. Хотя, учитывая, что он не человек, возможно, дело пойдёт быстрее, — ответил Сметвик. — Если уж он разум по осколкам собирает… — Сэр, не разумнее ли доставить его в Мунго? — нахмурился Тикки. — Исключено, — холодно возразил профессор Робертс. — Природная аномалия Хогвартса ослабляет его. Пока мы не найдём способ выгнать его из нашего измерения, он должен оставаться здесь. — Увы, Сильвестр прав, — покачал головой Сметвик, хотя по лицу его было понятно, что он не согласен. — Билл слишком опасен, чтобы выпускать его за пределы школы. — А держать его здесь, по-вашему, не опасно? — взорвался Тикки. — Здесь же дети! — Как будто мы этого не осознаём, — едва заметно скривился Робертс. — Быть может, у вас найдётся альтернативное решение, целитель Тикки, как не выпустить безумного демона на свободу? Молодой целитель промолчал. — Так я и думал, — фыркнул Робертс. — Драко, возвращайся к себе, — сурово произнёс Снейп. — Тебе здесь делать нечего. Драко смерил Снейпа ледяным взглядом, но спорить не стал. Он поднялся и направился к выходу, останавливаясь у кровати Билла. С этого ракурса он выглядел ещё хуже. — Он просил меня помочь ему, — Малфой поочередно посмотрел на каждого из присутствующих. — И я помогу ему. Плевать, верите вы в его спасение или нет. Я верю. Он быстрым шагом направился к выходу. Лишь когда за ним захлопнулась дверь, Снейп тихо выругался. — Есть ли хоть какие-то шансы, что Билл — мальчик Билл — просил его о помощи? — мадам Помфри взглянула на Робертса. — Есть ли надежда?.. Сильвестр покачал головой. — Все демоны лгут. И Билл Сайфер — не исключение. Он играет с нами. Не удивлюсь, если и сейчас он лишь притворяется. * * * Драко ворвался в комнату Билла. Из-за ворвавшегося из коридора сквозняка листы пергамента, разбросанные на полу, разлетелись в разные стороны. Дверь с грохотом захлопнулась. Драко несколько секунд просто стоял посреди комнаты, а затем принялся собирать разбросанные листы, надеясь понять, что всё это время было в мыслях у Билла. Впрочем, он и раньше это с трудом понимал, а теперь… Среди криво нарисованных каракуль нашлось несколько листов со словами. Драко долго всматривался в них, пытаясь разобрать. С письмом у возродившегося демона были явные проблемы. Водопад. Шестопал. Большая Медведица. Источник. Комета. Берёзы. Остальные слова Драко не смог разобрать, но и без них было ясно, что разобраться со всем в одиночку у него не получится. Он аккуратно сложил листы на стол, склонился над ним и, прикрыв глаза, тяжело вздохнул. Профессор Робертс говорил, что Билла нужно изгнать из их измерения. Ради общего блага… Драко ударил кулаком по столу. Чернильница подпрыгнула, но, к счастью, не опрокинулась. Как он мог говорить такое о Билле? Ведь он всё ещё жив! Он где-то там, всё ещё живой, но слабый, и ему нужна помощь. Он жив… Должен быть жив. Драко задрал голову, почувствовав, как глаза неприятно защипало. Этого сейчас только не хватало! Он зажмурился, открыл глаза… и обомлел. На потолке было нарисовано множество глаз. Все они смотрели на него. По спине пробежал мороз. Казалось, будто они наблюдали за ним, изучали. Лишь несколько глаз смотрели в центр потолка, где огромными буквами было выведено всего два слова. Гравити Фолз. * * * Была уже глубокая ночь. Целители Сметвик и Тикки давно вернулись в Мунго. Северус в последний раз был здесь перед самым отбоем, убедился, что ничего не изменилось, и ушёл. Мадам Помфри закончила ежедневную проверку шкафов с зельями, заполнила журнал и, убедившись, что с единственным пациентом всё в порядке, а сигнальные чары над его кроватью исправно работают, отправилась спать. Слишком тяжёлым был для неё этот день. Сильвестр не мог уснуть. Он прокрался в Больничное крыло глубокой ночью, отпирая двери старыми заклятиями, созданными его предками. Ни одни сигнальные чары не сработали. Бесшумной тенью он подобрался к кровати Билла и замер. На столике возле кровати стояла лампа. Мягкий жёлтый свет касался лица Сайфера. Впалые щёки, острые скулы, тёмные круги вокруг глаз, тонкие руки, сложенные на груди… Такой слабый и беспомощный. Абсолютно беспомощный. Да, Поппи наложила сигнальные чары, да что толку? Они лишь предупредят её об изменении состояния больного, а к тому времени, когда она проснётся, всё уже закончится. Сильвестр снял привязанный к бедру кинжал из небесной стали и крепко сжал рукоять. Всего один удар, один прямой росчерк по горлу, и все проблемы исчезнут. Это уже не невинный ребёнок, случайно убивший другого. Не наивный мальчишка, что верил в свою исключительность. Это демон. Аномалия. Тварь, убивающая просто ради веселья. Тварь, убившая его отца, жену и сына. Он заслуживает смерти! Сильвестр замахнулся. В глубине души он ожидал, что вот сейчас демон откроет глаза и сделает что-нибудь, попытается его убить или хотя бы уйти от удара, но он не двигался. Лежал, словно труп. Лишь едва заметно вздымающаяся грудь указывала на то, что он всё ещё жив. Робертс стиснул зубы. И почему рука вдруг задрожала? Надо покончить с ним сейчас! За отца, за Джулию, за Ричарда! В памяти всплыл первый учебный день в прошлом году, как этот мальчишка вжимался в кресло в кабинете директора и оправдывался, что пытался лишь защитить себя… Нет! Он виновен! Он убийца! А убийца должен быть наказан! Рука задрожала сильнее. Сильвестр до боли сжал пальцы, занёс над головой кинжал… «Он звал меня…» — прозвучал в голове голос Малфоя-младшего. — «Меня звал, понимаете? Это был Билл! Настоящий. Не тот, что сейчас, а наш… Это был он! Он всё ещё здесь!» Всё ещё здесь… Убийца Ричарда… Убийца Джулии… Убийца его отца… «Он всё ещё здесь!» Сильвестр взвыл от досады и опустил руку с зажатым в ней кинжалом. — Ненавижу тебя, — едва слышно выдохнул он, глядя на Билла. — Как же я тебя ненавижу… Он убивал демонов, убивал одержимых, которых невозможно было спасти… Так почему не может убить тварь, сломавшую ему жизнь?! — Ненавижу… Сильвестр убрал кинжал обратно и, взглянув на беззащитного Сайфера, молча покинул Больничное крыло. …Губы демона дрогнули в едва заметной улыбке. * * * Долорес Амбридж проснулась посреди ночи от непонятного звона. Ещё в студенчестве ей часто доводилось видеть призрака Кровавого Барона. Вечно хмурый и молчаливый, он бродил по коридорам общежития Слизерина, пугая учеников звоном цепей. Поначалу Долорес боялась старика. Тот мог подолгу смотреть на какого-нибудь студента безжизненными тёмными глазами, словно мог видеть самые сокровенные тайны и мысли, и при этом молчать. Безмолвный призрак пугал многих, в том числе и себе подобных. Если остальные держались вместе, подолгу разговаривая между собой или с портретами, то Кровавый Барон тихой тенью скользил по коридорам, лишь изредка покидая подземелье, и вглядывался в лица студентов, будто кого-то искал. Однажды он смотрел так и на неё. К счастью, длилось это не больше минуты, после призрак потерял к ней всякий интерес. Тем не менее, засыпая, Долорес слышала, как звенят в коридоре цепи, когда Кровавый Барон проходил мимо двери спальни. Но тот звук, который она слышала сейчас, не был похож на звон цепей, и почему-то от него леденела кровь. Странный перезвон, тревожный, пугающий, не смолкающий ни на секунду. Он явно раздавался за дверью. Амбридж поднялась, накинув на плечи махровый розовый халат, поправила чуть покосившуюся сеточку для волос, взяла палочку и, быстро надев мягкие розовые тапочки, направилась через гостиную к входной двери. Да, звук определённо шёл оттуда. Наверняка какие-то нарушители порядка решили распрощаться с баллами и заработать наказание. Долорес резко открыла дверь и выглянула в коридор, но в тот миг, когда дверь открылась, странный перезвон смолк. Наступила пугающая тишина. Женщина вышла в коридор и огляделась. Никого. В окно сквозь тучи пробивался слабый свет полумесяца. Слева засвистел сквозняк. Амбридж повернулась, напряжённо вглядываясь в полумрак. За её спиной на стене ожили три камня. Они открыли ярко-жёлтые глаза с вертикальными зрачками. Каждый глаз обозначал вершину треугольника. Сильный ветер пронёсся по коридору, завывая, словно раненый зверь. Снова, как будто издали, стал звучать перезвон. Долорес резко обернулась к стене с глазами, но те мигом закрылись, словно их и не было. Исчез и сквозняк. Смолк перезвон. Коридор снова окутала тишина. Густые тучи скрыли полумесяц, и в коридоре резко потемнело. Амбридж вернулась в свою комнату, заперла дверь на все замки и, подумав, наложила дополнительно Запирающее заклятие. Вряд ли, конечно, кто-то вздумает лезть к ней в комнату посреди ночи, но подстраховаться всё же стоит. Она вернулась в спальню, улеглась под одеяло, закрыла глаза… И снова раздался этот странный перезвон. Но теперь он звучал не за дверью. Он звучал в её комнате. Долорес резко села и взвизгнула. Со стен, потолка и пола на неё смотрели ярко-жёлтые глаза с вытянутыми зрачками. Комната погрузилась во мрак. Остались лишь глаза. Вдруг они пришли в движение и закружились в вихре. Жёлтое марево клубилось перед ней, а потом вдруг замедлилось и обрело форму, превращаясь в ярко-жёлтый треугольник с одним единственным глазом. Тонкими чёрными ручками он поправил бабочку под глазом и, захохотав, взглянул на неё. — Говоришь, Царства Кошмаров не существует? Этот голос, такой звенящий, металлический, отзывающийся эхом… Где она его слышала? — Что ж, раз так, устрою тебе по нему экскурсию, — треугольник щёлкнул пальцами, и позади него появилась сияющая всеми цветами радуги трещина. — Жгите, парни! Долорес истошно завопила, когда из трещины полезли ужасные существа. — Когда в Хогвартсе небом станет земля, бойся одноглазого зверья! — в унисон произнесли жуткие существа, и глаза всех вспыхнули золотом. А треугольник всё хохотал и хохотал… * * * Мадам Помфри провела влажной салфеткой по щеке Билла. Он лежал в таком состоянии уже четвёртый день, и за это время не изменилось ровным счётом ничего. Сметвик и Тикки лишь пожимали плечами. Поппи оставалось лишь молча наблюдать и следить, чтобы ему не стало хуже. Аккуратно она убрала упавшую на бледное лицо золотистую прядь. Её всегда удивляли его волосы. Они были мягкими, словно шёлк, а в лучах солнца напоминали золото. Сейчас от былого шёлка почти ничего не осталось. Его волосы были спутанными и тусклыми. Даже его лицо… Красивое юношеское лицо исхудало так, что было больно смотреть. Поппи перевела взгляд на сложенные на груди руки и покачала головой. Таким он был на первом курсе, когда только пришёл в школу. Исхудавший, со шрамами на всём теле, с неправильно сросшимися костями и взглядом загнанного зверя… А потом появился Дуэльный клуб, и слабый волчонок превратился в сильного волка. Поппи была на одном собрании клуба вместе с другими преподавателями и с восхищением смотрела, как он двигается, уворачивается от летящих в него заклинаний и рвётся в бой, не видя никаких препятствий. Высокий, сильный, красивый… Неудивительно, что студентки, стоявшие тогда рядом с ней, предположили, что в нём течёт кровь вейл. Она и сама поверила в это, пусть и не до конца. И сейчас её сердце разрывалось от тоски, что тот сильный юноша, никогда не знавший поражения, лежал сейчас перед ней такой беспомощный и слабый. От былой силы не осталось ни следа. И от этого на глаза наворачивались слёзы. Мадам Помфри промокнула платком выступившую влагу, а когда отняла платок от лица, увидела, как Билл смотрит на неё ярко-жёлтыми глазами со зрачками-щёлками. — Билл… — выдохнула она. — Подожди секунду, я схожу за укрепляющим зельем. Никуда не уходи! Юноша даже не моргнул. Поппи поднялась и чуть ли не бегом направилась к шкафу с зельями. Помимо укрепляющего понадобится ещё и питательное. Если он не ел ничего с самого начала учебного года, сейчас от еды его просто стошнит. Нужно со всем разобраться. К счастью, лихорадка уже отступила, значит, можно основательно взяться за всё остальное. Мадам Помфри поспешила к постели Билла и, едва увидев его, с криком уронила флаконы с зельями. Одеяло и больничная рубашка Билла были залиты кровью. На месте правого глаза зияла дыра, из которой продолжала бежать кровь. Билл равнодушно перекатывал в руке вырванный глаз. — Билл… Что ты… Что же ты наделал?.. — в ужасе пролепетала мадам Помфри. Сайфер как ни в чём не бывало подкинул вырванный глаз и поймал его другой рукой. — Он мне мешал, — пожал он плечами. — А я не люблю, когда мне что-то мешает. Поппи почувствовала, как в ушах загудело, ноги внезапно налились свинцом, а перед глазами всё поплыло. Она присела на соседнюю кровать. Ей и раньше доводилось видеть подобные раны и море крови, но не при таких обстоятельствах. Как он мог вырвать себе глаз?! Ещё и голыми руками! — Интересно, а им в пинг-понг сыграть можно? — задумчиво протянул Билл. Мадам Помфри собралась с мыслями, сходила в кабинет за бинтами и зельями, откинула в сторону окровавленное одеяло и села рядом с Биллом. — Не дёргайся, — шикнула она на него, когда тот попытался встать. Билл, что удивительно, замер и не шевелился до тех пор, пока на правый глаз ему не наложили повязку. — Значит, так, — Поппи поднялась и скрестила руки на груди, строго глядя на Билла. — Ты довёл себя до такого истощения, что едва не умер. И неизвестно, что убило бы тебя раньше — голод или лихорадка. Тебя буквально вытащили с того света, и это просто чудо, что ты всё ещё жив. А теперь слушай меня внимательно! — повысила она голос, заметив, что Билл собирался что-то сказать. — Кем бы ты себя не считал, а доводить себя до такого состояния я тебе не позволю. Каждый день на завтраке, обеде и ужине ты будешь питаться. И не смей мне перечить! Ты и так похож на ходячее пособие по анатомии. Каждый день, помимо еды, ты будешь приходить сюда и принимать укрепляющее зелье. В противном случае я привяжу тебя к кровати и буду поить ими насильно! А уж если ты заболел — неважно, просто насморк это или что-то ещё, — немедленно обращайся ко мне, а не дожидайся, пока болезнь добьёт тебя. В этот раз тебе крупно повезло, повезёт ли в следующий — большой вопрос. На твоём месте я бы не испытывала судьбу. Пока что я разговариваю с тобой по-хорошему. Не заставляй меня применять силу. Я не позволю тебе в очередной раз довести себя до смерти. Будешь делать всё, что я скажу. Ты меня понял?! Билл долго смотрел на неё. Где-то вдали послышался тихий перезвон, который тут же смолк. — Понял, — тихо ответил он и опустил голову, указывая на окровавленную рубашку. — Можно… как-то убрать это? Мадам Помфри взмахнула волшебной палочкой, уничтожая все следы крови. — Жди здесь. Я принесу тебе новые зелья. И на этот раз ничего не трогай! Билл проводил её задумчивым взглядом и откинулся на подушку. Это тело оказалось слабее, чем он думал. Что ж, нужно это исправлять. * * * Драко пришёл в Больничное крыло и стал свидетелем удивительной картины: Билл под надзором мадам Помфри поглощал овсяную кашу. Лицо его ничего не выражало, но Драко догадался, что тот явно не в восторге. Мадам Помфри обернулась. — А, мистер Малфой. Раз уж вы здесь, проследите, чтобы он всё съел. А то были уже… случаи. Медиведьма одарила Билла сердитым взглядом и направилась в свой кабинет. Драко занял её место на стуле возле кровати и окинул Билла внимательным взглядом. Тот выглядел лучше, чем неделю назад, но всё ещё недостаточно здоровым. Внимание тут же привлёк заклеенный пластырем правый глаз. Матушка вскользь упоминала, что ещё в Мунго Билл вырвал его, назвав ненужным. Неужели снова появился? Такое вообще возможно? — Все эти потребности тела омерзительны, — скривился Билл. Голос его оставался неизменным, и это слегка разочаровало Драко. Впрочем, чего он ожидал? Что лучший друг вот так запросто вернётся, запихав на задворки разума демона возрастом в пять триллионов лет? Слишком невероятно это звучит. — Эти… вкусы и запахи… Раздражают. — Со временем привыкаешь, — пожал плечами Драко. — Что с глазом? — Мешал. — Это я понял, но почему? Билл отправил в рот последнюю ложку с кашей и, сосредоточенно пережёвывая, скривился. Спустя пару минут он произнёс: — Лишнее измерение доставляет немало хлопот. У меня нет желания подстраиваться под него. — Это многое объясняет, — пробормотал Драко. Естественно, ему слова Билла мало о чём говорили. Какое ещё измерение? О чём он вообще? Не проще было сказать, что с одним глазом ему привычнее? Билл мелкими глотками пил тыквенный сок. Осушив стакан, он поставил его рядом с пустой тарелкой. — Почему смертные считают эту плоть привлекательной? Драко изумлённо на него посмотрел. — Э… Что? — Это тело, — Билл указал на себя. — Почему его считают привлекательным? Драко почесал затылок. Он не был настроен обсуждать подобное, да ещё и с Биллом. После знакомства с ним Драко редко обращал внимание на внешность людей. Конечно, он понимал, что привлекает представительниц противоположного пола, да и Билл, несомненно, тоже, но не задумывался, почему именно. До него доходили слухи, что многие считают Билла вейлой, и это ведь несмотря на то, что вейл мужского пола в принципе не существует. Драко не мог оценить, насколько Билл… привлекателен. Вот с девушками всё понятно — Драко сразу мог сказать, кого считает привлекательной, а кого — нет. С Биллом всё не так. — А, так вот как заставить тебя замолчать, — ухмыльнулся Билл. Драко фыркнул. — Многих привлекает твоя внешность. Ещё, возможно, сила… И точно не характер. Вспомнить хотя бы ту историю с Уизлеттой, что польстилась на его милую мордашку и огромные знания, но столкнулась с непробиваемым, язвительным характером. Она ещё легко отделалась. Одного дурмастрангца Билл едва не утопил за одно лишь прикосновение. — Внешность? — Билл презрительно фыркнул. — Смертные… Подошла мадам Помфри. Смерив Билла внимательным взглядом, она заметила пустую тарелку и благосклонно улыбнулась. — Рада, что ты наконец-то меня послушался. Щека Билла дёрнулась, но сам он промолчал. Драко видел, как сузился вертикальный зрачок, а глаз приобрел оранжевый цвет. Похоже, он злится… — Мистер Малфой, можете идти. Драко посмотрел на Билла и одними губами произнёс: «Не смей творить глупости!» Сайфер опасно прищурился, но опять промолчал. «Не к добру это», — подумал Малфой, покидая Больничное крыло под пристальным взглядом демона. * * * Билла выпустили из Больничного крыла только через четыре дня. Драко узнал об этом только во время завтрака, когда в зале наступила мёртвая тишина, а к нему, опираясь на трость — в тишине её стук напоминал выстрелы, — приблизился Билл. Двигался он уверенно и удивительно плавно, непонятно даже, зачем ему трость. Но не его появление удивило Драко. Сам факт того, что Билл в одиночку и добровольно пришёл на завтрак, вызывал изумление, но больше удивляло то, что на нём была обычная школьная форма. Чёрные брюки, белая рубашка, зелёный галстук, мантия с гербом Слизерина… Светлые волосы прикрывали чёрную повязку на правом глазу, левый же… Он не сиял, подобно солнцу. Издалека Драко показалось, что он стал обычного серого цвета, и что-то внутри него свернулось в тугой узел, но когда Билл подошёл ближе, его кольнуло разочарование. Нет, конечно, нет. Ничего не изменилось. Странным показалось и то, что Билл не улыбался. Он чуть хмурился, сведя брови к переносице и чуть сощурившись, чем сильно напомнил себя прежнего. На миг Драко озарила мысль, что это мог быть прежний Билл. Не мог демон так точно копировать мимику того, кого даже не помнил. А что, если… — Привет, Драко! — звонкий металлический скрежет никуда не исчез, и Малфой лишь разочарованно выдохнул. — Соскучился по мне? — Билл упал рядом с ним на лавку, оставив трость в сторону. — Признайся, соскучился! Малфой покачал головой и только спустя несколько секунд до него дошло, что Билл впервые обратился к нему по имени. Со времени своего появления в Малфой-мэноре он называл его исключительно Хорьком, аргументируя это тем, что у него «такая же хитрая морда». И вот он назвал его по имени. Наверное, это должно было радовать, но Драко казалось, будто ему дали пощёчину. Из уст демона собственное имя звучало чуждо и до того неестественно, что ему хотелось сбежать. Ещё и это выделенное «о» в конце. Чего он этим добивается? — Не ожидал увидеть тебя сегодня, — выдавил он вместо ответа. — Ну, моё заключение могло бы продлиться и дольше, если бы я не настоял, — Билл усмехнулся, и снова Драко невольно вздрогнул, ведь его друг — прежний Билл — усмехался именно так. — Расслабься, ничего такого я не делал. Ты же знаешь, я умею убеждать людей. А вот теперь его ухмылка была полностью демонической. Драко потёр ладонями глаза. Все эти жесты — то знакомые, то чужие — сбивали его с толку. — Эй, ты в порядке? — Билл коснулся его плеча. — Выглядишь паршиво. И снова это… Драко поднял голову, встречаясь взглядом с Биллом. Пусть глаз его и был жёлтым, но лицо выражало такое сочувствие и понимание… Нет, демон просто не может настолько правдоподобно притворяться! Это Билл! Настоящий! — Билл… Чужая рука продолжала слегка сжимать его плечо, и Драко словно ледяной водой окатило. Билл ненавидел прикосновения. Он не позволял прикасаться к себе, а его собственные прикосновения длились не больше секунды. Лишь дважды он позволил чувствам взять верх над разумом и обнял Драко, но тогда были особые случаи, а сейчас… — Это не ты, — он замотал головой, резко отстраняясь в сторону, из-за чего налетел на Крэбба. — Ты ненавидел прикосновения. Это не ты… Билл убрал руку и широко улыбнулся. — Что ж, я это учту. Он осмотрел стол и, чуть склонив голову набок, взял из плетёной корзинки большой персик. Оглядев его со всех сторон и погладив пушистые бока, он повернулся к Драко. — А это что за существо? Какое-то оно совсем дохлое. Малфой закатил глаза. — Это персик, фрукт. Его едят. — Что, прям с шерстью? — изогнул бровь Билл, с сомнением глядя на фрукт. Он осторожно надкусил его, сосредоточенно прожевал и замер. Драко долго наблюдал за ним, прежде чем спросить: — Ты живой? Билл за пару секунд дожевал персик. — Стой! Там же… Сайфер схватился за горло и открыл рот в немом крике. — …косточка. Драко подорвался с места, вспоминая основы оказания первой помощи, что преподавал ему личный наставник по колдомедицине. Он обхватил Билла руками, надавил кулаком под рёбра и резко толкнул на себя. Через пару таких движений косточка вылетела и покатилась по столу. Билл часто задышал, убирая руку от горла, и Драко заметил длинные царапины, из которых сочилась кровь. — Проклятая плоть! — воскликнул Билл, резко поднялся и зашагал к выходу из зала, провожаемый сотнями взглядов. Остановившись у самой двери, он вытянул руку по направлению к месту, где до этого сидел. Драко и понять ничего не успел, как прямо над головой со свистом пролетела трость и легла в подставленную руку. Только когда Билл скрылся за дверью, Малфой резко поднялся и последовал за ним. Нельзя сейчас оставлять его одного в таком состоянии. Ещё найдёт себе приключений на одно место и опять угодит в лазарет. Билл обнаружился в коридоре. Он неторопливо шёл куда-то, изредка бросая внимательные взгляды на проходящих мимо учеников. Те, лишь завидев его издали, отходили подальше и не спускали с него глаз, будто в любой момент ждали атаки. Билл же атаковать не собирался. По крайней мере, пока. Он медленно плыл по коридору, как осенний листик по воде. Шаг, шаг, стук. Шаг, шаг, стук… Драко хмыкнул. Может, ему и удалось скопировать мимику, жесты и манеру речи прежнего Билла, но одно он никак не смог скопировать — его шаги. Демон двигался слишком плавно, чем и выдавал себя. Ещё и эта трость… Зачем она ему вообще? — Билл! Драко поспешил к нему. Сайфер улыбнулся — по-простому, так привычно, как делал это раньше. — Рановато ты сбежал с завтрака, — протянул он. — Что, Паркинсон опять проходу не даёт? Драко опешил. Внимательно он оглядел Билла. Улыбка, движения, этот вопрос… Нет, это не может быть он! Голос и походка — не его! Совсем не его. — Прекрати. — О чём это ты? — Прекрати притворяться им! — вспыхнул Драко. — Не знаю, что за игру ты затеял, но я не позволю тебя меня одурачить! — Хм, но разве не этого ты хотел? — в своей обычной манере спросил Сайфер. — Твой друг рядом, все счастливы, так в чём проблема? С твоей помощью я доведу этот образ до совершенства, и ни у кого не останется сомнений в моей искренности. — Зачем тебе это нужно? — Драко остановился. — Ещё неделю назад тебе было абсолютно плевать на всех, в том числе и на себя. Так с чего вдруг такая перемена? — Просто планы изменились, Драко, — снова это звенящее «о» в конце имени заставило Малфоя скривиться. — Эта тушка привлекает слишком много внимания, а я не люблю, когда меня отвлекают от важных дел. Поэтому мне остаётся только слиться с толпой, в чём ты мне можешь помочь. — И каким же образом? — настороженно спросил Драко. — Да так, всего-то расскажешь о некоторых привычках этого тела. Смотрю, моих знаний оказалось недостаточно, чтобы убедить тебя, вот я и прошу тебя о небольшой услуге. — Никаких услуг я тебе оказывать не буду! Ты не держишь своё слово, так почему я тебе должен верить?! — Остынь, парниша, мне много от тебя не надо. Предоставь необходимую информацию и живи себе спокойно. — Да что ты? — недоверчиво скривился Малфой. — Я держу своё слово всегда, — Билл усмехнулся. — Просто многим не хватает широты взгляда, чтобы понять это. Впрочем, если тебе так хочется, можешь считать меня лжецом и мерзавцем. Солнце от этого светить не перестанет, вселенная не схлопнется, а я не изменюсь, но если тебе так будет легче… — Ненавижу тебя, — прошипел Драко. — Да что ты? Одиннадцать минут назад ты едва не разревелся, увидев меня, — рассмеялся Билл. — Представляю, что бы было, убери я руку вовремя. Впрочем, это поправимо. — Не смей им притворяться! — вспыхнул Драко. — А не то что? — Билл выгнул бровь, насмешливо глядя на Драко. — Остановишь меня? Брось! Стоит мне лишь щёлкнуть пальцами, и от тебя даже пепла не останется. Он поднял руку и показательно соединил большой и средний пальцы. Драко сжал кулаки. — Пока на тебе цепь, ты не то что огонь призвать, ты даже свою истинную форму принять не можешь! — выпалил он, и только спустя миг до него дошло, что это было лишним. Билл замер. Глаз его засветился ярче и из жёлтого превратился сначала в оранжевый, а потом — в багровый, словно налитый кровью. Ничего не говоря, Сайфер с рыком призвал ярко-синий огонь и послал его в сторону Драко. Тот не успел даже палочку нащупать, когда языки демонического пламени столкнулись с невидимой преградой и погасли. Билл удивлённо посмотрел на свои руки и призвал огонь снова. На этот раз он оказался слабее и даже не долетел до Драко. На третий призыв огонь и вовсе не появился. Из пальцев Билла вылетели лишь синие искры. Драко чувствовал, как сердце бешено колотится. Билл уже пытался сжечь его на четвёртом курсе после первого занятия с Грюмом. Тогда он был сам не свой, как и сейчас, но тогда у него получилось призвать лишь искры, в противном случае они с Тео сгорели бы заживо. Так почему огонь не убил его сейчас? С какой преградой столкнулся? — Что за… — Билл обомлел. — Нет! Нет-нет-нет!!! Звенящее эхо прокатилось по коридору. Драко так и остался стоять посреди коридора, пропустив момент, когда Билл сбежал. Сейчас не до него. Ледяной ужас охватил его с головой. Да ведь его только что чуть не убили! Не появись эта преграда, он валялся бы на полу кучкой пепла — и это в лучшем случае. Почувствовал бы он хоть что-нибудь? Успел бы понять, что с ним случилось? Драко прислонился спиной к стене и медленно опустился на пол, закрыв рот рукой, чтобы не закричать. Он был в шаге от смерти, а она отступила, оставила его в покое и ушла, словно не хотела связываться. Слишком рано? Не то место? Что ей нужно? Что им всем от него нужно?! Биллу с его услугами, Смерти с её капризами, преподавателям, что сбросили заботу о всесильном демоне на его плечи и ни разу не спросили, справляется ли он! Нет, не справляется! Как можно справится с ним, когда рядом бок о бок шагает смерть? Как?! Не появись тот щит, он бы разделил судьбу Магнуса Нотта! Нотт… Теперь он начинал понимать Тео. Этот ужас, испытываемый, когда Смерть проходит в считанных шагах от тебя, касается своим ледяным дыханием и отступает, не сравнить ни с чем. Это страшно. Настолько страшно, что больно даже дышать. Билл доведёт свою игру до совершенства — в этом он уверен. Он научится ходить, как обычный человек, изменит голос, заворожит всех своими речами… Он изменит свой облик, но никогда не сможет изменить свою суть. Он демон. Безжалостный, хладнокровный убийца. И это ничто не изменит. — Драко? Малфой поднял голову и встретился взглядом с Тео. Тот обеспокоенно глядел на него, а после протянул руку. Драко схватился за неё, будто только так можно было вырваться из леденящего болота ужаса, в которое он угодил. Резкий подъём дал о себе знать — закружилась голова, в глазах резко потемнело, а к горлу подкатила тошнота. Драко прислонился спиной к стене и наклонился. Не хватало ещё с завтраком распрощаться посреди коридора. — Я теперь… понимаю… — выдохнул он. — Понимаешь что? — нахмурившись, спросил Тео. — Кого, — поправил Малфой. — Тебя. Билл… только что пытался убить меня… До него только сейчас дошло, что он так и не отпустил руку Тео. Тот, впрочем, и сам не спешил вырывать её. — Что? Как? — Сжечь хотел. Его что-то остановило. Какой-то барьер… Тео, я думал, мне конец, — голос Драко дрогнул. — Ещё секунда, и от меня бы ничего не осталось. Если бы не… не… — Клятва. Малфой с недоумением посмотрел на него. Остатки пережитого ужаса не давали ему ясно мыслить. Клятва, клятва… О чём это он? Не было никаких… Точно! Клятва на крови! Драко запустил руку под мантию и нащупал цепочку с небольшим флаконом, в котором парили три красных капли. — Он знал… Билл спас его. Едва не убил и спас. Неужели тогда, в тот зимний день, он наперёд знал, что с ним случится? Или же догадывался? Но в этом нет смысла, если только ему не было известно, что он… Нет. — Билл уже тогда знал, что он демон, — едва слышно выдохнул Драко. — Но почему он ничего нам не сказал? Билл знал, что он за существо, знал, на что способен, знал, но промолчал. Может, он уже тогда всё вспомнил и лишь продолжал игру, чтобы не вызывать подозрений? Нет, это глупость какая-то! Зачем бы он тогда заключал клятву? Нет, он позаботился о них, сделал так, что не сможет навредить им. Он не знал точно, что его ждёт, но боялся за друзей… «Я, Билл Сайфер, собственной кровью перед лицом Магии клянусь, что никогда, намеренно или нет, прямо или косвенно, не причиню Драко Люциусу Малфою и Теодору Магнусу Нотту вреда». Он не хотел их терять. — Драко, ты должен рассказать о случившемся Снейпу. — Нельзя, — Драко поморщился. — Они убьют его. — Они? — Снейп и Робертс. Они убьют его, если узнают… — Драко, — Тео встряхнул его за плечи. — Перестань! Не забывай, что клятва на крови распространяется только на нас с тобой. А если в следующий раз его выведешь из себя не ты, а кто-то другой? — Плевать мне на остальных! — Малфой яростно сбросил чужие руки с плеч. — Меня они не волнуют! Если с Биллом что-то случится… — Билла больше нет, — жёстко припечатал Тео, мгновенно нацепив маску надменности и жестокости. — Ты гоняешься за воспоминаниями и не видишь, кто находится у тебя под боком. Это не твой друг. Перестань тешить себя иллюзиями и посмотри, наконец, правде в глаза! — Он жив! — рявкнул Драко. — Он просил меня о помощи. А где в это время был ты, а? — Он дурачит тебя, а ты ведёшься, как идиот, — покачал головой Тео. — Если у тебя не хватает ума сообщить обо всём Снейпу, то это сделаю я. — Предашь своего друга, да? Бросишь его умирать? Если он для тебя ничего не значил, так зачем ты всё это время был рядом? Зачем?! — Ты знаешь, как много он для меня значил!!! — выпалил Тео, сбросив маску надменности. Лицо его покраснело от злости. — Знаешь, что он был единственным, кто никогда не отворачивался от меня! Думаешь, мне не больно? Я потерял всех, кого только можно, — родителей, Билла… Думаешь, одному тебе больно на него смотреть и понимать, что твоего лучшего друга больше нет? Невыносимо смотреть на него каждый день и видеть… монстра! Я навещал целителей в Мунго и все они утверждают, что Билла не вернуть. Ты ничего не можешь изменить, Драко. Останови его, пока не стало слишком поздно. Я уже потерял отца и… друзей, — голос Тео дрогнул. — Не позволяй ему отнять это у тебя. Ты ещё можешь спастись, а я… Если меня не убьют жадные до наследства родственники, то добьёт семейное «проклятье» Ноттов. Тебе всё это не нужно… Он развернулся и зашагал прочь. — Значит, меня ты уже сбросил со счетов? — крикнул ему вслед Драко. — Наша дружба для тебя больше ничего не значит? Тео остановился и медленно обернулся. — Снова ты не слушаешь… — тихо вздохнул он, выпрямился, лицо его снова ничего не выражало. — Я сообщу профессору Снейпу о случившемся. Нотт скрылся за поворотом, а Драко так и остался стоять возле стены. Похоже, он только что потерял последнего друга. * * * Профессор Флитвик аккуратной стопкой сложил книги на столе. В отличие от своих коллег, он предпочитал делать это вручную, а не с помощью магии. Книги он просто обожал и никогда не упускал возможность лишний раз прикоснуться к ветхим страницам, провести пальцами по шершавому корешку и вдохнуть ни с чем не сравнимый запах старины. Первокурсники уже ушли. Занятий сегодня больше не будет. Надо быстро разобраться со всеми делами и идти в Дуэльный зал тренировать новичков. Флитвик вздохнул и повернул голову чуть вправо, чтобы увидеть единственное колдофото на столе. Он не был настолько сентиментальным и предпочитал хранить снимки в личной комнате, где их никто, кроме него, не сможет увидеть. Ради этого снимка он решил сделать исключение. Тогда это казалось странным, но теперь… «Хогвартс. Дуэльный клуб. Октябрь 1994 года». Все его студенты в тренировочных костюмах стояли вокруг него с поднятыми палочками и улыбались, кто — надменно, кто — счастливо. Только один человек улыбался так, словно знал больше других, но не считал нужным это показывать. Лишь один человек выделялся из этой толпы. Билл Сайфер смотрел прямо в камеру, и взгляд его был спокойным и, как казалось Флитвику, одиноким. Светлые волосы, собранные в хвост, были переброшены через плечо. Ох, сколько раз им пришлось из-за этих волос ругаться! Билл наотрез отказывался их стричь, а на просьбы заплести их хотя бы в хвост отвечал лишь: «Что я, девчонка, что ли?!» Когда же волосы у него опустились до самых лопаток, выбора у него не осталось. Насмешки старших учеников он пресекал либо мощным Экспеллиармусом, либо дуэлью. Что удивительно, насмешки и правда прекратились. Профессор Флитвик грустно улыбнулся. Билл был лучшим его учеником. Его ждало великое будущее! И так нелепо всё закончилось… Послышался стук. Флитвик убрал в сторону фотографию, поднял голову и замер. На пороге кабинета стоял Билл, одной рукой опираясь на трость, а другой постукивая под дверному косяку. — Билл… Проходи! Я так давно тебя не видел… Как твоё самочувствие? Билл вплыл — иначе не скажешь — в кабинет и медленно огляделся. Взгляд его быстро перескакивал с одного предмета на другой. Покончив с осмотром кабинета он присел на край парты и внимательно посмотрел на Флитвика. — Я хочу вернуть свою силу. Губы его растянулись в широкой улыбке. — Так ты… Хочешь обучаться колдовству? Почему ты передумал? Сайфер пожал плечами. — Когда оказываешься в чём-то ограничен, у тебя есть выбор: либо смириться с этим, либо сыграть по чужим правилам в свою игру и сорвать куш. Ну, а поскольку смирение смерти подобно, выбор у меня невелик. — Ясно, — задумчиво протянул Флитвик. — Но мне всё же интересно, какой именно куш ты хочешь сорвать. Билл усмехнулся. — Да так, всего понемногу… — И всё же? — чуть настойчивее спросил Флитвик. Билл долго смотрел на него. Зрачок сузился до почти незаметной ниточки. Губы его растянулись в улыбке. — Я ищу источники. — Билл, мы уже говорили об этом, — устало вздохнул профессор Чар. — Источники искать бесполезно. — Знаете, смерть, пусть и временная, здорово отрезвляет, — протянул Билл, глядя куда-то в сторону. — Пока не принимаешь свою форму, у тебя есть время подумать обо всём на свете и сделать соответствующие выводы. Знал бы я тогда, что всё дело в источниках… — Боюсь, я не совсем тебя понимаю… Билл приложил пальцы к единственному глазу и провёл ими до виска. — Да так, мысли вслух… Похоже, я превращаюсь в своего зануду-братца. Сожалея о прошлом, не построишь будущее. Ну так что, обучать меня будут или как? Флитвик вздохнул и оглядел стол в поисках учебников. Те лежали у самого края. — Вот, — он протянул Биллу две книги. — Практическая магия за первый и второй курсы. Там всё довольно просто описано. Как только освоишь, я дам тебе другие учебники. Когда справишься и с ними, я поговорю со своим коллегой, чтобы тебя зачислили в Дуэльный клуб. Там ты сможешь отрабатывать заклинания с другими учениками. Если будут вопросы — обращайся. Билл взял учебники, некоторое время на них поглядел, поднялся и направился к двери. Шаги его были уже не такими плавными, как раньше. Он остановился у порога и обернулся. — Спасибо за помощь, профессор. И ушёл. Флитвик долго смотрел на дверь, будто Билл мог вернуться в любую минуту. Билл… неужели… Ах, если бы не голос. Профессор покачал головой. Нет. Нельзя забывать, кто он на самом деле. Нельзя… как бы ни хотелось. * * * Когда Тео появился в комнате, Драко поспешил выйти. Видеть Нотта сейчас не хотелось. И плевать на недоумевающего Забини — не его это дело. На лестнице было прохладно. Драко поёжился. В рубашке было не так уж тепло, как он ожидал. Всё-таки, холод добирается до подземелий раньше, чем до остального замка. Возвращаться не было никакого желания, поэтому он направился в комнату Билла. Идея так себе, особенно после того, что произошло утром, но и бросать его одного не хотелось. На стук никто не ответил, и Драко толкнул дверь, к счастью, та была открыта. Сайфер обнаружился на кровати с книгой на коленях и волшебной палочкой в руке. На Драко он не обратил внимания продолжая сосредоточенно взмахивать палочкой. — О, не знал, что ты… Билл резко повернул голову в его сторону. Жёлтый глаз засиял ещё ярче. — Кто такой Тео? — спросил он. Драко непроизвольно вздрогнул. Видимо, это у Билла такая манера растягивать букву «о». Довольно жуткая манера. Но с чего он вдруг спросил о Нотте? — Наш одноклассник, — ответил Драко. — Почему он тебя интересует? — Он был близок с этим телом. — Ты сам-то слышишь, насколько двусмысленно это звучит? — не выдержал Драко. Билл удивлённо на него посмотрел и нахмурился. — Двусмысленно? Малфой решил не заострять на этом внимание. — Так почему он тебя интересует? — А что, мне уже нельзя интересоваться моими любимыми однокурсниками? — притворно удивился Сайфер. — Билл! — Да, именно так меня и зовут. — Ты невыносим… — Меня выносить не нужно, малыш, — широко улыбнулся Сайфер. — Мне нужно лишь отвечать, когда я задаю вопросы. — Даже самые тупые? — Не было б тупых вопросов, не было бы умных ответов — на этом и построена жизнь. Так что там с этим Тео? Ходит весь такой хмурый… Умер у него кто-то, что ли? Драко промолчал. — Я угадал, — самодовольно усмехнулся Билл. — Что ж, его траур мне неинтересен. Драко мысленно вздохнул с облегчением. Не хватало ещё, чтобы Билл полез к Тео со своими вопросами или ещё чем. — Вингардиум Левиоса! Учебник, лежащий на коленях Билл, поднялся в воздух. Сайфер ухмыльнулся. — Вижу, тебе нравится, — заметил Драко. — Размахивать бесполезной палкой, пропуская через неё крупицы силы, и произносить какую-то бессмыслицу? О да, всегда мечтал об этом! Малфой хмыкнул и вдруг вспомнил, что не давало ему покоя. Он задрал голову и уставился на потолок. Чистый потолок. Но ведь… Ещё недавно там были глаза! — Смотри шею не сломай. Я слышал, для людишек это смертельно. Драко посмотрел на Билла. Тот же продолжал листать учебник. Неужели он сходит с ума?.. — Я, пожалуй, пойду… Как только Малфой покинул его комнату, Билл захлопнул книгу и упал на подушки. Мягко. Приятно. Скверно. Скучно! Та ведьма говорила ему, что ночью нужно спать. Что ж, пусть тело отдыхает, а он прогуляется! Билл сделал глубокий вдох и резко выдохнул через рот. Сознание отделилось от тела и отправилось в полёт. Вот теперь можно и повеселиться!