magic shop

      Личная жизнь Хосока с самого начала пошла по пизде. То, что его привлекают парни, он окончательно осознал в 15 лет, когда познакомился со старшим братом своей одноклассницы, которая была безнадежно в него влюблена. Наивная девчушка думала, что наконец-то добилась взаимности, раз Хоби стал частенько напрашиваться в гости, чтобы вместе поделать домашку, а он просто втихаря пускал слюни на ее брата, который, к сожалению, оказался натуральным натуралом. Так Хосок потерпел первую неудачу в делах сердечных.       Взаимная (по крайней мере, Хосок так думал) любовь не заставила себя ждать. Поначалу Хо даже мечтать о большем не мог: у него был самый любящий, надежный и заботливый парень, старше его на 4 года и с серьезными намерениями. А целовался он так, что голова кругом шла и коленки дрожали. Хосок, хоть и был влюблен по уши, пока не был готов к большему: воспитание не позволяло заниматься «взрослыми» вещами в столь юном возрасте. Любимый не торопил. Убеждал, что готов ждать столько, сколько потребуется. А вскоре Юнги случайно наткнулся на анкету этого типа на сайте знакомств, где он искал «горячего жеребца для безумного секса». Как позже выяснилось, за все время отношений с Хоби у него этих горячих жеребцов насобиралась целая конюшня.       После первого неудачного опыта Хосок зарекся больше никогда не лезть в болото под названием отношения, и покорно сдерживал обещание: школу он закончил с репутацией предводителя ботанов и единственного девственника в классе. Хосока это нисколько не смущало. Нет парня — нет проблем. Но судьба та еще сука, и не успел Хо и месяца проучиться в университете, как снова оказался в любовной заварушке, да еще и с Мистером Популярность всея журфака. Хосоку казалось, что он особенный, раз такой парень обратил внимание именно на него, а не на кого-то более подходящего ему по статусу. Он был тактичным и красиво ухаживал, баловал подарками и даже обещал познакомить с родителями. Чон решил послать к чертям свои принципы и хоть раз поддаться чувствам, и будь что будет. А было вот что: грубый секс на заднем сиденье шикарного авто, во время которого Хосок все никак не мог понять, это с ним что-то не так, раз он не чувствует ничего, кроме боли и дискомфорта, или его партнер не умеет доставлять удовольствие, или секс таким и должен быть, а Хоби просто ничего не понимает в этой жизни. Но разочарование в сексе — ничто по сравнению с тем, что ожидало Хосока следующим утром. Его телефон разрывался от сообщений с очень странным содержанием, а стоило ему переступить порог университета, как в его адрес посыпались колкие словечки и злорадные смешки. Все вокруг о чем-то шушукались, бросали на него презрительные взгляды, тыкали в него пальцем, а Хосок все никак не мог понять, в чем дело. Ровно до того момента, пока не наткнулся на стенд объявлений факультета, где красовалась не самая приличная фотография, сделанная во время его ночных приключений, с его номером телефона и весьма «остроумной» подписью:       «ВНИМАНИЕ!!! Я, Чон Хосок, при загадочных обстоятельствах потерял девственность. К нашедшему просьба вернуть за вознаграждение».       Как оказалось, «возлюбленный» Хосока поспорил со своим таким же отмороженным дружком, что сможет заполучить милашку-недотрогу, да еще и устроил весь этот цирк. Кстати, это его Юнги припугнул настолько, что он публично во всем сознался, забрал документы из университета и исчез в неизвестном направлении.       Первое время Хосок боялся даже на улицу выйти. Ему казалось, что все на него пялятся, все знают о его позоре. Но со временем раны затянулись, о том случае больше никто не вспоминал, ведь на свет появились десятки новых скандальных историй, и Хосок вновь мог жить полной жизнью. Вот только пережив такой обман, Хоби окончательно потерял веру в то, что когда-нибудь встретит свою вторую половинку. Он даже смирился со своей участью. Почти. Было кое-что, что не давало ему покоя.       Секс. Что за ощущения скрываются за этими четырьмя буквами, и почему человечество так на этом помешано? Ведь судя по тому, что довелось испытать Хо, секс, по крайней мере, когда ты снизу, это не удовольствие, а просто адские муки, которые может понять разве что рожавшая женщина. Но ведь охи-вздохи за стенкой раздаются явно не от боли, а дружки Юнги из его комнаты выходят с такими блаженными лицами, будто в раю побывали, а не под этим ебучим гномом. Значит, сам по себе секс должен быть занятием весьма приятным, а если Хосоку не понравилось, то дело либо в нем, либо в ублюдке, который нагло им воспользовался и даже не позаботился о том, чтобы его первый раз был чуть лучше, чем полная катастрофа.       Отдаться какому-нибудь самцу, рискуя снова нарваться на мудака и стать посмешищем, и все это из чистого любопытства? Ну уж нет! У Хосока был более надежный вариант. Разумеется, никто не мог просвятить его в делах интимных лучше, чем Юнги, тут уж грех не воспользоваться этой ходячей энциклопедией. Спать с лучшим другом, даже если и только в научных интересах, Чон, конечно, не собирался. Зато ворваться к нему в комнату с криками «Юнги, Юнги, а расскажи, как правильно трахаться!» — это всегда пожалуйста. Именно в тот момент, когда Юнги, то и дело прерываясь на «господи, до чего я докатился», пытался доступно объяснить Хосоку теорию гейского секса, начиная с самых азов, да еще и на картинках показывал самые подходящие позы для новичков, Хосок понял, что у него точно самый замечательный друг на свете. Дошло даже до того, что Мин находился за дверью и руководил процессом, когда Хосок в ванной постигал искусство самоудовлетворения. Ну а что тут такого? Трахать себя пальцами это вам не хуй дрочить, здесь помощь эксперта не помешает. А Юнги в этом разбирается как никто другой. Кто-то из его бывших даже говорил, что ему вовсе не обязательно расчехлять свой агрегат, чтобы выебать до искр из глаз, с этой задачей он прекрасно справляется одной левой. И ведь есть правда в этих легендах о золотых руках Мин Юнги! Хоть и ощутить всю их мощь на себе Хосоку не довелось, благодаря инструкциям Юнги Хоби понял, что если все выполняется со знанием дела, то и результат радует до громких несдержанных стонов. А про уроки минета на банане от самого умелого рта во всей Корее вообще отдельный разговор.       К сексу со своим третьим парнем Хосок приступил во всеоружии. Он уже не лежал бревнышком, глотая слезы и пытаясь не отключиться от болезненных ощущений, а примерно знал, чего хочет, и не стеснялся говорить партнеру, если что-то не так. В принципе, все прошло не то чтобы совсем ужасно. На троечку. С минусом. В этот раз было не так больно и даже местами приятно, но Хосока не покидало ощущение, что его снова просто используют для собственного удовлетворения, как какую-то бездушную надувную куклу. Уж очень вымученными были поцелуи, о которых Хоби так просил, в редких прикосновениях не чувствовалось нежности, а когда все закончилось, его парень просто отвернулся и уснул. Вот так вот, никаких тебе ласковых слов, объятий и ленивых поцелуев! Спасибо, что хоть разрешил остаться на ночь, а не швырнул денег на такси, как последней шлюхе. С этим спермобаком все оказалось не лучше, чем с предыдущими: он был молодым женатиком, которого семейная жизнь уже успела потрепать настолько, что он стал ходить налево к мужикам и даже снял отдельное гнездышко для блядок.       На этом любовные приключения Хосока, в общем-то, закончились. Конечно, от дефицита внимания он не страдал, но дальше одного свидания ни с одним парнем дело не продвинулось. С кем-то было просто неинтересно общаться, кто-то не устраивал Хоби заоблачным самолюбием, некоторые четко давали понять, что их интересует в первую очередь интим, а особо выдающиеся кадры даже просили прямо на первом свидании называть их папочкой. Хосок разочаровался настолько, что даже стал искать гадалку, чтобы выяснить, не наложил ли кто на него порчу, раз хорошие адекватные парни его стороной обходят, зато мудаков и извращенцев он притягивает как магнит. Однако получив пиздюлей от Юнги за то, что несусветной дурью мается, Хоби решил обойтись без магии и просто вернуться к старому доброму «нет парня — нет проблем». Обидно, что ни обрести настоящую любовь, ни хотя бы ощутить на себе все прелести качественного секса так и не удалось, и можно было бы, конечно, пуститься во все тяжкие и отправиться на поиски достойного одноразового ебыря в ближайший гей-клуб, но нет. Хосоку уж точно не хотелось вдобавок к уже имеющимся загонам еще и чувствовать себя мальчиком легкого поведения. Так что ему пришлось смириться с тем, что любовь у него только с работой и танцами, а хороший секс в его жизни происходит только в порно, на которое он дрочит одинокими вечерами, и в порно, которое разворачивается прямо за стенкой, стоит Юнги притащить домой очередного бойфренда. По правде говоря, иногда эти два вида порно происходят одновременно и перекрикивают друг друга, и тогда Хосок сам не понимает, что именно его возбуждает. Но Юнги ничего против не имеет. Чем бы дитя ни тешилось, лишь бы не плакало.       Стоит ли упоминать, что после всех своих неудач свидания с Тэхеном Хосок боялся как огня? Во-первых, это нарушает его кодекс сильного и независимого. Во-вторых, уж очень мутный тип этот Тэхен с его дурацкими уловками и тупыми подкатами. В-третьих, несмотря на первые два пункта, он все равно умудряется нравиться Хосоку, и хочется его так сильно, что никакая дрочка не спасает, а это явно плохой знак, учитывая то, как Хоби «везет» с парнями. Но еще больше Чона беспокоило поведение Юнги. Если раньше, провожая друга на свиданку, он кричал вслед: «Предохраняйтесь, а то я с тобой и твоим букетом по клиникам таскаться не собираюсь!», то в этот раз он даже заставил Хосока надеть дырявые носки, чтобы ему стыдно было в таком виде в логово извращенца отправиться да жопку свою наивную ему предоставить. Не самая действенная мера безопасности, но пояса верности под рукой не оказалось, так что как есть. Если даже Юнги, который изначально был двумя руками за то, чтобы его друг и красавчик из секс-шопа сошлись, сейчас чувствует исходящую от него угрозу, все точно очень плохо.       В этом Хоби окончательно убедился, стоило Тэхену показаться на горизонте. Опоздал на 4 минуты 23 секунды, зато выглядит, будто перемерил весь свой гардероб, пока составлял стильный лук, и не меньше часа потратил на укладку. Если и окажется мудаком, то точно самым красивым в хосоковой коллекции. В зауженных черных брюках его ноги кажутся бесконечно длинными, светло-серое пальто полуприлегающего покроя идеально подчеркивает широкие плечи, черный кожаный рюкзак хорошо сочетается с грубыми ботинками, а небрежно наброшенный на шею вязаный бордовый шарф добавляет яркости и озорства. Вот только один странный аксессуар выбивается из этого образа мальчика с обложки.       — Кактус в форме члена? Ты блять серьезно? — закатывает глаза Хоби, принимая протянутое ему небольшое растение в горшочке, хотя следовало бы, наверное, закатить истерику.       — Ты сам сказал, что я романтик хуев, вот и соответствую прозвищу, — пожимает плечами Тэ. — Кстати, его зовут Хулио.       Гулять по городу с колючим зеленым членом по имени Хулио в руках — совсем не это представлял себе Хосок, когда Тэхен обещал что-то особенное. Хотя, следует отдать должное, креатива Киму не занимать, а Хоби очень ценит это в людях. Да и кактусы он очень любит, а через месяц-другой Хулио подрастет, обзаведется новыми отростками, никто и не подумает, что когда-то он напоминал мужской половой орган. Чертов Тэхен, какую бы фигню он ни творил, все равно вызывает симпатию. Бесит.       — Я думал, мы в кино сходим, или что-то типа того, — дуется Чон. — Пока что это слабо похоже на свидание.       — Зачем идти в кино, если можно его снимать? — младший с загадочной улыбкой достает из рюкзака камеру и, приведя в рабочее состояние, наводит на Хоби. Снимок получается что надо: Хосок с лицом в духе «я убью тебя и всю твою семью» прижимает к груди «хуевый» кактус и показывает фак прямо в объектив. Однозначно соберет кучу лайков.       — Затащишь меня в свое логово и заставишь сниматься в порно? — вскрикивает Чон, отмахиваясь от Тэхена и его назойливой камеры. Чуть громче, чем следовало бы, раз прохожие тут же устремили любопытные взгляды на странную парочку.       — Да какое к черту порно? — шумно вздыхает брюнет. — Неужели я и вправду похож на извращенца?       — Ты обидишься, если я скажу, что да? Хотя, мне похуй, так что да, похож, — кривит губы в едкой ухмылке Хосок. — Я тебе даже перечислю, почему. Ты работаешь в секс-шопе, это раз. Ты уж очень вызывающе выглядишь и так же ведешь себя, это два. Ты хитростью выведал мой номер и развел меня на всякие пошлости, это три. Ты обвинил в этом меня, это четыре. Ты завалился ко мне на работу и, как ни в чем не бывало, добился свидания со мной, это пять. Черт, не могу дальше пальцы загибать, рука занята зеленым хуем, который ты мне подарил.       — Ты не лучше, у тебя вообще фетиш на извращенцев, раз ты все равно пришел на свидание, — усмехается Ким. — Я тебя просил, но не принуждал, это твое собственное желание.       — Вот это ты зря на больное, — недовольно фыркает Хоби, пытаясь разместить Хулио в своем рюкзаке так, чтобы не повредить растение при ходьбе. — Последний парень, с которым я ходил на свидание, предложил мне поучаствовать в групповушке. Предпоследний хотел быть моим шуга дэдди. А пред-предпоследний...       — Погоди, да мы же с тобой братья по несчастью, мне тоже попадаются одни неадекваты, — перебивает Тэхен. — Например, однажды я познакомился с парнем в интернете, а когда мы встретились вживую, оказалось, что за фотографиями 25-летнего красавчика все это время скрывался лысый дед. Но самый трэш произошел со мной, когда моя постоянная покупательница, женщина лет 40, захотела меня отстрапонить за деньги.       — И как, понравилось? — еле сдерживает смех Чон. Кто бы мог подумать, что у скромняшки Хосоки и чертовски горячего продавца из секс-шопа может быть общее проклятье.       К счастью Хосока, Тэ действительно никаким боком не относится к созданию фильмов для взрослых. Он всего лишь будущий режиссер, и для университетского конкурса ему нужно снять небольшой ролик. Идея в том, чтобы показать, насколько люди разные, и что каждый человек по-своему прекрасен. Тэхену как раз нужен был еще один герой, чтобы закончить, и Хосок показался ему идеальным вариантом. Чону, конечно же, очень польстило, что Тэхен считает его настолько прекрасным, что хочет, чтобы он стал частью его проекта. И раз все звучит более чем прилично, смысла отказываться нет, да и опыт весьма интересный. Но Хосок не Хосок, если окажет услугу без выгоды для себя, так что перед съемками он затащил кавалера в свой любимый ресторанчик, чтобы в качестве небольшого гонорара как следует подкрепиться за его счет.       — А я смотрю, у тебя ротик натренирован как следует, — коротко смеется брюнет, глядя на Хоби, пытающегося запихнуть себе в рот целиком огромный кусок пиццы при помощи палочек. — Кстати, ты немного испачкался соусом.       Хосок сначала тянется ко рту салфеткой, но, придумав кое-что получше, на полпути замирает и хитро щурится:       — Не поможешь?       Ким тут же как по щелчку переходит в режим горячего соблазнителя. Смотрит на старшего чересчур развратным взглядом, пошло облизывается и медленно приближается к его губам. Хосок замер в ожидании, крепко зажмурился и с трудом дышит. Но, когда между их губами остается всего несколько сантиметров, Тэхен взрывается смехом и аккуратно убирает пятнышко с уголка рта Хосока салфеткой.       — Дай угадаю, ты думал, что я тебя сейчас страстно засосу, и у тебя будет лишний повод называть меня извращенцем? — брюнет, откинувшись на спинку кресла, с улыбкой наблюдает, как кровь приливает к щекам Хосока, а сам он дуется и блуждает взглядом по сторонам, избегая Тэхена.       — Тебе бы с твоими способностями детективом работать, а не хуями торговать, — стыдливо мямлит рыжий. Уж слишком легко его Тэхен раскусил.       — Знаешь, ты все больше меня удивляешь. — Тэ отпивает глоток капучино и морщится от неприятного вкуса, все-таки «латте-хуятте» от Хосока теперь однозначно его любимый напиток. — Может, ты еще и нож с собой прихватил для самообороны, раз уж знал, что идешь на свидание с извращенцем?       — Пфф, да за кого ты меня принимаешь? — недовольно бурчит Чон, и после недолгого копошения в рюкзаке выкладывает на стол отвертку и внушительных размеров гаечный ключ. — Ножи для слабаков.       — Пиздец, — у Тэхена челюсть до земли отвисает и глаза готовы покинуть орбиты от увиденного. Ладно бы еще перцовый баллончик прихватил на всякий случай, но железяки-то зачем? На красивой мордашке Кима отпечатался такой ахуй, что глядя на него Хосок не в силах сохранять максимально серьезный вид и чуть ли не валится под стол от смеха.       — Видел бы ты свое лицо сейчас, — рыжеволосый заливает в себя сразу весь стакан спрайта и машет перед собой салфеткой в попытках прекратить приступ ржача и охладиться. — Да я просто перед встречей с тобой забежал в строительный магазин, чтобы потом не забыть, Юнги собрался что-то чинить и попросил меня купить инструменты.       — А может, ты сам извращенец под прикрытием и надумал втереться в доверие, воспользоваться мной, а потом вырубить этой штуковиной где-нибудь в подворотне? — с задумчивым видом строит безумные теории Тэхен. — Точно, как я сразу не догадался? Ведь только самые отбитые извращенцы едят пиццу с ананасами.       — Эй, ты что-то имеешь против пиццы с ананасами? — Хосок прожигает младшего грозным взглядом, перекладывая отвертку из руки в руку.       — Ты еще и палочками ее ешь.       — И чо?       — И закусываешь шоколадным мороженым.       — И чо?       — С клубничным вкуснее, — не сдерживает улыбку Ким и чуть ли не пищит от избытка милоты, когда Хосок застенчиво улыбается в ответ. Все-таки в нем есть что-то особенное, он совсем не похож на тех, с кем Хоби встречался прежде. Чон долго не решается, но все же в итоге позволяет себе маленькую слабость и осторожно касается его руки, несмело поглаживая большим пальцем. Он ловит себя на мысли, что его рука на фоне тэхеновой кажется очаровательно маленькой и утонченной, и когда они будут держаться за руки, это будет выглядеть прекрасно. А Ким предпочитает не ждать этого «когда» и, будто услышав мысли Хо, на автомате переплетает их пальцы. Это так нежно, что Хосок готов замурчать от приятных ощущений, но, одумавшись, он быстро освобождает руку и прячет под стол. Нельзя показывать, что так быстро сдался.       — И все-таки, почему именно секс-шоп? — вопросительно выгибает брови Хоби, демонстративно облизывая ложечку от клубничного мороженого, которое стащил у Тэ. И вправду с ним вкуснее.       — Вариант первый: я таскаю в эту обитель греха невинных мальчиков, чтобы испытывать на них все имеющиеся в ассортименте игрушки. Вариант второй: там неплохо платят и мне удобно совмещать подработку с учебой. Выбери, который тебе больше нравится.       — Ну нет, так не честно, — обиженно дует губки Хосок. — Расскажи все с самого начала.       — Ладно, но пообещай слишком громко не орать, — вздыхает Ким и, найдя у себя в телефоне нужное фото, показывает его Хосоку. — Узнаешь этого мачо?       Хосок переводит взгляд со щупленького мальчишки с абсолютно не идущей ему короткой стрижкой и окрашиванием в цыплячий блонд, одетого во что-то бесформенное и старомодное, на сидящего напротив привлекательного молодого мужчину с крепкой фигурой и прекрасным чувством стиля, и вдруг замирает с открытым от удивления ртом.       — Боже, ты же не хочешь сказать, что это...       — Я в выпускном классе, — усмехается брюнет. — Вот таким додиком я раньше был. Меня еще в школе все гнобили из-за того, что я всегда был на своей волне. Пока мои одноклассники дружили, влюблялись и отрывались на тусовках, я гулял в одиночестве, читал книжки, рисовал и фотографировал городские пейзажи на старый пленочный фотоаппарат. В универе я так и остался до жути застенчивым и нелюдимым, иногда даже домашку спросить боялся или ответить на вопрос преподавателя перед всем потоком. Об отношениях вообще и речи быть не могло: даже если мне кто-то и был симпатичен, я не решался сделать первый шаг. А потом я как-то незаметно сдружился со своим одногруппником Чимином, который работал в секс-шопе. У него как раз в то время уволился напарник, и он уговорил меня занять его место. Это было даже не из-за денег, я сам прекрасно понимал, что мне нужно выйти из зоны комфорта, чтобы побороть свои комплексы, а это место подходило для таких целей как нельзя лучше. Ну, я думаю, и так понятно, что будет, если поставить за прилавок парня, который слово «секс» произнести вслух стесняется и не знает, для чего нужны все эти странные штуковины, да еще и вдобавок ко всему выглядит лет на 15. Так что пришлось Чимину провести мне экскурсию в мир греха и соблазна, чтобы я мог без проблем проконсультировать покупателей. Над моей внешностью и манерами тоже пришлось поколдовать, и в результате на свет появился в меру дерзкий, в меру милый и бесспорно очень горячий Ви, который быстро стал любимцем клиентов. Этот образ — просто часть профессии. Точно так же, как ты в своей кофейне должен быть улыбчивым очаровашкой, в мои обязанности входит быть секси. Грубо говоря, я там тоже что-то вроде товара. Иногда люди замечают красавчика за кассой, начинают бродить вдоль стеллажей, украдкой залипая, и как-то незаметно в их корзине оказываются вещи, которые изначально они даже не планировали покупать. Продажи растут, моя премия тоже, все счастливы. В обычной жизни я, конечно, был и остаюсь скромнее и сдержаннее, но после моего апгрейда однокурсники наконец-то перестали считать меня пустым местом, даже начали приглашать на вечеринки. А вот на личном фронте, вопреки моим ожиданиям, дела лучше не пошли. Что-то вроде отношений у меня было всего раз в жизни, с тем же Чимином, ну и плюс пара неудачных свиданий и куча подкатов от неадекватов. Это так, чтобы развеять образ мачо-альфача, который явно ты себе нафантазировал.       — То есть ты не спишь с симпатичными одинокими клиентами, пользуясь служебным положением? — в удивлении округляет глаза Хосок, пытаясь переварить эту историю превращения лягушонка в прекрасного, но одинокого принца. Он-то думал, что у такого парня хахалей было пруд пруди. Нежданчик так нежданчик.       — Боже, конечно же, нет, — закатывает глаза Ким. — У нас с Чимином было что-то вроде дружбы с привилегиями, но вскоре я понял, что такие отношения не для меня, и мы остались просто друзьями. А больше я ни с кем не спал, если тебя это интересует. Так что у тебя в этом плане опыта даже больше чем у меня, насколько я понимаю.       — Два раза, первый из которых был полнейшей катастрофой, а второй просто ни о чем? Сомнительный опыт, — хмыкает Чон, с горечью вспоминая тех мудаков, из-за которых в нем поселилось недоверие к мужчинам и страх отношений.       — Ну, мой первый раз тоже фееричным не назовешь, — брюнет бросает на Хосока сочувствующий взгляд и в нерешительности долго кусает губы, прежде чем продолжить. — Наверное, не очень уместно рассказывать такое на первом свидании, но ты точно оценишь эту историю. В общем, это произошло прямо в магазине, в подсобке. На холодном полу среди коробок с причиндалами, романтика та еще. Я и так на нервах, потому что облажаться совсем не хочется, мне еще с этим человеком универ заканчивать, тут не сбежишь в закат. И вот вроде полет нормальный, я понимаю, что я уже близко, Чимин тоже, и тут в самый ответственный момент я со всей дури бьюсь головой об полку, и с нее прямо на нас валится злосчастная коробка с презиками. Чимин лежит и орирует с меня среди всего этого добра, а я прикладываю к шишке на лбу металлическую анальную пробку, потому что больше ничего подходящего под руку не попалось. Чимин после этого меня еще месяц называл «матерь гандонов».       Хосок хватается за живот от смеха и даже не пытается себя сдерживать, игнорируя косые взгляды других посетителей и официантов. Забавный он, этот Тэхен. На первый взгляд весь такой из себя самодовольная цаца, а на деле очень открытый и не боится показаться смешным. А Тэ, глядя на неконтролируемые приступы ора старшего, охота с разгону лбом в стену врезаться. Глупый, глупый Тэхен! Зачем было про это тупое прозвище говорить? Уж лучше пусть Хосок извращенцем называет, чем матерью гандонов.       — Наверное, не очень подходящий момент, чтобы сказать это, но ты определенно мне нравишься, — рыжеволосый, не скрывая теплых чувств, демонстрирует ту самую искреннюю улыбку, от которой Тэхен без ума, и Ким понимает: если с этим парнем ничего не получится, он себе этого не простит.

***

      Они бредут вдоль узких улочек, пестрящих яркими вывесками и витринами небольших магазинов. Скупое на тепло февральское солнце, уходя за горизонт, заливает небосвод жидкой карамелью, превращает облака в лилово-розовую сахарную вату. Его мягкий свет, отражаясь в окнах многоэтажек, создает иллюзию уюта и тепла, хотя прохладный колкий ветер заставляет поежиться и натянуть воротник куртки повыше. Хосок настолько прекрасен на фоне вечернего пейзажа, что Тэхен совершенно забывает о существовании камеры: он еще успеет обзавестись гигабайтами фото и видео с ним, а сейчас хочется сохранить эти моменты только в своей памяти, без фильтров и ретуши, и ни с кем ими не делиться. Солнечные блики на розоватых щеках, искры в янтарных радужках, смущенная улыбка, медные переливы волос — Хосок и сам похож на солнышко, но не ослепительно-яркое и палящее, от которого люди прячут глаза за линзами солнцезащитных очков и покрывают головы шляпками и панамками, а именно закатное, более сдержанное, осторожное, спокойное.       Хосоку хочется гулять с Тэхеном за руку, совсем как все эти счастливые парочки, что встречаются на пути. Он робко обхватывает его запястье, будто прося разрешения, но тут же резко убирает руку, решив, что все-таки это пока слишком, и оправдывается тем, что просто замерз и инстинктивно пытался согреться. Даже врать почти не пришлось: его ладони и правда превратились в ледышки. В следующее мгновение Хоби ощущает желанное тепло чужой руки и выслушивает лекцию о том, что короткие тонкие куртки следует придержать для более теплой погоды, а дырки на коленках его джинсов Тэ собственноручно зашьет, если в следующий раз Хосок снова в них появится. В следующий раз. Хосоку определенно нравится этот намек на второе свидание. Он зарывается носом в тэхенов шарф, который он заботливо обмотал вокруг его шеи, и наполняет легкие приятным и ненавязчивым ароматом парфюма. Этот яркий аксессуар, который Тэхен еще и сам связал, точно будет первой вещью, которую Хоби стащит в свой гардероб, если у них с Тэ все сложится. Тэхен крепко сжимает руку Хосока и улыбается ему так ярко, что на фоне его улыбки скрывающийся за горизонтом оранжевый шар — всего лишь тусклая лампочка.       Они без умолку болтают обо всем на свете. Хосоку даже неловко как-то: его истории о том, как он снимал с дерева соседского котенка, а потом с этого же дерева снимали его самого; или о том, как однажды в зоопарке его обоссала макака; или о том, как в первый же рабочий день в кофейне он встретил своего бывшего, не удержался и «случайно» пролил американо на его белые кеды; или о том, как однажды в клубе он настолько шикарно танцевал, что подвыпившие леди приняли его за стриптизера, незаметно впихнули ему в задний карман пару купюр и все ждали, когда же он начнет раздеваться — это все просто детский лепет по сравнению с тем, что происходит в жизни Тэхена. Оказывается, после того, как он поборол свои страхи и комплексы, он совсем в разнос пошел и стал путешествовать в одиночку, причем с весьма скудными знаниями в области иностранных языков! И во время каждой его поездки что-нибудь да приключится. Вот, например, в Петербурге он познакомился с компанией молодых людей, пока стоял в очереди за билетом в Эрмитаж. Правда, туда он так и не попал, потому что русские быстро организовали ему культурную программу покруче: селедочка под водочку да банька-парилка. Даже научили его паре мелодий на балалайке. Ручных медведей, правда, ему так и не показали, так что Тэ планирует в ближайшее время вновь проведать Россию-матушку.       Но больше всего Хосоку нравятся рассказы Тэхена о работе. В основном магазин посещают адекватные взрослые люди, но иногда встречаются и типы с приветом. К примеру, однажды девушка перещупала абсолютно все фаллоимитаторы, потому что искала в точности как член бывшего, и со слезами убежала ни с чем, ведь все они оказались слишком большими. Наведался в причиндальню за силиконовым дружком и бывший одноклассник Тэхена, который в школе дразнил его педиком за крашеные волосы и розовую футболку. А самой большой неожиданностью было для Тэ, когда одна из самых мерзких преподавательниц во всем универе пыталась найти костюм Женщины-кошки размера XXL, хотя на экзаменах валит девушек, если у них хоть одна пуговка на блузке расстегнута или юбка выше колена.       Тэхен с таким теплом отзывается об этом месте, что уже даже язык не поворачивается называть его логовом разврата или долиной силиконовых писек, ведь эта лавка чудес сыграла немаловажную роль в жизни Тэ. Конечно, без побочных эффектов не обошлось, и если раньше на него совсем не обращали внимания, то теперь в нем чаще всего видят либо извращенца, либо всего лишь красивую картинку, сексуальную игрушку, а не живого человека со своими интересами, мечтами и тараканами в голове. Хосоку до жути стыдно, ведь он тоже был одним из тех, кто купился на внешнюю оболочку, да еще и ни за что обвинил его во всех смертных грехах. Он был зациклен на своих проблемах и даже не рассматривал вариант, что у кого-то могут быть такие же. А когда они стали считать, к кому больше неадекватов подкатывало, Тэхен и вовсе одержал победу с отрывам в 4 человека.       За разговорами и смехом парни и не замечают, как добираются до места назначения, и в поле зрения Хосока сразу же попадает — приплыли, блять — до боли знакомая неоновая вывеска.       — То есть твой секс-шоп и есть та крутая локация для съемок, о которой ты мне говорил? — недоверчиво хмыкает Хосок. — А я уже почти поверил, что ты не извращенец.       — Какая-то слишком сдержанная реакция. Я уж думал, ты сейчас без лишних разговоров меня огреешь по голове своим гаечным ключом, — смеется брюнет. — Ладно, на самом деле в этом же здании на 15 этаже есть бар с панорамными окнами с просто потрясающим видом на город. Там сейчас ремонт, но владелец заведения — мой приятель, так что мы туда проберемся, отличное место, чтобы поснимать тебя на фоне красивого заката.       Вид и вправду захватывающий. В просторном помещении пока совсем нет мебели, да и отделка стен еще не закончена, но когда все будет готово, здесь точно будет очень уютно посидеть за бокальчиком красного полусладкого, любуясь заходом солнца или огнями вечернего города. Но сейчас Хосоку нравится здесь даже больше, ведь все это в распоряжении только их двоих.       — Если честно, я немного побаиваюсь камеры, так что прости, если получится отстойно, — застенчиво улыбается Хоби, снимая верхнюю одежду. Знал бы, что придется в съемках участвовать, надел бы что-нибудь поприличнее, а то свитшот с мультяшным принтом выглядит не очень презентабельно. — Мне нужно что-то говорить?       — Нет, я потом наложу музыку. Просто веди себя естественно, мне нужно всего несколько красивых моментов. У тебя отлично получится, — подбадривает Тэхен, настраивая камеру. — Ты говорил, что танцуешь, можешь продемонстрировать пару движений, будет просто замечательно.       О да, Чон-король-танцпола-Хосок, настало твое время! Хосока хлебом не корми, дай выразить свою страсть к хип-хопу. Какие еще «пару движений»? Он готов хоть целое шоу устроить! Страх перед камерой быстро отходит на второй план. Он смело двигается в такт только ему одному слышной музыке, демонстрируя всю свою грацию, пластику и безукоризненное чувство ритма. Каждое движение отшлифовано до блеска, глаза сияют, а огненный пейзаж за его спиной добавляет еще больше атмосферности, тут Тэхен уж точно не прогадал с локацией. Хоби танцует с такой отдачей, что не сразу замечает, как восторженно на него смотрит Ким, иногда отрываясь от камеры. Такая реакция танцора только раззадоривает. Он решается добавить этой зажигательной импровизации немножечко сексуальности. Ну а что, не только Тэхену быть ходячим сексом, Хосок тоже может себе это позволить, тем более в танцах это вполне приемлемо. Он двигается все раскрепощеннее, не стесняется во всей красе показывать изгибы своего стройного тела. Неожиданно для себя он даже на мгновение приподнимает свитшот, открывая красивый плоский животик, когда делает уж очень соблазнительную волну всем телом, а его сочные бедра будто бы и вовсе начинают жить своей жизнью, вытворяя нечто до безобразия горячее. Тэхен сражен наповал. В какой-то момент он даже выключает камеру и прячет в чехол: он поклялся, что не снимает порно, а прямо сейчас у него на глазах происходит, кажется, именно оно. Того материала, что он успел отснять, с лихвой хватит на те 10-15 секунд, что останутся после монтажа, так что вполне можно позволить себе просто полюбоваться этим завораживающим зрелищем. Но Хосок придумал кое-что другое. Он чересчур медленно, будто крадущийся зверь, приближается к Тэхену. Губа игриво прикушена, глаза горят, и брюнет сразу понимает: что-то тут нечисто.       Но нет, Тэхен, ты не прав. Никаких уловок. Хосок просто берет его руки и кладет на свою талию, а сам приобнимает его за плечи и начинает плавно покачиваться в медленном танце. Они сохраняют внушительное расстояние, словно школьники во время своего первого медляка на дискотеке, не могут скооперироваться и то и дело наступают друг другу на ноги и спотыкаются о воздух. Ох, не так все происходило в голове Хосока! Все-таки стоило учесть, что медляки он не танцевал уже целую вечность, а Тэхен и вовсе танцевать не умеет (виляние задницей под пошлую музыку на работе не в счет). Именно Тэ и решается прекратить это неловкое занятие:       — Мне жалко твои ботинки, так что давай просто пообнимаемся, если ты не против?       Хосоку нравятся объятия Тэхена. Они крепкие, но в то же время очень осторожные, Тэ держится строго в рамках приличия. Он мог бы бесстыдно облапать его, забравшись руками под одежду, или протестировать его пятую точку на упругость, но нет. Он лишь бережно прижимает старшего к себе, как нечто дорогое и хрупкое, мягко поглаживает по спине, почти по-дружески. Тэхен теплый и уютный, как огромный плюшевый мишка. Рядом с ним Хосок чувствует себя в безопасности, хоть и понимает, что не следует делать поспешных выводов. Может быть, он просто на эмоциях. Или эта приятная романтичная обстановка делает свое дело. Но именно сейчас, именно в эту секунду Чону кажется, что он наконец-то нашел в нем то, что так давно искал.       — Поцелуй меня, — несмело шепчет рыжеволосый, слегка отстраняясь. — Никакого подвоха, просто сделай это, если хочешь.       Тэхен никак не ожидал такого от Хосока. Ему кажется, что эти слова ему просто почудились, и он не спешит выполнять просьбу, в страхе все испортить. Он аккуратно поправляет его растрепанную челку, скользит ладонью по горячей щеке и, раз уж Хосок все еще не обозвал его извращенцем и не пустил в ход отвертку, позволяет себе обвести кончиком большого пальца выпуклости его губ. Розоватые и бархатистые, они так и манят ощутить их сладость на своих собственных, но в последний момент Тэ решает еще немного подразнить Хосока, и оставляет лишь невинный поцелуй на его щеке.       — Этого пока хватит.

***

      С Тэхеном настолько не хочется расставаться, что Хосок совершенно не возражает, когда тот вызывается проводить его до дома. Уже у двери, поблагодарив младшего за прекрасный вечер, он получает еще один поцелуй в щеку на прощание, и с печалью наблюдает, как Тэ разворачивается, чтобы уйти. Но внезапно Ким останавливается и задает весьма неожиданный вопрос:       — На каком этаже ты живешь?       — На 12, а что?       — Не пущу тебя одного в лифт, в позднее время там запросто можно встретить извращенца, — припугивает Тэхен, вслед за Чоном проскальзывая внутрь.       — Один из них прямо передо мной, — смеется Хосок, когда оба оказываются в кабинке лифта, и нажимает нужную кнопку.       — Именно, — зловеще ухмыляется брюнет, и вдруг наваливается на Хоби всем телом, крепко вжимая в стенку. У Чона глаза широко распахнуты и сердце бешено колотится, но совсем не от страха. Знает, что теперь это всего лишь их локальная шутка. Он изображает попытки выбраться, хотя чувствовать его так близко приятно до головокружения.       — У меня все еще есть отвертка, — с наигранной дрожью в голосе шепчет Хосок, пытаясь нащупать в рюкзаке инструмент.       — А ты все еще мне нравишься.       Тэхен, слишком осторожно для настоящего извращенца, накрывает хосоковы губы своими, лишь мягко сминает, не решаясь пока пустить в ход язык. Отстраняется на мгновение, чтобы полюбоваться тем, как прекрасен Хоби в этот момент, и снова касается желанных губ. Хосок отвечает уверенно, но не нарушая условных границ: они еще успеют показать друг другу страсть и безумие, а в конкретный момент такое проявление пока совсем хрупких зарождающихся чувств куда уместнее. Даже такой сдержанный поцелуй для обоих — что-то нереальное, а полное отсутствие в нем пошлости делает его только прекраснее. Тэхен нежно приобнимает Хосока за талию и улыбается в поцелуй, и все это кажется таким очаровательным и правильным, что Чон совершенно не против провести так хоть целую вечность. Вот только противный сигнал, с которым открываются двери лифта, не оставляет ни малейшего шанса превратить эту фантазию в реальность.       — Твоя остановочка, — с досадой шепчет Тэ, пропуская старшего к выходу.       Нет, все-таки Хосок еще не готов попрощаться.       — Моя остановочка — это ты, — Хосок вновь впечатывается в чужие губы, уже чуть настойчивее, и жмет кнопку первого этажа. — Если никто не помешает, будем кататься туда-сюда, пока не надоест целоваться.       Этим вечером в списке у каждого на одного неадеквата стало больше.