Необычное в обычном

Прошел месяц. Базу Мстителей не просто отстроили — её модернизировали так, словно Танос со своей армией был не катастрофой, а затянувшимся и очень агрессивным ремонтом. Всё сияло стеклом, хромом и новым лазурным светом обновленной Пятницы. И сегодня здесь праздновали. Никаких чиновников, никаких репортеров — только свои. На огромной веранде жилого блока звучала музыка, Тор о чем-то громко спорил с Клинтом, Сэм и Роуди оккупировали гриль, а Брюс впервые за долгое время выглядел расслабленным, лениво потягивая что-то безалкогольное из высокого стакана. Чуть поодаль, у барной стойки, Вижн неторопливо разливал напитки, о чем-то тихо переговариваясь с Вандой. Для команды его присутствие уже месяц как стало привычной нормой. Ещё в тот тяжелый год бесцельных поисков Тони отчаянно пытался восстановить андроида, надеясь, что его интеллект поможет найти лазейку и вернуть испарившихся. Но без Камня Разума пазл не складывался, и пустая оболочка из белого вибраниума так и оставалась в Ваканде. Всё изменилось, когда выжившие вернулись: Ванда первой же ночью спустилась в лабораторию и своей силой буквально привязала рассеянный разум Вижна обратно к телу, запустив разработанный Старком нано-сердечник. Питер изо всех сил старался мимикрировать под мебель. Он натянул самую неприметную толстовку, взял тарелку с бургерами и забился в угол у панорамных перил, надеясь сойти за обычного, случайно затесавшегося стажера. Ну, или хотя бы за очень тихого Человека-Паука. — Если ты будешь вжиматься в стену с такой силой, Паркер, ты в ней дыру проломишь, — раздался тихий, насмешливый голос справа. Питер вздрогнул, едва не выронив бургер. Рядом, оперевшись на перила, стояла Наташа Романофф. В черном топе, с бокалом вина и абсолютно непроницаемым, но чертовски внимательным взглядом. — О, мисс Романофф! Здравствуйте. Я просто… тут красиво. И еда вкусная, — Питер преувеличенно активно закивал. Наташа проследила за его взглядом, который уже десятый раз за минуту косился в другой конец веранды. Там, у барной стойки, стоял Тони. Уже без лонгета, в дурацкой кастомной футболке, живой и невыносимо громкий. Старк активно жестикулировал левой рукой, что-то доказывая Стиву, но его глаза — Питер готов был поклясться — каждые тридцать секунд возвращались к их углу. — Знаешь, Пит, — Наташа сделала глоток, хитро прищурившись. — До твоего… исчезновения, Тони ходил здесь как заведенная бомба. А последний месяц он, конечно, ворчит и капризничает в два раза сильнее обычного, но из него наконец-то перестало фонить желанием взорвать к чертям эту планету. — Да? — Питер густо покраснел, уставившись в свою тарелку. — Ну, нано-латки хорошо прижились, доктор Бэннер сказал, что регенерация… — Паркер, не держи меня за дуру, — мягко перебила Наташа, и на её губах появилась теплая, чисто сестринская улыбка. — Я умею читать людей. И то, как ты всю неделю судорожно пытался замазать его правое запястье маскирующим гелем, пока я не зашла в Мастерскую… В общем, я рада за вас. Рада, что всё наладилось. Ему нужен был этот центр тяжести. Питер открыл было рот, чтобы что-то соврать, но Наташа лишь понимающе похлопала его по плечу и двинулась в сторону гриля, оставив парня сгорать от неловкости. «Нат знает. О боже, Нат всё поняла», — панически пронеслось в голове у Паучка. Но настоящий экшен начался через полчаса. Питер отошел к столу, чтобы взять газировку, когда к Тони, стоявшему чуть поодаль, подошел Стив Роджерс. Капитан держал в руках стакан с соком, его лицо было серьезным, выражающим ту самую заботу о чужой нравственности. Стив хмуро посмотрел на Тони, который в открытую, вообще не скрываясь, скрестив руки на груди, собственническим и невероятно довольным взглядом провожал каждый шаг Паркера. — Тони, — негромко, но веско начал Стив, делая шаг ближе, чтобы их никто не слышал. — Мы, конечно, все рады, что ты выжил. И я рад, что твоя Мастерская снова работает. Но… тебе не кажется, что ты перегибаешь? Тони лениво повернул к нему голову, приподнимая бровь: — Роджерс, избавь меня от своих лекций времен Великой депрессии. Что не так с моей Мастерской? — Не с Мастерской, Тони. С парнем, — Стив кивнул в сторону Питера, который в этот момент пытался аккуратно открыть банку. — Я всё понимаю, он твой протеже. Но ты смотришь на него так, словно… Старк, он же ребенок. Ему девятнадцать. Ты вообще видел себя со стороны? Ты его буквально приватизировал взглядом. Имел бы совесть, он же твой стажер, а ты заглядываешься на детей. Это как минимум неэтично. Тони на секунду замер. А потом его лицо расплылось в такой неописуемо наглой, ехидной и торжествующей улыбке, что Стив невольно сделал шаг назад. Старку было премного плевать на субординацию, этику и всё праведное вместе взятое. Он уже мысленно запер Питера во всех своих базах данных с абсолютным приоритетом. — Роджерс, господи, какой же ты древний, — громко, так, что пара человек поблизости обернулись, фыркнул Тони. — Заглядываюсь? Серьезно? — Тони, я серьезно, — нахмурился Стив, праведно расправляя плечи. — Парень стесняется, жмется по углам, а ты проходу ему не даешь. Прекрати вести себя как обнаглевший маньяк. Питер, услышав краем паучьего слуха слово «маньяк» и свое имя, замер с банкой в руках, медленно бледнея. В этот момент к их компании плавно подплыла Наташа, держа в руках бокал. Она перевела взгляд со строгого Стива на сияющего от предвкушения скандала Тони и на несчастного, готового упасть в обморок Питера. — Стив, брось, — со смешком выдала Романофф, качая головой. — Наш Капитан Мораль опять всё перепутал. Тони не маньяк, Стив. Он просто… не умеет скрывать радости. — В каком смысле «радости»? — не понял Роджерс, переводя взгляд с Наташи на Старка. Тони весело хмыкнул, демонстративно сорвал с правого запястья темный спортивный напульсник, который Питер заставил его надеть, и вытянул руку вперед, прямо перед носом Кэпа. Маскировочный гель за месяц бытовых посиделок они наносить перестали. — В прямом, Кэп, — лениво отозвался Тони, подмигивая замершему в углу парню. — Так что лекция по этике отменяется. Имею полное право. На веранде мгновенно, за долю секунды, выключился вообще весь звук. Музыка продолжала играть из колонок, но человечество на Базе Мстителей тупо замерло. Клинт застыл с занесенным над тарелкой куском мяса. Тор перестал смеяться, округлив глаза до размера щита Кэпа. Сэм подавился воздухом. Стив Роджерс медленно перевел взгляд с багровых ожогов на запястье Тони, где отчетливо чернели буквы, на Питера, который в этот момент напоминал спелый, максимально перезревший томат. — Вы… вы… — Стив переводил взгляд со Старка на Паркера, и его идеальный алгоритм впервые в жизни выдал фатальную ошибку. — Питер?.. — Я… я… мне пора, Мэй ждет, документы… Мэй… космос… — застрочил Питер на ультразвуке. Он закрыл лицо руками, чувствуя, как у него от стыда горят даже пятки, и попытался буквально раствориться в воздухе. — Стоять, Паучок, куда намылился, — захохотал Тони, сгребая левой рукой проходящего мимо и сгорающего от стыда парня за плечо и прижимая к своему боку. — Господа Мстители, знакомьтесь. Мой соулмейт. Прошу любить и не жаловать, а то шкуру спущу. Стив, у тебя челюсть сейчас в салат упадет, подбери. Первым, разумеется, отмер Клинт. Он со стуком уронил щипцы для мяса прямо на гриль, согнулся пополам и заржал так громко, что пара птиц на ветках у веранды испуганно взвилась в небо. — О-о-о, черт! — выдавил Хоукай сквозь хохот, вытирая слезу. — Роджерс, ты бы видел свое лицо! «Маньяк»! «Заглядываешься на детей»! Господи, Старк, тебя официально записали в совратители малолетних, а ты всего лишь… — Бартон, заткнись, — беззлобно фыркнул Тони, но руку с плеча Питера не убрал, наоборот, собственнически притянул парня еще ближе, буквально впечатывая его в свой бок. Питер к этому моменту уже не просто покраснел — он, кажется, физически излучал тепло, как маленький ядерный реактор. Его пальцы судорожно сжались на банке с газировкой, несчастный взгляд умоляюще метался от Тони к Наташе, которая с самым довольным видом потягивала вино. — Мистер Старк, пожалуйста, отпустите меня, — просипел Питер куда-то в район старковской подмышки. — Я хочу умереть. Прямо здесь. Пятница, открой подо мной люк, умоляю… — Запрос отклонен, мистер Паркер, — незамедлительно и с явным удовольствием отозвался из динамиков мягкий голос ИИ. — Даже она против тебя, Пит, смирись, — ухмыльнулся Сэм Уилсон, подходя ближе и скрещивая руки на груди. Он с прищуром оглядел эту парочку. — Нет, погодите. То есть, Старк всю неделю ходил с этим дурацким напульсником, строил из себя раненого партизана, а под ним прятал… Это? «Солнце»? Серьезно, малявка? Из всех слов в английском языке ты выбрал самое слащавое? — Это не я выбрал! — пискнул Питер, окончательно теряя остатки самообладания. — Оно само! Это метка! Я просто… я вообще не знал, что оно там появится! — Погоди, Старк, — Бартон нахмурился, переводя ошарашенный взгляд с запястья Тони на Питера. Весь его шутливый тон моментально испарился. — То есть... вы двое? Серьезно? Пацан из Квинса, которого ты вытащил в Германию, а потом год прятал ото всех в своей лаборатории — твой соулмейт? Вся команда смотрела на них теперь с каким-то новым, глубоким потрясением. До этого момента для них Питер Паркер был просто смышлёным стажёром которого Старк зачем-то взял под крыло. А теперь картинка их безумного последнего года наконец-то сложилась воедино. Стало понятно, почему Тони выжигал себя до тла, почему не спал сутками и почему готов был перевернуть галактику, лишь бы вернуть «исчезнувших». — Да, Клинт, — Тони сузил глаза, и в его голосе прорезались те самые опасные, стальные нотки Железного Человека, который готов защищать своё до последнего патрона. Он ещё крепче прижал Питера к себе, закрывая его своим телом от слишком пристальных взглядов. — Именно так. Вопросы? Возражения? Если кто-то хочет прочитать лекцию о разнице в возрасте, статистических аномалиях или превратностях судьбы — рекомендую оставить её при себе. В этот момент к ним тяжелой, царственной поступью приблизился Тор. Бог грома, который до этого молча вглядывался в запястье Старка, вдруг расплылся в огромной, сияющей улыбке, от которой, казалось, даже воздух вокруг посветлел. Он с грохотом опустил свою огромную ладонь на плечо Стива, едва не впечатав Капитана в пол. — Прекрасные новости! — громогласно объявил Асгардец. — Норны сплели ваши нити мудро, Старк! Я признаться, сомневался, что у тебя вообще есть сердце под этой железной броней, но парень вернулся из небытия — и твоя душа снова на месте. Нам нужно поднять кубки за этот союз! — Боюсь, Тор, концепция Асгардских нитей судьбы излишне поэтична для описания биохимических и квантовых процессов, — раздался со стороны столиков с закусками мягкий, размеренный голос Вижна. Андроид спокойно подошел ближе к компании, держа в руках бокал для Ванды, которая шла следом и тепло улыбалась. — Рад, что всё наконец прояснилось, мистер Паркер, — Вижн слегка склонил голову, переводя взгляд на то, как Тони всё еще крепко, защищающе прижимает парня к своему боку. — И, признаться, удивление Клинта и Стива мне кажется слегка запоздалым. Стив нахмурился, переводя взгляд с Тони на андроида: — Виж, только не говори, что ты тоже знал. Откуда? — О, брось, Кэп, — Наташа весело усмехнулась, пригубив вино. — Наш синтазоид подмечал абсолютно всё ещё тогда, когда Питер только пришел на свою стажировку. У Тони на лбу крупным шрифтом было написано, что парень для него — центр вселенной, просто Старку потребовалось слишком много времени и один конец света, чтобы признать это лично. — Избыточная гиперопека мистера Старка действительно не укладывалась в рамки стандартной логики, — подтвердил Вижн с легкой, едва заметной улыбкой. Тони на секунду потерял свою привычную ехидную ухмылку. Он посмотрел на Вижна, затем на Ванду, которая ободряюще кивнула ему, и, наконец, вниз — на Питера. — Ладно, один-ноль в пользу старой гвардии, — тише обычного сказал Тони. Его левая рука переместилась парню на затылок, мягко взъерошив кудри и прижимая ближе, транслируя абсолютную, непоколебимую уверенность. Стив Роджерс мягко улыбнулся. Его капитанский процессор наконец окончательно переварил информацию, и он сделал шаг вперед, протягивая Питеру руку для рукопожатия — уважительно, как равному. — Мы просто удивлены, Пит. Тони — сложный человек. Но теперь я вижу, почему он не сдался и перевернул мир, чтобы вернуть всех. Добро пожаловать в команду, официально. Наташа подошла ближе, аккуратно забрала из онемевших пальцев Питера банку с газировкой и заменила её на тарелку с нормальной едой. — Паркер, мы целый год терпели Старка в глухой депрессии, — мягко сказала она, подмигивая. — Поверь, то, что он теперь ворчит, но хотя бы живой — это лучшее, что случилось с этой Базой. Так что ешь свой бургер и привыкай. Ты теперь часть этой сумасшедшей семьи. Питер почувствовал, как удушающий стыд медленно сменяется невероятным, ошеломляющим облегчением. Тони левой рукой незаметно, под столом, крепко сжал его ладонь, делясь своим спокойствием.

***

Тишина, опустившаяся после ухода последнего гостя, показалась оглушительной. Музыка смолкла, огни на веранде погасли, и Пятница перевела освещение в мягкий, полуночный режим. Питер сидел на высоком стуле, уткнувшись лбом в сложенные руки. Весь тот адреналин и облегчение, что он чувствовал на празднике, испарились, оставив после себя только колоссальную, звенящую неловкость. Тони подошел сзади, тихо шурша подошвами по кафелю. — Ну и долго мы будем изображать оскорбленное величие? — хрипловато спросил Тони, обходя стул и приваливаясь бедром к краю верстака. — Мясо ты съел, Кэп тебя благословил, Тор вообще готов везти нас в Асгард знакомить с предками. В каком месте план провалился? Питер медленно поднял голову. Его уши, кажется, до сих пор слегка горели. — Мистер Старк, зачем вы это сделали? — глухо, с неподдельной обидой в голосе спросил он, глядя на Старка снизу вверх. — Зачем вы меня так подставили перед всеми? Вы же знали, что я стесняюсь! Я весь месяц эту метку скрывал, придумывал, как вам перед репортерами руку держать, а вы… вы просто взяли и вывалили это на всех. Они же… они теперь смотреть на меня нормально не смогут! — Паркер, прекрати молоть чушь, — жестко, без тени привычной шутливости перебил его Тони. Он наклонился вперед, упираясь левой ладонью в подлокотник стула Питера, вторгаясь в его личное пространство и заставляя смотреть прямо себе в глаза. Весь его наглый, ехидный вид, который он демонстрировал ранее, исчез. Остался только Тони Старк — человек, который за этот год слишком хорошо узнал цену потери. — Слушай меня сюда, — тихо, но веско произнес Тони. — Я ценой этой связи платил триста шестьдесят пять дней в году, задыхаясь в этой самой коробке. Я выл от боли, когда эта чертова перчатка выжигала мне мясо до костей, но держался только за одну мысль: что когда я открою глаза, ты будешь стоять рядом. И ты думаешь, после всего этого ада я буду прятать тебя, как грязное белье? Буду маскировать метку вакандским клеем и делать вид, что мы просто коллеги по цеху? Питер замер, даже дышать перестал. Возмущение внутри него мгновенно сдулось, уступая место какому-то трепетному, острому чувству в груди. — Мне плевать на статистику, на этику и на то, что Роджерс считает меня старым извращенцем, — продолжал Тони, и его ладонь мягко, но уверенно легла Питеру на макушку, слегка сжимая кудри. — Я чертовски рад, что моя родственная душа — это ты. Упрямый, гениальный пацан из Квинса, который лезет под танки ради незнакомцев. Для меня эта надпись — не позор. Это лучшее, что со мной случалось. И стесняться здесь нечего. — Но… мистер Старк… — Питер сглотнул, чувствуя, как к горлу подступает ком. Вся его обида окончательно рассыпалась. — Это же Мстители. — Вот именно, — Тони чуть смягчил хватку, его большой палец ласково мазнул парня по виску. — Это Мстители. Они — семья. Паршивая, громкая, периодически пытающаяся меня прибить, но семья. И они должны были узнать первыми. Я не собираюсь созывать пресс-конференцию в Нью-Йорке и показывать журналистам руку, раз уж ты так боишься внимания. Но внутри этой Базы никаких секретов не будет. Понял меня? Питер молча кивнул. Он опустил взгляд на правое запястье Тони. Парень несмело протянул руку и аккуратно, одними подушечками пальцев коснулся букв, чувствуя, как под ними ровно и спокойно бьется старковский пульс. — Понял, — тихо выдохнул Питер, наконец-то слабо улыбнувшись. Напряжение, державшее его весь вечер, окончательно отпустило. — Но Стив все равно на вас косо смотрел. — Роджерс просто завидует, что у него не написано ничего настолько же стильного, — фыркнул Тони, возвращая свой привычный самодовольный тон. Он выпрямился и слегка щелкнул Питера по носу. — Ладно, класс паукообразных, марш спать. Завтра в восемь утра ты мне нужен в Мастерской со свежей головой. Будем переписывать код для Пятницы, раз уж она сегодня сдала тебя с потрохами. — Она сдала меня по вашему приказу, мистер Старк! — напомнил Питер, поднимаясь со стула, но в его голосе уже был привычный, теплый задор. — Детали, малыш, это всего лишь программные детали. Бегом в кроватку. Когда Питер скрылся за дверью жилого блока, Тони еще какое-то время стоял у стойки, глядя на брошенный напульсник. Он перевел взгляд на окно, за которым чернела спокойная, мирная ночь. Впервые за долгое время ему не хотелось возвращаться к чертежам, чтобы заглушить тревогу. Всё уже было сделано. Все были дома.