Oh my gods

Тэ почти светится от переполняющих его эмоций, когда они с Чимином заходят в клуб. Уговаривать лучшего друга пришлось сверхъестественными усилиями, ведь тот упирался как мог и ни на какие провокации не поддавался даже в присутствии своего обожаемого Юнги. Тэ знает, что Чонгук и то, какое значение он вдруг стал иметь для него, Чимина бесит, но пообещать ему, что ноги Чонгука в их доме больше не будет, как и сообщений от него - в списке входящих, не может. Тэ и сам не успел осознать, как за столь короткий промежуток времени умудрился вляпаться в этого вредного божка. Это просто произошло, и вот Тэ уже пал жертвой мессенджера и чужого обаяния. Чонгук и правда очень интересный персонаж: с ним можно смело обсуждать все слои пантеона (Чимин, будучи перерожденным, себе такого не позволяет, неосознанно чувствуя себя ниже остальных), делиться мыслями о всяких модных течениях в культуре людей - как выяснилось, их обоих очень интересуют фото- и видеосъёмка и Чонгук даже обещал познакомить его с богиней фотокамер. Когда Чонгук не строит из себя диву, с ним удивительно комфортно и тепло, и Тэ его искренность чувствует даже через экран телефона, порой в порыве прижимая гаджет к щеке. Вот-вот узнаешь, что у него в потемках сознания, заставишь признать, что он тоже к тебе привязался, что тоже хочет чего-то большего, чем переписка, которую уже долго перематывать к началу, и три прогулки по району туда-обратно, протянешь руку и коснешься сердца кончиками пальцев… Но Чонгук шлёт свои надоевшие хуже горькой редьки ㅋㅋㅋ и ненавязчиво так держит на расстоянии вытянутой руки. Тэ может производить впечатление инфантильного, вечно возбужденного ребенка с батарейкой энерджайзер в одном месте, но то лишь одна сторона его многогранной божественной сущности. Еще он хитрый, гиперсоциальный и, главное, упрямый в зюзю. Именно благодаря этим своим качествам ему удалось уломать Чимина на эту вылазку. Ну и неоспоримому влиянию Юнги, конечно же. - Мне уже здесь не нравится, - безаппеляционно заявляет Пак, впрочем, с тщательно скрываемым любопытством посматривая по сторонам. Все ведь помнят, что отец Тэ - бог правды? - Не будь букой, - весело пихает его Тэ под ребра, сам разыскивая глазами Чонгука. Клуб похож на обычное развлекательное заведение для простой смертной молодежи - те же диско-шар, танцпол и цветные прожекторы. В принципе, у них и в Долине такие есть. Но всех их отличает атмосфера, неповторимая мощная аура - результат присутствия внутри кучи пускай не самых старых, и всё же сильных и самодостаточных божеств. Здесь их не так много, как было в божественном мире, но Тэ всё равно в восторге. Из колонок бьёт что-то предсказуемо трендовое среди людей. Тэ не очень хочется танцевать - он пришёл ради знакомств, ради общения. Ради Чонгука. - О, да ты походу новый тут, да? Не видел тебя на прошлых тусовках, - басит кто-то над ухом. Парень выше Тэ примерно на полголовы, что, в общем-то, не так уж и много, но незнакомец кажется ну очень внушительным. Он белозубо улыбается и приглаживает быстрым небрежным движением огненно-красные даже в неоново-кислотном свете клуба волосы. Тэ на автомате соображает - дружелюбный, чуть ли не “местный”, жутко привлекательный. - Я не из Новых, - не сразу понимает, мягко улыбаясь в ответ. - Бог радости - Тэхён. Лучше просто Тэ. - Я не это имел в виду, но не суть. Я Мингю, бог зеркал, - они жмут друг другу руки. - Как узнал об этом месте? Недавно только, что ли, на Земле жить начал? Тэ ловит себя на мысли, что потерял Чимина. Это несколько напрягает, ведь друг всё ещё бог неловких ситуаций и имеет большие риски создать пару-тройку оных. - Около полутора месяца назад. А сюда Чонгук позвал, знаешь его? - Как же не знать! - усмехается Мингю. - Мы друзья. Есть у нас тут своя компания. Могу познакомить, если хочешь. Тэ хочет. Ему кажется безумно важным знать всех друзей Чонгука в лицо. Поэтому он просит нового знакомого подождать маленько и бежит искать Чимина, благо, прятаться тому особо негде. Пак скомканно прощается с каким-то парнем, с которым вёл светскую беседу, и тряпичной куклой плетётся за энергичным Тэ. Компания состоит из восьми человек, включая самого Мингю. Тэ думает, что Чонгук стопроцентно тоже входит в эту компанию - но почему его здесь нет? - Это Тэхён, - торжественно представляет его всем присутствующим Мингю. - Тэ, - поправляет Тэ и окидывает всех взглядом; такие разные. - Я отвечаю за радость. А это Чимин, он по части неловких ситуаций. Чимин с угрозой стреляет в него глазами и чуть сжимается в размерах, готовый стать объектом насмешек, но ребята просто по очереди представляются. - Так ты знаешь Чонгука? Откуда? - спрашивает у Тэ через пять минут обмена личной информацией Джунхи, безупречный блондин с вечно приподнятыми ровными бровями - бог любопытства. - Свела как-то жизнь, - уходит от точного ответа. Чимин рядом бормочет что-то едкое себе под нос. Тэ его бубнеж не идентифицирует, да и зачем, если за спинами ребят маячит в нескольких метрах от них Чон Чонгук? Бог спорта неторопливо направляется в их сторону, на нём не сроднившаяся уже с ним в сознании Тэ пума, а светлые джинсы и простая белая футболка с минималистичным рисунком на груди. Чимин пассивно-агрессивно щиплет Тэ за предплечье - слюну хоть подотри. - Всем привет, - Чонгук сдержанно улыбается и отбивает пять Мингю, Ёнджуну с по-цыплячьи желтой макушкой и, вроде бы, Югёму, у которого неестественно громкий голос и длинная сережка-ниточка в ухе. - Где пропадал? - с отчетливо звучащей в голосе претензией задаёт вопрос последний. Чонгук цепляет взглядом Тэ, подвисает на пару мгновений и подмигивает ему, моментально обеспечивая впечатлительному парню предынфарктное состояние. Тэ срочно приказывает себе взять себя же в руки. - Чанджун отказывался выходить из дома, пока не наведёт полный марафет, - Чонгук указывает большим пальцем себе за спину, где в компании нескольких девушек-богинь куражится парень с яркими рыжими прядями в общей темной копне. - Это же его клуб… - девушка со светлыми локонами и дежурной улыбкой на симпатичном лице, та самая богиня фотокамер по имени Дахён, ловит ладонь лицом. - Сама ему об этом скажи, - фыркает Чонгук и цокает языком, устаналивая зрительный контакт с Югёмом. - Ты, Гём, между прочим, с нами живёшь. Мог бы и подождать, приличия ради. Авось и не задержались бы так. - Авось, - миролюбиво пожимает тот плечами. Все перебрасываются друг с другом последними мелкими новостями, смеются над локальными приколами и пару раз спрашивают что-то не шибко важное у Тэ и Чимина. Ребята сами по себе не напряжные, не надменные. На подростков с серебряной ложкой во рту тоже мало чем похожи. Тэ чувствует себя спокойно и легко. Но к Чонгуку тянет страшно. Среди старых знакомых он не пытается вести себя утрированно грубо или показывать, что он тут самый наглый. Тэ это странным образом подкупает. И запутывает тоже - почему с ними так просто и раскованно, а с ним - односторонне, натянуто и сдержанно? - Становится скучно. Идемте потанцуем, что ли? Гляньте, как там Чанджуна штырит, - Чон сверкает черными глазами и подаёт Тэ руку, мол, айда за мной, полетим в волшебный мир в лучших восточных традициях. И бог радости, вкладывая свою ладонь в чужую, почему-то сразу забывает о том, что Чонгук - образ, сотканный из противоречий. Значение имеют только тепло и шероховатость кожи, обтекающая со всех сторон музыка и пусть мимолетная, но греющая душу честность.