Dig down

      Посвятив утро работе, на обед Мэри ненадолго выбралась в ближайшее кафе, а затем снова вернулась домой. Уже открыв дверь, задумчиво оглядела синий «Шевроле» у дома напротив: она уже где-то видела его?.. Улыбнувшись своим мыслям, девушка вошла в дом.       Вечером приехала уставшая Кэт, развеяв нахлынувшее одиночество. Поев привезённую лапшу, подруги уселись посмотреть новый фильм: в последнее время Кэтрин избегала публичных увеселений. Предполагая, что это связано с очередным парнем, Мэри ни о чём не пытала её: может, он дико ревнивый. Это явно было ненадолго — Кэт терпеть не могла обязательства. В отличие от неё самой. — Всего пара часов с твоим Ховардом, и ты — слюнявая меланхоличка? На потрахаться развела? — Фу на тебя, — девушка смущённо улыбнулась и поставила фильм на паузу. Задумчиво повертела пульт в руках, вздохнула. — Сама себе поражаюсь, до чего дурная…       Смартфон снова пиликнул сообщением. Очередной рассылке достался разочарованный вздох. — Давно это говорю. Ты же от телефона не отлипаешь. А он не пишет?       Мэри с улыбкой кивнула. — Он и не должен, у него дел полно сейчас: только альбом презентовали. Помогли друг другу и разошлись. Таких «помощников» там — вагон и маленькая тележка. — Таких, как ты, точно нет, — рыжая отхлебнула пива. — А всё-таки? Приобщилась тайн? Компромат где? — А нету, — Мэри улыбнулась, вспоминая Элли и Мэтта. — Они клёвые.       Кэтрин отставила бутылку и подошла к окну. — Девочка ты ещё совсем. Дождь пошёл… — Да? — Мэри забралась с ногами на диван и обхватила пальцами чашку с зелёным чаем. — Сильный? — Н-нет, наверное. Не знаешь, давно здесь эта машина? — «Шеви» синий? Вроде да. Я как-то его раньше не замечала. А теперь всё время маячит под окнами. Наверное, новых жильцов. А что? — Ясно… Да вот думаю, не перекроет ли дорогу моей «Хонде». — Кэт вернулась на диван. — Вряд ли. Не волнуйся, дождь скоро закончится, — Мэри улыбнулась, видя расстроенное лицо подруги. Та кивнула и ухватила пиво. — Включай.       Прошла неделя. Дождь решил обосноваться надолго. Фикусам это нравилось, Мэри только успевала фотографировать появляющиеся один за другим бледно-розовые и жёлтые цветы. Пожалуй, всё-таки стоило по совету Кэт продать парочку.       А вот их хозяйка не любила дожди. Когда после смерти родителей она продала дом в Уимблдоне и переехала сюда, первое время тоже было дождливо. С тех пор такая погода была для Мэри синонимом одиночества. Кэт знала это и всякий раз появлялась именно в ненастную пору.       Но в последние дни и она заходила редко. Видимо, личная жизнь вновь била ключом. Мэри завидовала: она пока не могла похвастаться нормальным опытом отношений.       Мужчины оказывались или циниками, или бабниками. В основном, это были знакомые Кэтрин или те, кто был достаточно смел, чтобы пристать в клубе или на улице: суть приложений для знакомства стала понятна почти сразу. Быстрые потрахушки были явно не тем, чего хотелось от отношений, и до них даже не доходило.       Как-то в студенчестве, попав с подающим надежды бойфрендом на фестивальное выступление «MUSE», Мэри поняла, что домой точно вернётся одна: остервенело колотящий по установке в глубине сцены белобрысый драммер похитил её сердце сразу и навсегда. Да, как ни странно, не пользующийся заслуженной славой Безумного Шляпника Беллами, не монолитный брутальный Кристофер…       Пока бойфренд уходил в пешее эротическое, на растопку любовного костра в ход шло всё: фанбазы, Инстаграмм, фесты, клубы… После этого все желающие внимания сразу шли лесом: Мэри с горечью осознала, что просто не сможет быть рядом с другим. Это было глупо, недальновидно и просто по-детски, но с собой поделать было ничего нельзя. Кэт смеялась, в то же время терпеливо выслушивая её любовные излияния.       Личная жизнь кумира тоже не прибавляла оптимизма. Отношения с красавицей Аной Костел, обитательницей американского бомонда, были более открытыми, чем предыдущие хрен-знает-сколько: он появлялся с ней на церемониях, ездил в походы, гулял на курортах, катался на борде… Соцсети буквально пестрели их фотографиями, иногда с участием другой пары группы, Мэттью и Элли. Кристофер реже появлялся с семьёй в кадре, предпочитая оберегать жену и детей от внимания прессы.       Искренне желая счастья любимому, Мэри всё же было очень больно видеть его в обществе другой, потом и третьей, четвёртой. Но это проще переносить, пока он где-то далеко. Теперь же… Хотя, в принципе, и теперь прогресса не наблюдалось.       Проверяя в спальне очередное сочинение, Мэри со вздохом положила ручку и рассеянно поглядела в занавешенное дождём окно. И зачем она ему была нужна в студии? Зачем позвал? Девушка занята была? Или развлекается так…       Интересно, любит ли Флойд дождь? О том, любит ли его хозяин собаки, не хотелось даже думать: и так снился каждую ночь.       Во вторник позвонила первая покупательница, разбавляя привычное течение будней. К тому времени девушка уже перестала кидаться к телефону и потому ответила не сразу, занятая проверкой детских работ. — Добрый день! Скажите, Вы сами выращиваете цветы? — Это так, — Мэри откинулась на спинку дивана и отложила на колени листы с помарками. — У Вас такой цветочек есть… в полосатом горшочке…       Мэри с улыбкой оглянулась на стоящий в углу раскидистый фикус. — Кротон? Да, это мой любимый. — Можно его выкупить? — Думаю, да. А Вы знаете, как за ним ухаживают? — Я их очень люблю, — похоже, собеседница улыбалась. — Когда будет удобно забрать его? — Когда скажете. Я вышлю адрес. — Хорошо. Что, если я приеду завтра, скажем, часам к десяти утра? — Да, пожалуйста. Учтите, он довольно высокий. — Спасибо. До встречи.       Мэри положила трубку. Подошла к цветку и присела возле него. Медленно погладила мясистые глянцевые листья: — Вот и с тобой расстаюсь… Ну да ладно. Живи там, не засыхай. Понятно?