Dig down

      Но шли дни, а Ховард не звал её. Прошла неделя, другая… на горизонте замаячило лето.       Мэри, как никогда заваленная работой с уходящими на июньские каникулы учениками, и не удивлялась: было бы странно, если бы такой, как Доминик, вдруг озаботился её присутствием. Сама она не чувствовала себя настолько близким другом, чтобы вот так запросто приезжать к нему на работу или, уж тем более, домой.       Мужчина продолжал жить своей жизнью: давал концерты по новому альбому, с Мэттом и Бингом катался в Аспене, потом засветился у коллег по цеху на сабантуйчике. Беллами в «Ай-Тюнс» пиарил новый сингл. Девушки музыкантов в Штатах тоже времени не теряли: Элли снималась, Ана каталась на байке.       Мэри разрывало надвое: с одной стороны, она действительно должна была держаться подальше. С учётом заявленного тура это не было проблемой. С другой, к мужчине тянуло будто магнитом.       Каждый раз, когда рука вновь тянулась к телефону, она обрывала себя: остались же у неё какие-то капли самоуважения?! Раз не ищет встреч, значит, не надо. Мисс Костел, наверное, совсем заревновала его. Или Мэри просто надоела ему.       Один раз она не выдержала, села в такси и приехала к студии. Посмотрев на припаркованный мотоцикл, попросила отвезти за город. Пока водитель, выйдя, курил, девушка задумчиво смотрела на виднеющийся из-за забора третий этаж дома, верхушки деревьев. Прислушалась: не раздастся ли лай Флойда? Но всё вокруг, как назло, дышало спокойствием и тишиной: конечно, он наверняка увёз питомца с собой. Подавленная, она вернулась домой и долго грустила.       Устав от одиночества, однажды Мэри выбралась в любимый торговый центр и обновила гардероб: всё-таки, впереди было лето, а некоторые вещи уже висели мешком…       На улице она без сил присела на скамейку у входа. Обычно они шоппинговали с Кэт… что же с ней стало? — Мисс, с Вами всё в порядке?       Мэри подняла глаза. Какой-то красивый парень смотрел на неё. Блондин. Чувствуя подступающие к глазам слёзы, она потупилась и махнула рукой: — Да, благодарю Вас.       Парень давно ушёл, а Мэри ещё долго сидела с пакетами на пустой скамейке.       В последних числах мая «MUSE» выпустили очередной сингл и улетели в Германию на гастроли. Мэри искренне радовалась за ребят: новый альбом уже принимался на ура, и эту радость омрачали только письма, которые она получала теперь каждую неделю. Раз от раза они становились всё более злыми, и девушка, иногда дрожа ночью от страха и без сна прислушиваясь к каждому шороху, думала о том, чем всё это закончится для неё. Злоумышленники давали месяц на погашение «долга», но девушка не знала ни суммы, ни возможности сделать это.       В полицию она по-прежнему не обращалась; этого же требовали в письмах, угрожая жизнью Кэтрин. Прочитав о большом количестве подобных случаев, она подумала, что, если преступники захотят, то всё равно добьются своего. Когда Кэт найдётся, Мэри сразу узнает об этом, а та, уж конечно, сразу прояснит ситуацию.       Родители подруги по-прежнему пребывали в неведении, их, по-видимому, никто не беспокоил. Миссис Тёрнер сообщила, что дочь изредка присылала им сообщения, один раз даже звонила, но, правда, недолго. Мэри недоумевала: почему подруга, держа связь с родителями, ничего не сообщала ей?!       Пугать стариков она не стала. То, что их никто не преследует, наполняло её душу радостной надеждой: может, получится поговорить с самой Кэт или, на худой конец, преступниками и всё объяснить?..       В первый день лета была обещана жаркая погода, стоявшая перед этим всю неделю. Девушка, давно не наводившая уборку, решила, наконец, заняться домашними делами. Нужно было выстирать шторы, вытрясти ковёр, отмыть крыльцо… Слава Богу, её домик не требовал столько усилий, как трёхэтажные особняки некоторых. С вечера заготовив тряпки, ведро и всё остальное, Мэри, задержавшись с просмотром фанатских видео с новых концертов, легла спать заполночь.       Утром её разбудил дверной звонок. Потирая сонные глаза и зевая, она подумала, что сейчас просто прибьёт того, кто не дал поспать в воскресенье, но открыв дверь, замерла на пороге с раскрытым ртом. На крыльце стояла Элли в футболке, хлопковых белых шортах и сандалиях. Волосы были перехвачены на затылке в высокий хвост. Она пристально всмотрелась в Мэри, а затем рассмеялась: — Привет! Извини, что разбудила… Дело есть. — Она оглянулась. — Можно войти?       Мэри посмотрела через её плечо: у обочины стоял стальной «Мерседес», кивнула и посторонилась: — Прошу… к нашему шалашу.       Попав внутрь, Элли с любопытством оглядела обстановку. — Уборку затеяла? — Ну да… — У меня есть предложение поинтереснее. — Гостья схватила её за руку. — О, зажила уже? Поехали с нами! — С кем — вами? — Со мной и Мэттом. — Куда?! — На пикник. Погодка — прелесть! А то милый невыносимый стал совсем с этим альбомом. Вот, выбила для себя денёк!       Мэри облокотилась на спинку дивана и усмехнулась: — Если ты выбила денёк для себя, то я там явно — «третий лишний».       Элли укоризненно посмотрела на неё: — И это говорит та, кто опять пропала на две недели! Мы думали, ты уехала куда… — От себя не убежишь, — невесело улыбнулась девушка. Эванс кивнула: — Точно! Давай, одевайся, только не юбку, и поехали — Мэтт сейчас сварится… — А я там… никого раздражать не буду? — осторожно уточнила Мэри. Её пальцы нервно сжали обивку дивана.       Элли озадаченно нахмурилась, но тут же ласково улыбнулась: — Нет, никого. Не волнуйся. Все только рады будут тебя видеть! — Ну, раз так… — Мэри задумчиво постучала пальцем по щеке. — Иди к Мэтту, я сейчас. — Хорошо. Ждём.       Не успела Элли выйти, она вихрем кинулась в ванную. В те недолгие минуты, пока девушка наводила марафет, причёсывалась и натягивала новую полупрозрачную блузку и свободные шорты, голова была предательски пуста.       И только обувшись, Мэри обернулась на кухонный стол. Сама не зная зачем, она каждую неделю пекла целую гору печенья. Потом ходила и раздавала соседям.       Сегодня ему найдётся другое применение.       Не успела Мэри подойти к машине, как Элли и Мэттью вылезли наружу. К её удивлению, мужчина подошёл и отодвинул переднее сиденье. Забрав у неё корзинку, протянул руку: — Привет! Прошу…       Девушка благодарно улыбнулась ему, ухватилась и залезла назад. Широкое кожаное сиденье было мягким и уютным. — Это то, о чём я думаю? — спросила Элли, пока Мэтт помогал ей садиться. — Ну да… — Здорово!.. — Что здорово? — спросил мужчина, вернувшись на своё место. Машина, вздрогнув, с тихим урчанием плавно покатила по асфальту. — Мэри опять везёт печеньки! Ура?       Из зеркала заднего обзора на девушку глянули смеющиеся синие глаза. Беллами кивнул: — Ура.       Пока они катили по городу, синий «Шеви» не было видно. Мэри знала, что уже какое-то время слежки не было. Или преступники (или кто они там) стали более осторожными. Она даже жалела: если бы она раньше подошла к этой машине и добилась от её загадочных пассажиров правды о Кэт!..       Уже через десять минут Мэри поняла, куда они едут, и сильное желание выпрыгнуть из машины прямо на ходу слегка затмило тревогу о судьбе подруги. Спасала только Элли, непринуждённо вовлекавшая в общую беседу. Девушка отвечала, но мыслями была далеко. Она не знала, как вести себя с незнакомой Аной. Она не знала, как вести себя с Ховардом, — он же не искал её общества. А вот её любовь меньше не стала…       Наконец, показался знакомый проулок. Тяжёлые ворота открылись, пропуская их внутрь. Едва машина остановилась, Элли выпорхнула из салона, отодвинула сиденье и поманила девушку: — Пойдём, пока Мэтт машину ставит.       Мэри кивнула, прислушиваясь к бодрой, энергичной гитарной партии, наполнявшей воздух.       Выбравшись из прохладного кондиционированного плена, девушка с наслаждением потянулась и вдохнула свежий, уже согретый летним теплом, воздух. Музыка доносилась из дома, через одно из открытых окон. Клумбы под заботливыми руками миссис Джонс уже зацвели и теперь яркими пятнами обрамляли дорожки. Сложенные прежде шезлонги, накрытые теперь светлыми подушками, появились на газоне перед домом. На веранде по-прежнему стояли два плетёных кресла со столиком, с одного свисал клетчатый плед.       Девушка завистливо вздохнула. Громкий лай заставил обернуться на переднюю дверь дома, из которой вылетел Флойд и бросился к Элли, а затем, пролетев под её руками, подбежал к Мэри. Она присела на корточки, позволяя псу уничтожать помаду, и потрепала по загривку. — Я тоже скучала по тебе, — шепнула она в круглое ухо. — Прости, что не приезжала раньше…       Флойд отскочил и понёсся куда-то, но через минуту вернулся с уже изрядно погрызенным жёлтым мячом и бросил к её ногам. Она рассмеялась, подняла игрушку и швырнула как можно дальше. Не долетев несколько ярдов до забора, мяч затерялся в траве; пёс, высунув язык, залаял и помчался за добычей. — Весело вам? — послышалось за спиной. — А кто-то работает…       Резко обернувшись, Мэри увидела нагруженного какими-то железками Ховарда в жёлтой линялой бейсболке, простой белой майке и защитного цвета спортивных штанах. — Помочь? — она с улыбкой шагнула вперёд, разглядывая его слегка загорелые плечи и руки, но он, отрицательно качнув головой, прошёл мимо. Девушка разочарованно уставилась вслед.       У края газона, где была тень, он сгрузил на землю свою ношу, присел и принялся всё соединять. Когда Флойд принёс пятый мяч, это превратилось в угольный гриль для барбекю.       Встав и оглядев плоды своих трудов, Ховард с улыбкой оглянулся. Мэри всё так же стояла перед газоном, смотря на него. Мужчина направился к ней. По дороге его нагнал пёс с мячом, и забрав игрушку, он размахнулся со всей силы и метнул её на другую половину участка. Флойд тут же бросился в указанном направлении.       Мэри, отвлекшись на собаку, не увидела подошедшего Доминика и опомнилась, только когда он легко обнял её; пальцы сами легли на мягкую ткань его майки. — Привет, — мужчина отступил и критически оглядел девушку, на секунду задержав взгляд на её руках. — Всё норм? Выглядишь замечательно. — Всё хорошо, спасибо, — улыбнулась она. — Ты тоже красавчик, как всегда.       Ховард хмыкнул: — Пойдём, принесём ещё пару стульев, пока эта сладкая парочка едой занята. Я думал, ты не приедешь… — Почему? Зря? — Да нет… Ты чё-то куда-то пропала. Я заезжал недавно, тебя дома не оказалось. Отдыхала где? Я на ралли был… Видела?       Мэри усмехнулась, хотя больше всего сейчас хотелось заплакать. — Да, но я всё это время была здесь. Да, да, это вам не Аспен и не Ницца, — она со смешком покивала удивлённому взгляду сбоку, — и, кстати, «Ватсапп» никто не отменял.       Ховард взъерошил волосы на затылке. — Да я утопил «трубу» из-за засранца этого, — он кивнул на лающего где-то пса. — Все контакты накрылись. Нашёл все, кроме твоего. Я даже твоей подруге звонил, но выключено было. — У миссис Джонс не спрашивал? — Девушка расстроенно отвела глаза и поднялась по ступенькам на веранду. Ховард замер внизу и обалдело посмотрел на неё: — Я идиот. Точно!       Мэри рассмеялась. Напряжение последних недель, наконец, почти отпустило её. — Ты просто был очень занят, не до того, — покачала она головой. — Хочешь, иди в дом, жарко, — Ховард ухватил крайнее к нему плетёное кресло. — Принести тебе попить?       Мужчина улыбнулся. — Давай. Воды. И газет пару прихвати.       Гостиная встретила девушку громкими звуками акустической системы, приятной прохладой и смутной тревогой: не встретив подружку Доминика на улице, она ждала, что наткнётся на неё где-нибудь в доме. Не мог же мужчина пригласить друзей один? Или мог?.. — Эй, давай сюда! — Элли в симпатичном фартуке возилась за барной стойкой в одиночестве, и Мэри невольно покосилась на лестницу. Подойдя к блондинке, она увидела, как та ловко смешивала какой-то овощной салат. — Помочь?.. — Музыку чуть приглуши, а так нет, я уже всё. Хочешь, иди полежи на солнышке, позагорай. Я крем взяла… — Нет, спасибо, — Мэри подошла к системе и наугад покрутила одну из ручек. Звук и вправду стал немного потише. — Ты, как всегда, сама забота и внимание. А где мистер Беллами?       Элли, не прекращая мешать, удивлённо посмотрела на неё: — Внизу, колдует с микшером. Ты такая вежливая… Сколько тебе? — Я младше Доминика на десяток, — улыбнулась Мэри, ловя ответную улыбку Элли, села на высокий стул и облокотилась на стойку. Та, потерзав салат в последний раз, отставила миску и принялась нарезать сыр с белой толстой корочкой. — Положи его куда-нибудь.       Мэри встала, зашла за спину девушки и подошла к навесным шкафам. Открыв дверцу, она осторожно вынула небольшую белую тарелку. На глаза попалась пустая собачья миска. — Флойда кормить не надо? — Надо, наверное… Спроси у Дома. — Хорошо. — Вернувшись на место, девушка принялась аккуратно выкладывать сыр. — У нас с Мэттом вообще в двенадцать лет разница, о чём ты? Или тебе неловко с нами?       Мэри улыбнулась и положила на тарелку ещё пару кусочков. — Ну что ты! Вы все такие красивые, известные, талантливые… Как небожители для меня! — А небожители подметают? — Элли подошла к спрятанной в углу дверце, вытащила щётку и принялась методично мести кухню. Мэри разложила оставшийся сыр и полюбовалась работой: вроде бы, вышло неплохо. Закончив, Эванс вымыла руки и подошла к ней. — Это, скорее, наша работа. У тебя же тоже своя? Ты хорошо справляешься с ней? — Ну да, я же люблю её. — Ну, вот и у нас так. Иногда люди не отделяют нас от нашего занятия. Думают, что мы всегда красивые, успешные и вообще, идеал, — Элли посмотрела на ногти и вздохнула.— Блин, только накрасила… Вот, кстати. Так что до богини мне пока далеко, — она засмеялась. — Почему? Ты моя богиня, — бросил Мэтт ещё с лестницы, и, подойдя к невесте, обнял её. Та стащила через голову фартук, бросила на стойку и обхватила мужчину за шею.       Мэри с болью отвела глаза от целующейся пары. Да пусть они будут тысячу раз реальными и две тысячи раз хорошими, ей до них далеко. Хотя бы потому, что в их тусовке она — случайный гость… Перегнувшись через стойку, она ухватила кусочек сыра, бутылку с водой и, взяв со стола в гостиной газету, вышла на улицу.