Хозяин старого замка

Броку с самого утра нездоровилось, повреждённая ночью нога дёргала неприятной пульсирующей болью, не добавляя ему ни настроения, ни расположения духа. Хотелось валяться в постели, на всех рычать да на жизнь жаловаться. Он ещё вызнает, какая скотина рядом с его владениями капканы ставит да зверьё травит. Вот один такой капкан он в темноте ногой и встретил. Кости перебить не перебило, но связки железные ободы повредили неслабо. — Ваше темнейшество, — поскреблась в дверь Анна. — Вам завтрак принести? Может, мазей каких надо или зелий? Травки заварить? — Опять ты, негодная? — вздохнул Брок, но сегодня ругаться не хотелось совсем. Он подпихнул под перемотанную чистыми бинтами ногу ещё одну подушку и плюхнулся обратно. — Пироги вчерашние ещё остались и узвар? — Пирогов свежих напекли, и узварчик свеженький есть, сейчас принесу, — пообещала Анна и унеслась, стуча подковками каблучков по каменным полам. Брок невольно улыбнулся. Всё же хорошо, что в доме есть кому встретить и накормить, зря он ропщет на судьбу. Вот так бы сейчас лежал один, никому не нужный, в холодной спальне, и загибался. Брок мотнул головой. Что-то странные мысли ему в голову лезть начали. Время ли страдать от одиночества? Надо гада найти, что лес поганит, и научить уму-разуму, а потом уже за кружкой хмельного и на луну — ночное светило — повыть можно. Анна вскоре вернулась с подносом и Свиридой, которая открыла для нее дверь. Свирида, уже немного отъевшаяся и почти не боявшаяся грозного колдуна, только бросила взгляд на бинты и ахнула: — Кто ж это вас так, ваше темнейшество? Уж не те ли конные, что давеча на забор лезли? — Какие конные? — Брок аж привстал на своём ложе. — Кто-то через забор снова лезть пробовал? Вот же люди, не сидится им в своих деревнях, всё в чужой дом норовят забраться! — Полно вам, ваше темнейшество, — всплеснула руками Анна, поставив поднос на столик у кровати. — Поправьтесь сначала, а потом карами грозить беритесь. Не влезли же. Волшебство ваше нас снова от недобрых людей уберегло. — Я в щелочку в воротах подсмотрела, — призналась Свирида. — Двое конных, на сером коне и на караковом. Один — с круглой штукой за плечами, вроде блюда, волосы соломенные, он на забор и лазил. А второй — распустеха, как девка нечесанная, темноволосый, с чем-то вроде лука. А лошади хорошие, кормленные. — Значит, не ваши, не деревенские. — Брок сел, спустил ноги на пол и поморщился. — Поживем — увидим, что дальше будет. — Он почесал заросший свежей щетиной подбородок и обернулся к Свириде. — Ты как? Не обижают тебя мои красавицы? Не неволят? — Нет, ваше темнейшество, — помотала головой Свирида. — Да тут и работы, почитай, нет никакой: за скотиной ходить не надо, по воду ходить не надо, стирки мало… Вот только рукодельничаю я плохо, не обучена. — Научишься еще, — потрепала ее по плечу Анна. — Какие твои годы. Дитя совсем. — Вот, — согласился Брок, — старших слушай. Они и научат полезному, и ум в голову вложат. Чуть обвыкнешься, приходи в библиотеку, грамоте обучать буду. Свирида аж рот открыла от удивления. — Зачем это? — Глупая, — тепло улыбнулась Анна. — Любая наука впрок идёт и в жизни пригодиться может. А вдруг ты замуж идти не захочешь и в город подашься или книги деткам своим со сказками читать будешь? Сказок-то много, все не упомнить. — А что, — удивленно распахнула глаза Свирида, — замуж можно не ходить? — Тут уж как ты сама решишь, — Брок похлопал рядом с собой, и Свирида, оглянувшись на Анну, аккуратно пристроилась, подивившись, почему у неё перина намного мягче, чем у хозяина, тот словно на камнях спал. — Не все, кого ссылали ко мне ваши деревенские, решили связать себя замужеством. Кто тут остался, а кто в города побольше уехал, лавки свои открыл, дома доходные. Тут к чему душа лежит. А есть и при муже, детные уже. — Не хочу замуж, — замотала головой Свирида. — У меня тетушка родами умерла, два дня мучилась, сердешная. Двойня у нее поперек живота встала. Так кричала… А знахарка ее за руки к потолку подвешивала… Все одно не помогло. — Вот и учись наукам, пока есть такая возможность. Грамоте, письму, счёту. Потом поймёшь, что больше всего интересно, что нравится, — пожал плечами Брок. — Маленькая ты ещё для замужества. — Дядька меня и раньше замуж выдать хотел, но родители не давали, а как помёрли… — Свирида хлюпнула носом. Анна тут же обняла её за плечи и повела прочь из опочивальни хозяина. Все как одна знали, что не терпел он девичьих слёз, да и не о чем им было обычно плакать и скучать не по кому. — Не плачь, Свиридушка, — уговаривала ее Анна. — Все твои беды и печали миновали. Сюда, в замок его темнейшества, им хода нет. Пойдем-ка лучше в светелку, у меня там азбука есть, я тебе буквы покажу. Брок позавтракал, кое-как доковылял до своего кабинета, стараясь не попасться на глаза сердобольным девицам, чтобы не затискали в попытке подлечить да облагородить хозяина своего. Вообще у Брока под замком хранились кое-какие зелья да отвары ещё отца покойного, когда он не плюнул ещё на сына и пробовал его учить своим премудростям. Но Броку интереснее военное дело было, чем алхимические знания, за что он своей шкурой и заточением в родительском замке в итоге и поплатился. *** Стив подъехал к воротам, спешился и, оглянувшись на верного Баки, гулко стукнул пару раз кулаком. — Эй, добрые люди! — крикнул Баки. — Мы к вам за делом приехали. Впустите поговорить? — Знаем мы ваше дело, — раздался из-за ворот девичий голосок. — Убирайтесь, пока колдун вас… огнём не пожёг. Стив с Баки переглянулись. — Кликни хозяина, красавица. У нас и правда разговор к нему есть. Всё стихло, только Стив успел расслышать торопливые удаляющиеся шаги, но было неясно, выйдет ли кто к ним. — Может, пообедаем? — предложил Стив. — Прямо перед воротами? — усмехнулся Баки. — Погоди уж, дождемся ответа. Но выходить к ним словно никто и не собирался. Стив постоял ещё какое-то время и расседлал коня, отправив его рядом пастись, а сам расстелил на траве потник и сел на него, принявшись развязывать мешок с припасами. Баки сел рядом и тихо сказал: — Хихикают за воротами. Небось в щели поглядывают. — Вот и пусть подглядывают, — улыбнулся Стив и щедро отрезал Баки краюху хлеба. Караковая кобыла Баки подошла, толкнула его носом в плечо, выпрашивая корочку. — Иди пасись, лакомка, — он потрепал ее по шее. За воротами захихикали громче. Стив ел молча, поглядывая то на Баки, то на мелькающие под воротами тени. Через полчаса тяжёлая створка подалась в сторону. На дорогу вышел хмурый мужик, весь в чёрном, но постриженный и выбритый на городской манер. Он оперся на жуткого вида трость и окинул тяжёлым взглядом пришельцев. — Что за цирк вы тут устроили? — День добрый, — сказал Баки. — Поговорить мы приехали. И предупредить. — Меня? — удивился колдун, снова глянул в упор так, что Стиву немного не по себе стало. — Ну, проходите, раз поговорить и предупредить, нечего у ворот сидеть. Тронете кого из девочек — голову оторву и скажу, что так и было. Жёны это мои и дочери. — А я говорил, что у него гарем! — пихнул Стива в бок Баки. Пока Стив собирал разложенные припасы, Баки завел во двор лошадей, огляделся, увидел статую, на ушах которой висели красные в белую крапочку тапочки и подавился смехом. — День добрый, красны девицы, — сказал он. — День добрый, радушный хозяин. Ответом ему был весёлый смех, слишком весёлый для пленниц. Стив так же поздоровался и пошёл следом за прихрамывающим хозяином. Колдун хоть и выглядел грозным и явно недовольным чужим присутствием, но опасности от него не чувствовалось, да и девушки, стоило ему сдвинуться с места, яркой стайкой кинулись вперёд него, помогая открывать двери. Привязав лошадей где пришлось, Баки пошел за хозяином, подмигивая краснеющим и хихикающим девицам. Все они были сытые, румяные, с нарядными лентами в косах, в сапогах, богато одетые. Никаких линялых ситцев и дешевого рядна — яркие сарафаны с вышивкой, вышитые белые рубахи, узорчатые сапожки с подковками. Не во всякой деревне так дочек старосты наряжают. А тут колдун, и, если верить прачкам на берегу, сироты без приданого и своего дома. — Бак, да местные этому колдуну спасибо сказать должны, а не всё это, — шепнул тихо Стив и, по тому, как хозяин повернул голову в их сторону, понял, что тот услышал, но промолчал. Брок вёл гостей по широкой, устланной ковром лестнице, вверх, в свой, когда-то бывший отцовским, кабинет. То, что к нему в дом пожаловали наёмники, было понятно как белый день. Деревенские, скорее всего, подсуетились, скинулись, кто чем мог, и наняли этих двоих. Только почему они вот так, в открытую, явились? Думают, сдюжат? Или местные про капкан уже прознали? — Проходите, — не очень гостеприимно буркнул колдун, пропуская Стива с Баки в просторный кабинет. Стоило двери открыться, как на стенах ярко вспыхнули факелы, освещая небогатое, но добротное убранство. — Еще раз доброго дня тебе, — сказал Баки. Он не очень понимал, с чего начать разговор. Колдун выглядел совершенно не так, как он себе его представлял. Мужик как мужик, видно, что не из местных — у них у всех лица круглые, как блин, глаза серые или голубые и носы репой. А этот черноволосый, бритый, стриженый, как знатный, кожа смуглая и глаза желтые, как у матерого волка. — Нас тут старосты окрестных деревень наняли… да только врут они как дышат. И Баки оглянулся на Стива. — Неужто всё врут? — сверкнул глазами колдун. — Всё не всё, не знаем, — поддержал Баки Стив. — Но в главном наврали — не неволишь ты девушек, вон, они у тебя в довольстве живут, да и бабы местные против мужей никогда врать бы не стали. — Интересно, — колдун сцепил пальцы в замок. — А от меня вам что надо? Возмещения стоимости заказа? Стив нахмурился. Он всякое стерпеть мог, кроме такого прямого оскорбления, но всё же сдержался, не стал хамить в ответ, хотя колкость так и просилась сорваться с языка. — Прознали местные про сокровища твои, — спокойно продолжил он. — Как бы сами не сговорились иль не нашли кого более падкого на золото. — Они могут, — кивнул Баки. — Мы-то не гильдейские, а могут и гильдейских нанять. Ты нас не обижай. Вон, тебя подкараулил уже кто-то, хромаешь. А от нас и польза может быть. За девиц своих не беспокойся, мы девиц никогда не обижали. — Польза, говорите, — усмехнулся колдун и глянул так, что Стиву жарко стало. — Ну, оставайтесь, посмотрим мы на вашу пользу. Меня зовите Броком, с девочками моими за ужином познакомитесь, но учтите, тронете кого — вас сами боги разыскивать не возьмутся. Я в этом замке всё знаю. — Я — Стив, а это Баки, — представился Стив, не зная, куда скрыться от взгляда колдуна. Баки же под этим обжигающим желтым взглядом только плечи расправил. — Найдется куда лошадей поставить? — спросил он. — Я распоряжусь, как раз девочкам будет чем себя занять, — ухмыльнулся Брок, тяжело поднялся и вышел из-за стола, опираясь всё на ту же трость с головой диковинного зверя на набалдашнике. — Пойдёмте, покажу где, что и как. Гости в замке были большой редкостью. Иногда приезжали девушки, которые покинули когда-то эти стены, знакомили с детьми, с избранниками, рассказывали о том, как устроились, но большую часть времени замок пустовал, если не считать тех шестерых, что жили сейчас вместе с Броком. Так что гостям он, можно сказать, был немного рад. Баки с интересом разглядывал темные стены, резные колонны, теряющийся в тенях потолок, узкие, похожие на бойницы окна, забранные настоящим прозрачным стеклом. Ему было неловко шагать по дорогим коврам в дорожных сапогах, но хозяин не обращал внимания на такие мелочи. Плечи у Брока были широченные, едва ли не шире, чем у Стива с Баки, а уж их природа не обделила. — Купальни вниз по лестнице, — тем временем рассказывал Брок, потихоньку вышагивая по коридору. — Если двери заперты, значит, девочки заняли, будете ломиться — огребёте. Столовую и кухню покажу позднее. В припасах у нас проблем нет, но имейте совесть, стряпать на вас никто не нанимался. Договоритесь с Фисой — отлично, а нет — что делать, сами себе приготовите. В какой-то момент Брок неловко наступил на пострадавшую ногу и чуть не упал от пронзившей всё тело боли, но успел заметить краем глаза какое-то движение, протянутую к себе руку. Стив зашипел от боли. Он видел как колдун оступился, хотел было его подхватить под локоть, поддержать, но тот каким-то неуловимым движением ушёл в сторону, а на запястье Стива опустилась тяжёлая трость. Баки моментально напрягся, готовый защитить любимого. — Баки, нет, — остановил его Стив, прижал руку к груди. — Прости, Брок, я помочь хотел, а не в спину ударить. — Кто вас знает, охотников за головами, — буркнул Брок и вытянул ладонь вперёд: — Покажи руку. — Покрутив запястье Стива, Брок снова фыркнул и пошел дальше, бросив: — И синяка не будет, так что извиняться не стану. А в будущем не подкрадывайся со спины, в моих руках может оказаться не трость, а что-нибудь острее. — Нервный ты… — пробурчал Баки. — А себя вылечить не можешь? — Жить хочу просто, — бросил из-за плеча колдун и указал тростью на две двери. — Ваши комнаты. Камин сами разожжёте, дрова там есть, если что, во дворе наберёте. — Спасибо тебе, — искренне поблагодарил Стив, но в ответ заработал только ещё один пристальный, пробирающий до нутра взгляд. — Пойдем сумки заберем — и мыться, — сказал Баки. — Тут, небось, вода горячая есть. Хочу вымыться. И чтобы ты спину мне потер. А жутковатый мужик этот Брок, да? — Есть такое, — ответил Стив, провожая взглядом широкую спину колдуна. Размещаться решили в одной комнате, как и всегда, во вторую даже заглядывать не стали. — Хорошая кровать, — оценил Баки, кинув сумки на пол. — Уж точно поместимся. И дверь крепкая, с засовом. — Он выглянул в окно. — Ты посмотри, какой тут сад! Все цветет, и стекла настоящие! Знатно живет колдун! Стив притянул Баки к себе, обнял крепко. — Пообещай, что никуда лезть не будешь? Пожалуйста, Бак, уйми своё любопытство, давай будем довольствоваться пока что тем, что имеем? Бесплатное жильё и харчи, что нам сейчас ещё нужно? Все двери, что заперты, запертыми остаться и должны, ты меня услышал, сердце моё? — Ну ты прям! — обиделся Баки. — Будто я домушник какой или форточник! Он же сказал: знает обо всем, что в замке делается. Дурак я, что ли, лезть куда не надо, при таких раскладах? — И это мне говорит человек, который влез к помещику Рокову только потому, что кто-то обмолвился, что видел у него птицу золотую, а тебе посмотреть на неё страсть как захотелось, — улыбнулся Стив, погладил Баки по голове. — Ну откуда здесь золотая птица? — огорченно сказал Баки. — А за девицами я с малых лет не подглядываю. Что в них интересного? — Ты за мной подглядывал. Стив поцеловал его и отстранился. — Бери рубаху, штаны и пойдем мыться, — сказал Баки. — Помнишь, где тут купальня? Заодно и постираемся. В купальню они попали без проблем, дверь заперта не была, а на лавке обнаружились даже чистые полотенца. — Смотри, Бак, белые. Сто лет полотенец белых не видел, и пахнет здесь хорошо, свежестью и травами. Начинаю я завидовать этому колдуну. — Не просто белые, — Баки развернул полотенце. — Ты на вышивку-то посмотри. Белым шелком по белому полотну. Он по очереди попробовал воду в каждой чаше, быстро разделся и взял ковш. — Давай, Стив, отмоемся. Ты посмотри только — здесь даже настоящее мыло есть! В бане ближайшего городка, где и жили в последнее время, такой роскоши не найти было даже за очень большие деньги. А мыло и вовсе можно было купить разве что только в аптеках и стоило оно столько, что простым горожанам или не очень обеспеченным наёмникам такие траты были не по карману. — Как думаешь, хозяин не сильно обидится, если мы мыла позаимствуем? Боги, как оно пахнет мёдом! — Не обидится, — уверенно сказал Баки. — Он же нам запреты обсказал. Про мыло и полотенца там не было. Так что давай раздевайся и будем намываться. А то от щелока мне шкуру печет. Стив быстро скинул одежду и с тихим стоном погрузился с головой в воду во второй по счёту чаше. — Бак, как тут хорошо, иди ко мне. Баки немедленно забрался в чашу с куском мыла в руке, поцеловал Стива в раскрасневшиеся губы и сказал: — И правда, хорошо-то как. Давай-ка я тебе голову намылю, а то ты уже не солнечный, а бурый. Медовое мыло пошло на ура и кусок полностью кончился, истаял в горячей воде, но зато Стив с гордостью смотрел на красную спину Баки, его чистые, до скрипа, длинные волосы и светлую довольную улыбку. Замотав возлюбленного в полотенце, Стив принялся его вытирать, правда, больше лапая, чем помогая, трогая везде, где только мог. — Ох, хорошо! — улыбался Баки, подставляясь. — Только есть хочется. Что там хозяин про ужин говорил? Найдется у него крупа и кусок сала? Кашу сварим, с салом… — Думаю, найдётся, он же сказал, что в припасах нужды у них нет, только с готовкой. Девочки нам и правда ничем не обязаны. Стив прижал к себе Баки и поцеловал его, нежно, ласково, обещая ночью продолжить, но тут в дверь купальни робко постучались. — Хозяин вас к столу просит, — крикнул звонкий девичий голос, и по каменным ступеням зазвучали удаляющиеся быстрые шаги. — Ух ты! — сказал Баки. — Прям к столу. А мы и не постирались. Оставим, после ужина постираемся. Аккуратно сложив грязную одежду на одну из лавок, Стив толкнул дверь, за ней ожидаемо никого не оказалось. Только вот где трапезная им никто не показывал, пришлось самим блуждать по коридорам, пока Баки не додумался пойти на голоса. Трапезная оказалась светлым залом с приятными глазу картинами на стенах, никак не вязавшимися с образом хозяина и славой самого замка. За длинным столом уже восседал колдун собственной персоной, и по обе руки от него — по три девушки, беззастенчиво разглядывающие гостей. — Вечер добрый всем, — широко улыбнулся Баки. — Я Баки, а это Стив, мой побратим. Девушки запереглядывались и захихикали. — Тихо! — рыкнул колдун, и девушки тут же выпрямились, не переставая улыбаться, и принялись за еду. — Фиса согласилась готовить и на вас, — тихо сказал Брок, кивнув в сторону красивой грудастой и не такой уж и молодой девушки, сразу было видно, что она здесь давно живёт и своим житьем вполне довольна. — Спасибо, хозяюшка, — склонил голову Стив. Девушка разрумянилась, махнула рукой и тут же что-то шепнула другой, самой высокой из всех. Баки сел за стол напротив Брока. Фиса поставила перед ним тарелку, полную каши с кусками мяса и горкой квашеной капусты с клюквой. Потом поставила такую же перед Стивом. Гости ели, словно их не кормили неделю. Брок сидел, попивая из серебряного кубка клюквенный узвар, и рассматривал пришельцев. Красивые статные мужики, широкоплечие, без единой лишней жиринки. Брок мог поспорить с кем угодно, что если в того же Стива монеткой бросит — отскочит, и так, что зашибить может. Только жаль, такие мужики редко предпочитают себе подобных и ебут или красивых девочек, или тонких и похожих на девиц мальчиков. А Брок ни тем, ни другим не был. Баки почувствовал, что хмелеет от вкусной сытной еды. В кашу не пожалели ни мяса, ни смальца, капуста хрустела на зубах. Мясо было какой-то дичью, вроде олениной. Видно, в своих владениях Брок не соблюдал королевских законов об охоте. Девушки первыми встали из-за стола и, весело переговариваясь, ушли куда-то в своё крыло, а за столом остались только гости и сам хозяин, никуда, похоже, не торопившийся. — Спасибо за вкусный ужин, Брок, — сказал Баки. — Что мы можем для тебя или девушек сделать? — Не шастайте ночью по коридорам, — сверкнул оскалом Брок и поднялся со своего места. — Раз вы сами нашли сюда дорогу, то и до комнат тоже доберётесь без проблем. Брок поднялся из-за стола, облизал шею и плечи Баки взглядом и медленно похромал в сторону лестницы. — А он красивый, — задумчиво сказал Баки и вздрогнул, когда со стола исчезла грязная посуда, а за ней и скатерть. — Правда же? Интересно, где девичьи комнаты? Хочу сегодня покричать вволю, — и он подмигнул Стиву. — Мне почему-то кажется, что нас специально поселили подальше от них, — улыбнулся Стив, сжал колено Баки под столом. — Интересно, а хозяин спит со всеми девушками или всё же тех, что помоложе, бережёт? — спросил тихо Стив и сам же покраснел от своего вопроса. А колдун и правда был очень красивым, и смотрел жарко, но у Стива был Баки. — Это ты не приметил, как он на них смотрел, — покачал головой Баки. — Как мудрый отец на дочерей неразумных. И потом, он же их замуж выдает, а тебе ли не знать, что у нас в жены берут только нетронутых. Странный он, конечно, — Баки быстро поцеловал Стива и потянул из трапезной. — Идем скорее! По лестнице поднимались чуть ли не бегом и, на удивление, больше никого и правда не встретили. Ввалившись в комнату, Стив вжал Баки в дверь, обнял его так, что больно стало. — Баки, мой Баки. Баки провел ладонями по бокам Стива, вдохнул его свежий запах и прижался губами к шее. — Опробуем кровать? Должна выдержать.