YEYO!

      Попрощавшись с Чанбином у двери в спальню, Ли побоялся поцеловать старшего и просто мило улыбнулся. — Увидимся завтра? — Ли был мил с ним. Со положительно кивнул, улыбнулся и спустился в гостиную, а Феликс пошел засыпать со счастливой улыбкой на лице. Его кровать была напротив окна, а все в комнате уже спали — свет не включишь. Он шел на лунный свет с улицы и быстро залез под холодное, колючее одеяло, поджимая босые ноги. Интересно, Чанбин и правда всегда такой романтичный? Зато теперь он уверен во взаимности! Может, у них что-то и получится… Сонно Ли осмотрел комнату и соседей: Хэчан из параллельного класса; Уджин из спортивной команды и ещё одна пустая кровать у стены слева от Ликса. А Йен, кажется, не заинтересован в Ликсе, ведь на соседней кровати его нет. Значит, он все-таки выбрал комнату с учеником по обмену. Феликс пожал плечами: «Так даже лучше». Накрываясь колючим одеялом с головой и ложась набок, лицом к окну, Ли обнимает ногами одеяло, медленно проваливаясь в сон.

***

С самого утра в лагере начались игры. Ребята делились на группы: кто-то играл в настольные, кто-то спустился в подвал, где был бильярд, другие же занялись приготовлением шашлыка. Феликс принадлежал первой группе, он устроился на полу возле чайного столика, где его одноклассники играли в настольные игры. Ликс выбрал игру «Последний герой», где нужно было обойти все фишки соперников ради получения жетона. А он означал целых два кусочка свинины сегодня вечером! Чанбин же, всё утро был занят костром: с шести утра он побрел с парнями в лес, они нарубили дров и вернулись только к одиннадцати. И вот, всё это время Ли наблюдает, как старший возится на улице, шутит со старшеклассниками, пока дома для них маринуется мясо, и все это — в толстом пуховике на лёгкую футболку. — О чем задумался? — рядом сидел Сынмин, которого Ликс знает с детства, но никогда не общался близко. Джисон всегда хвалил парня, и поэтому Феликс был любезен. Теперь, если они подружатся, Феликсу ещё два дня будет чем заняться, помимо слежки за Чанбином. — Надоело… — Ликс поджимает губы, вредная привычка. Устав от бесконечного проигрыша в игре, Ликс выходит из игры, какое-то время просто наблюдает и слушает, а потом просто уходит. Никто даже не замечает, что парень забирает свои фишки. Все увлечены темой мистических историй и ужасов, а Ликс как-то подустал. Парень проходит мимо всех и выходит в коридор, тянется за курткой и после быстро надевает ее на себя в надежде выйти и потусоваться в группе парней, особенно с учителем. Наверное, он не будет против? Ли открывает дверь и спускается с крыльца, рассматривает белую тропинку из снега, что уже опять замело пургой. — Ликс? — будто удивляется Йен. Блондин с улыбкой посмотрел на эстонца, здороваясь и с его новым другом. Японец отвёл взгляд, наверное, стыдно? — Может, поговорим вечером? — Йен выглядел взволнованным. — О чем? — он спросил, но уже давно всё понял. — О нас? — и тут старший замешкался. — О нас?  — Ликс усмехнулся. — Ты мне ничего не должен, мы просто друзья или… Ой, ты там надумал себе, наверное, что-то? Прости. Эстонец замешкался сильнее, пытаясь подобрать слова. Он думал, что в отношениях с Ли, и поэтому сам хотел бросить его, но боялся признаться в «измене». Феликс вежливо прощается с ними, не желая дальше мусолить эту тему. Хоть он и не любил Йена, его поступок был оскорбителен. Поэтому он просто уходит дальше по своим делам. На улице так холодно… Пальцы вмиг окрашивают худые костяшки в ярко красный. Он трёт руки друг об друга и сжимает зубы, осматриваясь. Странно, никого нет. Он обходит дом, и замечает одноклассника, а следом и всю группу. Они курят, обсуждают что-то про социальные сети и ругаются матом. Учителя рядом не оказалось. — Привет, — здоровается одноклассник. — Что-то случилось? — Привет, Чон, — Ли также ищет взглядом старшего, выглядывая за плечи собеседника. — Просто решил прогуляться… — Понятно, больше никто не обижает? — Чон облокачивается рукой на дом, преграждая собой обзор на других парней. — Эм… Нет, — Ли пожимает плечами. — А ты что-то знаешь? Кто-то кладет руку на плечо блондина, Ликс вздрагивает, оборачиваясь на названного гостя. Это был Ким Сынмин, он также неловко отвёл взгляд, протягивая Ли его телефон. Почему всем так стыдно смотреть на Ли, что произошло? «Ты потерял, когда играл, наверное, телефон лежал под столом». Феликс ни на шутку испугался, ведь не вспоминал про гаджет со вчерашней ночи, но сразу поблагодарил одноклассника за помощь. — Черт… Спасибо большое! Все-таки хорошо, что это Ким его нашел, и спасибо тем, кто придумал пароль — отпечаток пальца. Когда все отошли от австралийца, тот заглянул в телефон, сразу смотря в галерею фото. Кто-то пытался взломать его телефон, и тот успел их сфотографировать. — Что… — на телефоне сохранился кусочек головы злоумышленника. Темные волосы в Корее у каждого встречного и как найти этого человека — неизвестно. Зачем кому-то понадобилось взламывать его телефон? Ли остановил Кима, придержав за плечо: — Сынмин, а ты не видел, кто крутился рядом с телефоном? — парень отрицательно кивнул. — Боже, кто-то попытался взломать его… — Ого… — Ким заинтересовался. — Ты волнуешься, значит, тебе есть что скрывать? Феликс долго молчал, но все же кивнул, он был напуган: вдруг кто-то видел их с Чанбином прошлой ночью или в машине. — Я помогу тебе найти того, кто украл телефон, а ты взамен расскажешь мне о тайне. По рукам? — Сынмин был мастером своего дела и очень любил разбираться в технике, даже самых сложных программах на компьютере. Выхода нет, любопытство сильнее. Парни договорились взяться за дело прямо сейчас, и уже направлялись к дому, пока Ли не заметил Чанбина. Они оба остановились, посмотрев на физрука. Ким раскрыл глаза, ведь зная Феликса… Неужели они с ним… — Подождёшь? — Феликс взглянул на него, а тот вопросительно смотрит, додумывая все сам. — Пожалуйста! Мне нужно поговорить кое с кем, — Сынмин кивнул, предупреждая, что будет ждать его в гостиной. Чанбин положил дрова и заставил старшеклассников колоть их на костер. Изредка он посматривал на младшего, пока вел беседу с парнями. Когда все увлеклись мангалом и дровами, Со спросил у одного парня зажигалку и отошёл. Феликс сделал шаг навстречу и старший незаметно для других кивнул в сторону леса за забором. Феликс идёт следом за Со, старший оборачивается и ухмылкой зовёт идти с ним до конца. Ли не может сдержать ответную улыбку, обходит дом и видит калитку со двора в заснеженный лес. Никого поблизости нет, Чанбин осматривается и открывает дверь ключом, выходит за двор и оставляет железную дверь приоткрытой. Ли сначала боится, что их может кто-то заметить. Он долго и мнительно осматривается по сторонам, потом аккуратно идёт следом, хрустит снегом под ногами, и перед тем, как окончательно закрыть дверь, всматривается в окна дома на втором этаже. Вроде, никого… Он оборачивается и замечает Чанбина возле железного забора чуть дальше от калитки. — Привет? — спрашивает Ликс и подходит ближе. Чанбин кивает, будто приветствует, и делает долгую затяжку. Ли подходит ближе, и Со приходится выдыхать табачный дым в сторону от младшего. Они молча стоят в метре друг от друга, пока Чанбин курит. Неужели, он не звал Ли за собой, а просто решил покурить за территорией лагеря? — Как ты? — Чанбин выглядит спокойным. — Все хорошо, — Феликс зачем-то смотрит на свои зимние кроссовки, замечая, что стоит в сугробе. — Ты звал меня? Феликс поднимает взгляд, а старший кивает, выкидывая сигарету подальше в снег. Ли сейчас так хочется обнять его… Почему рядом с ним руки дрожат не от холода? Чанбин осматривает стройные ноги парня, в которые влюбился ещё в их первую встречу. Белые джинсы, сиреневый свитер навыпуск, а длинная черная куртка вовсе не застегнута. Со протягивает ему руку и бережно притягивает парня за талию, обнимает тело за курткой, делает это медленно, чтобы не спугнуть добычу. Феликс смущен и напуган, ведь вдруг кто-то следит за ними? — Стой… — он шепчет, страх нарастает. — Вдруг кто-то увидит. Феликс осматривается, а Чанбин прижимается ближе. — Все нормально, тут никого, кроме нас. Руки Со не слабеют и Ли тает, он мечтал об этих объятиях всю ночь! Поэтому, не сразу, но солнечно улыбается, кладя руки на широкие плечи старшего. После их вчерашней прогулки, он готов на всё! В пределах разумного разумеется. — Со мной теплее? — младший стряхивает снег с капюшона огромного пуховика старшего. Говорить о своих переживаниях в такие моменты не хочется, но он понимает, что в первую очередь карьера Со под угрозой, а за свою репутацию вообще не страшно… Чанбин притягивает его вплотную, и Ли, что выше мужчины на несколько сантиметров, встаёт на носочки. Из-за снега, ведь ноги Ли полностью в сугробе. Рассыпчатый снег упал в кроссовки, намочив короткие носки белого цвета. Чанбин обнял крепко, положив голову на плечо, так и расположив свои руки на женственной талии младшего. Ли улыбался так сильно, что глаза закрылись от щек. — Не заболеешь? — спрашивает Бин. — Нет, обещаю. Старший приподнимает его со снега и ставит к забору, где еле можно было увидеть сухую мертвую траву. Младший отлипает, смотря на Чанбина. — Можно тебя поцеловать? — спрашивает Чанбин, но, кажется, сделает это даже с ответом «нет». — Можно не спрашивать… — Ли подставляет щеку и улыбается, но губы старшего ложатся на его, чуть более розовые. Чанбин влюблен, ведёт себя трепетно и аккуратно. Ему и самому немного неловко, очень сильно страшно, но он не из тех, кто упускает шанс. Поэтому целует так же нежно и ласково. Ли это нравится больше, чем сухая грубость и чрезмерное доминирование. Он ластится в ответ, расслабляя губы во время поцелуя. Все же, он тот, кто поддается на его провокации. Рядом с сильным Со, Феликс правда чувствует себя ребенком, а Чанбину нравится быть старше, главнее. — Подожди… — младший отворачивается. — Надо поговорить… — Что-то случилось? — Со отпускает парня из рук. — Да… Мой телефон пытались взломать, может, кто-то видел нас вместе? Чанбин нахмурился, как в день их первой встречи, младший насторожился и на мгновение соскучился по поцелуям. — С чего ты взял, что нас кто-то видел? Как это связано? — Я… Я не знаю, может быть, хотели найти больше доказательств или… Просто, больше ведь не за чем красть мой телефон! Когда мы гуляли, я правда оставил его на зарядке, и поэтому, когда вернулся, был очень рад… В общем, я забыл про него, а сейчас Сынмин принес мне его, оказывается, он лежал рядом со мной, пока я не ушел на улицу, якобы, я забыл его… Но, я его вообще с ночи не брал! Чанбин пропускал большую часть информации мимо ушей, слишком много ненужных подробностей и все слишком запутанно. Он задал младшему свои прямые вопросы, а, когда все сошлось в голове, они оба решили обратиться к Сынмину. По словам Ли, ему можно доверять.

***

Джисон сидел на автобусной остановке возле школы. После двухчасовых занятий голова болела невыносимо, поговорить было не с кем, да и к тому же он с утра ничего не ел! Поэтому живот ужасно болит, голова не работает, а тело ломит от мороза. Автобус подъехал через пять минут, и с радостью наконец оказаться в тепле Хан быстро забежал внутрь. Заранее посчитав деньги на проезд, он оплатил мелочью и пошел на самое дальнее сидение. В том конце автобуса никого не было, поэтому Джисон облегчённо выдохнул, располагаясь у окна. Водитель уже тронулся с места, как вдруг кто-то начал стучать в дверь. — Минуту же стоял! Забегались! По голове себе постучи! — мужчина был в ярости, наверное, дома проблемы, вот он и срывается на посторонних людях. Пассажир, на которого кричал водитель, зашёл внутрь и стал оплачивать, извиняясь. Джисон надел наушники и стал выбирать плейлист для длинной дороги к своему дому. Эх, а ведь ещё много дел… Нужно будет принять душ, решить пару пробных вариантов экзамена по биологии, поменять воду в вазе с цветами от… Парень, на которого кричал водитель, сел прямо рядом с Ханом. Джисон напрягся, аккуратно поворачиваясь на незнакомца. Профиль… Этот нос он узнает сразу! — М-Минхо? — Джисон насторожился. Ли был каким-то побитым, руки были в болячках, глаза красные, будто от слёз, а шею и скулы он прикрыл шарфом, будто что-то скрывая. Старший даже не повернулся к нему, но кивнул, боясь проронить и слово. Он так хотел этой встречи, но в этот раз все случилось без плана. Когда Минхо зашёл в автобус, он не ожидал увидеть здесь его, а избегать не позволило сердце. — Что с тобой? — Хан нагибается, так как старший не решился повернуться к нему лицом. Его красные очки чуть сползают, когда широко раскрытые глаза рассматривают пробитое лицо парня. — Подрался, — сухо отвечает Ли. Сердце Джисона извиняется, что без стука, потому что слишком сильно разогналось, чтобы когда-нибудь снова прийти в норму. Джисон смотрит на него и чувствует эту тупую, адскую боль. Боль, потому что понимает, что не обижен… Ему плохо, потому что после всего он готов броситься ему в объятия. Так. Нужно успокоиться, сейчас же! Минхо поворачивается лицом к Хану, снимая шарф с лица. От этих душераздирающих ссадин, дух захватывает. На вопросы про драку Ли молчит, и находиться рядом становится невыносимо… Зачем он пришел? Чтобы помолчать? Зачем после всего, что произошло, он показывает Хану свои ушибы? Джисон не может больше терпеть это, он встаёт с места и уходит к выходу. Ощущение, когда он, переступая через ноги Ли, нечаянно коснулся его, будто били током. Джисон на эмоциях просит водителя остановиться чуть ли не криком, и, когда автобус резко остановился, он выбегает оттуда, пропуская ор водителя мимо ушей. Сдерживается, чтобы не зареветь, вспоминая и наконец осознавая весь этот ужас! Он идёт к дому как можно быстрее, задыхается от всей этой боли. Почему, почему сегодня? Почему сейчас? Почему с ним? Он почти перешёл на бег, пока его не останавливает голос: — Хан, пожалуйста… — по ощущениям, Минхо стоит в нескольких метрах от него. Джисон остановился. — Н-нет… Ли, пожалуйста… — ещё одно касание под одеждой, и он заплачет или закричит, но приходится лишь кусать губы. Губы начали дрожать, а шаги за спиной приближались к нему.  — Минхо, пожалуйста… — он простонал его имя так тихо и хрипло. Но быстро сорвался на истеричный крик, до хруста в кистях сжимая металл. — Мне больно… Пожалуйста, хватит… — он ударяет уже сине-красной ладонью по поручню, в ответ получая лишь секунду на отдых. Рука Минхо ложится на плечи младшего и разворачивает его, Хан всего на секунду смотрит в грустные глаза Ли, ещё одна секунда, и он ударяет ему пощечину.

***

Сынмин с Феликсом расположились в комнате физрука, рассматривая каждый пиксель на фото. Было непонятно, парень это или девушка… Ким постоянно просил вспомнить, кто интересовался Феликсом и кто мог желать узнать его «тайну» или просто напакостить. — Так что за тайна и почему мы в комнате вожатого? — Сынмин осмотрелся. — Ну… Давай без лишних подробностей, — Чанбин стоял рядом, скрестив руки. Феликс сел на кровать мужчины, до потемнения в глазах осматривая фото. — Расскажи ты… Я занят! Чанбин злится, но сдерживается. Почему он вообще оказался в этой ситуации? Ещё вчера утром он был счастливым и свободным мужчиной с красивым псом, а теперь помогает ученику, в которого, кажется, влюбился. — Мы с Феликсом… — Сынмин прислушался вместе с Ли, младшему было интересно узнать мнение Со, — поцеловались, когда я привез его в лагерь, — он посмотрел на Ли, а тот поднял брови «Всё?». — И, в общем, ночью мы гуляли, около леса. Просто гуляли! Сынмин осуждающе взглянул, подходя ближе к кровати, чтобы сесть рядом. — Разве вы не встречаетесь с Хван Хёнджином? — Феликс сказал следом: «Да, ты не встречаешься с ним?» Чанбин разозлился, напрягая сильные руки. — Нет, и это не твое дело, — старший взглянул на Кима. — Мы рассказали, теперь помогай. Сынмин был недоволен, что узнал слишком мало. Но помочь обещал, поэтому просто взял телефон, удаляя фото из галереи одноклассника. Чанбин нахмурился, а Ли не успел выхватить телефон. — Что за… — было уже поздно. — Я специально сфотографировал волосы Джэ из параллельного класса, когда пытался разблокировать твой телефон. Внутри Феликса все рухнуло, неужели, он серьезно… — Я хотел узнать у Чанбина насчёт Хвана, и поэтому сделал этот снимок, чтобы ты рассказал мне про вас. — Как ты понял? — Чанбин был на нервах. Значит они просто так сидели тут полчаса, смотрели на какую-то ненужную фотографию и рассказали свой секрет просто так? — Ваше поведение рядом с друг другом… Слишком очевидно. Думаю, пока заметил только я, но вы постарайтесь не целоваться за домом с кучей учеников! Уши Феликса залились краской, они оба неловко взглянули друг на друга. Чанбину стало стыдно. — Не волнуйтесь, я не буду рассказывать… А насчёт телефона, я правда нашел его возле столика. Его украли, но я не знаю кто. Рядом крутился Йен, Джэ, Чон и Нэкко. — Нэкко? — спросил Ли. — Кто это? — Японец по обмену, вчера подписывал о нем документы, — Чанбин облокотился спиной о стену, массируя виски. — Если он действительно нас видел, не думаю, что парень из школьной газеты будет молчать. Сынмин кивал на каждое слово физрука, но смотрел в глаза Феликсу. — Ладно, спасибо, что помог, — Со попросил его выйти, дальше им лучше никого не впутывать. Ким направился к двери, но Феликс все же спросил: — Насчёт Хёнджина: почему тебе важно было это узнать? — Тайна, — он улыбнулся, тихо закрывая за собой дверь. Теперь в комнате только они вдвоем и их слишком тяжёлая тайна. Чанбин сожалел, что не мог сдержать себя. Все происходит так быстро, но сейчас не до этого. Им нужно спуститься ко всем вниз и хорошенько поужинать. Они правда очень подозрительные. — Только не вини себя… — Феликс подсел ближе и обнял старшего за широкие плечи. — Я тоже не мог сдерживаться… Тем более, — он перешёл на шёпот, — ты был так близко… Чанбин положил руки поверх рук младшего, что висел на нем. — Прости, я сглупил насчёт сегодняшнего. Феликс ластился, оставив короткий влажный поцелуй на щеке старшего. «Все нормально…». Но напряжение не ушло. — Как думаешь, кто это бы мог быть? — Феликс спросил у Чанбина. — Сейчас надо спуститься ко всем, мы слишком долго здесь вместе, — вдруг пришло осознание, что они правда должны скрываться. Дома они, в городе или за ним, все равно, Феликс — ученик, Чанбин — учитель. Это неправильно. — Хорошо… — Ли слез с него, пытаясь спокойно выйти из комнаты. Но спокойно дошли они только до двери, пока Чанбин снова не сорвался. Он повернул Ликса спиной к выходу, страстно целуя его мягкие губы. Младший схватился за его плечи, сжимал их и старался как можно тише причмокивать. Со целовался так грубо, остро, резко, но под конец был готов ласкать губами каждый сантиметр. — Все… — младший оторвался первым, потому что слишком далеко заходить он не готов. — Тише. Чанбин настроил дыхание, уверенно улыбаясь. Неужели, эти темные глаза теперь смотрят так только на него?