Ванильное мороженое

The Weeknd — Wicked Games Чимин в шоке распахнул глаза, не веря тому, что только что услышал. В этот раз Юнги не спешил и не впечатывал его в стену в жадном поцелуе. Лишь притянул к себе, держа в своём омуте. Под падающим блёклым светом его глаза приобрели пугающий тёмный оттенок. — Юнги-и, ты чего? — заикаясь, нерешительно промолвил Пак. — Тш-ш, тише, малыш, не мешай другим наслаждаться просмотром, — на ухо прошептал Юн, своим шепотом переворачивая всё внутри, легонько касаясь губами мочки, он прикусил ухо, тут же зализывая.        Чимин весь дрожал, тихо вздыхая, как бы сильно себя не просил не мог оттолкнуть, в голове будто поднялся едкий дым, пропитанный чистым желанием. Брюнет воспользовался такой податливостью и, не спрашивая разрешения, принялся целовать и мучать младшего. Посасывать мочку уха и под короткие стоны опускаться ниже к скулам, оставляя шлейф поцелуев. Обжигая своим дыханием, он будто опалял кожу, каждый участок обдавало огнём, но почему-то, несмотря на всю неправильность, это приносило огромное удовольствие. Чимин мог оттолкнуть парня, мог встать, убежать, да хотя бы просто воскликнуть, но вместо этого он поддался искушению, невольно закатывая глаза от наслаждения. Старший задевал все чувствительные точки.       Блондин поднял голову выше, давая полное разрешение на все действия Юнги, на что тот довольно ухмыльнулся, но прикоснулся всего один раз, оставил единственный укус, зализывая и посасывая след от зубов, и сразу отстранился, сдувая весь разгоревшийся огонь во младшем. Чимин чуть не издал стон разочарования, но всё же не смог оставить незамеченным свой недовольный взгляд. На что Юнги заметив это низко рассмеялся, откидываясь обратно на своё сидение. Он уж точно не насильник, чтобы брать без обоюдного согласия. Да и он был слишком хорош, чтобы даться так легко, без издевательства над младшим. Лучше подождёт, пока блондин будет изнывать от желания. Filter — Jimin BTS       Дальше фильм Чимин вообще никак не улавливал, но вид делал от всей души, подперев лицо ладонью и внимательно смотря куда-то в потерянную впереди точку. Он сам не понимал, почему сейчас злился, уж слишком сильно в голову ударило вязкое желание, которое Мин спровоцировал, а после отвернулся, как мимо проходящий. Поэтому стоило только увидеть титры, как блондин выбежал как ошпаренный, не дожидаясь старшего. Брюнет с этого только посмеивался, не торопясь, вальяжной походкой он следовал за быстро идущим Чимином, тот же решил, что забежать в ближайший магазин будет лучшим вариантом побега.       Пак в шоке приоткрыл рот, увидев, куда он попал. Всё было оформлено в стиле Диснея, потолки нежно-розового цвета, вокруг перья да забавные игрушки животных, в каждом углу блестело и завораживало взгляд. Это место напоминало ему детство, несмотря на слишком детскую тематику, отсюда не хотелось уходить. Чимин шёл, словно завороженный. Заприметив огромного сутулого медведя, он подбежал к нему. — Хён, посмотри, какой милый, — восторженно воскликнул Пак.       Юнги вскинул бровь, взглядом спрашивая: «Серьёзно?», его смущало даже не то, что блондин ведёт себя, как ребёнок, а то какую страшную игрушку, по мнению Мина, он выбрал. Среди толпы подростков, рассматривающих разноцветных пони с миловидными мордашками, больших розовых акул, медвежат с нелепыми бантами, Чимин подошёл к безлюдному ряду с большим одиноким и будто бы потрепанным медведем. — Чё за урод? — не скрывая своего презрения, спросил Мин, получив в ответ злобный взгляд. — Ну правда, он самый стрёмный среди всех. — Значит, тебе лишь бы был красивый, остальное неважно? — пронизывающим тоном ответил Пак, держа в руках свисающую с рук игрушку. — Он самый лучший среди всех, и взгляд у него добрый, я его возьму. — Чего? — рассмеялся Юн, скрещивая руки. — Я этого уродца домой не впущу. — Тогда я буду ночевать на улице с ним. — упрямо направляясь к кассе, промолвил младший. — У меня были планы поинтереснее, — усмехнулся Юнги.       Чимин весь раскраснелся, услышав шутку (или не совсем шутку), впервые он обрадовался огромной очереди к кассе, ведь брюнет был слишком ленив, чтобы стоять вместе с ним в бесконечном ожидании. Вместо этого он гулял по рядам, скучно осматривая бижутерию, пока что-то не зацепило его взгляд. Цветные минералы, напоминающие кристаллы, были аккуратно запечатаны в украшения. Юнги осмотрелся по сторонам, дабы проверить нет ли кого рядом, кто мог высмеять его за такое постыдное, по его мнению, занятие. Он зачарованно провёл рукой, всматриваясь в каждый отдельно взятый камень.       Только один браслет понравился ему больше всего. На серебряной цепи висел небольшой бордовый кристалл с маленьким, непонятным ему дополнением. — Завораживает, да? — спугнула его своим резким появлением девушка, по видимости консультант магазина, — Это парный комплект браслетов из карнеола, целый камень был разбит на две части с приделанным магнитом, так они притягиваются друг к другу и соединяются в единое целое. Говорят, те, кто носят их, никогда не потерпят разлуки. Но дарить их надо исключительно любимым.       Юнги хмыкнул на фразу девушки, по его мнению в мире не было ничего постоянного, кроме смерти. В любовь он в принципе никогда не верил, только в чистую страсть. Мин считал, что любовь —сказка для маленьких детей, которым так сразу и не скажешь, почему люди живут вместе, и откуда берутся дети. А что два завороженных друг другом дебила верят в то, что никогда не расстанутся — вообще абсурдно. — Должно быть, вы хорошо зарабатываете на таких сказках.       Девушка удивлённо вскинула брови, явно осознав свою ошибку, наивно полагая, что парень, засмотревшийся на прекрасное, что-то в этом смыслит. Она возмущённо развернулась, дабы уйти, решив больше не беспокоить равнодушного. — Я подожду тебя в машине, — коротко бросил Юн, перед тем как направиться к парковке.       Приблизительно через бесконечность Чимин присел на пассажирское сидение, весь блистающий от радости и удовлетворения. Юнги тем временем недовольно поглядывал на блондина, что-то охотно рассматривающего в руках. Сзади в салоне мирно сидел новый обитатель дома Мина — коричневый толстый медведь, имя которому ещё не дали. Чимин, довольный сегодняшним днём и своими покупками, совсем не обращал внимания на Юна, опасаясь, что в нём опять что-то переклинит. — Что это у тебя? — всё же не выдержал брюнет. — Ничего, — сразу ответил Пак, быстро закрывая пакет.       Юнги усмехнулся, для него это было, словно назойливая тряпка для быка. Теперь он точно не уснул бы, пока не узнал, что там внутри. — Чимин, я всё равно узнаю, так что тебе лучше сказать самому или.. — Или что? — улыбнулся Пак, его раззадорила такая заинтересованность Мина. — Защекочешь меня до смерти?       Мин цокнул, резко поворачивая в сторону руль. Пака от неожиданности даже откинуло, ещё секунда, и он бы неплохо ударился головой об окно. А тому хоть бы хны, поставив машину на ручник, он быстро выхватил пакет под вздох младшего.       Те самые браслеты лежали в красивой бархатной упаковке. Юнги не сразу понял, что сейчас сделал, а когда понял — пожалел, ибо он надеялся увидеть там что-то поинтереснее. — Пфф, ты серьёзно? — разочарованно проговорил Юн, возвращая коробку обратно. Чимин сидел, нахмурив брови, ничего не говоря, он положил коробку обратно в пакет, развернулся к окну и, показывая всем своим видом, что терпеть не может Юнги, продолжил смотреть на пейзаж. — Эй, ты что обиделся? — скорее утвердил, чем спросил Мин. — Нет, блять, я только что чуть не вылетел из окна из-за твоего интереса, подумаешь. Юнги удивился, услышав мат из уст младшего, но тут же невольно усмехнулся. — Не выражайся, малыш.       Чимин ещё больше бесился от этого «малыш», желая влить себе в уши керосин. — Бесишь. — И ты меня. — Ну и молчи тогда, — ответил блондин, сплетая руки в замке. — Ну правда, не говори, что веришь во всю эту чепуху? — не унимался Мин, ему почему-то хотелось связать младшего и вбить ему в голову, насколько это бредово. — Ты про любовь? Или в то, что ты умеешь водить? — в ответ на эти слова Юнги вознаградил блондина гневным взглядом, — Да верю. Мин протяжно вздохнул, будто последний человек на Земле оказался идиотом. Должно быть этот дебилизм передаётся как заразная болезнь в период созревания. — Каждый сам выбирает, верить ему в чудо или нет. Быть счастливым, закрывая глаза, или оставаться хладнокровным реалистом. Мне нравятся эти браслеты и вся эта выдуманная история о том, что благодаря им люди не разойдутся. Может, это всего лишь побрякушки в руках и на самом деле никого они не соединяют, но, смотря на них, человек будет о тебе вспоминать… — Ну, допустим, — прервал парня Мин, заслушавшись, он даже немного принял эти слова. — Кому ты его подаришь?       Чимин замкнулся на секунду, глядя на свои руки. Об этом он и не подумал. Девушка в магазине настоятельно рекомендовала подарить его любимому человеку. Раньше он всегда покупал парные вещи, не задумываясь, ведь у него была своя половинка. Пусть и не в романтическом плане, но у него была родственная душа. Душа Тэхёна. — Тому, кого люблю, — нерешительно прошептал Пак, — когда-нибудь. — Ммм, — кивнул Мин, совсем не обрадовавшись ответу. Заполучить браслет стало второй целью. — Подари его мне, — выпалил как есть своё желание Юн. Вот так. Ему просто захотелось. Ведь если это всё фигня, то ничего кроме красоты эта вещь в себе не несёт. А значит попросить её не означает ничего. По-крайней мере, так убеждал себя Юн. — Чего? — рассмеялся Чимин. — Ну уж нет. — Что? — не веря отказу, улыбнулся Юн, заодно припарковываясь у дома, — Ты только что зажал для меня браслет? — Это не просто браслет! — воскликнул в свою защиту Пак. — Это нечто большее! — Пфф, — обиженно фыркнул брюнет, — ну и иди ты тогда в баню.       Чимин рассмеялся из-за такой глупой реакции старшего. Вообще его рвение было до безумия смешным. Он ведь объяснил ему, что для него это словно обручальное кольцо, просто так, по приколу, не наденешь. Но Мин всё равно обиделся, причём чуть ли не закрыв Чимина в машине. Он просто быстро исчез в доме, поставив авто на блокировку. — Вот дурак, — пробубнил про себя Чимин, плетясь в комнату с медведем в руках. Пак почему-то сразу надел свою часть украшения, решив, что второй подождёт. Спустившись вниз, он собрался поужинать и, сделав вкуснейшую пасту, пробрался на вверх к Мину. Постучав перед тем, как войти, он нерешительно поплёлся внутрь, уже зная, что кровать спрятана за стеной. Юнги лежал, прикрыв глаза, и Пак остановился, заметив это. «Может, он уже спит?» — предположил парень и уже собирался уйти, как остановился, услышав хриплый голос. — Куда собрался? — Думал, ты спишь, — пожал плечами Пак, — но раз так, не хочешь поужинать? — Нет, — размеренно ответил брюнет, прижимаясь к подушке. — Тогда ладно, — тысячу раз пожалел о своём решении заглянуть Чимин. Это всё равно, что добровольно зайти в клетку к тигру и крикнуть: «Съешь меня!». Поэтому, осознав свою оплошность, он мечтал выйти скорее, пока не натворил дел. — Не уходи, останься.

***

— Эй, Тэхён, очнись! — кричал уже несколько минут шатен безжизненно свалившемуся на пол Киму. — Он всё узнал, — болезненно холодно прошептал Тэхён, ощущая как по щекам стекают противные слёзы. — Он меня никогда не простит. — Тэхён, перестань! О чём ты говоришь? — бесился Чон, пытаясь поставить парня обратно на ноги. — Приди в себя! — Оставь меня в покое.

***

— Юнги! — воскликнул Чимин, хмуря брови. — Чимин, я уже пожалел о своём предложении, уходи, давай вставай! - выталкивая с кровати недовольно воскликнул брюнет. — Ну уж нет, — сопротивлялся Пак, он решил, что ему по силу запихнуть в парня силком тарелку пасты, ведь тот за сегодня ничего особо не ел. say it right - nelly furtado (slowed) — Я считаю до трёх. — Нет, Мин Юнги, я не отстану от тебя пока ты... — не успел договорить блондин, как его перекинули на кровать, оседлав сверху. — Пока я что? — хитро усмехнулся Мин, раскинув руки Чимина по обе стороны кровати, полностью блокируя его в схватке. — Не накажу тебя? Блондин неровно задышал, придавленный к кровати, он не так хорошо мыслил в таких ситуациях. Да и сопротивляться не было никаких сил (а может, и желания). Весь этот до боли опьяняющий запах, такой желанный взгляд, глаза, в которые заглянешь и увидишь тысячу горящих в пламени звёзд. Красота брюнета сама по себе сводила с ума, а свисающие сейчас с лица пряди так и манили к ним прикоснуться. А самое главное, желание в самом блондине, утопиться в чём-то с головой чтобы забыть о страхе, одиночестве и боли. Прочувствовать всю нежность, любовь и заботу. Даже такую фальшивую как обычную похоть. Вот Чимин и не замечает, как сам тянется к брюнету за поцелуем, тот улыбается, но сразу отвечает, похоже, до этого он и пытался его довести. Мин перехватывает его инициативу и сам принимает роль главного, запуская язык в раскрытый рот Чимина. Их языки сплетаются в танце, проникая всё глубже друг в друга. Блондин зарылся рукой в смольные пряди волос Юна, притягивая к себе всё ближе, целуя глубже, задыхаясь от переизбытка желания. Брюнет неожиданно стонет, получая невиданное ему удовольствие. Должен признать, такого он ещё не испытывал. Мин мягко посасывает его губы, отпускает и снова набрасывается издавая такие пошлые звуки, от которых Чимин хочет завыть от желания. В штанах уже заметно тесно, а сидящий сверху только давит на это сильнее. — Оближи, — заглядывая прямо в глаза, требует Юн, подставляя палец к его губам, разрывая их терзания на пару секунд. Чимин послушно проходится языком по указательному пальцу брюнета, смотря прямо в глаза, начиная с основания и ближе к концу. Юнги довольно вздыхает, ощущая пальцем, горячий мокрый язычок блондина. Не выдерживая зрелища, как Пак посасывает его своими пухлыми губами, Юнги впивается в него снова, на этот раз намного настойчивее. Прижимая собственным телом к постели. Плавно перетекая, рука Мина проскальзывает по телу блондина, пробираясь под футболку. Влажным ледяным пальцем он проходится по горячему телу, по кубикам пресса, вызывая мурашки, поднимаясь ближе к чувствительным соскам, и легонько сжимая их. Чимин, не выдерживая, стонет, на этот раз ярче и громче, что выводит брюнета ещё больше. Мин трётся своей эрекцией о пах блондина, также жадно прикусывая губы. Прикладывает сверху ладонь, несильно проводя вверх вниз. Либо у него так давно этого не было, либо Чимин был слишком сладок на вкус. Такой слащавый на вид, а так хорошо поддающийся Мину, что просто сносит крышу. Эта молочная кожа на вкус, точно самая сладкая пастила. Оставляя очередной укус на шее, Юн мог поклясться, что чувствовал карамельный оттенок на языке. Юнги не мог утихомирить свой пыл, с которым сейчас так жадно поглощал младшего, кусая и прижимая к себе сильнее. Не мог остановиться, когда так яростно тёр об себя. Не мог слышать эти сладостные стоны вперемешку со своими. Не мог видеть такое красивое лицо Чимина, с приоткрытыми, опухшими от засосов губами, растрёпанными взмокшими блондинистыми прядями. Не мог отвести взгляда от такого затуманенного блондина, получившего яркий разряд оргазма. Как много времени ему потребуется, чтобы расхотеть почувствовать эту сладость на вкус ещё раз? — Такой красивый, — нежно проводя рукой по безмятежному лицу Пака, прошептал Юнги. Это то, чего нельзя было отрицать. Так же немыслимо, как назвать небо не восхищающим нежно голубым, так же, как назвать звезду блеклой тычинкой на небе, так же глупо, как назвать солнце зелёным. Так же глупо как назвать жизнь бесконечной. Глупо и просто не мыслимо отрицать это. Чимин не выдерживая, закрывает лицо ладонями, стараясь скрыть пунцовые щёки. «Что только что произошло?». Стыд понемногу нахлестывал на парня, пытаясь отрезвить затуманенную голову. — Перестань, — охрипшим от удовольствия голосом прохрипел младший. — Даже не думай теперь закрываться от стеснения, — предупреждающе строго проговорил брюнет, отодвигая руки с лица. — Но мне так стыдно. Как я по-твоему должен себя вести? — Никак, просто наслаждайся моментом, — ответил Мин, как вдруг снова приблизился к блондину, припадая к манящим губам и проникая одной рукой в волосы, несильно оттягивая их назад. Сегодня он хотел только одно - распробовать всю сладость, смаковать всем вкусом, пока от приторности не сведёт голову.