Странно

За столом велась молчаливая война за последнее пирожное. Цзинъи с Сычжуем мастерски орудуя вилками, словно это были мечи тыкали друг друга. Так продолжалось уже минут пять, и Ванцзи с интересом наблюдал кому же достанется последняя порция. Дети настолько увлеклись войной, что не замечали как их отец по чуть-чуть крадет их пирожное. Вообще-то Ванци не любил сладкое, но бывали моменты, как сейчас, когда нестерпимо хотелось чего-то сладкого. Чаще всего ему хотелось шоколад или что то похожее. Украв еще один кусочек, от маленькой прямоугольной вкусняшки, и быстро положив ее в рот, что бы никто не заметил, он спрятал улыбку за кружкой с зеленым чаем. Он задумался, когда его дети заметят, что от пирожного уже не хватает больше половины. Вэй Ин все еще шуршал на кухне. Ему досталась сложная задача, разогреть остывшую лапшу, которую приготовил днем Цзинъи. Он не видел их войны, не видел маленькой шалости Ванцы, иначе уже давно бы звучал громкий смех в гостиной. Сычжуй зарычал, приоткрыв рот и опустив нижнюю губу вниз. Его глаза горели огнем расправы. - Не рычи на меня! - закричал Цзинъи и с еще пущей страстью отбивал удар вилки. - Отдай! - Не отдам! Цзинъи успешно заблокировал удар своей вилкой, чужую. Зубья предмета сцепились, образуя замок. Обрадовавшись, он свободной рукой схватил маленькую ложку из кружки и уже хотел вкусить оставшийся кусок пирожного, как застыл. На тарелке, где лежали пирожные, не осталось ничего кроме крошек. Цзинъи поморгал несколько раз, но картина не поменялась. На тарелке ничего не было. Сычжуй увидев удивленное лицо брата, остановился и поумерил пыл. Переведя взгляд с лица на тарелку, он узрел ту же картину что и Цзинъи. - Эээ. - проронил наконец Сычжуй. - Ты тоже это видишь? - Ммм. - Пирожное пропало! - закричал Цзинъи - Отец, ты не видел пироженку? Ванцзи сделал удивленное лицо. - Какое пирожное? - Ну, вот. Тут лежало - Сычжуй указал рукой на тарелку. - Здесь не было никакого пирожного. - Ванцзи притворно нахмурился, словно ничего не понимал. Как раз в это время в гостиную зашел Вэй Усянь, неся две большие тарелки лапши и одну небольшую с салатом. Так как дети уже поужинали они преспокойно пили чай со сладким. - О чем ругаетесь? - весело спросил он обращаясь к Сычжую. - У нас массовые галлюцинации. Тут только что лежало еще одно пирожное и теперь его нет. Я съел всего один кусок. - Я тоже - отозвался Цзинъи. - Еда бесследно исчезает. Вэй Усянь очень удивился. Он хотел что-то сказать, но наткнулся на предупреждающий взгляд Ванцзи. Уже усевшись за стол и взяв палочки, он продолжил разговор, так и не поняв, что крупно подставил Ванцзи. - Лань Чжань ты же последние четыре пироженки забирал, я точно помню. - Четыре? Но в пакетике было три. - задумавшись пробормотал Цзинъи и внимательно посмотрел на брата. - Я тоже помню, что было три. - ответил Сычжуй. Пока они разговаривали взглядами, Вэй Усянь ускакал на кухню, в поиске красного перца. Потому что лапша была не острая, ведь это чертовы Лань, которые не любят острое. Кивнув друг другу, два брата договорившись устремили внимательный немигающий взгляд на отца. Ванцзи поняв что его разоблачили, спешно поднес кружку ко рту и сделал долгий громкий "сюрп" и посмотрел в сторону. От движения волосы колыхнулись и из-за прядей показалось красное ухо. - Завтра еще куплю - пообещал он. Успокоившись и найдя виновника сего преступления, они как не в чем не бывало продолжили пить чай. Ужин проходил в тишине. - Ваньинь сказал, что ты сегодня здесь останешься. - обратился Ванцзи к Цзинъи, съев все и отложив палочки. Он сделал вид, что не заметил скривившегося лица Вэй Ина при упоминании имени брата. - Ага. - лениво отозвался Цзинъи, бездумно листая ленту в соцсети. - Тебе в гостиной постелить? - Не. Я в нашей комнате лягу. - Тогда возьми чистое постельное. - с этими словами он поднялся, взяв с собой грязную посуду. Когда он вернулся обратно, со свежезаваренным чаем в чайнике, два брата даже не сменили позу. Цзинъи все также распластался на столе, вытянув одну руку и положив на нее голову. Сычжуй сидел на диване, полуприкрытыми глазами смотрел телевизор. Вэй Ин одной рукой успевал работать палочками, другой быстро что-то печатал в телефоне, с кем-то ругаясь, судя по количеству отправленных гневных смайликов. - Я слышал Цзинъи сегодня с кем-то из школы подрался - проговорил Вэй Ин как бы случайно, заставив братьев замерзнуть на месте. - Цзинъи? Это правда? - Ванцзи внимательно посмотрел на сына. Под его пристальным взглядом Цзинъи стушевался и только кивнул. Вздохнув, Ванцзи не спеша налил себе чаю. - Двадцать кругов вокруг дома. После зачтешь мне правила поведения в школе. Цзинъи подскочил с вздохом "понял", быстро убежал в коридор. Видя это Сычжуй не мог стоять в стороне. Подскочив следом он спешно проговорил. - Отец, он не один здесь виновен. Если наказывать, то и меня. Я ведь помогал. Ванцзи снова вздохнул. - Тогда ты разделишь с братом наказание. Пополам. - он сделал глоток чая - Иди. - Спасибо - быстро поклонившись, убежал. Но остановился на половине пути, и снова вернулся в гостиную. - Отец, глянь-ка сюда. Ванцзи, не поняв подвоха, посмотрел на сына, который щелкнув вспышкой, растворился в темноте коридора. Идя по коридору, он отправил сделанную фотографию Цзинъи и не спеша достал свои кроссовки. Пока он завязывал шнурки, его брат уже успел отправить фотографию маме. Они оба положили телефоны на тумбочку и выскочили на улицу. - Он ведь специально это сделал - пробормотал Цзинъи, когда они уже бежали. - Конечно, он знал что ты не останешься в стороне и поэтому дал мне большее наказание. - Это ведь даже наказанием не считается. Так, вечерняя пробежка. - ответил ему Сычжуй. У Цзинъи на это не нашлось ответа, поэтому он продолжил бежать.

***

Где-то в другой квартире Цзян Чен задыхался ужином. Сичень старательно хлопал его по спине, спасая. На столе лежал телефон с открытой, недавно присланной фотографией. Когда Ваньинь открывал фотографию, он не ожидал увидеть бывшего мужа с короткими волосами, и из-за этого суп пошел не в то горло. Отдышавшись, он залпом выпил весь стакан с водой, заботливо поданный Сиченем. Взяв опять телефон в руку, он снова посмотрел на фото. - Ему идет. - Уверенно сказал он и посмотрел на Сиченя. Тот сидел надув губы. - Я ревную немного - хохотнул Сичень. - Мне что уже нельзя сказать, что твой брат красавчик?! - драматично вскинув руки, поинтересовался Цзян Чен. - Нет. - засмеялся Хуань, и не слушая дальнейших возражений заткнул другого поцелуем.

***

Рядом с ним громко разбилась тарелка на сотни осколков. Сычжуй спасая брата накрыл его собой и сильно сжал в объятиях. Цзинъи испуганно вжался в шкаф. Слезы текли из глаз не переставая. Он был напуган и не мог не вымолвить и слова, кроме задушенных хрипов. Сычжуй сжимал его так сильно, что ему стало тяжело дышать. Он закрывал его собой, не позволяя увидеть тот ужас что творился на кухне. Извернувшись в братских объятиях он краем глаза увидел как отец одним движением сметает еду со стола на пол. Громкий звук приводит его в ужас. Новый поток слез и всхлипов вырывается из него. - Мама... Мама! - он кричит, но родители не обращает на него внимания, крича друг на друга. Он не понимает что происходит, почему его добрые, любящие родители неожиданно ведут себя так. Он пытается вырваться из-под Сычжуя, но у того крепка хватка. Брат пытается оттащить его подальше от кухни, а Цзинъи пытается подобраться к родителям. Он кричит еще громче, когда мама влетает в шкаф рядом с ним. Он слышит как хрустят стеклянные дверцы шкафа, и с ужасом смотрит как они осыпается. Он слышит тихий, болезненный стон матери, и застывает на месте. Мама боком повернут к нему, и он прекрасно видит его лицо. Кровь... Везде кровь... Кровь льется по лицу матери. Каплями стекает из носа, задерживаясь немного на подбородке. Кровь льется с разбитого лба, заливая глаза. Цзинъи не может дышать, он чувствует как его ноги становятся словно вата, что позволяет его брату оттащить его к выходу из кухни. Рыдая, он сквозь слезы видит как отец бьет маму в живот, и мама согнувшись падает на осколки перед шкафом. Он видит как на остатках дверцы остается кровавый след. Он видит как мама хмурится, сдерживая крик боли, когда напарывается рукой на осколок стекла. - - Арргхг - мама стискивает зубы и пытается подняться. Большего ничего он не видит, так как его вытаскивает из кухни брат. Они бегут наверх, на второй этаж дома, на лестнице Цзинъи спотыкается и больно ударяется лицом о ступеньки. Губы начинают сильно болеть и он чувствует на языке металлический привкус. Сычжуй помогает ему подняться, и они снова слышат звон разбитой посуды. С лестницы хорошо видно проем кухни, и некоторую ее часть. Он видят как отец падая, зацепился за стол и перевернул его. Брат резко дергает его и заставляет снова бежать наверх. Вбежав в комнату они закрывают дверь и пододвигают к ней тяжелый деревянный стул. Цзинъи задыхается и падает на пол начиная рыдать. Он чувствует крепкие объятия брата, и так же крепко обнимает его в ответ. Постепенно успокаиваясь, засыпает.

***

Цзинъи резко открывает глаза, дрожа от кошмара. В голове плывут все еще остатки сна. В ночной тишине сердце бьется уж как то слишком громко. Через силу он заставляет себя успокоиться и начать дышать спокойнее. На дрожащих ногах он спускается с верхней койки двухъярусной кровати. Тихо стараясь не шуметь, медленными шажками ступает к двери. В темноте он видит спокойно спящего Сычжуя, которого ничего не тревожит, и он даже не заметил кошмара брата. Порадовавшись за то, что Лань Сычжуй не совсем Лань, и у него нет такого чуткого сна, как у остальных, он продолжает путь к двери. Но его планам похоже не суждено сбыться. Ногу простреливает резкая боль, и он с тихим криком падает лицом на пол, слыша как щелкнули зубы. От шума брат просыпается. Он сонным взглядом осматривает комнату и замечает распластавшегося на полу брата. Тот с тихим шипением садится и касается своего лица, проверяя не разбил ли он чего. - А-Юнь*, все хорошо? - Тихо спрашивает Сычжуй брата. Тот энергично кивает головой и машет руками. И только потом до него доходит, что брат назвал его детским именем. Он чувствует нагревается лицо. Его так давно уже никто не называл и это немного смущает. - Да, да. Я просто споткнулся. Иди спать. - Так же в ответ шепчет Цзинъи. Сычжуй видя, что ничего страшного не произошло, пожимает плечами и снова закутывается в одеяло, поворачиваясь лицом к стене, спиной к брату. Цзинъи медленно встает, отряхиваясь от пыли. Во рту появляется металлический привкус. Похоже он прикусил немного губу. Воспоминания из сна всплывает в голове. Он вздрагивает и хлопает себя по щекам. Надо на кухню, попить воды. Да. С новой решимостью, он тихо выходит из комнаты, прикрывая за собой дверь.