Who I Am

— Ты не хочешь мне помочь? Мой голос звучал ужасно. Этот тон — презрение, смешанное с раздражением. Как один вопрос смог вместить в себя все упрёки мира по отношению к мужу? — У меня дела, дорогая. Дорогая! Прошёл всего год с нашей свадьбы, и вместо «малышки» и «детки» я слышала в свой адрес только прохладное «дорогая». Глупо было надеяться, что земные проблемы будут чужды таким как мы. Я перехватила ребёнка поудобнее и поправила неряшливый пучок на голове. Кажется, я не мыла голову уже несколько дней. — Когда ты вернёшься? — Как только закончу все свои дела, — он вежливо улыбнулся, на автомате прикоснулся губами в холодном поцелуе к моему лбу. — До вечера. «Скажи это… скажи это, пожалуйста, скажи!» — Что сказать? Я в недоумении захлопала глазами. Люцифер спокойно развернулся и уже покинул гостиную, но я слышала его голос, как если бы он до сих пор был рядом. «Что любишь меня…» — Вики? Я почувствовала, как меня всю начинает трясти, и мир вокруг рассыпается на части. Ребёнок пропал, а вместе с ним у меня словно вырвали сердце из груди — я не могла дышать. — Вики, проснись! Я резко села на постели и судорожно задышала, в первое время не понимая, где нахожусь. Ребёнка не было. Я посмотрела на свои руки, огляделась. Он пропал. — Вики? Опомнившись, я посмотрела на Люцифера. Его лицо выражало беспокойство и искреннее недоумение. Придвинувшись ко мне, он обхватил моё лицо ладонями и буквально заставил меня сфокусировать взгляд на нём. Тёплое свечение его глаз мало-помалу меня успокоило, дыхание пришло в норму, и я наконец-то поняла, что это был сон. — Всё в порядке, тебе просто приснился кошмар. Всё хорошо, — он улыбнулся и обнял меня, а я, всё ещё пытаясь осознать, какую ужасно злую шутку сыграло со мной моё подсознание, неловко обняла его в ответ. — Успокоилась? Я закивала головой и потёрла глаза костяшками пальцев, нехотя отстранилась от демона и легла обратно, уставившись в потолок. Мне не так часто снились сны. И они никогда не были о прошлом. Стоило беспокоиться? — Эй, — Люцифер погладил меня по щеке и улыбнулся. — Ты как? — Нормально, — хрипло ответила я. — Что тебе снилось? Я взглянула на своего демона, прикидывая, стоит ли говорить ему правду. Честно говоря, я сама не понимала, чего испугалась больше: того, что во сне у нас с ним было всё совершенно не так, как я планировала, или того, что ребёнок пропал. Я даже не поняла, девочка это была или мальчик. А может, я испугалась того, что у нас в принципе появился ребёнок? Я зажмурилась и затрясла головой, пряча лицо в ладонях. — Ерунда. — Это связано с отцом? — Ну, в какой-то степени. — В какой-то? — Да. Только не с твоим. — Тебе приснился твой отец? — Нет, — я раздражённо взмахнула руками и снова села. — Отцом в моём сне был ты. Он сначала игриво усмехнулся, по-видимому, думая, что я имею в виду наши игры в папочку и всё такое, а потом как-то глуповато моргнул и уставился на меня совершенно бестолковым взглядом. Брови демона медленно поползли вверх, а лицо вытянулось. Я рассмеялась. — Вот тебе и просто кошмар, — я шутливо пихнула его в плечо и встала с постели. Начав плавно проводить пальцами сквозь волосы, намереваясь расчесать их, я вдруг поняла, что они не распущены и не топорщатся в разные стороны, как обычно. Я поймала за спиной тугую косу и вопросительно посмотрела на Люцифера. Вчера я была так измождена активностями в подвале, что еле выстояла две минуты под душем — ему приходилось придерживать меня, чтобы я не упала от слабости. Мне явно было не до причёсок. Мой демон всё ещё переваривал полученную информацию, но, уловив мой взгляд, пожал плечами и неопределённо качнул головой. — Я задыхаюсь, когда ты волосы не убираешь. — Когда ты успел? — Ты заснула ещё до того, как голова коснулась подушки, — он по-доброму засмеялся. — Я заплёл тебе волосы, когда ты уже спала. А что? Тебя это смущает? — Нет, — я улыбнулась ему в ответ. — Это чертовски мило. — Значит, тебя не расстроит моя просьба собирать волосы перед тем, как ложиться спать. — Не расстроит. Особенно если это будешь делать ты, — я схватилась за край простыни и потянула её на себя. — Маленький вечерний ритуал, — завернувшись в простыню, я обошла кровать и, чмокнув демона в щёку, прошла в ванную. Нужно было смыть с себя остатки этого кошмара, — я не могла подобрать более подходящего слова к этому сну, — поэтому я нырнула в душевую кабинку. Постояла под водой пару минут, пытаясь вернуться в настоящее, вспоминая всё, что произошло вчера. Наконец-то на смену сосредоточенности пришла хмельная улыбка — я улыбнулась и даже хихикнула себе под нос, мысленно прокручивая в голове весь вчерашний вечер. Выйдя из душа, прополоскала рот и пощипала себя за щёки, возвращая лицу румянец. Затем вернулась в спальню. — Я не готов к детям. Я немного помедлила, потуже завязав полотенце на груди, затем села на край кровати рядом с Люцифером. — Я тоже. Он вздохнул и посмотрел на меня, медленно кивнул и щёлкнул пальцами, после чего протянул мне таблетку и стакан с водой. Я вопросительно выгнула бровь. — Экстренная контрацепция. Мы вчера немного забылись. Я вспомнила, как попросила его кончить в меня. Чёрт, это было сексуально. И я действительно хотела этого. Только вот о последствиях вчера я не думала. Поэтому сейчас без лишних слов приняла таблетку и запила её водой. Люцифер облегчённо выдохнул, когда я вернула ему пустой стакан. Повисла неловкая пауза. Не о таком утре я мечтала, проваливаясь вчера в сон. — Какие у тебя планы на сегодня? — я первой решилась нарушить молчание. — Мои планы сейчас спрашивают, какие у меня планы. Я не сразу поняла смысл сказанных слов, но его полуухмылка давала очевидную подсказку. Я задорно хохотнула и потянулась к демону за поцелуем. Мы быстро увлеклись: пара секунд — и моё полотенце уже валялось на полу, а Люцифер подмял меня под себя, спустившись поцелуями на мою шею. Совсем не вовремя я краем глаза заметила на тумбочке возле его стороны кровати стопку книг. «Книга!» — Стой, стой-стой-стой, подожди, — я мягко надавила на его плечи, на что демон непонимающе уставился на меня, а потом, спохватившись, пробурчал что-то про транквилизатор. — Нет, я не об этом. — В чём дело? — Мне очень не хочется это говорить, но… нам нужно поговорить. Серьёзно. — О детях? — Шепфа, нет, — я закатила глаза и оттолкнула его чуть подальше, сама при этом приняв полусидячее положение и натянув простыню так, чтобы она скрывала мою очевидную наготу. — Люцифер, тебя не было целую неделю. Где ты был? И как всё прошло со второй жертвой? И мы так и не поговорили о том, что мне удалось узнать из той книги. Он цокнул языком и, негодующе простонав, рухнул на постель, уставившись в потолок. — Я надеялся, мы не будем это обсуждать. — Ты хочешь, чтобы мы просто постоянно трахались? — Что плохого в том, чтобы постоянно трахаться? — Ничего. Это прекрасно. Мой демон улыбнулся, поймал мою руку и поднёс ладонь к своим губам. — Но помимо секса есть ещё уйма важных тем, которым тоже стоит уделять внимание. Не хочу занудствовать, но… — Нет, ты права, — со вздохом согласился Люцифер. Он подтянулся на руках и принял то же положение, что и я. Пожал плечами. — Что ты хочешь знать? Спрашивай. Обещаю ответить на все вопросы. Только давай позавтракаем для начала. Я ужасно голоден. Только когда он сказал про еду, я ощутила неприятный спазм в желудке. Я была зверски голодна, что было неудивительно, учитывая, что за вчерашний вечер мы сожгли приличное количество калорий. — Да, я тоже. — Предпочтения? — Всего и побольше. Только дай мне что-нибудь накинуть. И тебе самому было бы неплохо одеться. Люцифер удивлённо окинул себя взглядом. Да, он был в джинсах. Видимо, проснулся сильно раньше меня, а может успел натянуть их, пока я была в душе. Но джинсы были без ремня, слишком соблазнительно сползали вниз и предоставляли мне возможность любоваться его косыми мышцами без зазрения совести. К тому же, без внимания не оставалась и полоска волос, тянувшаяся от пупка вниз, к его волшебному члену. Нет, ему определённо стоило надеть что-нибудь ещё. — Кто-то не умеет держать себя в руках, — посмеиваясь, протянул демон, подходя к шкафу с одеждой. — Просто у нас с твоим членом особая связь. — Так тебе от меня только секс нужен? — он расхохотался и бросил мне одну из своих рубашек. — Конечно. Использую тебя, как только мне вздумается, — я свободно нырнула в рукава и принялась наспех застёгивать пуговицы. — А по жопе за такие слова? — не прекращая улыбаться, он натянул чёрную майку и подошёл к кровати, опасно нависнув надо мной. — М-м-м, — я провела ладонями по его рукам и плечам, зарылась пальцами в волосы на его затылке и притянула демона к себе, самозабвенно целуя его. — Можно и по жопе. Но только когда мы обсудим всё. — Я это запомню. — И отомстишь? — я раздвинула ноги пошире, предоставляя ему больше места. — И отомщу, — Люцифер встал на колени между моих ног, обхватил меня за талию одной рукой и сдвинул ниже, от чего рубашка задралась мне до самой талии. — Мне вчера очень понравилось, — прошептала я в перерывах между отрывистыми поцелуями. — Да, весь ад слышал, как тебе понравилось, — он оттянул ворот рубашки, оголив моё плечо, и начал покрывать его поцелуями. — Мне плевать на всех, главное, чтобы это слышал и знал ты, — выдохнула я, вновь ловя его губы. В какой-то момент Люцифер наконец-то расслабился, а может просто устал удерживать себя на руках, и мне удалось перевернуть его на спину, разом оказавшись на нём сверху. Не встретив никакого сопротивления, я продолжила его целовать, ощущая его горячие ладони у себя на бёдрах и заднице. — Вики… — прохрипел демон, когда я начала медленно проходиться языком по его шее, покусывая кожу, одной рукой приступив к стягиванию майки, а второй с наслаждением водя по его торсу, очерчивая пальцами каждый мускул. — М-м-м… что? — Ты, кажется, хотела… — он как будто задержал дыхание, когда я спустила руку с его груди на пах, не без удовольствия отметив, что у него уже встал. — Поговорить. «Как я умудрилась забыть об этом за каких-то две минуты?!» Я приглушённо рассмеялась и убрала руку с его промежности, уткнувшись носом ему в шею. — Спасибо… что напомнил. Чёрт… насколько же приятнее приставать к тебе, чем говорить о серьёзных вещах! Всё ещё посмеиваясь, я выпрямилась, уперевшись руками в грудь демона, и убрала с лица пару выбившихся прядей из косы. Только после этого я заметила взгляд, который был совершенно новым в его арсенале. По крайней мере для меня. И даже не сам взгляд, а то, что он его отвёл. Яблочки его щёк тронул еле уловимый румянец. — О, Боже… ты что, смутился? — Что? — он фыркнул, закатив глаза. — Конечно же нет. — Ты смути-и-ился! — я расхохоталась, пригнулась и звучно поцеловала его в нос. — Не понимаю, о чём ты говоришь, — плохо скрывая улыбку, Люцифер поправил мою рубашку и свою майку. — Восьмое чудо света. — Прекрати, — он засмеялся и снял меня с себя, после чего неловким жестом взъерошил волосы. Но было уже поздно. И если пять минут назад мне хотелось растерзать его в порыве страсти, то сейчас всё моё существо требовало затискать его до смерти. «Это типа нового уровня в наших отношениях?» — Никогда не думала, что скажу это, но ты сейчас вызываешь больше умиления, чем котята, щенки и карапузы вместе взятые. — Ты чего так завелась? — он удивленно рассмеялся. — Не знаю, — я на секунду погрустнела, но потом подползла к нему на коленях и крепко обняла своего демона, опустив подбородок ему на макушку. — Наверное потому что ты редко балуешь меня своими эмоциями. Позитивными эмоциями. Но именно поэтому каждый раз, когда я замечаю что-то такое, что несвойственно твоему обычному поведению, это приводит меня в восторг, — я поцеловала его в висок и обняла покрепче. Он молчал, только обнимал меня в ответ, примостив свою голову у меня на груди. Было хорошо. Вот так, без слов, не двигаясь. Очень тепло, радостно, спокойно. — Ты невероятная, Уокер. — Это хорошо? — Это прекрасно. Довольная собой, я горделиво хмыкнула и, зацеловав его в щёки и макушку, наконец-то выпустила Люцифера из объятий. — Завтрак? — Ага. Раздался щелчок, и на кровати появились два подноса с едой. Я взяла тарелку с бейглом, щедро смазанным сливочным сыром, с ломтиком слабосолёного лосося и парой листьев рукколы. Люцифер последовал моему примеру и тоже начал есть. — Ты и правда потрясающий. — Я или мой член? — О, не заставляй меня делать такой выбор. — Точно по жопе получишь. Я отставила чашку с кофе и, смеясь, потрепала своего демона по волосам. Когда с завтраком было покончено, Люцифер избавился от подносов с посудой и, глубоко вздохнув, серьёзно посмотрел на меня. — Ну? Что ты хочешь знать? Я села по-турецки, одёрнув рубашку, и поскребла ногтями по коленям, задумавшись. — Как прошло с Роуз Клиган? — Гладко. Я разделался с ней в тот же день, когда ушёл. Душу передал отцу перед тем, как вернуться к себе, вчера. — И ты… просто убил её? Ну то есть… — я неловко потёрла шею. — Я не спал с ней, если ты об этом. У меня отлегло от сердца. — Не совсем понимаю, как тебе это удалось. Я думала, условия сделки прописаны конкретно под меня, с учётом моих способностей. — Всё верно, но ты не обладаешь возможностью передавать души жертв кому бы то ни было просто так. Суккубы могут только впитать душу, а для того, чтобы передать её Дьяволу тебе был вручён кинжал. — Выходит, мне можно было и не спать с тем отвратительным стариком? — Нет, — он мотнул головой. — Это было одним из условий. Секс с жертвами. — Но зачем? — Мы уже выяснили, что всё, что делает мой отец направлено против наших с тобой отношений. Может, он думал, что если я буду знать, что ты спишь с кем-то ещё помимо меня, это спровоцирует расставание. — Почему же он так жесток? Какое ему дело до нас с тобой? — Он боится. Я грустно вздохнула и отвела взгляд в сторону. — Ладно… где ты был всё это время? Если с жертвой расправился так быстро, то почему не вернулся сразу? Знаю, я сама советовала тебе разобраться с мыслями, но… ты разобрался? — Сомневаюсь, что одной недели будет достаточно, чтобы разобраться с тонной дерьма в моей голове. — И под дерьмом ты понимаешь?.. — я качнулась вперёд, заглядывая ему в глаза. — Не знаю… обиды, страхи, комплексы. Я никогда не думал об этом. Проблему всегда проще игнорировать, чем решать. — А сейчас? Что ты чувствуешь? Люцифер поджал губы, запрокидывая голову назад. Почесал подбородок, невесело усмехнулся и плавно опустился на спину, подложив под затылок обе руки. — Слабость. Я молчала, ожидая услышать продолжение. — Я словно всю жизнь прожил в доспехах. Они намертво вгрызлись в кожу, и я даже не ощущал их, с ними было комфортно. Они меня защищали. А сейчас я словно отрываю их от себя, стаскивая вместе с кожей. И остаюсь совершенно беззащитным, до глупости уязвимым и бесполезным. Периодически задаюсь вопросом, зачем я это делаю, — он фыркнул. — И ты… находишь ответ? — я начала беспокойно теребить кончик косы. — Да. Ответ в тебе, — он закрыл глаза. — О, но я делаю это не ради тебя, — поспешил добавить демон. — Ты просто показала мне, что без доспехов жить намного интереснее. У меня было много наставников и учителей, Вики Уокер. И ты стала одной из них. — Кто бы мог подумать, — я улыбнулась и легла с ним рядом. — Уж точно не я, — он обнял меня за плечи, укладывая мою голову себе на грудь. — Ты не слабый, Люцифер. Ты через многое прошёл и привык, что твою волю и характер тренирует только боль. Возможно это и было так, но у боли слишком скудный запас инструментов. На каком-то этапе жизни она перестаёт быть полезной и начинает работать против тебя. Думаю, именно в эти моменты большинству и открывается истина о том, что настоящая сила — в слабости, — я начала поглаживать его по шее, то и дело перебирая волосы у основания или массируя мочку уха. — Я натворил слишком много дел, Вики. — Возможно. Но твоё прошлое — не ты. Ты — это те решения, которые ты принимаешь сейчас. — А как же последствия? — На них ты учишься. Ты имеешь право совершать ошибки, ты имеешь право злиться, ненавидеть кого-либо, чувствовать отвращение к самому себе. Но ты также имеешь право простить себя, выбрать то, что характеризует тебя нового, а не того, кем ты был раньше. Ты имеешь право на эмоции, на чувства, на слёзы, на неправильные выборы и слова. Он тяжело вздохнул и прижал меня к себе чуть сильнее. Я приподняла голову и поцеловала его в щёку, затем вернулась обратно к нему на грудь. — Нам так и не удалось обсудить то, что произошло, — спустя пару минут молчания добавила я, водя указательным пальцем по контурам его татуировок. — Что именно? — Твоего отца. И Дино. Люцифер напрягся и задержал дыхание. Потом шумно выдохнул. Я на пару секунд перестала водить пальцем по его коже. — Я виноват. — Мы оба виноваты. Дело не в вине, а в выводах. — Выводы… — задумчиво протянул демон. — Доверие, — тихо подсказала я. — Доверие… я тебе доверяю. И хочу, чтобы ты тоже мне доверяла. — Знаешь, на чём базируется доверие? На выполнении договорённостей. Мы о чём-то договариваемся, а потом держим слово. А если обстоятельства меняются, то сообщаем друг другу о том, что мы становимся не в состоянии выполнить их. Желательно это делать до нарушения договорённостей, но это лишь рекомендация. — Как у тебя всё просто. Внутри что-то неприятно кольнуло. Ничего не было просто. В моей жизни вообще редко что-то было простым и понятным. Иногда я сама усложняла себе жизнь, а иногда она просто была такой, насильно заставляя принимать всё, что со мной происходит, потому что изменить этого я не могла. — Мне было очень больно, — я до хруста в суставах зажала между пальцев ткань его майки и зажмурилась. До сих пор было страшно вспоминать ту ночь в Париже, О’Льюиса, несуразный секс с ним, растерянность и тошноту, когда в комнату вошёл Дьявол вместо того, кого я так отчаянно звала. — Но никогда не просто. — Прости, — спохватился демон, переворачиваясь на бок и обнимая меня второй рукой. — Прости, я не то имел в виду. Прости, прости. Он так крепко и трепетно меня обнимал, словно стремился выразить прикосновениями то, что никогда бы не смог облечь в слова. Я вся сжалась, подтянув колени к груди, уперевшись ими ему в живот, и закрыла глаза, всё ещё не выпуская его майку из своей мёртвой хватки. — Я бы сделал что угодно, лишь бы исправить прошлое. Но я не могу… Вики, я не могу. Прости меня за это. — Я знаю, что ты сделал это, потому что думал, что спасаешь меня. Мне трудно это признать, но я это знаю, — я наконец-то расцепила пальцы и посмотрела ему в глаза. — Возможно я бы сделала то же самое, окажись я на твоём месте. Тебе было трудно решиться на этот выбор и ещё труднее тогда, когда ты осознал, что это всё было ошибкой. Я чувствую твою боль. — Я не хочу, чтобы ты её чувствовала, — Люцифер заправил мне прядь волос за ухо и мотнул головой. — Я хочу защищать тебя от боли, а не быть её проводником. Я улыбнулась этой детской наивности. — Ты просто… ты просто не делай мне больно. Со всей остальной болью я справлюсь, я обещаю. Он улыбнулся уголком губ и провёл ладонью по моим волосам, погладил по щеке и поцеловал в лоб. — Я даю тебе своё слово, Вики Уокер.

Soundtrack: Mine — Bazzi

Я улыбнулась и качнула головой, коснувшись кончиком носа его щеки, затем посмотрела Люциферу в глаза. Он смотрел на меня, не отрываясь, медленно водя взглядом по моему лицу, то и дело задерживаясь на моих губах. Его тёплая ладонь покоилась на моей щеке, большой палец мягко поглаживал кожу. Тревога отступила, и мне снова было хорошо и спокойно. Чуть помедлив, он приблизился ко мне и поцеловал меня в щёку, затем в подбородок, в нос, а после оставил нежный поцелуй и на губах. Я хихикнула, придвинувшись к нему ещё ближе. Он спустил руку с моей щеки на плечо, затем на талию, в конце концов остановившись на моём бедре. Новый поцелуй, всё такой же ласковый и нежный, ещё и ещё. Кончик его языка задел мою верхнюю губу, и я согласно приоткрыла рот. Люцифер тихо засмеялся и углубил поцелуй. В этот раз он никуда не торопился, и я не спешила перейти к ласкам более откровенным. Мы, кажется, никогда ещё так не целовались. Бабочки в животе щекотали все внутренности, и я еле сдерживала улыбку, чтобы продолжать отвечать ему. Высвободив вторую руку из-под моей шеи, он опёрся на локоть, чуть склонившись надо мной, продолжая череду игривых поцелуев, второй рукой еле поглаживая меня по бедру. Сердце то и дело ускоряло свой пульс, после чего словно замирало на пару мгновений, а затем вновь заходилось бешеным ритмом. Я аккуратно приподняла одну ногу и закинула её на своего демона, он улыбнулся в поцелуе и повёл руку выше. Чуть стиснул в ладони одну ягодицу, затем поднялся на поясницу и начал плавно водить подушечками пальцев по коже, разнося вверх по позвоночнику миллионы мурашек. — Я боялся, что уже никогда не заманю тебя в эту постель, — прошептал демон, спустившись поцелуями к мочке моего уха. Я снова хихикнула, обняв его одной рукой за плечи, пройдясь пальцами по основанию шеи. — Удивительно, что я оказалась здесь в первый раз после нашей последней ночи, без тебя, — хохоча от щекотных поцелуев в шею, я запрокинула голову назад и начала переворачиваться на спину. — Без меня? — непонимающе пробормотал Люцифер, нависая надо мной. Рука, которая только недавно поглаживала мою поясницу, уже приступила к расстёгиванию пуговиц на рубашке. — Да-а-а, — улыбаясь, выдохнула я, закатывая глаза от удовольствия ощущения его губ и языка на своей шее. — И что же ты здесь делала? — оторвавшись от моей шеи, он начал спускаться поцелуями к ключицам, методично расстёгивая пуговицу за пуговицей. — Соскучилась. Решила навестить твои апартаменты, а потом… — я резко выдохнула, когда полы рубашки съехали в разные стороны, обнажив мою грудь, а Люцифер медленно накрыл губами один из сосков. — А пото-о-ом? — он оттянул сосок, с громким причмокиванием выпустив его изо рта, и спустился ниже. Утопая в подушках, шёлке постельного белья и этих медленных, если не сказать ленивых, ласках, его пряном запахе, тепле его прикосновений, я чувствовала себя лучше, чем, кажется, за всю свою жизнь. — Ну, потом я… немного повеселилась. Люцифер оставил поцелуй в районе солнечного сплетения. — Расскажи. Я закрыла глаза ладонью и замотала головой, сдавленно посмеиваясь. — Расскажи мне, — он поцеловал меня под пупком и начал водить носом по коже, спускаясь ещё ниже. — Как я уже сказала, — чуть откашлявшись, произнесла я. — Мне тебя не хватало, и я начала… ох, вспоминать… — когда его губы коснулись клитора, я непроизвольно выгнулась в спине и развела ноги пошире. — Что вспоминать? — делая вид, что не понимает, о чём я говорю, Люцифер поудобнее устроился у меня между ног. — Тебя, разумеется, — я прикусила указательный палец, нетерпеливо вильнув бёдрами. — И что же именно ты вспоминала? — пробормотал демон, припав губами к клитору и начав играться с ним языком. Я положила руку на его голову и взъерошила волосы, пропуская их между пальцев. Сама при этом уже закрыла глаза и блаженно улыбнулась, растворяясь в ощущениях. — Я вспоминала, как… Сердце провалилось в пятки от испуга, когда я услышала стук в дверь. Люцифер непонимающе поднялся и посмотрел в сторону гостиной. Стучали во входную дверь. — Кто это может быть? — не слыша собственного голоса из-за пульсирующего в ушах сердца, я инстинктивно запахнула рубашку и попыталась сесть, но демон меня остановил. — Лежи. Мне очень захотелось ответить ему «лижи», но я промолчала. Отчасти из-за испуга от этого нежданного гостя, отчасти из-за того, что он уже всё равно направился к выходу из спальни. Я слышала, как Люцифер открыл дверь и грязно выругался. Не успела опомниться, как он уже вернулся. — Я занят! — бросил мой демон себе за спину. — Катись к чёрту! Он захлопнул дверь спальни и вернулся к кровати как ни в чём не бывало. — На чём я остановился? — Кто это был? — Отцовская шавка, — он цокнул языком и схватился за мои лодыжки, резко потянув меня вниз. Я взвизгнула и рассмеялась, но тут же откашлялась и попыталась отползти обратно. — Сэр, это действительно важно! Стук уже в дверь спальни окончательно отрезвил меня, несмотря на все попытки Люцифера вернуться к оральным ласкам. — Он же ещё не ушёл! — тихо прошипела я, пихнув демона в грудь. — Ты с ума сошёл? А вдруг это важно? — Это не может быть настолько важным, чтобы отвлечь меня от тебя, — поняв, что я не вернусь в прежнее положение, он поравнялся со мной лицом и заткнул поцелуем всё, что я собиралась сказать в противовес. — Ну, ты!.. — пытаясь отпихнуть настырного демона от себя, я бросала на дверь опасливые взгляды. — Извращенец! Хочешь, чтобы он всё услышал? — Нам не впервой, — улыбаясь словно чеширский кот, Люцифер почти что оседлал меня, зажав мои бёдра между своих коленей. — Выпроводи его! — уворачиваясь от его настойчивых поцелуев, я то и дело поправляла рубашку. — Он уйдёт сам, если ещё не ушёл. Но не успел мой демон в который раз заставить меня распахнуть рубашку, как стук повторился. Чёрт, это был вовсе даже не стук — в дверь барабанили. — Люцифер! — злобно прошипела я. — Да ёбанный в рот, — процедил демон, нехотя поднимаясь. — Что из слов «я занят» было тебе непонятно, Вистан?! — он распахнул дверь и смерил гостя презрительным взглядом. «Вистан?!» — трясущимися руками я натянула простыню себе до самого подбородка. — Мне велели передать вам! — пыхтя от натуги, смотря на Люцифера исподлобья, ответил хорошо знакомый мне демон. — Это срочно! И важно! — он вытянул руку с конвертом. Я уже успела зарубить себе на носу, что конверты в этом мире не сулили ничего хорошего. Особенно когда их доставляли гонцы Дьявола. Словно прочтя мои мысли, Вистан заглянул Люциферу за спину и, наткнувшись на мой испытующий взгляд, тут же отвернулся, покраснев. — Простите. Я бы не посмел нарушить… — он сразу умолк, как только мой демон раздражённо взмахнул рукой, прерывая его оправдания. Шурша бумагой, Люцифер вскрыл конверт, бегло прочёл записку и медленно поднял взгляд обратно на Вистана. — Что это за хрень? — Я не знаю, что в конверте, я… — Пошёл вон. — Слушаюсь, сэр! Вистан исчез настолько же быстро, насколько внезапно появился. — Что там? Имя третьей жертвы? — я боязливо поёжилась, наблюдая за тем, как Люцифер продолжает гипнотизировать записку. — Нет. Это вообще не от отца, — он надавил на переносицу указательным и большим пальцами и прикрыл глаза. — А от кого? Мне казалось, что время тянется словно резиновое. Люцифер всё никак не отвечал, и меня начинало это пугать. Причины могло быть только две: там либо что-то страшное, либо что-то, что он от меня скрывает, и сейчас прикидывает, стоит мне рассказывать или нет. Я наспех застегнула все пуговицы и встала с кровати, подошла к демону и мягко опустила свою руку на его запястье. Повела ладонь ниже, в конце концов накрыв ей пальцы, сжимающие записку. Он поддался. Я пробежалась глазами по неизвестным мне символам. — Что это значит? — Это значит, что я наконец-то найду способ убить Дьявола. Я неосознанно шагнула назад. Потом ещё раз всмотрелась в текст записки. Если это и был какой-то язык, то он был мне незнаком. — Это координаты, — ответил на мой безмолвный вопрос Люцифер. — Координаты чего? — Той самой вселенной, в которой я найду орудие. — И кто тебе отправил это послание? — Давний друг. — Какой ещё друг? — Ты его не знаешь. — Конечно я его не знаю. Ты ведь ничего мне не рассказываешь, — я по-детски насупилась, заодно вспомнив и книгу, которую мы так и не обсудили. — Я не думал, что он вступит в контакт. Особенно через этого идиота. Это опасно. Чёрт, чем ты только думал, Астарот? — Астарот? С каждой секундой я чувствовала себя всё глупее и глупее. — Тот самый друг. Люцифер обошёл меня и упал спиной на кровать, вымученно простонав и закрыв глаза ладонями. — А ты уверен, что ему можно доверять? — я аккуратно подсела к нему. — Да. Он был близким другом семьи до смерти матери. — А что случилось потом? — Потом отец заключил его под стражу. Это он говорил с тобой в образе той гадалки из Барселоны. — Что?! И ты всё это время знал?! Я шлёпнула его конвертом по плечу. — Это не имело никакого значения, он просто хотел помочь. — Ты тогда чуть не умер! — взвизгнула я, взмахнув руками. — Но не умер же, — Люцифер убрал руки от лица и улыбнулся. Я закатила глаза и скрестила руки на груди. Координаты неизвестной мне вселенной значили только одно: он опять вынужден будет уйти. И я опять буду ждать его. — Расскажи мне о книге. Если уж открывать карты, то все. Если мне придётся снова ждать его, гадая, как скоро он ко мне вернётся, то я хотела хотя бы не мучиться от недосказанностей между нами. — Как ты вообще узнала, что там написано? Никогда бы не сказал, что ты полиглот. — Я попросила о помощи. — Кого? Мими? Прекрасно. Теперь мне стало стыдно. Утро было таким волшебным, даже послание от некоего Астарота можно было отнести к положительным подвижкам в нашем плане по уничтожению Дьявола, и сейчас портить всё, упоминая Дино, мне не хотелось. — Да, Мими. Люцифер усмехнулся, даже не догадываясь о моей наглой лжи. — Я начал изучать Лабиринт давно, и когда в моей жизни появилась Лия, я узнал, что Лабиринт Адама и Евы обладает свойствами намного более интересными, нежели о нём ходят слухи. — Это правда? — пытаясь не обращать внимания на вопящую совесть, я поудобнее устроилась на кровати, облокотившись о её спинку. — Ты действительно можешь обнулиться, пройдя через него? — Да. Любой ангел или демон, которому удастся пройти через Лабиринт и не сойти с ума, а ещё лучше — выжить, возвращается к своей первоначальной ипостаси, — он сменил положение на сидячее и пожал плечами. — То есть вновь становится в ряды Непризнанных. — Даже первородным существам это по силам? — Да. Только первородные ангелы или демоны не могут стать Непризнанными. Пройдя Лабиринт, они могут выбрать другую сторону. Так бывает, но очень редко. Я вспомнила разговор с Дино, в библиотеке. Ещё тогда, когда нас с Люцифером ничего особо не связывало. Он говорил мне о том, что сомневался, хочет ли быть ангелом. Я тогда не особо приняла его слова на веру, так как было ясно как день, что у него не было выбора. Но выходит, что выбор был у каждого. — Я подробно изучал эту тему, делал много записей в той книге. Общался с архидемонами и даже с парой серафимов. Сначала мне было скучно, а потом я хотел помочь Лие выйти из-под отцовского гнёта. — Но она была первородным суккубом. И пройдя через Лабиринт, стала бы ангелом. То есть… — я неловко поправила волосы, переваривая информацию. — Вы бы всё равно не смогли быть вместе. Закон Неприкосновения. — Всё лучше, чем быть фавориткой Дьявола. Чувство вины угрожающе разинуло свою пасть над моей головой. Пустяк, не стоило ему знать, кто перевёл мне его записи, но тогда почему мне было так не по себе? — Потом я забросил этот вопрос. До того дня, когда ты прямо на моих глазах превратилась в суккуба. Слишком мало фактов. Я хотел собрать побольше информации, чтобы потом поделиться с тобой. Но потом ты заключила договор с Дьяволом, и я решил, что три человеческих жизни стоят явно меньше, чем твоя. А зная твою решительность и упрямство, предпочёл не рассказывать тебе об альтернативе. — Ты ведь понимаешь, что на его прохождение я бы потратила всего один день. А сделка с твоим отцом растянулась на несколько недель, почти довела нас до расставания и нанесла ущерба намного больше, чем петляние по этому чёртовому Лабиринту! — под конец я заметно повысила голос. — Я понимаю, — он придвинулся ко мне и обхватил моё лицо ладонями. — Но я не могу позволить тебе рисковать жизнью. Я не могу тебя потерять, Уокер. Он так глубоко и пронзительно посмотрел мне в глаза, что у меня перехватило дыхание, а слёзы выступили сами собой. Я до боли закусила нижнюю губу, чтобы не позволить им скатиться по щекам. — Осталась одна жертва. Я справлюсь с ней так же легко, как и с Роуз Клиган. И всё будет позади, — Люцифер улыбнулся и поцеловал меня в лоб. — А ты должна пообещать мне, что не сунешься в Лабиринт. — Но… — Нет, Уокер, никаких но, — он обнял меня так крепко и тепло, словно хотел защитить даже сейчас, когда мне по факту не угрожала никакая опасность, кроме собственных решений и выборов. — Я обо всём позабочусь. Я судорожно вдохнула его запах и зацепилась пальцами за его майку. — Я тебе соврала. Объятия стали чуть менее крепкими. Сердце ухнуло вниз. — На счёт чего? — Мне помогала с переводом не Мими. — А кто? Я вынужденно отстранилась от него и набрала побольше воздуха в лёгкие. — Дино. Ожидая криков, ругани или хотя бы исказившегося недовольной гримасой лица своего демона, я удивилась, когда услышала вздох разочарования. — Я ведь просил тебя… — Стой, подожди. Выслушай меня, — я взяла его за руки и посмотрела ему в глаза. — Я не шла к нему за помощью. Он увязался за мной, бормоча извинения и оправдания, и я ясно дала ему понять, что мне плевать на всего его угрызения совести. Он сказал, что хотел бы искупить вину, что поможет, и я… — И ты попросила о помощи единственного, к кому я просил тебя не приближаться. — Родной, — я быстро встала на колени и подползла к нему ближе. — Это было всего лишь стечением обстоятельств. И ты знаешь, что я бы ни за что на свете к нему не обратилась. Его нахмуренные брови чуть расслабились, хотя взгляд всё ещё был острым и сердитым. — Я могла и не рассказывать правду. Но посчитала, что… — Не нужно мной манипулировать, — резко оборвал меня демон. — Я не… — я выдохнула, секундой позже осознав, что это действительно звучало как манипуляция. — Ты прав. Прости, — я поцеловала его в щёку и обняла за плечи, уткнувшись носом в его шею. — Мне жаль, что так вышло. Люцифер как-то нехотя, но всё-таки обнял меня в ответ, словно борясь с собой. — Ты веришь мне? — я отстранилась от него совсем чуть-чуть, заглянула в глаза. — Мне сложно, — выдавил из себя демон. — Злишься? Он глубоко вздохнул и смял пальцами рубашку, покрепче ухватившись за мою талию. — Да. — Значит, понимаешь, каково мне было, когда я узнала такую важную информацию не от тебя? — Да, — буркнул Люцифер. — Ты так мстишь мне? — Нет. Просто хочу, чтобы между нами больше не было секретов, — я погладила его по щеке и улыбнулась. — Что я могу сделать, чтобы ты почувствовал себя лучше? Моим лекарством была правда, всегда. И внимание. Сегодня он рассказал мне правду, а вчера я сполна насладилась его вниманием к собственной персоне. И уже совсем не злилась.

Soundtrack: SPACE — Shadi G

«Обними меня. Так как ты умеешь», — раздалось в моей голове. Я улыбнулась ещё шире и обвила его шею руками, прижимая его голову к своей груди. Поцеловала в макушку и прикрыла глаза. Он обнял меня крепче, уткнувшись носом в ключицы, вздрогнул пару раз, когда я ласково прошлась пальцами по основанию шеи, перебирая короткие тёмные волосы. Я чувствовала его сбивчивое сердцебиение кожей, прислушивалась к каждому вдоху и выдоху, настраиваясь на дыхание в унисон. Постепенно его пульс пришёл в норму, и мы так согрелись в этих безмолвных крепких объятиях, что по телу начала разливаться блаженная гармония: единение внешнего и внутреннего. Я ещё раз поцеловала Люцифера в макушку, затем в висок и переносицу. Его руки поднялись с моей талии на плечи, затем на шею, он привлёк мою голову к себе и, с пару секунд изучив моё лицо, будто видя меня впервые, накрыл мои губы своими. Его язык мягко прошёлся по моей нижней губе, просясь внутрь, я приоткрыла рот, согласно впуская его, зарываясь пальцами в его волосы. Люцифер спустил руки с моей шеи и начал медленно расстёгивать пуговицы на рубашке. Справившись с ними, погладил меня по талии и животу, затем потянул за рукава, стаскивая рубашку с меня. Высвободившись из неё, я подцепила пальцами края его майки и медленно стянула её с него. Его волосы забавно разлохматились, что вызвало у меня неконтролируемую улыбку, которая, впрочем, сразу же трансформировалась в закусывание губ — он начал спускаться поцелуями на мою шею, ласково водя руками по спине. Я начала расстёгивать его ширинку. Пришлось на какое-то время отвлечься от поцелуев, пока джинсы не примкнули к рубашке и майке, уже валяющимся на полу. Люцифер принял чуть более удобное и расслабленное положение, полусидя облокотившись на спинку кровати, и потянул меня на себя. Подавляя довольное хихиканье, я оседлала его и нагнулась для очередного поцелуя. — Шепфа… — выдохнул Люцифер. — Что такое? — я сразу же внутренне сжалась. — Надоело отвлекаться от тебя на всякую ерунду, — недовольно пробурчал мой демон, щёлкая пальцами. Я облегчённо выдохнула, увидев в его руках пузырёк с таблетками и пачку презервативов. Пока он вскрывал упаковку, я быстро проглотила таблетку и замерла в ожидании, внимательно наблюдая за его действиями. Вскрыв новую пачку, Люцифер достал один презерватив, разорвал фольгу и опустил руку вниз, заставляя меня чуть приподняться над ним. Чтобы не упасть, пришлось схватиться за его плечи. — Надо подумать о противозачаточных, — задумчиво пробормотала я. — Согласен, — в пару движений надев презерватив, выдохнул демон. — С другой стороны… — я склонила голову на бок и усмехнулась. — Ох, замолчи, — он по-доброму засмеялся и вновь притянул меня к себе для поцелуя. Почему-то когда он так смеялся, внутри меня словно запускались сотни крошечных фейерверков, которые, взрываясь, заполняли всю меня какой-то неописуемой радостью. Я чувствовала себя более счастливой, когда чувствовала, что он счастлив. Его искрящиеся восторгом и обожанием глаза, когда он смотрел на меня в такие моменты близости, открытая мальчишеская улыбка, обезоруживающая меня целиком и полностью, и этот потрясающий тихий и беспечный смех. Таким был мой настоящий Люцифер. Он так упорно и долго прятался, так боялся показаться слабым, уязвимым, совершенно не понимая, насколько он прекрасен. — Я люблю тебя, — выдохнула я ему в губы. — Я люблю тебя, Люцифер. — Я… — он запнулся на секунду, убирая непослушные пряди волос мне с лица, затем улыбнулся. — Я верю тебе. Запечатывая эти слова словно клятву очередным поцелуем, я выгнулась в пояснице, касаясь его груди своей. Он опустил ладони мне на бёдра, направляя меня. Я задержала дыхание, почувствовав, как головка коснулась половых губ, и, прикрыв глаза, медленно опустилась на его член, сопроводив это тихим стоном. Насладившись ощущением наполненности, единения наших тел, я покрепче ухватилась за его плечи и начала не торопясь двигаться. Люцифер издал тяжелый выдох, затем втянул воздух сквозь сомкнутые зубы и прислонился лбом к моему плечу.

Soundtrack: I've Got You Under My Skin — Ben l'Oncle Soul

Я уже не старалась подавить расслабленную улыбку, прикрыла глаза, откинув голову назад, и вся отдалась процессу. Мой демон покрывал поцелуями мои плечи, шею, грудь, ласково водил руками по бёдрам и спине — он был так нежен, так нетороплив и аккуратен, будто вчерашнего вечера и не было. Эта волшебная многогранность, которая открылась только мне, и которую я в нём обожала. — Ах! — я взвизгнула от неожиданности, когда Люцифер подхватил меня за бёдра крепче и рывком поменял нас местами. Я чуть не ударилась головой об изголовье кровати, и захихикала, когда он прошёлся пальцами по рёбрам, щекоча меня. — Не можешь удержаться от контроля, да? — Ты дразнишь меня, двигаясь слишком медленно, — обводя носом округлости грудей, прошептал демон. — Не медленно, а чувственно! — Ты не понимаешь, что делаешь со мной, да? — он усмехнулся и встал на колени. Ведя рукой от талии, вниз по бедру, добрался до колена и закинул одну мою ногу себе на плечо. — Постоянно в моей голове, — он коснулся губами лодыжки. — Чувствую твои прикосновения, даже когда ты не рядом. Твой вкус, твой запах, твой голос — я… — он дошел поцелуями до колена и потёрся о него носом, как-то не то грустно, не то расслабленно усмехнувшись. — Я говорю, что люблю тебя, — пусть и редко, — но я не уверен, что эти слова могут вместить в себя то, что ты рождаешь во мне, — Люцифер аккуратно опустил мою ногу и медленно поравнялся со мной лицом. — Каждый прожитый день моей жизни, которая растянулась на бесконечно тоскливые и бесцветные века, стоил того, — смотря мне в глаза, прошептал мой демон. — Потому что ты сейчас здесь, в моих руках, и я пойду на что угодно, лишь бы чувствовать тебя рядом и знать, что ты испытываешь то же. Я сделала усилие и поднялась, уперевшись одной рукой в кровать, второй схватившись за его шею. — Ты — мой любимый и единственный мужчина. — Твой, — улыбнулся мой демон, вновь укладывая меня на постель и нависая надо мной. — А ты — моя. — А я — твоя, — повторила я, загипнотизированная его шёпотом и взглядом алых глаз. — Твоя… я — твоя… Он опустился на один локоть, второй рукой поймал мою ладонь и сплёл наши пальцы вместе. Я хотела добавить что-то ещё, но почувствовала, как он вновь проникает в меня, и все мысли покинули голову. Мне хотелось быть ещё ближе к нему, хотелось раствориться в нём, во что бы то ни стало доказать ему, что каждое слово, сказанное им, можно с лёгкостью отнести и ко мне. Потому что никогда в жизни я не чувствовала того, что дарил мне этот демон. И я любила его. Иногда страстно, иногда нежно — мучительно и сладко, глубоко и по-настоящему. У меня кружилась голова, и подкашивались колени от этой любви, ускорялся пульс, и перехватывало дыхание. Но вместе с этим я чувствовала каждой клеткой своего тела, что жива, что уязвима, что эмоциональна и порой веду себя чересчур взбалмошно. Это ведь и есть жизнь? И прости мне, папа, эту мысль, но ради такой жизни мне было не жалко умереть. Люцифер двигался плавно, размеренно, покрывая поцелуями моё лицо и шею, а с моих губ не сходила счастливая улыбка. Мы справились со столькими неурядицами и болью, и всё же остались друг у друга — мы были вместе. Я почувствовала, как внизу живота нарастает напряжение, и вся кожа покрывается мурашками. Люцифер учащённо задышал, каждое его движение вело за собой секундную передышку, будто он стремился насладиться самим фактом нахождения во мне. Я начала кусать губы, выгнулась ему навстречу и горячо зашептала его имя. — Ближе… ближе… — свободной рукой я обняла его за плечи и привлекла к себе, буквально придавливая себя его телом. Он тихо засмеялся от моего такого напора, но поддался и увлёк меня в очередной проникновенный поцелуй, окружая меня собой ровно на столько, на сколько я об этом просила. Я сжала его пальцы своими сильнее, обхватила ногами его талию, принимая его так глубоко, как только могла. И растворилась в нём: его запахе, прикосновениях, тепле, поцелуях. Оргазм распространился по всему телу мягкой обволакивающей пеленой. Я была так счастлива, Боже, я была так счастлива. В коконе объятий Люцифера я ощущала себя защищённой и любимой. И мне больше ничего не нужно было. Мой демон перевернулся на спину, тяжело дыша, но я не дала ему и секунды — сразу же прильнула к его груди, поцеловала несколько раз в районе сердца и, улыбнувшись, потёрлась носом о его грудь. — Мой любимый. Мой самый любимый и самый лучший, — я провела указательным пальцем по его губам и улыбнулась, когда он коснулся губами подушечки, целуя палец. — Я на пару минут, — он ещё раз поцеловал мой палец и резко поднялся. Я недовольно закряхтела, натягивая простыню на себя. Надо же было испортить такой момент. Хоть я и понимала, что эрекция начала спадать, и ему нужно было как можно быстрее снять презерватив, мне совершенно не хотелось оставаться одной. Через несколько минут Люцифер вернулся, улыбаясь и мурлыча себе под нос какую-то мелодию. Точь-в-точь довольный кот. Даже усы имелись. — И как оно? — я подвинулась, чтобы он лёг обратно, и тут же нырнула ему подмышку. — Прекрасно. Чуть не расплескал всю сперму. — Потрясающие детали. — Ну ты же хочешь, чтобы между нами не было секретов. Я укусила его в плечо, на что демон расхохотался и звучно поцеловал меня в щёку. — Насчёт той записки. От Астарота, — я принялась за своё излюбленное занятие и начала водить пальцем по контурам его татуировок, неизменно закинув ему ногу на талию. Люцифер прикрыл глаза и слегка приподнял брови, показывая мне, что слушает. — Тебе снова нужно будет исчезнуть? — А что, я тебе уже надоел? Я снова укусила его в плечо. — Эй! Хватит кусаться! — смеясь, он распахнул глаза и ущипнул меня за бедро, на что я недовольно шикнула и выполнила его просьбу с точностью до наоборот. — Сейчас точно по жопе получишь! Я скорчила недовольную гримасу и показала ему язык. Он шутливо дёрнул меня за нос, продолжая посмеиваться, затем обнял за плечи и уложил мою голову себе на грудь. Продолжил напевать себе под нос. Меня отчего-то это так умилило, что я вмиг покрылась мурашками. — Так ты ответишь? — Да, мне нужно будет отлучиться на пару дней. Ты же сама понимаешь. — А когда? — Чем скорее, тем лучше. Я сразу погрустнела и разочарованно вздохнула. Мой демон, кажется, этого не заметил, потому как продолжал с прикрытыми глазами мурлыкать неизвестную мне мелодию. — То есть сегодня? — Какая ты неугомонная. — Ты сказал с утра, что в твоих планах только я, а потом эта записка… — Уокер, сегодня и ближайшие несколько сотен лет в моих планах только ты. Я залилась румянцем и весело хихикнула. Потом мысленно дала себе подзатыльник. — Да, но… Глупо улыбаясь, я запнулась, совсем забыв о том, что собиралась сказать: Люцифер, продолжая лежать с закрытыми глазами, обнимая меня за плечи одной рукой, второй начал легонько поглаживать моё бедро, а спустя пару секунд начал отстукивать по коже пальцами, будто бы играя на клавишах. Только вот вместо клавиш — моя нога. — Что ты делаешь? — Музицирую. — На мне? — У тебя потрясающе нежная кожа. Мне нравится. Он повёл руку выше, остановился на талии и продолжил свою «игру», подкрепляя её своим очаровательным мурчанием. Каждый раз, когда он проделывал что-то в этом духе, я словно влюблялась в него заново. — И что же ты играешь? — увлеченно наблюдая за перебегом его пальцев, я несколько раз хихикнула, когда он задел мои рёбра, невзначай щекоча меня. — Серджио Эндриго. Ты его знаешь? — он приоткрыл один глаз. — Нет, — прошептала я, пряча улыбку. — Многое упускаешь. — Что-то конкретное? — М-м-м… да. «Io che amo solo te». — Выходит, итальянский? «Я», эм… — напрягая память в попытке перевести название песни, я нахмурилась. — «Я, который…» — «Я тот, кто любит лишь тебя». Бабочки в животе встрепенулись, и мне пришлось закусывать внутреннюю сторону щеки, чтобы не выдать какого-то необъяснимого восторга, что вызвал перевод названия песни. — Никогда не слышала, — я легонько пожала плечами. — Тогда слушай.

Soundtrack: Io che amo solo te — Sergio Endrigo

Я не успела ничего понять, как Люцифер щёлкнул пальцами, и комнату наполнили звуки духовых и клавишных инструментов. Аккорды совпадали точь-в-точь с мягкими нажимами пальцев демона на моей коже. Он снова прикрыл глаза и, улыбнувшись, начал нашёптывать мне на ухо: — Есть люди, у которых есть тысяча вещей. Я сопоставила то, что слышала на итальянском, с его словами и поняла, что он переводил мне песню. — Всё хорошее и всё плохое от этого мира… Я последовала его примеру и тоже закрыла глаза, погружаясь в мелодию, бархатный голос Эндриго и тихий шёпот своего демона. — А у меня есть только ты, и я тебя не потеряю, я тебя не оставлю ради поиска новых приключений… У меня начинали болеть щёки от улыбок, но я ничего не могла с собой поделать. Здравая половина моего мозга подсказывала, что он всего лишь переводит песню, но я уже успела хорошо его изучить. Люциферу было очень сложно говорить откровенно, особенно о своих эмоциях. Не знаю, почему. Я не старалась вытягивать из него комплименты или признания, хотя пару раз весьма однозначно дала понять, что мне это нравится. И вот, что мне нравилось ещё больше: каждый раз, когда с его губ срывались какие-то милые нежности, это всегда было так неожиданно, что я в первые секунды терялась от такой откровенности, не зная, что сказать. А он хитро улыбался, будто только и ждал, когда я расслаблюсь и потеряю хватку, чтобы сразить меня наповал. — Есть люди, которые любят тысячи вещей и теряются на дороге жизни… Он прекратил «игру» и принялся ласково и неторопливо водить пальцами по моей коже: талия, плечо, шея — касания были похожи на то, когда ты, играясь, теребишь водную гладь реки или озера, наблюдая за тем, как расходятся круги по воде. Только по мне расходились не круги, а толпы мурашек, следующих за его пальцами, не отставая ни на миллиметр. — А я — тот, кто любит лишь тебя. Я остановлюсь и подарю тебе то, что останется от моей юности… Его пальцы перешагнули через моё плечо и принялись выводить узоры на спине: пробежались по позвоночнику, очертили основания крыльев. Казалось бы, его апартаменты находились в аду. Но тогда почему я чувствовала себя на седьмом небе от счастья? — А теперь на итальянском, — в момент проигрыша тихо попросила я. Люцифер улыбнулся, поцеловал меня в висок и набрал побольше воздуха в лёгкие. Он пропел следующие строки на порядок громче, от чего я ощутила вибрации, лёжа у него на груди, прижимаясь макушкой к его подбородку. — Io ho avuto solo te e non ti perderò, non ti lascerò per cercare nuove illusioni… Я погладила его по груди и плечу, слегка пощекотала по локтевой ямке, снова поцеловала в районе сердца, и, наконец, вложила свою ладонь в его. Мой демон сплёл наши пальцы воедино и поднёс обе наших руки к своим губам, оставив нежный поцелуй на внешней стороне моей ладони. Я готова была взорваться от счастья. Подняла голову, уперевшись подбородком в его плечо, и внимательно всмотрелась в любимые черты лица. Его веки были прикрыты, ресницы чуть подрагивали, на губах обосновалась лучистая полуулыбка, от чего мелкие морщинки вокруг глаз и в уголках рта стали чуть заметнее. Он был настолько прекрасен, что я могла бы позавидовать самой себе. Но у меня не было желания тратить энергию на зависть — я всецело была поглощена созерцанием своего любимого демона таким умиротворённым, расслабленным, счастливым и влюблённым. Я ещё никогда его таким не видела. — М-м-м? — он приоткрыл один глаз и улыбнулся шире. — Что? — Ничего, — я мотнула головой и засмеялась. — Любуюсь. А песня чудесная. — Сколько тебе понадобится времени, чтобы собраться? От неожиданности я даже слегка отстранилась от него, удивлённо выгнув бровь. — Я не знаю… зависит от того, куда мне нужно собираться. Я думала, мы проведём весь день здесь. — Хочешь провести весь день в постели? — Хочу провести весь день с тобой. Совершенно неважно где, — я поцеловала его в щёку. — Можем, конечно, остаться и в постели, но, думаю, мой план тебе понравится больше. — План? Какой план? — я так оживилась, что вся романтическая дымка разом рассеялась. — У тебя есть план? — Посмотри, как возбудилась, — засмеялся демон. — Планирование — моя эрогенная зона. — Выходит, я хорош не только в постели. — Ты хорош во всём, — я поднялась в сидячее положение и за пару секунд оказалась на нём сверху. — Так какой у тебя план? Скажи. Иначе я не слезу. — Как будто это для меня угроза, — фыркнул Люцифер, тут же поймав мои руки за запястья. — Очень даже наоборот, — он притянул меня к себе и поцеловал. — А план звучит так: ты, я и самый чарующий город на всей земле. — Земле?! — я взвизгнула, оглушив саму себя. — Мы спустимся на землю?! — У меня уши заложило от твоего визга. Я сделала вид, что не расслышала его комментарий, и принялась покрывать его лицо сотнями точечных отрывистых поцелуев. Он смеялся, обнимал меня и в шутку пытался увернуться от моих настойчивых ласк, в конце концов, поменяв нас местами. — А что за город? Самый… как ты сказал? Чарующий? Это какой? — Я скажу, если ты обещаешь не переходить на ультразвук. — Всё! Вот, — я показательно зажала себе рот обеими руками. В голове крутились сотни названий мировых столиц и не только. Что это за город? Нью-Йорк? Стамбул? Бразилиа? Венеция? — Рим. Я выпучила глаза и забегала ими по лицу моего демона, буквально задержав дыхание, чтобы не завопить во всё горло. У меня даже глаза заслезились. — Ох, ну ладно, можешь визжа… Разумеется, он не успел договорить — я так по-детски заливисто и беззаботно расхохоталась, кинувшись его обнимать, что даже бурчание насчёт заложенных ушей и временной глухоты меня не смутило. Рим! Мы спустимся в Рим!

***

— А куда мы пойдём? По достопримечательностям? Я носилась по всей комнате ураганом, не зная, с чего начать: стоит помыть голову или нет? А если помыть, то укладывать феном или пуcть себе волнятся в разные стороны? Краситься? Стрелки или смоки-айз? А что мне надеть?! — Я не люблю туристические клише. Но если ты хочешь, мы можем посмотреть на Колизей или Фонтан Треви. — Да-да! Конечно я хочу! — Буду знать, что Италия — тоже твоя эрогенная зона, — хохотнул демон, лениво наблюдая за тем, как я измеряю комнату шагами. — Что мне надеть? Там холодно? — Сейчас самый разгар лета. Там ужасная духота и много туристов. «Значит, джинсы отметаются… Джинсы?! Да какие джинсы?! У нас свидание! Надо надеть платье! И туфли. На каблуках?» — Одевайся так, как тебе будет удобно. — Я хочу, чтобы было ещё и красиво. — На тебе всё смотрится красиво. Я замерла и на секунду расслабилась, одарив Люцифера благодарной улыбкой. Но после вновь вернулась к стрессовым мыслям. — У тебя есть полчаса. — Ты шутишь? — Да брось, — он усмехнулся и поднялся с постели, подошёл ко мне и обхватил моё лицо ладонями. — Расслабься, Уокер, — он поцеловал меня, и я действительно немного успокоилась. — Я иду в душ. Можешь пока подумать, что тебе понадобится из одежды, я об этом позабочусь. — Хорошо. Подумаю. Люцифер погладил меня по щеке, поцеловал в нос и скрылся за дверью ванной комнаты. Я начала расплетать косу. К моменту, когда он вернулся, я мысленно остановилась на шёлковом платье-комбинации песочного цвета, бесшовном белье и мюлях без каблуков. А ещё успела по-быстрому перенестись в школу, в нашу с Мими комнату, чтобы прихватить духи и стащить у подруги терракотовую помаду. Она всё равно ей никогда не пользовалась. Люцифер безошибочно считал мои запросы, так что спустя пару минут уже я закрылась в ванной, чтобы привести себя в порядок. Волосы лишь слегка расчесала пальцами, создавая больше объёма, помаду использовала и для губ, и для щёк — в качестве румян, по капле духов на шею, сгибы локтей и запястья. Надела платье, сунула ноги в остроконечные чёрные замшевые мюли и слегка покрутилась перед зеркалом. «Учитывая спешку, в которой мне пришлось собираться, считаю задание выполненным на отлично!» — я поправила бретельки платья на плечах и вышла в спальню. Постель уже была застелена, никаких вещей на полу. За какие заслуги я получила такого великолепного мужчину? — Выглядишь потрясающе, — улыбнулся мой демон, протягивая ко мне руки. Он был одет в чёрные классические брюки и, — совпадение ли? — терракотовую рубашку с парой расстёгнутых пуговиц, так, что виднелись татуировки на груди. Кожаные тёмно-коричневые монки и ремень им в тон довершили образ. — Ты тоже, — я обняла его и с радостью ответила на поцелуй, плавно опустив одну руку с его спины на задницу. Не удержалась и стиснула её. — Это что такое? — Люцифер рассмеялся, с любопытством заглянув мне в глаза. — А что такого? Уже и потискать нельзя? — я пожала плечами и спустила на его задницу и вторую руку. Стиснула ещё раз. — Имею полное право. — Если бы нам не нужно было уходить, я бы наглядно показал тебе, кто здесь что имеет. — И кто здесь что имеет? — Я. Тебя. Он шлёпнул меня по заднице и ещё раз поцеловал, после чего, поддерживая моё довольное хихиканье, щёлкнул пальцами и призвал водоворот. Так как в комнате Люцифера не было окон и тем более часов, я понятия не имела, какое время суток мы застанем. И очень обрадовалась, когда увидела небо, лишь совсем немного подёрнутое лиловыми и оранжевыми мазками предзакатного солнца. — Где мы? — Обернись. Я незамедлительно обернулась и от какой-то внезапной радости рассмеялась. Это была мечта с самого детства, как только я увидела главу про Италию в учебнике по истории. Помню чёрно-белые картинки ужасного качества, на которых были изображены Колизей и Римский форум, якобы восстановленные изображения — как выглядели эти строения ещё во времена их основания. Потом я узнала, что эти памятники архитектуры существуют до сих пор, и меня охватило такое приятное волнение! Надо же, я живу в то время, когда до сих пор могу полюбоваться архитектурой не то что прошлых годов — столетий! Но как бы я не уламывала папу отправиться запечатлеть всю красоту наследия римских императоров, этого так и не произошло. А потом я выросла, и учёба в колледже отчего-то внушила мне, что единственный итальянский город настоящих творцов искусства — это Флоренция. Но в моём сердце с того дня на уроке истории навсегда остался Рим. И сейчас я здесь. Воочию созерцаю всё могущество и великолепие самого знаменитого амфитеатра. — Не могу поверить… Люцифер обнял меня со спины и коснулся губами плеча. — Конечно, сейчас он не выглядит и вполовину так же величественно, как во времена Тита. — Кого? — Император Тит, в годы его правления был возведён Колизей. Точнее, был достроен. Начало строительству положил его отец — Веспасиан. — И ты видел это? Ты… ты это застал? — Конечно, — улыбнулся демон мне в плечо. — Само строительство меня не интересовало, а вот после возведения я частенько проводил время, спускаясь на землю, чтобы развлечься за просмотром гладиаторских боёв. У меня мурашки по коже пошли. — А Форум? Что-нибудь о нём? — Рынок, — рассмеялся Люцифер. — Он запомнился мне именно таким: шумным, многолюдным, грязным. Чего здесь только не было. Но в целом, Форум приличное время оставался центром жизни. Ничего интересного. Я с некоей грустью взглянула на то, что осталось нам от римских предков. — Если хочешь, можем пройти за ограждение и прогуляться, но там не на что смотреть. — Я, наверное, себе совсем не так представляла посещение этого города… — я протянула руку и коснулась ветви дерева, протёрла между пальцами пару запылившихся листьев и улыбнулась. — То есть… ни тебе очередей за билетами, ни какофонии из языков разных народностей, которые сплетаются в воздухе и, кажется, мешают даже думать. — Ну и странные у тебя фетиши, Уокер, — усмехнулся Люцифер. — Хочешь постоять в очереди? Достаточно найти ближайший женский туалет, — он развернул меня к себе лицом. — Можем обойти все памятники. Испанская лестница, Площадь Венеции, Замок Святого Ангела, Пантеон… — Нет-нет-нет. Я имела в виду, что сейчас всё иначе. Отправься я в Рим во времена своей земной жизни, я бы реагировала на всё по-другому. Путешествие ведь начинается не с первого памятника архитектуры — оно начинается с покупки билетов и пакования чемоданов. И те воспоминания во мне ещё живы: как я подробно изучала карту Италии, отмечая булавками, где непременно хочу побывать, как читала отзывы на разные отели и рестораны, в которые планировала заскочить. Но это всё сейчас отзывается лишь смутным приятным свечением — оно было так давно. И теперь мне достаточно призвать водоворот, чтобы очутиться где пожелаю. А ты рассказываешь мне, как выглядели все эти постройки в то время… Это так… удивительно. Я просто пытаюсь пережить эти эмоции, они для меня новы. Я улыбнулась и обняла его, затем поднялась на носочки и поцеловала своего демона в щёку. — Спасибо, что даришь мне их. — Ты удивительная, Уокер. Я слегка отстранилась от него и удивлённо выгнула бровь. — Это был комплимент, — улыбнулся Люцифер. — Каждый раз, когда я показываю тебе что-то или рассказываю о чём-то, что для меня уже давно потеряло всякий смысл и сделалось привычным, даже бесцветным, ты взрываешься таким буйством эмоций и красок, что я словно сам прозреваю. И вновь учусь видеть красоту в привычных вещах, — он качнул головой, затем поднял взгляд на небо и снова улыбнулся. — Спасибо за это. Не скрывая счастливой улыбки, я прильнула к нему обратно, ещё крепче обняв его за талию. Боже, как же я была счастлива в эту минуту. Так счастлива, что готова была поддаться слезам и начать внезапно страшно переживать за это счастье. Систематически каждое счастливое событие вело за собой неизменный тотальный кризис. — Замёрзла? — Люцифер плотнее обнял меня руками, накрывая обнаженные участки кожи спины и рук своими тёплыми ладонями. — Нет, нет, — я слабо улыбнулась, пытаясь унять дрожь во всём теле. Правда, она была не от холода, а от внезапно сковавшего душу страха за наше будущее. — У тебя, кажется, был особый план? — М-м-м, — он довольно улыбнулся. — В программе лёгкий и приятный аперитив на открытой веранде одного из отелей, с видом на Витториано, затем прогулка до района Трастевере, — перейдём через Тибр по мосту Святого Ангела, — там ужин в местечке, пожалуй, лучшем в современном Риме, чтобы насладиться прелестями средиземноморской кухни. А после ужина поднимемся на холм Джаниколо, чтобы насладиться панорамой Рима в предзакатном солнце. Можем захватить десерты и просекко. Правда, я предпочитаю дижестивы покрепче, но сладкие ликёры не подойдут к местным сладостям. Ну а после этого гастрономического оргазма я бы доставил тебе настоящий, — он усмехнулся и погладил меня по щеке, не сводя глаз с моих губ. — Можем опорочить католическую церковь и сделать это на куполе Собора Святого Петра в Ватикане. — Идеальный план, — кусая губы, я улыбнулась, в мыслях уже рисуя то, чем закончится сегодняшний вечер. — Только вот не припомню такого холма. Как ты сказал? Джаниколо? — Это итальянская интерпретация. Стандартно его название звучит как холм Яникул, в честь древнеримского бога Януса. Мне стало ужасно неловко, потому что единственная ассоциация, пришедшая на ум, была связана с… ох, ну рифма и так понятна. — Ох, Уокер, — вздохнул Люцифер, будто считал за одну секунду всё то, что выдал мой яркий румянец, заливший щёки. — Неспроста же он зовётся богом входов и выходов. — Не понимаю, о чём ты, — я повела плечами и закатила глаза. — Мне даже считывать тебя нет необходимости, чтобы угадать то, что у тебя в голове. — У меня в голове только то, что среди семи римских холмов такого нет, — деликатно переводя фокус внимания на менее пикантную тему, возразила я. — Будешь спорить со мной? — Я не… — Назови семь холмов. Я выпустила его из объятий и скрестила руки на груди. — Решил мне экзамен устроить? — За каждый верно названный холм — по оргазму. «Семь раз?!» — у меня коленки задрожали. — Капитолий, — выпалила я прежде, чем успела оценить свои знания по истории. — Палатин, Авентин… э-э-э… Кри… нет. Квин… — Квиринал. — Точно! Люцифер усмехнулся и сморщил нос, мотнув головой. — Минус один. — Ну, ты!.. — я надула губы и закатила глаза. — Целий! «Чёрт, ещё всего два!» — Сдаёшься? — Джаниколо? — неуверенно протянула я. — Ну нет, — демон расхохотался. — Это была подсказка, так что не засчитано. К тому же, ты была права: среди знаменитой семёрки этот холм не числится. А вот оставшиеся два — да. Он пару секунд в ожидании смотрел мне в глаза, но, поняв, что я не в силах вспомнить шестой и седьмой холмы, улыбнулся и протянул мне свою руку. Я вложила свою ладонь в его, и мы не спеша спустились с небольшого пригорка, который служил, как я поняла, своего рода скрытой от большинства туристов смотровой площадкой, с которой открывался чудесный вид на Колизей. — Виминал и Эсквилин, — бросил Люцифер через плечо, ведя меня за собой сквозь толпу туристов и торговцев. — Я бы их всё равно не вспомнила, — крикнула я ему в спину. «Ну, четыре оргазма тоже неплохо», — отозвался внутренний бухгалтер. Через пару минут мы вышли на широкий проспект, знаменитую Виа деи Фори Империали, и наконец-то поравнялись друг с другом. — У меня дух захватывает, — вполголоса произнесла я, с жадностью охватывая взглядом розовеющее небо, знаменитые итальянские сосны с шапками зелени, снующие туда-сюда машины, вальяжно прогуливающихся туристов и самое главное то, как современная жизнь гармонично вплелась в памятники архитектуры прошлых веков, буквально проросла сквозь неё. — Это ведь потрясающе. Просто потрясающе.

Soundtrack: Poetica — Cesare Cremonini

Гул толпы понемногу затихал, чем дальше от Колизея мы отходили, в воздухе пахло чем-то сладким и свежим, глаза различали миллиарды оттенков цветов, а кожу приятно согревало клонящееся к горизонту солнце. Люцифер продолжал мягко держать меня за руку, ведя в нужном направлении, а я чувствовала себя воздушным шариком, накаченным гелием, и была уверена: если бы он выпустил меня из рук, я бы унеслась высоко-высоко в небо, подгоняемая летним римским ветерком, и растворилась бы в этой сумасшедшей эстетике. — Стой, подожди, — я слегка потянула его за руку, вынуждая остановиться. — Что случилось? Я сделала шаг вперёд, повернулась к своему демону лицом и аккуратно обхватила его лицо своими ладонями, затем встала на носочки и поцеловала его. Люцифер улыбнулся, крепко обнял меня за талию и внезапно резко поднял в воздух, от чего мне пришлось разорвать поцелуй и звонко рассмеяться. Он начал медленно поворачиваться вокруг своей оси, кружа меня в своих объятиях, а я, обняв его за шею, запрокинула голову назад и прикрыла глаза, улыбаясь небу и благодаря его за каждую секунду своей внеземной жизни. — Любовь моя, — прошептал демон, плавно возвращая меня на землю и перенося свои руки с моей талии мне на плечи. Моё сердце сделало сальто в груди и упало куда-то в пятки. — Самая удивительная и потрясающая женщина на всём белом свете. Моя женщина. — Любимый, — я широко улыбнулась и обняла его за плечи. — Сделай меня своей женой. — Непременно, — он поцеловал меня, поглаживая по плечам и спине. — Я сделаю тебя своей королевой. И ты никуда от меня не денешься. — И я никуда от тебя не денусь, — согласно повторила я. — Я серьёзно. Я завоюю трон. — И я поддержу любое твоё решение. Только трона должно быть два. Я не собираюсь ютиться у тебя на коленях или на подлокотнике как какая-нибудь… наложница. — Наложница? — он расхохотался, звучно поцеловал меня в щёку и, перекинув одну руку мне через плечо, повёл нас дальше. — В худшем случае фаворитка. — Отдельный. Трон. — Договорились. В конце концов, какая разница, на чём ты будешь сидеть днём, если мы оба знаем, на чём ты будешь сидеть ночью. — О-о-о! Так ты теперь тоже будешь отпускать похабные шуточки? — я рассмеялась и сплела пальцы своей руки с его, свисающей мне с плеча. — Что значит: тоже будешь? Я перманентно их отпускаю! — оскорблённо воскликнул мой демон. — Ну мы-то оба знаем, что у меня они выходят лучше. Он резко притянул меня к себе за шею, всё той же рукой, которая обнимала меня за плечи, и шутливо укусил за ухо, под мой хохот после поцеловав меня в висок. Нам понадобилось около пятнадцати минут, чтобы дойти до пункта назначения — четырехзвездочного отеля Otivm, находящегося на тихой скромной улочке чуть поодаль Площади Венеции. Внутри было немного прохладно от работающего на полную мощь кондиционера и довольно темно по сравнению с позолотой римских улиц. Нас встретил администратор с открытой дружелюбной улыбкой, и почти сразу же проводил к лифтам. Пара минут на подъём — и мы уже вышли на залитую солнцем открытую террасу отеля. Я сразу же вспомнила, как мы проводили время в компании наших друзей в Барселоне. — Здесь чудесный вид! — перейдя на шёпот, полный восхищения, отметила я, подбежав к перилам. Особенно меня поразил, разумеется вид, открывшийся на памятник Виктору Эммануилу II, — он же Витториано. Казалось, что до него можно дотянуться буквально рукой. — Невероятно! — Присядем? Я кивнула и последовала за Люцифером — мы опустились на небольшой диванчик с низким маленьким столиком перед ним. Официант, блистая улыбкой, подошёл к нам практически сразу. — Вино? Вермут? — Апероль шприц? — с надеждой спросила я. — Вермут, — улыбнулся демон и повернулся к официанту. — Ci porta qualche stuzzichini e anche un paio di Aperol Spritz, per favore. [1] — Avete bisogno di portacenere? Fumate? [2] — Eh…- Люцифер с долей сомнения взглянул на меня, затем прищурил один глаз и мотнул головой. — No, grazie. [3] — Va benissimo, signore, [4] — черканув в блокноте заказ, официант испарился. — Что он у тебя спросил? — сгорая от любопытства, я подсела к нему чуть ближе и закинула ногу на ногу. — Будем ли мы курить. Я отказался. — Надеюсь, не из-за меня? — Нет, просто настроение не то, — он улыбнулся и поцеловал меня в лоб. _________________________________________________ [1] (ит.) Принесите, пожалуйста, поклевать что-нибудь и пару Аперолей шпритц. [2] (ит.) Нужна пепельница? Вы курите? [3] (ит.) Э... Нет, спасибо. [4] (ит.) Отлично, синьор. _________________________________________________ Я глубоко вдохнула и прикрыла глаза, в следующий момент почувствовав, как диванчик покачнулся. Как выяснилось, мы сели на диван-качели, а я и не заметила. Люцифер легонько оттолкнулся ногами от пола, создавая движение. По коже толпами засновали мурашки. — Любопытно, что каждая наша вылазка на землю проходит всегда с разным настроением, — теребя пуговицу его рубашки, проговорила я. — С каким же? — Ну, в Милан мы отправились, когда просто спали вместе. В Барселону — когда начали встречаться, а сейчас… мы планируем пожениться, — я глупо улыбнулась, впервые произнеся это вслух. — Какое ты хочешь кольцо? — Красивое, — я пожала плечами. — Я в этом не разбираюсь. Да и наверное сейчас не лучшее время расхаживать с кольцом на пальце. Если мы пытаемся делать вид, что между нами ничего нет. По крайней мере для твоего отца. Люцифер тяжело вздохнул и поцеловал меня в макушку. Я уже собиралась добавить, что никто не запрещает мне носить кольцо, скажем, на цепочке, на груди, скрытое от всех глаз, но меня тут же больно кольнула другая мысль. «Что значит: кольцо?» — моя внутренняя истеричка пробудилась ото сна. Я ничего не имела против кольца. Но мы не люди. Мы бессмертные существа. То есть понятие «вечность» для нас как нельзя более подходит. А кольцо может потеряться, окислиться, его вообще могут украсть. Почему он не предложил сделать татуировки? «Уокер, ты занимаешься ерундой!» — мысленно отчитала я саму себя, но процесс был запущен. Мне не приходилось сомневаться в том, что Люцифер мог быть против тату — они украшали добрую половину его тела. Может, он считает, это слишком слащавым и глупым? А может, он просто здраво расценивает ситуацию, и понимает, что будучи бессмертными, с вечностью впереди, мы не будем вместе всю жизнь. Я почувствовала, как сердце болезненно ухнуло вниз. Может, и правда. Подумать только: всю жизнь вместе! Я не могла в полной мере даже осознать это. А он мог. Он уже прожил достаточно. — Эй, ты со мной? Я рассеянно захлопала глазами. Нам уже принесли коктейли и закуски: шарики сливочной моцареллы, сочные оливки, горсть чипсов и солёного арахиса. — Да, я немного отвлеклась, — я улыбнулась как ни в чём не бывало и потянулась за своим напитком. — Всё в порядке? — Люцифер размешал апероль трубочкой, искоса поглядывая на меня. — Да. Да, конечно. Всё прекрасно. Я задумчиво сделала первый глоток. Освежающая сладость с горькой ноткой вермута и апельсиновой цедрой — я обожала этот коктейль. На какое-то время мои рецепторы перехватили фокус внимания и сместили его с «вместе навсегда» на «боже, как это вкусно». Люцифер подхватывал шпажкой сыр и оливки, лениво пережёвывая их. В какой-то момент я не выдержала. — Почему ты не предложил сделать парные татуировки? Он поперхнулся и начал откашливаться, стуча себе по груди. Сделал пару больших глотков апероля и посмотрел на меня немного заслезившимися глазами. — Что? — прохрипел демон. — Татуировки. Ты предложил кольцо. Я чувствую, как начинаю себя накручивать, поэтому… — Я не заметил твоей любви к татуировкам. У тебя нет ни одной. — Если я терплю то, как ты мастерски издеваешься надо мной в своём подвале, то пару уколов иглой тоже смогу вытерпеть. Знаешь ли, — я вздёрнула нос и закатила глаза. Люцифер расхохотался. — Можем сделать и тату. — Почему ты сам не предложил? — Да я даже не подумал об этом! — А может быть ты и подумал, просто решил, что это будет чересчур? Что будет, если мы решим вдруг расстаться? — Опять началось. — Нет, я просто пытаюсь трезво оценивать ситуацию. Вероятность есть. Я люблю тебя, но я не могу, — да и ты тоже, — гарантировать, что веков, скажем, через пять наши чувства будут оставаться такими же. И тогда эти татуировки будут выглядеть очень глупо. Особенно, если расставание будет болезненным. — Я понять не могу, ты заранее выдумываешь эти сценарии или на ходу генерируешь? — Мы ведь говорим серьёзно. — Я сделаю тебе татуировку на заднице. Хочешь? — он усмехнулся. Я недовольно цокнула языком. — В чём проблема, я не могу понять? — Нет никакой проблемы. Просто ты привык к вечности, к тому, что не стареешь особо, к смене веков на фоне жизни. А я — нет. И мне хочется… — я запнулась. — Чего тебе хочется? — Это… очень… глупо. — Я не удивлюсь. Я смерила его угрожающим взглядом, от чего Люцифер лишь широко мне улыбнулся. — Мне хочется… уф! Хочется чего-то до боли банального и слащавого, из серии «вместе навсегда» и всё такое. Я знаю, как это звучит, не надо на меня так смотреть. — Ты просто очаровательна. — Я слышу сарказм. — Послушай, — он поставил бокал на столик и мягко повернул моё лицо к себе за подбородок. — Никто никогда не может предугадать будущее безошибочно точно. И мне сейчас меньше всего хочется беспокоиться за то, что будет с нами в этом будущем. Мне достаточно того, что я чувствую сейчас. Разумеется, я не могу гарантировать тебе, что мы будем вместе навсегда, но так вышло, что я однолюб. И мы можем расстаться, это правда. Но я обещаю, что буду любить тебя всегда. И даже если спустя бесконечное множество веков я вдруг пойму, что более не испытываю этого чувства по отношению к тебе, я буду помнить о нём. Я сберегу это чувство в своей памяти, потому что то, что ты делаешь со мной — это чёртово волшебство. Я скинула мюли и, кряхтя, взобралась к нему на колени. Обхватила ладонями его красивое лицо и прошептала, внимательно смотря ему прямо в глаза: — Мой самый лучший, самый-самый лучший, — Люцифер улыбнулся. Улыбнувшись в ответ, я поцеловала его в обе щеки, а затем покрыла, кажется, каждый миллиметр его лица лёгкими поцелуями под тихое игривое посмеивание демона. — Только ты тоже… — произнёс Люцифер, когда я наконец-то закончила его целовать. — Я тоже обещаю, что буду любить… — Нет-нет, — он прервал меня лёгким кивком головы. — Ты попросила меня не делать тебе больно. И я хочу попросить тебя о том же. Ты знаешь… ты уже знаешь, что мне тяжело об этом говорить. И я попрошу об этом лишь раз: не делай мне больно, Уокер. Только не ты. Только не намеренно. Что бы ни произошло. — Я даю тебе своё слово, Люцифер, — я самозабвенно его поцеловала, стремясь выразить в этом поцелуе всю серьёзность своих намерений. Мне стало легче дышать. Правда, я не совсем поняла, почему он прервал моё обещание относительно чувств к нему, но я решила, что не хочу сегодня углубляться в эту тему. Мы просто продолжили целоваться и обниматься, посмеиваясь, запивая всё аперолем и наслаждаясь компанией друг друга. Этого было достаточно. Когда на улице уже порядочно стемнело, и на террасе включили электрическое освещение, мы решили, что наступила пора сменить локацию. К тому же, из-за закусок и алкоголя мне захотелось есть только больше. Мой демон сказал, что для того и придумали эту прекрасную традицию аперитивов — раздразнить аппетит перед грядущим ужином. Всё так же неторопливо мы дошли до Тибра и пересекли реку по знаменитому мосту, мешая туристам нормально фотографироваться и отказываясь от навязчивых торговцев с сувенирами и прочей ерундой. Когда же мы дошли до знаменитого района Трастевере, в первые минуты мне показалось, что мы попали в другой мир: краски здесь были ещё более насыщенными, и гул голосов, доносящихся из ресторанов и баров, мимо которых мы проходили, всё больше отдавал итальянской речью. Дома более низкие, раскрашенные в тёплые оранжевые, жёлтые, тёмно-бежевые цвета, с немного варварскими, но удивительно гармонично смотревшимися на их стенах граффити. Крупная брусчатка под ногами — я похвалила себя за грамотный выбор обуви. Уличные музыканты, художники, фокусники и бескрайнее множество влюблённых парочек. Здесь терялось ощущение торжественности от нахождения поблизости памятников Древнего Рима — здесь Рим был самим собой, с ароматом вина, дыма сигарет и дорогих духов в воздухе; с хозяевами заведений, встречающих своих гостей у входа и потчевавших каждого, кому приходилось выстаивать длинную очередь, домашним вином; с характерным римским диалектом его жителей — звуки чётче, громче, с большим акцентом на гласные и, разумеется, с широкой улыбкой. Мне понравился Милан. И очень отозвалась в душе Флоренция. Но Рим… Я, кажется, влюбилась. Миновав очередь у входа в один из местных ресторанчиков, мы вошли внутрь, и Люцифер практически сразу отпустил мою руку, чтобы поприветствовать хозяина. Он был маленького роста, но крепкого телосложения, с густой щетиной на лице и смеющимися глазами. Стоило моему демону свистнуть в его сторону и широко улыбнуться, махнув рукой, как тот, прищурившись, медленно подошёл к нам и сграбастал Люцифера в такие крепкие объятия, что я невольно вздрогнула от неожиданности, а пепел с его сигареты неудачно шмякнулся на голову одного из посетителей. Впрочем, кажется, никто этого не заметил. — Ma tu! Ehhh, figlio di puttana, dove cazzo sei stato?! [1] — Vecchio ciccione, — расхохотался Люцифер, хлопая мужчину по спине. — Ancora fumi come una ciminiera? [2] — Ma vaffanculo! — итальянец взмахнул рукой и рассмеялся. — Dimmi come va la vita? Sempre giovane, sempre donnaiolo! [3] — Ma dai, oggi sono con la mia fidanzata. [4] — FIDANZATA?! Oh! [5] — итальянец забегал глазами по залу и наконец-то наткнулся на меня. _________________________________________________ [1] (ит.) Ах ты! Э-э-эх, распиздяй! Где, мать твою, ты пропадал?! [2] (ит.) Старый пузан... Всё ещё дымишь как паровоз? [3] (ит.) Да иди в жопу!.. Расскажи, как поживаешь? Всё так же молод, всё такой же бабник! [4] (ит.) Да ладно тебе, сегодня я со своей невестой. [5] (ит.) С НЕВЕСТОЙ?! Оу! _________________________________________________ Я неловко улыбнулась. Слово «fidanzata» я уж точно понимала. — E 'sti cazzi, ma guardala! Che bella che sei! [6] — он протянул мне свою руку. Я с опаской протянула ему свою. — Signorina, Alfredo — molto piacere! Ma che bella! [7] — Piacere, Alfredo. Mi chiamo Victoria, [8] — коверкая итальянское произношение, произнесла я. — Ma che cazzo stiamo facendo qui in piedi?! Andiamo! [9] _________________________________________________ [6] (ит.) Охренеть! Да ты посмотри на неё! Какая ты красавица! [7] (ит.) Синьорина, Альфредо — очень приятно познакомиться! Какая же красотка! [8] (ит.) Взаимно, Альфредо. Меня зовут Виктория. [9] (ит.) Да и какого члена мы здесь стоим?! Пойдёмте! _________________________________________________ Зацеловав мне всю руку, Альфредо, махнул нам и повёл нас вглубь зала. Люцифер, всё ещё улыбаясь, обнял меня за плечи. Табличка «riservato» исчезла со столика, мы сели друг напротив друга, а громкий итальянец тут же скомандовал своему персоналу принять у нас заказ. — Это твой друг? — Оказал ему услугу пару лет назад, — многозначительно улыбнулся демон. — И что была за услуга? — Этот ресторан. — Вот так просто? — Нет, конечно, я был на задании с одной Непризнанной. У Альфредо почти не оставалось денег, чтобы прокормить семью. И нужно было либо отговорить его от идеи с бизнесом, чтобы позаботиться о четырёх голодных ртах, либо наоборот подстегнуть в нём предпринимательскую жилку. Как видишь, Непризнанная не справилась. — У тебя хобби — наказывать Непризнанных? — У меня хобби — наказывать тебя. Я смущённо потупила взгляд в пол. — Не строй из себя недотрогу, — ухмыльнулся демон. — Я и не строю. Скинув обувь с одной ноги и убедившись, что скатерти на столах достаточно длинные, я вытянула её и задела ребром стопы колено Люцифера. А когда поняла, что нащупала всё правильно, подняла её выше, коснувшись пальцами его паха. — Так до ужина может и не дойти. — Почему это? — продолжая водить подушечками стопы по его промежности, я состроила удивлённую гримасу. — Потому что я тебя… Я испуганно опустила ногу, когда к нам подошёл официант с меню. Люцифер тоже запнулся на полуслове, но, как только нас оставили наедине, очень двусмысленно улыбнулся мне и молча начал просматривать меню. Я решила дать нам поужинать спокойно, поэтому ноги впредь держала при себе. Впрочем, я ничего не говорила о руках. — А ты не можешь сесть рядом? Люцифер сидел на стуле, тогда как я — на мягком кожаном диванчике, спиной к стене. Он пожал плечами и пересел, всё ещё продолжая изучать меню. Пора действовать. — Всё так вкусно звучит, — уткнув нос в меню, пробормотала я. — Так и просится в рот, — на этих словах я опустила свою ладонь ему между ног, от чего мой демон даже немного подпрыгнул на месте. — Уокер… — Я думаю, взять пасту. Только не могу определиться с выбором вида. Меню дублировалось и на английском, поэтому я без труда поняла, что в этом заведении пасту делают вручную, и можно заказать к любому блюду любой вид, начиная от моих любимых фарфалле, заканчивая классическими спагетти. — Ну ладно, давай поиграем, — Люцифер накрыл мою ладонь своей и улыбнулся. — Не понимаю, какие тут игры. Я очень голодна, — я чуть сжала его пах рукой. — Выбирай пичи. — Что это? Никогда не слышала. — Это длинная и толстая паста. — Звучит вкусно. — Попрошу добавить тебе побольше соуса. Я подавила улыбку и чуть сильнее надавила на его промежность. Люцифер тихо засмеялся. — Ты определилась? — он кивнул на возвращающегося официанта. — Да, пожалуй, пасту с мясным рагу. Пичи. И какой-нибудь салат. — Вино? — На твой вкус. Подгадав момент, когда официант будет уже почти у нашего столика, и мой демон не будет ждать подвоха, я повернулась к нему и поцеловала его в шею. Медленно, проведя кончиком языка, прикусив кожу, словно бы целовала его в губы. И тут же отстранилась, оставив еле различимый след от укуса. Он втянул воздух сквозь сомкнутые зубы и чуть прикрыл глаза. Ах да, у него встал. Я была очень довольна собой. Сделав заказ, Люцифер вернул всё своё внимание ко мне, почти сразу же накинувшись на мои губы. Я тихонько простонала в поцелуе, убрав руку с его паха и обняв его за плечи, второй нырнув под ворот рубашки, начав слегка царапать кожу груди и шеи. Демон в свою очередь обнял меня за талию, а второй рукой задрал мне юбку платья почти до самого основания бедра, начав ласково гладить по коленке. Мы так увлеклись, что время ожидания заказа пролетело в один миг. Когда же официант, пряча ухмылку, вернулся и начал расставлять приборы с бокалами и открывать вино, я уже была до такой степени возбуждена, что готова была послать ужин к чертям. Но ещё больше мне хотелось растянуть это состояние возбуждения, балансирования на грани. Мы редко оказывались вместе на людях, обычно почти сразу же переходя к сексу, будучи наедине. Сейчас же нам выпала редкая удача подразнить друг друга и распалиться в полную меру. Почему бы ей не воспользоваться? — Тайм-аут, — запыхавшись, я поправила волосы и потёрла шею. Губы ныли от поцелуев, и мне казалось, что всё тело горит. — Как скажешь, — довольно усмехаясь, Люцифер поцеловал меня в плечо, задев бретельку платья, от чего та немедленно слетела вниз, чуть не оголив мою грудь. — Ну перестань, — я захихикала и попробовала вернуть бретельку обратно, но он меня остановил. — Оставь. Так ты выглядишь ещё лучше. — Я выгляжу сейчас чересчур раскованно. — В раскованности нет понятия чересчур. Расслабленная сексуальность тебе так к лицу, малышка, — он ещё раз коснулся губами моего плеча, от чего мурашки разбежались по всей коже. Нам принесли наш заказ, и, чтобы более не провоцировать ни его, ни себя, я накинулась на еду. — Если бы я не была с тобой знакома, я бы смело заявила, что эта паста лучше секса, — сама не заметив, как я проглотила половину тарелки, я блаженно закатила глаза. — До сих пор удивляюсь, как с твоим либидо можно было оставаться такой святошей при жизни, — запивая свой стейк с кровью вином, заметил демон. — Я и не была святошей, просто я не могла найти себе ровню. Мужчины либо пугались моего напора и убегали, либо вешали ярлык нимфоманки, заявляя, что я помешанная на сексе. В конце концов, я сделала выбор в пользу того, чтобы не делиться ни с кем своими истинными желаниями и потребностями, утоляя их самостоятельно в своей спальне. — Большие счета за электричество, наверное, были. Я засмеялась и стукнула его в плечо. — Меня ты поразила с самого начала. — С первой встречи? — С того момента, когда отец выбрал для тебя уровень вожделения. Я был удивлён, потому что был уверен, что ты не выдержишь. И первое время ты подкрепляла мои мысли своим поведением. Вся такая серьёзная, — он нахмурил брови и надул губы, якобы меня изображая. «Дуралей», — пронеслось в голове. — Это называется ответственность. — Нет, ты просто хотела казаться всем правильной. Хорошей девочкой Вики Уокер, дочерью серафима. Ты ведь хотела стать ангелом, признайся? Я доела салат и потянулась за вином. — Не могу ответить однозначно. У меня в друзьях были и те, и другие. Поэтому я и отправилась в Лабиринт, а затем и к твоему отцу — я хотела понять себя и выбрать правильный путь. — Жалеешь? — Думаешь, мы бы стали общаться, если бы не тот случай? — Ну, если бы ты напилась на какой-нибудь вечеринке и приоткрыла ту свою сторону, которая по-настоящему тебя характеризует, я бы непременно обратил на тебя внимание. — Оййй, — я закатила глаза. — Сомневаешься? — Вспомни, как долго ты ломался перед тем, как мы наконец-то переспали. — Люблю долгие прелюдии. — Да-да, конечно, рассказывай мне тут. Ты меня тогда очень бесил. — Да я просто понять тебя не мог. Ты зарекомендовала себя как прилежная ученица и краснела как девственница, когда я спросил тебя о твоём лучшем сексе. А буквально через пару дней уже умоляла тебя трахнуть. У меня столкнулись все временно-пространственные континуумы. — Как я тебя, а? — я рассмеялась и поцеловала его в щёку. Мы продолжили ужинать, делясь впечатлениями о нас прошлых, смеясь, целуясь и обнимаясь. А когда все блюда были съедены, Люцифер потянул меня к бару. Заляпав всё стекло витрины, тыкая в него пальцем и указывая, какие сладости я хотела бы попробовать, в то время, как мой демон делился впечатлениями об ужине со своим другом, я довольно облизнулась, когда нам упаковали десерты, и мы вдвоём покинули ресторанчик с недопитой бутылкой белого вина. Теперь на улице было уже совершенно темно, и атмосфера от этого становилась ещё более романтичной и интимной. В одной руке я держала коробку со сладостями, вторая покоилась в тёплой ладони Люцифера, пока мы петляли по римским улочкам. До холма Джаниколо пришлось добираться довольно долго, и подъём был особенно в тягость. Пока Люцифер шутил насчёт сожжённых калорий от ужина, я, запыхавшись, карабкалась за ним в гору, не понимая, почему нельзя было просто перенестись сразу на вершину. Однако вид, который нам открылся, стоил каждого усилия. По сути это был парк, в конце которого находилась смотровая площадка. Воздух был таким тёплым, прогретым солнцем, наполненным ароматами мандаринов, росших на деревьях по периметру парка, розовых кустов и немного отдавал хвоей. С площадки открывался панорамный вид на город — весь Рим как на ладони. Мне казалось, что я попала в сказку. И пусть под покровом ночи сложно было различить всю палитру красок этого города, я была в восторге. Из восторженного гипноза меня вывел щелчок пальцев. Я опустила взгляд и увидела, как Люцифер накрывает участок травы пледом, бросая на него два бокала, прихваченные из ресторана. — Здесь безумно красиво, — опустившись на плед, я поджала под себя ноги и отложила коробку с десертами. — В этом вся прелесть этого города — он открывается тебе неожиданно, порой совсем не в туристических местах. Я бы даже сказал, чаще всего. — Ты часто здесь бываешь? — Я редко стал спускаться на землю. По крайней мере по своей прихоти. И уже почти забыл, как здесь может быть красиво. — Послушай, я думала об этом… — я проследила, как он наполнил один бокал вином и протянул его мне. — О том, чтобы спуститься на землю. То есть… навсегда. — Я думал, ты не жалеешь ни о чём, — он замер, так и не налив вина себе, посмотрел на меня немного напряжённо, словно я застала его врасплох. — Я и не жалею. Я говорю о том, чтобы спуститься вместе, — открыв коробку с десертами, я взяла первый попавшийся. Хрустящую трубочку теста, наполненную нежнейшей начинкой из сливочного сыра. Пудра, которой была обсыпана трубочка, сразу же облепила пальцы и губы. — Из всех зол это наилучшее. Ну то есть… наименьшее. — Я хочу стать Повелителем ада. — Точно хочешь? — в два укуса разобравшись с трубочкой, я сделала большой глоток вина. — Или просто не задумываешься о других вариантах? Люцифер достал из коробки пирожное, по внешнему виду напоминающее ракушку. — И что бы мы стали делать здесь? — Просто жить. Как люди. — Я не человек, Вики. — Ладно, я не настаиваю, просто рассматриваю все варианты. Что, если победить Дьявола не удастся? Что, если это чересчур большой риск? — И ты предлагаешь мне трусливо сбежать на землю? — Трусливо? — я слизала с пальцев всю сахарную пудру и удивлённо уставилась на демона. — Кто тебя осудит? — Я сам себя осужу. — Не будь так категоричен. — И ты была бы готова отказаться от перспектив вечной жизни? От крыльев? От друзей? — Я бы от многого отказалась ради тебя. Он улыбнулся и закинул «ракушку» себе в рот целиком. — Не пойми меня неправильно: мне нравится то, кем я являюсь. И то, где мы живём. И я правда поддерживаю тебя в стремлении занять трон и разобраться с отцом, просто… вдруг мы замахнулись на планку, которая нам не по зубам? — Кто ты? И что ты сделала с моей Уокер? — улыбнулся Люцифер. — Твоя Уокер на месте. Я просто переживаю. Немного. — Ещё год назад я бы ни за что на свете не решился на то, на что ты вдохновляешь меня сегодня. Честно? — он взял такую же трубочку, что и я парой минут назад. — Я стал больше себя уважать с тех пор. Не лишай меня этого. — Ладно, — я улыбнулась и взяла себе ломтик бискотти с фисташками. — Тогда просто пообещай, что мы почаще будем спускаться на землю. — Я покажу тебе весь мир, если ты захочешь. — Захочу, — я нагнулась и поцеловала его, слизывая с его губ сахарную пудру. — И ещё рассказывай мне побольше всяких интересных фактов из истории. Мне нравится тебя слушать. — Так недалеко и до ролевой «учитель — ученица». Я сразу вспыхнула как спичка. Как ему удавалось одним словом или жестом так влиять на моё настроение? — Кажется, я попал в яблочко, — хитро улыбнулся мой демон. — Надо будет сделать это в школе. — В кабинете. — Да. И чтобы ты был очень серьёзный. — Отшлёпаю тебя указкой за плохую подготовку к экзамену. — Буду вымаливать себе хорошую оценку на коленях. — Я запомню. — Запомни. — Моя маленькая извращенка, — посмеиваясь, он поцеловал меня и снова спустил мне бретельку платья с плеча, после чего перебрался с поцелуями мне на шею.

Soundtrack: Hold on, We’re Going Home — Mando Diao

После такого обилия гастрономических изысков и совершенно необыкновенной красоты итальянской столицы, я была вовсе не прочь завершить вечер тем, на что так явно намекали поцелуи в шею, от которых у меня всё внутри замирало и переворачивалось. Тихонько постанывая от его горячих губ и языка, я прикрыла глаза и довольно улыбнулась, когда Люцифер всё-таки обнажил одну мою грудь, начав массировать её ладонью. Мы были не одни, в парке были люди, но нам удалось сесть поодаль ото всех, и под покровом ночи различить то, чем мы были заняты, не представлялось возможным. Хотя мне было бы плевать, даже если бы нас и заметили. Я была так расслаблена и довольна жизнью, что не видела ничего постыдного в том, чтобы отдаться моему любимому прямо там, в людном парке, с самой захватывающей панорамой самого чарующего города. С моим самым лучшим. — Ох, Люци… — я вся покрылась мурашками, когда он начал задирать юбку платья и ласково поглаживать внутреннюю сторону бедра. — Да, малышка, — его пальцы добрались до ткани трусиков и начали аккуратно пробегаться по моим половым губам, задевая клитор. — Я хочу тебя… — выдохнула я, ловя его губы. — Я так хочу тебя прямо сейчас… — Не здесь, красотка, — он оторвался от меня и опустил голову, в противовес своим словам захватив сосок оголённой груди губами. — Но я не могу от тебя оторваться. — И не… нужно… — я задержала дыхание, откидывая голову назад. — Хочешь, чтобы тебя слышал весь Рим? — он усмехнулся, сдвигая влажную ткань трусиков в сторону и касаясь горячей кожи пальцами. — Да и плевать… — Не хочу делить твои стоны с кем-либо ещё, — он отрывисто поцеловал меня в губы и резко дёрнул юбку платья вниз. — Пойдём отсюда, — Люцифер поднялся и протянул мне руку. — Кайфоломщик, — разочарованно выдохнула я, поднимаясь с его помощью. — Обещаю, ты не пожалеешь о смене локации. Он щёлкнул пальцами, и плед с пустой бутылкой из-под вина, бокалами и недоеденными сладостями, испарился. Я поправила верх платья и откинула волосы за спину. Держась за руки, мы направились к выходу из парка, подгоняемые не то собственным желанием, не то косыми взглядами других отдыхающих. Кажется, наши шалости не остались незамеченными? Шепфа, какое чудесное чувство, когда тебе плевать на мнение окружающих! Возвращаться было намного проще — мы разогнались и бегом неслись вниз с холма, хохоча как дети. На одном из крутых поворотов я чуть не подвернула ногу, но он успел меня поймать. Притянул к себе и обнял, вновь целуя так ненасытно и горячо, словно каждая секунда была на счету. Я обняла его за плечи и закатила глаза от удовольствия, когда его руки легли мне на задницу. То ли пошатываясь, то ли покачиваясь, мы неуклюже двигались к концу спуска, утопая в друг друге, этих крышесносных поцелуях и страстных объятиях. Сердце стучало так громко и счастливо, что я в который раз за этот день искренне поблагодарила небеса за то, что я жива. Боже, я жила так, как не жила никогда, чувствовала себя так легко и хорошо! Я была преисполнена любви и нежности, и готова была поделиться ей с целым миром. А мой целый мир уже был рядом, согласно принимал всё это и дарил мне ещё больше в ответ. Мне хотелось кричать о своей любви на весь Рим, и от чего-то я была уверена, что сотни влюблённых пар вторят мне в ответ. Потрясающий город. — О! О-о-о! — воскликнула я, чем вызвала ступор у демона, который уже явно не планировал останавливаться. — Там! — я ткнула пальцем в сторону. — Эта! Как она называется? — Что? — он непонимающе улыбнулся. — Пойдём! — я потащила его в нужном направлении, заметив ещё издалека неоновую вывеску, украшающую фотокабину. — Ты серьёзно? — Люцифер рассмеялся, дёрнув меня за руку. — Очень хочется! Ну пожалуйста! — я умоляюще сложила ладони и для усиления эффекта захлопала ресницами. — Я хочу запечатлеть этот день навсегда. — И это я кайфоломщик, — шутливо закатив глаза и вздохнув, Люцифер всё-таки кивнул, за что я отблагодарила его, — как он выражался, — дельфиньим визгом и быстрым поцелуем в щёку. — Пойдём! Пойдём! Я добежала до фотокабины быстрее и нетерпеливо затопала ногой, ожидая, когда он меня догонит. Места в кабине было мало, поэтому, недолго думая, я пихнула демона внутрь, а сама уселась ему на колени. — Так! — я довольно потёрла руки. — Что нужно делать? — Вставить, — он сделал многозначительную паузу. — Деньги. — Давай! Давай-давай! Смеясь над моей немного эйфорической реакцией на такую простую вещь как совместные фото, он щёлкнул пальцами и закинул в щель для монет пару евро. Всё загудело. Я попыталась вернуть лицу хоть какое-то подобие макияжа, но это было бесполезно: своими поцелуями он съел всю помаду и румяна. — Улыбнись только, прошу! Я обняла его за шею, сев боком и всмотрелась в камеру, позируя с улыбкой на лице. Но краем глаза заметила, что мой демон оскалился так, будто был на осмотре у стоматолога. — Улыбнись, а не зубы покажи! — Сейчас я тебе покажу! Я не успела ничего сообразить, как он принялся меня щекотать. Взвизгнув от щекотки, я быстро повернулась к нему спиной, стараясь увернуться от ловких пальцев, и согнулась пополам от смеха как раз в момент, когда щёлкнул затвор камеры. — Люцифер! Прекрати! — хохоча, я нашла в себе силы выпрямиться и дёрнула его за нос. Камера щёлкнула второй раз. — Всё-всё, ладно, — он остановился и, сам посмеиваясь, поцеловал меня в плечо, откидывая волосы на другую сторону. Новый щелчок. — Можно хоть одно нормальное фото? — Всё. Серьёзность. Я откашлялась и, поправив бретельки платья, выпрямилась, смотря в камеру. И ровно в момент щелчка этот засранец внезапно высунул язык и лизнул мою щёку! — Люцифер! — я прыснула со смеха, обхватила его шею рукой, зажав её, и начала кулаком быстро-быстро натирать ему макушку. — Ауч! Больно же! — Пошути мне ещё так! — выпустив его из хватки, я ткнула ему в лицо указательным пальцем. Щелкнул затвор. Он успел укусить меня за палец. — Я тебе жопу отстрелю! Он так громогласно и заливисто расхохотался от моей угрозы, что я на мгновенье даже растерялась и сама заулыбалась, наслаждаясь его открытой расслабленной улыбкой. Новый и последний кадр был сделан.

Soundtrack: Venere e Marte — Takagi & Ketra, Marco Mengoni, Frah Quintale

Свет потух, и спустя пару минут автомат выдал нам ленту маленьких прямоугольных фотографий. Я взяла фото в руки и начала всматриваться в них, но Люцифер похлопал меня по бедру, подсказывая мне, что пора выбираться. Мы вышли, и не успела я определить, где находится ближайший фонарь, чтобы рассмотреть фотографии, как он резко вырвал их у меня из рук, распустил крылья и взмыл в воздух. Меня чуть с ног не снесло от воздушной волны. — Давай, Уокер! — рассмеялся Люцифер. Я рассерженно топнула ногой и взмыла за ним следом. — А ну верни! — Догоняй! — Стой! Он так быстро разогнался и поднялся на такую высоту, что мне стало даже немного страшно. Я никогда не летала в земном мире — только в воронках и на небесах. Но желание заполучить фото было сильнее страха. — Отдай! Я почти догнала его, когда демон резко спикировал вниз, вновь оставив меня с носом. Сначала я дико разозлилась, но потом вдруг отвлеклась на панораму города. По коже прокрался неимоверно приятный холодок, когда я поняла, что парю над Римом, освещённым миллионом огней. Мы были достаточно высоко, чтобы нас никто не заметил, поэтому даже когда мои мюли соскользнули с ног, я не особо испугалась. — Я же говорил, — прошептал Люцифер, оказавшись рядом и смотря, как и я, на ночной город. — Я держусь на собственных крыльях на сумасшедшей высоте с демоном, которому тысячи лет. Но почему-то волшебством мне кажется именно то, что я вижу, — зачарованно произнесла я. — Да, мне тоже. Я взглянула на него, осознав, что он смотрел вовсе не на Рим. Он смотрел на меня. — Поцелуй меня. Люцифер мотнул головой, усмехнувшись, затем приблизился и, обхватив мою голову руками, исполнил мою просьбу. Я почувствовала, как сквозь полуопущенные ресницы выступают слёзы — я не могла более сдерживать эти эмоции, приказывая себе не превращаться в чересчур сентиментальную барышню. Да к чёрту всё! Я была сентиментальной и мне хотелось ей быть! — Ты что, плачешь? — Не обращай, пожалуйста, внимания. — Что, опять очень хочется? — он засмеялся и смахнул большими пальцами слёзы с моих щёк. — Замолчи, — я прильнула к нему ещё ближе, вновь целуя его, прижимаясь так близко, как только могла. Он послушался. Обнял меня за талию крепко-крепко, возрождая то настроение поцелуев, которое было ещё в парке. — До Ватикана лететь пару минут. — К чёрту католическую церковь, — я подняла юбку платья и быстро стянула с себя трусики, швырнув их в неизвестном направлении. — Ох, ну придётся тогда оросить священную римскую землю своим семенем — в воздухе надевать презерватив не очень-то удобно. Я рассмеялась, потянувшись к его ремню. — Почти как манна небесная. — Уокер, ты за последнюю минуту успела оскорбить всех верующих так, как никто другой. — Я у тебя такая грешница, — многозначительно усмехнувшись, я расстегнула ремень и ширинку его брюк. — Я люблю тебя, — неожиданно выдохнул Люцифер, всматриваясь в мои глаза. Затем снова притянул меня к себе, подхватил за бёдра, закидывая ноги на свою талию и, придерживая меня за спину, опустил на свой член. Порыв ветра унёс мой протяжный стон и разметал его над всем городом. Я захихикала, прикрыв глаза и сделала глубокий вдох, наполняя лёгкие колючим холодным римским ветром. Мы буквально повисли в небе, через раз взмахивая крыльями, чтобы продолжать удерживаться в воздухе. Люцифер, задавал ритм, управляя моими бёдрами — я лишь согласно поддавалась. Прижала его голову к своей груди, зарываясь пальцами в волосы, и постанывала ему на ухо вперемешку со всем романтическим бредом, который только приходил мне в голову и срывался с языка. Крылья начинали ныть, ступни — мерзнуть, как и плечи с грудью. Единственное, что согревало, так это его горячие поцелуи и медленные проникновенные толчки. Я вдыхала его запах, смешанный с римским ветром, целовала в виски, скулы, шею и чувствовала, как от такого обилия эмоций меня вот-вот могло разорвать на части. Романтика всего сегодняшнего дня, его признания, комплименты, красота Рима, вкусная еда и вино, разговоры обо всём на свете и обещания любить друг друга — всё это стало мощнейшим катализатором. Несмотря на ноющую спину и крылья, замерзшие части тела и страх падения, я кончила, затрясшись всем телом, обмякнув в его руках. Люциферу понадобилось чуть больше времени. — Это было сложновато, — смеясь, он подтянул штаны и застегнул ширинку, выпустив меня из объятий. — И холодно. — И спина теперь болит. — Больше так не будем. — Точно. — Но мне всё равно понравилось. Хоть ты и обещал по оргазму на каждый верно названный холм. — Я с тобой ещё не закончил, — он шлёпнул меня по заднице и быстро призвал водоворот, игриво усмехаясь. Довольно хихикая, я нырнула в воронку за ним следом. Мы приземлились в его спальне, и я передёрнула плечами от смены температуры — здесь было намного теплее. — В душ? Согреемся, — он тут же притянул меня к себе и начал растирать мои озябшие плечи с руками. — Да, только я бы выпила таблетку на всякий случай. Иди, я сейчас, — я чмокнула его в губы и подтолкнула его в ванную. Я чувствовала приятную усталость во всём теле, хмельная улыбка не сходила с лица, но заканчивать так быстро такой потрясающий день мне не хотелось. Хотя бы ещё разочек! Люцифер начал на ходу раздеваться, направившись в ванную, а я подошла к тумбочке в поисках пузырька с таблетками. «Да где же они!» Из ванной послышался звук льющейся воды и призывное «ты скоро?», а пузырька всё не было. — Иду! — крикнула я в ответ. — Маленький засранец, да где же… Ага! Есть! — я победоносно усмехнулась, сжимая склянку в руках. Достала одну таблетку, быстро проглотила её и уже начала снимать платье, как услышала стук в дверь. Было уже поздно для посетителей. Я замешкалась, не зная, стоит ли сказать о стуке Люциферу. Забарабанили ещё громче. Я раздражённо поправила платье и прошлёпала босиком ко входной двери. На пороге опять стоял Вистан. — Не поздновато ли для визитов? — Простите, мисс. Я приходил раньше — вас не было. Нигде. Даже в школе. — Да, я… мы… короче, что ты хотел? — Это вам, — он протянул мне маленький конвертик. Сердце сжалось от страха, я тяжело сглотнула. Такие же конверты я получала с именами О’Льюиса и Клиган. — Доброй ночи. Вистан кивнул, щёлкнул каблуками и исчез с порога. Я медленно закрыла дверь, гипнотизируя конверт. День был слишком хорош, чтобы портить его именем новой жертвы. «С другой стороны, чем быстрее я узнаю, кто это, тем легче станет. Люцифер расправится с этим, и мы сможем хоть каждый день спускаться на землю!» Набравшись храбрости, я нахмурила брови и вскрыла послание. Трясущимися пальцами достала прямоугольник с именем, прочла его. И рассмеялась. Мир разлетелся вдребезги за одну секунду. — Ты там уснула что-ли? — донесся до меня голос демона. Он вышел из ванной, опоясав бёдра полотенцем. С него ручьём стекала вода. — Ты чего? Я медленно подняла голову и смяла конверт с запиской в руке. — Что случилось? — Он тут же изменился в лице. — Я переночую у Мими. — Что? — Поговорим завтра. Не дав ни ему, ни себе времени на размышления, я быстро коснулась его горячей щеки холодными, побледневшими губами и выбежала из его апартаментов. Неслась в школу на всех парах, молясь про себя, чтобы он не стал меня преследовать. Когда лёгкие вновь наполнились ночной прохладой, а ноги коснулись влажной травы, я упала на колени и расправила смятую записку. Ещё и ещё раз прошлась по ней взглядом, надеясь, что глаза меня подводят. Но нет. Мягким округлым почерком, как и два раза прежде, на твёрдом бумажном прямоугольнике чёрными чернилами было выведено имя того, кто был мне дороже всех. Имя моего самого лучшего демона. Имя сына Сатаны.