Почему любовь к тебе должна быть самым большим риском, который я брала на себя?

      Теплый моросящий дождь приятно тарабанит по крышам зданий, мимо которых я проходила, от чего, закрыв глаза, я отдаюсь воспоминаниям. Я скучаю по жизни на Земле, хотя мне нельзя, запрещено это делать. Пакет с порошком, навсегда стирающий всякие воспоминания о человеческой жизни, все еще валяется где-то в углу за кроватью. Мне запрещено даже думать о своей людской жизни, иначе за это снова последует наказание. Это было первое наказание в жизни непризнанной Уокер, ведь обычно я беспрекословно слушаюсь и никогда не нарушаю запреты, но однажды все-таки заглянула на крыльцо своего бывшего дома на Паркен-стрит. Увидела отца за плотными белыми шторками на кухне и не более, но учителя посчитали, что это уже веский повод для моего наказания и следующий день я была вынуждена изучать писания в старой и пыльной библиотеке школы. Это было первое и, пожалуй, единственное нарушение правил. Неужели этот малейший проступок тоже смог повлиять на мое обращение в ангела?...       Сейчас, будучи на задании, будучи промокшей под теплым осенним дождем, я не могу не думать о том, насколько мне не хватает своей жизни на Земле. Моя память должна была обрывать подобные порывы, но этого до сих пор не произошло, потому что я выкинула порошок в тайне ото всех... Ох, Вики, оказывается, правил я нарушила не так и мало.       Помню все до мельчайших подробностей: выходные вместе с отцом, в которые мы обязательно ездили на пикники или, если был дождь, оставались дома и смотрели какую-нибудь комедию. Помню то, как еще будучи просто человеком, вместе с друзьями мы гуляли, ловили приятное тепло на коже от палящего солнца, не думали о проблемах, помимо экзаменов и защиты диплома. Раньше я не любила дождь, но если бы знала, что вскоре после смерти стану непризнанной Вики, которой больше не посчастливиться чувствовать капли дождя хотя бы раз в неделю, я бы, очевидно, думала по-другому. Сейчас я бессмысленно слонялась на Земле после выполнения задания. Мне не хотелось возвращаться наверх. Я проходила мимо витрин магазинов и грустно улыбалась, невзирая на то, что промокла почти с ног до головы, а мое душевное состояние давно скомкалось в кучу и лежало тяжелым грузом в груди. В отражении витрины я вижу худощавую женщину средних лет с огромными синяками под глазами и измученным видом, и лишь серые, плавно переходящие в голубые, глаза напоминали о том, что это я — Вики, и я всего лишь на задании. Смотрю на них, замедляя свой шаг, и не вижу в себе той самой девушки, которая старалась не нарушать запреты, которая была копией своей матери, когда та еще была непризнанной. Смотрю в небесно-голубые глаза и вижу ту, что испортила себя, запустив сгусток темноты.       Водоворот, появившийся в небе совсем невовремя, заставил меня отвернуться от своего отражения и покорно подойти к нему, чтобы вернуться в школу.       — Ты задержалась, — ангел Фенцио, сложа руки на груди, стоял на против меня и пепелил своим рассерженным видом. А ангел ли он на самом деле?       — Задание было сложным, — стараюсь произносить слова мягко, чтобы не счел за дерзость, но с тем, что творилось на душе, было сложно бороться. Надоело бояться ляпнуть глупость, надоело бояться и сдерживаться. Едва ли теперь имеет смысл терпеть все это...       Фенцио не всегда был так строг со мной. Когда он понял, что я сближаюсь с Дино, он, конечно, не был в восторге, но учитывая тот факт, что я вот-вот должна была стать ангелом, он смирился с нашими встречами и тесным общением. Конечно, он контролировал нас, чтобы мы не наделали глупостей, но Дино и сам неплохо справлялся. А теперь, видя мои серые крылья за спиной, он не стеснялся подначивать меня и упрекать в содеянном, хотя даже не знает, в чем дело. Думаю, в глубине души своей он рад, что меня и его сына больше не связывает ничего и никогда не будет связывать. «Дино!» — вдруг промелькнуло в моей голове. Мне же еще предстоит серьезный разговор с ним, а мне до дрожи в коленях страшно представить его реакцию.       — Для тебя не должно быть сложных заданий, Уокер, — Фенцио выплюнул это с каким-то свойственным только ему пренебрежением и тут же развернулся от меня, уже собирался уходить, бросив меня со своей пустотой внутри.       — А по-моему, — возразила я, — я имею и всегда имела права на ошибки.       Учитель развернулся и еще более сердито взглянул на меня. Сдвинул брови и подошел ближе.       — Ты уже допустила свою главную ошибку, — сказал учитель, переведя взгляд на серые крылья за моей спиной, а затем скрылся за дверьми собственного кабинета.       И я ведь знаю, что он прав, в курсе. Я кивнула самой себе и пошла прочь. Проходя мимо величественных колонн, я рассматривала фрески, изображающие историю нашей школы. Помню, когда Мисселина показывала их нам, помню, как она рассказывала о появлении ада, рая и земли, помню, как рассказывала о Шепфе, а я в то время представляла себя ангелом, точнее, мечтала, что когда-нибудь им стану. Слегка прикоснувшись к стенам, я словно вновь проживала те моменты.       — Вики, привет, — Мими встретила меня в дверях нашей комнаты, приветственно распахнула их и прошла вглубь, но сама девушка не излучила прежней радости, в глазах читались нотки сочувствия, — как ты?       — Ты уже в курсе? — я плотно закрыла дверь и тут же плюхнулась на кровать, — а Дино тоже...       — Знает, да... — демонесса присела рядом со мной, все так же сочувственно смотря на меня и не решаясь продолжить разговор, — но не твоя же вина, что ты не обратилась в ангела! — Мими старалась внушить мне слова поддержки, но она ведь не знала, что виновата как раз я, никто иной, — я знаю, нет, я даже уверена, что Дино не станет сердиться.       Я промолчала, прикрыв глаза, которые больше не выражали ничего, кроме боли. Не хотела никого видеть. Не хочу быть ни ангелом, ни демоном, ни непризнанной. Хочу оказаться на Земле и прожить свою человеческую жизнь. Хочу забыть упреки собственной матери серафима, хочу вернуться в тот момент, в кабинет Геральда, и отказаться от собственных слов.       — Что конкретно от меня требуется? — словно подтверждая его слова, но не говоря открыто, я склоняю голову вниз.       — Вики, — Геральд подошел ко мне и с легким проявлением заботы в глазах по-доброму улыбнулся, — ты же знаешь, что я не пожелаю тебе зла и не подвергну опасности?       Нет, не знаю. Меня учили не доверять демонам от слова совсем. И не важно, что он учитель и действительно не должен нанести мне вреда, я все равно должна вести себя аккуратно с ними. Их темную сущность ведь не изменить.       — Да, — я кивнула и, переминаясь с ноги на ногу, сделала пару шагов назад, — так что же я должна делать?       — У серафима Кроули есть один особый амулет, — Геральд, словно завороженный, пытался описать его значимость, — он переливается из темно-красного в нежно-голубой цвет, очень редкий и обладает такой мощностью, что даже небеса могут разверзнуться.       — И для чего он ему нужен? — я попыталась сопоставить факты, но выходило не очень, поэтому хотелось расспросить Геральда как можно больше, но что-то мне подсказывает, что он не очень-то расположен к этому.       — Видишь ли.. — учитель сложил руки за спиной, — он имеет особую значимость... внизу.       — Вики, ты слышишь? — нежные руки слегка тряхнули меня за плечи, а я, открыв глаза, попыталась не думать о случившимся, — он за дверью.       Я в панике взглянула на дверь и тут же захотела провалиться сквозь землю, пусть даже в самый ад, лишь бы этот разговор не состоялся, хотя прекрасно понимаю, что мне необходимо объясниться перед ним. Мими встала с кровати и, еще раз взглянув на меня и получив одобрительный кивок, открыла дверь, пропуская гостя, а сама вышла, оставив нас наедине. Ну и что же я ему скажу? По-моему, дождаться начала разговора от него сейчас лучшая затея. Парень со светлыми волосами проник в комнату, закрыв дверь за Мими. Он неспеша подошел, присел подле меня, так, что его голова была на уровне моей кровати и взял правую руку, от чего я слегка вздрогнула. Я привстала, все не решаясь посмотреть на него. Но это было необходимо. Лицо Дино не выражало злобы, как я представляла себе раньше, он лишь сочувственно глядел прямо в мои глаза, будто бы не решаясь заговорить.       — Дино, я... — я смотрела в его глаза, боясь произнести что-либо, боясь ранить, — я даже и не представляла, что все обернется именно так... — он продолжал глядеть на меня с каким-то пониманием. Даже сейчас ангел не злится на меня. Или злится, но не показывает? — мне так жаль.       — За что?       Он аккуратно поглаживал мою руку, нахмурив лоб, на котором выступили небольшие складочки. Он искренне не понимал, за что мне жаль, и это давило на меня еще сильнее.       — За то, что не оправдала ожиданий. Я осталась непризнанной...       Я говорила почти шепотом, пытаясь не разрушить тот крошечный мир, который выступал поддержкой и опорой все это время, а грудь тем временем наполняла тревога, которая порой отступала, а затем снова возвращалась и завладевала мной.       — За то, что разочаровала тебя, — наконец закончила я.       Уголки его губ слегка дрогнули, а потом расплылись в сочувственной улыбке.       — Ты же не виновата.       Ох, Дино, как бы я хотела, чтобы твои слова имели хотя бы долю правды. Виновата, виновата еще как. Не только перед тобой, но и перед собой в первую очередь. Я поддалась внутреннему порыву, который подначивал меня согласиться и выполнить то, о чем меня попросил Геральд. Не хотела ведь соглашаться, но сделала это неосознанно.       — Мне жаль, — выдавила я, пытаясь остановить поток вот-вот нахлынувших слез.       Не смогла признаться. Не рассказала про амулет, а он и не спрашивал. Значит ли это, что он не знал? Или не хотел еще больше давить, учитывая мое состояние? Дино встал, потянув меня за собой и обнял, мягко поглаживая по спине, а мои слезы тем временем оставляли на его белоснежной рубашке мокрые следы.       — Все будет хорошо, слышишь? — дыхание приятно грело шею, от чего я и правда поверила в его слова.       Спустя какое-то время Дино ушел, бросив напоследок, что его вызывают на задание, но что-то внутри меня заставляло сомневаться в его словах. Возможно, он собирался побыть какое-то время в одиночестве. Уж очень сомневаюсь, что он действительно верит в мою невиновность. Ну ведь не может девушка, исполняющая любые указания, не нарушавшая серьезных правил, помогавшая всем вокруг, вдруг не обратиться в ангела, а остаться простой непризнанной. Как бы то ни было, Дино не упрекнул меня ни в чем. Либо потому, что слишком добрый и понимающий ангел, либо потому, что слишком наивный.       — Может хотя бы сейчас ты передумаешь и согласишься напиться до беспамятства? — Мими закатила глаза, — хотя, не уверена, что это возможно устроить, но я попробую, обещаю.       Я легла на подушку и устало прикрыла глаза.       — Не хочу.       — Ну-у Вик! — Мими села рядом со мной, слегка толкнув меня в плечо, — ты всегда отказываешься... ладно, — она в согласии подняла руки вверх, — сначала ты была готова стать ангелом, но сейчас то почему отказываешься?       Ее слова нанесли еще один удар по грузу, находившемуся где-то у меня в груди. Еще одного такого я не выдержу, но я буду продолжать держать себя в руках, именно так учил меня Дино.       — Мне надо сделать одно дело, я скоро вернусь, — я подскочила с кровати и направилась к дверям.       — Хотя бы переоденься, — добавила соседка.       Я обернулась в зеркало и грустно прошлась по своему отражению. Волосы больше походили на солому, на глазах засохла размазанная тушь, которую я даже не пыталась смыть после вчерашнего дня, ну а белое платье превратилось в темно-серое подстать крыльям из-за того, что я провела вечер в компании статуи Немезиды.       — Ладно, дай мне что-нибудь из своего.       Мими, победно улыбнувшись, распахнула дверцы шкафа и принялась рассматривать собственную одежду. Когда я только попала в эту школу, Мими постоянно составляла мне образы, но когда я выбрала ангельскую сторону, поняла, что ее одежда не совсем подходит мне и начала подбирать собственный гардероб, который состоял из одежды нежных оттенков. Но сегодня мне захотелось одеться во что-то в стиле Мими, терять мне уже точно нечего.       — Надень его, мое любимое, — девушка положила на мою кровать черное полупрозрачное платье, не доходящее до колен, и украшенное сверкающими камнями.       — Не слишком ли... — я провела рукой по нежной ткани и пристально начала разглядывать детали.       — В самый раз, — перебила она.       Мими помогла застегнуть молнию на платье и восхищенно оглядела меня, а затем стерла размазанную тушь с моих глаз и нанесла новый слой.       — Спасибо.       Улыбнувшись, я вышла из комнаты и направилась на несколько этажей ниже по лестнице, ловя на себе взгляды непризнанных, ангелов и демонов. Я старалась не обращать внимание на их оценивающие лица. Еще бы, они привыкли видеть меня в нежных белых платьях, а сейчас я выглядела слегка не по-ангельски. Но причина их взглядов не только мой наряд, но и то, что я не стала ангелом, хотя все знали, что вчера это должно было случиться. Сейчас моей целью был кабинет Геральда, куда я не совсем и хотела возвращаться, но должна была все выяснить у этого демона, что так гнусно подставил меня, хотя обещал, что не причинит вреда. Вчера просто не было на это никаких сил. Глупая Вики, поверила демону, а сейчас наивно пытаешься исправить ошибки прошлого. Хочу ворваться без лишних прелюдий, но внутренний голос успокаивает разбушевавшиеся эмоции и вместо этого я стучу в дверь кабинета два раза с одинаковой периодичностью, после чего та незамедлительно открывается и передо мной предстает Геральд. Все такой же серьезный, но с каким-то добрым, сочувственным и понимающим взглядом. Если бы не его черные крылья за спиной, я бы подумала, что стою перед самым настоящим ангелом.       — Вики, я сейчас занят, ты можешь придти немного...       — Нет, — без доли стеснения прерываю его, — вы обязаны ответить на мои вопросы, — прохожу в кабинет, обходя Геральда, и замечаю на кресле, что находилось в двух метрах от меня, огромные багровые крылья, — п-простите.. — промямлила я и уже была готова пулей вылететь из кабинета.       Но сидящий на кресле разворачивается, и я замечаю его. Как всегда черная рубашка, черные брюки и туфли такого же оттенка, все подстать темно-алым крыльям. Бездонные глаза, не выражающие ничего нового, безразлично направлены в мою сторону. Пальцы сложены в пирамиду, на лице как всегда ухмылка, к которой я уже давно привыкла. Он оглядел меня с ног до головы и еще сильнее ухмыльнулся.       — Откуда в тебе столько необоснованной смелости, Уокер? — произнес Люцифер, еще сильнее топча меня изнутри. Сама не знаю, ей богу, ума не приложу.       — Вики, мы с тобой поговорим позже, — вмешался учитель, — а сейчас выйди, пожалуйста.       Послушно кивнув, я развернулась и как можно скорее, преодолев препятствие в виде Геральда, вышла из кабинета. Дверь закрылась, а я, сделав пару шагов в сторону и почти дойдя до лестнице, припала к холодной стене в попытках отдышаться. Сердце бешено колотилось, стоило кому-либо упомянуть сына Сатаны, а уж когда я видела его лично, вся моя душа уходила в пятки, неприятное чувство, до сих пор не могу привыкнуть.       — Непризнання, — я услышала тихий голос, но в то же время слишком громкий, сомнений, что сзади меня стоял Люцифер, не было, — что же ты хотела узнать?       Я повернулась и попала в плен темно-красных глаз. Но даже и не думала сдаваться так быстро.       — Ничего, что бы касалось тебя.       Но демона мой ответ не устроил. Он сокращал расстояние между нами, пока не осталось совсем немного, а затем остановился, пряча руки в карманы брюк. Даже не схватил за шею? Не ударил? Просто пропустил мимо ушей мою дерзость? Что-то новенькое.       — А мне казалось, что ангелам запрещено врать, — он склонил голову набок и сказал это почти шепотом, так, чтобы услышала только я, так еще и улыбку свою издевательскую не забыл нацепить на лицо.       — Благодаря тебе я...       — Уокер, — схватив мою шею, он прижал меня к каменной стене, что находилась позади меня, от чего та чуть не треснула. Переборщила с дерзостью. Я зажмурила глаза, превозмогая боль в голове. Дьявол наклонился к уху, свободной рукой заправив прядь моих волос, — если я пару раз позволил тебе огрызнуться в разговоре со мной, то это так, — он перешел на пугающий шепот, — для развлечения.       Хватка ослабла, когда перед глазами показалась темная пелена, и я сползла вниз, пытаясь выровнять дыхание. Из глаза выступила едва заметная слеза, которую я тут же вытерла. Демон сделал пару шагов назад, наблюдая за моими движениями.       — Зачем ты продолжаешь мучить меня? — шепчу я, — поверив обману, я совершила эту глупость и разрушила все то, к чему так долго стремилась. Конечно, тебе меня не понять, — он продолжал испепеляюще смотреть на меня, не перебивая, — но почему сейчас ты не оставишь меня в покое?       Я спрашивала искренне, мне правда интересно! Хочу узнать ответ. Ты втоптал меня в самую преисподнюю, но продолжаешь преследовать, заполонять все мои мысли одним только собой, я не принадлежу себе из-за тебя.       — Обману? — черные брови уползли вверх, а на лице демона вновь появилась эта противная ухмылка, которая, черт побери, так ему шла.       — Обману.       — Тебя никто не обманывал, Уокер, — он оперся локтями о перила лестницы, — твоя «глупость», — передразнил он, — осталась в тайне ото всех.       — В тайне? — возмутилась я, даже усмехнулась от наглости — тогда почему я все еще непризнанная? Почему я не совершила обращение, почему не стала ангелом? Почему моя мать сказала мне, что я запустила тьму в свою душу... — я сорвалась на крик, хоть и рисковала вывести демона из себя.       — Ты серьезно думаешь, что дело в амулете? — на удивление спокойно ответил демон, подойдя ближе ко мне, — или просто пытаешься убедить себя в этом?       Я вскочила и попыталась поравняться с ним, но он все еще был выше, так что пришлось запрокинуть голову наверх, чтобы смотреть точно в его глаза.       — Да как т....       В порыве неконтролируемый ярости, я подняла руку и замахнулась на демона, тот резко перехватил ее, даже не моргнув. Хватку он усиливал постепенно, но вот жгучая боль разгоралась в руке с немыслимой скоростью, я уже миллиард раз пожалела, что вообще заговорила с ним.       — Не советую, непризнанная, — снова холодный тон, лишь голова наклонилась немного вбок.       Он быстро потерял интерес к моему запястью, когда я опустила глаза вниз, поджимая губы от боли. Откинул его, выждал некоторую паузу, а затем заговорил:       — А может быть дело в том, что ты прячешь своих внутренних демонов и борешься с ними у себя в голове, а для окружающих натягиваешь ангельскую улыбку? — уголок его губ пополз вверх. Будто довольный собой он поправил воротник рубашки и, развернувшись на пятках, пошел прочь.       А мне и слова никто не дал вставить... да я и не хотела. Несмотря на все отчаянные слезы и пугающие мысли, которые лезли в мою голову, я и на секунду не могла поверить и принять то, что Люцифер, возможно, прав. Я поплелась в противоположную сторону, чтобы поскорее добраться до комнаты, в которой меня наверняка ждала Мими. Не могу не думать о его словах, не получается! Потому что и сама не раз задумывалась об этом, но потом так же быстро выкидывала эти гнусные мысли, ведь знала, что я ангел, я же дочь серафима, кем мне еще быть, если не им?       — Я согласна, — сказала я, зайдя в комнату.       — Выпить?       После короткого кивка, означающего полное поражение, девушка в черном кожаном костюме подбежала ко мне, накинувшись с теплыми объятиями. Я не пила с тех пор, как попала в эту школу. Не пила, потому что для ангелов это неподобающее поведение. Но может быть Люцифер был прав, и я действительно больше не та Вики Уокер, а лишь пытаюсь ей быть, пряча свои настоящие чувства под улыбкой?