Сто двадцать ударов в минуту

— Гермиона, ты не знаешь где Рон? Я не видел его со вчерашнего завтрака. — Гарри подлетел к соседнему стулу так неожиданно, что она почти вскрикнула от обескураживающей внезапности. Чувство вины убийственно вцепилось в горло, и отпускать явно не торопилось даже здесь, в кабинете Трансфигурации, когда особенно необходимо наконец взять себя в руки. — Хочешь сказать, он не ночевал в башне? — глаза сузились в надежде, что это шутка такая неудачная. — В том-то и дело! «Да быть не может, что Рональд не явился ночью в гостиную. Филч рассказал бы об этом уже всей магической Англии, заметь он его, шатающегося по школе после отбоя. Только если… Только если Уизли не додумался своей рыжей черепушкой сидеть всю ночь в каком-нибудь туалете или типа того.» — Не знаешь, что с ним произошло? И почему этот змеиный сброд косится на нас? Еще и хихикают. — Слизерин практически в полном составе занял свои места и на самом деле весьма громко перешёптывался, злобно улыбаясь. Судя по всему, вести о недавнем происшествии в Большом зале до Поттера еще не успели дойти. Гарри наклонился к подруге и аккуратно спросил: — Я чего-то не знаю? Это как-то связано с тем, что вчера Слизерин обсуждали на ЗоТИ? Настроение стремительно полетело вниз и вдребезги разбилось. Грейнджер понурила голову, разглаживая страницы весьма потрёпанного учебника. Конечно же, слухи дойдут до Поттера быстрее, чем он успеет моргнуть, но, Мерлину понятно, будет лучше, если он услышит эти новости от первого лица. А то некоторые особы не побрезгуют внести свою лепту в виде лживых подробностей. Что-нибудь наподобие: «Ты знала, что грязнокровка влепила ему пощечину? Прямо на глазах у преподавателей, представляешь?». Или такой вариант: «Да Уизли просто сбрендил от ревности! До меня дошла информация, что нищеброд увидел свою подружку с кем-то из Когтеврана! Почему она так смеялась, по-твоему?! Отомстить решил, точно говорю!». — Я… — приглушённый стук плоских каблуков заставил прервать едва начавшееся признание. Минерва в излюбленной манере задрала подбородок, проследовала к учительскому столу и медленно развернулась, представляя студентам невозмутимое выражение лица. — Доброе утро, класс. Надеюсь, что за прошедшее время вы не совсем растеряли свои навыки трансфигурации. Во всяком случае, освежить память никогда не помешает, поэтому… — Гермиона, я внимательно слушаю. — голос МакГонагалл теперь казался чем-то отдалённым, потому что Гарри обзавёлся наглостью отвлечь соседку от урока. К сожалению, все попытки проигнорировать невероятное рвение узнать, что же случилось, оказались провальными. Лучше бы к учёбе так стремился! — Хорошо-хорошо, только на перемене, прошу тебя! Поттер с победной улыбкой откинулся на спинку стула и, как ни в чём не бывало, продолжил выборочно записывать за монотонной речью преподавателя: — Как тебе на новом месте? Непонимающий взгляд с толикой — огромной толикой! — раздражения не заставил себя ждать: — Сейчас не подходящее время для обсуждения! — практически разъярённый шёпот разнёсся по всей аудитории. Некоторые змеи уже оторвали свои лицемерные глаза от конспектов и вовсю пялились на привлекающих внимание гриффиндорцев. Гермиона всем сердцем не хотела, чтобы еще и этот недоинцидент стал объектом обсуждения. Но все опасения разлетелись в щепки, когда послышался ненавистный писк с другого ряда: — Котятки что-то не поделили? Какой ужас! — Паркинсон всеми силами пыталась состроить жалостливую гримасу. Вылизать каждую косточку львиной половины было неописуемым удовольствием. Каждый участник этой мерзкой шайки, во главе с такими же мерзкими Малфоем и Забини, скорее оседлал бы дракона, чем упустил возможность отпустить очередную глупейшую шутку в сторону красно-золотых. Минерва терпеливо наблюдала за столь комичной картиной, надеясь на то, что распри не зайдут слишком далеко. Каждый счёл своим долгом зыркнуть на виновников этого недоразумения. С последней парты отличный вид открывался разве что на спины однокурсников, но, несмотря на это, слышимость была отличная. Почему-то сейчас злость, умноженная тысячекратно, просыпалась в Малфое каждый раз, стоило грязнокровке, шрамоголовому или нищеброду появится на горизонте. Объяснение этому лежало на поверхности, если честно, поэтому копаться в себе снова нужды не возникало. Проще сказать, что она одна из виновных в аресте отца, в почти аресте самого Драко, в сломанной жизни, в конце концов! Чушь несусветная, спору нет. Но… Так и вправду проще. Зачем искать виновных, когда они уже есть? С первого же курса Малфой понял, что выставить Золотое Трио зачинщиками любой беды легче некуда, то бишь можно было лишний раз не напрягаться в поиске козлов отпущения. Вывод? Всегда сухой и чистый, находясь по макушку в грязи. Бесполезно отрицать, что всякий, кто носил зелёно-серебристый галстук, относился к возможности поглубже задеть моральные принципы заносчивых недоумков, как к шансу, данному самим Салазаром, но сейчас несвойственная Драко лень окутала его худощавое тело. Он спустился на стуле так, что ноги задевали впереди стоящий стул. Мерлин знает, какие понадобились силы заставить себя утром встать и пойти на уроки. Хоть и ценой завтрака. Драко удивлённо отметил про себя, что Пэнси ничего не ответила на кричащий игнор, которым удостаивались обычно все, кто как-то пытался задеть двух голубков и их сторожевого пса Уизли. «Кстати, рыжая ошибка природы снова не явился на учёбу, а Трансфигурация стояла третьим по счёту уроком сегодня. Неужели старуха решила загрузить своего ручного мула грязной работой в качестве наказания?» «Или парни слишком хорошо постарались с перевоспитанием.» «Ну и правильно. Ушлёпок чуть голову мне не пробил.» В любом случае, ничего серьёзного между ними не произошло. По рассказам, Блэтчли влепил ему пару раз по лицу, и они разошлись. Скукотища. — Блейз, что делаешь сегодня после учёбы? — прошептал Драко, не удосужившись выпрямиться. Забини без особого интереса что-то черкал на пергаменте. — Звучит как предложение. Я в деле. — улыбка озарила смуглое лицо. — Отлично. Сможешь организовать поход в Хогсмид? — Дружище, нам по восемнадцать лет. Ты, может, и в туалет до сих пор отпрашиваешься? Умом тронулся? — сразу вспомнилось: «Мне нужно разрешение для похода в уборную?» — Ой, отвали. Не хочу проблем. Видимо, скоро всё-таки придётся отправлять им сову каждый раз, когда я захочу уединиться, — при одной только мысли об этом, маска под названием «отвращение» заняла почётное место на бледном лице. Ещё и проклятая чёлка то и дело спадала на лоб, и приходилось каждые две минуты смахивать в сторону из-за адского дискомфорта. — В любом случае, надо будет сказать об этом Слизнорту, ибо во мне нет ярого желания потом выслушивать его визг на тему: «Драко Люциус Малфой и очередной безответственный поступок». — Да брось, я всё устрою. — Забини опять уткнулся в писанину, а Драко вяло оглядывал кабинет. Студенты только одного факультета были поглощены темой занятия так, как будто мелкой стычки между гриффиндорцами и Паркинсон не было и в помине. «Кто бы сомневался.» подметил Драко где-то в голове. Пэнси без особого интереса к предмету разглядывала ногти, а заучка-Грейнджер корпела над записями. Поттер в это время старательно переписывал грязнокровкины конспекты, как под копирку. Многих он даже по именам не помнил: только бедолагу Лонгботтома, у него по-моему прямо здесь мог случится нервный срыв от перенапряжения. Очевидно, МакГонагалл прекрасно понимала, откуда у шрамированного такие познания в области Трансфигурации и метаморфозы, но никогда не подавала виду, просто потому что всё еще оставалась их обожаемым деканом. Еще Финниган. Тот поедал и без того облезлое перо. Разглядывать остальных Драко стало банально лень, поэтому он просто уставился в пол. — Во сколько выходим? — ожил Блейз. — После обеда у Большого зала. — Слава Салазару задние парты находились достаточно далеко от преподавательского стола, поэтому беседа проходила без опасения быть услышанным учителем и директором в одном лице. — Ты ничего не перепутал? Моего рома дерябнул с утра? У нас после обеда ещё два урока. — Забини явно возмутился такой новости. Пропускать занятия не входило в его планы, даже ради похода в Хогсмид. К тому же, старостат обязывал не допускать пропусков любых мероприятий. Исключение только в случае смерти, наверное. — Побрякушка у меня на груди ни о чем тебе не говорит, дорогой? Драко понял, о чем ему толковали, не поворачивая головы. Херова должность няньки школы всегда только обременяла. Когда сам Малфой носил значок старосты на мантии, гордость за своё положение в Хогвартсе шла на милю впереди. Настолько ощутимая, что проходящие мимо давились ею. — Ладно, хуй с тобой. Что там будет? — Лично у меня Магловедение и История магии. — «ХА-ХА-ХА. Стоп, это не шутка?» Смех громким басом вырвался наружу, обратив на себя внимание МакГонагалл, но, к счастью, уверенного «извините» хватило, чтобы избежать нелепых замечаний. — И этот человек впаривает мне херню про «тронулся умом»? С каких пор ты на магловедение ходишь? Крышей поехал? — Забини примерно такую реакцию и ожидал, поэтому ничуть не удивился, услышав колкую реплику. Напротив, поддержал друга, тихонько засмеявшись. — Речь о привлекательности не маглов, а преподавателя. Ты вообще видел, какая красотка к нам устроилась? Ньюберри очень горяча, и не смей отрицать — всё равно не поверю. — Да-а уж. Что есть — то есть, — возникшая пауза должна была свидетельствовать о завершении столь забавного разговора, но Малфой решил иначе. — Ладно Ньюберри, а что насчет Истории магии? Или мертвецки скучные учителя-приведения тоже тебя привлекают? — Драко продолжал поливать Блейза нескрываемым сарказмом, ни разу не прикоснувшись к перу за весь урок. — Малфой, я вот-вот не сдержусь и засуну значок тебе в задний проход. Мне. Нельзя. Пропускать. Занятия. — Это я и так понял. Я спрашиваю, нахера ты эти предметы выбрал? — Да я тыкнул на первый попавшийся факультатив, даже не читал. Откуда я, блять, знал, что эти дебилы меня в старосты засунут. — негодующе вздохнул и откинул перо на край парты. Ясно, для него урок на сегодня окончен. — Хочешь шутку? Они все предметы выбрали за меня. И, естественно, магловедение тоже. Забини, конечно, очень попытался заткнуть себе рот кулаком, чтобы не засмеяться громче. Драко знал, что это не потому что было смешно — потому что это было нихрена не смешно — а просто чтобы позлить: — Всё-всё, захлопнись, ради дракла. Обсуждения притягательной и сексуальной фигурки Хельги Ньюберри вскоре возобновились, когда Блейз наконец-то успокоился. Они оказались достаточно увлекательными и продолжались до самого конца урока. Только когда пришло время собирать вещи, выяснилось, что, кроме огромной чёрной кляксы чернил посреди пергамента, ни слова, сказанного МакГонагалл, так и не было записано.

***

      На обеде Рона вновь не наблюдалось. Гермиона твёрдо решила после трапезы наведаться к декану и разузнать о его возможном наказании. Но сначала нужно заглянуть в гостиную Гриффиндора, вдруг он всё осознал и вернулся в комнату. Хотя, что ему осознавать? «Твоё предательство, Гермиона», — порой так хотелось наконец нащупать кнопку выключения внутреннего голоса. Ни Гарри, ни Джинни не составили ей компанию за столом, потому что Грейнджер сильно задержалась в кабинете Макгонагалл по поводу вопроса, касающегося исключительно темы урока. Струсила, что сказать. Не смогла заставить себя в тот момент спросить декана, куда же делся Рональд. Но сейчас Гермиона была полна решимости во всём разобраться. Сразу стало понятно, что нормально подкрепиться всё-таки не удастся, поэтому она равнодушно елозила вилкой по свежеприготовленной запеканке. На душе скребли кошки: она, героиня войны, обычно хохочущая в компании лучших друзей, теперь сидит в абсолютном одиночестве. Сомнительная перспектива. — Гермиона, я только что узнал, где Рон! — Гарри прокричал эту фразу практически на весь зал, потому как ему не терпелось поскорее поделиться радостной новостью. Еле сдерживая одышку, Поттер приземлился напротив. — Парвати сказала, что ей сказала Падма, которой сказала Ханна, которой сказала Шарлотта — это второкурсница с Пуффендуя… — Гарри, к делу! — Терпение так и норовило помахать ручкой на прощание. Поттер сглотнул. Немного помедлив, всё же выпалил: — В общем, он в «Кабаньей голове», представляешь? Я просто не могу поверить! — он развел руками и уставился на Гермиону. Гренйджер сначала округлила глаза от шока, но, переварив мысль, недоверчиво сузила до меленьких щёлок: — Мне вот что интересно: откуда второкурсница с Пуффендуя знает, что Рон там? Мне кажется, это просто слухи. — абсурд какой-то. Верить в правдивость слов маленькой пуффендуйки смешно. Да и не факт, что слова переданы в первозданной форме, и что их сказала вообще какая-то второкурсница с Пуффендуя. — Понятия не имею, но проверить стоит. — Поттер схватил со стола яблоко и жадно погрузился в него зубами. — Сейчас, что ли? Я не могу пропустить уроки — я же староста. — Ты всерьёз полагаешь, что Рон смиренно будет дожидаться момента, когда у нас закончатся уроки? Его потом с дементорами не разыщешь. — Может, сходишь без меня? Пожалуйста. Потому что если окажется, что это все чепуха, и я просто так пропустила учебу — Макгонагалл меня убьет. — Конечно, учёба не должна была стоять выше любимого человека, но пропускать занятия во второй день — не самый лучший показатель, поэтому приходится идти на крайние меры. — Ладно. Я возьму с собой Симуса. — Гарри спешно поднялся с места и кинул огрызок на стол. — Если что — пришлю патронус. Гермионе оставалось лишь наблюдать за быстро удаляющейся широкой спиной. За какие великие поступки она заслужила такого друга? Благодаря чему удостоена такой награды? Только гадать и остаётся.       Древние руны прошли на удивление быстро. Стоило отдать должное профессору Бабблинг за её невообразимый талант занимать Гермиону своим предметом на протяжении всех сорока пяти минут. Такой способностью может похвастаться не всякий учитель в Хогвартсе. Гермиона искренне не понимала, почему данная дисциплина не пользуется популярностью среди студентов. Переводить письмена, написанные исключительно рунами, казалось ей неземным удовольствием. Доказательство тому — прочтённая книга сказок Барда Бидля. Подумать только: с помощью древних знаков можно сочинять целые рассказы. Также к списку «непоняток» относится внезапная увлечённость мужской половины школы магловедением. Безусловно, новый преподаватель хороша собой, но это не причина проявлять столько внимания только к её персоне. С последним уроком, нумерологией, дела обстояли немного хуже. Гермиона очень её любила, но сегодня Септима Вектор больно монотонно объясняла, как построить новую диаграмму. Сегодня они изучали магическое значение трёх шестёрок, известных, как число дьявола, что весьма порадовало Гермиону, поскольку многие знали о её пристрастии к изучению Библии и любой другой литературы, касающейся Божества. Перо уже дочерчивало последнюю линию завершающей диаграммы, когда прозвенел долгожданный колокол. Быстрое «До свидания, профессор Вектор!», и лохматая голова уже несётся по школьным коридорам, на ходу закутываясь посильнее в мантию. Взгляд строго вперёд, скорость «полёта» стремительно развивалась, пока что-то не заставило Гермиону значительно притормозить. Какой-то сильный толчок в плечо. Ударилась обо что-то, судя по всему. Или об кого-то…О, Мерлин. Столкновение силой развернуло Грейнджер лицом к своей «преграде». Угораздило же втемяшиться в Гойла и Монтэгю… Она по привычке на секунду зажмурилась на секунду, ожидая порцию грязи в свой адрес, но тут же опомнилась на месте и задрала подбородок. Как полагается. — Совсем сдурела? Смотри, куда прёшь, подстилка гриффиндорская. — Слизеринцы не двигались с места и лишь корчили свои тупые лица, выражая тягучее отвращение, приправленное презрением. — Грэхэм, посмотри, она меня не испачкала? — Да ты сам — воплощение грязи. — заранее знала, что ссора окажется весьма утомительной, поэтому приняла решение двинуться дальше. — Зато у меня чистая кровь! — как и планировалось — в спину, — Ладно, пошли, дракл с ней! Хогсмид даже в будние дни полнился людьми. В этом году сентябрь выдался приятно тёплым, поэтому даже в лёгкой мантии Гермиона совсем не мёрзла. Осталось всего ничего до «Кабаньей головы», поэтому нужно было как можно скорее привести мысли в порядок, чтобы трезво оценить образовавшуюся ситуацию. Трактир встречал своих посетителей запахом дешёвого огневиски, некачественных сигарет и едкой затхлости. Аберфорт крутился за крохотной барной стойкой, как белка в колесе, не успевая наливать без конца пребывающим клиентам. В качестве последних выступали потерявшие смысл жизни и отчаявшиеся волшебники-алкоголики. Однако один из них явно не подходил под это описание: огненно-рыжая голова, словно ярчайший фонарь, освещала скудное помещение, придавая красок. Напротив сидел некто с темными волосами и широкой спиной. «Гарри». Гермиона немедленно направилась к столику в самом центре зала и злобно уставилась на парней. Откуда взялась эта злость? Она два дня подряд придумывала разные способы добиться извинения, а теперь готова испепелить причину потери контроля над эмоциями прямо на этом проклятом стуле? «Ты чокнутая, Гермиона». — Рональд Артур Уизли, какого Мерлина ты расселся здесь, как ни в чём не бывало, когда я ищу тебя по всему Хогвартсу вторые сутки, как ненормальная?! Я требую объяснений! — Снова этот момент, когда все вокруг начинают пялиться. Подобные инциденты последнее время происходят слишком часто. Пора завязывать. — О-о-о, Герм — ик — она, ты приш — ик — ла! Я думал, ты — ик — забыла, как выстав — ик — ла меня идиотом перед — ик — всей школой. — Гермиона с трудом разобрала слова, смешанные с пьяной икотой, но осталась стоять на месте. Шкала на термометре ярости начала стремительно расти. — Ты…ты пьян?! Гарри, он что, пьян?! И откуда у тебя синяк?! — Уизли нелепо улыбнулся в ответ на разъярённый крик Грейнджер. — Есть чуть-чуть. Садись. — Поттер выглядел в высшей мере спокойным. Жестом указал на свободное рядом место и снова подпёр подбородок кулаком. Как это может не раздражать?! — Ты прав, чуть-чуть, — Рон сомкнул указательный и большой пальцы, показывая своё «чуть-чуть», прямо перед лицом Гермионы. Ей же этот жест показался ужасно оскорбительным, поэтому она с силой одёрнула мужскую руку. — Как, Гарри? Как ты это допустил? И где Симус? Ты сказал, что пойдешь с ним. Откуда этот синяк, скажите мне.— растаяв от беспечной мальчишеской улыбки, исходящей от любимого, она всё-таки сдалась. Обошла Гарри и присела рядом, обратив внимание на две пустых бутылки огневиски. — Рон не хотел уходить, как бы мы не пытались. Симусу надоело ждать, когда он, — Поттер кивнул на друга, — протрезвеет, и ушёл. Мне пришлось остаться, не бросать же. Заодно послушал весьма увлекательную историю с твоим участием, Гермиона. Насчет синяка — это Слизерин постарались, но, как я понял, без своего кто-то из них тоже не остался. — Это просто немыслимо. — все еще не могла до конца успокоиться и в бессилии просто покачала головой, сложив руки на столе. Она наклонилась к Поттеру поближе и сказала: — Нам нужно побыстрее убраться отсюда, если кто-то увидит его в таком виде, еще и без разрешения на посещение Хогсмида — нам крышка. — Это не так просто, я уже пытался. — прошептал он в ответ. — Давайте, переспите еще прямо здесь, на моих глазах! — Они уже было испугались, что у Рона началась белая горячка, что ревновать начал сдуру, но так и не сошедшая с веснушчатого лица улыбка развеяла все страхи. — Ага, мне потом Джинни по голове так переспит, что я забуду значение этого слова. — Грейнджер понравилось высказывание, и она пообещала себе запомнить. — Я тебя понимаю, Гарри, — засмеялась Гермиона и вмиг посерьезнела. Затем положила свою маленькую ладонь на другую: светлую, тёплую, любимую и медленно произнесла: — Извини меня, Рональд. Правда, не знаю, что на меня нашло. Вероятно, завтра ты и не вспомнишь моих слов, но я должна попросить у тебя прощения за свой низкий поступок. Ты мне очень-очень дорог. — Она сжала ладонь сильнее, потянула к губам и оставила невесомый поцелуй и еле заметный след вишнёвого бальзама для губ. — Грейнджер, я жду таких же извинений только на коленях и без поцелуев, потому что моё прекрасное лицо едва не пострадало. — зазвучал едкий голос над тремя парами ушей. Это произошло настолько неожиданно, что все трое практически подпрыгнули на своих местах. — Малфой, уходи. — уверенно ответила Гермиона, не выпуская ладонь Рона из цепкой хватки. — Если ты ещё раз хоть слово в нашу сторону скажешь, то, клянусь, тебя родной отец не узнает! Ах, да, простите, я забыл, что этот урод остаток своих дней проведёт в обнимку с дементорами. — Рон рывком высвободил руку и вызывающе встал со стула, сверкая опасным огоньком в глазах. Где-то там, фоном, звучал грейнджерский голос. Что-то там про «не надо», «остынь» и «пойдем отсюда», но алкоголь и злость уже хлестала из глаз, как кипяток. Слизеринец тоже в дураках не собирался оставаться и медленно приблизился к обидчику, посмевшему затронуть незатрагиваемое. «Не лезь в это, ублюдок. Ты даже не представляешь, по какому крутому обрыву идешь, хренова псина!» Носы представителей двух факультетов почти касались друг друга. Вот оно — вечное противостояние. Война, которой нет конца и, вероятно, никогда не будет. Посетители «Кабаньей головы» молча наблюдали за происходящим, не решаясь встревать — они прекрасно понимали, что подобные случаи в порядке вещей, и стоит дать им выпустить пар за пределами школы, нежели потом получать тумаки от директрисы. Даже старина Аберфорт затаил дыхание. За окном уже начинало потихоньку смеркаться — наступившая осень давала о себе знать. Мирные жители бесцельно шатались по улицам Хогсмида, всё ещё радуясь падению Великого и Ужасного. А в местном трактире, подле главной дороги, соревновались двое юношей: кто заденет побольнее. Пока лидировал парень с ярко рыжими волосами, которые запросто можно было спутать с солнцем и даже невольно зажмуриться. Сила духа — его отличительная черта, но противник невообразимо умён и хитёр. Абсолютные противоположности по всем параметрам контрастировали между собой. Что имеет один — тем не может похвастаться другой, и наоборот. Серебро и золото. Снег и пламя. Холод и жара. Небо и земля. Такими они были разными: Слизерин и Гриффиндор. — Если ты сейчас же не закроешь свой поганый рот — я закрою его собственноручно, — прошипел Малфой прямо в веснушчатое лицо, и это шипение должно было выглядеть весьма угрожающе, но Рона, осушившего изрядное количество огневиски, оно вряд ли волновало. Конечно, Драко, не собирался ничего делать. Нельзя. И хрен его знает, какая была бы его реакция, начни Уизли драку первый. Хотелось, конечно, надеяться, что его дружок и подружка среагируют побыстрее и заберут эту срань в замок, подобру-поздорову. — Да неужели? А где твои дружки? Уверенность в них ушла и даже записки не оставила? — Гермиона не спешила разнимать сокурсников, так как боялась попасть под горячую руку не одного, так другого. Но мысленно благодарила Мерлина за то, что икота Рона куда-то испарилась, и теперь его угрозы выглядят куда более уверенно. «Мерлин, Гарри, сделай что-нибудь, пожалуйста.» Сердце замерло где-то под рёбрами в ожидании худшего. Гермиона начала узнавать прежнего Рона: вспыльчивого и отважного. Она могла только стоять с приоткрытым от страха ртом, зажимая крестики пальцами за спиной, как маленькая девочка. «Гарри, почему ты медлишь?» — Слушай, Уизел, тебе проблем мало или хочешь выебнуться перед подружкой? Ты слишком ничтожен, чтоб об тебя руки пачкать, — Блейз взял на себя ответственность протиснуться между двумя скалами. — Пошли, Малфой, он не стоит этого цирка. Забини подхватил Драко под руку и с силой потащил к выходу. Сейчас он выглядел самым разумным человеком среди всех присутствующих. Его натура — всегда оставаться на нейтральной стороне, но поближе к выгоде. Очевидно, кто был выгодой для него все семь лет. Однако, вопрос, почему Гарри не вступился за Рона, всё ещё оставался открытым. — Рон, ты в порядке? — забеспокоилась Гермиона. — Нет, не в порядке. Жалею, что не вырубил его прямо здесь. — Рон занял своё прежнее место и сложил руки на столе. — Гарри, почему ты не вмешался?! — пропищала Грейнджер в полном негодовании. Она собиралась игнорировать сей факт. — А зачем? Я не прочь посмотреть, как хорьку наконец хорошенько наваляют. — Жизнь ему уже и так наваляла. — Уизли пробрал искренний смех, и друзья подхватили его инициативу, потихоньку успокаиваясь. — Мальчики, нам пора возвращаться. Уже поздно. — Да ладно тебе, Гермиона. Время совсем детское! — Рон до сих пор находился под сильным влиянием алкоголя, но это, очевидно, не доставляло ему никаких проблем. — Хочу напомнить вам обоим, что благодаря своей «потрясающей» должности, я обязана патрулировать школу каждый вечер, поэтому собирайтесь. Вы еще и без разрешения! — обвела обоих грозным взглядом и сложила руки на груди. "Годрик." "Должность. Макгонагалл. Рон." — Рон, ты должен был прийти к Макгонагалл еще вчера! Ты в курсе?! — Да знаю я, знаю. Симус говорил. Завтра обязательно к ней зайду. — его конечности еле передвигались, как и язык, соответственно. Он сделал глоток из огромной кружки и далеко отодвинул ее от себя. — Она тебя точно убьет. А потом и меня. — обреченно выдохнула Гермиона, морально готовясь к завтрашней порке директором. — Всё, закругляемся. — сказал Гарри, вставая со скамейки. Удивительно, но Уизли покорно поднялся на ноги, правда еле-еле, придерживаясь руками за стол. Вытащить пьяное тело из трактира — ещё полдела, а вот спокойно провести его по улице, не вызывая подозрений, потом затащить в Хогвартс и уложить в постель - совсем другое. Последние пункты уже в середине пути казались чем-то невыполнимым. Гарри и Гермиона вели его за руки с обоих сторон, чтобы хотя бы приблизительно ровно шагать по дороге, не угодив примерно в десятую подряд лужу. Ботинки теперь безнадежно испорчены. Грейнджер старалась не смотреть по сторонам, и отключить слух, потому что обязательно кто-то подшутит на этой картиной, обязательно кто-то скажет, насколько они выглядели жалко. — Рон, пожалуйста, иди спокойно! — не выдержала она, когда заметила грязь и на идеально чистом бежевом пальто, метая недовольные взгляды на обоих. В ответ лишь какое-то нечленораздельное бурчание, которое только больше разозлило: — Гарри, надо было вытащить его силой, пока ты был с Симусом. — Мы уже Хогсмид прошли, немного осталось. — сказал Поттер совершенно спокойно, как будто бы все нормально, лишь поудобнее хватая Рона под руку. Он мельком глянул на Гермиону из-под очков, за что тут же получил уничтожающий взгляд. — Неужели он так напился из-за того, что я отказалась называть его Рони? — это же смешно, ей-Мерлин. Грязь отвратительно неприятно хлюпала под ботинками. Осенний холод забрался даже под тёплый свитер, оставляя после себя неприятное ощущение мурашек на коже. Грейнджер не могла понять, что происходит с ней, с Гарри, с Роном. Абсолютно противоречащие их натуре поступки. Абсолютно не свойственная им реакция на эти поступки. До возвращения в школу она не наблюдала резких перепадов настроения ни у кого из них. Как будто, вернувшись в замок, они вдохнули, пропитанный отравой, воздух. Что-то точно происходило, но пока не могла понять, что именно. — Знаешь, дело не только в этом. — помедлив, словно смакуя мысль, вновь заговорил: — У меня есть ощущение, что он давно собирался так сделать, но не мог при родителях, при всей семье. Все переживают свое горе по-разному. Он пытается делать это вот так. В этом есть смысл. Гермиона с интересом взглянула на Поттера, перехватив Рона чуть выше, чтобы не свалиться вместе с ним на неровной тропинке. Сожаление слишком внезапно свалилось на ее плечи в тот момент. Она не имела права его осуждать, потому что просто не имела. — Мне тоже хотелось напиться, на самом деле. Так сильно, чтобы имени своего не помнить. — Гарри так резко разбавил своим голосом мокрые звуки грязи и завывания ветра, что Гермиона почти дрогнула. Она мрачно поджала губы и ответила: — Все хоть и говорят о том, что якобы темные времена прошли, но я уверена, что это не так. Скольких Пожирателей они упустили? Скольких они еще смогут сделать Пожирателями? Эти вопросы повисли над ними в воздухе неоновой табличкой. Да, Волдеморт усовершенствовал свою магию передачи и создания тёмных меток. Ему больше не обязательно было самому встречать каждого, кто хочет пополнить ряды — он многих приближённых научил это делать самостоятельно. И одними из них были Малфои. Оба. Гермиона всё ещё не понимала, зачем Гарри дал показания в его пользу, с какой целью он вытащил его из Азкабана. Проблема была не в том, что она его ненавидела или презирала. Драко Малфой — воплощение опасности, которое они поселили в один замок с другими студентами. Несколько раз даже посещала мысль: «А если он начнет клеймить прямо здесь, в школе?» Ещё один вопрос на табличку сверху. — Эй, вы опять здесь, недоумки? — раздалось за спиной. — Вы испортили мой вечер окончательно. — Блейз разочарованно закатил глаза и пихнул Поттера в плечо, проходя мимо него вперёд. Он обернулся, сияя значком на мантии через распахнутую настежь дублёнку. — Да свалите уже. — раздраженно толкая теперь уже Гермиону, Малфой вальяжно, с идеально выточенной осанкой, присоединился к другу. Внезапно, буквально из неоткуда, прямо под ногами Забини появляется большой камень. Он был сильно увлечен процессом рассказа Малфою очередной совершенно тупой истории, в конце которой Драко несильно, по-дружески, толкнул того в плечо, сам подаваясь вперед. Его нога столкнулась с этим самым камнем, а в следующую секунду — лицо с огромной лужей грязи. На мгновение мир как будто остановился. Забини и еще двое — Рон не в счет — в моменте перестали дышать. Чувство похожее с тем, когда Гермиона, Гарри и Рон разбудили Пушка на первом курсе. "Ужас." Поттер оправился первым и разразился таким отменным хохотом, от которого Грейнджер передернуло. Малфой поднимался медленно, как лань. Элегантно и красиво. "Мерлин, он даже лицом в грязь падал, как аристократ. " — Драко, ты как? — очнулся наконец Забини и положил руку тому на плечо, обеспокоено осматривая. — Порядок. — произнес одними лишь губами лично другу. Он кинул быстрый презрительный, обливающий этой же грязью, взгляд на троицу, двигаясь уже на приличное расстояние впереди. Гермиона поймала его глаза и с обеспокоенностью поняла: Малфой был абсолютно чистый. Поттер как-то странно хмыкнул, как только две фигуры скрылись в полумраке. Глаза чисто случайно напоролись на палочку в его руке, все еще испуская еле уловимый дымок, недавно использованного заклинания, с самого кончика. — Гарри, тебе повезло, что они не заметили твоей выходки. Хватить их провоцировать. — ответа не последовало, да и говорить, впрочем, было нечего. Замок походил на огромный улей из камня, крови и слёз. Она заметила это сходство, когда держала своего парня за руку, пока тот, согнувшись пополам в ближайших зарослях, опорожнял желудок от некачественного алкоголя.