Семейные проблемы типичных стенд юзеров

За окном стояла прекрасная, ясная и безветренная погода. Начиная с прошедшего Рождества и вот уже два дня отметка на уличном термометре колебалась от -5 до -10-ти, хоть это и считалось температурой крайне низкой, небольшой слой сверкающе-белого мягкого снега за окном радовал глаз. Дети на улице пытались сделать маленьких снеговиков, прыгали в собранные ими сугробы и играли в снежки. Пару раз даже в их окно прилетал случайный комочек снега, когда один из детей промахивался по особо верткому другу. Аббаккио с раздражением оглядывался на запачканное окно и грозился выйти и распугать "мелких паршивцев", но Бруно каждый раз успокаивал его, хоть и знал, что дальше угроз Леоне двигаться не станет. — Всё-таки, немного непривычно что дома ты, а не мальчики, — Буччеллати подлил себе чая и задумчиво коснулся кольца на пальце, глядя на клубящийся над кружкой пар, — последний раз такое было, кажется, когда мы отправляли их к дедушке в детстве. — Мне не так часто удаётся урвать себе лишний выходной, ты же понимаешь. А что насчёт этих двоих... Наранча хотя бы приходит домой ночевать, а кудряшек Джорно я уже 3-ий день не вижу. Ты считаешь это нормально? — Наверное? По крайней мере, ничего плохого с ним не случится, в этом я уверен. Аббаккио вздохнул и потянулся за своей чашкой: — Я доверюсь твоему чутью, но, если позволишь, и от скептицизма не откажусь. — Конечно, — рассмеялся Бруно, — без него ты не был бы собой! Она начали обсуждать планы на день, прекрасно понимая, что Наранча до вечера не вернётся, а уж Джорно тем более. Эти каникулы каждый из них решил посвятить себе, а перечить им — себе дороже, да и было ли это нужно?

***

Джорно проснулся чуть позже обеда от негромких звуков доносящихся со стороны гостиной, но вставать с постели не торопился. Он не помнил подробностей того, как попал в эту квартиру впервые, но, тем не менее, с тех пор она стала ему словно второй дом. Когда Миста заметил как постепенно некоторые личные вещи Джорно перекочёвывают к нему, то безо всяких раздумий предложил ему переехать окончательно, на что Джованна ответил категорическим отказом. «Я не могу бросить семью, даже если буду жить всего в нескольких кварталах от них», — вот что он сказал тогда. Спорить с этим Гвидо не смог, как бы не пытался. Джорно потянулся на смятых простынях и, всё же, поднялся с кровати, заинтригованный занятием Мисты, разбудившим его. Найдя в небольшом шкафу для одежды свой халат, накинул его на голые плечи и вышел на звук. Гвидо сидел на диване, закинув одну ногу на другую, а в руках держал гитару, на которой пытался наиграть какой-то знакомый мотив, но прерывался на середине и начинал сначала. Джорно понаблюдал за этим какое-то время, затем бесшумно подошёл сзади и, оперевшись локтями о спинку дивана, начал следить непосредственно за движениями пальцев, отрывисто бьющих по струнам. Миста наконец заметил его присутствие и, подскочив на месте, резко оборвал игру. — Не знал, что ты близок к музыке. — Эй, это прозвучало немного грубо! Я, вообще-то, личность разносторонняя и крайне творческая! Между прочим, я мог бы группу свою основать, будь у меня хоть немного желания! — Извини. Может, сыграешь что-нибудь? — Эм, не люблю я хвастаться, да и настроение сейчас не то, — стушевался Гвидо, — хочешь попробовать сам? Только аккуратно! — Хм-м, — Джорно сел рядом с ним и принял в руки слегка потертый инструмент. Он осмотрел гитару и положил её на колени. Одной рукой взялся за гриф, вторую опустил на струны, — так? — Ага! Пальцами перебираешь вот эти струнки, а если зажмёшь их сверху — изменится тональность. — Я знаю, но... не подскажешь, где тут какая нота? — А? — Я немного умею играть на фортепиано. Скажи, пожалуйста, расположение нот, я хочу сравнить. — Ну-у, — Миста нахмурился, всячески стимулируя мыслительный процесс, затем начал указывать на струны сверху вниз, — так, это ми, это си, это, кажется, соль. Тут ре, а это... не помню, но последняя точно снова ми! — Ты пропустил ля. Ясно... то есть, диапозон гитары — от большой октавы до третьей? — Ну да, да... — Ох, нет, до второй! — Точно, Джорно, вторая октава! — Миста всплеснул руками и цокнул языком, — как ты мог спутать такое?! Джорно на пробу провел пальцами по струнам: как минимум две были расстроены. Он озадаченно нахмурился и повернулся к вспотевшему Гвидо: — Я хочу сыграть одну мелодию, но там после си идут ре диез, фа диез, после соль и снова ре диез, потом легато си ре, соль диез и фа бекар. Как мне сделать это? — А-а, ну... боже, это же тебе не пианино, ты не можешь сыграть такую глупость на гитаре, тут даже я тебе не помощник! — Что? — Джорно растерянно поднял брови, — разве эти обозначения не общие для всех музыкальных инструментов? — Кому нужны все эти нудные термины? — он продвинулся ближе к подростку и сзади положил свои руки поверх изящных ладоней Джорно, — давай я покажу тебе так. Миста передвинул его руку, держащую гриф, на лады и зажал пару струн чужими пальцами, после чего мягко провел ладонью Джорно по струнам. Джованна вслушался в получившийся звук, затем, на пробу, переставил пальцы и ещё несколько раз ударил по струнам. Лицо Мисты вытянулось, когда он узнал тот простой мотив, что сам пытался наиграть добрых полчаса. Джорно обернулся на него и ухмыльнулся уголками губ: — Похоже? Я пока не совсем разобрался, но... возможно, чуть позже смогу сыграть то, что хотел сначала. — Я, эм... я просто разогревался тогда, знаешь ли, нельзя вот так взять и заиграть без разминки, вот я и повторял! — Ладно-ладно, — Джорно ещё немного поперебирал струны, а затем отложил инструмент в сторону, поставив в памяти заметку настроить гитару как-нибудь, пока Миста не будет видеть этого. Он встал и сладко потянулся, после чего подошёл к окну и, облокотившись на подоконник, выглянул на улицу. Гвидо взял гитару, подержал её немного, но потом лишь вздохнул и убрал её в угол комнаты, где она стояла до этого. — Там что-то интересное? — спросил он стоящего у окна подростка. — Ничего особенного, но, кажется, там довольно холодно. Снег не тает уже третий день. — Эй, тогда, может, прогуляемся немного? — вдохновленно предложил Гвидо. Подросток обернулся к нему с явным недоумением в глазах: — Почему моё предположение о том, что там холодно, привело тебя к такой идее? Миста поморщился: — Я понимаю, что это — твоя фишка, но необязательно всегда говорить наигранно тяжёлыми предложениями, — он и сам подошёл к окну и, сдвинув рукой край занавески, оценивающе окинул взглядом улицу перед домом. — Просто, знаешь, не так часто снег выпадает. Или ты не любишь такую погоду? — Нет, почему, — Джорно пожал плечами и выпрямился, — пойдём, если ты хочешь. Только дай мне одеться. — Да ладно тебе, иди так, — пошутил Миста, на что Джорно едва слышно хмыкнул и молча удалился в спальню, где лежала вся его одежда. Гвидо направился за ним и не отказал себе в удовольствии подглядеть за ним, хотя оба понимали, что один даже не пытается прятаться, а другой и не думает скрывать что-либо. В подтверждение этому, надев костюм, Джованна позвал парня в комнату и попросил о помощи. Раньше Миста никогда не заплетал никому кос, к тому же мягкие золотые волосы Джорно словно струились сквозь неловкие пальцы и поймать хоть одну прядь уже было огромной проблемой. Пока он пыхтел за спиной подростка, пытаясь соорудить хоть что-то похожее на причёску, тот привычными движениями быстро закручивал кольца из чёлки, подкалывал их и обрызгивал лаком, глядя в узкое зеркало на дверце одежного шкафа. — Слушай, почему ты не ходишь с распущенными волосами, тебе же это дико идёт? Ну или, на крайний случай, просто не завязываешь их в хвост? — Хм-м, по той же причине, по которой ты вечно носишь шапку со стрелкой странной формы, я думаю. — Ты что-то имеешь против? Эм, я могу её поменять, наверное... — Не-ет, — Джорно закончил с укладкой волос и повернулся. Коса, которую Миста едва успел перевязать лентой, выскользнула из его рук, — я пытался сказать, что мне просто так нравится, разве этого недостаточно? В наше время абсолютно нормально пытаться выделиться. — Хех, ну да. И ты любишь броские вещи, это я уже заметил. — Если ты закончил обсуждать мой образ, то мы можем идти. — А, да, конечно! Пойдём скорее, а то скоро уже и темнеть начнёт! — Когда это тебя останавливало... — пробормотал Джорно, но Миста уже выскочил в коридор и успел натянуть свою голубую куртку. Схватив клетчатую шапку с полки, он остановился и немного повертел её в руках, оглядывая и пытаясь понять, что подросток имел ввиду под "странной формой". Так и не найдя ответ на этот вопрос, он пожал плечами и уместил её на голову, скрывая короткие чёрные волосы. Джорно накинул своё тёплое белоснежное пальто. Когда он уже направился к выходу, Миста остановил его: — Эй, не забудь свои перчатки. Не хочу чтобы ты отморозил пальцы. — Я могу просто держать руки в карманах, — возразил Джорно, но, всё же, надел чёрные кожаные перчатки. На руках Гвидо они уже красовались, но были ярко-красные в белую сетку. Не скрывая своего счастливого вида, Миста первым вышел в парадную и закрыл за Джорно дверь. Взяв его за руку, он покинул дом и полной грудью вдохнул морозный воздух. Джованна сразу начал оглядываться по сторонам и, внезапно, заметил старуху библиотекаршу, выходящую из своего дома. Он и забыл, что именно из-за того что Миста оказался её соседом, они вообще сумели встретиться. Пока он вспоминал это, Гвидо тоже заметил старуху и, как ни в чём не бывало, помахал ей. Та махнула в ответ и, посмотрев прямо на Джорно, подмигнула ему, а затем направилась по своим делам. Миста, не выпуская его руки, пошёл вверх по улице, оставляя размашистые следы на, никем не убранном, тонком слое снега. Мимо пробегали дети с горящими от холода щеками, взрослые попадались им на пути гораздо реже, так как в основном они или сидели дома с горячим чаем в руках, или выполняли свою работу, молясь, чтобы день прошёл тихо и мирно. Атмосфера прошедшего праздника все ещё витала в воздухе, вызывая видом гирлянд, венков и статуэток, тот же детский восторг, что и раньше. Снег тихо шуршал под их ногами, пока Джорно с Мистой шли по знакомому пути. Колокольчик издал негромкий звон, когда они вошли в кофейню, одну из немногих, что работала сейчас. К их радости, за стойкой сегодня была их хорошая уже знакомая, к которой за последние пару месяцев они частенько наведывались. Девушка оторвалась от телефона и тепло поприветствовала их: — Приветики, давно вы не заходили ко мне! Ну что, как выходные проводите? Или ты тоже работаешь, Миста? — Не-е, эту неделю отдыхаю, — Гвидо улыбнулся, — но мне и без работы есть чем заняться. — Ага, ясненько, — она многозначительно взглянула на, отвёвшего глаза, Джорно, но уточнять ничего не стала, — зачем пожаловали? — Сделай нам на вынос, сегодня нет настроения внутри сидеть. Бариста кивнула и приступила к приготовлению, прекрасно зная, что нужно делать этим двоим. Пока кофе готовился, они немного поболтали о всяком, обсудили погоду, рассказали, кто как провел праздник. Потом девушка нехотя протянула им два высоких бумажных стаканчика с пластиковыми крышками и наигранно грустно вздохнула, всем видом показывая как ей не хотелось бы вновь сидеть тут одной, но ей ничего не удалось. Джорно извиняюще улыбнулся и пообещал заглянуть сюда в следующий раз. Расплатившись, они вновь вышли на улицу, где их согревшиеся в уютном тепле кофейни щёки, кольнуло морозом, пусть и слабым, но ощутимым. Они пошли дальше, грея руки о горячие стаканчики с ароматными напитками и болтая ни о чём. Вскоре они забрели в парк, практически пустой, несмотря на самый разгар дня. Пройдя в самое сердце парка, Джорно с Мистой нашли небольшую детскую площадку, на которой не было ни одного ребёнка. Джованна прошёл к качелям и рукой смел с них снег, после чего сам туда сел и слегка оттолкнулся ногой, покачиваясь скорее символически, ведь он не хотел разлить, оставшийся ещё на дне стаканчика, кофе. Гвидо встал рядом и облокотился на деревянную опору качели, выкрашенную в приятный глазу цвет молочного шоколада. — А они тебе не маловаты? — усмехнувшись, поинтересовался он. — В самый раз, — как ни в чём не бывало, ответил Джорно, — всё таки, формально, я ещё ребёнок. Миста поморщился: — Не напоминай, мне до сих пор от этого немного не по себе, иногда чувствую себя преступником каким-то... — Ну, вообще-то, я достиг возраста согласия... — Всё-всё, не развивай эту тему! — Гвидо залпом допил остатки кофе и выкинул стаканчик в стоящую неподалёку урну, — мне покачать тебя? — Да, сейчас, — он тоже допил напиток и передал пустой стакан Мисте, который кинул его вслед за своим. Джорно поёрзал на твёрдом сидении и взялся руками за поручни. — Давай, но не сильно. — Как скажешь. Он начал слегка раскачивать качели, тихо поскрипывающие при каждом движении. Джорно прикрыл глаза, а выражение его лица стало таким мечтательным, что Миста невольно залюбовался им, пока равномерно качал вперёд-назад одной рукой. Внезапно, ресницы Джованны дрогнули и он недовольно раскрыл веки, жестом прося Гвидо остановиться. Тот не понял сначала причины, но потом осознал и взглянул наверх: с потемневшего неба вновь сверкающими звездами полетели снежинки, что падая присоединились к тем, что уже успели осесть на земле. Джорно соскользнул с качели и вытянул руки ладонями вверх, глядя, как снег падает на них и медленно тает, капельками оседая на чёрной коже перчаток. Миста провел рукой по растущему рядом кусту, наблюдая как с него осыпается тонкая снежная шапка. И тогда, пока он стоял за спиной смотрящего наверх подростка, ему пришла в голову идея. Медленно наклонившись к земле, он набрал в ладонь немного мокрого снега и слепил его в неаккуратный, но увесистый шарик. Стараясь действовать бесшумно, Миста замахнулся и метко кинул снежок прямо в середину спины Джорно. Но тот, не долетев всего полметра, оказался молниеносно отбит появившимся из ниоткуда золотым силуэтом и рассыпался, опадая обратно на землю. Джорно недоумевая обернулся, но быстро оценив ситуацию, он мстительно сощурился и Gold Experience, став уже полностью видимым, зачерпнул полные горсти снега и придав ему форму идеального шара, прицелился в Мисту. Тот, округлив глаза от ужаса, тут же нырнул за ближайшую лавку и снежок попал в неё, лишь на пару сантиметров промазав мимо ярко-красной шапки. — Э-эй, использовать стенды — нечестно!! — Да что ты говоришь, — угрожающе-спокойно произнёс Джорно, кивая на Sex Pistols, резво скатывающие снежки и подталкивающие их к Мисте. — Давай, Миста, меткость на нашей стороне! — подбадривал его номер 1. —Д-да, но на ст-тороне Д-джорно сила и скорость... — пролепетал номер 5. —Тебя никто не спрашивал! — Заверещал номер 3 и пнул снежок номера 5 со скамьи так, что тот упал с неё и развалился. — Ми-и-иста-а, скажи ему! — Угомонитесь, хватит позорить меня! — прикрикнул на них Гвидо, из своего укрытия наблюдая за тем, как Gold Experience замахивается новым снарядом и едва успел спрятать голову, так что комок снега не попал в него, но сбил номера 3 и 7, так что те разлетелись в стороны, а самого Мисту неприятно тряхнуло. Он схватил протянутый ему номером 2 снежок и не глядя кинул его в Джорно. Тот уклониться не успел и поплатился за это попаданием в руку, которой он прикрывался пока его стенд набирал побольше снега. Так они продолжали перекидываться пока не выдохлись и, в итоге, Миста поднял руки из-за лавки, показывая что он сдаётся и уступает Джорно в этой битве. Всё ещё держа руки над головой, он вышел из-за своего убежища, раскрасневшийся и запыхавшийся, но с абсолютно счастливой улыбкой на лице. Джорно осмотрел его, с ног до головы испачканного в снегу, затем окинул взглядом себя, выглядевшего не лучше и, не выдержав, рассмеялся. Миста присоединился к нему. Тем временем Gold Experience пытался знаками извиниться перед Sex Pistols, в которых он часто попадал, но те в один голос успокаивали его, утверждая, что с ними все нормально. Помогая друг другу отряхнуться, Джорно с Мистой немного привели себя в порядок и решили что с них на сегодня хватит подобного веселья, так что, понаблюдав за душещипательным общением стендов ещё немного, они, всё же, отозвали их и направились к выходу из парка. — Слушай, Джорно, а вот если стенды — это отражения наших душ, то они чувствуют по отношению к другим то же, что и мы? — весело спрашивал Гвидо, держа подростка за руку и мотая ей из стороны в сторону. — Не знаю, но, наверное, да. — Не наверное! Я говорил как-то с парнями об этом и, знаешь, они без ума от Gold'a! — Зачем ты спрашиваешь, если и так имеешь на это ответ? — Хах, чтобы убедиться в том, что и ты знаешь не всё на свете, зачем же ещё? Постепенно начинало темнеть, солнце слишком рано уходило на покой, не давая в полной мере насладиться своим тусклым светом, робко просачивающимся сквозь тучи, несущиеся по небосклону и изредка осыпающими землю ослепительно-белыми снежными хлопьями. К вечеру становилось холоднее, но не достаточно, что бы загнать подростков домой, и Джорно с Мистой продолжили свою прогулку. Иногда, они заходили в редкие магазинчики, покупали какую-нибудь ерунду и, согревшись, шли дальше. Огни машин и уличные фонари отражались от снега, тонким покрывалом лежащим на асфальте и заполняли светом улицы и переулки, не давая сбиться с пути даже в незнакомых районах. Когда они решили присесть на скамейку и передохнуть, Миста, внезапно, почувствовал, что со всем этим хождением он совершенно забыл про ужин, а голод продолжал нарастать, отдаваясь неприятными ощущениями в животе. Он пожаловался на это Джорно и тот отвёл глаза: — Ну да, я и сам бы не отказался сейчас перекусить. Но я не хотел портить вечер... — О чем ты, когда это еда портила хоть что-то ? Пойдём, возьмём чего-нибудь на дом! Джорно не стал спорить со столь соблазнительным предложением и первым встал со скамьи. Тогда они пошли в кафе, которое было не так далеко от квартиры Мисты, а что главное, ещё не было закрыто. Они тщательно изучали меню, пока женщина средних лет с плохо замаскированными косметикой мешками под глазами и в немного мятой форме, безучастно ждала, глядя прямо перед собой и, кажется, не моргая. — ...О тут есть клубничный торт! В том кафе в центре он мне, конечно, нравится больше, но можем и отсюда попробовать. — Возьмём по паре кусков? — По паре? Но тогда... нет, думай о чем говоришь! — Ой, — Джорно осознал свою оплошность и испуганно прикрыл рот рукой, — прости, обойдёмся двумя. А кроме него... — Возьмём пиццы и не будем ничего придумывать! — Как скажешь. Они пересказали свой заказ женщине и та, всё так же пассивно, записала его и молча ушла. Сами они отошли к большому окну выходящему на улицу и стали наблюдать за редкими прохожими, пока ожидали еду. Прикрыв рот рукой, Миста широко зевнул, после чего Джорно удивлённо поинтересовался: — Ты устал? — Я проснулся раньше тебя, милый, не всем же до полудня в кровати валяться. — Хм, прости, я, наверное, мешал тебе... — Ни в коем случае! — для пущей убедительности Гвидо замахал руками, — мне просто не спалось, успокойся. Наконец, их еда была готова и, расплатившись, они поспешили покинуть это угрюмое место. Дома, раздевшись и заваривая чай, Миста озадаченно поинтересовался: — Слушай, Джорно, а чем мы займёмся? Просто, обычно мы находили одно занятие, но сейчас у нас больше времени, так что, можем занять себя чем-нибудь иным. — Согласен. Какие у тебя предложения? — О, ну есть идейка, — Гвидо подошел к стоящему у стены телевизору и, порывшись немного в полке под ним, достал два геймпада, — у меня есть пара игр на двоих, но играл я в них обычно один, так что, может, попробуем? — Ну не знаю, — неуверенно протянул Джорно, садясь на диван и принимая один из геймпадов, — Наранча часто в такое играет, но у меня никогда особо не получалось, так что с собой он зовёт отца, а не меня. — Ничего, сегодня я принимаю на себя роль учителя для тебя! Кстати, знаешь, я уже хочу познакомиться с твоим братцем, да и родителей хотел бы увидеть в живую. Джорно помолчал, глядя на полоску загрузки, медленно ползущую на экране, затем вздохнул: — Не торопи события, может, когда немного потеплеет... — Значит весной! В конце марта можно или начале апреля, в Неаполе, обычно, уже почти жарко в это время. — Эй, не смей ничего планировать, основываясь лишь на одном моём слове! Миста рассмеялся и кивнул на загрузившуюся игру, призывая Джорно выбрать себе героя. «В файтингах, — пояснил он во время этого, — есть лишь две стратегии: заучивать все комбинации на каждого персонажа или наобум бить по всем кнопкам, надеясь на удачу. Попробуй второй вариант, ты ж везучий!» Джованна ничего другого предложить и не мог, потому взял героя, которого ему посоветовал Гвидо, приготовился к столь непривычным поражениям и он угадал: Миста играл куда лучше и каждой победе радовался как ребёнок, подтрунивая сидящего как на иголках, но сохраняющего видимость равнодушия, Джорно. Ради такой реакции он терпел и дальше, но спустя какое-то время, всё же, запомнил какая кнопка за что отвечает и пару раз подряд выиграл, что явно не понравилось Мисте и больше он Джорно отыграться не давал, раз за разом обыгрывая его. Смена игры помогла не сильно: в гонках Гвидо практически сразу сбил его машину с трассы, в бейсболе обстоятельства были не лучше — Миста выбивал хоумран за хоумраном, не щадя Джорно. Так что, в итоге, тот просто отложил свой геймпад в сторону. — А, эй, ты чего? — Это бесполезно. Я ничего не получаю от игры в это. — Опять ты за своё. Ну хорошо, это была моя идея, предложи свою. — Хм-м, может, что-то более интеллектуально нагруженное? Шахматы, шашки, нарды, маджонг, сёги, есть у тебя что-то из этого? — Эм, не думаю. А карты не подойдут? — Ладно, давай карты. Миста подскочил с места и, пошарившись в одном из ящиков у телевизора, нашёл практически новую колоду. Перетасовывая её по пути, он прошёл обратно к дивану и спросил, хитро прищурившись: — На что играть будем? — Я бы предложил деньги, но мне будет не по себе обирать тебя до нитки. — Ого, какие мы самоуверенные. Выбирай: на раздевание или на желания? — А другие варианты... — Их нет! — Ладно, тогда, пусть будут желания. Гвидо довольно хмыкнул и начал раздавать карты. С первых минут между ними повисло напряжение, ведь оба играли на равных, а потому и расслабляться было недопустимо. Но, как бы Миста ни старался, в первый раз удача встала не на его сторону, а потому когда Джорно избавился от последней карты, он лишь покорно вздохнул и откинулся на спинку дивана. — Окей, давай, говори чего ты хочешь. Джорно странно на него взглянул и склонил голову набок: — Я хочу, чтобы ты играл честно. Не смотри на меня так, я прекрасно видел твои трюки с рукавами. — Хо, а тебя не проведёшь. И что же мне, снять свитер? — Кхм, нет, это будет очень отвлекать. Просто закатай рукава, этого достаточно. — Серьёзно, это твоё желание? — разочаровано сказал Миста, закатывая свитер, — я надеялся на что-нибудь интересненькое! — Пока начнём с этого. Он взял в руки карты и начал перемешивать их, после чего раздал по второму разу. Борьба началась вновь и, хоть у Мисты больше не было, буквально, "тузов в рукаве", он уверенно побеждал и, в итоге, победа досталась ему. Джорно отвернулся, но ничего не сказал, терпеливо ожидая пока Гвидо придумает желание. Наконец, он произнес: — Ладно, я хочу чтобы ты рассказал мне о самом своём необычном использовании стенда! — Хм? Ну, о некоторых таких вещах ты и так знаешь, тогда... хм-м, ладно, это подойдёт: однажды, я превратил портфель одноклассника в лягушку и заставил её ускакать в пруд за школой. Пойдёт? — Ну не знаю, я ожидал чего-то более интересного... — Интересного... из того что я могу припомнить: как-то раз папе необходимо было уехать на пару дней и за нами с братом остался следить отец, мы ещё были довольно маленькими. Так вот, он приготовил нам какой-то напиток, я до сих пор не понимаю что там подразумевалось, но пить это было невозможно, так что я превратил зуб в медузу и впитал всё в неё. — Стой, но ведь медуза только на 99% состоит из воды, да и когда ты пил, что-то же попало в рот, нет? — Да-а, к сожалению, но ничего лучше за пару секунд я не придумал... ладно, давай продолжим. И они играли дальше, с попеременным успехом обыгрывая друг друга. Джорно не особо раздумывал над желаниями, в основном просто спрашивая о чём-то, о чём он мог бы узнать и в обычном разговоре. Миста же проявлял больше фантазии и, в итоге, то и дело предметы его интерьера превращались в разных тварей, скакали, летали и ползали по гостиной, а затем, как он наиграется с ними, возвращались в свое прежнее состояние. Джорно смотрел на это с долей снисходительности, как родитель, который впервые привёл свое чадо в зоопарк. Стрелки часов давно перевалили за полночь, когда Джорно, вернувшись из уборной, обнаружил Мисту мирно спящим и держащим в объятиях пушистого белого кота, который свернулся калачиком и басисто мурлыкал в его руках. Джованна тихо подошёл к ним и коснулся шелковистой шёрстки, обращая кота обратно в диванную подушку. Аккуратно, боясь разбудить, он стендом поднял юношу и перенёс его в кровать. — Спокойной ночи, — шепнул он, целуя Мисту в лоб и укладываясь рядом с ним.