Некоторое время назад...

— Ара-а-дия? — растерянно протянула Кира, глядя в образовавшуюся в полу дыру, которая казалась бесконечной. И хотя она сильно перепугалась, все равно послушно сиганула вслед за своей знакомой.       Падение было недолгим, максимум — минута, и Арадия успела приготовиться приземлиться на ноги. Было неприятно, но все же лучше, чем повредить себе пятую точку. После приземления она шикнула на подступившие тени, разгоняя их. Кира же в полете переворачивалась, и в итоге завалилась совсем неудачно — на спину. К тому же, не длинная юбка девушки задралась, обнажая черные кружевные трусы. Девушка приняла положение сидя и нервно потерла поясницу, неловко и смущенно поправляя юбку. — Ох… Как ты? Сильно ушиблась? — тролльша слегка покраснела и, видя как смутилась ее гостья, прикрыла глаза одной рукой, другую же подала Кире, чтобы та поскорее встала на ноги. — Н-нет… Я… Вс-се в п-поряд…ке… — девушка едва ли не икала от нервного смущения, закусывая губу и теребя край своей футболки. Приняв помощь Арадии, она нетвердо встала на ноги, не решаясь отпустить руку спутницы. — Ладно, пошли, — проговорила тролльша и потянула Киру вперед по темному коридору, еще крепче сжав ее руку.       Коридор, в котором они оказались, ничего особенного из себя не представлял: самые обычные серые каменные стены и пол, как и в улье, только с потолка свисали сталактиты в виде небольших сосулек. Чуть дальше они увидели факела и, подходя ближе в ним, перед девушками начал образовываться плотный серебристо-синий туман. — Ух, ничего себе! Напоминает пещеры со сталагмитами у нас на Земле. Только без факелов. И туман немного не такой плотный. Или же его вообще нет, — произнесла Кира, оглядываясь. — У нас тоже такие есть! Я не так давно проводила раскопки в такой пещере, — воскликнула Арадия, уверенно шагая сквозь туман. Тени продолжали метаться рядом с ними, но в основном пытались подползти к сероглазой. Тролльша постоянно шикала и топала ногой, чтобы отогнать их. — А что это такое? — девушка нервно вздрагивала, когда ее спутница шикала, и крутила головой, рассматривая все, что было в поле ее зрения. — Просто духи, населяющие это место, — пояснила Арадия. — Я не знаю, на что они способны, а потому предпочитаю не подпускать их слишком близко. Они на удивление активно реагируют на тебя… Мне это не нравится.       Кира испуганно сглотнула. Через пару минут туман рассеялся. Из кармана юбки тролльша достала небольшой раскладной нож и, отпустив руку девушки, надрезала палец на своей руке. Из царапины быстро засочилась бордовая кровь. Арадия обернулась и махнула рукой в сторону, откуда они пришли, после чего тени, преследовавшие их, ушли во тьму. Убрав нож обратно в карман, тролльша снова взяла свою шокированную гостью за руку.       Кира лишь шокировано наблюдала за происходящим. Видеть такое ей прежде не доводилось, и сейчас это вызывало яркий шок. Однако то, что было впереди, поразило ее в миллионы раз больше. Портреты. Тысячи портретов. Они заполняли стены с обоих сторон и тянулись все дальше и дальше по коридору. Самое удивительное, что на них, по всей видимости, изображены предки хозяйки этого улья… Может, где-то здесь есть портрет и ее самой?.. И хотя девушка переживала по поводу кровоточащей конечности Арадии, портреты совсем выбили ее из колеи. Она поражено оглядывалась, осознавая, что на Земле такого никогда бы не увидела, и это приводило ее в некий восторг.       Тролльша, видя восхищение своей спутницы, довольно улыбнулась. Она отпустила руку Киры и потянулась. На ладошке у девушки остался влажный кровавый след, но вытирать ее она не стала. — Знаешь, я часто прихожу сюда. Здесь всегда так уютно, словно духи моих предков оберегают от опасностей внешнего мира! — воскликнула Арадия. Она, будто в танце, покружилась вокруг себя и подошла к ближайшему портрету. — Порой я даже слышу некие голоса… Но не понимаю, что они говорят. — Я… Я тоже чувствовала себя под опекой мамы, когда она… у-умерла… — Кира запнулась и закусила губу. — Смерть матери… — проговорила Арадия, все так же глядя на портрет. — Троллю этого не понять. Все мы родились от одной матери-личинки. И погибнет она только в том случае, если за ней перестанут ухаживать, а это может случиться в любой момент. Но тогда наша цивилизация просто-напросто рухнет… — Ох, это дико. — Кира потерла голову, и подошла к Арадии. — У нас на земле каждый человек имеет свою маму. И каждая вынашивает своего ребенка, потому что знает, что он — ее. Правда, некоторые умирают на операционном столе после рождения дитя… — Операционный стол? — тролльша вопросительно взглянула на стоящую рядом девушку. Новое выражение отвлекло ее от удручающих мыслей. — Ну, это такой специально оборудованный предмет, мне всегда напоминал обитые кожей подвижные пластины, — Кира хихикнула. — На нем у нас женщины рожают детей. И некоторые умирают прямо на нем. — Ох, это так печально… Человеческие женщины рождают новую жизнь, но при этом могут потерять свою собственную. Печально и иронично одновременно. — Смерть необратима. Ты просто проживаешь столько, сколько тебе отведено. Как песочные часы… День за днем. Каждый день — новая песчинка. И когда они кончаются, приходит она. Как бы ты не бежал от нее, она настигнет тебя, подобно удару ножом… — задумчиво произнесла Кира. — Да, пожалуй, так и есть… Хорошо сказано.       Они еще какое-то время погуляли по коридору с портретами, после чего Арадия предложила вернуться в улей. Девушки взялись за руки и снова прошли через туман. Он был плотнее, чем в первый раз, однако вывел их сразу к той лестнице, возле которой они вошли в этот подземный коридор. Дыры, ведущей туда, тоже не было видно.

***

      Комната, в которую теперь привела Киру хозяйка улья, еще не была ей знакома.       Узкая деревянная дверь была чуть-чуть приоткрыта. Огарок свечи освещал маленькую комнатушку, площадью шагов в 30. Все было разбросано и в беспорядке, в особенности разные подручные материалы; старые мятые карты, видимо, еще нацарапанные на папирусе; так же внимание приковывали карты таро. На нечто, напоминающее кровать, была накинута дырявая простыня. У стены располагался деревянный стол и задвинутый к нему стул. В железном подсвечнике догорал тот самый огарок свечи, а рядом стоял выключенный аппарат, по конструкции похожий на компьютер. Наверное, это и был компьютер. В такой обстановке, кажется, не играли в карты и пили чай; из этой комнаты не вылетали смешки, звонкие голоса друзей.       Это была спальная комната Арадии Мегидо. Место, где она могла укрыться ото всех. — Ого… — Кира осмотрелась. Комната напомнила девушке о своей комнате на Земле, — У тебя тоже есть личное пространство. — Да, верно, но… — тролльша запнулась и оглядела комнату. В последнее время ей было здесь не по себе. Осознание того, что в будущем останутся только руины… — Нет никакой причины грустить, ведь все будет хорошо… — прошептала она свой неизменный девиз. Арадия бросила быстрый взгляд на компьютер, будто ждала чего-то. Устройство было выключено и не могло подать сигнал, но внезапно экран слабо замерцал. Тролльша явно напряглась. — Пойдем отсюда. Я лучше взглянем на руины Лягушачьего Храма.       Кира находилась где-то в воспоминаниях о своей комнате на покинутой Земле. О мягкой кровати, о, казалось бы, таком родном диване на кухне, люстрах в потолках. О родном отце… Сквозь ворох мыслей до нее долетели слова Арадии. — Хорошо, давай.