Лунное отражение

*** Примечания автора: разумеется, не без помощи 4-го и 12-го отрядов Ренджи выздоровел и вернулся на службу. И продолжилась размеренная предписанная уставом жизнь… *** РЕНДЖИ Тихую и спокойную вечернюю благодать разрывает сигнал тревоги. Ренджи вскакивает из-за стола, быстро собирает отряд и направляется к месту сбора. Да день не задался с самого начала, завершить его окончательно «чудесно» могло только нападение пустых. Хотя после лейтенанту шестого отряда будет казаться, что лучше бы были тысячи пустых и может быть даже аранкары, да хоть полномасштабная война, это было бы куда более ясно, более просто, чем… Противник оказался не из простых, то ли остатки экспериментов Айзана, то ли гибриды какие, менос их разберет. Но факт в том, что пробить их не удается, хоть сам об них убейся, а им всё равно, правда и сами офицеров достать не могут, силенок не хватает, потому и кидаются на обычные души или зевак всяких. Ну, или громят казармы. Да, пожалуй, капитан Куроцучи будет в гневе, когда узнает, что одна из его лабораторий превратилась в руины. Ренджи всё это начинает надоедать. - Банкай. Эффекта… ноль. Уж казалось бы придавлены, зажаты в огромной пасти Забимару, да почти в земле зарытые, и нет, чтоб там и остаться, нет, лезут же, и как будто и не тронутые. Начинает светать, многочасовое сражение так ничего и не дало. Даже капитаны стали уставать. Кто-то из 12-го отряда замечает, что разработку как раз такой защиты они ведут (пожалуй, оговорился, явно уже вели) в этой лаборатории, и что кажется, основой для проекта послужил один из старинных отчетов, вроде бы несколько вековой давности о нападении необычных пустых с усиленной защитой. «Ну да, а сообразить об этом часов эдак десять назад нельзя было? Разработку… как же. Опять накосячили, черти!» - Нужно найти информацию, если подобное действительно случалось, то должны быть данные – тянет капитан Кёраку. - Согласен – поддерживает Укитаке – правда документы такой давности, вероятно, существуют только в общем архиве. Но в любом случае предпринимать, что-либо без знания дела нельзя. - Надо остановить это, а то надо ж было так, размяться я уже размялся, да и скучно с ними – подхватил явно недовольный капитан 11-го. К архиву, отбиваясь от атак, мы с капитаном Кучики прибыли туда первыми, и начали поиски. Со временем подоспели остальные: Укитаке с Кёраку, Иккаку и Юмичика, Зараки со своим лейтенантом, Рукия и Ичиго, Хитсугая и Мацумото, Кира, Хисаги и Сой Фонг. *** БЬЯКУЯ «Да уж, общий архив – это не нынешний архив данных, созданный двенадцатым отрядом, да в любой, даже самой общественной библиотеке и то порядка больше» – думает Бьякуя, пытаясь понять, как же можно тут найти хоть что-нибудь. «Похоже, этим архивом не то что давно не пользовались, а явно боялись здесь что-то искать, или пытаться упорядочить хотя бы по датам, отчеты вековой и более давности вперемешку с совсем свежими». Нужны были ответы, как закончить уже этот бой. Эти твари не смогли бы добраться до шинигами, но души без силы, коих в обществе огромное количество, совсем другое дело, а удерживать пустых становилось всё сложнее, могут появиться жертвы среди мирного населения, которому обещали в Обществе Душ защиту и спокойствие. А значит, нужно было найти ответы раньше, чем это произойдет. Пробегаю глазами один отчет за другим, появляющихся на экране. Ищешь, какую либо информацию, хоть что то должно было остаться… И вдруг останавливаешь и замираешь, перед твоими глазами один из отчетов 4 отряда, а именно – отчет о смерти Кучики Хисаны. Ты знаешь, что сейчас не время и незачем сейчас отдавать этому внимание, ты итак всё знаешь, у тебя сейчас совсем другая задача. Но уже поздно, взгляд пробегает по строчкам, и ты вздрагиваешь… Мгновенье, другое, на понимание того, что ты видишь перед глазами, на осознание того, что ты знал далеко не всё. Ты не знал двух вещей. Первая, что твоя жена умерла с ребенком во чреве, от одной только мысли сердце кажется, остановилось, по спине прошел холодок, в глазах потемнело, почти как объятья смерти, нет ничего и никого, лишь ты сам, и то уже не на долго. Но всё блажь, обман, сердце взрывается болью, отчаяньем и гневом, потому что глаза успели глянуть дальше, не остановились, хотя душа просила, кричала и умоляла не делать этого, не надо больше. Но было поздно. Вторая вещь, о которой тебе рассказать не удосужились, что эта самая жена, которую ты любил всей душой и до сегодняшнего дня продолжаешь хранить память о ней, носила под сердцем не твоего ребенка, так как в отчете говорится, что отец ребенка анализами не определен и пациентка так же его имя назвать отказалась. Судорожно сжимаешь пальцы и цепенеешь, опять все уходит. Странное состояние, как будто ты ничего не чувствуешь, как будто тебя вообще не существует, информация складывается в мысли, но не выдаёт никакого результата, просто крутится в голове, ты просто знаешь, да теперь знаешь, но не способен даже отреагировать. Спасает осторожная ладонь, которая мягко ложится тебе на плечо, и уверенно отворачивает тебя от экрана. Да в глазах твоего наставника, друга, сослуживца тоже застыло непонимание и неверие, но в отличие от тебя, он знает что делать. - Остальное я просмотрю – говорит очень тихо. И уводит тебя прочь из комнаты, на воздух, мимо застывших как статуи шинигами, которые не осмеливаются и взгляд на тебя перевести. *** РЕНДЖИ Повисает тягучее, неуютное молчание, а на экране продолжает «красоваться» тот самый отчет. Капитан 13-го отряда возвращается и наконец, картинка меняется, исчезают появившиеся столь не вовремя строчки. Ренджи и Рукия медленно и молча, направляются к выходу. - Ему нужно побыть одному. - Да Укитаке-сан – отзывается Рукия, еле слышно, и каким-то почти затравленным голосом. И они с Абараем покидают комнату. Бьякуя стоит на улице, немного в стороне, чтобы не привлекать слишком много внимания и не мешать изредка проходившим мимо… чтобы его просто не трогали… стоит около перил и смотрит невидящим взглядом вдаль, как будто за пределы горизонта, за пределы мира, за пределы жизни… Да, ему бы сейчас так хотелось поговорить с мертвыми. Они не смеют подойти и сказать что либо, они не знают что сказать, просто стоят поодаль, облокотившись о стену и смотрят в пол, боковым зрением всё же видя Бьякую, для этого Ренджи и здесь, все же следить как то спокойнее. На душе больно, погано, невыносимо. Но ничего нельзя сделать, поэтому остается лишь стоять и приглядывать. «Кто бы мог подумать, а ведь он так любил ее. Да он о ней полвека забыть не мог. Верность какую-то там к черту хранил. Бред… да как же так». Ренджи переводит взгляд на Рукию и тут же отворачивается. Да, вот же она, сестра, живое доказательство его любви к Хисане, он ее нашел, принял в семью, оберегал, несмотря на то, что сестры оказались внешне так похожи. Ему наверняка было тяжело первое время даже смотреть на нее. А теперь… А ведь Рукия тоже это понимает, ей тоже погано. Боже, как всё сложно. *** БЬЯКУЯ «Когда? Когда же я упустил ее? Что делал не так? Или всё… всё делал не так? Почему?» мысли, вопросы… слишком много вопросов… и нет ответов, как всегда. Ответов всегда намного меньше, даже не меньше чем хотелось бы, а меньше чем просто необходимо. Сознание восстанавливается, приходит боль, вцепляется всеми когтями и зубами, но это лучше той пустоты и безучастности, которая душила минуты назад. Прорываются более ясные мысли, например, что она мертва, и уже давно, но и от этого боль, ведь ты любил… и ты не хотел ее смерти тогда, не хочешь и сейчас. Дальше снова вопрос - «что делать?». Поменять ничего ты не в силах. Это было и раньше, просто теперь груз знания лег на плечи и пытается согнуть, бросить на землю, в грязь… но нельзя, «ты не смеешь себе этого позволить» говорит внутренний голос, и тогда приходит злость. Не понять к кому, к ней или к себе, к тем кто скрывал или к тем кто узнал вместе с тобой. А ведь и правда, ты не единственный кто узнал, и капитаны, и офицеры, Ренджи и Рукия… разум останавливается на мгновение, а затем выдает тысячу кадров и слов. Состояние близкое к панике внутри и отстраненность снаружи. «Что делать?». Они здесь, позади, ждут. Надо собраться с мыслями или с силами. Интересно, чего из этого сейчас меньше внутри? Еще пара минут, чтобы успокоиться. - Рукия. Подойди. Голос не подвел, ни тени эмоций, разрывающих внутренний мир на части. Но она все равно вздрагивает, идет, опустив голову и спрятав глаза волосами. «Она боится. Я должен что-то сделать». Рукия останавливается в нескольких шагах, не смея подойти ближе, и молчит. Подойти и обнять, совсем легко, и невесомый поцелуй в макушку темных растрепанных волос. На большее сил не хватит, и слов не подобрать. Она осторожно тянет дрожащую ладошку, и утыкается личиком в плечо. *** Нужную информацию, конечно, нашли, а дальше все было быстро и смертельно. Пустые рассыпались в пепел и единственно глобальной проблемой Готей 13 осталось очередное восстановление сейрейтея. Для всех кроме тех, кто в той самой комнате, кто видел слишком много, и кто это понимал. Большинство заключило, что лучше дать капитану шестой дивизии обдумать всё самому, в конце концов, это была его личная жизнь и его лично дело, что делать с открывшимися ему фактами он решит сам. Капитан Унохана так же оправдываться не стала, было итак ясно, что она всё знала и не говорила лишь потому, что ничего кроме боли это никому бы не принесло, а значит и знать было не обязательно. Однако раз уж всё открылась, она рассказала всё до конца, чтобы не было недопониманий и ложных догадок. - Беременность ослабила организм, и болезнь взяла свое. Однако, я имею основания полагать, что она всё равно бы умерла, несколькими месяцами спустя, рейацу ребенка начинала превосходить материнскую, хотя еще не отделялась от нее, 3-4 месяца и рейацу младенца убила бы ее. Хотя тогда можно было бы спасти ребенка. Но поскольку Хисана-сан ушла раньше… спасти дитя не представлялось возможным – закончила капитан отряда поддержки свое, медленное мерное объяснение перед Бьякуей и Рукией. Еще немного посидев. Она поклонилась и вышла, оставив их в тишине. Через какое-то время комнату покинул и глава клана Кучики. Тогда подоспели Ичиго и Ренджи, а Рукия всё же заплакала. ***