Простая жизнь

      — Разве это не вредно для здоровья? — Чуя морщит нос при виде продуктовой тележки Дазая, до краев наполненной тоннами мусорной пищи в шуршащих обертках из фольги. Ему также не терпится переставить покупки, расставить их как положено, а не бросить как попало в тележку, как это сделал Дазай. — У нас с тобой сделка: ты не имеешь права умирать ни от чего, кроме старости, — напоминает он другому, хотя и уверен, что с идеальной памятью Дазая забыть такое тот точно не мог. — А от всей этой дряни ты скоро загнешься.       Дазай издает звенящий, почти беззаботный смешок, будто смерть от передозировки глутамата натрия его всерьёз забавляет:       — Я слышу беспокойство в твоём голосе?       — Конечно, я беспокоюсь, — фыркнул Чуя и закатил глаза, ловко увернувшись от театрального «обморока» Дазая, который уже падал ему в объятия. На случай, если это будет неправильно истолковано кем-либо — включая подслушивающих, которые даже не пытаются быть скрытными, сбившись в кучу около продуктового ряда, — он уточняет: — Я волнуюсь, что ты вздумаешь нарушить условия нашего пари.       — Я никогда не лгу, когда дело касается ставки, — нараспев произносит Дазай. — Ты же это знаешь, верно?       — Тогда избавься от этой дряни, — рявкнул Чуя, ткнув пальцем в оскорбительную груду фастфуда.       Дазай дуется, но затем, как в замедленном танце, давая ему достаточно возможности для удара каратэ по его граблям, перетаскивает несколько предметов из своей продуктовой тележки в тележку Чуи. То, что он всё же успел перекинуть всего пять упаковок (по сравнению с десятками, что оставались в его тележке), уже куда больше, чем Чуя рассчитывал ему уступить.       Он с шумным презрением вздёрнул нос, когда пакеты с чипсами коснулись аккуратно разложенных им покупок, но не выкинул их. Впрочем, на мгновение он позволил себе оценить, насколько слаженно они действуют даже в такой ерунде, как поход за продуктами: как только Дазай переложил часть вещей, он положил левую руку на самый левый край их теперь уже общей ручки от тележки.       А затем, двигаясь как один, они продолжают прочесывать проходы.

***

      Большая часть их разговора звучит примерно так:       — О, хочу попробовать вот это.       — Там слишком много натрия. Нет.              — Жадина! Бу-у-у!       — Если хочешь чего-нибудь соленого, я потом приготовлю жаркое из морепродуктов.       — …Я хочу много крабового мяса.       — Этого я и ожидал.

***

      И вот так:       — Ах, ты даже до этого не можешь дотянуться? Хочешь, чтобы я помог… ай-ой-ауч!       — Заткнись на хрен, ты большой ребенок! Я тебя едва тронул!       — …Хех, ну хоть признал, что я большой, Чибико.

***

      Или вот так:       — Блэээх, протеиновые коктейли — отвратительны. Почему у тебя такой ужасный вкус, Чибико?       — Прекрати ныть. Это же не тебе их пить!       — И все же, а что если я…       — Пф-ф, ты? Пить коктейли? Тренироваться? Ты что, блядь, издеваешься надо мной?              — Если у тебя в конечном итоге будет больше мышц вместо мозгов, ты действительно будешь не лучше собаки ~       — Ты!..

***

      А порой они обсуждают такое, что любой случайный подслушивающий с трудом поймёт, они пара или просто очень близкие враги:       — Вот этот шампунь должен справиться с твоим гнездом на голове.       — Какая разница, если я могу украсть твой шампунь ~       — Как ты можешь быть настолько скупым, когда за всё плачу я?       — Но что твое, то и мое, верно? Так что твои деньги — это и мои деньги тоже.       — Надеюсь, ты не собираешься сказать, что твои деньги принадлежат мне, потому что я почти уверен, что у тебя нет ни гроша, ублюдок.       — Пф, ты меня подловил.       — …кедровые нотки в этом шампуне будут лучше соответствовать твоему естественному запаху, чем мой шампунь.       — Мой естественный запах?.. Ты что, нюхаешь меня, Чуя? Ты наконец признаешь себя собакой?       — Твой естественный запах — это запах тухлой рыбы.

***

      А потом что-то такое, от чего любому нормальному человеку захотелось бы сбежать:       — Этот ананас напоминает мне ту гранату с миссии в Беппу.       — …черт, интересно, а горячие источники там уже вернулись к нормальному цвету?       — Прошло больше восьми лет, так что…       — …давай, выкладывай. Я уверен, ты просто горишь желанием блеснуть своей памятью, которая почему-то идеально работает — кроме тех случаев, когда надо вспомнить, чья очередь мыть посуду.       — Но от мыла кончики моих пальцев становятся похожими на чернослив, а бинты намокают!       — А как насчёт, вот представь, прекратить их носить и не тратить бинты попусту?       — А-ааа, понимаю. Ты просто хочешь, чтобы я ходил дома голый, да?       — Я же не говорю, чтобы ты перестал носить одежду! Только избавься от этих дурацких бинтов! Не похоже, что тебе есть что скрывать от меня!       — …Значит, всё-таки хочешь видеть меня голым?       — Кончай уже с этой наготой! Вот как мы закончили с этой проклятой ананасовой гранатой в прошлый раз, теперь, когда я думаю об этом!       — Ах… Какие были веселые времена…       — Этот чертов отчет о миссии был чертовой сукой, чтобы писать в то время, черт возьми…       — Окей, заглажу вину, буду теперь писать отчеты вместо тебя.       — Ради всего святого, даже не шути с этим! Лучше я себе ананасы в глаза запихну, чем дам тебе писать хоть один мой отчёт.

***

      К тому времени, как они закончили обход магазина — накупив столько всего, будто собираются заполнить бункер на случай апокалипсиса, — прошло уже четыре часа. Они оба улыбаются, выходя на улицу. Поскольку было решено воспользоваться службой доставки супермаркета, их руки свободны переплетены друг с другом, когда они неторопливо прогуливаются по окрестностям.       Несмотря на то, что Дазай только недавно переехал к Чуе, он не совсем незнаком с этим районом.       …И всё же приятно провести остаток дня вот так — вдвоём. Всё приобретает другую перспективу и становится чуть-чуть другим, когда переживается с кем-то.       В глубине души Чуя думает, что, пожалуй, жить с Дазаем не так уж и плохо.

***

      (Это тёплое и уютное чувство держится ровно до момента, когда доставка прибывает к их квартире. Именно тогда Чуя обнаруживает, что все протеиновые коктейли, которые он с таким трудом выбрал, таинственным образом исчезли из заказа.)