Долгий путь

— Ну же, — взмолился Санс, протягивая грязный кусок хлеба размером с кулак своему младшему брату, в то время как толпа монстров двигалась вверх и вниз по ближайшей улице. — Папс, ты должен поесть! Младший брат еще раз взглянул на еду и заскулил от отвращения, отталкивая ее своими крошечными ручками. Внезапно Папирус схватил Санса за потрепанную толстовку и крепко прижался к брату. — Нет, — пожаловался Папирус с детским нытьем, когда Санс попытался устроить его поудобнее, хотя он мало что мог сделать, сидя на углу улицы. — Пожалуйста, это отвратительно! Санс вздохнул и посмотрел на хлеб, освещенный грязно-оранжевым светом уличных фонарей нового дома. В дополнение к тому, что он был раздавлен и грязен, он был фактически покрыт голубовато-серыми полосами плесени, что было редкостью, учитывая, что пища монстров не должна была портиться. — Прости, братан, — тихо сказал Санс, нежно похлопывая Папируса по спине свободной рукой. — Это все, что я смог найти! Как по команде, он почувствовал, как громко заурчал его собственный желудок, напомнив ему еще раз, что он сам давно ничего не ел. «Я не могу продолжать это делать», — в отчаянии подумал Санс, опустив плечи. Он не мог не думать о своей маме и обещании, которое он дал, чтобы заботиться о своем младшем брате. Но, в таком случае, он даже не был в состоянии позаботиться о себе. — Дитя, — послышался со стороны улицы нетвердый низкий голос. Санс поднял глаза и увидел невероятно долговязого взрослого скелета, который смотрел на него с озабоченным выражением лица. Мужчина заметно поморщился, когда его взгляд остановился на хлебе, который держал Санс. — Пожалуйста, скажи мне, что ты не собираешься это есть? Этого человека было очень трудно понять, и он делал эти странные маленькие движения руками. Где-то на задворках сознания у Санса возникло странное ощущение, что он уже знает, что означают эти движения, но никак не мог ухватиться за эту мысль. — Что? — смущенно спросил Санс, медленно приподнимая бровь, — Не могли бы вы повторить это еще раз, мистер? — Ах, конечно, — странный человек быстро взглянул на свои руки, прежде чем выдохнуть, позволяя им упасть в сторону. Снова открыв рот, он, казалось, очень тщательно выговаривал слова. — Вы двое не можете это есть, — сказал он, глядя на заплесневелый кусок хлеба и заметно вздрагивая. — Ну, нам надо что-нибудь съесть, Мистер. — сказал Санс, пожимая плечами и указывая головой на брата, который все еще цеплялся за его рубашку и съеживался от вида незнакомца. — Просто, ну вы же знаете, в наши дни много не выдают. — Да, сейчас трудные времена, — ответил мужчина, оглядывая детей и хмурясь, — у вас двоих есть куда пойти? — У меня нет семьи, — пожал плечами Санс, — кроме моего брата. — Понятно, — пробормотал высокий скелет и замолчал, его глаза медленно двигались взад и вперед в течение долгого времени, прежде чем он, наконец, пришел к какому-то выводу. — Очень хорошо, — мужчина слегка опустился на колени и протянул руку к Сансу, — Пойдем со мной, дитя, я позабочусь, чтобы вы оба были накормлены на ночь. Санс долго смотрел на незнакомца, открыв рот, потом медленно протянула руку и неохотно взял его за руку. — Ладно, — проворчал Санс, медленно поднимаясь на ноги, несмотря на настойчивое желание брата держаться за него. — Но без шуток, ладно, я крепче, чем кажусь! — Да я и не думал об этом, дитя, — сказал незнакомец с мягкой веселой улыбкой, когда закончил поднимать Санса на ноги. — И прекратите называть меня ребёнком, — ворчливо ответил Санс, следуя за незнакомцем и ведя Папируса за руку, — мне уже почти четырнадцать! — Правда?! — незнакомец повернулся и недоверчиво посмотрел на Санса. — Да, я знаю, — ворчливо сказал Санс, — я невысокий для своего возраста, вам не нужно напоминать мне об этом! — Прошу прощения, мой мальчик, — мужчина оглянулся и со смешком покачал головой. — Ничего такого, что не могло бы исправить правильное питание. Надеюсь, вам обоим понравятся спагетти. — Конечно, — неуверенно ответил Санс. Он не был уверен, что когда-либо ел спагетти раньше. — Итак, меня зовут Санс, а вас как зовут? — Винг, — ответил незнакомец небрежно, без всякой помпы и фанфар, — доктор Винг Дин Гастер. — А теперь, — официально спросил Доктор Гастер, шагая по стерильному коридору лаборатории в белом халате, эхо голоса которого отражалось от стен, — расскажите мне, как продвигается работа с глазом. Санс остановился и с полминуты растерянно оглядывался по сторонам, прежде чем двинуть короткими ножками, чтобы догнать доктора. Стены были синими, а пол выложен темной плиткой. Ему даже не нужно было думать, чтобы определить, что это исследовательская лаборатория, где они с Гастером работали вместе целую вечность. Он мог бы поклясться, что только что был где-то в другом месте, но, конечно, это был просто безумный разговор. — Ну, по крайней мере, мы больше не получаем дела Рипа ван Винкля! — сказал Санс, пожав плечами, когда он посмотрел вниз и дважды проверил что-то в своем планшете, — Но, похоже, нам придется довольствоваться гораздо более короткой вероятностной подачей, чем мы изначально рассчитывали. Похоже, что средний ум может справиться только с шестью секундами визуального предвидения, прежде чем назвать это ночью. Хотя более сильный разум мог бы справиться и с большим. — Это действительно неплохо, тренированный воин может многое сделать за несколько секунд. — сказал Гастер с ободряющей улыбкой, подписывая слова, — Готовы ли мы к полевым испытаниям прототипа? Молодая женщина, обученная Асгором, потеряла глаз, и ей не помешала бы замена. — Думаю, скоро, — тихо вздохнул он и нервно почесал затылок, давая ответ. Он знал, что подумает об этом босс, но все же. — Сначала я хотел бы сделать еще несколько тестов и убедиться, что нет никаких негативных последствий для здоровья. — Опять ты волнуешься, — улыбнулся Гастер и покачал головой, не сбавляя шага. — Мой мальчик, ты просто великолепен. Я уверен, что ты можешь исправить любые осложнения, которые могут возникнуть. — Я польщен, что вы так думаете, док. — вздохнул Санс и закрыл глаза, чтобы разобраться в своих мыслях. Может быть, он слишком осторожен? Он уважал Гастера, черт возьми, он практически любил этого парня, но он все еще не мог избавиться от чувства, что иногда он был немного безрассудным. — Если вам все равно, я буду чувствовать себя лучше, если мы сделаем все по-моему. — Очень хорошо, — сказал Гастер, преувеличенно пожав плечами, повернулся и быстро прошел в соседнюю комнату, не дожидаясь, пока автоматические двери полностью откроются. — Это твой проект, ты можешь управлять им, как пожелаешь. Санс последовал за Гастером через автоматическую дверь в диспетчерскую Скайбриджа. Большая просторная комната с просторным потолком; Скайбриджский пульт управления был заполнен примерно дюжиной людей в лабораторных халатах и имел несколько рядов компьютерных консолей промышленного стиля. Санс посмотрел через комнату на тезку Центра управления. Сам Скайбридж представлял собой странную извилистую дыру в пространстве, которая, казалось, всегда медленно меняла цвет и форму сложным, вызывающим головную боль образом. Она располагалась в Центре дальней стены, окруженная металлической кольцеобразной конструкцией, которая активно поддерживала ее открытой. Санс заставил себя не смотреть слишком долго в черную пустоту в центре моста. Это была привычка, которую быстро выработали все, кто работал над этим проектом. За исключением Гастера, все, казалось, были полны беспокойства, если их взгляд задерживался на разрыве в пространстве слишком долго. Это было настолько пугающе, что если бы Санс был на его месте, они бы закрыли эту штуку и держали ее закрытой. По крайней мере, до тех пор, пока не построят какую-нибудь аварийную защитную стену или что-то в этом роде. — Ты ведь помнишь, что эта штука должна была вывести нас на Поверхность? — сардонически спросил Санс, нервно оглядывая червоточину. — Что бы ни находилось сейчас по ту сторону этой штуки, я совершенно уверен, что это не Поверхность. — Да, ты мне уже говорил, — рассеянно ответил Гастер, наклоняясь к рабочему за пультом, чтобы прочитать что-то с экрана, — но это гораздо интереснее, тебе не кажется? — Если ты так говоришь, — вздохнул Санс и начал поворачиваться, чтобы посмотреть на Скайбридж, когда ему показалось, что краем глаза он уловил вспышку зеленого и желтого. Повинуясь внезапному порыву, он повернул голову в сторону двери и растерянно заморгал, увидев, что там никого нет. Казалось странным, что там никого не было, он действительно чувствовал, что там должно быть. — Ты в порядке, мой мальчик? — озабоченно спросил Гастер из-за спины Санса, — ты сегодня какой-то рассеянный. — Я в порядке, — поспешно ответил Санс, поворачиваясь и быстро качая головой, чтобы взглянуть на мостик. — Возможно, это просто потому, что я нахожусь рядом с этой штукой, клянусь, мне кажется, что что-то смотрит на нас изнутри нее! — Это кажется маловероятным, — сказал Гастер с тихим смешком, подходя к пустой компьютерной консоли и наклоняясь, чтобы нажать несколько клавиш. — И все же, если в пустоте есть жизнь, мы узнаем об этом сегодня. Как по команде, пневматические двигатели громко взвыли, когда что-то, очень похожее на гарпунное ружье, начало медленно опускаться с потолка. Машина перестала опускаться только тогда, когда ее зонд-снаряд был направлен прямо в центр червоточины. Зонд в форме ватного тампона был снабжен лампами, камерой и набором инструментов, установленных на одном конце. На самом деле это выглядело немного неуклюже для Санса, но на самом деле это было довольно сложно. — Мистер Рамс, — официальным тоном окликнул его Гастер, выпрямляясь и оглядывая комнату, — Рамс, зонд полностью готов? — Да, готовы идти, сэр! — нетерпеливо сказал Рэмс, выскочив из-за пульта в следующем ряду и чуть не опрокинув кружку своего коллеги. Мистер Рэмс был чем-то похож на кошку, с длинными конечностями, голубым мехом и треугольными ушами, которые, казалось, всегда были наклонены к затылку. Санс, честно говоря, не очень-то его любил, он всегда казался немного подлизой. — Очень хорошо, все на свои места. — сказал Гастер громким официальным голосом, оглядываясь вокруг, чтобы обратиться к людям в комнате, — Я хотел бы немедленно приступить к сегодняшнему эксперименту! В течение следующих нескольких минут в комнате царила суматоха, когда двое кинологов-охранников покинули рубку, а оставшиеся ученые занялись последними приготовлениями. Несмотря на то, как отталкивающе выглядела эта рваная дыра в неизвестной пустоте, Санс чувствовал, что в комнате нарастает определенное возбуждение. Большинство сотрудников здесь искренне верили, что этот проект когда-нибудь освободит всех. Санс не позволял себе быть таким оптимистом, но, по крайней мере, ему было немного любопытно. — Ну, готов или нет, я думаю, — сказал Санс, пожимая плечами, когда он прислонился к консоли в задней части центрального прохода между всеми рядами рабочих станций. Он еще раз взглянул на похожий на гарпун зонд над собой, а затем уставился на мостик. — Ну, удачи вам, док. — почти шепотом сказал Санс, глядя через правое плечо на Гастера. — Я очень надеюсь, что вы правы. — Отключить щит моста сейчас же. — бесстрастным деловым тоном выкрикнул Рамс со своего рабочего места, когда вокруг ворот замерцало голубым светом. Когда щит исчез, можно было почувствовать слабый сквозняк, когда воздух потянулся через мостик в частичный вакуум пустоты. — Запускаю обратный отсчет, — добавил Рамс, когда стало слышно, как он нажимает несколько кнопок на клавиатуре. Зеленые светящиеся буквы замерцали на нескольких ЭЛТ-мониторах незанятых рабочих мест и начали отсчет с пятнадцати. — Все будет хорошо, мой мальчик, — спокойно ответил Гастер, подчеркивая жестами слова, не отрывая взгляда от мостика. — ты действительно слишком волнуешься. — Запуск зонда, — продолжал Рамс, — через 5, 4, 3, 2… С гулким свистом сжатого воздуха длинный узкий зонд был отправлен в полет. Он расплылся и в мгновение ока исчез за мостом. Единственным признаком того, что здесь вообще был зонд, был стальной трос, натянутый поперек комнаты и прикрепленный к лебедке у основания пусковой установки. — Зонд успешно вошел в неизвестную область. — продолжал Рамс в той же монотонной манере, которая на самом деле начинала немного раздражать Санса, — Стабильная информационная связь подтверждена. — Отлично, включи камеру. — с довольной улыбкой приказал Гастер и, повернувшись к Сансу, тихо добавил: — Давай наконец посмотрим, с чем мы имеем дело. Мониторы на нескольких пультах, включая тот, рядом с которым стояли Санс и Гастер, внезапно замерцали и потемнели, словно умирая. По крайней мере, Санс предполагал, что они умерли, пока не заметил метку времени в нижнем углу экрана. — Эй, кто-то не снял крышку объектива?! — недоверчиво спросил Санс, оторвавшись от экрана, — Ты ведь проверил зонд перед тем, как мы начали, верно? — Да, проверил, — защищаясь, ответил Рэмс, хмурясь и яростно печатая на клавиатуре, — а у объектива камеры даже нет крышки! Санс почесал затылок и задумчиво прищурился, переваривая услышанное. Если камера работала правильно и мы все еще ничего не видели, несмотря на прожектор, значит ли это, что пустота действительно поглощала свет? Некоторые из их ранних экспериментов предполагали, что это может быть так, но Санс не очень верил в это. — А как насчет радара? — тихо спросил Гастер, сохраняя внешне спокойный вид. Хотя Санс заметил, что доктор начал жестикулировать быстрее и менее тщательно, что было верным признаком того, что он был взволнован. — У меня уже есть это на экране, — добавила женщина-монстр из следующего ряда, прежде чем Рамс смог ответить, — он ничего не показывает. Санс вытянул шею, чтобы взглянуть на дисплей радара, когда видеопоток на экране, рядом с которым он находился, сменился круглым зеленым дисплеем. Действительно, там не на что было смотреть. Быстро вращающаяся линия на круглом дисплее показывала только одну зеленую точку, и это был сам мост, или, скорее, все на их стороне моста. Когда линия снова развернулась, еще одна зеленая точка появилась на самом краю диапазона радара, в противоположном направлении от моста. — Сейчас мы кое-что получим, — сказала та же женщина-монстр, что и раньше, — вспышка в двенадцать часов. Пока Санс смотрел на экран, его глаза медленно расширились, когда зеленая точка в верхней части дисплея приблизилась к зонду и стала намного больше. Как будто кто-то пролил на дисплей бутылку светящихся чернил. Она просто продолжала идти вниз, покрывая все больше и больше экрана. То, что они увидели вначале, должно было быть краем огромного объекта, который двигался в зоне действия радара. Санс действительно не привык читать такие вещи, но ему показалось, что эта штука была по меньшей мере больше километра в ширину и быстро двигалась к зонду! — А насколько велика эта штука?! — Рэмс нервно каркнул, вторя мыслям Санса, когда тот уставился на свой монитор. — Достаточно большая, — коротко ответил Гастер, явно стараясь сохранять спокойствие, несмотря на многочисленные нервные взгляды на экран. — Продолжайте записывать данные, но верните назад этот зонд. Мы не можем рисковать потерять его! Прежде чем кто-либо успел ответить, реальность резко качнулась в сторону, заставляя все в комнате опрокинуться и задрожать. Санс поймал себя на том, что вцепился в пульт так, словно от этого зависела его жизнь, в то время как двое других ученых яростно повалились со своих мест. Прежде чем Санс успел сориентироваться, вся комната внезапно погрузилась в кромешную тьму, поскольку все электронное в комнате внезапно умерло. — Все в порядке? — крикнул Гастер громким дребезжащим голосом откуда-то поблизости, хотя Санс не имел ни малейшего представления, где именно это было. Когда люди отвечали или просто стонали в нескольких случаях, слабый красный свет начал светиться от каждого из компьютерных экранов. Санс посмотрел в сторону ближайшего источника света и увидел простой красный текст, медленно появляющийся на компьютерной консоли, за которую он только что импульсивно ухватился. — Давным-давно на Земле правили две расы: люди и чудовища. Санс в замешательстве смотрел, как он читает эти слова. — Эй, кто-нибудь еще это читает? — спросил невидимый человек громким напряженным голосом. На мгновение оторвав взгляд от экрана, Санс увидела в тусклом красном свете неясные очертания людей, собравшихся вокруг других мониторов. «Что это за Санс?» — скелет чуть не подпрыгнул, когда почувствовал, как рука Гастера легла ему на плечо. — О, я не знаю, док, — ответил Санс и облегченно вздохнул, заставляя себя успокоиться, — все компьютеры ведут себя странно!» — Однажды между двумя расами вспыхнула война. Санс почесал в затылке и попытался понять, откуда пришло это сообщение. Это должно было быть из файла в базе данных лаборатории, но это не было похоже на то, что вы найдете в исследовательском центре. Он открыл было рот, чтобы спросить, узнал ли кто-нибудь текст, но прежде чем он успел спросить, комната снова накренилась. Санс снова крепко обхватил руками консоль, а Гастер вцепился в него для поддержки. Когда комната закачалась, все мониторы в комнате мигнули одновременно и стали полностью красными, наполняя комнату малиновым светом. Санс почувствовал, как его пальцы с силой впились в пластик компьютерной консоли, даже после того, как мир перестал двигаться у него под ногами. Он глубоко вздохнул и попытался заставить себя успокоиться, но не мог избавиться от ощущения, что на него надвигается что-то ужасное. Звук приближающегося шепота оторвал Санса от этой мысли. Внезапно ему показалось, что его окружает невидимый легион, тихо бормочущий ядовитые истины; это было почти оглушительно. Пронзительный крик эхом разнесся по комнате, заглушая все остальное. Не раздумывая, Санс повернулся, оглядывая комнату, пока не заметил что-то бесформенное и неправильное, ползущее вверх по тросу, привязывающему зонд к Земле. Аморфное существо было темным и светилось темно-красным в багровом свете. Каким-то образом оно двигалось, как дым и жидкость, сочась и вздымаясь вдоль кабеля, как будто пожирая его. Оглянувшись на прореху-в-реальности, Санс увидел, что существо покрыло всю длину кабеля сплошной непрерывной линией. Однако у основания троса, где сходились две реальности, неисчислимые дымчатые щупальца дико цеплялись друг за друга, как будто все они пытались пробиться в этот мир одновременно. Где-то на полу кто-то всхлипывал, а другие ученые истерически вопили. У Санса не было иммунитета к этому страху. Он едва сдерживал животную панику, когда безмолвно схватил Гастера дрожащими руками. Доктор дернулся и немного сопротивлялся, когда Санс повел его к выходу, но сдался, как только понял, кто ведет его. Не дожидаясь сигнала автоматического датчика, Санс подошел к выходу и ударил ладонью по кнопке, чтобы открыть дверь. Когда дверь не открылась, он резко вдохнул и нажал кнопку снова и снова, но дверь даже не шелохнулась. — Нет, нет, нет! — Санс услышал, как он повторяет эти слова, не осознавая, что испуганный голос, который он услышал, был его собственным. Все, о чем он мог думать в этот момент, — это выбраться отсюда, доставить доктора и себя в безопасное место. Где-то на задворках его сознания более отстраненная аналитическая часть рассудила, что если он сумеет выбраться, то сможет сообщить об этом стражникам. Если это случится, они смогут собрать королевские силы и обрушиться на это существо во всей своей мощи. Однако этот голос едва ли можно было расслышать из-за его паники. — Мой мальчик, — неуверенно позвал Гастер, слегка запинаясь и хватая Санса за свободную руку, — с этой штукой что-то происходит! Санс обернулся и увидел, что это существо собирает всю свою аморфную массу в единую растущую сферу в центре комнаты. В течение нескольких секунд шар раздулся по меньшей мере на пару метров в ширину и не показывал никаких признаков замедления, поскольку он втягивал всю дымчатую грязь, которая недавно покрыла трос. Пока Санс смотрел, на поверхности существа образовалось множество длинных щелей, которые открылись, открывая десятки и десятки раскаленных фиолетовых глаз инопланетян. Сразу же каждый глаз начал дергаться и дергаться в разных направлениях независимо от другого. По мере того как это продолжалось, Санс слышал, как эти непрерывные шепотки вдруг стали громче и пронзительнее. Почти сразу же все в комнате громко застонали и зажали уши в тщетной попытке отгородиться от ужасного шума. Санс стиснул зубы и схватился за голову, когда странные слова и образы хлынули в его сознание. Он видел странные символы, предметы, напоминавшие ему шахматные фигуры, и смутно догадывался, что ему только что задали вопрос. Он задохнулся, когда странные видения, напавшие на его разум, исчезли. Это длилось всего секунду или две, но даже в это мгновение оно было ошеломляющим. Санс поднял голову и увидел, что существо уставилось на него своими многочисленными выпученными глазами. Он застыл на месте, глядя назад, когда твари вокруг тела начали дрожать и втягивать свой глаз обратно в тело с быстрой последовательностью скользких влажных звуков. Затем он внезапно с шипением рванулся вперед по воздуху, вздымаясь подобно расплывчатому щупальцу дыма, и помчался к Сансу. Время для Санса, казалось, подошло к концу. Он застыл, когда существо полетело к нему. Если бы у него было сердце, он знал, что каждый удар будет медленно стучать в его груди, как барабан. Он видел, как его руки медленно поднимаются ладонями вверх, чтобы блокировать атаку, но часть его знала, что это не принесет никакой пользы. Ничто из того, что он сделал, даже не замедлило бы эту штуку. — Нет.! — Санс едва узнал голос Гастера, когда пожилой мужчина врезался в него, опрокинув на пол, занимая его место. Обернувшись, Санс успел лишь мельком увидеть испуганное, широко раскрытое лицо своего наставника, прежде чем существо прижало его к закрытой двери. Похожая на дым жижа обвилась вокруг тела гастера, как жидкая змея, и поглотила его быстрее, чем Санс мог себе представить. Ученый открыл рот и издал хриплый крик, но тут же был прерван, поскольку маслянистое существо издало влажное хлюпанье и протолкнулось в горло доктора. Санс на четвереньках пополз к доктору, отчаянно пытаясь помочь. Но когда он протянул руку, дымное щупальце врезалось в него с хлыстоподобным щелчком, заставив его упасть на землю с громким стуком, когда его кости ударились о плитку. Санс с трудом оторвал лицо от пола и увидел, что Гастер задыхается и отчаянно царапает свое лицо, а существо стремительно врывается в него. — Кто-нибудь, пожалуйста, — слабо прохрипел Санс, безуспешно пытаясь подняться с пола, — кто-нибудь, помогите ему! Тяжело дыша, Санс огляделся по сторонам и молча взмолился о помощи, но никто из людей, забившихся в угол или спрятавшихся под партами, не выступил вперед. Дрожа от страха, он беспомощно посмотрел вверх, когда последние остатки существа исчезли в глотке Гастера. Доктор тут же сильно закашлялся и согнулся пополам, когда из его рта брызнули темные мокрые капли. По мере того как он поднимался, все больше и больше черных шариков с шумом падали на землю и на его лабораторный халат. Казалось, будто изо рта у него вырываются ведра с жидкой смолой. С каждым кашлем доктор и все вокруг него покрывались все большим количеством масла. Санс мог только смотреть в ужасе, как черный деготь, казалось, оборачивался вокруг Гастера, как бы вливаясь в него. Вскоре такая же маслянистая чернота потекла и из глазниц доктора. Одна струйка дегтя потекла вниз, как и следовало ожидать, но другая потекла вверх и вокруг его черепа, что совсем выглядело неестественно. Когда все это произошло, кости Гастера, казалось, расплавились и слились воедино. Его носовое отверстие исчезло, одна глазница опустилась, а другая, казалось, стала еще более пещеристой. В общем, Санс с трудом узнал новое лицо доктора. Оно совсем не походило на череп, а теперь больше было похоже на какую-то искореженную керамическую маску. — Док, — слабо прохрипел Санс, наконец поднявшись на ноги и стряхнув с себя головокружение. Он глубоко вздохнул и, собравшись с духом, сделал еще один шаг вперед. — Пожалуйста, старина, ты все еще там? Существо, которое когда-то было Гастером, смотрело на Санса сияющими фиолетовыми лампочками и улыбалось злобной ухмылкой, которая тянулась от уха до уха.

***

Я взвизгнула в тревоге и испустила стонущий вздох, когда моя спина ударилась об пол в спальне Санса. Сидя в оцепенении, я медленно моргала, глядя в потолок. Я не могла не чувствовать себя немного благодарной за то, что никто на самом деле этого не видел. — Вот так посадка, Чара, — пробормотала я себе под нос, ухватившись за край кровати Санса и медленно подтянувшись с усилием. Я довольно хорошо научилась прыгать в чужие сны и оставаться незамеченной. Но, к своему стыду, всегда приземлялась на задницу, когда выходила из сна. Мне придется поработать над этим еще немного. Заметив странный синий свет, я взглянула на Санса и встревоженно напряглась, увидев скелета, сидящего прямо на кровати. У него перехватило дыхание, когда он лихорадочно оглядел комнату. Но что действительно привлекло мое внимание, так это то, что его левый глаз превратился в огромный синий круг внутри глазницы и вспыхнул огненным синим пламенем. — Кто там? — спросил Санс холодным, опасным тоном, не сводя глаз с того места, где я сидела, — Ты не можешь спрятаться от меня, покажись! Он продолжал смотреть в течение долгого безмолвного момента, его дыхание вырывалось длинными тяжелыми вздохами, когда машины были слабо слышны на далеком шоссе. Наконец, он застонал про себя и разочарованно вздохнул, когда отвел взгляд и позволил своему левому глазу сжаться до нормальной белой точки света. — Я, должно быть, схожу с ума. — сердито пробормотал Санс, наклонившись вперед и обхватив голову руками. Я наблюдала, как Санс сделал еще один глубокий вдох и медленно выдохнул. Его плечи заметно дрожали, когда он произносил что-то неразборчивое между судорожными вдохами. «Ух ты, — сказала я неловко, вставая, — Ты же видел кое-что испорченное, не так ли, старина?» — Санс ничего не сказал в ответ. То, что он сделал с глазом, могло позволить ему почувствовать меня, а могло и не позволить, но если это и случилось, то, конечно, ненадолго. «Ну, я бы хотела сказать тебе, что мне очень жаль», — небрежно пожала я плечами и вздохнула, собираясь уходить. Я остановилась, сделав всего один шаг; все это казалось мне незаконченным. Я чувствовала, что должна повернуться и что-то сказать, но даже если бы он услышал меня, что я должна была сказать? Мне действительно не было жаль Санса. Меня беспокоило, что я не сожалею, но это было больше потому, что я знала, что должна была бы сожалеть. Фриск будет чувствовать себя ужасно из-за этого парня, и прежний Азриэль, конечно, тоже. Хотя, если быть честной с самой собой, я не была уверена, что прежняя я тоже была бы так уж огорчена. В конце концов, я была довольно испорченным ребенком. «Тогда, думаю, мы еще увидимся, — неловко отозвалась я, осторожно обходя полуоткрытую дверь. — Ну, э-э, спокойной ночи.» Я быстро подняла руку, чтобы помахать в ответ, но вовремя спохватилась. Что именно я здесь делаю? Мне нужно было найти лучшее хобби, а не притворяться, что я все еще могу общаться с людьми. Вздохнув, я отправилась на поиски удобного места для ночлега и оставила скелета в покое.