Runaway

Элсвита чувствует, как злость привычно медленно расползается по телу, затрудняя дыхание. Малфой сжимает и разжимает перо пальцами, поглаживая тонкие белые ворсинки ногтем. Занятия с Амбридж заставляли ее злиться с самого первого урока, на котором та приказала спрятать палочки. С тех пор прошел месяц, а студентки и студенты последнего курса только и занимались переписыванием текстов из учебника.  — Если на вас нападет инфернал, то вам следует использовать заклинание огненного шторма, — кривляет Малфой учебник, — используйте заклинание огненного шторма, очертив волшебной палочкой круг над головой. Ага, так вот запросто я и наколдую огненный шторм.  — Нужно будет только не забыть перечитать заклинание из пергамента, на который мы это все записываем. Ах, да, его же даже в учебнике не указали, — шепчет в ответ сидящая рядом Анджелина. Малфой усмехается, что не ускользает от взгляда професорки Амбридж, сидящей, словно восковая кукла, за учительским столом.  — Мисс Малфой, мисс Джонсон. Вы, кажется, чем-то недовольны?  Элсвита качает головой и делает вид, что пишет, но Амбридж не отступает.  — Встаньте же, дамы, когда я с вами говорю.  Гриффиндорки поднимаются со своих мест. Малфой с вызовом расправляет плечи. — Так чем же вы недовольны, мисс Малфой?, — маленькие глаза женщины становятся уже. Профессорка поднимается со стула и обходит стол. — Я не довольна, — Элсвита старается говорить увереннее, — потому, что это не учеба. Мы ничему не учимся, переписывая тексты и не практикуя даже простейшие заклинания. — Некоторых заклинаний, — встревает в диалог Анджелина, складывая руки на груди: — и вовсе нет. Почитайте же текст, который мы переписываем. Нам говорят вызвать огненный шторм, при этом даже не сообщают о том, какое заклинание следует применить. Амбридж поджимает губы и спускается с учительского подиума. Она молча подходит к парте, за которой сидят гриффиндорки. Ее лицо теперь выражает злость, Элсвита, смотря на него, думает, что ей нужно было промолчать. — Получается, вы сомневаетесь в моих методах преподавания? — Получается, что да, сомневаемся, — смелее говорит Анджелина. — Раз вы сомневаетесь в моих методах, то и в методах Министерства тоже. Потому, что меня сюда прислал наш министр магии. Все так, мисс Малфой? — Все так, — соглашается Малфой, понимая, что отступать уже некуда. Амбридж молчит несколько мгновений, которые Элсвите скажутся вечностью. Профессорка еще раз оглядывает гриффиндорок и спокойно произносит: — Зайдите ко мне в кабинет после занятий. Вы обе. Это ваш последний урок, дальше занятий нет. Останьтесь. Женщина разворачивается и, цокая каблуками, направляется к преподавательскому столу. Анджелина и Элсвита переглядываются и усаживаются на свои места. Амбридж, слыша, как они отодвигают стулья, произносит: — Я не разрешала вам сесть, дамы. Теперь вы на моих занятиях все будете делать стоя. По аудитории проносится удивленный шепот. Малфой смотрит на Джонсон, которая медленно поднимается со своего места снова. Девушка сжимает стол, царапая ногтями поверхность дерева. Сзади раздается шепот когтевранки Грейс Уотерс: — Молчите! Элсвита оглядывается на Джорджа, сидящего с братом через проход от нее. Тот ловит ее взгляд, указывает пальцем на Амбридж и проводит пальцем по горлу. Малфой хмыкает и качает головой, мол, не вмешивайтесь. Когда занятия заканчиваются, Элсвита и Анджелина остаются стоять около своей парты. Мимо девушек проходят студенты и студентки Гриффиндора и Когтеврана, большинство смотрит на провинившихся с сочувствием. Об Амбридж и ее наказаниях уже ходили истории, каждое наказание отличалось от остальных, потому было невозможно предугадать, что она придумает. — Вас ждать? — спрашивают Уизли. Джордж берет руку Элсвиты в свою и мягко поглаживает ее ладонь. Элсвита качает головой. — Меня можете не ждать. Анджелина? — девушка отказывается. Братья уходят, оставляя подруг наедине с Амбридж. — Дамы, — начинает преподавательница, все еще сидящая на своем месте: — я, как вам известно, имею права сама придумывать наказания. Не переживайте, это не будет сложно. Вам просто нужно будет усвоить урок. Пойдемте за мной. Женщина встает и направляется к двери в комнатку, которая находится за доской. Обычно в таких помещениях были подсобки преподавателей и преподавательниц, это место тоже не стало исключением. Джонсон идет первая, Малфой следует за ней. Они оказываются в комнате, стены которой были выкрашены в ярко-розовый цвет, такой же тошнотворный, как и весь гардероб Амбридж. Стены цвета фуксии выглядели настолько непривычно для серого и достаточно мрачного замка, что Элсвита на мгновение думает, что ей кажется. В этом розовом безумии, среди розового стола, розовых стульев, розового дивана, розового шкафа и розового ковра на розовом полу, просто физически было некомфортно находится. На стенах висели десятки колдографий с котятами — всех изображений было не меньше пятидесяти и, как только в кабинет вошла Амбридж, животные замяукали во весь голос. В центре противоположной столу стены висело большое мутное зеркало в деревянной оправе. — Вы, мисс Малфой, останьтесь тут, пока я дам занятие мисс Джонсон. Анжелина, прошу вас на выход, — сообщает Амбридж. Дверь за ними сразу же закрывается, и Элсвита остается одна среди дико орущих котят. Не проходит и минуты, как Амбридж возвращается. Она проходит мимо стоящей в центре кабинета Элсвиты и усаживается за свой розовый стол. — Я часто замечаю, мисс Малфой, — начинает она слащавым голосом, — выглядите очень недовольной на моих занятиях. Я бы сказала, даже злой. «А чему на них радоваться», — думает про себя Элсвита, но продолжает молчать. — Скажите, у вас нет проблем с контролем гнева? — спрашивает Амбридж. —Простите? — Вы можете контролировать свои эмоции, Элсвита? — спрашивает профессорка, — прошу вас, подойдите к зеркалу. Элсвита, все еще пребывая в недоумении, делает несколько шагов вперед и оказывается перед зеркалом. Она мельком оглядывает в отражении себя: свою аккуратную школьную форму, косу, перекинутую через плечо, небольшое красное пятнышко на левой щеке. — Улыбнитесь, — говорит Амбридж. Она выбирается из-за стола и становится за спиной Малфой, смотря на девушку через стекло. — Что? — Я прошу вас улыбнуться, Элсвита. Неужели это так сложно?  Малфой приподнимает уголки рта, так, что получается какой-то оскал. Ее отражение в зеркале даже не шевелится. Девушка не сразу понимает, что не так. Она смотрит прямо на себя и делает попытку усмехнуться. Лицо Элсвиты, смотрящей на нее через стекло, даже не меняется.  — Ну же, мисс Малфой, я жду. Улыбайтесь, — зловеще звучит голос Амбридж прямо над ухом. Женщина слегка наклоняет голову, и изображение повторяет за ней. Гриффиндорка снова улыбается зеркалу, протягивая к лицу руку. Ее отражение касается рукой абсолютно безэмоционального лица.  — Я улыбаюсь, — шепчет в растерянности Малфой. Преподавательница качает головой.  — Но я этого не вижу.  Элсвита улыбается еще и еще. Она поднимает брови, хмурит лоб, щурит глаза, но лицо за стеклом по-прежнему никак не изменяется. Между тем Амбридж повышает на нее голос.  — Вы отказываетесь выполнять и это?  Элсвите кажется, что она сходит с ума.  — Я не понимаю, — растерянно шепчет она, — что происходит?  — Что происходит? — кричит Амбридж, все еще стоя за ее спиной: — вы отказываетесь делать самые простые вещи, о которых я вам говорю! Улыбайтесь!  Элсвита пытается еще и еще, но ничего не меняется. Ей хочется убежать, хлопнуть дверью и никогда тут больше не появляться.  — Вы не выйдете отсюда, пока не улыбнетесь.  Малфой растеряно смотрит в зеркало, вздрагивая от того, как грозно звучит голос Амбридж.  — Улыбайтесь! Улыбайтесь! Улыбайтесь!  Элсвита чувствует, как виски начинают пульсировать от нервного напряжения, как голова начинает болеть, а на глазах выступают слезы. Она хочет разбить это зеркало, но не может сдвинуться с места, продолжая натянуть на свое лицо улыбку. Она чувствует, что ее уголки губ поднимаются, образуя скорее оскал, но ее отражение в зеркале совершенно не изменяется. Элсвите кажется, что она сходит с ума.  — Прекратите! — кричит она. Слезы начинают катиться по щекам, и Малфой закрывает лицо руками. Амбридж довольным голосом сообщает:  — Ну вот же, у вас прекрасно получается!  — Что? — Элсвита в недоумении опускает руки и оборачивается на профессорку. Та указывает пальцем на зеркало.  — Мисс Малфой, посмотрите. Вам так идет улыбка!  Малфой смотрит в зеркало. Ее изображение улыбается ей безумной улыбкой, растянувшейся буквально на все лицо.  — Вы можете идти, — произносит женщина, и гриффиндорка стремглав выбегает из этого отвратительного места. Она хлопает дверью так сильно, что котята на картинках издают дружный писк.  — Гребаная сука! — шипит Малфой, покидая кабинет ЗОТИ, — какого хрена ее пустили к детям?  Она выскакивает в безлюдный коридор и видит, что за окнами уже стемнело. «Как могло стемнеть так быстро?» — думается ей. Девушка проверяет время на наручных часах и удивленно ахает. Ей казалось, она пробыла у Амбридж всего пол часа, но на циферблате стрелка медленно приближается к восьми вечера. Элсвита провела в кабинете ЗОТИ более двух часов.  Голова раскалывается от боли, в глазах начинает мутнеть. В черепной коробке словно ползают жуки, Элсвита буквально слышит гудение. Малфой старается идти прямо, но ноги не слушаются ее. Девушка безумно хочет спать. Она садится на пол около портрета какой-то тощей дамы, обнимает колени руками, натягивая мантию как можно ниже, и закрывает глаза.  Именно в таком положении ее находит Джордж. Он трогает Элсвиту за плечо, и та вскакивает, выставив перед собой волшебную палочку.  — Мерлинова борода, Элсвита, что ты тут делаешь? — напугано спрашивает Уизли, выставляя вперед руки в оборонительном жесте. Малфой опускает дрожащую руку с палочкой и трет лицо. Джордж подхватывает ее.  — Тебе нужно к мадам Помфри! — шепчет Уизли, помогая девушке идти. Та качает головой.  — Я просто хочу спать, Джордж, отведи меня в спальню.  Следующие события Элсвита почти не запоминает. Она, как в тумане, добирается до Гриффиндора. Джордж обнимает ее за плечи — она постоянно чувствует его теплые руки. Она помнит, как в Гриффиндорской гостиной к ним подбегают Анджелина, Фред и еще кто-то, как Уизли передает ее в руки Джонсон. Малфой помнит, как подруга отводит ее в спальню, стаскивает с нее мантию, ботинки, рубашку, юбку. Анжелина пытается ее разговорить, но Элсвита не находит в себе сил отвечать. Девушка укладывает ее на кровать, накрывает одеялом и задергивает полог. Потом Элсвита засыпает.  Она просыпается совершенно разбитой. В горле першит, голова раскалывается, а тело ломит, словно спала она не в кровати, а на холодных камнях. Элсвита скидывает одеяло и оглядывает себя. Она в одних трусах и майке. В голове мелькает мысль о том, на сколько плохо, вероятно, выглядит ее лицо.  Малфой открывает полог и слышит торопливые шаги из ванной комнаты. Через мгновение у нее у кровати оказывается Анджелина.  — Элсвита! Ты как? — подруга запахивает потуже халат. От резких движений ее афрокудри роняют на пол капли воды.  — Отвратительно, — хрипит Малфой.  — Выпей воды, — протягивает Джонсон ей стакан, — ты помнишь, что произошло вчера? После того как нас наказали. — Кажется, я забыла какую-то часть произошедшего, — голос Элсвиты, несмотря на выпитую воду, хрипит.  — Амбридж заставила меня стирать возобновляющуюся надпись с доски. Я раз за разом стирала параграф из учебника, но как только я это делала, он сразу появлялся снова. После сотого раза доска оповестила меня, что я могу уйти. Это заняло не меньше часа. Ты же была у нее в кабинете...  — Около двух часов, — заканчивает за нее Малфой.  — Да. Я вернулась в гостиную, думая, что ты уже там. Но тебя не было. Джордж пошел тебя искать, а когда привел тебя, ты была такой, словно тебя накачали наркотиками.  Элсвита не понимает, что такое наркотики, о которых говорит маглорожденная однокурсница, но не уточняет, о чем идет речь. — Амбридж, — шепчет Малфой, — она заставила меня улыбаться. Она поставила меня перед зеркалом и приказала улыбнуться. Зеркало было зачаровано, улыбка на моем лице в отражении появилась лишь тогда, когда я разревелась. — Офигеть, — говорит Анджелина, присаживаясь ближе и обнимая Элсвиту. Она явно хочет еще о чем-то спросить, но останавливает себя. Джонсон старалась быть вдумчивой, эмпатичной, старалась сдерживать свои эмоции тогда, когда это было нужно. Малфой радуется тому, что подруга больше вопросов не задает.  Они сидят так какое-то время в тишине, обнимая друг друга. В конце концов Анджелина встает и говорит:  — Джордж рвался к тебе, но я сказала, что не пущу его, пока ты сама не проснешься. Если ты хочешь, я могу позвать его прямо сейчас.  Элсвита качает головой:  — Не нужно. Я сама его найду позже. Я должна поблагодарить его. И тебя, я помню, как ты мне помогла дойти до кровати.  Анджелина кивает.  — Мы ведь ничему не научимся с ней, — помолчав, говорит она, — грядет война. Я верю Гарри, ты тоже. Я так боюсь за свою семью, они ведь ничего не знают о нашем мире. Я хочу научиться их защищать.  — Я думаю, мы должны учиться сами, — Малфой поднимается с кровати, стягивая со стула халат. Ноги гудят, шагать оказывается сложно. Анджелина провожает взглядом, шаркающую в сторону ванной. — Ты придешь сегодня на тренировку? Ты чувствуешь в себе силы на это? — кричит Джонсон. — Постараюсь, — ворчит Малфой и слышит смешок из-за стены. — Я не обижусь, если ты откажешься, но если твой Джордж снова что-то вытворит, то сразу говорю, что отдубашу его метлой! — кричит подруга. Элсвита слышит, как хлопает дверь в комнату. Анджелина ушла. Малфой смотрит в зеркало. Выглядит она и впрямь ужасно, серые круги под глазами сильно заметны, волосы, не вымытые вчера, покрылись жирным налетом. Девушка скидывает с себя одежду и отправляется в душ. Она едва не опаздывает на завтрак, а когда подходит к столу, по залу проносится шепоток. Девушка видит рыжие макушки близнецов Уизли и направляется к парням. Напротив них сидит Анжелина, которая улыбается при виде подруги. Фред и Джордж оборачиваются, когда Элсвита кладет руки на их плечи. — Элсвита! Как ты? — Джордж обнимает ее за талию, гриффиндорка гладит его волосы. — Все в порядке, спасибо тебе. Они все знают, что Элсвита обманывает. За завтраком девушка пересказывает близнецам и подоспевшему Гарри с Роном все, что помнит со встречи с Амбридж. Фред возмущенно взмахивает руками. — Мы придумаем, как отомстить этой жабе, Элс. Только дай нам карт-бланш и ты увидишь, как она пожалеет о том, что вообще приехала в эту школу! — Погоди пока с местью! — встревает Анджелина, — я сегодня иду утверждать к ней нашу команду по квиддичу. Если вы что-то успеете сотворить перед тем, как она одобрит каждую кандидатуру, от нас останется два человека. Но я все равно приглашаю вас всех на тренировку сегодня вечером.  Она уходит. Гарри смотрит на Элсвиту.  — Ты будешь говорить об этом МагГонагал? Когда Джордж тебя привел вчера, на тебе и лица не было, ты как будто бы была пьяна. Такие наказания недопустимы.  — Разве ты обращался? — пожимает плечами Малфой, кивая на порезы на запястье Поттера. Тот спешно натягивает рукава вниз, закрывая шрамы.  — Мало того, что нас тут наказывают ни за что, так еще и ничему не учат. На пороге война! Мы не можем выйти в свет неподготовленными, — говорит Рон.  — Что ты предлагаешь, Рони? — спрашивает Джордж, отпивая чай из кружки.  — Учиться вместе самим, конечно, — отвечает за Рона Гермиона, подоспевшая к ребятам.  — Нас за это выгонят из школы. Амбридж не позволит, чтобы кто-то ставил под вопрос ее компетенции в преподавании.  Элсвита оглядывает собравшихся.  — Знаете, я тоже об этом думала. Если мы сможем организовать все так, что никто не будет знать, и приглашать только проверенных людей, то мы сможем учиться магии и без нее. Анджелина поддержала бы нас.  — Невил, Джинни и Полумна тоже, — добавляет Рон.  — Тогда нам нужно собрать людей, придумать систему коммуникации, составить программу занятий и найти место, — говорит Грейнджер, — Фред, Джордж, Элсвита, если хотите, вы можете присоединиться к нам в этом.  Близнецы и Малфой переглядываются и одновременно кивают. Грейнджер, видимо, взявшая на себя задачи менеджерки в этой организации, улыбается.  — Тогда вы, Рон, Фред и Джордж, найдите надежных людей. Вы знаете почти всю школу, а ваши товары могут быть идеальным прикрытием для вербовки. Ты, Элсвита, не против заняться со мной и Гарри разработкой плана изучаемых заклинаний? Ты старше нас, знаешь больше.  Элсвита соглашается, даже не сомневаясь. Гермиона хлопает в ладоши.  — Тогда встречаемся на трибунах после тренировки по квиддичу. Не опаздывай!  Малфой снова кивает. Она задумывается о том, какие заклинания были бы пригодны в будущем, на ум ничего, кроме как боевых и медицинских, не приходит. Элсвита решает отправиться в библиотеку прямо сейчас и выписать все, чему она хотела бы научится. Живот сводит от чувства секретности, от осознания того, что они с друзьями вмешались в что-то запрещенное, не совсем легальное для школы.  Из мыслей ее выводит шепот Джорджа прямо около уха.  — Элс, как ты себя чувствуешь?  Малфой моргает и оборачивается. Парень сидит очень близко. Он тепло, но слегка обеспокоенно улыбается. Одна его рука осторожно касается локтя девушки.  — Лучше. Хотела спросить, как ты меня нашел вчера? Я сама даже не знаю, где оказалась.  — Карта Гарри. Когда я понял, что мы не знаем, где ты, а Анджелина уже вернулась, я пошел искать Поттера.  — Спасибо тебе, — благодарит Малфой, сжимая его руку своей: — Я была, кажется, настолько невменяемой, что могла бы и заночевать на полу где-то в коридорах.  — Эта жаба еще пожалеет, — улыбается Уизли, девушке не кажется, что он шутит.  — Не хочешь со мной в библиотеку? Я собираюсь просмотреть книги и заклинания, которые могли бы пригодится нам.  — Мы встречаемся с семикурсниками из Когтеврана для продажи им блевательных батончиков. Заодно и проверим, кто готов вступить в ряды антиамбриджевой организации. Прости, мы давно с ними договорились. Фреди обидится, если я его брошу снова, — Джордж целует ее в щеку, — ты не против? — Нет, конечно, идите! Только осторожно там, — Уизли снова целует ее в щеку и вскакивает со своего места. Они с братом выходят из Большого зала, а Элсвита остается сидеть одна за столом. Просидев с кружкой чая еще пять минут, она направляется в библиотеку.  В огромном помещении, уставленном стеллажами с книгами, в это время дня обычно было пусто. Элсвита оставляет сумку за одним из дальних столиков и направляется к полкам с учебниками по защите от темных искусств. Она разглядывает старые книги, которые, вероятно, стояли там не одно десятилетие. За это время программа учебы менялась, что-то убирали из-за несовременности рекомендаций, что-то признавали слишком сложным для уровня простой школы. Проведя за листанием старинных томов около получаса, Элсвита понимает, что искать нужно совсем не в учебниках.  Малфой опускается на корточки и разглядывает корешки книг, на которые обычно никто не обращал внимания. Тут, внизу, на полках стояли пособия для аврората, книги для самообразования и методички, которыми почти не пользовались. Девушка выбирает пять книг и усаживается с ними за стол, раскрывая «Теория и практика магического боя» и принимаясь выписывать то, что в теории могло бы пригодиться. 

***

— Ты не находишь эти заклинания несколько, — Гарри замолкает, подбирая слова: — не совсем школьными?  — Не совсем школьными? — удивленно переспрашивает Элсвита, хмуря брови и плотнее кутаясь в шарф.  — Да, — кивает парень, — ну знаешь, они действительно звучат, будто бы это темная магия.  — Чепуха, — отмахивается Элсвита, — я нашла эти заклинания в книгах, которые стояли на самой нижней полке отдела ЗОТИ в библиотеке. Они буквально были у всех на виду. Никто бы не оставил книги с темной магией в общем доступе.  — Да, но тут заклинания ослепления, удушья и гниения заживо, — Гермиона натягивает алую шапку на уши.  Они втроем встретились после тренировки по квиддичу прямо на трибунах. Вокруг было тихо и безлюдно, что давало гарантии того, что ребят не подслушают.  — Послушай, Элсвита, — говорит Гарри, пробегаясь по мятому пергаменту глазами еще раз, — я очень ценю твою работу и то, что ты нашла. Но, так как идея этого кружка, отряда, объединения — называй как хочешь — в том, чтобы научится уверенно колдовать простейшие боевые заклинания, я не думаю, что мы сможем пройти заклинания такого уровня, как этот. Более того, я взялся обучать всех, у нас есть как ты и Гермиона, разбирающиеся в магии, так и Невилл, который едва справляется с обыкновенными чарами. Я не хочу брать такую ответственность на себя.  Элсвита кивает, забирая у Поттера свои записи.  — Пойми, я не против того, чтобы изучать эту магию. Я только за, если это поможет нам обезопасить себя. Я лишь думаю, что нам нужен грамотный наставник.  — Жаль, Лунатик не тут, — смеется Малфой.  — Действительно, — улыбается Гермиона.  — Прошу, Элсвита, не пытайся тренировать это сама. Ты ведь знаешь, что такие заклинания нельзя начинать практиковать без контроля, — серьезно смотрит Поттер, поднимаясь с лавки и предлагая подруге руку.  — К тому же, это противоречит школьным правилам, — подкалывает старшекурсницу Гермиона, поднимаясь вслед за ней.  — Тебе ли мне об этом говорить, Гермиона? — вновь улыбается Элсвита. Они втроем спускаются по лестнице и бредут в замок. Опалые листья хрустят под ногами. Осень с ее холодными ветрами, так характерными для этой местности, уже отвоевала свои права на господство у уходящего лета. Солнце, хоть и проглядывало сквозь верхушки деревьев Запретного леса, уже не грело. Малфой оглядывается по сторонам, следуя за Поттером и Грейнджер. Она прячет руки в карманы черного пальто, подбрасывает носком ботинка листья. После наказания Амбридж внутри все еще оставалась какая-то пустота и боль в голове. Девушка думала, что они могли делать так долго в кабинете, и почему она запомнила с этого так мало. Как только она в своей голове подбиралась ближе к этим воспоминаниям, то словно бы натыкалась на стену, возведенную там не ей самой, а кем-то другим. От этого на душе становилось паршиво. Ей хочется восстановить свою память, что бы ни произошло.  Малфой нащупывает в кармане пергамент с заклинаниями. Их было всего пятнадцать штук. Они, Гарри был прав, напоминали колдовство, к которому школьнице лезть не стоило. Элсвита выписала их вчера в библиотеке, с тех пор перечитав несколько десятков раз. И каждый раз, когда она думала о них, ее руки сами по себе начинали повторять взмахи палочкой, как если бы она действительно могла бы практиковать их. Малфой соврала бы, если бы сказала, что ей совсем не хотелось их опробовать.  Уже в гостиной Грифиндора Рон сообщает, что знает, где можно будет собираться всем желающим втайне от Амбридж. Пока радостный Уизли рассказывает, как нашел Выручай комнату, Элсвита задумчиво водит пальцем по сгибу пергамента, все еще лежащего в кармане. Она знает, что даже после этих занятий с ребятами, будет оставаться в этой комнате дольше.