Artificial violet

Три дня пролетели как один. Чимин никогда не чувствовал себя лучше, чем в этот короткий срок. Любовь определённо вскружила ему голову. Он наслаждался фотографией альфы, которую незаметно сделал линзами. Чонгука он встречал в здании пару раз и кланялся ему, а тот мило улыбался. Тот факт, что Чон влюблён в него Пак уточнять не стал. В голове — отсчёт времени до конца испытания. — Минни, — зовёт Чимина, играющего в приставку, любезно представленной ему хозяином, из соседней комнаты Юнги. — Ты что-то хотел, хён? — высовывается сиреневая голова (да, волосы уже отросли) из проёма двери. — Давай сходим сегодня куда-нибудь? — мило смущаясь, предлагает Мин. — Это свидание? — кокетливо улыбается фиалка, высовывая кончик языка. Пак подходит к Юнги и садится к нему на колени, даже не спросив разрешения и не обращая внимания на скучные субтитры перед глазами. — Считай, что да, мелкий, — Пак раздвинул ноги и обхватил ими спину старшего. — У роботов нет возраст… — Чимин не успел договорить — что у Юнги за привычка странная — затыкать его — альфа затянул его в поцелуй, указывая пальцем на выход. Когда же он отстранился, легко ударил омегу по заднице, отчего тот вздрогнул. — Мне п-о-х-у-й, — растягивая последнее слово, улыбнулся Юнги. — Ты всё равно для меня мелкий. Мелкий и сладкий, — Мин куснул щёку Чимина, которая стала краснее, чем помидор. — Хорошо…хён. Я буду для тебя кем хочешь, — нормальная фраза для робота. Как хорошо, что Мин не знает, что он человек. — Я хочу, чтобы ты был для меня…человеком, — соединив их лбы, Юнги закрыл глаза. — Как бы глупо это не звучало… — Мин улыбнулся. — Я хочу, чтобы ты был человеком. — Простите… — За что? — За то, что я не человек. — Глупенький, — в этом смешке было столько безнадёжности, что Чимин готов был закричать: «Я человек, боже!», но удержался. — Мой айкью выше двухсот, я знаю столько… — Знаю я, знаю, — смеясь, перебил его Юнги. — Беги, одевайся. Сегодня ты выбираешь куда мы пойдём. — Я? — Ты-ты, иди уже давай. Пак вприпрыжку понёсся в свою комнату, заставляя Мина ещё раз улыбнуться. Чимин — его личный лучик солнца, от которого щёки сами поднимаются, а сердце стучит быстрее. Влюбиться в робота? Могу, умею, практикую. Чимин тщательно подбирал одежду, которая должна ему идеально подойти в гардеробе, составленном Юнги. Пак признался, что у альфы довольно хороший вкус. Омега оделся легко, отбросив все вычурные наряды, которые висели в этом шкафу — включая платье — Чимин надел полосатую длинную кофту и джинсы. Из украшений у него ничего не было, кроме подвески от «Шанель», но застегнуть он её сам не смог — нет, не из-за того, что у него маленькие пальчики — поэтому он поплёлся в комнату Юнги. — Хё-о-о-о-н, — стонет Чимин, семеня к тёмному логову альфы. Оттуда как всегда приятно пахнет шалфеем и бергамотом, и Пак на секунду встал, наслаждаясь любимым запахом. Но, вспомнив, что ему нужно от Мина, Чимин распахнул дверь, всматриваясь в темноту. Первое, что он увидел — обнажённый торс хозяина, который застыл с чёрной футболкой в руках. Глаза омеги скользнули по притягивающему телу, но взгляд остановился на его губах. Пак не заметил, как облизал пересохшие губы. — Знаешь, Минни, — спустя две минуты молчания в одной позе, подал голос Юнги. — Пялиться нехорошо. — Прости, я…просто хотел… — Нехорошо, но мне нравится. Раз уж ты пялишься в открытую на меня, могу ли я пялиться на тебя? Сними-ка свою кофточку. — Ты с дуба рухнул? — прикрыв грудь руками, воскликнул Чимин. — Об…обещал же, что не тронешь. — Не трону, только посмотрю. Ты же принадлежишь мне, как-никак, куколка. — Не называй меня так, будто я какая-то игрушка. Ладно, — Пак положил на тумбочку украшение и медленно стянул с себя кофту. Чимин готов поклясться, что Юнги пустил на него слюну. Мин не говорил ни слова, просто рассматривал омегу с ног до головы, будто видит впервые. — Скажи уже что-нибудь, — краснея ещё сильнее пробормотал Чимин. — Я до этого не замечал, что ты такой идеальный, — признался Мин, подходя к нему ближе. — Так! Экспонат руками не трогать! — предупредил его Чимин, и альфа остановился. Его тело притягивало, и Юнги даже не обращал внимания на кусок железа в груди. Словно человек. — Одевайся, — разочарованно сказал он, натягивая на себя футболку. То же сделал и Чимин. — Ты можешь застегнуть мне подвеску? — Юнги кивнул, указательным пальцем подзывая к себе. Чимин послушался, смущённо протягивая украшение альфе и поворачиваясь к нему спиной. Мин будто случайно проводил пальцами по коже его шеи, от чего у Чимина бегали табунами мурашки по спине. Когда же эта несчастная подвеска была застёгнута, Пак облегчённо выдохнул, поворачиваясь лицом к Юнги и оставляя на его губах лёгкий поцелуй. — Спасибо. — Обращайся, — улыбнулся Мин. — Я хочу в парк. А потом в кино. Можно же? — Моей принцессе можно всё, — альфа сказал это настолько нежно, что у Чимина закружилась голова. — Пойдём, дракончик, — Пак потянул Юнги за руку, выводя из темноты на свет божий — в прихожую. — Почему дракончик? Я что, настолько некрасив? — хмыкнул Мин, обуваясь. — Ты — самый красивый альфа, которого я встречал, — это правда. Никого привлекательнее Чимин в своей жизни не видел. Особенно омеге нравятся его кофейные глаза, в которых он каждый раз тонет. Нежные губы, которые чувствует своими. Его мятные волосы и завораживающий хриплый голос. Всё в нём будто создано по трафарету идеального парня. Чимин удивляется как он мог ему не понравиться в самом начале. — Ты только меня и встречал, — ну вот. Всю романтику испортил. — А Чонгук? — выходит из положения Чимин, прислонившись к двери. — Тебе нравится Чонгук? — смутился Юнги. — Я такого не говорил, — ехидно улыбнулся омега, выскальзывая из дома, не дожидаясь Юнги. Погода располагает к долгим прогулкам под ярким летним солнцем. На территории дома Мина очень хорошо, особенно в тени сакуры, привезённой из Японии. Пока альфа вывозит из гаража свой новенький мерседес, Чимин наслаждается пением малиновки, раскачиваясь на больших качелях. Со стороны двухэтажный пентхаус Мина и правда выглядит грандиозно. Только вот зачем столько комнат человеку, который живёт один? Юнги говорил о том, что этот дом он купил ещё тогда, когда его сын был жив, а его муж жил вместе с ними. Чимин не знает кем был бывший омега Мина, но в том, что он был мерзкий и бросил Юнги одного с маленьким ребёнком, он уверен точно. Нет, ревновать к такому человеку бессмысленно. Ведь они давным-давно разведены, и Юнги ничего о нём не знает. — Минни! — зовёт его альфа, и Чимин моментально реагирует, направляясь в сторону машины. — Говоришь, хочешь в парк? — Пак кивает. — Тогда поехали. Всю дорогу они болтали на разные темы, смеялись и наслаждались обществом друг друга. — Я всегда хотел собаку, — вдруг сказал Юнги. — Вот прям миленькую собачку, чтобы не было одиноко. — Теперь тебе не одиноко? — поправляя спадающие с носа солнечные очки, спросил Пак. — Нет конечно. Но собачку я всё равно хочу. — Это хорошо, что ты любишь животных. — И детей. — Что? — И детей люблю. Очень. Только, наверное, родных у меня уже не будет. — Почему это? — Ты не можешь стать папой моему ребёнку. Ты же искусственный. — Почему я-то сразу? У тебя может быть любой другой омега, зачем портить себе жизнь каким-то андроидом? Я, конечно, буду всегда с тобой, но… — Чимин замялся. — Не нужны мне никакие другие омеги, — возмущённо сказал Юнги. — Возьмём ребёнка из детдома. Ничего в этом такого нет. «Не думаю, что андроид, который скоро будет на моём месте, согласится на это — подумал Пак». — Как скажешь, папочка. — Мы же договорились так меня не называть, — смотря на дорогу, погладил альфа Чимина по щеке. Тот лишь улыбнулся. А рука Юнги опустилась к нему на колено, нежно его поглаживая. В парке было не очень много людей, поэтому Юнги и Чимин могли спокойно прогуливаться по нему. Деревья шумели от лёгкого ветерка и спасали пару от палящего солнца, раскинув по обе стороны дорожки свои ветви. После минутного молчания заговорил Мин. — Знаешь, когда я встречался с Хёнвоном, мы ходили по ресторанам, ведь он просил меня об этом. Мы спускали большие деньги на его любимые вина, лучшие места с видом на город и вип столики. Я делал для него всё, но он не ценил это, — смотря в небо говорил альфа. Чимин дал ему высказать всё, что накопилось на душе. — Но ты…ты не такой. Я понимаю, что ты — робот и тебе быть плохим нельзя. Ты просто запрограммирован на это. Но ты правда идеальный во всём и это пугает. Не было ни одного пункта, по которому ты бы облажался. Минни, ты — моя идеальная версия омеги. — Спасибо конечно, — улыбнулся Чимин. — Но я не идеален. У меня много недостатков. — А главный твой недостаток — ты не человек. Я думал об этом, никак не мог признать то, что влюбился в робота. Это не передать словами, — выдохнул альфа. — Теперь в твоих глазах я, наверное, сумасшедший. — Это не так. Было бы странно, если бы я сказал, что тоже люблю тебя, верно? — Очень. — Тем не менее я говорю это. Я люблю тебя, — Пак остановился и взял за руку Юнги. Тот непонимающе смотрел на него, сжимая его руку. — У тебя нет сердца. — У меня есть движок. Это можно считать за сердце, — пожал плечами Чимин. — Только оно не бьётся, а работает. Но, тем не менее, я не стиральная машинка и мыслить умею. — Какое странное сравнение, — улыбнулся Мин, опуская голову за поцелуем. — Такое ощущение, что ты меня до этого с ней сравнивал, — увернулся Чимин, злобно хихикая и шагая дальше. — Всё что хотел, я сказал. — Ты пытаешь меня, — простонал Юнги, нагоняя его и хватая за руку. — Принцесса, тебе не кажется, что можно поцеловать своего дракончика хотя бы разочек. — Ладно, только разочек, — ухмыльнулся Чимин, прикоснувшись губами к губам парня, но настырный Юнги пропихнул язык в его рот, и получился настоящий французский поцелуй. — Я больше не притронусь к тебе. Обеща-а-ю, — передразнил некогда сказанные слова альфы Чимин, зашагав по тропинке. — Ну это же простой поцелуй, тебе сложно было что ли? — хмыкнул Мин, гладя большим пальцем запястье омеги. — Я бы тебя всего так и расцеловал бы, — признался Чимин. — Так в чём же проблема? — Сам мне сказал, что не притронешься. Вот и держи теперь своё слово. Юнги только грустно вздохнул, пробормотав себе что-то под нос. Они гуляли около часа, разговаривая и узнавая друг о друге больше. Точнее Чимин узнавал больше о Юнги. — Я курю и… — начал Мин, но Пак его перебил. — Ты куришь?! — Да ладно, ты же не почувствуешь! На самом деле, ещё как почувствует. А на никотин у Чимина аллергия. Он начинает задыхаться, как только чувствует его запах. — Не кури при мне! — Я и не курю. Не думал, что ты так отреагируешь. Я начал курить когда Минхо умер…точнее…ну ты понял. — Да. — А когда появился ты…курить мне расхотелось, ведь я думал о тебе. — Как романтично, — заметил Пак. — Ой-ой. Я выгляжу глупо, — смутившись, пробормотал Юнги. — Но, всё же, иногда я покуриваю, когда совсем плохо. Ну вот, Чимин! Ты нашёл минус, с которым легче будет переносить расставание. Юнги курит. Но ведь для него он мог бы и бросить… — Ты бросишь курить. — С чего это так самоуверенно? — поднял левую бровь Мин. — Потому что ты любишь меня. Значит ради меня бросишь. — Хорошо. Раз ты настаиваешь. Чимин хочет только хорошего для Юнги. И он искренне надеется, что с роботом ему будет хорошо. Но пока он не думает о будущем, а лишь наслаждается компанией альфы.

***

— Не боишься? — ухмыляясь, спрашивает Мин, беря из рук девушки-администратора вип билеты. — Нет. Но у меня есть такая функция…я не могу её контролировать. Совсем как человек. Я постараюсь не бояться, — они взяли билеты на хоррор, по отзывам — очень страшный. — Это ваш омега? — вдруг поступает вопрос от девушки, и Юнги кивает. — Вы очень красивый. А вам, господин Мин, очень повезло с омегой. — Спасибо, — улыбается Чимин, кланяясь. — Ты слышал, она назвала меня красивым, — пищит Пак, когда они уже входят в зал. — Потому что ты и есть красивый. — Погоди… — Чимин осматривается, но не находит в зале ни единой души. Места пустые. Они точно зашли в тот зал? — Сюрпри-и-з, — смеётся Юнги. — Ты серьёзно арендовал зал? — в лёгком шоке спрашивает омега. — Ага. Чтобы нам никто не мешал. — Вау, — всё, что смог сказать Чимин, а Мин взял его за руку, ведя на самые лучшие места. — Я думаю, здесь будет видно, — кивнул сам себе альфа, садясь в кресло и приглашая Чимина. Как только они сели, экран включился. И даже без рекламы! Вот она — магия богатства. Только жаль, что без рекламы. Чимин бы успел подготовиться. Страшно было с самого начала, когда девушка только поселилась в этом страшном доме. — Кто вообще такие страшные дома покупает? — морщась, спрашивает Пак. — Ну, может у неё денег не было, и она купила самый дешёвый, — пожал плечами Мин. Прошло пятнадцать минут фильма, и Чимин вёл себя совершенно спокойно, но главная героиня услышала звуки из подвала, и тут понеслось… — Ну вот кто в подвал-то ходит, если ты какие-то звуки слышишь! Бежать надо, — негодовал Пак. — Я в таких случаях, даже если мне очень страшно, быстро подхожу, чтобы разобраться, прикинь, ёбанный гном, ты поймаешь ёбанного гнома. Это ж пиздец, это хайп. Или там какая-нибудь барабашка, схватишь барабашку, и такой, ебать, смотрите, я барабашку поймал, страшно, да, но каждый раз, когда я подхожу, это оказывается ветер или вещь упавшая, — усмехается Юнги, а вот Чимину совсем не до смеха. Когда же на девушку на прыгнула какая-то дрянь, Пак тихо пискнул, сжав руку Юнги и уткнувшись носом ему в плечо. Когда Чимин смотрел ужастики один — а это происходило довольно редко — он обычно просто пищал, закрывая лицо руками, а люди, что сидели рядом, шикали на него. Но сейчас людей нет, а рядом плечо, на которое можно облокотиться. Юнги гладил его по голове, нежно поцеловав в щёку. — Ты так мило пугаешься, — заметил альфа, когда Пак снова уставился на экран. — А ты, как я вижу, вообще не пугаешься, — нахмурился Чимин. — Я люблю ужастики, — сказал Юнги, не отпуская руку омеги. А Пак и не сопротивлялся, сплетя их пальцы в замок. Он сжимал руку альфы так сильно, что она покраснела, но Мин не обращал на это внимания. Юнги смотрел не на экран, а на профиль фиалки, который выглядел фантастично при таком освещении. Будто Чимина не сделали для него, а он спустился с небес. — Ты чего? — вывел из Мина из мыслей взволнованный голос омеги, что сейчас смотрит прямо на него. Его глаза цвета душистой фиалки проникают в самое сердце. — Ничего, — опускает взгляд на его губы Юнги. — Да брось, ты просто хочешь поцеловать меня? — улыбнулся Чимин, и, не дождавшись ответа, втянул альфу в поцелуй. Сладкий, тягучий и пошлый, от которого сносит крышу обоим. — Упс…фильм закончился, — на выдохе прошептал Мин. — И совсем не страшный, — вставая, заявил Чимин. — Разве что чуточку. — Да я видел как чуточку, — Юнги посмотрел на наручные часы, которые показывали половину седьмого. — Нам нужно успеть до того, как приедут за тобой. А это будет через полтора часа. — Я хочу просто прогуляться по вечернему Сеулу. Ты не против? — Чимин вопросительно посмотрел на альфу, а тот кивнул. Пак не гулял по городу уже очень давно, на учёбе времени не было, а после учёбы…он стал роботом. Но нашёл того самого. Истинного, про которого пишут в сказках. Только вот Юнги — не рыцарь на белом коне, а самый настоящий дракон, с которым принцесса не прочь остаться в башне. Сеул освещают сотни огней, что делает город похожим на подиум при свете софитов. Яркие вывески на небоскрёбах, уютные рестораны и кафе, бутики и салоны красоты. Омеги и альфы ходят парами по широким улицам столицы, смеются, целуются, разговаривают. И Чимин один из них. Он никогда даже не мечтал о том, что пройдётся с любимым альфой по центральной улице Сеула. Но мечты сбываются, и крепкая рука возлюбленного сжимает его собственную. И Чимин видит, что Юнги тоже счастлив. Счастлив быть с ним. Его глаза сияют, а губы расплываются в улыбке, когда он заправляет чёлку омеги за ухо. — Ты такой красивый, — тихо говорит альфа с такой нежностью, что Чимин тонет в ней. — Я не устану это повторять. «Мой спутник, Освети мой путь в темноте. Я стану твоим притяжением, Я останусь с тобой рядом и никогда не оставлю.» Сотый поцелуй за вечер, сотый взрыв эмоций. Они никогда не насытятся друг другом. Чимин наслаждается электрической волной, что проходит по всему телу от прикосновений Юнги. Он хочет, чтобы эти мгновения длились вечно, хочет остановить беспощадное время, что так быстро летит. Этот вечер идеален. Каждый вздох, каждый поцелуй и каждое прикосновение он хочет запечатлеть на своём теле. Чтобы помнить своего истинного. Чтобы боль воспоминаний пронзала всё тело, оставляя отпечатки на всю жизнь. Они прошли под светящейся из сотни огоньков арке, а Чимин даже дал Юнги сфотографировать себя и сделать совместное селфи. — Я неплохо вышел, — улыбаясь сытым котом, промурлыкал Чимин и поцеловал в щёку альфу. — Я поставлю её на обои, — улыбнулся Юнги и тут же сделал эту картинку фоном основного экрана. — Как классно, — пропищал Чимин, беря вновь руку альфы и продолжая шагать по тротуару. — А я ведь мог взять деньги, а не тебя, — вдруг сказал Юнги, смотря в небо. Они решили присесть на лавочку, а Пак положил голову ему на плечо. — Интересно, сколько я стою? — Пятьсот миллиардов вон, — совершенно спокойно ответил Мин, улыбнувшись уголками губ с реакции младшего. — Неужели прям так много? — удивлённо переспросил Чимин. — Да, я тоже думаю, что много, — после этих слов Пак прикусил ему мочку уха, издав смешок. — Дурак, — улыбнулся Чимин, уткнувшись альфе в шею. — С каких это пор робот называет так своего хозяина? — саркастично спросил Юнги. — Простите, папочка, — передразнив себя же, ответил Чимин. — Вот какое у тебя было первое впечатление обо мне? — От тебя веяло холодом. Проще говоря — ужасное, — признался Чимин, рассматривая водную гладь реки Хан. — Ну это понятно. Ну, а как тебе мой запах? У меня тогда гон был. — Гон? — удивлённо переспросил Пак, уставившись на Мина. — Я различаю запахи и почувствовал тогда. Шалфей с бергамотом. — Именно. Так как тебе мой запах? — Успокаивает, но тогда в нём была какая-то резкость. Сейчас он более мягкий и нежный. Ты изменился. — Ты поменял меня. Знаешь, можно бесконечно признаваться в любви, но словами всё равно не передать то, как сильно я люблю тебя, — его хриплый голос дрожал, а Чимин нежно гладил его по руке. — Я тоже…люблю тебя, Юнги. «Мой спутник, Ты сегодня здесь? Сияй своим свечением и освободи меня, Прогони тьму из меня, Свети мне.»