Antidote | Противоядие

«Rain like tears» — MANACK & BRUNO WEN-LI

      В Мунго Гермиона пришла в себя (насколько можно было назвать подобное состояние «собой») достаточно быстро. По ощущениям, её не просто разбили — над ней издевались по меньшей мере часов сорок. Вероятно… Испытываемые ощущения были даже похуже пытки круциатусом. А Гермиона прекрасно знала эти ощущения.       «Что вообще…»       Связки не позволяют сказать больше двух слов, но этого хватает, чтобы Полумна, сидевшая неподалёку, обратила на подругу внимание и успокаивающе коснулась ладонью её руки.       — Наконец-то… ты очнулась, — Полумна была спокойной, однако, стоило Гермионе обвести взором окружающую обстановку, паника не заставила себя долго ждать. Ею накрыло с головой, так, будто Грейнджер ничего и не могла сделать. Как будто бы всё, чего она добилась за эти месяцы кануло в небытие. — Тише, тише. Всё хорошо. Гермиона, ты в Мунго. Тебе стало плохо.       Полумна обратилась к документам, которые лежали рядом. Их принесли буквально минут десять назад. Малфой же дремал в кресле, под пледом. Кажется, он был не в своей одежде.       — Я понимаю, что сейчас ты хочешь узнать, что с тобой случилось, но прежде всего мне нужно знать ответ на один вопрос. Кто назначил тебе твоё… «лечение»? По данным в медкарте ты обратилась к нам для обследования. Были проведены все соответствующие процедуры, не выявлено никакого магического воздействия и нарушений за исключением депрессивного эпизода. Но дело в том, что когда мы проводим комплексную диагностику, мы не закрепляем её за конкретным специалистом, чем этот человек, навредивший тебе, и воспользовался… Кто это был, Гермиона? К кому ты обратилась за помощью? — с увещеванием и практически мольбой Луна обратилась к ней и сжала пальцы подруги в своей руке.       — Линера…       — Финнеан? — но Полумна, по всей видимости, ожидала совершенно не такой ответ. — Что ж… спи, Гермиона. Тебе нужно набираться сил.       Малфоя разбудили ближе к рассвету, по всей видимости, за несколько часов до открытия больницы и начала нового рабочего дня.       — Идём… нам нужна твоя помощь, — его взяла за рукав Полумна и потянула за собой. — Я думаю, тебе стоит присутствовать. Как лицу из министерства.       В кои-то веки Драко даже ощутил свою значимость, но лишь после вспомнил, по какой вообще причине здесь оказался. Это заставило вспомнить прошедшую ночь во всех подробностях. Неудавшийся секс. Холодеющее тело. Мунго. Класс, Драко, ты превзошёл сам себя — ещё ни разу девушки настолько не были против секса с тобой, что едва ли не умирали. Однако, он действительно был встревожен за Гермиону. Это — бесспорно.       Гермиона, которую посадили в кресло, была чрезмерно бледна. Взгляд её был рассеянным, сфокусироваться на одной точке было очень тяжело. Казалось, что веки изжигали огнём — но всё было далеко не так. Она почти не обратила внимание на Малфоя, кажется, из-за собственной истощенности, а вот сам Малфой… ужаснулся. Но, по всей видимости, присутствие Гермионы здесь было просто необходимо. Иначе бы пациента не стали звать из палаты.       Ей явно было лучше, она хотя бы держала глаза открытыми и глядела вполне осознанно на присутствующих. Полумна, проводив Драко до кабинета, снова куда-то ушла, оставив их втроем вместе с ведущим целителем. — Я вынужден поблагодарить вас за хорошую реакцию, мистер Малфой, — подал голос Миракл, короткостриженный седовласый мужчина. Он даже повернулся навстречу, видимо, в раздумьях, стоит ли пожимать руку или нет, но Драко всё еще находился достаточно далеко, — вынужден поблагодарить, потому что без вас правая рука Министра Магии была бы мертва в течении получаса. — Благодарю вас, мистер Миракл. На моем месте любой сделал бы также, — если это не был бы Рон, который захрапел бы сразу после отказа Гермионы. А так, в принципе, Драко даже не преувеличивает. — Мы позвали вас, чтобы засвидетельствовать один разговор, так как, полагаю, вы тоже косвенно, но замешаны в этой ситуации. Мисс Грейнджер ещё слаба, и в случае чего… Вы сможете подтвердить всё услышанное и удостовериться в отсутствии фальсификации. Считайте, что мы пригласили вас в качестве понятого. Ну, и свидетеля, — целитель мог бы и опустить такую длинную тираду. Малфой был не глуп. Он понял это почти сразу же.       В кабинете эта женщина, чуть ли не убившая Гермиону, появляется также стремительно, как и хочет из него выйти. Но Полумна, идущая сзади, буквально встает в проеме двери. Преграждает пути отступления. Разумеется, Линера понимает всё, стоит увидеть в кабинете главного колдомедика и ту самую Гермиону Джин Грейнджер. Видимо, волшебнице действительно было, что скрывать?       — Нет, Финнеан. Сегодня вы никуда не пойдете, и даже пораньше я вас не отпущу, — Миракс опускается в свое кресло и жестом приглашает вошедшую сесть. Но, прежде чем это сделать, она явно предпринимает попытку трансгрессировать. Увы. На кабинет были наложены чары. Видимо, целитель уже был научен горьким опытом. — Нет, Линера. Я же сказал. Так не пойдет. Я думаю, вы уже прекрасно поняли, почему мы вас сюда позвали, поэтому... Рассказывайте.       Но в ответ он получил лишь молчание. По всей видимости, целительница решила упорствовать до конца.       — Мисс Финнеан, вы же понимаете, о чем речь… Гермиона Джин Грейнджер, визит и показания которой уже зафиксированы, сидит в этом кабинете прямо напротив. Вчера ее состояние резко ухудшилось после приема зелий, которые назначили ей вы.       — Индивидуальная непереносимость компонентов, — она отговаривается холодно и чуждо. Гермиона даже почти не узнает ту добродушную женщину, к которой ходила на приемы.       — Прекратите. Вы прекрасно понимаете, что это не так. Не заставляйте меня прибегать к помощи сыворотки правды. Не смотря на то, что я всего лишь целитель, я имею достаточный запас этого зелья. Для вас его точно хватит.       — Может быть, мы просто ошиблись? Ведь я употребляла алкоголь, мало ли в какую реакцию он мог вступить с…       — Гермиона, мистер Миракл, — Полумна прерывает попытку Гермионы оправдать целительницу, — дело в том, что я подняла записи о визитах Гермионы. Понимаете ли, по отчетам Линеры, мисс Грейнджер получала обычное успокаивающее зелья и зелье «быстросна». Но дело в том, что магическая экспертиза, да и моя пипетка, когда я только увидела эти зелья, выявили посторонние компоненты. То есть, наркотические вещества. Гермиону на протяжении стольких месяцев поили опиатами. В низкой консентрации, разумеется. В настолько низкой, что формула зелья всё ещё оставалась стабильной, а последствия от применения не проявлялись настолько сильно, чтобы тревожиться из-за них. Но… я думаю, симптомы были.       Почему-то Гермионе казалось, что стремление выпить с утра зелье это… совершенно нормально? Почему она не могла желать чувствовать себя лучше? Почему не могла привыкнуть к зельям также, как и к таблеткам, которые маглы прописывали от всяких депрессий? К тому же, если учесть, какой диагноз поставила ей Линера, это было… стоп. Но ведь, судя по всему, диагноза, — сглаза, — и подавно не было? Грейнджер не понимала, что происходит.       Она просто ничерта не понимала. Мозги в собственной голове будто кипели, как в котле.       — Но опиаты всё равно так или иначе накапливаются в крови. Особенно, если принимать зелья в неположенных дозах. А алкоголь… он просто запустил этот механизм. Вот и всё. Гермиона вполне могла бы умереть, если бы Драко Малфой вовремя не вызвал нашу бригаду на помощь.       — Но ведь именно Драко Малфой может быть к этому причастным. В один из последних визитов, когда я спрашивала у пациентки, как она себя чувствует, я услышала рассказ о появлении нового друга в лице этого замечательного молодого человека. Так может быть, именно он и испортил зелья? Уж по каким причинам, я знать не могу, но, думаю, вам, мистер Малфой, будет виднее, — Линера, найдя крохотную искру, сумела раздуть из неё настоящее пламя. У нее получилось посадить зерно сомнения.       И почему Гермиона раньше не допускала такую вероятность? Ведь она начала общаться с Малфоем примерно в то время, когда и встретила Линеру. Если вспомнить, по каким причинам он посетил кабинет заместителя министра тогда, в первый раз… Мерлин, неужели он мог её убить! Ведь все зелья находились в шаговой доступности на кухне. Он вполне мог, подобрав нужный момент, испортить состав, чтобы… Чтобы что? Поквитаться с суровой ведьмой, которая не давала ему поблажек на работе и продвижения по карьерной лестнице? Возможно, это звучало абсурдно, но… так правдиво.       И, видит Мерлин, ей слишком не хотелось, чтобы это оказалось правдой.