Капитан баскетбольной команды — горничная

— Ты долго собираешься парить мне мозги? — ворчит Мин скорее по привычке, неловко стягивая футболку. Тэхен привычно лыбится. Заебал, ей-богу. Сессия прошла для Юнги как в тумане. Он мало что помнит на самом деле. Но ему довольно сильно повезло, так как только на одном экзамене он вытянул билет, в котором было два не выученных им вопроса. Ну. Главное, что не неуд. Мин никогда не гнался за красным дипломом, так что по факту ему поебать на оценки. Ким на время экзаменов почти не доебывался, за что Юнги был ему даже немного благодарен. Но стоило только начаться каникулам, так он тут как тут. Так как семестр закончился, то смены Юнги в мейд-кафе плавно перекочевали на будни. И вот. Чуть ли не каждый чертов день этот чудик торчит тут практически до закрытия. Злоебучий Родриго просто цветет и пахнет, и Ким никогда не упускает возможности указать на свою роль в спасении сраного цветка. Протирает его влажной тряпкой от пыли, поливает, даже удобрения какие-то купил. Юнги наблюдает за этой клоунадой со скепсисом во взгляде, а вот все остальные от него просто в восторге, от официантов с миссис Кан во главе, до молоденьких симпатичных посетительниц, многие из которых стали постоянными клиентками как раз из-за Кима, который сидит тут как привязанный и улыбается своей улыбкой дурацкой кому ни попадя, падла. Даже тут умудрился собрать персональный фанклуб. Юнги ежится, когда чувствует затылком чужой прожигающий взгляд. Он бурчит почти смущенно "отвернись, блядь". Ким хихикает, но послушно отворачивается, а спустя секунду вовсе выходит в зал "позаботиться о Родриго". Мин спокойно переодевается, так же выходя. Сегодня они с Кимом немного опоздали, так что Кенсу уже успел переодеться и прибраться перед открытием, и теперь сидел за одним из столиков и что-то сосредоточенно читал в телефоне. Мину очень хочется оттянуть и так довольно длинную юбку еще ниже, когда он в очередной раз замечает взгляд Кима на своих ногах. Но он этого не делает, заливаясь легким румянцем. Сердце почему-то чуть ускоряет свой ход, и Юнги неловко кашляет.

***

— Ну давай пообнимаемся, — почти хнычет Ким, жалостливо выпячивая пухлую нижнюю губу, которая дрожит так, как будто он реально собирается расплакаться. Юнги цыкает, сложив руки на груди. Он уже потерял нить повествования фильма из-за Тэхена, поэтому пялится в экран, совершенно ничего не понимая. Ким продолжает бухтеть что-то о том, что у него смертельная болезнь и единственное лекарство от нее это его, Юнги, обнимашки. Юнги в очередной раз закатывает глаза, жалея, что решил потратить на это свой единственный выходной. Он поворачивается к Киму, смотря в его сияющие огромные глаза, и все-таки сдается. Фыркает недовольно, но раскрывает руки. Тэхен тут же с визгом падает в его объятия, прижимаясь щекой к груди. Юнги чертыхается, но несмело опускает ладони на кимову спину, обтянутую тканью белой футболки. Опять. Тепло. Через пару минут Юнги начинает расслабляться, опять вникая в фильм и рассеянно поглаживая лопатки Кима. Тот урчит довольно, оборачивая ладони вокруг миновой талии и прижимаясь еще ближе. Когда фильм (вторая часть "Властелина колец") подходит к середине, Мин напрягается, готовясь въебать Киму по его наглой красивой роже, потому что парень съезжает ниже, утыкаясь лицом очень близко к паху Мина. Он почти сталкивает парня на пол, готовясь плеваться ядом, но в последний момент останавливается. Потому что понимает, что Ким банально уснул. Юнги мысленно орет во всю, но на деле только немного отодвигает чужую кудрявую голову от опасного места. Ким во сне переворачивается на спину и причмокивает пухлыми губами. Его ресницы еле заметно подрагивают, а зрачки двигаются под закрытыми веками. Спать сидя не особо-то удобно, но Мин в очередной раз не решается будить парня, поэтому делает звук потише, благо пульт был под рукой, и опять зарывается ладонью в мягкие волнистые волосы. А через какое-то время и сам засыпает, неловко откинув голову на спинку дивана. А просыпается, лежа уже на кровати, лицом к лицу с тем же Кимом. Тот почему-то не спит, а разглядывает его заинтересованно. Юнги хмурится, отводя взгляд. За окном все еще темень, и Мин предполагает, что времени около часа ночи. Ким не улыбается привычно, а смотрит на него как-то серьезно. Юнги не знает, о чем говорить, поэтому молчит, но и Ким не спешит нарушать вязкую тишину. Внезапно он кладет ладонь на минову, лежащую около его головы. Юнги вздрагивает, но руку не одергивает. Ким мягко поглаживает пальцы и костяшки, подперев голову ладонью и задумчиво пялясь. Потом переворачивает ладонь тыльной стороной вниз и начинает поглаживать кончиками пальцев. Щекотно. — У тебя очень красивые руки, — неожиданно выдает Ким, — Тебе бы пошло играть на пианино. Юнги фыркает удивленно. — Я... я и так играю. Играл, точнее. — Правда? — Тэхен смотрит на него с таким восторгом в глазах, что Юнги даже становится немного неловко. Он кивает неуверенно. — В средней и старшей школе. Сейчас нет ни времени, ни возможности, ни денег. Но Ким его похоже уже не слушает. Он вскакивает с кровати, хватая телефон, и звонит кому-то. Юнги слышит гудки, потому что звонок поставлен на громкую связь. Сам Ким начинает носиться по комнате, переодеваясь. Юнги ничего не понимает. — Тэхен-а? — раздается искаженный женский голос, — Тебе повезло, засранец, что я только ложусь спать, — недовольно продолжает она. — Ма-а-а, ну не начинай, — пыхтит Ким, просовывая непутевую голову в горловину свитера, — Мне нужны ключи от кафе. Ты же мне их дашь? — ... Зачем тебе туда в... в два часа ночи? — недоумевает женщина. Юнги хлопает глазами, не решаясь вмешиваться в этот балаган. Но что за хуйня сейчас происходит? Ким заметно заминается. — Ну-у-у, мне нужно наше пианино, — невинным голоском отвечает полностью одетый парень, беря телефон в руки. — Нет, Ким Тэхен. Еще чего! В последний раз, когда ты к нему прикоснулся, я настраивала его почти час. Даже не надейся. — Но, мама, — Ким обиженно куксится, а Юнги, кажется, начинает понимать, что он задумал, еще больше выпадая в осадок, — Я к нему не притронусь, честно. Я... я просто хочу послушать, как хен играет... Юнги вздрагивает. Он смотрит на свои руки, чувствуя, как глаза начинает пощипывать. Он не играл уже около трех лет. Мама Тэхена молчит. Сам Тэхен напряженно сопит. — Можно... Можно я тоже послушаю? — говорит она как-то робко. Юнги хлопает глазами. Ким поворачивается к нему с вопросом в глазах, и все, на что Мина хватает, это молча кивнуть. — Конечно, можно, ма. Но ты же спать собиралась. — Замолчи-ка лучше, Тэ. И дуйте сюда. Она скидывает звонок, а Ким цапает Юнги за запястье и тянет на выход. Юнги все еще охуевает. Но послушно семенит ногами. Он не играл три года. Но сейчас может сыграть. Губы бесконтрольно растягиваются в широкую счастливую улыбку.