Капитан баскетбольной команды — горничная

Тэхен задумчиво чешет макушку, наблюдая за необычайно радостным хеном. Тот разговаривает с каким-то высоким парнем, весело смеясь. Сам Ким стоит вместе с Чимином неподалеку. Но подходить пока не решается. В груди шевелится странное чувство. Сегодня второй день нового семестра. Новое расписание Тэхену не особо нравится, но оно не такое уродское, как было на первом курсе. Юнги все же согласился играть маме на пианино по вечерам, и Ким был хену благодарен, потому что мама стала намного счастливее с того момента. За август они с хеном довольно сильно сблизились. Мин уже спокойно позволял обнимать себя, заставляя непонятную штуку под диафрагмой трепетать. Ким вглядывается в темноволосого паренька, примечая прекрасную фигуру и высокий рост. И вздыхает. Он не помнит, чтобы его хен так беззаботно с кем-нибудь общался. Удивительно. Хотя постойте. Что-то подобное было, когда Юни говорил по телефону с Чон Хосоком. С которым Ким так и не встретился. — О чем задумался? — из мыслей его вырывает звонкий голос Чимина. Тэхен хмурится. Внезапно Юнги с парнем оглядываются прямо на них. Ким ловит хенов напряженный взгляд на себе, а потом тот отворачивается как ни в чем не бывало. Они продолжают стоять около одной из аудиторий. Ким припоминает, что там проходят занятия для подготовительных курсов, — Йа! Ким Тэхен, я с кем, блин, разговариваю? — Спокойно, Чимин-а. Я просто пытаюсь понять, что за хмырь крутится около моего хена, — хмуро отзывается Ким. Их аудитория находится довольно далеко, поэтому он тянет Пака в сторону, совершенно случайно совпадающую с местонахождением хена. — Хмырь? — Чимин вглядывается в сторону, в которую гневно тыкает Тэхен, и хмыкает, — А по-моему, очень милый парень. Тебе твоя ревность скоро плешь проест. — Какая еще к ебеням ревность? — ворчит Тэ, подбираясь к парням, по-прежнему стоящим к ним спиной. Он уже хочет окликнуть хена, но внезапно слышит из уст неизвестного хмыря то, что заставляет его нервно сглотнуть...

***

— Привет, малыш, — Юнги улыбается, замечая подходящего к нему Чонгука. Он бы его не узнал даже, если бы Хоби не кинул в какао фотку. Мальчишка в ответ улыбается во весь рот, в несколько быстрых шагов подходя к Мину и подхватывая его под ребра. Ступни отрываются от пола, и Юнги пищит, хватаясь за крепкую шею. Окружающие их студенты пялятся открыто, но Мину как-то плевать. — Кто еще из нас малыш, хен, — глаза у парня сияют, как и в детстве, так что Мин щурится довольно, взлохматив чужие непослушные патлы. Они доходят до аудитории, где будут проходить занятия тонсена, и тот принимается делиться впечатлениями от университета и города, которые Чон успел получить за пять дней пребывания в Сеуле. Юнги замечает у шкафчиков Тэхена с Паком, но не успевает в голове сформироваться мысль, как Мин отвлекается на фотографии, которые Куки успел наделать на свою профессиональную камеру. Юнги с интересом разглядывает пейзажи, которые видел уже множество раз, но через призму фотоаппарата они выглядят совсем по-другому. Он же сам, помнится, разжег в пацаненке любовь к фотографии. Сейчас этим заниматься некогда, но в школе ему нравилось. — Пока есть время, могу познакомить тебя с моими... друзьями? — Ого, Юнги-хен, у тебя есть друзья. Удивительно. — Ой, завались, малыш Куки. Вот те, выглядят, как будто сошли со страниц модного журнала, но на самом деле те еще идиоты, — Мин отмахивается от усмешки друга, кивая в сторону Кима с Паком. — У тебя-то все идиоты, хен, — мальчишка закатывает глаза, но все-таки разворачивается в указанную сторону, и тут же застывает, — Он... такой красивый... — Кто?.. — растерянно спрашивает Мин, тоже оборачиваясь и тут же натыкаясь на взгляд колдовских кимовых глаз. В животе все обрывается, когда он вспоминает слова Куки. Почему он так волнуется?.. Да, Ким невъебически красивый, но это не значит... — Тэхен?.. — Так его зовут Тэхен, хен? Он просто нереальный! — глаза Гука ярко сверкают, и Юнги судорожно сглатывает, — Мне никогда не нравились рыжие, но-... Рыжие?.. — Ты про рыжего коротышку, что ли? — сказать, что Юнги в ахуе, значит очень сильно преуменьшить. Причем дело совсем не в том, что Чон считает Пак Чимина привлекательным. Дело было в самом Юнги. Почему он даже не подумал, что Чон может иметь в виду не Тэхена? Совсем уже крыша едет. Ебануться. — На себя посмотри, — фырчит обиженно Чон, как будто Юнги его лично оскорбил. Парень проглатывает колкость. Не до этого сейчас. — Его зовут Пак Чимин. Я немного обознался, — медленно выговаривает Мин. Ситуация странная до пизды. Юнги даже не знал, что Чон по мальчикам. Как-то не успел застать хоть какое-то подобие отношений у младшего. — Пак Чимин, значит, да? Из него вышел бы идеальный наездник. Я бы хотел его прокатить, — да, Чонгу имеет в виду именно то, что имеет. Он хочет продолжить мысль, перед глазами будто наяву встают прекрасные фигурные бедра, но внезапно парень чувствует чужую ладонь на своей ягодице. Он резко разворачивается, натыкаясь на темные раскосые глаза. — Кто кого еще прокатит, — небольшая ладонь с силой сжимается, заставляя Чонгука тихонько запищать, а чужие пухлые губы расползтись в насмешливой ухмылке, — Еще увидимся, маленький трусливый зайчишка. И он уходит, вздернув аккуратный носик к потолку. Чонгук чувствует, как по лицу расползается удушающая краска. Он закрывает лицо руками, когда слышит дикий ржач Юнги, который чуть не падает от смеха, держась за стенку. Какой позор, боже... Но этот Пак Чимин такой... горячий. — Вот это ты отжег, Чонгу, — все еще посмеиваясь, выдавливает хен. — Я все равно заполучу его, — упрямо шипит Чон, яростно копаясь в рюкзаке, чтобы очистить мысли. — Я и не сомневаюсь, мсье Девственник сотого левла, — Юнги откровенно издевается, а Чон снова заливается краской по самую макушку. — Хен!!!