Жизнь, смерть и онигири
12 мая 2020 г., 18:58
Госпожа Канроджи готовила обед, когда её супруг заметил неладное. Беспокойство и смятение выдавало себя резкими движениями, быстро сменяющимися выражениями лица, постукиванием, как бы в ожидании чего-то, рукой по столу.
— Что-то случилось, милая? — спросил он.
Она взглянула на него одновременно злыми и печальными глазами. Губы затряслись, готовые то ли гаркнуть, то ли засвистеть в рыданиях. Не так давно они узнали, что Мицури пригласили в организацию истребителей демонов: сказали, что её сила уникальна и что они смогут найти ей достойное применение, которое, несомненно, оценят другие люди. Но другие люди были чужаками и вряд ли понимали, каково это — спать по ночам, зная, что прямо сейчас твоя дочь может либо убить нечисть, либо быть убиенной. Тяжелее всего госпоже Канроджи было от осознания, что всё могло сложиться по-другому. Девочка могла всё-таки найти себе достойного жениха и вести тихую, размеренную жизнь, не знающую жестокости. Возможно, если бы она не поторопилась с решением и немного подождала, всё бы так и случилось. Но Мицури была непреклонна: лишь осознав, что она, используя свою недюжую силу, сможет приносить пользу обществу, согласилась не думая, при этом не отказавшись от первоначальной цели — найти себе подобающего спутника жизни. Но за двумя зайцами погонишься — ни одного не поймаешь.
Госпожа Канроджи опустила глаза и сделала глубокий вдох. Она всё ещё не смирилась с решением дочери.
— Она же умрёт там, — пустым голосом прошептала она. Супруг понял всё без объяснений, сел напротив и взял её за руку.
— Полно. Ты видела, насколько она способная? Без боя не дастся, — он усмехнулся, заставляя жену побледнеть.
— О чём ты говоришь? О чём? Охотники за демонами долго не живут, какими бы сильными они ни были, — она выхватила руку и стала быстро стирать горячие слёзы, собравшиеся на глазах.
— Но они уходят в отставку. Как только Мицури найдёт себе жениха, то сразу же вернётся, ты так не думаешь?
Госпожа Канроджи была неумолима:
— Вы, мужчины, эгоисты. Пока она будет сидеть дома и воспитывать детей, он точно не откажется от своей высокой миссии и даже не подумает найти себе нормальную работу. В итоге умрёт, оставив жену одиночкой. Ещё хуже, если она, выйдя замуж, продолжит убивать демонов вместе с ним.
Её супруг грустно и понимающе улыбнулся. Страдания матери, боящейся потерять своего ребёнка, неведомы никому, кроме другой матери.
Сказать, что её взгляды на будущее слишком пессимистичны, было бы подло и несправедливо. Во многом она всё-таки была права. Мицури такая девушка, что любила бы безусловно и безоговорочно, готовая пойти в огонь и воду за тем, кого выбрала, но винить её в этом было бы тоже неправильно.
— Я просто не понимаю, к чему всё это? Разве ей плохо живётся? — пролепетала госпожа Канроджи.
И тут он всё-таки посчитал нужным вмешаться.
— Она сватается за всякого, на кого ты укажешь пальцем, — ответил он с осуждением в голосе. — Но спросила ли ты её, хотела бы она быть с ним? Или с этим? Или с тем?
Страдания отца, который боится, что его дочери сделают больно, неведомы никому, кроме другого отца. Пусть он и знал, что Мицури из тех, кто не позволит поднять на себя руку и отплатит сдачей вдвойне.
— Может хотя бы там она найдёт человека, которого полюбит, — сказал он тише. — Честного, благородного, а не который будет чураться яркого цвета волос или здорового, сильного тела.
А потом, погодя, добавил, глядя супруге в глаза:
— Разве это так плохо — умереть в объятиях друг друга, зная, что любил и был любимым до последнего вздоха?
Госпожа Канроджи, казавшаяся далёкой и чужой, нахмурилась и оскалилась. Всё-таки здесь они сойтись во мнениях ни при каких компромиссах не могли.
— Браво, ты только что благословил свою дочь на смерть, — она проговорила, задыхаясь. — Я сделаю вид, что ничего не слышала.
С этими словами она вышла из кухни, посмотрела в окно на двор, где играли дети, и направилась в спальню. Там она, заперев сёдзи, упала на футон и горько заплакала.
