Пламя и мрамор

— Это совершенно неслыханно — устраивать подобные сборища, — металлический голос Фенцио, пролетая над наполненным залом, отскакивая эхом от каменных стен и высоких расписных потолков, становился лишь громче. Долетал до каждого тёмного угла. Лицо Фенцио было абсолютно непроницаемым. Но Дино знал, что отец в ярости. Он умел распознавать малейшие оттенки его настроения. И сейчас внутри него бушевала буря, требующая выхода — после этого выговора он его непременно вызовет для выговора гораздо большего масштаба. Мышцы спины непроизвольно напряглись. — Это немыслимо. Вы нарушили кучу запретов, и главное правило — покидать школу без разрешения в позднее время. Кроме того, о бесчинствах, что творились в стенах этого… этого… Ученики, не успевшие сбежать с поезда, стояли сейчас в этом зале перед бешеным Фенцио. Бледные надменные лица демонов, опущенные головы ангелов и ни одного Непризнанного, исключая испуганную Вики, стоящую рядом с Дино — он чувствует, как дрожат её фиолетовые крылья. Ни одного шепотка, шороха или вдоха. Полнейшая тишина, не нарушаемая ничем. Дино стоит в самом первом ряду, сложив напряжённые крылья, чувствуя каждый ненавистный взгляд на своей коже. Он смотрит вперёд, челюсти плотно сжаты до желваков на скулах. Он смотрит вперёд, но не на отца, потому что взгляд Фенцио избегает сына, как прокажённого. Дино успел словить лишь один его взгляд, полный ужаса и отвращения, едва отец узнал о том, где побывал его сын. Его же самого обожгло чем-то, что он понять не мог. Это должен быть стыд, но хотелось отчего-то взвыть, раскрыть крылья, разгрызть всем глотки и улететь в голубую гладь неба. Запрятаться в пушистом влажном облаке, почувствовать удары молнии на теле, смертельные для человека и весьма болезненные для бессмертного. И чтобы никого не видеть. Ни одну ужимку, насмешку, ни один неприязненный взгляд. Но он мог лишь стоять прямо, словно проглотил раскалённый жезл, и с лицом мраморной статуи. Он обязан был быть таким. Неважно, что происходит у него внутри. Держать себя и свои слишком тяжёлые крылья в руках он умел. Иногда он хотел бы не уметь и всхлипывать как Вики, например, но у него не было ни малейшего права. «Ты недостоин называться моим сыном», — сказало лицо Фенцио, отвернувшегося от него к мёртвому телу Энди. Дино лишь отвёл глаза. Кричать, извиняться, ползать в коленях было бесполезным и жалким. Конечно, Дино его вызвал, успев перед этим запереть заклинаниями поезд, чтобы никто не посмел сбежать. Стукач. Поступок крысы. Десятки демонов и ангелов, в том числе и Люцифер, мечтали изрубить его на кусочки. Он разрушил их тщательно выстроенный карточный домик. Но Дино не принадлежал этому месту. Он поступил правильно. Убийство одного из учеников полностью меняло весь характер преступления. Из маленьких смешанных вечеринок бунтарей-учеников это становилось чем-то большим, о чём возможно никто бы и не узнал, если бы не принципиальный сын учителя. Внутри у него всё было натянуто, как тетива стрелы. Скольких они погубили на этих варварских испытаниях? — А эти испытания — это полностью… — Фенцио не мог даже слов подобрать. Глаза горели холодным огнём. — Вы сомневаетесь в наших способностях отбирать учеников для школы и решили устроить самосуд? И теперь по вашей вине погиб Энди. Дино рассказал отцу всё, выступив с сухим докладом перед всеми. Чётко, по полочкам, не утаивая ни единой детали, как его учили. И о цели тех мероприятий тоже — нарушить запреты и окунуться в пучину порока. Кожа горела от количества бешеных глаз. В глазах же Люцифера, обычно обжигающих, была пустота. Дино заметил это, потому что что-то не давало ему покоя, что-то в мозгу кричало и бесновалось, скреблось о стенки черепа, заставляя возвращаться взглядом к нему. Люцифер, стоя рядом с кучкой демонов в задних рядах и возвышаясь над ними, смотрел не на Дино, а сквозь. Его мысли явно витали где-то далеко отсюда. Скорее всего — Дино чувствовал это на каком-то абстрактном, нерациональном уровне — он думал о том случае. Это явно выходило из ряда вон. Но почему это произошло? Они ведь точно не раз повторяли эту цепочку действий. Дино чувствовал: Люциферу что-то известно. Церберы для него — это нечто вроде кошечек-собачек у смертных. Они живут в его доме, подземелье Сатаны, и являются охранниками врат. Он их призвал. И что-то пошло не так. Однако Фенцио Люци не сказал ничего, что помогло бы им найти и поймать ту странную тварь. Возможно, эти догадки возбуждённого мозга Дино не относились к реальности, но его шестое чувство вопило: что-то не так. Что-то уже пошло не так. Тварь вырвалась на свободу. А Люцифер об этом что-то знает, но молчит. Возможно, покрывает отца. У Дино внутри всё падало, орало, проходило сквозь мясорубку; воспалённый мозг искал новые и новые догадки. Тусклый свет от свечей в хрустальных люстрах на потолке ложился на лица учеников, создавая жуткие впадины на месте глаз и оставляя колеблющиеся тени от крыльев на каменных стенах. Пахло чем-то сладковатым и дурманящим, напоминавшим что-то Дино, но он никак не мог выцепить это воспоминание из клубка таких же смутных ассоциаций. Из открытого огромного окна была видна предгрозовая серая мгла, порывы холодного ветра продували до костей. Они находились в столовой, расформировавшись между длинными столами. Обычно светлое и приветливое помещение сейчас внушало дрожь. Дубовые двери тяжело распахнулись, и в зал вошёл Геральд. Чёрные полы его плаща развевались от быстрого шага. Лицо демона озабочено. Подойдя к отцу, он кратко что-то сказал, а потом покачал головой. Дино внимательно следил за ними — отец сжал челюсти. Геральд осматривал тело Энди и весь поезд. Портал определённо закрыли. Но они ничего не нашли. Они не знают, кто это был. Что это было. — Итак, вы все будете наказаны, — снова обратился отец к ученикам, обведя всех острым, как лезвие, прозрачно-голубых глаз и остановившись на Вики. Она сжалась рядом с Дино от презрения, исходящего от Фенцио. Она явно была напугана, но старалась сохранять лицо: понимала, что это необходимо. Дино напрягся, словно хищный зверь, глядя исподлобья на отца. Позор? «Спутался с Непризнанной?». Наверняка именно это свистело в голове Фенцио. И Дино не собирался оправдываться за то, чего не совершал. И позволять ему цепляться к Вики — тоже. Дино не ощущал к ней ничего романтического — лишь лёгкая симпатия и желание защитить. Он знал о запретах больше, чем кто-либо, и нарушать их не собирался. Больше ни за что. Но отец, похоже, в очередной раз посчитал сына предателем. Он ведь пошёл на это ради неё. Дино сжал руки в кулаки; грудину обожгло. — Школу покидать нельзя, на Землю спускаться тоже. Отныне будут наложены охранные руны, а на вас наденут подавляющие амулеты. Когда будете выполнять задания, будете полностью лишены своих сил, как Непризнанные. И да, вы вычистите школу от пола до потолка. Отправляйтесь в ваши комнаты. Сегодня мы вызовем каждого из вас на допрос. Фенцио никогда не церемонится. Он не даст тебе чашечку чая и не скажет мягко: «Расскажи нам, пожалуйста, что ты видел». Он встанет рядом, будет прожигать тебя презрительным взглядом и скажет: «Добро пожаловать на допрос. Выкладывай всё, что знаешь, иначе я вырву твои крылья». Он называет вещи своими именами, и обычно у них весьма неприятный оттенок. Ученики начали расходиться, гудя встревоженно, как улей. Вики выдохнула и присоединилась к своим друзьям. Дино остался один. Он хотел было тоже выйти из зала, но не успел и двух шагов сделать. Вокруг него образовалась кучка демонов и нескольких ангелов с враждебными, оскалившимися лицами. Какой-то костлявый демон с цепью на шее и бледным вытянутым лицом с неестественно широкой усмешкой встал прямо перед ним. Дино остановился, безэмоционально глядя ему в лицо. Их было шестеро. Ему явно не справиться. Ему и нельзя было справляться — ни в коем случае он больше не собирался применять силу. Однако тело по привычке, какому-то вросшему в кожу инстинкту, напряглось. Кончики пальцев заискрили, сжимаясь в кулаки. Это было довольно странно, потому что драться ему было не позволено. А проиграть было позорным. В какое интересное положение ты его поставил, отец. Дино смертельно устал и мог лишь оглядывать их пустыми глазами. — Ты теперь среди нас, ангелок, — скрипуче выплюнул демон, крутя мерцающую серебром цепь на шее. Дино изучающе-снисходительно смотрел на этого доморощенного принца. Низший демон. Подражает ленивым растянутым интонациям Люцифера и этой усмешке набок. За это чуть-чуть хотелось превратить его лицо в кровавое месиво — просто чтобы сбить эту противную накипь выпендрёжа. — Ты растерял свой иммунитет, когда присоединился к нам. Ну и как тебе среди отбросов? Это были какие-то молодые демоны, явно появившиеся здесь недавно. Дино не знал их. Даже лиц не помнил. — Ещё и крысишь, — рассмеялся другой демон. От его улыбки, с какими-то зеленоватыми зубами, веяло чем-то гнилым. — Зачем ты вообще припёрся к нам, святой? Я тебе, блять, все кости переломаю. И плевать на твоего папашу — меня всё равно выпрут. — А всё из-за тебя. Из-за тебя нас выпрут, — эта ненависть в голосе слегка поколебала Дино, пробившись сквозь его панцирь, и он перевёл изумлённый, слегка заторможенный взгляд на другого демона. Но не увидел его лица. Всё это смешивалось в его сознании в один шумный комок из звуков, запахов. Чувства резко обострились. Он встал в стойку, для вида выставляя кулаки. Ну давайте. Давайте. Ему всё равно. Он ничего не чувствовал, окружённый ледяной бронёй. Может, было бы и правда лучше, если бы его избили до потери сознания. — Может, хватит болтать в таком случае? — Полуживая провокация. Полуживая усмешка подрагивающими уголками губ. Но на демонов подействовала — зашипели, как змеи. Девушка вытащила из красных длинных волос острую заколку в виде маленького ножа. — Может, и правда хватит, мальчики? — протянула она мелодичным голосом, поглаживая лезвие. Дино расправил плечи, оглядывая их ясным взглядом. Вокруг демоны с бешеными глазами и рычанием, как у своры диких собак. А он дичь, загнанная ими в ловушку. — Вы идиоты, — вдруг послышался низкий голос. Дино уже знал, кому он принадлежал. Люцифер. Непривычно ледяной тон. Сердце подскочило к горлу, и он, словно хищник, учуявший добычу, резко повернул голову на него. Люцифер в ярости — это видно по обострившемуся лицу, по безумному взгляду. И по тому, как он схватил одного демона за горло, приподняв над землёй. Тот задрыгал ногами и захрипел, но Люцифер лишь сильнее сжимал пальцы. Глыба напряжённых мышц. Дино хотелось прикрыть глаза, чтобы не видеть его. Усталость сменилась чем-то другим. Вены, в которых текла тёмная демонская кровь, вздулись на его шее. Люци прорычал в лицо демона, искажённое ужасом: — Вы хоть понимаете, что произошло? Вы вообще остатками своего мозга хоть чуть-чуть можете пошевелить? — Н-но, Люцифер… — заблеял тот худощавый паренёк с расширившимися глазами. — Твой отец… Всё внутри Дино подскочило, и он подобрался. Слух обострился. Что отец? — Заткни свою пасть, Артур, — рявкнул Люцифер, резанув его предупреждающим взглядом. Воцарилась тишина. Дино, казалось, не дышал. Люцифер спросил у демона, которого держал за горло: — Ты хочешь быть съеденным моими церберами? Я вас всех спрашиваю. Идите погуляйте. Чувство противоестественности. Словно нарушился мировой порядок. Всё внутри Дино воспротивилось его тону и его словам. Так не должно быть. Зачем он это говорит? Дино задышал чаще. В черепушке забегали испуганные мысли, ища оправдания. Наверняка спасает свою шкуру. Или шкуру своих недальновидных прихвостней. — Ты кинешь псам своего двоюродного брата? — осмелился дерзить Артур, дёрнув подбородком. — Тем более своего двоюродного брата. Не думай, что ты имеешь какие-то права, братишка. Если я захочу, ты будешь жить в псарне, — оскалился Люцифер, отпустив демона. Он едва не упал, схватившись руками за горло. А Люци мгновенно преобразился — в изящного демона, грациозно поправляющего манжеты и очаровательно ухмыляющегося. Они ушли один за другим, зашуганные оскалом злого сына Сатаны. Остался лишь Дино, тяжело дышащий, смотрящий в одну точку и опускающий кулаки. Люцифер перевёл на него пристальный взгляд: — Даже не поблагодаришь? Дино лишь презрительно выдвинул вперёд челюсть. Поблагодарить? Просто. Не трогать. Его. Что было непонятно в этом предложении? Он бы справился сам. Принимать помощь от него? Дино бесился от одного взгляда на него, в этой чёрной рубашке и с этим настырным выражением лица. Он постоянно проверял его на прочность, а потом наблюдал за реакцией. Дино сам не мог бы объяснить это ощущение, но это было невыносимо. Внутри становилось слишком тесно. Слишком беспомощно. Его разрывало от непонимания и хотелось выброситься в окно. Сбежать, но не чувствовать на себе красного взгляда. Зачем он это сделал? Зачем он разыграл этот спектакль, будто был беспредельно зол? Это было не так. Всё это было лишь чёртовым спектаклем. Люцифер не был в гневе. Люцифер тщательно пытался что-то обдумать и скрыть это. Он злится не так очевидно и просто. — Ты думаешь, мне нужна твоя помощь? Думаешь, я бы не справился без тебя? — спросил он с нажимом, поджав губы. Люцифер усмехнулся, но это не обмануло Дино. Лишь вспыхнуло раздражение в солнечном сплетении. — Ну да, сейчас бы в тебе проснулась великая сила и ты бы разорвал их на кусочки, — голос его содержал холодную насмешку, но глаза, осматривающие его, были серьёзны. Дино хотелось на него орать, долго-долго тряся за плечи. И первое, что бы он сказал: «Не смотри на меня». — Тогда бы ты испортил свою репутацию хорошего мальчика. Но я тебе помог, и ты всё ещё лучший. Поблагодари меня. Дино сверкнул глазами. — Ты бы ещё разыграл представление с огнём и выбрасыванием их из окна, — выплюнул он. Голос слегка хрипел, и это заставило Люцифера усмехнуться. Какого чёрта? Просто какого чёрта он разыгрывает тысячу спектаклей и не может оставить его в покое? Дино подошёл ближе. Сделал три шага, глядя как глаза Люцифера чуть-чуть расширяются, а сам он напрягается. Маска мгновенно слетает, и он настороженно следит за ним. Его зрачки дрожат. Он — чужак в его личном пространстве. И демону явно хотелось на него нагавкать, хотелось показать зубы — Дино чувствовал это желание на себе. Оно ложилось чем-то душащим на его кожу, и дыхание становилось прерывистым. Он понимал это. Ему самому было слишком непривычно. Просто подходить ближе. Не бить. Дышать одним воздухом. Это было так дико, что хотелось сбежать. Между ними словно раскалённая кочерга, пружина, сжимающаяся сильнее с каждым шагом Дино и грозящая растянуться в любой момент. От этого каждая секунда была ожиданием взрыва. Дино заставлял себя идти, несмотря на то, что всё противилось, дрожало внутри. Сама его природа орала: «Не подходи к демону». В этом было что-то ненормальное. И ему было неуютно. Однако он не нарушал дистанции. Просто подошёл чуть ближе, оставив между ними чуть меньше метра. Так нужно, чтобы не свихнуться окончательно. И низко, вибрирующе сказал, глядя в настороженные глаза, заставляя удерживать зрительный контакт, несмотря на желание закрыться: — Лучше не подходи ко мне больше. Просто держись подальше, чёрт тебя дери. «Просто держись подальше.» Его последний взгляд: «Я знаю, что ты что-то скрываешь. Будь осторожен, демон». Дино отпихнул его плечом, слишком грубо и быстро, и вышел из столовой. Лишь на расстоянии нескольких метров он мог нормально вздохнуть. * * * Липкой ночью Дино тряхнуло так резко, что он открыл глаза и поднялся. Дыхание враз участилось. На него накатило внезапное и тяжёлое, как снежная лавина в горах, осознание. У церберов теперь есть его запах. И запах Вики. Они чувствовали их кровь на языке. Погружали острые зубы в их плоть. В голове застряла картинка кусочка джинсы, зажатой в челюсти одного пса. Это значило, что теперь в их программе есть коды на них и могут найти их в любой точке мира. * * * В библиотеке была полная тишина. Большинство учеников уже ушли на уборку — наказание, которое назначил Фенцио. Но Дино всё ещё был тут, изучая огромные толмуты. Глаза ныли, уже почти не разбирая мелких строчек на старо-ангельском. Он проводил тут большую часть своего времени в последние дни. Тяжёлый медный амулет — простой неровный круг с крестом посередине — оттягивал шею. Невыносимо хотелось спать. На жёлтых страницах, едва ли не рассыпавшихся в пальцах, мелькали разные картинки церберов, но ни одна из них не была похожа на реальность. Это не был трёхголовый пёс, он не был похож на волка… и ни одного слова о том, как избавиться от его клейма. Проклятье. По всей видимости, это невозможно. Дино уронил голову на стол. — Боже мой, Дино, что это? — Вики, издав возглас отвращения, подсунула ему под нос какую-то книгу с картинкой чудовища. Читать на их языке она не умела, поэтому просто с любопытством рассматривала картинки и делала домашние задания, пока Дино искал информацию. Он лениво посмотрел на иллюстрацию. Голое животное с корой дерева вместо кожи, похожее на слизняка. — Это альгастр. Они вымерли. Но, кажется, на Земле осталось их несколько. — На Земле? — ужаснулась Вики. — Я думала, вся эта чертовщина существует только в раю, в аду и тут, в междумирье. — Ну… в раю чертовщины определённо нет, — улыбнулся Дино. Ему нравилось рассказывать Вики об их мире и подтягивать её по учёбе. — Вообще да, ты права. Но многие существа сбегают на Землю через порталы и пугают людей. — Порталы? — Есть несколько порталов по всей Земле. Они ключевые и контролируются отрядами ангелов. Естественно, они хорошо спрятаны от людей. Через них проходят все телепортации, в том числе наш водоворот. — А почему только ангелы решают вопрос с перемещениями? У вас же мир с демонами, разве не так? Почему бы не поделить территорию поровну и контролировать каждому свою часть? — Ну… да, у нас мир, — тут Дино замялся. — Но, так скажем, наверху всё равно Кроули и его совет. Все бюрократические вопросы решает он. Он как президент. Раз в несколько лет происходят собрания с демонами на нейтральной территории, здесь, в междумирье. — Почему именно он президент? — Вики никак не унималась. — Потому что ангелы — хорошие ребята, а за демонами нужен глаз да глаз, — терпеливо отвечал Дино, листая следующую книгу. — И он президент только в раю и на Земле. В аду балом правит Сатана. — Разве вы не равны? Почему Сатана тоже не принимает участие в управлении Землёй? — Он никогда не покидает своих владений. Он даже на Собрание не приходит — приходят его послы, потому что он привязан к аду и не может его покинуть. Никто не знает точно, почему. Говорят, это наказание Шепфы за то, что он восстал. Изначально он был ангелом. Самым тщеславным и гордым из них. В голове Вики, очевидно, крутился ещё ворох вопросов, но она вдруг обратила внимание на ещё одну иллюстрацию. Это были руки в кандалах. На внутренней стороне ладоней — странные чёрные узоры, издалека напоминавшие спираль. — Что это за татуировки? — Это стигматы. Наносятся ангелам только за самые тяжёлые преступления. От них теряют рассудок. Это самый жуткий вид наказаний. Изначально, с древних времён использовался только ангелами. На демонов стигматы не действуют. Они, кстати, передаются через прикосновение. Говорят, в них заключена частичка Шепфы, но мы слишком слабы, чтобы её выдержать, а потому сходим с ума. После слов Дино наступила странная тишина. Вики зябко обняла себя за плечи. А потом вдруг воскликнула: — Кажется, мы опаздываем! Нам ещё на уборку. Твой отец меня и так недолюбливает, а если… — Всё нормально, — ровно сказал Дино и захлопнул книгу. Они отправились на первый этаж, в кабинет Фенцио. Там почти никого не было — остальные уже ушли по своим местам. Это было неучебное время, вечер. Кабинет был залит оранжевым вечерним светом. Фенцио обдал их неприязненным взглядом, оторвавшись от какой-то книги. Через несколько секунд в кабинет ворвался Люцифер и лениво встал чуть поодаль от них. Дино совсем не смотрел на него. — Отец, что нам делать? — спросил он, имея в виду себя и Вики. Однако у Фенцио на уме было совсем другое. — Уокер, иди в столовую, другие Непризнанные уже заняты делом. Дино, Люцифер — разберите кабинет номер пятнадцать на втором этаже, чтобы всё блестело. Он специально. Дино был уверен, что это специально — просто чтобы проверить его на прочность. Снова. Испытание Люцифером. Своеобразное наказание. Он сжал руки в кулаки. Замечательно. Он очень рад. Никто не дождётся от него никаких эмоций. Ни отец, ни сам Люцифер, чтоб его. Люцифер пошёл из кабинета, не сказав ни слова, как отец остановил его: — Люцифер. Амулет. Он грациозно повернулся и с усмешкой достал амулет из кармана. — Вы думаете, меня остановит эта безделушка, Фенцио? Думаете, она может подавить мою силу? «Мою силу» — таким тоном, с таким выражением лица, словно ему принадлежал весь мир. Он буквально плевал ему в лицо, ухмыляясь с видом «ты мне никто, и слушать я тебя не намерен». Лицо Фенцио окаменело. Он зарычал, рывком поднявшись и чуть не опрокинув стол: — Я сказал, надел амулет! Мне придётся связаться с твоим отцом. Думаешь, ему понравится жалоба на тебя? Черты лица Люци обострились, глаза сверкнули. — А вы думаете, ему понравится, что его сына пытаются посадить на цепь? — оскалился Люцифер. — Но если вы так хотите… Он надел амулет, а потом развёл руками. Мол, довольны? Всё это выглядело как ребячество. Люцифер явно не собирался никого не слушать. Это дурацкое самовольное упрямство бесило Дино. Он закатил глаза и первым вышел из кабинета. Между ними несколько шагов. Дино не позволял никому нарушать эту дистанцию и шагал так быстро, как только мог. В тех рамках, чтобы это не казалось бегством. — Да понял я, понял, к тебе не приближаться! Можешь не трепетать крылышками, — глумливо крикнул ему вслед Люцифер. Дино сжал челюсти и ничего не ответил. Кабинет оказался каким-то склепом. Небольшая комната, стены которой были завешаны полками с наградами, разными банками со странным содержимым, какими-то чучелами, нерабочими амулетами и прочей чепухой. В углу тоже разбросано всякое дерьмо. Одно маленькое окно — и то пыльное. И в этом мусоре его послал убираться отец? Это натуральное издевательство. Люцифер зашёл через несколько секунд, и дышать сразу стало нечем. Оглянувшись вокруг, он присвистнул, а потом кинул насмешливый взгляд на Дино. — Чем займёмся, ангелок? — Уборкой, — сказал Дино и кинул ему в руки влажную тряпку. — Считаю твоё предложение скучным, — цокнул Люцифер и откинул от себя тряпку. Дино уже снимал всё с полок. В руки ему попался какой-то труп летучей мыши, и он с отвращением его откинул. Люцифер снова снял с себя амулет и положил в карман. На языке у Дино крутилось множество ругательств, но он держал себя в руках. Пока что. — Предлагаю провести светскую беседу. Как твоя Непризнанная? Дино резко повернулся к нему. Он облокотился о подоконник, сложив руки на груди, и глядел на него с усмешкой. — У меня ещё одно предложение: ты заткнёшься и уйдёшь отсюда, если тебе скучно. Люцифер снова цокнул и взялся за тряпку почему-то, вставая в метре от напрягшегося и начавшего еще усерднее тереть полку ангела. Он косил на него взглядом, вспоминая тот случай в поезде. Почему-то он не выходил у него из головы. Было ощущение затишья перед бурей, и от этого спалось ещё хуже. Дино вдруг заметил на скуле Люцифера красный кровоподтёк. На шее — уже желтеющие синяки, уходящие под рубашку, вглубь, на грудь. А из-под рукава рубашки торчала белая цепочка шрамов — словно следы укусов. На руке Дино от зубов церберов остались точно такие же шрамы. В голове Дино что-то щёлкнуло. Дино резко подлетел к Люциферу и припёр его к стене, припечатав рукой за горло. С полок с грохотом посыпались какие-то предметы; что-то, кажется, разбилось, но Дино было всё равно. Он требовательно, прямо смотрел в глаза Люцифера, нахмурившись. Тот сжал челюсти и раздражённо зашипел. С него мгновенно слетела эта дурацкая маска последнего дурачка. И он злился. О, как хорошо это было. Дино наслаждался. Дино крепче вдавил ладонь в его горло. Он чувствовал жар его шеи. Чувствовал пульсацию. Люцифер поднял подбородок и выгнул бровь. — Ну и что это? — Что ты знаешь о том, что произошло в поезде? — чётко спросил Дино. Он не собирался злиться. Ничего не собирался. Ему нужно было знать. Но прямо сейчас, когда он смотрел в красные наглые глаза, не злиться показалось невозможным. Потому что он был таким придурком. Потому что он ничего не сказал, хотя мог бы. Потому что только Шепфа знает, что ещё произойдёт, пока эту тварь не поймали. А он молчит. Дино рявкнул: — Говори! Не советую скрывать ничего. Люци рассмеялся. — С чего бы мне говорить что-то тебе? Ты страж? Или, может, потому что ты держишь свою руку у меня на горле? Дословно: «Потому что ты думаешь, что контролируешь меня?». Дино сильнее вдавил ладонь. Сильнее сжал пальцы. Рука немного дрожала. Всё тело немного потряхивало. Люцифер захрипел, слегка отрываясь от земли. Глаза засверкали демоническим огнём. — Непризнанный умер. Кто знает, кто ещё умрёт? — почти с отчаянием сказал Дино. Это осознание мешало ему спать. Но ещё больше не давало покоя то, что он молчал, хотя мог рассказать. Он ведь точно — точно! — что-то знал. — Я, конечно, всё понимаю, но я не такой герой, как ты, — фыркнул Люцифер. Дино приблизился и зашипел ему прямо в лицо: — Я вижу, твой папаша порадовался тому, что произошло. Поэтому он наградил тебя синяками. Люциферу явно не понравились его слова, и он рыкнул. От него буквально полетели искры, и Дино едва не задохнулся, чувствуя их на своём теле. Попытался скинуть руку Дино, но тот навалился почти всем весом. — Говори. — П…пошёл к чёрту, — выдавил из себя Люцифер, в бешенстве глядя на него. Дино отпустил его от себя и отошёл, не глядя на него. — И делай, что хочешь. Докладывай, кому хочешь. Это единственное, что ты умеешь делать хорошо. Попытка задеть его. И попытка провалена. — Я доложу о тебе отцу, — ровно сказал Дино, снова возвращаясь к работе и чувствуя на себе взгляд Люцифера. Всё ещё потряхивало, словно в лихорадке. — О, давай, ангелок, — засмеялся Люцифер, а потом закашлялся. — Ты всё равно не знаешь ровным счётом ничего. Но можешь поиграть и притвориться, что знаешь. Я могу выдумать историю о том, как я героически пытался защитить этот мир от той твари. Дино сжал тряпку в руках сильнее. Как же сильно хотелось врезать ему по роже. Сердце застучало сильнее. Адреналин всё ещё давал в голову. Грудь разрывало. А Люцифер хрипел. Дино чувствовал в нём то же желание. Развернуться и надавать по морде. Перемолоть чужие органы в кучу мяса. Добраться до внутренностей и уничтожить всё внутри. Ему хотелось добраться до крови Люцифера и отравить её собой. Это было настолько невыносимо, что дышать становилось тяжело. Слюна становилась вязкой. Он был готов пожертвовать всеми, потому что ему всё равно. Это претило Дино и заставляло ненавидеть его сильнее. Но Дино лишь опустил тряпку в ведро с водой.