Пламя и мрамор

— А что ты подгонишь мне взамен? А, чувак? Так просто не пойдёт. Я тебе не хренов Санта. И не хренов благотворительный фонд. Хриплый голос. Улыбка, полная гнилых зубов — и наряду с этим великолепием мерцающий серебром крест поверх чёрной водолазки выглядит совсем неуместно, как и точно такая же серебряная серьга в ухе. Дино сосредоточенно хмурится, глядя в наглую круглую рожу. Этой роже поебать на угрозу, исходящую от него или от Люцифер, хотя обычно люди чувствуют что-то инородное и для них пугающее. В глазах у этого человеческого мужчины несвойственная людям пустота. Что-то в нём настораживало. Люцифер привёл его в это место на отшибе — место урчащих моторов низких блестящих машин, людей в кожаных костюмах, гудящей толпы, которая обсуждала что-то, связанное с деньгами. Солнце село, асфальт был расчерчен мелом, и всеобщее настроение было предвкушающе-греховным. Гонки. Самое нелюбимое место для ангелов, потому что здесь они проигрывали чаще, чем где-либо. За исключением школ, конечно. Люцифер привёл его сюда, к этому человеку, очевидно, здесь всем заправляющим, сказал, что у него есть нечто, что может ему помочь. А потом усмехнулся: «Разбирайся сам, я свою часть выполнил», и встал поодаль, скрестив руки на груди. И всё это время тупиковых переговоров (Дино был не силён в общении с земными криминальными авторитетами) он стоял, смотрел и даже не пытался сдерживать ухмылку. Этот человек скучающе посмотрел на стигмату (во время этого осмотра Дино стиснул зубы и молча терпел, хотя ему хотелось вырвать руку из его ладоней и пару чужих конечностей) и сказал, что, возможно, у него что-нибудь найдётся. Противоядие. Лишь одно слово — а у Дино уже подскочило сердце к горлу, и кровь зашумела, как гидранты на фабриках. Но не всё оказалось так просто, как выяснилось. Дино сканировал взглядом команду поддержки этого человека — шкафоподобных охранников за его спиной и пытался просчитать ход действий холодным разумом. Он бы мог разбить их легко, всухую, но это неразумно, во-первых, а во-вторых… это не его способы. Несло наркотой — для его обострённых рецепторов это было похоже на аллергию. Хотелось чихать, и это бесило. Он должен быть спокойным, мать вашу. Люцифер поймал его взгляд и поцокал языком: — Я бы не стал на твоём месте. Дино лишь раздражённо на него зыркнул. — Не знаю, как у вас там в небесной канцелярии с обменом благ, но у нас в стране хренов капитализм — ты мне, я тебе, — продолжал человек, который был даже невысок (и чем он заслужил авторитет?), расслабленным тоном, перемалывая белый катышек своими гнилыми зубами, а Дино начинал кипятиться. Вдохни-выдохни, чувак. Господи боже, иногда людей так трудно любить. Дино вопросительно глянул на Люцифера — он что, знает о них? Но человек сам ответил на его немой вопрос, фыркнув: — Да ладно, хватит крылышками трепетать, не кипитярься, чувак. Наверное, у вас там в раю коммунизм, а у нас за всё надо платить. «Как же люди испортились», — со вздохом внутри думает Дино и закрывает глаза. Под кожей что-то зудит — совсем не типичная ему злость с пол-оборота буквально. И правое плечо ноет, будто человек своим прикосновением занёс заразу. На секунду он задаётся вопросом: а что за система у них на Небесах? Это явно не коммунизм. Это явно не капитализм. Люди бы сказали, что это похоже на какую-то древнегреческую тиранию, которая прикрывает деспотизм и тоталитаризм трудом во всеобщее благо. Целью, которая была в них запрограммирована с рождения, и от которой лучше бы не отклоняться. И только сейчас Дино прострелило: а что, если бы у них был выбор? Заниматься чем-то для себя. Не для служения людям и вселенскому порядку. Как это вообще — для себя? Они как шестерёнки в общем механизме, который делает возможным это самое «для себя» людям, крутит их маленький земной шар вокруг своей оси, стелет для них звёзды на небосклон, чтобы они могли на них смотреть и думать: «Как красиво». Для них этого «красиво» нет и быть не может — ведь когда знаешь рецепт и изнанку, романтика как-то теряется. Ведь даже у демонов не было свободы. Даже у демонов. Это было натуральным рабством. Шепфа, да какая разница вообще. Зачем он вообще об этом думает? Люди явно плохо на него влияют. Есть вопрос гораздо поинтереснее — что это за человек и почему он знает о них? — Самое время воззвать к его совести и духовным ценностям, да, ангел? — мурлыкнул Люцифер, а потом издал какой-то надломленный смешок. — Не стесняйся, уверен, ты обязательно достучишься до его сердца. В глазах человека было что-то космическое — точно такая же вселенская чёрная дыра. Пустота. — Большой Джо, — с усилием произнёс Дино, кинув мимолётный взгляд на его охрану, а потом набрал в грудь воздуха. — Что я могу для тебя сделать? — Хм, ну не знаю, чел… Эй-эй, ладно, ладно, бля, без рукоприкладства! Твой ангелок может поучаствовать в гонках вместо одного слившегося, только отпусти! Люцифер, схвативший Джо за горло, проигнорировал осуждающий взгляд Дино и сверкнул красным на дёрнувшуюся охрану этого придурка. Хотелось закатить глаза от того, как они достали пушки. Но больше Дино не закатывал глаза — теперь ему тоже свойственно бояться за свою жизнь. — Не забывай, с кем разговариваешь, Джо, — ровно сказал Люцифер, но в этом ровном голосе угрозе было больше, чем в диком рёве. — Про-сти, — выдавил мужчина, но никакого раскаяния в его голосе Дино не услышал. — Пошли уже, — выдохнул ангел, глядя на руку, сжимавшую чужое горло. Секунда — и горло освобождается. Люцифер смотрит слегка озлобленно, а вот Дино свой взгляд опускает. Демон безропотно идёт за ним, хотя Дино буквально слышит его ворчливые, недовольные мысли (когда он этому научился — постепенно за последние триста лет, или в последние месяцы их страннейших и непозволительных столкновений?) Но всё же — идёт. — Ты правда будешь участвовать в этом? Ты совсем рехнулся или да? — всё же спрашивает он после долгого молчания, когда Дино забирает ключи у какого-то человека и осматривает машину. Он молчит в ответ на взрыв Люцифера. А тот так и не затыкается, напряжённо выцеживая сквозь сжатые челюсти, и на его скулах ходят желваки: — Не тупи, ангел… — Извините, а у вас есть какая-то… защита? Ну, типа шлемов? — старательно подражая людям, спрашивает Дино у хозяина машины, который почему-то кидает на него косой взгляд. Просто для того, чтобы спросить, игнорируя закипающего Люцифера. Тот действительно ненавидел, когда на него не обращали внимания. Кронпринцы такие капризные. «Ты сам сказал мне разбираться самому», — мелькает озлобленное в голове Дино. Какого хрена он всё ещё здесь? — Ты не умеешь водить, — свирепо выдыхает через нос Люцифер и чуть ли по капоту машины кулаком не бьёт. — Ты мог бы поступить, как нормальное существо, и выбить из Джо всё дерьмо, но нет! Нет! Это не для нашего праведника. — Я не учусь всему с пол-оборота, как ты, Люцифер, но я и не полный идиот, — спокойно говорит Дино. Толпа начинает стекаться к старту, как и машины. Начинает звучать музыка, кто-то говорит в микрофон: «Ита-а-ак, дамы и господа, всем салют, и сегодня мы открываем ежегодный фестиваль гонок! Участие бесплатное, зато вы получаете столько, сколько хватит на тридцать жизней (если останетесь живы, конечно же!) И всё это благодаря нашему любимчику — Большому Джо!». Здесь явно творится что-то странное. Люди слишком взбудораженные. Краем глаза Дино замечает худого человека в чёрной одежде, который выползает из соседней на треке машины красного цвета. Он уже видел его под другими машинами, но принял за хозяина. Должно быть, проверяет на пригодность. Только почему-то бросает взгляд на Джо, стоящего на возвышении под неоновой вывеской: «Гонки Большого Джо», словно на троне в окружении охраны. И кивает. Явно что-то странное. Не сделал ли он чего с автомобилем Дино? Дино открывает дверь машины, но тут же замирает и впервые заглядывает серьёзно в багряные глаза, потому что: — Дино. Заставляет остановиться, словно укалывает в спину. Берёт за шкирку. И — смотри, смотри, смотри. Чувствуй всё это дерьмо. На секунду — ровно на секунду весь мир перестаёт существовать. Перестаёт двигаться по спроектированному ими же маршруту, и механизм разлетается вдребезги. В который раз, всё из-за него. Почему оно настолько жжётся? У Люцифера такой вид, словно бы он задыхается. Он просто приоткрывает свой нахальный рот (и зачем он туда смотрит?), и его грудь почти незаметно, но часто вздымается. Ему тоже жжётся. Хоть в этом Дино не одинок. В этом абсолютно дурацком безумии. Люцифер открывает переднюю дверь с пассажирской стороны. — Но… — Плевать мне, — грубо, отрывисто. Дино замолкает и садится в машину. Спорить не хочется. Ничего не хочется. Он просто хочет получить ту штуку, чем бы она ни была. Машина легко срывается с места. — Ты умеешь водить? — задаёт идиотский вопрос Люцифер. Но когда не получает ответа, просто говорит — почему-то хрипло: — Скорее всего, эта штука не поможет тебе. Тебе уже ничто не поможет. И говорит он о возможном спасении. Мимо проносится разноцветная толпа, Большой Джо с его шкафами и пушками, фейерверки, живые люди, машины, музыка. Дино смотрит чётко перед собой. Он снова читает его мысли, когда его об этом не просят. — Я знаю, — глухо говорит Дино и вдавливает педаль газа в пол. Они въезжают в трассу плавно, маневрируя между машинами и становятся на старт. Руки на руле, ровное дыхание, сосредоточенный взгляд. «Раз… два… Три!» Девушка с короткой юбке машет красными флажками, и машины, словно разъярённые быки, рычат и срываются с места. — Тогда какого чёрта ты так спокоен? — Люцифер спрашивает это так резко, взрыкивая, что Дино приподнимает бровь. Если то, что в нём сейчас, — спокойствие, тогда Люцифер сгорает от страсти. Быть мёртвым и спокойным — это разные вещи. — Ты хоть знаешь, что здесь вообще творится? Какого хрена, Дино, ты вообще как водишь? Люцифер кладёт руки на ладони Дино на руле и выворачивает его. Они выезжают вперёд, а сзади с противным скрежетом металла сталкиваются две машины. В зеркале заднего вида Дино видит искры, видит, как они летят вбок под инерцией автомобиля, ехавшего с большей скоростью. Слышит, как визжат зрители, видит окровавленную ладонь на асфальте. Прежде, чем снова посмотреть в лобовое стекло, он успевает подумать: «Какого чёрта там нет бортиков?» — Что это было? — из-за ветра и рычания моторов Дино приходится орать. Пальцы до побеления костяшек сжимают руль, а глаза напряжённо, до рези, вглядываются во тьму, в мелькание огней от фар впереди. Их слегка ведёт в сторону, потому что обгоняющая машина задевает их боком прямо на повороте. Но водитель не справляется с управлением — Дино видит, как отчаянно машина пытается свернуть обратно, затормозить. Шины визжат, сцепляясь с асфальтом, и машина уходит в кювет. Красный капот блестит в темноте перед тем, как задымить где-то далеко в ночном поле. Перед глазами Дино до сих пор стоит обезумевший взгляд водителя сквозь лобовое стекло, когда машина пролетала мимо них. Всё тело вмиг тяжелеет. В кровь вбрасывается резкий, бьющий по шарам адреналин, который обычно вырабатывается на крылоборстве. Дино хочет заорать. — Самое время выйти и помочь им всем, — снова озлобленно выплёвывает Люцифер и выворачивает руль. Скорость увеличивается без причины, хотя Дино не жмёт на педаль газа. Пейзажи за окном, фары от машин размываются в одно пятно. И остаётся только несущийся прямо на них грузовик, слепящий в лицо жёлтым. Люцифер орёт: — Тормози, тормози, блять! Дино вдавливает педаль тормоза в пол, но ничего не происходит. Всё будто бы только ускоряется. Под грудью холодеет. — Я не могу! Тормоза не работают! Грузовик приближается. Дино чудится мелькание маленьких красных огоньков из него. Люцифер так резко пытается вывернуть руль, что машина поворачивается на сто восемьдесят градусов и уходит вбок. Теперь перед глазами целая вереница машин, которая была до этого за ними. И она стремительно приближается, как и грузовик сзади. — Блять, блять, блять, — Люцифер на ходу выбивает дверь со своей стороны и выпрыгивает из машины, пока та ещё в движении. Дино следует его примеру, но пока он возится с ремнём безопасности, сзади его толкает что-то невероятно огромное и тяжёлое. Машину откидывает вперёд, сминая бампер. Дино подскакивает и грудью вваливается прямо в руль. Дух выбивает. Он чувствует, как ломаются кости, как рёбра впиваются в лёгкие. Рот наполняется кровью. В голове от столкновения с лобовым стеклом мутится, и в ушах звенит, как после взрыва. Он не успевает выйти или хотя бы собраться, начать регенерировать, как дверь с его стороны открывается и его вытаскивают из машины за рубашку, словно он весит не больше пуха. В глазах от фар рябит, всё кружится, но не настолько, чтобы не заметить чёрные когтистые крылья и мелькание красных глаз у существа, который держит его. Те самые красные огоньки из грузовика. Демон. Но не Люцифер. Сложно спутать Люцифера с низшим существом, у которого красная кожа, волдыри и язвы на лысой голове и ввалившийся нос. Он по-животному принюхивается к ослабевшему Дино и скалится: — Ангел на гонке, — низко рычит он. Дино смотрит позади его головы: из грузовика по одному вылетают точно такие же чернокрылые и низшие и летят в сторону старта, по пути расшвыривая гоночные машины. — Мне нет дела. Где Большой Джо? К моменту этого вопроса Дино уже собирается с силами и выбрасывает вперёд правую ногу, аккурат в живот демону, хотя в его груди всё ноет от боли срастающихся рёбер. Демон отлетает на два шага назад. Дино расправляет крылья и встаёт в стойку, оглядываясь и ожидая драки. Но демон поднимает на него глаза, усмехается: — Мне не нужны проблемы с ангелами. И улетает за другими демонами. Дино обводит ошалелыми глазами творившийся хаос и вакханалию. Стонущие люди, вываливающиеся из машин, поломанные остатки металла, столкнувшиеся друг с другом и пылающие машины. Где, блять, Люцифер? Он громко зовёт его, обходя машину вокруг. Выходит на трассу ватными ногами, держась за грудь. Его нигде не было. Нигде, чёрт возьми. В груди холодеет, и он, раздирая глотку, орёт: — Люцифер! Люцифер! Упавшее было сердце возвращается на место, когда сзади звучит хриплый голос: — Хватит орать. Не подох, можешь не радоваться. Дино не успел отчаяться. В нём ничего не успело разорваться с аномальным и нелогичным треском, но почему-то взгляд — из отчаянного — облегчённо и жадно, на полной скорости и почти до боли вдалбливается в его тело. Покалеченное, в кровавых ссадинах и порванным рукавом чёрной рубашки, но живое. Дино насквозь пронзает какое-то странное душащее, но бесноватое чувство от сплетения их взглядов, и хочется заорать. Наорать на него за то, что он такой идиот. За то, что бросил его. Люцифер напряжённо скользит взглядом по нему. Всё, что он говорит: — В следующий раз слушай меня, когда я говорю, что в это дерьмо лезть не стоит. — Тут был демон. Низший. Он искал Большого Джо. Нам нужно помешать ему. — Ты вообще слышишь меня? — кипятится Люцифер. — Это не наши проблемы. Сваливаем. Дино задерживает дыхание, а потом выдыхает еле-еле: — У него есть… — Ладно, чёрт тебя побери. Ладно, — выпаливает Люцифер, закрывая на секунду глаза, шумно втягивая носом воздух и путаясь рукой в волосах. Они летят к старту. И когда их ноги оказываются на том же самом асфальте, весёлые рисунки мелом которого окрасились в красный, всё оказывается совсем другим. У Дино на секунду пропадает почва из-под ног. Демоны когтями рвут человеческие тела, ломают машины и обрушивают их на людей. Женщины визжат, пытаясь убежать, но чёрные крылья тут же оказываются перед ними. Звучат сначала звериные визги, а затем булькающий, дикий смех, когда охранники Большого Джо всаживают в нечеловечески красные, покрытые волдырями, тела целую обойму. Такого Дино не видел. От шока у него перехватывает дыхание, и тело леденеет. Это не обычные демоны, которых он видел и знал, они больше похожи на животных. И они словно на цепи своих инстинктов. Законы для них — пустой звук. Что творится вообще в Аду? Именно так выглядела война? Пока Дино не может совладать с собой, Люцифер расчищает им путь. У них нет оружия, но он мастерски размахивает кулаками и крыльями, отбрасывая демонов. У одного из них он отбирает кинжал, вывернув ему руку и повалив на землю, а затем всаживает ему в глаз. Визг заставляет волосы подняться дыбом. Дино смотрит на Люцифера и теряет момент, когда от него его отрезает какой-то демон. Он протягивает когти и хочет схватить его. Дино смотрит, просто смотрит, отходя назад, но когда когти оказываются прямо перед его лицом, в его правой руке — там, где метка — загорается огонь. Отдельно от его сознания пламенеющая рука сжимается в кулак, он уворачивается и бьёт этим кулаком прямо в живот. А потом по лицу. А потом снова и снова. Он совершенно не осознаёт, что делает. Он лишь чувствует чужую кровь на костяшках пальцев, и словно бензин эта кровь действует на пламя в его руке. Разум отключается. И включается лишь когда его оттаскивают от неподвижного уже демона и шепчут прямо в ухо: — Угомонись. Видишь Джо? — острие кинжала показывает на возвышение. Тот самый демон прижимает Джо к парапету, свешивая его вниз. Его охранники-шкафы лежат с вывернутыми кишками и устремившимися в небо глазами, полными ужаса. — Полетели? Люцифер хватает его и сам поднимает в тёмное небо. Дино не успевает и крыльев раскрыть. В голове звенящий гул. Он в шоке смотрит на собственные ладони. Продолжи. Ты же хочешь. Сделай это. — Ты ответишь за всё, человеческая шавка, — шипит красноголовый демон, свешивая Большого Джо. — Где она? Где она, я спрашиваю? Говори, пока у тебя ещё есть язык, глупец. — Это ты шавка, Дервеш, — говорит Люцифер и снимает со штан ремень. Дервеш впивается в него острым взглядом, но ничего не успевает сделать, потому что подлетевший Люцифер обхватывает его шею ремнём и начинает сжимать. Демон хрипит. Люцифер говорит ему прямо в ухо: — Если ты сейчас же не уберёшь отсюда своих псов… — Юный господин… — сипит Дервеш. — Если ваш отец узнает… — Как думаешь, о ком ему будет интереснее знать — о тысячелетнем предателе или о сыне? Пока Люцифер возится с демоном, Дино едва успевает схватить Джо, который уже почти свалился вниз. Он хочет спросить у него о той штуке, но тут же осекается, когда видит его бледное лицо и кровавую рану на животе. Это катастрофа. Он прижимает руки к его животу и чувствует, как горячими потоками в его ладони хлещет человеческая кровь. — Так… я и умру… да? — спрашивает Джо. Но в глазах его точно такая же пустота. Они закатываются. — Впрочем… мне плевать. Я давно мёртв. Дино чувствует, как его последняя надежда утекает сквозь пальцы вместе с кровью этого человека. Но он ничего — ничего — не может поделать. Может лишь закрыть глаза и прошептать последнюю молитву. Такую шепчут на Небесах. Да спасёт Шепфа его душу. — У меня нет души, ду-рак, — хрипло смеётся Джо и закрывает глаза. Теперь точно в последний момент. Дино хочет прибавить: «У меня тоже», но не успевает. — Этот поганый человечишка, который торгует душами, кое-что у меня украл. И я лишь пришёл вернуть это, — негодует Дервеш и стонет, когда ремень туже затягивается на его шее. — А он… он сделал из этого украшения. Представляете, господин? Людской род всегда был до ужаса глуп, но это… Торгует душами. Дино оглядывается и замечает только теперь начертанные знаки — руны, скрывающие от ангельского ока. Вот почему их ещё не засекли. На асфальте, должно быть, тоже спрятанные в рисунках руны. Сделал украшения. Наклонившись к мёртвому Джо, Дино смотрит на крест и на серьги. Серебро. Чистое. У демонов? Как он мог украсть нечто серебряное у демонов? Дино приблизил руку к кресту на шее и почувствовал искрящееся по коже тепло. Такое, какое возникает от… Кусочка божественной сущности. В груди похолодело. Зачем демонам божественная сущность? Что вообще здесь происходит? — А ты украл это у моего отца. Он давно желает с тобой встретиться, — шипит Люцифер прямо в покрытое волдырями ухо. — Я хотел вернуть это вашему отцу. Я думал, что Владыка сжалится, вернёт меня ко двору. Я знаю, господин собирает… — Молчать! — рявкает Люцифер, бросая косой взгляд на настороженного Дино. — И ты провалился. Человек обошёл тебя. Назови хоть одну причину не убивать тебя. — Я знаю, где остальные части! Если их собрать в одно целое снова, оружие снова будет готово! Оружие? Дино застыл. Люцифер тоже. Дино опустил взгляд на серьги и крест, и, не думая, схватил их и положил к себе в карман. Что ещё за чёртово оружие? — А ещё я знаю, что вашего друга что-то гложет, — вдруг из визгливого голос Дервеша стал вкрадчивым, стоило ему посмотреть на Дино. — Он мне не друг, — рычит Люцифер.  — Я заглянул ему в глаза. Я знаю о том, что может ему помочь. — Против воли, против здравого смысла, который орал Дино не верить ни в коем случае демонам, его сердце наивно пропускает удар и через секунду бьётся о рёбра в два раза быстрее. — А ещё… господин, сын Великого Повелителя… я могу поведать то, о чём вы думаете каждую ночь. То, что лишает вас сна. Вопрос, на который нет ответа. — Люцифер тоже попадает в ловушку. Его зрачки застывают на Дино, но он как будто смотрит сквозь него. — Я знаю, кто ваша мать. Через секунду челюсти Люцифера сомкнулись с хрустом, и он вложил концы ремня в одну руку и потянул назад. Демон стал бордовым, а потом начал синеть. На его лбу проступили фиолетовые, почти чёрные вены, и волдыри налились кровью. — Запомни одно, шавка: не смей пытаться проделывать на мне свои трюки, — говоря это и тяня ремень назад, Люцифер выглядит действительно страшно. Бордовые глаза ярко горят красным, а лицо искажено от гнева. Холодного, но разрушающего всё на своём пути. А потом его губы вдруг трогает еле видная, зловещая ухмылка: — Я знаю, что я с тобой сделаю. Я отправлю тебя домой. — Нет, господин, смилуйтесь! — сдавленный голос Дервеша и его лицо полны первозданного ужаса. Ужаса перед Сатаной. Люцифер свистит сквозь два пальца свободной руки. Где-то вдалеке звучит знакомый заливистый лай адских гончих. — И ещё одно, Дервеш. Мне плевать, — Люцифер едва успел это вкрадчиво прошептать на ухо демону, как из воздуха появились два чёрных пса и схватили Дервеша. Он орал, отбивался, но они повалили его на землю и потащили зубами за крылья. Через секунду в небе открылся пламенный портал, и они исчезли. Только чёрные перья медленно и плавно оседали в дымном ночном воздухе.