Неизбежный конец

Мидория не понимал, куда бежит, главное подальше от этого дома. Подальше от человека, что находится там. Омега внутри предательски скулила, оповещая о своей любви к Альфе. Однако, её сторону никто не поддерживал, удаляясь как можно дальше. На улице стемнело, стало ещё холоднее. Тучи стали совсем чёрными, намереваясь пролить на других свою грусть и печаль. В небе блеснула полоска молнии, и Изуку вздрогнул, понимая, что ему некуда деваться, а отступать назад уже поздно. Хотелось забиться в дальний угол своей старой комнаты, чтобы его никто не трогал. Однако, он понимал, что находится от своего дома далеко и так просто на машине его никто отвозить туда не станет. Лучше всего в данной ситуации быть собранным и не делать поспешных решений. Поспешных решений, которые сразу просчитал бы Бакугоу. От одного только понимания, что Альфа наговорил, ему хотелось кричать. И нет, не на себя, а именно на блондина. Лучше, чтобы тот был связан, лежал на полу или сидел на стуле, а Мидория надрывисто кричал на него, срывая горло, высказывая своё мнение. Возможно, не сдержался бы и сорвал голос на неделю или больше, но он бы это сделал, чтобы сохранить их отношения такими, как раньше, когда альфа поддерживал его, понимал с полуслова и оставался рядом, когда был нужен. Да, он также был загружен постоянной работой, но старался находиться рядом. Был, как и в школьные годы, хмурым и агрессивным, скрывая за этим свои настоящие эмоции. Он стыдился их, хоть и проявлял лишь в присутствии близких ему людей. Одним из таких стал Киришима. Этот парень стал его лучшим другом, невзирая на агрессию в его сторону. Отчасти, он понимал блондина, иногда хочется, чтобы никто не знал, что именно творится у тебя на душе. Так намного легче жить, понимая, что скелеты в твоём шкафу ещё никто не распознал. Ведь когда кто-то из близких узнает о тебе правду, что ты почувствуешь? Тревогу, обиду или же отчаяние? Бакугоу чувствовал отвращение к самому себе. Перебирая старые обрывки былых времён, когда омега ещё был в его поле зрения, когда он мог протянуть руку и почувствовать тепло чужого тела. Когда он узнал, что Изуку переехал, а адрес ни у Инко, ни у Мицуки он разузнать не сможет, что же чувствовал блондин? Всё то же отчаяние, будто землю из-под ног выбили. Он чувствовал, как падал всё глубже в бездну, ощущая холодную воду у себя на теле. Волк громко выл, забившись в дальний угол, будто старался спрятаться. Он пытался дождаться того момента, когда боль утихнет. Блондин молчал, становясь намного тише, чем в годы старших классов. Знакомые, друзья и родные перестали узнавать его. Будто огонёк азарта потух в один момент, меняя личность человека. Да, их отношения не были идеальными, они строились на множестве ошибок, которые после они старались не совершать. Парни часто ругались, но это скорее было в шутку, они оба это прекрасно понимали. За всё прожитое вместе бок о бок время, Бакугоу стал терпеливее, он не срывался на омегу за каждое неверное движение, а просто поправлял его. Изуку же научился высказывать ему своё мнение, не боясь, что за это на него будут орать. Они стали лучше понимать друг друга несмотря на то, что часто находились в разлуке большую часть времени. Бакугоу является героем, и для Изуку это не было секретом. Он понимал, каково мужу, когда он надолго уезжал. Будь это командировка по делам офиса или же помощь героям в других городах. Он всегда оставался рядом, звоня по вечерам по телефону, вымотавшимся голосом говоря, что закончил с работой. Или же по видеосвязи, когда сильно хотел увидеть, обычно уже лёжа на кровати после душа, засыпая под мелодичный голос Изуку. Бывало, что просто писал несколько коротких сообщений, говоря о своей усталости и вырубался на жалких два-три часа. После высыпаясь в самолёте, где за ним присматривал Киришима. Хоть он и просит Кацуки отправиться отдыхать, тот остаётся работать дальше, думая, что без него не справятся. Главным правилом для него было «Сделай сам или же разгребай за другими ошибки». Вот таким человеком он является. Мидория улыбается, кутаясь глубже в капюшон, ощущая на макушке волос первые капельки дождя. Рядом находится дешёвый отель для приезжих, что приезжают сюда на заработки. Проскальзывая в светлое помещение, омега оплачивает номер, благо, он захватил с собой деньги, и отправляется на четвертый этаж. Зайдя в лифт, парень немного согрелся, расстегивая куртку. Лифт издал тихий «дзынь» и железные створки отворились. В коридоре темно и только редкие светильники на стенах создавали уютную атмосферу. На полах располагались ковролиновые дорожки бордового цвета, по бокам обрамляемые тёмными полосами. По бокам располагалось множество дверей с разными цифрами, начинающимися с номера этажа. И вот, находясь напротив двери из темного материала, Мидория достаёт магнитный ключ, прикладывая к панели. Дёрнув за ручку и проходя в глубь помещения, он скидывает возле двери обувь. Номер состоял из нескольких комнат, таких как ванна, спальня с двуспальной кроватью и гостиная с мини холодильником возле стены. Сил не было, и омега удаляется в спальню, попутно включая телевизор. Скинув рюкзак возле кровати, он последовал в ванную, готовясь к банным процедурам. На вешалке с правой стороны от раковины с зеркалом висел белый махровый халат. Стягивая с себя одежду, скидывая беспорядочным комом на пол, парень ни о чем не задумывался, залезая в горячую воду, содрогаясь всем телом от контраста температур. Выключив воду и выпрямив полностью ноги, погрузился в жидкость с головой. Волосы намокли, по ним стекала беспорядочными дорожками тёплая вода, маленькими капельками возвращаясь обратно в ванну. Удар на щеке отозвался слабой болью при прикосновении. Возможно, останется синяк, но Изуку об этом не задумывался, скатываясь по бортику в воду. Лицо устремлено в потолок, из-под толщи жидкости всё выглядело неточно и размыто. Как в тот момент, когда он услышал заявление альфы по телевизору. Звук включённого телевизора тогда звучал уже не так чётко, лишь отголоски шума звучали на фоне, будто помещении кроме Мидории был ещё кто-то. Глаза потускнели, будто в них никогда и не было того блеска драгоценного камня. Не было жизнерадостных ноток в его голосе, не было того светлого и невинного парня, которого часто называли ангелом. Теперь он выглядел больше как разочаровавшийся в жизни омега с опытом, которого несчетное количество раз бросали, и он уже отчаялся найти кого-то близкого. Но нет, у Изуку есть любимый человек, но встаёт вопрос, а любит ли этот человек омегу в ответ. Любит ли как раньше? Когда для них каждая ссора кончалась примирением, когда альфа шёл против его слова, но, всё же, прислушивался к его мнению, когда они оба были по настоящему счастливы. Это не были те фальшивые маски, что носила Урарака при Серо, лишь бы тот поверил в правоту её чувств. Это не было холодное самоуверенное лицо Шото, что был чересчур уверен в себе. Его окружали поистине хорошие и любящие люди. Каминари, этот омега всегда был рядом в нужный момент и Изуку не ошибся бы, назвав его лучшим другом. Эйджиро, что заботился и присматривал за ним в отсутствии альфы, часто навещая в компании Каминари, когда они ещё не жили вместе. И, конечно же, Бакугоу. Его алые глаза смотрели с такой лаской и заботой, что никакая злая мина не смогла бы скрыть этого факта. Как он носился из стороны в сторону, когда омега простывал и лежал в кровати по несколько дней. И ведь потом ничего от него не просил взамен. Никогда не поднимал на него руку. Часто говорили, какой он болван, что не заботится о себе. И Мидория соглашался, с детским восхищением в глазах наблюдая за действиями альфы на кухне. Изуку вспоминает день, когда блондин сделал ему предложение. Кацуки никогда ему не расскажет, как долго выбирал кольцо в компании Каминари и Эйджиро. Как его выбор критиковали, как долго он обдумывал время и место. В итоге, через неделю на выходных, придя изрядно поддатым, он решился. *** Изуку лежал на диване, потирая кулачками глаза и зевая. Хотелось спать, но альфы всё ещё не было дома, и вот, послышался звук открывающейся двери. Тихий щелчок выключателя, и парень аккуратно прикрывает глаза, притворяясь спящим. Хотелось посмеяться над реакцией альфы и Мидория, перевернувшись лицом к телевизору, натягивает одеяло выше. Копошение в прихожей и что-то тяжёлое летит на пол. Возможно, спортивная сумка, в которой блондин хранил запасной геройский костюм. Тихие шаги, будто альфа боялся разбудить омегу, хотя обычно он наоборот его будил, целуя перед сном в макушку. Проходит в гостиную, слыша шум включённой плазмы и нервно озирается по сторонам. Омега лежит на диване, тихо посапывая, прикрытые глаза подрагивают, а кулачки сжимают край одеяла. Блондин подходит на пошатывающихся ногах и присаживается напротив. Погладил по голове, перебирая непослушные прядки кудрявых волос. Любуется россыпью веснушек на щеках и носике, продолжение которых виднеется из-под футболки. Наклоняется ближе, целуя в макушку, спускаясь ниже к губам и останавливаясь на ушке. Мысли в голове спутаны, в нос ударял запах алкоголя и сигарет, к которым блондин долгое время не притрагивался. Поцелуи были такими нежными и спокойными, будто альфа хотел этого долгое время. Но их обыденностью была страсть, которой обоих накрывало с головой. И только когда Мидория спал, блондин мог поддаться такого рода порывам нежности. Задумываясь, что он такого в прошлой жизни сделал, что именно этот омега попался в его сети. Грустным взглядом смотря на полностью расслабленное лицо, что утыкалось ему в грудную клетку. Почему именно он заслужил счастливый конец с этим омегой? Совершая нескончаемое количество ошибок в прошлом, после бесконечно жалея. Но ведь можно было на миг задуматься и разложить все свои эмоции и ошибки по полочкам. Ему было просто страшно осознавать, что именно он запутался в сетях омеги, а не наоборот. Такой сильный и популярный альфа влюбился в такого обычного серого мышонка. А ведь он нисколько не жалел, ведь лучше этот омега, чем нескончаемое количество лицемеров. Этот парень говорил ему всегда только правду, какой бы горькой она не была. Всегда был рядом, когда ему нужна была помощь. Терпел его характер и жестокое поведение, постоянные издевки и побои. Так нахрена ему такой альфа, почему он выбрал именно его? Альфа и сам не понимал, и уж лучше не слышать ответ. Если он с ним только из-за денег, он даст ему всё, лишь бы тот оставался рядом. Но нет, он наоборот экономил семейные доходы, говоря, какой альфа транжира. Да, Кацуки любил покупать разные сувениры и тащить их домой, расставлять в гостиной на полке или же вешать в спальне. Мидория не говорил ему ничего против и лишь поддерживал супруга в его маленьком хобби. И вот, сидя сейчас в гостиной на полу возле маленького хрупкого тельца, пребывающего в царстве Морфея, ему становится страшно. Страшно за их общее будущее, вдруг, он не сможет справиться. Вдруг, опять загорится этот огонёк ненависти, что гложил его долгое время. Если вновь сделает больно и омега не простит его. Что он будет делать, сможет ли справиться без него? Мысли в голове безостановочно метались от одной к другой и так по кругу. Из горла вырвался болезненный скулёж и он не смог его остановить, утыкаясь лицом в колени. Омега шелохнулся, боязливо открывая глаза, всматриваясь в темноту. Блондин выключил телевизор, и лишь приоткрытые шторы давали луне осветить помещение. Альфа нашёлся быстро, сидя, оперевшись спиной о журнальный столик. Его спина сгорблена, а волосы слегка приглажены к голове. Скулёж продолжался и Изуку испугался. Он впервые видел блондина таким…отчаявшимся? Ему морально больно и он старается унять боль. — Каччан? — шепчет Мидория, поднимаясь на локтях. Силуэт вздрогнул и звук прекратился. Блондин повернулся к омеге, смотря на него болезненным взглядом. Парень не успевает понять, как Бакугоу преодолел расстояние в несколько шагов, заключая в своих объятиях хрупкое тело. Сам парень дрожит, что-то тихо нашептывая себе под нос, успокаивая больше себя, нежели омегу. Изуку не понимает, что произошло с блондином, но чувствует у себя на шее мокрые дорожки. Скулёж не прекращался и становился лишь громче и надрывистее, будто человек хотел выплеснуть из себя всё через этот протяжный вой. — Каччан, что случилось? — но ему никто не отвечает, лишь сильнее сжимая в объятиях. Мидория гладит парня по голове, успокаивая своим присутствием. Плавно отодвигается, давая альфе залезть на диван рядом с ним. Истерика кончилась ближе к утру, когда солнце уже всходило. Кацуки за всё это время не сказал ни слова, предпочитая прижимать к себе омегу и тихо полушепотом произносить извинения, которые никто не различал. Альфа лежал на диване, голова всё ещё покоилась на коленях омеги, что мягко поглаживал его по волосам. Блондинистые волосы были мягкими, и, перебирая порядки, успокаивать альфу стало чем-то личным. На лице можно было заметить красные пятна и закрытые веки, подрагивающие во сне. Одна рука всё ещё держалась слабой хваткой за край одежды веснушчатого, боясь потерять. Мидория не понимал, что произошло, но в этот же день Кацуки сделал ему предложение. Изуку сразу же согласился, бросаясь обнимать любимого. У того всё ещё были мутные сомнения на счёт того, сделал ли он всё правильно. Не будет ли никто из них жалеть об этом потом? Лёжа на холодной кровати, предназначенной для двух персон, возникало всё больше вопросов. Но, отгоняя их от себя, омега натянул до кончиков ушей тёплое одеяло, прикрывая глаза. Ему сейчас нужен отдых. Прошло три дня, Изуку так и продолжал находиться в отеле, роясь в своих сомнениях. Выходя в одно из ближайших кафе, он включал телефон и располагался рядом с выходом. В планах было заказать билет до родного города, желательно, в ближайшее время. К его удивлению, оставался последний рейс, а именно в десять часов вечера. Оплатив билет и быстро выключив смартфон, он отправился обратно в отель. Главное, чтобы его никто не отследил по телефону. Добравшись до отеля, его поприветствовала девушка, стоящая за стойкой ресепшена, привыкшая за последние дни лицезреть это лицо. Поднявшись на свой этаж на лифте, омега двинулся к номеру, предпочитая оставаться там до отъезда. Включив телевизор и заказав еду в номер, Изуку устроился на диване, щёлкая каналы на плазме. Хотелось посмотреть мультики или интересное кино, но он бы не отказался и от многосерийной мелодрамы. Но, к его удивлению, рука сама остановилась на новостном канале. В кадре появилась блондинистая копна волос и безэмоциональный взгляд, синяки под глазами казались больше. Болезненный вид и до боли хриплый голос, будто его обладатель долгое время кричал. Всё та же репортёрша кокетливо улыбалась альфе, стараясь перетянуть на себя его внимание. Герой игнорировал все её выходки, стараясь смотреть в одну сторону. На заднем плане Киришима помогал полицейским паковать очередного злодея неудачника. Его движения были заторможены, глаза часто моргали, лишь бы не закрыться вовсе. По его поведению можно было понять, что он не высыпается. Изуку проигнорировал этот аспект, концентрируя своё внимание на Кацуки. Тот также продолжал смотреть в одну точку, игнорируя каждый заданный ему вопрос. Кроме одного, что сорвался с губ девушки, отчего блондин вздрогнул. — Помнится, вы говорили, что не заняты, но многие ваши коллеги говорят, что вы носите кольцо на цепочке. Это правда? — Мидория вздрогнул вслед за блондином. Глаза героя расширились, а после загорелись адским пламенем. Губы искривились в ухмылке, а голос приобрёл металлический оттенок. — Даже если и так, вам какое дело? Это моя личная жизнь и раскрывать её я не намерен. Какая нахрен разница, есть ли у меня кто-то?! — девушка старалась извиниться, теряя всю ту уверенность, что она показывала прежде. Но блондин не унимался, продолжая истошно вопить, в руках опасно вспыхнули первые взрывы. Спас всех Эйджиро, что уволок за кадр лучшего друга, а там уже от чужих глаз подальше напоил успокоительным. Каминари сидел дома все эти дни, стараясь вычислить Мидорию по передвижению его телефона. Но, к его разочарованию, омега выключил его, лишь единожды включив сегодняшним днём. И то в какой-то кафешке на считанные минуты, Денки не стал сообщать об этом Эйджиро. Сам Киришима находился рядом с Бакугоу, каждый день наблюдая за его эмоциональным состоянием. Тот отказывался от еды, говоря, что его тошнит. По ночам он слышал, как истошно кричит парень во сне, просыпаясь от своего же крика. Поднимаясь по лестнице, под утро можно услышать, как блондин болезненно скулит, утыкаясь в подушку, пропитанную ванилью. Киришима старался не трогать его, лишь изредка заходя и давая тому стакан воды с успокоительным или снотворным. Таблетки для альфы стали чем-то вроде еды. Он глотал их горстями, чтобы хоть немного поспать, но удавалось это, лишь когда он полностью выматывался. Он прижимал ближе к себе подушку, пропахшую насквозь омегой и старался спать именно на его стороне кровати. Кошмары не давали покоя и пересказывать их нет смысла. Просто когда ты теряешь важного для себя человека, это по настоящему страшно. И сейчас его кошмары стали явью. Возможно, даже смысла не было просить Каминари искать Изуку. Может парень купил новую сим карту где-то в метро с рук какого-то барыги. И они не смогут его больше найти и тем более увидеть. Бакугоу сильнее сжимает кулаки до побеление костяшек, ногтями врезаясь в тыльную сторону ладони. Хотелось кричать, но сил что-либо сделать не было. Он альфа, а не может пережить расставание с каким-то омегой. Так обычно думают люди под названием «друзья», однако, оказавшись на чужом месте, ты не можешь взять себя в руки. Хочешь вопить во всё горло, что тебя не понимают, осуждаешь других, но, посуди сам, ты ведь говорил подобное и считаешь, что после тебя поддержат? Не рассчитывай на подобное. Кацуки понимал, что Мидория для него не какой-то первый попавшийся омега, которого хочется трахнуть и распрощаться. Его хочется оберегать ото всех, быть рядом с ним, поддерживать и заботиться. Но он перечеркнул всё это обычной сценой ревности. Зачем он это сделал, альфа и сам не понимал, просто в один момент в нём загорелся прежний огонёк ненависти и гнева. Или это именно ревность? Блондин склоняется больше ко второму предположению. Но, подумав хорошенько, он понял, что это был целый коктейль из ревности и страха. Липкого страха, что оплёл своими скользкими лапами сердце юного героя. Он боялся потерять омегу, но в то же время посчитал на секунду лучшим исходом уход Изуку к Шото. Он ведь ещё с института любит его, подмазывался, бегал, дарил подарки, хотя знал, что блондин против всего этого. Мидория уставился стеклянными глазами в окно, наблюдая за тем, как люди перепрыгивают через лужи, стараясь не испачкать одежду. Дети же, которых родители вели с детского сада, были явно рады лужам, прыгая в них резиновыми сапогами. На улице было также, как и несколько дней назад — пасмурно и сыро. Тучи стали ещё темнее, от чего казалось, что на улице ночь, но нет, был только вечер. Насмотревшись вдоволь, омега начал собирать свои вещи в рюкзак. За эти дни он успел купить себе несколько вещей на первое время, а потом уже, как доберётся, собирается пожить у матери. Это намного лучше, чем оставаться в незнакомом городе, где у тебя не так уж и много знакомых. И то, если он появится у них на глазах, те сразу сообщат об этом блондину. Быстро собрав вещи и выйдя в прихожую, он присел на бежевую тумбочку. Подумав какое-то время, стал одеваться, накинув на себя куртку, а снизу натянув свои изрядно испачканные в грязи ботинки. Отдав на ресепшен ключ-карту, парень двинулся на железнодорожную станцию. Было желание прогуляться, и, не отговаривая себя, он пошёл по узкой дороге. Но не смог пройти и нескольких метров, как с неба начали капать первые маленькие капельки, постепенно прибавляя в объеме. Пошёл ливень, видимость была ужасная, так ещё и промок до нитки. Омега побежал по тротуару, намереваясь зайти в первое попавшееся кафе и переждать там непогоду. Над головой послышался гром и опасно сверкнула молния, парень набрал скорость, натягивая на голову капюшон. В далеке показалась вывеска какой-то закусочной и парень забежал в неё. Внутри было тепло, светло и однозначно лучше, чем на улице. Сделав на быструю руку заказ для приличия, веснушчатый достал из рюкзака выключенный телефон. Сделав несколько движений, экран телефона засветился и показался экран блокировки. Нажав несколько цифр и заказав такси, он хотел было уйти, но, дождавшись официанта, решил, всё же, поесть. Еда была незамысловатая: гамбургер и картошка фри с колой. Телефон на столике пиликнул, оповещая о новом сообщении и нескольких пропущенных вызовах. Включив экран и посмотрев в список оповещений, омега испугался, увидев несколько десятков пропущенных от Денки и Киришимы. И несколько от блондина, но при этом множественное количество сообщений. Все были как одно — он извинялся, просил прощения, умолял вернуться. И лишь одно голосовое. — Если ты собираешься уйти, то я не буду держать тебя. Если хочешь уйти к кому-то, я буду не против, только пожалуйста, скажи, что с тобой всё в порядке. Ты живой, целый и здоровый, с тобой всё хорошо. Пожалуйста, мне важно это знать, — потом тишина и блондин будто хотел добавить ещё что-то, но мешкал. Омега хотел было отключить и вовсе удалить голосовое, но остановился, слыша тихий вздох. — Я люблю тебя, надеюсь, что с тобой всё хорошо. Хотя кому я это говорю? Ты ведь уже давно поменял номер и попросту исчез, будто тебя и не было в моей жизни. Голосовое закончилось и пиликнуло новое сообщение в чате с Каминари, тот ругался похлеще Граунд Зиро. Каминари Денки онлайн• Какого черта ты творишь?! Мидория, вернись обратно! Пожалуйста, не совершай ошибку! Я всё знаю про ребёнка, мне Эйджиро всё рассказал. Мидория читал однообразные сообщения, кроме нескольких голосовых, датированных вчерашним числом. Каминари Денки онлайн• Бакугоу стало хуже, он сам на себя не похож. Такой бледный, словно побелка на стене. В его мешках под глазами можно картошку возить, хах. Он ничего не ест уже который день. Постоянно таблетки глотает, он даже нас не слушает, вчера Киришиму из дома выгнал и заперся там. Мы его на полу нашли, он в обморок упал, отвезли в больницу, вроде откачали. Парень старался в середина посмеяться, но не смог выдавить из себя хоть что-то. Под конец и вовсе послышались тихие всхлипы, ему по настоящему было страшно. Каминари Денки онлайн• Мидория, можно попросить тебя об одолжении? Побудь с Кацуки до тех пор, пока он не поправится, мы тебя держать не станем, а после с Бакугоу как-то разберёмся. Денки старался угомонить срывающийся голос и тихие всхлипы, вперемешку с душащими порывами. Его голос сорвался на совсем тихий и были слышны только его мольбы о помощи. Изуку сглотнул, засмотревшись в окно, и напечатал короткое сообщение. Мидория Изуку онлайн• Где вы находитесь? Каччан с вами? Ответ пришёл незамедлительно. Нервно перебирая пальцы и покусывая губу, парень уже заранее знал, что никуда не поедет. В грудной клетке сердце словно умалишённое набирало обороты, ударяясь о рёбра. Всё тело охватила паника, хотелось как можно быстрее добраться до альфы. Парень не сразу понял, когда у него зазвонил телефон, оповещая о прибытии такси. Выбегая из кафетерия и направляясь к машине серебристого цвета, он залез в салон. Водитель перевёл на него ленивый взгляд и спросил точный адрес. Омега назвал адрес своего дома, на что мужчина средних лет лишь завёл машину и двинулся по дороге. Было страшно как на него отреагирует альфа и чем ближе они подъезжали к дому, тем больше этот страх возрастал. Мидория поёжился, стоя за пределами машины под проливным дождем. Денки сообщил, что блондин ещё со вчерашнего дня находился дома. Даже Киришима его не трогал лишний раз, беря на себя всю ответственность за офис друга. Кацуки не общался с друзьями, стараясь больше отлеживаться дома, не выходя из него. Денки ругался на него за это, но против предписаний врача пойти не мог. Забежав под козырёк дома, веснушчатый оглянулся по сторонам, стараясь разглядеть цветочный горшок. Но, по видимому, его здесь не было, возможно, кто-то из друзей воспользовался запасным ключом. Быстро набрав номер друга, послышались мелодичные гудки, а после взбудораженный голос блондина. — Мидория, ты где? Я тебе несколько сообщений написал, ты ни на одно не ответил. Всё хорошо? — Денки так бы и заваливал Мидорию вопросами, если бы не встречный вопрос. — Подожди, вы куда запасной ключ дели? — Каминари осекся на полуслове, задумавшись, быстро ответил. — Как под ковриком?! Каминари, ты хоть знаешь, что это небезопасно? — Денки лишь натянуто посмеялся, сообщив о состоянии альфы и попросил лишний раз его не трогать. На это Мидория тихо хмыкнул, вытаскивая из-под коврика ключ и вставляя его в замочную скважину. Провернув несколько раз и открыв на распашку дверь, показалось, будто в доме никого не было. Темно, холодно, неприятно, на стене виднелось пятно темно-багрового цвета. Изуку отвёл от него взгляд, стягивая с себя ботинки, и быстро направился осматривать квартиру. На первом этаже блондина не было, но на втором также не было никаких звуков. Возможно, он ушёл? Но, не проверив, лучше не уходить, и Мидория медленно на цыпочках поднимается по лестнице. Он осматривается по сторонам и заходит в спальню, натыкаясь взглядом на ком разных вещей на кровати. Блондин лежал под одеялом, рядом валялись разные вещи Изуку, наполняя комнату его ароматом. Из-под бежевой ткани виднелись лишь блондинистые волосы беспорядочно раскиданные по подушке. Постучав в дверной косяк для приличия, парень проходит внутрь, замечая, как вздрогнуло тело на кровати. Омега присел на край со стороны Бакугоу, где на данный момент была пустота. — Как ты? — тихо спрашивает Мидория, смотря, как начинает дрожать альфа под одеялом. Его вопрос проигнорировали. Тогда он встаёт с кровати и делает несколько шагов в сторону двери. — Ну, раз уж вы справляетесь и без меня, я могу откланяться, — лукаво произносит Изуку, делая ещё один шаг, чувствуя, как внутри что-то обрывается. Он не хочет уходить отсюда, тем более в такой момент, когда его альфе больно. А он продолжает делать неуверенные шаги к дверному проему, намереваясь повернуться и наплевать на достоинство. Но не успевает этого сделать сам, его обхватывают поперёк талии, утаскивая в сторону кровати. Он падает на мягкую поверхность где вскоре приземляется и альфа. Омега не успевает увидеть его лицо, а Бакугоу прячется у него за спиной, обнимая лишь сильнее, прижимая ближе. Его руки трясутся будто у наркомана во время ломки, возможно, сейчас он и выглядит соответствующе. Изуку вздрагивает, когда ему в шею утыкается нос, аккуратно обнюхивая. Альфа будто не верил, его ли это омега или же Киришима нашёл похожего. Но нет, это именно Изуку и он ослабляет хватку, не смея сильно давить на живот. Мидория непонимающе озирается по сторонам, стараясь повернуться к альфе лицом, но ему это не удаётся сделать. Он не хочет, чтобы его видели таким… таким жалким. Он не смог без омеги прожить и трёх дней, свалившись на первом этаже после работы. А сейчас, как маленький ребёнок, обнимает и шепчет слова прощения. Целует в макушку, а руки оплетают чужую грудную клетку, чтобы не давить на живот. Кацуки вздрагивает, когда к его рукам прикасаются чужие ледяные пальцы. Изуку даже куртку не успел снять, теперь пачкая их обоих, отчего блондин сейчас лежит явно мокрый, но не жалуется. Не отпускает из-за холода и прижимает лишь сильнее, но останавливается и послушно следует совету веснушчатого. — Дай хотя бы переодеться или куртку снять. Я быстро, а потом сразу приду. Ладно? — Мидория говорил ласково, словно с ребёнком, поглаживая тёплые руки. В затылок упёрся лоб, слабо кивая на его предложение, хватка на груди ослабла. Изуку выскользнул из спальни, спускаясь вниз, громко топая по лестнице, отчего блондин вздрогнул. Он выбежал из спальни следом, наблюдая с лестницы, как омега вешает одежду на крючок и вытаскивает из рюкзака сменку. Стягивает с себя футболку и надевает другую, на несколько размеров больше, джинсы полетели в стирку. Мидория поднялся по лестнице, замечая в дверном проёме альфу. Или то, что от него осталось? Лицо бледное, как побелка, глаза стеклянные, безэмоциональное выражение лица, от ментального поля одно название. Запах потерял свою привлекательность и уже не выглядел таким заманчивым, как прежде. Омега подходит ближе, берёт тихого альфу за руку и отводит в гостиную. В спальне на кровати хоть и удобно, но на данный момент это не лучшая идея. Простынь намокла и испачкалась, да и альфа тоже, хоть и не обращает на это внимание. Ему сейчас самое главное, чтобы Изуку не ушёл дальше его поля зрения. — Садись, — приказным тоном говорит омега и вытаскивает с одной из полок тёплый плед, подходит ближе, включает телевизор и накрывает затихшего альфу. Тот молчит, смотря куда угодно, но не в глаза Мидории, вздрагивая, когда тот устраивается рядом под пледом. Сплетает их пальцы в замок, поглаживая большим пальцем. Когда-то так делал и сам Кацуки, боясь потерять этого омегу, а сейчас стыдливо отводит взгляд. — Каччан, посмотри на меня, — он игнорирует, чувствуя, как хватка на руке стала крепче. — Кацуки, повернись. И он слушает, смотря за тем, как омега пододвигается ближе и невесомо целует его в скулу, где виднелась ссадина. Проводит свободной рукой по щеке, зарывается в пшеничные колючки и слышит в ответ скулёж. Бакугоу всегда так делает, когда собирается сорваться, он, как и омега, является тем типом людей, что держат в себе эмоции до последнего. — Я не хотел, честно. Я… я боялся, что будет как тогда. Когда ты был с Тодороки в клубе, а я чувствовал себя поверженным. Прости, прости меня, — начинает скулить, сильнее утыкаясь в мягкие волосы и поглаживая шершавыми пальцами щёки. Мидория вздрагивает и утыкается ему в грудь, свободной рукой вцепляется в футболку в районе лопаток блондина. Сердце сжимается от боли и переполняющей его обиды, но и блондину ведь было не просто. Кацуки снова начинает что-то шептать своим хриплым голосом, успокаивающе перебирая прядки волос. Чувствует сильное давление со стороны омеги и валится на спину, после чего на его грудной клетке устраивается веснушчатый. Он накрывает их обоих пледом и целует блондина в щеку, скулу, край губ, альфа успокаивается, сонливо прикрывая веки. За последние дни он толком не спал и поэтому, поддавшись моменту, засыпает под чутким взглядом изумрудов. Бакугоу сейчас более чем уязвим, можно было бы собраться и уехать, но омега не собирается уходить от альфы, что находится в таком виде. Хотя, он в любом случае от него не ушёл бы. Его любовь проверена годами, начиная со средней школы и не заканчиваясь до сих пор. Поэтому парень устраивается поудобнее, целует парня в последний раз и, прикрывая глаза, шепчет. — Я тебя тоже люблю. Для них обоих это послужит уроком. Для блондина — слушать и прислушиваться к другим людям, а Мидории — высказывать своё мнение в открытую, не боясь других. Ребёнок лишь косвенно повлиял на их отношения. Бакугоу готовится стать отцом, при этом иногда слишком сильно стараясь. Вот скажите, зачем ребёнку велосипед, если он даже ещё не родился? Но Кацуки понравилась модель и он уже вовсю представляет, как будет играть с новым членом их семьи. Изуку же ничуть не смущает подобное поведение его пары. Однако, за Киришимой приходится присматривать, чтобы тот не наделал глупостей в детской комнате. Ему нравится копаться в детских магазинах, особенно в игровом отделе. Каминари лишь молится, чтобы парень смог повзрослеть, когда и у них будет ребёнок, но его надеждам, похоже, не суждено сбыться.