Месть

Утро выдалось прохладным и туманным — первые признаки наступающей осени уже чувствовались в воздухе. Лёгкая дымка окутывала окрестности Малфой‑мэнора, а роса блестела на траве, словно россыпь бриллиантов. Гермиона стояла у парадного входа, нервно теребя край своей новой мантии. Её отец, Том Реддл, подошёл и положил руку на плечо дочери. — Пап, я буду писать каждую неделю! — Гермиона крепко обняла отца, её глаза слегка заблестели. — Знаю, милая, — улыбнулся Том, слегка погладив её по волосам. — И помни всё, чему я тебя учил. Анализируй, наблюдай, думай на шаг вперёд. В Хогвартсе много тех, кто захочет использовать твою доброту против тебя. — Я буду осторожна, — пообещала Гермиона. Гарри и Драко почтительно поклонились мистеру Реддлу. — Благодарим за знания, Милорд, — произнёс Драко. — Было приятно провести с вами лето, — добавил Гарри. — Взаимно, — кивнул Том и обратился к взрослым. — Надеюсь, наши дети продолжат укреплять дружбу между нашими родами. Платформа 9¾ бурлила жизнью. Воздух наполняли крики сов, мяуканье котов, смех детей и наставления родителей. Над головами летали почтовые совы, спеша доставить последние записки. Пахло дымом паровоза, свежими булочками из тележки с закусками и осенней листвой. Семья Малфоев в сопровождении Гарри и Гермионы появилась на платформе под восхищённые взгляды других родителей. Люциус шёл с прямой спиной, его мантия цвета тёмно‑синего бархата развевалась за спиной. Нарцисса плыла рядом, словно королева, её светлые волосы были уложены в сложную причёску, украшенную серебряными заколками. Среди толпы Гарри сразу заметил семейку Уизли. Артур и Молли суетились вокруг детей: Молли поправляла шарф на шее Джинни, Артур проверял, надёжно ли закреплена клетка с совой на багаже. Джинни выглядела взволнованной — её веснушчатое лицо раскраснелось, рыжие волосы были собраны в неаккуратный хвост. Рон стоял чуть в стороне, сжимая в руках потрёпанную сумку с заплатками. Его мантия, хоть и новая, сидела мешковато, а ботинки нуждались в чистке. Рон сделал шаг в сторону Малфоев, но, поймав ледяной взгляд Люциуса, передумал и поспешно отвернулся, делая вид, что рассматривает расписание поездов. Гермиона заметила вдалеке Пэнси Паркинсон и предложила: — Пойдём поздороваемся с Пэнси? Пэнси Паркинсон оказалась стройной девушкой с тёмными волосами, уложенными в элегантную причёску «узел», и пронзительными серыми глазами, которые, казалось, видели насквозь. Её мантия из тонкого сукна была идеально выглажена, а на груди красовался значок префекта. Тонкие черты лица, аристократический нос и слегка приподнятый подбородок выдавали в ней представительницу древнего чистокровного рода. Семья Паркинсон принадлежала к древнему роду чистокровных волшебников. Их предки владели обширными землями на севере Англии и славились своей коллекцией магических артефактов — от зачарованных доспехов до древних книг заклинаний. Отец Пэнси, мистер Паркинсон, был влиятельным членом Визенгамота и имел прочные связи в Министерстве Магии. Он славился своей расчётливостью и умением заключать выгодные сделки. Дети тепло обнялись. — Пэнси, ты потрясающе выглядишь! — восхитилась Гермиона. — Спасибо, — улыбнулась Пэнси. — Лето в Италии пошло мне на пользу. А ты, Гермиона, стала ещё увереннее. Родители обменялись вежливыми поклонами и короткими фразами по всем правилам этикета. — Мисс Паркинсон, вы прекрасно выглядите, — учтиво произнёс Люциус, слегка наклонив голову. — Благодарю, мистер Малфой, — склонила голову Пэнси. — Лето пошло вам на пользу, вы выглядите отдохнувшим. — Ваша дочь выросла настоящей леди, — добавила Нарцисса, оценивающе оглядывая Пэнси. — Стараемся поддерживать традиции семьи, — сдержанно улыбнулся мистер Паркинсон. Драко галантно помог Гермионе подняться в вагон, подавая руку с безупречной вежливостью. Гарри подал руку Пэнси — их пальцы на мгновение соприкоснулись, и оба слегка покраснели. Прощание вышло тёплым. Нарцисса расправила мантию Гарри, поправила воротник и прошептала: — Помни всё, чему мы тебя учили. Держи спину прямо, говори уверенно, не позволяй никому тебя запугать. — Да, мэм, — кивнул Гарри, чувствуя, как в груди разливается тепло. Люциус похлопал Драко по плечу: — Веди себя достойно, сын. Помни, кто ты есть. Ты — Малфой. — Конечно, отец, — Драко выпрямился, стараясь выглядеть как можно более взрослым. Мистер Паркинсон внимательно наблюдал за тем, как Гарри помогает его дочери. Уголок его рта чуть дрогнул — он не был недоволен. Напротив, в его глазах мелькнуло удовлетворение: Поттер, наследник древнего рода, явно проявлял интерес к Пэнси. Для Паркинсонов это могло стать выгодной партией. Поезд тронулся. Люциус и Нарцисса остались на платформе с родителями Пэнси — взрослые продолжили беседу, обмениваясь новостями и оценивая перспективы. — Поттер производит хорошее впечатление, — заметил мистер Паркинсон. — Видно воспитание. — Мы старались, — скромно улыбнулась Нарцисса. — Гарри быстро учится. — И он явно неравнодушен к вашей дочери, — добавил Люциус. — Это может быть выгодно для обоих родов. — Посмотрим, — сдержанно ответил мистер Паркинсон. — Время покажет. В купе друзья расположились с комфортом. Драко достал шахматы с фигурками из чёрного и белого мрамора, Гермиона раскрыла книгу «История магических родов Британии», а Гарри рассматривал проплывающие за окном пейзажи — золотистые леса, поля, покрытые туманом, старинные замки на холмах. — Ну, как каникулы? — спросил Драко, расставляя фигуры. Его голос звучал небрежно, но в глазах читалось искреннее любопытство. — Потрясающе! — улыбнулась Гермиона, откладывая книгу. — Отец учил меня анализировать мотивы людей, понимать их скрытые намерения. Например, когда кто‑то делает комплимент, нужно спросить себя: «Что он хочет получить взамен?» — А у нас были уроки этикета, — добавил Гарри. — Теперь я знаю, какой вилкой есть улиток. — Фу, — скривился Драко. — Лучше бы учили, как избегать таких блюд. — Зато теперь ты сможешь произвести впечатление на любом приёме, — подмигнула Гермиона. — Если только там не будут подавать улиток, — фыркнул Драко. Они играли в шахматы, обсуждали летние события, делились впечатлениями. Гарри рассказал, как научился правильно держать бокал, чтобы не выглядеть неуклюже. Гермиона объяснила, как по жестам и мимике определить, говорит ли человек правду. Драко похвастался, что теперь может отличить бургундское вино от бордо по одному глотку. Время пролетело незаметно — вскоре поезд прибыл в Хогсмид. Большой зал Хогвартса сиял тысячами свечей, парящих в воздухе без опоры. Золотые тарелки и серебряные кубки сверкали на длинных столах, а над головами плыли звёзды — зачарованный потолок точно повторял ночное небо. Слизеринцы заняли свои места за столом, покрытым изумрудно‑зелёной скатертью с серебряной вышивкой. Гарри, Драко и Гермиона сели рядом, Пэнси устроилась напротив. Рон сидел на самом краю стола, в отдалении от остальных, ни с кем не общался. Его лицо выражало смесь обиды и одиночества. Началось распределение. Распределяющая Шляпа, старая, потрёпанная, но мудрая, начала петь свою ежегодную песню о факультетах и их ценностях. Когда она выкрикнула «Гриффиндор!» для Джинни Уизли, Фред, Джордж и Перси радостно зааплодировали, похлопывая сестру по спине. Джинни раскраснелась от счастья, её веснушки стали ещё заметнее. Рон смотрел на это издалека, чувствуя, как внутри закипает горечь — ему доставались лишь презрительные взгляды. Он сжал кулаки под столом, стараясь не показывать эмоций. Пир начался. На столах появились: запечённый фазан с клюквенным соусом, украшенный веточками розмарина; лосось в сливочно‑укропном соусе с дольками лимона; картофельное пюре с трюфельным маслом и зеленью; овощное рагу с розмарином и тимьяном; грибные крокеты с пармезаном, поданные с соусом беарнез; фруктовый салат с мёдом и орехами — яблоки, груши, виноград и инжир; шоколадный пудинг с ванильным соусом и взбитыми сливками; яблочные тарталетки с корицей и сахарной пудрой; мороженое трёх сортов: шоколадное с кусочками карамели, ванильное с малиновым сиропом и малиновое с мятой. Первокурсников повел в гостиную Маркус Флинт — новый староста Слизерина и капитан команды по квиддичу. Высокий, широкоплечий юноша с резкими чертами лица и пронзительным взглядом, он внушал уважение одним своим видом. Его мантия старосты с серебряной нашивкой была аккуратно застёгнута, а походка выдавала в нём человека, привыкшего командовать. — Первокурсники, за мной! — громко и чётко произнёс он. — Идите следом, не отставайте. В подземельях Хогвартса легко заблудиться, если не знать дороги. Малыши послушно потянулись за ним, с любопытством оглядываясь по сторонам. Кто‑то из них восхищённо ахнул, увидев движущиеся лестницы, другой указал пальцем на портрет суровой дамы в кринолине, которая неодобрительно покачала головой. Слизеринская гостиная располагалась глубоко под замком, в подземельях рядом с Чёрным озером. Стены были облицованы тёмным мрамором с изумрудными прожилками, а большие окна, выходящие прямо в толщу воды, позволяли наблюдать за проплывающими рыбами и стайками серебристых водорослей. Камины с зелёным магическим пламенем давали мягкий, приглушённый свет, создавая атмосферу уюта и одновременно таинственности. Гермиона потянула Пэнси в сторону, к одному из окон, где их не могли подслушать. — Давай поболтаем по‑девичьи? — предложила она с улыбкой. — Конечно, — Пэнси улыбнулась в ответ, и её обычно надменное выражение лица смягчилось. Устроившись в мягких креслах у камина, обитых тёмно‑зелёным бархатом, девочки начали разговор. — Мне очень приятно общаться с Гарри, — призналась Пэнси, слегка понизив голос. — Он совсем не такой, как я думала. Вежливый, умный, интересный собеседник. И держится с достоинством — видно, что его хорошо воспитали. — Да, он замечательный, — согласилась Гермиона, задумчиво крутя прядь волос. — Гарри очень быстро учится. За лето он стал гораздо увереннее в себе. — Отец говорит, что Гарри Поттер — это билет в хорошее будущее, — продолжила Пэнси, чуть понизив голос и оглядываясь, нет ли поблизости лишних ушей. — Паркинсоны всегда выбирали выгодные браки, но в этот раз… мне кажется, я бы не возражала. — Правда? — Гермиона слегка приподняла брови, искренне удивившись. — Ты действительно этого хочешь? — Да, — кивнула Пэнси. — Раньше я думала, что все эти браки по расчёту — неизбежное зло. Но Гарри… с ним я чувствую себя по‑другому. Он не смотрит на меня как на выгодную партию, а как на личность. Это неожиданно приятно. — Думаю, Гарри тоже к тебе неравнодушен, — улыбнулась Гермиона. — Я замечала, как он смотрит на тебя. Девочки ещё немного поболтали о планах на учебный год, новых предметах и предстоящих матчах по квиддичу, а затем отправились спать, полные надежд и ожиданий от нового учебного года. На следующий день после завтрака все направились на урок Защиты от Тёмных Искусств. Кабинет Локонса находился на третьем этаже, недалеко от библиотеки. Комната была оформлена в кричаще‑ярких тонах, совершенно не сочетающихся друг с другом: стены украшали его собственные портреты в разных героических позах, каждый размером не меньше метра, с подписями вроде «Златопуст Локонс побеждает банши» или «Профессор Локонс укрощает оборотня». Полки ломились от книг с его именем на обложках, расставленных в строгом порядке по годам издания. В центре комнаты стоял огромный мраморный бюст самого Златопуста, увенчанный лавровым венком. Локонс вошёл с театральным размахом, словно актёр на сцену. Он был одет в мантию цвета лаванды с серебряной вышивкой, его волосы были идеально уложены волнами, а зубы сверкали неестественной белизной. В руках он держал стопку книг со своим портретом на обложке. — Доброе утро, мои юные герои! — пропел он, взмахнув рукой так, что мантия эффектно развеялась. — Сегодня мы проверим, насколько хорошо вы усвоили материал моих книг. Входной тест, 50 вопросов! Кто покажет лучшие результаты, получит автограф и экземпляр моей новой книги «Я и моя магия: исповедь великого волшебника», которая ещё даже не поступила в продажу! Класс зашумел: кто‑то обрадовался возможности получить автограф, кто‑то недовольно заворчал. Гарри и Драко переглянулись с одинаково кислыми выражениями лиц. Вопросы теста были абсурдными и совершенно не имели отношения к реальной защите от тёмных искусств: Какой любимый цвет Златопуста Локонса? (а) лавандовый; (б) розовый; (в) голубой. Какое заклинание он считает самым элегантным? (а) Чары очарования; (б) Заклинание красоты; (в) Заклинание идеальной причёски. Какой подарок больше всего порадует профессора Локонса? (а) сборник благодарственных писем от поклонников; (б) портрет в полный рост; (в) золотая статуэтка самого себя. В какой книге он впервые описал свою победу над банши? (а) «Магия с улыбкой»; (б) «Встречи с вампирами»; (в) «Победа над привидениями». Какое блюдо Златопуст предпочитает на завтрак? (а) омлет с трюфелями; (б) тосты с мёдом; (в) фруктовый салат с йогуртом. Гарри сжал кулаки, стараясь сдержать гнев. Его лицо покраснело, а пальцы непроизвольно сжимались и разжимались. — Это какой‑то кошмар! — прошипел он, бросая взгляд на Драко. — Мы что, на экзамене по биографии Локонса? — Бесполезная трата времени, — поддержал Драко. Его лицо тоже покраснело от негодования, он с силой отложил перо. — Кто вообще придумал такой тест? Это даже не смешно! Гермиона, напротив, задумалась. Она вспомнила уроки отца: «Анализируй мотивацию. Пойми, чего хочет человек, и ты сможешь предугадать его действия». Она начала отвечать, исходя из психологии: Любимый цвет? Конечно, лавандовый — он носит мантии этого цвета, и все портреты выполнены в этой гамме. Элегантное заклинание? Что‑то эффектное, но не слишком сложное — например, «Чары очарования». Это звучит красиво и не требует особых усилий. Подарок? Что‑то, что подчеркнёт его славу — например, сборник благодарственных писем от поклонников. Это льстит его самолюбию. Книга о победе над банши? Скорее всего, «Победа над привидениями» — название звучит наиболее пафосно. Завтрак? Омлет с трюфелями — это дорого и изысканно, как раз в его стиле. Когда результаты объявили, Гермиона оказалась в числе лучших. Локонс торжественно вручил ей автограф и книгу, лучезарно улыбаясь: — Великолепно, мисс…? — Грейнджер, сэр, — скромно ответила Гермиона. — Ах да, Грейнджер! Будущая звезда Хогвартса, я уверен! Драко и Гарри подошли к ней после урока. — Как ты это сделала? — поражённо спросил Драко. — Там же не было ни одного нормального вопроса! — Психология, — улыбнулась Гермиона. — Я просто подумала, что хотел бы видеть в ответах сам Локонс. И ответила так, чтобы ему понравилось. — Хитро, — оценил Гарри. — Но это не знания, а подхалимство. — Иногда умение понять другого человека важнее, чем просто знать факты, — мудро заметила Гермиона. — Локонс хочет, чтобы его обожали. Значит, правильные ответы — те, что льстят его самолюбию. — То есть мы должны были просто угадать, что он хочет услышать? — уточнил Драко. — Именно, — кивнула Гермиона. — Это не магия, а искусство общения. Друзья переглянулись. Новый учебный год только начался, а они уже поняли: в Хогвартсе их ждёт много неожиданностей — и не все из них будут приятными.