welcome home

Его руки такие мягкие и нежные. Если бы Торин не знал, он бы не поверил, что эти руки умеют держать оружие и что когда-то эти ладони были в крови врагов по локоть. Что на этих пальцах были мозоли и порезы. Но факт остаётся фактом. Он держит ладони Бильбо в своих, что больше чем у хоббита, кожа на них грубая, мозолистая, со шрамами от оружия и ожогами от пламени кузниц. Но это лишь отвлечение. Он просто не хочет поднимать головы и увидеть этот растерянный взгляд, в глубине которого читалось и то, что Бильбо намерен получить ответы на все, даже если придется быть грубым.  — Торин, может уже объяснишь мне, что Балин имел в виду в том письме? — Торин поднял лишь глаза, но и этого хватило, что бы что-то внутри сжалось от хмурого и серьёзного взгляда напротив. Он мысленно проклял все и вся, дал себе мысленной оплеухи, что не был так осторожен и не спрятал письмо, а оставил его на столе и ушёл. Он боялся, что Бильбо все узнает раньше времени, но вышло куда хуже. Хоббит не понял о чем идёт речь, но что это что-то очень важное и то что это что-то мучает Торина почти с самого первого дня, как они покинули Эребор, и теперь, он, Король-под-Горой, правитель одного из могущественных гномьих царств, которого ничего не пугает, от упоминания имя которого зло разбегается в стороны, (хотя, с последним он возможно преувеличил) сидит перед своим супругом, не в силах подобрать слова для разговора и боится этого взгляда напротив.  — Торин…– Бильбо сильнее сжал ладони гнома, намекая, что вечно молчать тот не сможет.  — Ладно — гном поднял голову, выпрямился, будто находится на очередном приёме в Эреборе и сделал своё типичное, полное спокойствия лицо.  — Знаешь, когда я только прошёл сюда и увидел тебя, я был не лучшего о тебе мнения, как и о хоббитах в общем. Но в походе ты показал себя с другой стороны…но не это главное. Почти весь поход ты мечтал о том дне, когда вернёшься домой. Я даже говорил тебе…в тот день…– вспоминать тот момент когда он был одной ногой в чертогах Махала, сколько сил и слез ушло на то что бы вернуть его и племянников, он предпочитал не вспоминать — Я сказал, что можешь…  — Что я могу вернуться к своему креслу, книгам, сажать деревья и смотреть на то, как они растут. Да, я помню. — перебил его Бильбо улыбнувшись уголками губ.  — Да, но ты не ушёл. Я думал, что больше тебя не увижу, что когда встану на ноги тебя не будет. И было бы логично, ведь ты выполнил свою часть контракта, ты был свободен. Но ты остался. Почему? Для меня это останется загадкой, не думаю, что суть была в приближающейся зиме.  — И ты прав, — прервал Бильбо снова — Я остался не из-за зимы, а из-за тебя. Я хотел убедиться, что ты встанешь на ноги, хотел увидеть твою коронацию. И тогда лишь покинуть гору. Но я остался…- хоббит остановил свою речь, будто сам не зная ответа на собственный вопрос. Наступила тишина. Бильбо чувствовал волнение Торина. По лицу не скажешь, но его руки выдавали состояние гнома. Они дрожали, ладони то сжимали ладони хоббита, то разжимались почти не весомо поглаживая костяшки подушечками пальцев. Он знал эти жесты, он слишком долго и хорошо знал Торина. Знал каждое выражение лица, каждое движение, даже глаза говорили о состоянии гнома.  — Ты тут счастлив, Бильбо? — Торин не хотел это спрашивать, просто зная, что скажет хоббит и это его пугало. Он снова и снова проговорил у себя в голове, что так будет лучше. И если не для него, то для хоббита. Он не собирался его отпускать, теперь уже никогда. Но и лишиться всего того, что делало его собой тоже.  — Да. — Бильбо невольно улыбнулся, стараясь посмотреть в глаза гнома. Он не понимает, почему после сказанного он видит плескающуюся грусть в голубых глазах, но и решимость и нежность тоже там была, но их было так мало, что он подумал, что сказал что-то не то. Торин вздохнул, поднялся со столу, выпрямился. «Он такой величественный — подумал Бильбо — Даже без королевской одежды и короны.» Что-то в нем было такое, что выдавало в нем всю его сущность. Бильбо помнит, что в первый день их знакомства, еще на пороге, он понял, что перед ним не простой гном, не обычный солдат. Гордый профиль, задумчивый взгляд, даже походка выдавала его. Даже без короны на голове и без королевства он оставался тем, кем родился.  — Я хочу отречься от престола — неожиданно сказал Торин. По началу Бильбо подумал, что ослышался, но уверенный взгляд напротив заставил поверить в сказанное.  — Что? Торин, зачем?  — Я не могу иначе. — продолжал говорить загадками гном. Бильбо это злило. Скрепя зубами и сжимая руки в кулаке он подошел к Торину, ему самому показалось, будто он вырос на пару сантиметров.  — Все это ради тебя и не спрашивай ничего больше. Я не намерен посвящать тебя в это. Это не твое дело, не твоя забота. Я все решил. Торин не помнит когда последний раз слышал ругань Бильбо. Хоббит тыкал пальцем в грудь, снова и снова спрашивая почему, требовал ответов. Торин не заметил, как Бильбо начал ходить по комнате, быстро вышагивая и продолжая громко отчитывать и задаваясь вопросами.  — Ты считаешь мне там не место? — Бильбо остановился и посмотрел на Торина. Казалось еще чуть-чуть и от гнома ни чего не останется под гневным взглядом хоббита. Пожалуй, Бильбо мог быть настолько страшен в гневе, как и его сестра Дис. Ему даже не хотелось думать, что будет если их общий гнев обрушится на него.  — Да! — Торин почти кричал — Ты должен был быть в своем родном краю сразу же после битвы. Жить среди деревьев и полей, в своем доме, со своим книгами, креслом возле камина. Ты должен быть там где нет боли, потерь, где земля не впитывала кровь врагов и союзников. Где нет всего того, что когда-то совратило мой разум, где ты почти не поплатился жизнью за свои добрые поступки. А если я не выдержу, если болезнь снова вернется, что ты будешь делать? Просто останешься, подвергнешь себя риску? Я не смогу пережить твою потерю, особенно от мысли, что ты умер от моих рук. Ты должен был очень давно вернуться домой, вернуться туда куда стремился весь поход. — Не говори так, Торин — покачал головой Бильбо, его голос дрожал. Король отвернулся и устремил взгляд на чистое голубое небо.