Piece of Art

       — Так что в принципе, — Тэхён сделал паузу, надавливая подушечками больших пальцев на мышцы лопаток Чонгука, — вся эта затея с "мы не должны говорить ей" вообще не сработала. — Он не мог удержаться от легкого смешка, несмотря на то, что внутренний голос говорил ему, что “это серьезная ситуация, черт возьми, не смейтесь”.        Он сидел на нижней части спины своего парня, делая ему лучший массаж, который он мог сделать в данный момент, слушая, что произошло сегодня вечером с Чонгуком. По крайней мере, второй, казалось, уже не был так печален и обеспокоен, как пятнадцать минут назад, когда он впервые появился здесь с налитыми кровью глазами и опухшими, заплаканными щеками.        — Да, в значительной степени. — он вздохнул в подушку, изо всех сил стараясь расслабиться и позволить Тэхёну убрать напряжения с его мышц, — Короче говоря, я не могу держать рот на замке, когда речь заходит о людях, которые имеют большое значение в моей жизни.        — О Боже мой, остановись, пока ты не сделал во мне дырку, придурок ты этакий!!        Старший закатил глаза и продолжал водить пальцами по спине Чонгука. Он мысленно воспользовался моментом, чтобы полюбоваться линиями и тонкими изгибами тела младшего, когда тот лежал без рубашки под ним вот так — его лопатки были четко очерчены, особо выделялись позвонки; Тэхён поймал себя на том, что любуется, прежде чем смог остановить себя.        Он действительно совершенен.        — Придурок этакий?        Чонгук зарылся лицом в подушку, чтобы приглушить смех, но все равно оценил эту фразу.        — Ты мог бы назвать меня буквально любым другим существующим в мире оскорблением, но ты выбрал «придурок этакий».        — Это было первое, что пришло мне в голову, отвали.        Тэхён ухмыльнулся, явно не скрывая злобы за своими словами, и наклонился, чтобы поцеловать Чонгука в щеку, притворяясь, что надувает губы, и быстро отстранился.        — Нет-нет, мне это нравится.— младший пошевелился под рыжеволосым и вздохнул, — действительно симпатичный.        — Это правда, — Тэхён перестал массировать и вместо этого засунул руки под переднюю часть бедер Чонгука и просто плавно провёл кончиками пальцев по коже, — Я довольно симпатичный.        — И такой самоуверенный, — Чонгук игриво пошевелил задом, чтобы старший качнулся вперед-назад.        Последовала тихая пауза, пока старший осыпал короткими поцелуями шею и плечи другого, а потом ему вдруг пришла в голову идея — та идея, которую он всегда хотел воплотить с кем-то, и даже обсуждал это с Хосоком в какой-то момент просто ради удовольствия, но так и не получил шанса.        — Эй, у меня есть идея, — он отстранился от Чонгука и быстро побежал к своему шкафу, чтобы поискать в куче хлама то, что ему нужно, — Подожди.        — Я буду сожалеть об этом или нет? — поддразнил его Чонгук, перекатываясь на бок и наблюдая, как его бойфренд спешно ищет что-то. Тэхён покачал головой и сказал ему, что это будет нечто восхитительное, что он хотел это сделать ещё очень давно, но никогда не было никого конкретного, с кем бы он действительно хотел сделать это. Он терпеливо ждал, закрыв на мгновение глаза в попытке избавиться от жжения, оставшегося после недавнего плача. Когда младший услышал тихий победный возглас Тэхёна и через несколько секунд почувствовал, что матрас у его ног провалился, он решил оглянуться через плечо, чтобы посмотреть, в какую передрягу он попадет. К его большому удивлению, все, что он там обнаружил, это то, что старший открыл неиспользованную гигантскую пачку маркеров с самой большой улыбкой, когда-либо игравшей на его губах.        Чонгук не удержался и слегка фыркнул:        — Ты собираешься сделать для меня маленький милый шедевр?        — Я собираюсь сделать этот шедевр на тебе, — Тэхён помахал маркерами перед его лицом, как ребенок, и жестом велел Чонгуку снова перевернуться на живот, чтобы он мог начать.        — Шедевр на шедевре, да?— поддразнил младший, слегка дрожа от нежных прикосновений другого, — Это как удвоенный шедевр.        — Шедевр в квадрате, — ухмыльнулся Тэхён, начиная медленно покрывать цветом кожу спины, чтобы сформировать определенные формы.        Чонгук удобней развалился в той же позе, в которой был, когда Тэхён делал ему массаж, только теперь парень сидел у него на спине, проводя кончиками разноцветных маркеров по его коже вместо своих замечательных пальцев:        — Ты действительно самый банальный человек, которого я когда-либо встречал, хён.        — Но тебе это нравится.        — Нравится, — признался он, поймав себя на том, что снова заглушает свой смех в подушке. Он старался не извиваться, но ощущение того, что по нему рисуют, щекотало, и он не мог удержаться, чтобы немного не передвинуться, пока не привыкнет к этому.        Эти двое использовали друг друга как свое личное полотно до поздней ночи, пока семья Тэхёна крепко не уснула, и единственное, что сопровождало их, была ночная тьма, проскользнувшая через окно Тэхёна. Было почти два часа ночи, когда младший предложил хороший, горячий душ — ни один из них не собирался упускать эту возможность (тем более, что их гиперактивные подростковые умы даже отдаленно не устали к этому моменту).        Честно говоря, Чонгук не ожидал, что их свидание приведет к большому количеству бесцельных разговоров и в конечном итоге рисунок на спине будет выглядеть так красиво; он даже боялся смыть все это.        — Я не успел принять душ вчера вечером, так что чувствую себя довольно отвратительно. — Чонгук на мгновение надулся, но тут же оживился, как только получил возможность просмотреть фотографии работы, сделанные его бойфрендом.        — Тогда давай примем душ, — Тэхён встал во всем своем красочном великолепии без рубашки и, вытянув обе руки над головой, кивнул в сторону ванной, которая была соединена с его спальней.        Младший с любопытством приподнял бровь, спокойно наблюдая, как старший выбирает две чистые пары боксеров, чтобы они могли надеть их позже. Он следовал за ним, как потерявшийся щенок, и ждал, пока другой нагнется и включит душ, регулируя горячую воду, чтобы она была просто идеальной...        — Тебе не кажется, что это немного... неловко?        — А с чего бы это? Не то чтобы мы еще не видели члены друг друга...        Щеки Чонгука вспыхнули ярким румянцем — Тэхён наверняка был туповат, не так ли? Он попытался отвлечься, глядя в зеркало и любуясь красивыми рисунками, разбросанными по его спине.        — Я просто подумал, что все будет по-другому, если мы будем, ну, знаешь, обнаженные, с голыми задницами        Тэхён хихикнул и повернулся, чтобы обхватить обеими руками шею другого, подтягиваясь вплотную друг к другу.        — Не будет. Тем более я остался перед тобой в маленьком долгу.        Предложение, прозвучавшее в его голосе, было достаточно сильным, чтобы возбудить младшего, и все это возбуждение пошло прямо вниз по его животу.        — Хорошо, — выдохнул Чонгук в губы Тэхёна, коротко поцеловал его и начал стягивать с него шорты. — Да, пожалуйста.        Рыжеволосый взъерошил волосы Чонгука и последовал его примеру, спустив свои штаны вниз, прежде чем шагнуть за занавеску душа под теплую струю воды. Он машинально вздохнул и отошел немного в сторону, чтобы его бойфренд тоже мог встать рядом, смеясь, как взволнованный ребенок, когда он заметил, что различные цвета скользят вниз по их телам и кружатся на дне ванны.        — Мне нравится тот факт, что цвета великолепны, пока они все не смешаются вместе, — Чонгук положил руку на поясницу Тэхёна, а другой обхватил его ухо. Насколько он знал, они вот вот покраснеют, если Тэхён будет продолжать смотреть вниз. Но прежде чем он осознал это, Тэхён обхватил его подбородок и подарил ему еще один сладкий поцелуй — капли стекали по их лицам, делая их движения более плавными, волосы прилипали к их лбам, когда они медленно двигались вместе.        Руки блуждали, языки соприкасались, зубы прикусывали кожу, руки Чонгука нашли свой дом, свернувшись в светлых волосах Тэхёна, притягивая его все ближе и ближе, не отпуская даже тогда, когда старший опустился перед ним на колени. Чонгук не мог не ахнуть при виде красивых тэхёновых губ, прижатых к кончику его члена, и высунувшегося языка, чтобы облизать собравшуюся там капельку прекума.        Тэхён был великолепен, но он был еще более великолепен, когда его рука гладила член Чонгука, а рот безжалостно сосал ту часть, которая была важнее всего. Младший поднес руку ко рту, кусая костяшки пальцев, чтобы подавить стоны, надеясь, что сможет навсегда запомнить это особое чувство. Его разум был рассеян, он откинул голову назад к стенке душа, решив полностью сосредоточиться на тепле и давлении рта вокруг его члена.        Когда он почувствовал, что кончает, то вцепился в волосы Тэхёна еще крепче, чем прежде, и потянул его назад. Белые нити оргазма, стекающие струнами с губ Тэхёна, смешивались с водой, растворяясь в ней.        У Чонгука перехватило дыхание, когда он наблюдал за тем, как другой проглотил сперму, облизывая губы, но он все же сумел выдавить очень усталое:        — Ты слишком хорош в этом.        — Баловался. —Тэхён ухмыльнулся, игриво насмехаясь над словами Чонгука, произнесенными ранее.        После того, как они действительно помылись, а не просто трахались, все пятна от маркеров были стёрты (к сожалению), они хорошенько обсушились, а потом легли в кровать. Между лицами пара жалких сантиметров. Оба были полностью удовлетворены, лежали спокойно, обхватывая друг друга руками и ногами.        — Кажется, сейчас очень поздно, — пробормотал Чонкук, повернувшись на бок и положив руку на грудь Тэхёна. — Нам следует постараться немного поспать. Это напоминает мне ту первую ночь, когда мы только начали переписываться, и наш режим сна был испорчен.        О да, точно, завтра школа.        Уже сонный Тэхён кивнул, прижимаясь щекой к голове младшего:        — Как бы мне не хотелось разговаривать с тобой всю ночь, идея со сном сейчас звучит чертовски хорошо.        Как только они подарили друг другу спокойной-ночи-поцелуи и поудобнее устроились под одеялами, прошло не так много времени, прежде чем оба заснули, прижались друг к другу. Оба были искренне счастливы и оставили беспокойство на потом.