Piece of Art

       Просыпаться рядом с крепко спящим Тэхёном, свернувшимся калачиком на его боку, было, пожалуй, самым лучшим, что случалось с ним в жизни.        Он лежал так некоторое время, рассматривая усталое лицо своего парня, восхищаясь его полными губами, гладкой кожей, тем, как изогнуты ресницы, и тем, как его волосы безвольно рассыпаны на лбу — пряди были волнистыми из-за того, что он заснул, когда волосы были еще влажными, но «это было действительно мило», подумал Чонгук. Он перекатился на бок и нежно поцеловал его в лоб, внезапно осознав, что “Черт, сегодня понедельник и нам, наверное, пора идти в школу“.        — Тэхён-а, — прошептал младший, мягко взяв его за плечо и слегка встряхнув, — Хён, нам сегодня на учёбу.        Старший пошевелился, но даже не попытался проснуться. Чонгук вздохнул, перекатывая Тэхёна на спину, прежде чем взять инициативу на себя, чтобы заползти на него сверху, схватившись за обе стороны его лица, чуть надавливая на щеки, — Давай, Тэхён. — он наклонился и запечатлел глубокий поцелуй на его пухлых губах, наконец получив ответную реакцию ( руки Тэхёна обвились вокруг его шеи, чтобы притянуть его ближе).        Когда через несколько секунд он прервал поцелуй, Чонгук отстранился и с улыбкой посмотрел на него в темноте. Тэхён усмехнулся и провел большим пальцем по щеке младшего:        — Я не хочу сегодня идти в школу.        Чонгук мягко улыбнулся, но тем не менее снова плюхнулся рядом с ним.        — Но мы должны.        — Если я объясню маме нашу ситуацию, она наверняка разрешит нам остаться дома. — быстро ответил старший, растягиваясь на кровати.        Чонгук помолчал секунду, прежде чем действительно поддаться лени своего парня:        — Правда?        Тэхён кивнул и нежно чмокнул младшего в губы:        — Да, я все равно не очень часто пропускаю, так что думаю, что если мы не пойдём в этот прекрасный день никуда — ничего не случится.        Младший тихо фыркнул в ответ и свернулся калачиком под одеялом, пока его грудь не оказалась прижатой вплотную к груди другого, и они лежали так тихо, казалось, целую вечность, пока снаружи в коридоре не послышались тихие шаги. Мать Тэхёна медленно открыла дверь, очевидно, думая, что эти двое все еще спят, и на ее лице появилась самая яркая улыбка, когда она увидела своего сына и Чонгука, свернувшихся вместе.        Она подошла к краю кровати, закрыв лицо рукой, чтобы не слишком сильно улыбаться, но прежде чем она успела что-то сказать, Тэхён перевернулся на спину и заговорил:        — Можно мы останемся дома?        Глаза его матери расширились от удивления, и Чонгук попытался не засмеяться над тем, насколько она была очаровательна, но затем она с любопытством наклонила голову и спросила:        — Ты плохо себя чувствуешь, милый?        — Нет, я чувствую себя прекрасно.        Он медленно принял сидячую позу, вытянув обе руки над головой с излишне громким зевком, прежде чем устало потереть глаза.        — У Чонгука... — он посмотрел на парня, который смотрел на него из под опущенных век, — У него был действительно тяжелый день вчера, и я хотел бы остаться с ним сегодня.        — Что же случилось? — вопрос был задан автоматически, но выражение лица сына заставило ее тихонько кашлянуть и тихо добавить, — Если вы не против того, что я спрашиваю об этом, конечно.        Следующим сел Чонгук, почесывая руку и ласково глядя на женщину:        — Я поссорился с мамой..— начал он, слегка шмыгая носом, чтобы помочь себе немного прийти в себя, — Она... Ммм... Очень, э-э. Гомофоб.        И этого, казалось, было достаточно услышать матери Тэхёна, прежде чем она наклонилась вперед и обняла Чонгука за плечи, крепко прижимая его к себе. Тэхён сидел с сонной улыбкой на лице, а Чонгук покраснел и нерешительно потянулся, чтобы ответить на её объятие. Она похлопала его по спине и нежно чмокнула в щеку.        — Мне очень жаль это слышать, — она отстранилась и ободряюще улыбнулась ему, а затем несколько раз перевела взгляд с него на сына. — Просто знай, что я всегда буду позади вас двоих, подбадривая вас. Хорошо?        Чонгук почувствовал, как на глаза наворачиваются слезы, но он заставил себя сдержаться и просто улыбнулся ей с благодарностью:        — Большое вам спасибо.        Через мгновение Тэхён обнял Чонгука за плечи и притянул его к себе, прижав их головы друг к другу и улыбаясь его маме:        — Так значит, ты позволишь нам остаться?        Она кивнула, и Чонгук автоматически почувствовал некую свободу внутри себя. Старший радостно обнял свою мать и поблагодарил ее сто с лишним раз, прежде чем она отстранилась, встала, чтобы уйти, и сказала парням, что они могут просто полежать на некоторое время и выспаться, если они не собираются идти в университет.        Хотя именно это они и планировали сделать, бесцельный разговор вскоре привел к урчанию в животе, и Тэхёну пришла в голову отличная идея:        — Давай оденемся. И сходим куда-нибудь позавтракаем.        Чонгук запротестовал бы, но утренний голод приказал ему поступить иначе. Он охотно принял это предложение, заставив себя встать с удобной кровати Тэхёна и поискать в шкафу что-нибудь подходящее для него — их размеры практически совпадали, поэтому ему довольно легко удалось найти хороший свитер и пару джинсов, которые идеально подошли ему. Тэхён остановился на паре черных штанов, шапочке и полосатой футболкой с v-образным вырезом с короткими рукавами (так как они не собирались никуда далеко уходить; пара остановила свой выбор на "Макдональдсе", поскольку он находился всего в нескольких минутах ходьбы от дома Тэхёна).        Старший схватил свой бумажник, и не успели они опомниться, как уже рука об руку шли по тротуару. Чонгук встал позади другого, когда Тэхён заказывал, а затем быстро нашел место в углу, прямо напротив окна, после того как они получили свой поднос с едой.        Остаток утра они провели в уютной компании друг друга, не делая ничего особенного, кроме как набивая пуза завтраком из фастфуда и бесцельно бродя по городу. К тому времени, когда они вернулись домой, оба были не прочь забраться обратно в постель и расслабиться еще немного; может быть, посмотреть фильм, обнимаясь, или что-то типо того.        Чего они никак не ожидали, так это того, что произошло дальше: Чонгук получил очень, очень нежелательный телефонный звонок.        — Почему ты сегодня не был в школе? — голос на другом конце сочился беспокойством, хотя в нем чувствовался и оттенок гневного разочарования.        Чонгук молчал, прижав телефон к уху, нервно сглатывая — Тэхен был сбит с толку, и младший не мог его за это винить.        Он облизнул губы, и как раз в тот момент, когда он собирался заговорить, снова зазвучал другой голос:        — Ты действительно думал, что я не узнаю? Родителям звонят, когда их дети отсутствуют, чтобы узнать, где они и все ли с ними в порядке. — она помолчала, но потом нерешительно добавила:        — Мне пришлось солгать, Чонгук.        — Черт возьми, как же я мог забыть об этом?        — Я еще с Тэхёном... Его мама разрешила нам остаться. — просто сказал он, стараясь говорить как можно спокойнее.        Он практически ощущал подавленное выражение лица на противоположном конце провода, но все равно не мог заставить себя не волноваться.        — Я рассказал мисс Ким о ситуации и.. И она понимает меня больше, чем ты когда-либо понимала. — в его голосе звучала обида, и при других обстоятельствах он бы испугался, что заставил свою мать чувствовать себя плохо.        Но на самом деле она вроде как это заслужила.        Так ведь?        — Чонгук-а, — послышался вздох, и слова оборвались тихим шелестом, и Чонгук не мог не думать о том, что же она делает, — Я хочу, чтобы ты вернулся домой...        — Мама, я думаю, что не... — начал Чонгук почти отчаянно, слова лились ручьём вместе с внезапным взрывом нервного отчаяния. Тэхён сидел, скрестив ноги перед собой, и его пальцы танцевали на бедре младшего, пытаясь успокоить его, пока он проходил через этот мини-кризис.        — Сейчас же. — отрезала она, и Чонгук почувствовал, как слезы подступают к его глазам, но сморгнул их ради Тэхёна. Он шмыгнул носом и крепко сжал руку своего парня, слова покорности вертелись у него на кончике языка, прежде чем его снова прервал твердый голос матери:        — И приведи Тэхён-ши.        Когда Чонгук повесил трубку, он уставился на парня с самым растерянным выражением, которое, он был уверен, когда-либо появлялось на его лице, сильно переплетая их пальцы вместе...        — Я...— он нахмурил брови, делая паузу, чтобы найти правильные слова, чтобы сказать, — Кажется, моя мама хочет пригласить тебя на ужин?