Маленьких все обижают

      Каждое утро в особняке Малфоев начиналось одинаково… Честно говоря, я уже морально была готова к тому, что новый день не принесет мне чего-то хорошего. Но хотя бы отсутствие ранней побудки или других происшествий немного успокаивало.       У меня столько впечатлений кажется за весь год не было. Я смотрела в зеркало в ванной, видя и синяки под глазами, и уставшее лицо. Немного косметики, что была у меня с собой, полностью не могло это скрыть. Даже так, у меня сохранялось ощущение, что еще немного, еще чуть-чуть и я достигну цели, финиша, заветной ленты. Мне важно было выгрызть у Лорда хоть что-то полезное… Таковым можно было бы назвать умение полностью нивелировать Круциатус, но с натяжкой. Не такого умения я от него хотела получить. Тем не менее, вчерашний день ощущался, как добивающий, — мне даже снились те маглы и сон нельзя было назвать спокойным, — так что я была бы рада на этом взять паузу или закончить… хотя бы на некоторое время.       Пришлось не в первый раз уже напомнить себе, что Лорд меня не убьет пока что, а, значит, шансы есть: либо получить исключительные знания и навыки, либо свихнуться — тут как повезет. Надо только это пережить еще, перетерпеть первое время, пока не устаканится все с Лордом. Это сейчас он меня в жесткие рамки запихивает и проверяет, что я могу или не могу, дальше должно стать полегче. Деваться мне все равно отсюда некуда, так что надо держаться. По крайней мере, пока учеба в Хогвартсе не окончена, по окончании зимних каникул он должен меня выпустить туда.       Собиралась я не спеша. Снова взгрустнулось, едва вспомнила о том, что даже если будет возможность, не получится уговорить кого-то из взрослых на тренировочную дуэль. Было бы очень обидно пережить все это и не получить при этом хоть чего-то значимого. Чтобы не измучивать себя, гадая, что сегодня приготовит для меня Волдеморт, я знала, что надо отвлечься на какое-то дело. Так что я занялась тем, что взялась опять изучать ту зачарованную заколку.       Во всяком случае, это будет вечером, и, хоть в истерике бейся, лучше от этого не станет. Мне нужно сохранять силы и не опускать руки, иначе так я точно не выстою во время очередного сеанса легилименции.       Мысли плавно перескочили на вчерашний вечер к разговору с Барти. Ненависти к маглам или рожденным у маглов от него я никогда не видела. Было обычное для магов пренебрежение. Возможно, поэтому общество так легко приняло новые законы, не понимая еще, что будущего у такой дороги нет. Маглы прошли через это в сороковых годах, маги тоже не остались в стороне. И из-за того, что для магов практически нет границ, они условно поддерживаются на границах государств, действия Гриндевальда задели не только Европу, хотя в основном проходили там. Общество магов вообще малочисленно, так что потери в боях все же были весомыми, хотя сами бои не сравнимы по масштабам с магловскими, и вот снова все идет к тому же, как мне кажется. Волдеморт приведет их к новой войне. Почему я не то, что не прочитала книги, а хотя бы фильмы не досмотрела?! Я ведь люблю читать и эта история в свое время меня захватила! Теперь же я не знаю чего ожидать от будущего и живу со смутным ощущением, что все должно закончиться победой сил света. Это же детская книжка, не должно быть там никакой войны! Правда, открытого финала это не гарантирует… И, как ни посмотри, детская история переросла вот в это, в чем я сейчас живу.       Пришла на площадку я одной из последних, но не опоздала. Сегодня тренера собрали всех учеников и обьявили, что планируется снова тренировка вне площадки. На этот раз задача стояла другая. Все должны были разделиться на команды из пяти человек, чтобы отработать командную работу.       — Команда из пяти человек — стандартная большая группа, — пояснял Долохов громким голосом, отчетливо разносившимся над головами студентов. — У вас сейчас будет возможность выбрать тех, с кем вы хотите быть в одной команде, но не всегда так будет. Обьяснять тонкости работы в такой группе буду после, сейчас худшее, что вы можете сделать — это откровенно мешать друг другу.       Присутствующие студенты принялись переглядываться. Я стояла рядом с Малфоем, Крэбом и Гойлом. Группа почти готовая, надо только пятого подобрать.       Подход Долохова не нов для всех присутствующих, потому ничуть не удивил: точно так же нам дали попробовать себя в дуэлях два на два, а затем уже обьясняли тонкости лучшего взаимодействия в паре. Видимо, чтобы на практике больше поняли и внимательней слушали.       Долохов продолжил рассказывать детали, пояснив, что потом еще даст время выбрать входящих в группы. Слушали его внимательно.       Нас перенесут в какие-то дебри в разные места и, собственно, бросят там. Один из пятерых нес на себе знамя — длинную тряпку, размером с простыню, яркого и броского цвета, которую должен был обмотать через плечо. Задача состояла в том, чтобы отобрать у другой команды их знамя и принести на «базу», то есть на холм, который хорошо будет видно издалека. Время ограничено двумя часами. Кто-то спросил можно ли делать ловушки — даже нужно, но вторую команду только оглушать. Без членовредительств и без всяких гадких проклятий, нарушившие запрет тут же выбывают. Аппарировать нельзя, и применять маскирующие чары на носящем знамя тоже.       Как всегда Долохов решил добавить мотивации:       — Кто придет только со своим знаменем будет бежать вокруг особняка три круга, а кто вообще без знамени — пять кругов.       И потом уже, когда толпа зашевелилась, разбиваясь на команды, а Малфой предлагал найти их однокурсника Нотта, который обычно держался одиночкой и в прошлые занятия попал в пару с кем-то незнакомым, — я только выискивала глазами знакомое лицо худощавого Нотта, — он вдруг прервался. Долохов подошел откуда-то сзади, сжав руку на шее, что я аж зашипела. Он задел еще не зажившие до конца раны от зубов Сивого, которые и зелья плохо брали, но едва я дернулась, хватку слегка ослабил.       — Если опять задержишься — убью, — шепотом сказал на ухо, отпустил и ушел, как будто просто прошел мимо.       Проводила его взглядом и повернулась, встретившись глазами с Малфоем, Крэбом и Гойлом. Они глядели непонятно, но ничего не сказали на это.       Нотта мы успешно нашли до того, как он присоединился бы к кому-то еще. Как я поняла из пояснений Малфоя, он всегда держался одиночкой, да и не на все занятия ходил, как, впрочем, многие здесь. Например, на самом первом занятии, когда участвовали оборотни, даже Малфой с дружками не приходил. Видимо, их родители считали такое взаимодействие не слишком безопасным для них. Впятером стали ждать пока остальные определятся. Я осмотрела скучающих парней. Не лучшая команда мечты, но от этих хотя бы приблизительно понимаю чего ждать. Крэб и Гойл не слишком ловкие или умелые, но заклинания могут выдать неслабые. Кое-как они сумели подтянуть щитовые чары, пока были бои два на два, атакующие у них и так вполне приличной силы были. Малфой труслив, будет держаться все время за их спинами, к гадалке не ходи. Нотта плохо знаю, но во время тренировочных боев он тоже вроде не блистал в защитной и атакующей магии, впрочем и среди худших точно не был.       Затем экзаменаторы, подтягивающиеся все время и теперь стоящие рядком, сказали выстроиться, чтобы они видели команды. Экзаменаторов оказалось целых девятнадцать. Среди них я знала только Долохова, его знакомого Торфина Роули, обоих братьев Лестрейнджей, отца Нотта и двоих грузных мужчин, очень знакомо шкафообразных. Оказалось, что это отцы Крэба и Гойла. Команд же вышло девять.       Успев шепотом переговорить со своей командой, мы договорились, что знамя будет у меня. Из-за яркого цвета его сложно не заметить, да еще и снимать или прятать его нельзя. Нельзя также прятать чужие знамена. В то же время, носитель знамени явно будет главной целью, а я была достаточно ловкой, уклоняясь от заклинаний на тренировках или блокируя щитом. Ну и банально на ком-то вроде крупных Крэба или Гойла знамя будет видно еще лучше, чем на мне — я среди них самая низкая. Даже с условием, что знамя ярко-желтое, как флуоресцентная канарейка. Малфой и Нотт же явно не горели желанием брать на себя значок цели, так что никто не возражал.       Экзаменаторы разделились по двое на каждую команду и переместились в стартовую точку вместе с нами, используя портал. Едва мы оказались где-то в глухом лесу, притом заснеженном, двое незнакомых мне лично Пожирателей сказали, что будут наблюдать, чтобы мы не нарушали правила и отошли, исчезнув за деревьями. Думаю по следам на снегу их можно было бы найти, хотя кое-где у деревьев снег даже не припорашивал землю.       Окинув взглядом команду: двое туговатых здоровяков и двое трусоватых ребят, что предпочитают держаться в тылу, я предложила:       — Давайте разделимся.       — Зачем это? — не понял Гойл.       — Вы можете отправиться на поиски другой команды, а я буду тихо двигаться к тому холму, — указала на возвышение, прослеживаемое за кронами деревьев. — Так вы не будете рисковать потерей знамени при нападении на других.       — Ты слишком самоуверенна, — покачал головой Нотт, часто озираясь по сторонам. — Что, если кто-то нападет? Мы не сможем тебя быстро найти. Возле холма встретить кого-то шанс даже выше.       Нотт посмотрел на Малфоя, который стоял, прикрытый с двух сторон своими телохранителями и держал палочку наготове, видимо, рассчитывая на поддержку.       — Она себя сможет защитить, — сказал Драко. — Сомневаюсь только, что сразу от пятерых.       Я вздохнула, закатив глаза. Если эти пятеро покажут тот же уровень, что на тренировках, я уверена, что отобьюсь. По крайней мере, сбежать точно смогу.       — Вот-вот, не отходи далеко, Крауч, — поддакнул Нотт. — Пять на пять точно отобьемся же.       — Вообще-то впятером сложнее скоординировать действия, — сообщила я, но больше из вредности. — Вам же сказали, главное постараться друг другу не мешать.       — Давайте я для начала осмотрюсь, нет ли никого прямо рядом с нами, а потом уже будем думать? — проигнорировав меня, предложил Нотт.       Малфой кивнул, я решила посмотреть, что он будет делать. Теодор Нотт сначала преобразил упавшую небольшую ветку в небольшую серо-коричневую птичку, отправив ее лететь в небо, а затем что-то зашептал под нос с сосредоточенным видом. Спустя пару минут, он открыл глаза и известил:       — Насколько могу судить, в ста метрах вокруг нас никого нет.       Интересное заклинание. Комбинация трансфигурации и чего-то мне неизвестного, но позволяющего видимо видеть глазами птицы. Удобно. И наверняка непросто. Я такое могу делать только с фамильяром и не видела чтобы где-то упоминалось вообще об обычном животном, не то что трансфигурированом.       — По-моему, как раз логично было бы отправить четверых под дезилюминационным заклинанием, чтобы их не заметили подобным образом, — обратила я их внимание на сразу замеченную неточность в правилах. — Ведь нельзя маскироваться только тому, кто несет знамя, а остальным можно.       — Кто-нибудь из нас умеет накладывать дезиллюминационное? — уточнил Нотт.       — Под дезилюминационным нас все равно будет видно, — возразил Малфой, не ответив на его вопрос. — Лучше сделать ловушку и подождать.       — И долго? — уточнила я, не скрывая сарказма. — Может, все два часа? А тем временем все вокруг нас пройдут мимо.       — Предлагаю двигаться вперед, — сказал Нотт. — Пока не заметим кого-нибудь, тогда уже и сделаем ловушку.       Малфой на такой вариант согласился, Крэб и Гойл воздержались, мой голос оказался в меньшинстве, но я была не против, чтобы Нотт проверял наличие других групп. На самом деле, я понимаю, почему они не хотят разделяться. Даже если выйти вдвоем против пяти, имея даже хорошую командную работу, будет сложно.       Мне же просто хотелось что-то сделать… И не тащиться со всеми. После того запрета на любые поединки с Пожирателями, хотелось проверить смогу ли я поспевать сражаться против сразу нескольких противников ниже уровнем. Вполне возможно это тоже поможет мне в тренировках реакции. К тому же, Петрификус или связывающее заклинание я тренировалась развеивать, а если попаду под что-то другое, будет не лишним проверить смогу ли я заблокировать кожей, как щитом не только Круциатус. Все-таки заклинания Лорда причиняли мне боль, но может дело во вкладываемой магической силе?       После открывшихся перспектив, я очень желала проверить эту неуязвимость в условиях, приближенных к боевым, хотя и понимала, что этот козырь лучше не раскрывать больше. Тем более, если за нами присматривают Пожиратели. От этой мысли я слегка расстроилась, но пока и возможности поучаствовать в бою не видно. Думаю, все же во время общего боя, когда вокруг будут сверкать заклинания, можно будет проверить нужное незаметно для других. Во всяком случае, рваться мне точно не надо.       — Возле нас справа и слева красная и зеленая группы, — неожиданно известил Нотт. — Идут пока не в нашу сторону, может и не пересечемся, но, если столкнемся, вторая группа может услышать.       Все остановились, прекратив идти в направлении холма. Все парни молчали, переглядываясь, и я предложила, что делать:       — Давайте сделаем ловушку впереди. Часть задержит одну группу, а остальные будут ждать вторую на всякий случай.       — Это опасно, — отрицательно замотал головой Малфой. — И рискованно. Лучше миновать обоих и подождать другую возможность.       — Не помню, чтобы в Хогвартсе ты был таким занудой, — возмутилась я, припоминая, как Драко частенько неприкрыто бахвалился перед толпой.       — То время прошло, — хмуро ответил Малфой и отвернулся, смотря куда-то между деревьев.       — Крауч, ты можешь отвлечь зеленых, — предложил Нотт. — Когда они заметят тебя, тут же погонятся, а там мы их будем поджидать. Надо только отогнать их достаточно далеко, чтобы вторая команда не заметила.       — Или лучше вывести одну команду на другую, — предложила я. — Столкнем их вместе, а там отберем у победителей после боя их знамя.       — Этот план мне нравится, — довольно прогудел Крэб, расплывшись в улыбке.       Гойл посмотрел на дружка и тоже согласился. Нотт не выглядел довольным, Малфой отмалчивался, так что большинством голосов теперь, похоже, утвердили новый план.       -Это слишком рискованно, — сердито поглядел на Крэба и Гойла Нотт. — Если мы разделимся на две команды и каждая будет отвлекать противников, чтобы привести их к другому, рискуем оказаться меж двух огней. Мы должны будем все незаметно исчезнуть, а у вас двоих этого точно не выйдет.       — Не рискуя совсем останемся с одним знаменем, — отказался Крэб.       Гойл согласно закивал.       — Уж лучше с одним, чем совсем без него, еще и выбыть из соревнования, — заметил Малфой, поддержав Нотта.       Сообразив, что у них паритет мнений, оба уставились на меня, но вид их явно не выражал надежду на мою готовность не рисковать понапрасну.       — Я слышал, как Долохов тебя предупреждал, что сделает, если проиграем, — сказал вдруг Малфой мне. — Тебе не стоит рисковать.       — А тебе не стоит подслушивать, — парировала ему, впрочем все смотрели на меня с ожиданием, явно считая, что угрозы убить меня явно не тайна.       — Ладно, — вздохнула я неохотно, понимая, что я здесь не одна и по поводу незаметности замечание Нотта в точку. — Не будем рисковать зазря. Отвлекаем одну из команд.       Пришлось перейти на бег, чтобы обогнать обе команды. Через еще полчаса, Нотт опять проверил расстояние и сказал:       — Отлично, мы как раз на пути следования красной группы. Зеленая свернула правее. Думаю, ловушку можно сделать прямо здесь.       Я с сомнением осмотрела пространство между деревьев, здесь не так густо стоящих. Снега насыпало тут гораздо больше, следы будет видно.       — Здесь снег слишком густой, следы надо замести, — озвучил очевидное Малфой, пнув носком ботинка груду снега с полетевшими под ними мелкими камнями.       Нотт видимо, был довольно хорош в трансфигурации. Он превратил камни в длинные веревки, спрятав их под снегом и разметал снежинки, припорошив ловушку. Они живо напомнили мне лианы и… почему-то мой давний совет Невилу использовать растения для неожиданных атак. Крэб и Гойл занимались тем, что усиленно взмахивали палочками, вздымая в воздух снежную пургу, чтобы замести уже наши следы.       — Крауч, стой здесь, я привлеку их внимание сам, — Нотт указал мне на промежуток между двух крепких столбов деревьев. — Мои веревки схватят их сразу, если они подойдут ближе, а если нет, то мы тут же атакуем их. Тебе надо будет отбежать чуть дальше, если начнется бой.       — Ты чего это раскомандовался, Нотт? — подал голос Малфой. — Раньше сидел мышкой, а теперь проявить себя решил?       — А если и так, что с того? — ухмыльнулся тот. — Давайте уже по местам, они уже скоро будут тут.       Я замерла между двух деревьев, за которыми спрятались Крэб и Гойл. Более худощавые Нотт и Малфой отошли в стороны, спрятавшись за другими деревьями, чтобы окружить или вовсе ударить в спину. Дополнительно все, кроме меня, скрылись под дезиллюминационным заклинанием, но оно будет точно работать только пока они стоят неподвижно — когда двинутся, будут заметны искажения. Как ни странно, это заклинание даже сумели выполнить Крэб и Гойл.       — У Кэрроу научились, — услышала я голос Крэба, который явно довольно улыбался после моего вопроса.       — Ага, хоть что-то полезное на этом ЗОТИ, — прибавил басовито Гойл.       Мой слух уловил хруст сминаемого снега. Судя по замершим Крэбу и Гойлу, не рискнувшим высовываться, пока не будет команды, они тоже это слышали.       Метрах в ста я заметила мелькающие силуэты между деревьев. Они запоздало задергались туда-сюда, пытаясь спрятаться. Парня с красным знаменем, прекрасно различимым отсюда куда-то спрятали за дерево, а сами видимо набросили на себя дезилюминационное заклинание.       — Эй, Малфой, Нотт, это вы? — повысив голос крикнула я, чтобы уж точно заметили, куда идти. — Вы уже вернулись?       Дезилюминационное заклинание в лесу хорошо маскировало. Приближающиеся фигуры можно было заметить по едва отличимой ряби, когда их облик переходил от одного дерева к другому. Я пристально всматривалась, даже приложила левую руку козырьком, будто не могла ничего разглядеть. Подкрадывались они, выбирая участки без снега у самых деревьев, так что слышно практически ничего не было, но здесь деревья реже и им придется атаковать, как только подойдут ближе. Обернувшись к ним левым боком и сжимая в правой руке палочку, приготовилась применить Протего. Немного беспокоило то, что двое пошли вперед, а еще двое решили зайти с двух сторон, но по идее с ними должны справиться Малфой и Нотт.       — Остолбеней! — выкрикнули сразу два голоса и я на рефлексах выставила невербальный Протего, вышедший настолько мощным, что отбил их обратно.       Один попал под собственное заклинание и завалился на землю, а второго тут же атаковали вышедшие из-за деревьев Крэб с Гойлом. Я не смогла не отметить, что атаковать у них действительно получается лучше еще и в паре — они громко ревели Оглушающее и Чары помех, но применяли их быстро и уверенно. Я могла их различить по смазанным силуэтам, которые казалось становились отчетливей во время применения заклинаний.       Справа и слева Малфой и Нотт атаковали в спины двоим подкрадывающимся, оглушая их, и поспешили куда-то в сторону, откуда пришла красная группа, выискивая пятого — я убедилась в догадке, ощущая их своей магией. Я на всякий случай отступила подальше, как и договаривались, наблюдая за стычкой из-за деревьев. Похоже, возможности, поучаствовать в бою не представится. Ну да и ладно, здесь другая задача. Пятого знаменосца не было видно, надеюсь, он не успеет сбежать.       Крэб и Гойл справились с одним противником и застыли, утирая лбы и сняв окончательно маскировочные чары. Видимо, очень сильно усердствовали, осыпая его заклинаниями, парень совсем обмяк на снегу. Жаль только, что ловушка с веревками не сработала, я бы хотела посмотреть на это.       Почувствовав летящее заклинание я присела, развернувшись. Еще одна группа, где на каждом была повязана зеленая простыня держалась вместе и быстро приближалась, сыпя заклинаниями еще издалека. Я опять прикрылась Протего, отступая теперь в обратную стороны. Крэб и Гойл тоже успели сразу выставить щиты и теперь бросились в атаку, осыпая заклинаниями в ответ. Пока я удивлялась тактике, где они специально создали всем по подставному знамени, пятерка атакующих держалась довольно уверенно и слажено держала щиты, передвигаясь, как римская черепаха. Сначала улетел Крэб, стукнувшись об дерево. Гойл выставил Протего, пытаясь удержать его, но четыре оглушающих одновременно пробили щит и вырубили Гойла. Пока они их отвлекали, я тоже время не теряла, спрятавшись за деревом, и вспомнив задумку Нота, как раз находилась возле трансфигурированых веревок. Я нашла штук шесть и связала все в одну за те полминуты, что выиграли двое здоровяков. Затем взметнула вверх снежную взвесь, насыпанную здесь в изрядном количестве, которая сразу же частично перекрыла обзор. Дальше повинуясь движению моей палочки веревка взвилась и закрутилась вокруг так удобно стоявшей кучкой группы зеленых, обвязывая их с неимоверной скоростью. Через десять секунд, когда снег достаточно осел, улучшая видимость, они были немного неумело, часто крест-на-крест, связаны, но руки с палочками плотно прижимались к телу. Вряд ли кто-то из них сможет двинуть ими хоть на миллиметр. Все-таки иногда обычные чары на предмете бывают тоже полезны в бою.       Убедившись, что завязала узелок надежно на два раза, расколдовала Крэба и Гойла. Крэб со злостью, явно в отместку, пнул ногой ближайшего к нему парня в живот, заставив того согнуться, а заодно и всю «черепаху» завалил следом на снег. Кто-то начал ругаться и я поочередно накинула на всех Силенцио, решив подстраховаться.       — Не усердствуй, — поморщилась я, держа на всякий случай на мушке всю группу зеленых, все же опасаясь, что кто-то сможет перерезать веревку невербальным. — Это же просто игра. Лучше сорвите со всех зеленые простыни, там выясним какая настоящая.       Два здоровяка с силой принялись стягивать со связанных, строивших злобные рожи, ярко-зеленые тряпки, рискуя те порвать от таких усилий. Отменять зачарования с помощью Фините, оказалось, умели оба здоровяка, так что вскоре нашли настоящее зеленое знамя, бросив обрывки чьей-то футболки, ранее превращенной в знамя, на землю.       Малфой и Нотт вернулись через пару минут. Они выглядели запыхавшимися и злыми, но заметив связанную группу противников, Нотт повеселел:       — А я уж думал ругать вас, что не помогли нам! Теперь у нас вообще три знамени!       Крэб и Гойл тоже выглядели воодушевленными, один Малфой просто кивнул:       — Давайте поскорее доберемся до холма и закончим с этим.       И одну, и другую группу, решено было оставить так, как есть, решив, что им ничего не сделается, так как за ними тоже должны были приглядывать экзаменаторы. Парни успели переругаться, решая, кто понесет зеленое знамя, при этом побрезговав красным, которое напоминало им гриффиндорское. Я решила напомнить им, что Нотт очень выручает со своим заклинанием для наблюдения, так что зеленая простыня досталась ему за наибольший вклад, и худощавый парнишка тут же задрал нос под завистливыми взглядами остальных. А красное забрала я, перевязав вместе с желтым. В конце концов, не было никаких правил по поводу ношения чужих знамен, кроме того, что его надо надеть на себя сверху.       Дальше шли осторожно и молча. Нотт проверял пространство вокруг, периодически выпуская птицу в небо. Остальные внимательно смотрели по сторонам, чтобы на нас внезапно не напали, если Нотт проглядел. Но видимо, кое-кому было скучно.       — Крауч, куда ты пропадаешь после обеда все время? — спросил Нотт.       — Это тебя не касается, — ответила я, почувствовав, что прозвучало грубо, отчего парень явно обиделся, но виду не подал.       — Я слышал, что тебе дает уроки лично Темный лорд? — заметил он, поглядывая на меня.       — Легилименции, — пришлось признать, так как информация уже явно пошла дальше, и пристально глянула на Драко.       Малфой отвернулся, делая вид, что всматривается в деревья. Здоровяки, обычно и так не слишком многословные, ничего не сказали, но наградили одобрительными и чуточку завистливыми взглядами. Нотт выглядел заинтересованным.       — Давайте не сейчас, — отмахнулась я. — Мы пока не выбрались отсюда.       Больше никто не стал любопытствовать, и мы сосредоточились на отслеживании окружения. Я чувствовала ауры идущих позади магов, но где-то аж на грани восприятия.       Не знаю зачем выделили аж два часа. По ощущениям нам понадобилось на все минут сорок и мы уже забирались на холм. Каких-то еще минут пятнадцать максимум и мы будем там. На холме деревьев почти не было, только мелкие деревца, едва пробивающиеся сквозь камни.       Здесь нас атаковали снова. Пятерка с фиолетовой простыней устроила засаду за особенно крупным камнем, замаскировавшись за ним, и атаковала оттуда. Укрыться было негде, поэтому я выставила Tueri, следя, чтобы не получить то, что щит не выдержит. Парни видимо решили так же и мы все быстро оказались сгруппированными еще под четырьмя щитами Протего, которые как-то странновато сливались, прикасаясь краями.       — Винс, Грег, держите щиты! — прикрикнул на них Малфой, так как щиты здоровяков заметно сияли слабее.       Кто-то из-за камня выпустил ветряное заклинание, рассекшее полосой сразу четыре щита. К счастью, мой устоял и парни поспешно обновили Протего, а Нотт быстро зашептал длинную формулу, создав явно что-то покрепче, переливавшееся синим.       Похоже на одну из разновидностей моего воздушного тарана. Точнее, в книге описывались его разные формы и это была одна из показавшихся мне более слабых. По действию, будто ветряное лезвие, которое и Секо помощнее заменить может. Наверняка, этот студент брал ту же книгу.       — Нельзя так стоять! Отходим назад! — нервно заорал Нотт.       Представив, как мы будем пытаться двигаться спиной вперед по неровным камням, где и при нормальном способе передвижения легко навернуться, я крикнула:       — Держите щиты! — и опустила свой щит.       Вингардиум Левиоса, которую я применила на камне, не сдвинула его с места — слишком крупный. Добавив силы, я заставила его закачаться. Камни поменьше рядом с ним рассыпались в стороны, катясь нам под ноги, но наша команда успешно отталкивала их, разделившись на двое: двое держали щиты, прикрывавшие всех, двое отталкивали камни и атаковали высовывавшихся из-за укрытия противников. Пытающиеся атаковать нас из укрытия что-то закричали, паникуя, пока камень раскачивался мной из стороны в сторону все сильнее и сильнее, постепенно поднимаясь выше.       Атакующая нас группа стала реже бросаться заклятиями, пытаясь двигаться следом за камнем, чтобы оставаться под его прикрытием, и судя по крикам, пытались не слишком организовано сменить стратегию. Нотт рискнул бросить Левиосой камень размером с футбольный мяч и явно кого-то задев по ногам, кто высунулся почти наполовину, отчего донесся болезненный вопль. Фиолетовая группа частично бросилась к товарищу, а частично усерднее стала слать проклятья: я разобрала Инкарцеро, Силенцио, чары Помех, Конфундус, разбившиеся о прикрывающие щиты. Практически ничего не отражалось обратно. Видимо им требовалось время на создание повторной мощной атаки или Нотту повезло нейтрализовать хотя бы на время того, кто применял мощные чары.       Валун вылез по ощущениям наполовину. Оставшаяся его часть была продолговатой и более узкой, а потому вылезла гораздо быстрее, выворачивая землю. Парни, использовавшие камень, как укрытие, задрали головы вверх на вылетевший валун. На их лицах и без легилименции было написано понимание, что будет если этот камешек упадет на них сейчас сверху. Несколько человек сориентировались быстрее, поднимая руки. Эту возможность моя теперешняя команда не могла упустить и тут же выкрикнули:       — Остолбеней! Петрификус Тоталус!       Парни, повалившиеся на землю, на вид были старше. Понятно почему заклинания были мощнее и они рискнули сделать засаду уже перед самым финишем. Я аккуратно опустила камень в стороне от всех, постаравшись, чтобы он не скатился вниз.       — Четыре знамени! — завопил радостно Нотт. — Четыре!       Раскрасневшиеся от натуги Крэб и Гойл радостно скалились, побежав снимать фиолетовую простыню. Я, равно, как и Малфой, не видела тут ничего особенного. Заклинания не мощные, команда сработала на троечку, но в принципе справились. Как для интересного досуга сойдет, поэтому я ответила вежливой улыбкой. Нотт чуть ли не подпрыгивал от восторга, ему такой реакции показалось мало. Он потряс меня за плечо:       — Мощная Левиоса, Крауч! Даром, что пятикурсница!       — Ее изучают на первом курсе, — напомнила я.       — Ага, на перьях, — продолжал широко улыбаться Нотт, не в силах спокойно стоять и дергая руками.       Я с недоумением на него взглянула, ведь точно помню, что Рон Уизли так поднял дубинку тролля прям тогда же на первом курсе. Невилл пересказывал это, как слух, но я из фильмов это точно помню.       — Разве не все так могут? — поинтересовалась я, не став напоминать про гриффиндорца.       — Да ты посмотри на валун! В нем не меньше тонны! — воскликнул Нотт.       Подумав, что он чересчур впечатлительный или сильно переволновался, я взглянула на камень. Оценить вес сложновато.       — Нет, точно меньше. Сам попробуй поднять его, — предложила я.       Нотт помялся, оглянулся и заметил, что на него смотрит Малфой, а Крэб и Гойл не могут решить, кто понесет фиолетовую простыню, переругиваясь и не обращая внимания.       — Давай, Тео, покажи класс, — ухмыльнулся Малфой, не скрывая издевки. — Ты же так хорошо себя показал со своей птичкой.       — Так я же говорю, для этого сил надо много вложить, — пробубнил Нотт, растеряв всю веселость разом. — А сейчас силы надо поберечь.       Малфой смотрел с таким издевательским прищуром, что я не сомневалась, хотел реабилитироваться за его счет, но тут раздался треск ткани.       — Вы, придурки! — завопил Драко на Крэба и Гойла. — Порвете знамя!       Двое здоровяков и правда успели разорвать треснувшую простыню, растягивая ее с разных сторон.       — Дайте мне ее сюда! — Малфой отобрал у них фиолетовое знамя, повязав на себе.       Все слегка поуспокоились и пошли дальше подниматься наверх, внимательно осматриваясь и готовясь в любой момент выставить щиты, ведь в такой яркой окраске с простынями — мы желанная добыча. Повторная атака из засады не должна стать для нас сюрпризом. Кое-как мы согласовали порядок действий и порядок движения, чтобы со всех сторон быть прикрытыми щитами.       К счастью, до самого верха нам повезло больше никого не встретить. Сборный пункт заметили издалека — с десяток студентов уже были тут и несколько наблюдающих. Зычный хохот Долохова разлетелся над всем холмом, где не было деревьев, только куча снега, в который проваливались ботинки по щиколотку. Хорошо, хоть погода не ветреная, но и так на холме оказалось ощутимо холоднее. Я наложила на себя Согревающие чары.       По мере приближения я заметила, что взрослые маги передают что-то Долохову.       — Давай не жадничай, Уилкис! — услышала я Долохова, затем заметив, что в руке названного Уилкиса блеснули золотом несколько галеонов.       — Мистер Долохов, вы ставили на три штуки, — различила я высокого блондина Роули.       — Раз никто на большее количество не поставил, то выиграл я! — уверенно заявил Долохов, забирая и у него из рук золотые монеты.       Начиная наконец, догадываться, что они делали ставки на «знамена», я с остальными наконец подошла к стоящим магам и можно уже было развязать и снять эти надоевшие яркие простыни. Нотт снова выглядел не просто воодушевленно, но гордо поглядывая на остальных присутствовавших студентов. Малфой, вопреки ожиданиям, не горел желанием бахвалиться, брезгливо сбросив фиолетовую тряпку прямо на снег. Я бросила туда же две, которые были на мне. Нотт растягивал удовольствие, картинно снимая свою, чтобы бросить в общую кучу. Проследив за Крэбом я заметила, видимо, его отца, тот выглядел довольным. Двое подошедших за нами сопровождающих минут через пять присоединись к остальным Пожирателям.       Видимо, придется проторчать здесь еще целый час. Я вздохнула, пытаясь насладиться видом с холма. Здесь хотя бы ощутимо теплее, видимо, кто-то наложил чары на площадь. Правда, от них снег подтаял и под ногами неприятно хлюпает.       Столько времени прошло… Но все же интересно, Рон Уизли сам наложил Левиосу на дубинку тролля? Маги в экстренных ситуациях на эмоциях могут выдать мощную магию, это не секрет, но первокурсник? И это еще после слов Лорда, что Дамблдор кормил Гермиону серой магией.       Постепенно другие группы подтягивались, имея при себе две цветные простыни, а за ними через время и двойки наблюдающих Пожирателей.       — Руди! — воскликнул Долохов с улыбкой до ушей, поманив его рукой.       Я встретилась со старшим Лестрейнджем взглядом. Он коротко обжег глазами и подошел к Долохову, достав из кармана небольшую горсть золотых монет. Долохов никак не мог успокоиться и кивнул на груду разноцветных простыней:       — Руди, посчитай-ка сколько их.       — Надо было ставить на то, что у всех все заберет, — пробурчал Лестрейндж, вызвав новый приступ хохота Долохова.       — Как никак и так половина, считай, — с довольством выдавил он, отсмеявшись.       — А ты на что ставил? — полюбопытствовал какой-то Пожиратель.       — Что вообще не явится вовремя, — ответил Лестрейндж.       Я закатила глаза, с силой сунув руки в карманы и отвернувшись. Вообще-то у меня тогда палочка не работала и за мной гонялся оборотень, явно точивший на меня зуб, но доказывать ничего тому, кто меня отчитывал, еще и влепив пощечину, не собираюсь. И так как-то не слишком приятно знать, что кто-то решил развлечься, устроив ставки на гонку улиток, точнее студентов, и я в числе этих улиток.       — Ну, зря ты так, — судя по тону, Долохов продолжал посмеиваться. — Недооцениваешь. Вот попал бы ты под ее За-Ши-Бу…       Я почувствовала, как приливает кровь к щекам, и стала усиленней смотреть в лес, видневшийся отсюда и разглядывать серые тени холмов, видневшихся вдалеке. Я-то надеялась, он давно забыл об этом!       К счастью, ни его закадычный дружок, ни другие Пожиратели не стали его расспрашивать в подробностях, и сам Долохов через время успокоился.       Все пятерки так и стояли группами, так что я услышала, как Крэб сказал:       — Не пойму, вчера они явно поругались, а сегодня, как ни в чем не бывало.       Малфой зашипел на него и бросил быстрый взгляд в мою сторону, а встретившись глазами, отвел их. Но с помощью легилименции, я увидела, о чем они думали. Вчера после тренировки во второй половине дня, которую я пропустила, студенты могли наблюдать как Лестрейндж с Долоховым о чем-то спорили. Спорили экспрессивно — по крайней мере Долохов, — но недостаточно громко, чтобы понять о чем речь. И все же, вчера Долохов явно пришел раньше, чем закончилась тренировка.       Последними к обозначенному сроку подтянулись те, кто остался вовсе без знамени. Они до последнего, видно, надеялись его заполучить, но завидев толпу на холме, лица их приняли разочарованное выражение — все разноцветные простыни были уже здесь.       По возвращению я не стала с большинством студентов долго наблюдать и улюлюкать вслед бегущим вокруг особняка проигравшим, которых то подпинывали словесно, то каким-нибудь заклинанием некоторые экзаменаторы. У Долохова все еще было хорошее настроение и то и дело, его едкие замечания и взмах палочкой заставлял кого-то переставлять ноги быстрее.       Я поспешила пообедать и повторить упражнения перед следующим занятием. У меня не было возможности проверить свою теорию щита на коже, но надеюсь, сегодня это не понадобится. Прошло полдня, а я еще никуда не влипла — аж подозрительно.       Ждала урока я с нервозностью, но и каким-то даже нетерпением. Хотелось отделаться поскорее, я боялась что Волдеморт может еще придумать, и в то же время я все еще надеялась, что он поделится каким-то полезным знанием, чтобы все это было не напрасно. Вчера урока по сути не было, а позавчера я открыла очень многообещающую способность. Я одергивала себя, понимая, что Лорд придумает, что-то скорей всего неприятное и болезненное, а то снова приведет жертв, но некоторый восторг от открывшейся неуязвимости так и не улегся. По правде, хоть я и не понимаю, почему не получилось отразить что-то кроме Круциатуса, я уверена, что им защита не ограничена, но мотивация с его использованием была так высока, что я точно обучилась этой технике даже быстрее, чем ожидал Волдеморт. А то и неожиданно даже для него. Это невероятно обнадеживало. Сколько же еще Лорд знает подобных вещей, на стыке двух умений — легилименции, для контроля сознания и управлению магией в физическом плане? А если бы он учил всерьез, как Редл из медальона?       Постучав и получив разрешение зайти, как положено уже, преклонила колени и по-привычке осмотрелась, отметив, что никого, кроме Волдеморта, здесь нет. Он почему-то долго молчал, хотя я чувствовала на себе его взгляд, что значило, что он не погружен в раздумья. Отрывать я его тоже ни от чего не могла, так как время заранее оговорено.       — Повелитель? — осторожно спросила я, подняв глаза к его лицу.       И в самом деле, Волдеморт исследовал меня непонятным взглядом, что вызывало нехорошие предчувствия. В воздухе царило что-то такое, что заставляло думать о том, что день проходил до сих пор вполне неплохо и самая жесть начнется сейчас.       — Разве я не говорил тебе буквально вчера, чтобы ты не привлекала излишнего внимания? Или я тогда недостаточно ясно выразился? — прозвучало негромко, но пробирало до костей угрозой. — Что в твоей памяти остается, когда я не единожды требовал этого от тебя?       Я напрягла память. Вроде прямо такого не было, но я припоминаю его указания сидеть на месте и не высовываться, когда он меня предупреждал о Дамблдоре. Вчера сказал с Пожирателями не лезть в дуэли — это точно было, но сегодня я уже не лезла. Может быть, опять хочет напомнить мне о неуместной наглости? Так я вроде ничего подобного сегодня не делала.       — Припоминаю, — на всякий случай медленно кивнула я. — Но я ничего не делала такого сегодня, — встрепенувшись, добавила: — Повелитель.       Лорд смотрел все еще так, будто хотел чем-то приложить тяжелым. И моя заминка на секунду вряд ли его обрадовала.       — Или ты подумала, что мои предупреждения касаются только Хогвартса? — продолжил он, как будто ничего не слышал. — Что если ты не нарываешься на поединок с Пожирателями смерти, то можешь расслабиться?       С чувством, что уже начались наезды, а я до сих пор не поняла причины, осторожно сказала:       — Повелитель, я все еще не очень понимаю вас…       — Что именно тебе еще не ясно? — перебил меня Лорд, повысив голос, и не дав сказать что-либо. — Я тебе буквально вчера приказал умерить свой пыл! Или ты думаешь среди Пожирателей здесь найдется кто-нибудь глупее школьника Хогвартса?       Я промолчала, кажется, догадываясь, что его возмутило. С тренировки прошло максимум пара часов, но видимо, о том, как она прошла дошло известием уже и до Лорда. Не думала, что это привлечет вообще его внимание, раньше он как-то не интересовался этим. Эти тренировки он не запрещал, тут не учили чему-то особому. Но вроде сходится. Раньше Лорд неожиданно для меня требовал, чтобы я на Слизерине сидела тихо и не высовывалась, теперь и тут нельзя? Так, а что я такого сделала?! С Пожирателем в поединке не сошлась, не демонстрировала три воздушных тарана подряд. Много этих цветных тряпок собрала? Так это командная работа была. Камень большой подняла? Так что такого?!       — Это была заслуга всей команды. Нотт проявил себя не хуже меня сегодня, — заметила я. — Мой вклад был не так уж велик и я уверена, что не теряла контроль над своей магией.       — И тем не менее, ты привлекла внимание, — припечатал Лорд.       Я была не согласна, но решила, что спорить с ним себе дороже. Подозреваю, он все-таки обратил внимание на спор среди его Пожирателей, ну или Долохов продолжал веселиться чересчур громко. Его мало интересовали школьники и вообще эти тренировки раньше, но видимо услышал что-то что не понравилось. Только как? И когда? Неужто следит все время?       — Я постараюсь не привлекать внимание больше остальных, повелитель, — пообещала я.       — Уж постарайся, — ядовито ответил Лорд. — Хотя одних твоих стараний будет недостаточно.       Вместе с этим я почувствовала летящее заклинание и успела выставить правую руку. Зашипела от боли, снова почувствовав жгучую полосу на коже. Не заблокировала.       Как мне не привлекать внимание, если я уже тут с первого дня встреваю везде в неприятности? Личные уроки с ним вообще сами по себе привлекают интерес других. Разумеется, это я говорить не стану, иначе Лорд меня в этом виноватой сделает.       — Ты уверена, что ни одно живое существо не знает о твоем статусе? — спросил Волдеморт.       — Уверена, — кивнула, порадовавшись, что это правда, хотя одновременно может быть и неправдой, но ведь этого не известно?       — Хорошо… — протянул он, отходя от меня. — Сегодня ты должна закрепить полученные навыки управления защитой. Без должной тренировки они ничего не будут стоить…       Похоже, будет тренировка защиты. Я слегка кашлянула, желая спросить, перед тем как начнем. Лорд повернулся ко мне лицом, перестав смотреть куда-то в камин.       — Повелитель, а другие маги умеют так?       — Некоторые, но только достаточно сильные, — по виду Лорд на секунду только напрягся, но опять выглядел вроде бы спокойно.       — Уровня Пожирателей или Дамблдора? — уточнила я, пока он взялся отвечать.       — Уровня некоторых Пожирателей… Дамблдор определенно владел. Он тоже обладал искусной легилименцией и в управлении магии поднаторел.       Я вспомнила о том, как действовало Круцио мое и Беллатриссы на Дамблдоре. Ладно еще мое, первый раз применила, Дамблдор только слегка застонал, но уж Лестрейндж обладала немалым опытом. Любой другой бы на его месте кричал от боли и крутился по полу. Он скорей всего заблокировал Круциатус обоих, но изобразил будто он подействовал. Возможно, Беллатриса это поняла еще тогда, но надеялась, что проймет старичка хоть немного, раз он застонал.       Почувствовав, что самое время задать вопрос, который возможно при других обстоятельствах не заикнулась бы даже, спросила:       — Вы сказали «владел», значит, после просмотренных воспоминаний Снейпа, вы уверены в том, что он мертв?       Волдеморт долго смотрел на меня сверху вниз, но я с усилием заставила не отводить взгляд и просто ждала.       — Совершенно точно, — наконец сказал Лорд. — Чтобы раз и навсегда поставить точку в этом вопросе, добавлю — Дамблдора поразило мое проклятье, убившее бы его и так через пару месяцев, но он решил скрыть факт его смерти от моей руки и приказал Снейпу убить себя, чтобы я больше доверял Северусу.       Я смотрела на него все еще в ожидании, но Лорд так и не озвучил прозвучавшее, как по мне, между строк о предательстве Снейпа. Решив, что больше он ничего не скажет, я рискнула изобразить недоверчивость, опасаясь, что настаивать дальше может быть просто опасно.       — Дамблдор всегда действовал опосредовано и одним ходом закрывал несколько целей, — сказал Лорд. — Но сейчас он окончательно мертв, а я продолжу урок. Можешь встать.       Едва я поднялась на ноги, он взмахнул палочкой. Из нее появилась какая-то черная ткань, и я почувствовала, как она быстро обвила мою голову, полностью закрывая обзор. Я по привычке сунула руку в карман за палочкой.       — Оставь ее, — донеслось откуда-то справа, хотя Лорд вроде бы стоял пару секунд назад почти передо мной. — Она тебе не понадобится. Мы поработаем над твоей защитой без палочки.       Я выпрямила руки, опустив их по швам, чувствуя себя непривычно и неуверенно в полной темноте, где я чувствовала только пол под ногами. Магически Лорд ощущался передо мной и медленно обходил. Почувствовав видимо, как я смотрю, отправил заклинание, от которого я уклонилась, присев, прежде чем подумала об этом.       — Встань, — холодно приказал Волдеморт и когда я выпрямилась, ожидая повтора, добавил: — Мы тренируем защиту, а не обнаружение. Я не для того закрыл тебе глаза.       Прикусив губу, заставила себя перестать исследовать магией пространство вокруг себя, как он требовал, и снова почувствовала себя неуверенно в полной темноте. Едва различимый шорох мантии, без звуков шагов, и голос Лорда доносится уже за моей спиной:       — Я буду применять заклинания так, чтобы ты не была к этому готова. Сосредоточься на своих ощущениях, почувствуй где я стою и куда я целюсь.       Несмотря на то, что я слегка вздрогнула от неожиданности, я почувствовала себя чуточку увереннее — летящие заклинания я уже умела определять и без магического исследования пространства. Как тут мне в лопатку что-то прилетело, обжигая кожу, что я вскрикнула.       — Сосредоточься, — также спокойно напомнил Лорд.       Закусив губу, я пыталась понять, что произошло. Обычно заклинания летели, издавая очень тихий звук, практически едва различимый, как будто что-то тонкое, как игла летит по воздуху. Тренируясь часами с ОСТами, я успевала реагировать быстрее, чем понимала, что слышала. По звуку иногда можно было понять даже мощность заклинания.       Сейчас я слышала звук, но какую-то долю секунды. Лорд, конечно, пользовался невербальной формулой и палочкой сильно не размахивал, так что я и движения воздуха не уловила. Притом он определенно стоит очень близко… и судя по повторившемуся шороху мантии уже куда-то передвинулся.       Теперь что-то обожгло коленку, отчего я на секунду зашипела, переминаясь на другую ногу. Бред какой-то! Я просто не успеваю среагировать и заблокировать! Мне что постоянно защиту на всем теле держать?!       — Не теряй концентрацию, — голос Лорда где-то передо мной стал требовательнее и я постаралась успокоиться, хотя ожидание летящего заклинания неимоверно нервировало.       Сосредоточилась на своей магии, чтобы знакомым образом напитать каждый сантиметр тела. Снова шорох мантии, но заклинание обожгло болью живот, заставив согнуться пополам. Да он же почти впритык заклинание применил! Звука почти не было! Да и заклинание подействовало так быстро, что я не успела и сориентироваться. Рассредоточенный по всему телу предполагаемый щит наверняка не имел даже шанса справиться.       — Так совсем не пойдет.       Почувствовав, как шевельнулись от дыхания выбивающиеся из-под повязки волосы у правого уха, я, не сдержавшись, вздрогнула. Как он так быстро и бесшумно передвигается?! Атакует и сразу перемещается?!       — Восстанови дыхание, я даю тебе перерыв на две минуты, — сказал Лорд так же негромко.       Пользуясь возможностью, я повторила дыхательные упражнения, пытаясь перестать нервничать и утихомирить сердцебиение, чтобы не вздрагивать от неожиданности. Назойливые идеи почему Лорд вообще взялся за такую тренировку с трудом удалось отодвинуть подальше, чтобы не терять время. Мысли удалось успокоить через полторы минуты и я, чувствуя, как время заканчивается, принялась думать, как я могу понять, откуда он атакует еще, ведь щит получится крепче, если его вовремя сосредоточить в нужном месте. Ответ пришел практически мгновенно: если слух и зрение не помогают, остается магия, тем более, что Волдеморт этому учил. Одна проблема: я тренировалась выпускать магию перед собой, пусть даже для этого не надо было глупо стоять с вытянутой рукой, но Лорд прямо запретил прощупывать ею пространство.       Я попыталась сосредоточиться на ощущении своей магии, но не направлять ее куда-то в конкретное место, а просто представить себя в подобии кокона. Получится не совсем щит, а скорее сигналка, которая поможет в обнаружении заклинания. Лишь бы Лорд и ее сказал не убрать.       — Ты при свидетелях использовала этот навык? — вопрос Волдеморта застал врасплох, сбив на секунду концентрацию.       — Нет, — ответила я.       — Ложь, — отчеканил он и тут же я почувствовала удар по лицу возле повязки.       Повертев головой и придя в себя, показалось, что Волдеморт стоит прямо передо мной и все еще ждет ответа. Похоже, он не делает различия между тем, как я использовала магию для обнаружения чьей-то ауры и просто исследовала все вокруг себя на расстоянии не больше метра. Ауру Лорда я все еще не чувствовала, он находился за пределом моих урезанных ощущений.       — Вчера утром я проверила тех маглов и маглорожденного, но я уверена, никто не заметил, — пришлось признать.       — Теперь верю, — мне показалось, прозвучало удовлетворенно. — И впредь не используй на ком-то или рядом с кем-то, кто хорошо чувствует магию. В частности, с кем-то сильнее тебя. Слабые не смогут ощутить необычности твоей силы, а сильные увидят разницу.       У меня зачесался на языке вопрос — почувствовали ли вчера Пожиратели необычность в моей магии, но здравый смысл подсказывал не акцентировать на этом внимание. Наверняка, Лорд убедился уже и у него есть ответ, но даже если Пожиратели что-то начали подозревать, мне лучше не проявлять интерес к ним. Не ради них. Крайней все равно буду я.       — Сделай расстояние меньше, — приказал он.       Очевидно, Лорд ощущал все мои манипуляции. Не желая этого делать, так как я уже поняла, что Лорд мелькнул в восприятии впереди, чуть левее от меня, я все же попробовала укоротить свой кокон.       — Еще, — услышала я голос Лорда, похоже продолжавшего беспрестанно кружить по комнате. — Магия должна сливаться с твоей кожей, более того — стать твоей второй кожей.       Я попробовала сделать, как он сказал, и сжать магию, не давая ей уходить далеко. Кожа чувствовала прохладу, но и только. Правда, не уверена, что смогу постоянно так держать. Вся моя концентрация уходила только на это.       Заклинание неожиданно прилетело в плечо, я дернулась от неожиданности, успев ощутить его за долю мгновения на коже и едва заблокировать, как и Круциатус ранее. Почему-то Круциатус было заметить легче, он ощущался как небольшой взрыв, по сравнению с тем что прилетело сейчас.       — Очень хорошо, — сухо заметил Лорд, — похоже, мне не придется тратить на тебя много времени. Круцио!       Я снова дернулась, но Круциатус, соприкоснувшийся с хребтом, почти вовремя заблокировала. Вытолкнуть магией удалось не все и кожу покалывало на спине, но это тоже результат, учитывая, что я сделала это почти рефлекторно, услышав произносимое заклинание и не видя, куда оно направлено.       Волдеморт применил затем невербальный Круциатус, целясь в правую руку, но я смогла заблокировать его, опять почувствовав покалывание. Я уже смирилась с тем, что не чувствую откуда летит заклинание и что оно в любом случае достигнет меня. Страх не исчез, но ушел куда-то далеко. Мысль о том, что Круциатус принесет боль или меня опять чем-то обожжет только мешала и я тоже отодвинула ее подальше. Только ощущение магии имело значение. Не будущее в ожидании боли, а настоящее в готовности встретить удар. Главное было вовремя его заметить. И сохранять спокойствие.       Жалящее отскочило от левой щеки, я успела только дернуть рукой, в попытке закрыться, но защита сработала быстрее движений. Так и надо. Чем плотнее защита, тем сложнее ее преодолеть. Круциатус, ударив в живот, растаял, но тут же жалящее ударило туда же и, вскрикнув, я снова согнулась пополам, присев на пол. Жалящее было мощным и кололо болью, казалось, все внутренности.       — Не расслабляйся, будто уже все умеешь, — голос Лорда звучал прохладно, но мне показалось, что он доволен своей хитростью.       Я пыталась осознать, где произошла ошибка. Первое заклинание успешно отразилось, но ощущение вложенной в него магии еще не исчезло и второе просто проскочило незамеченным.       Теперь Волдеморт применял заклинание практически одно за другим, то повторяя удар в то же место, то передвигая его, а то и каким-то образом обжигал Круциатусом плечо впереди, а потом тем же Круциатсом ударял по голени сзади. Так что если я даже приблизительно понимала, где он стоит по шороху мантии, это не значило, что заклинание будет только с той стороны. Через время я просто перестала концентрироваться на его передвижениях. В конце концов, я видела, как он изменяет траекторию заклинания.       Вскоре добавились другие заклинания и я блокировала одно за другим, будь оно слабее или сильнее. Напрягалась при этом изо всех сил. Заклятья летели все чаще, пока я не почувствовала, что спину как будто разрывают громадные когти и заорав, упала на пол, даже через повязку увидев расплывающиеся белые пятна перед глазами от боли. Я почувствовала даже, что Лорд что-то применил, отчего магия, прилипшая к моей спине, развеялась.       — Что, если все твое тело будет в огне? — спросил Волдеморт, отчего я, даже еще не придя в себя, почувствовала ужас.       — Вы же не станете сейчас… — поспешно начала я, но Лорд не дал договорить.       — Не стану. По крайней мере, сейчас. Тебе нужно еще потренироваться. Очевидно, что проклятья неограниченного действия ты пока не способна отразить.       Ощутив облегчение, я задышала, так как невольно прекратила это делать. Нет, к этому я была определенно не готова! Круциатус мог вызывать ощущение, будто кожа горит, но в том то и дело, что только ощущение!       Черная ткань слетела с моей головы и, несмотря на то, что света в кабинете по прежнему было мало, а именно один канделябр, я заморгала, не в силах смотреть на него. Я попыталась выпрямиться и для начала сесть, но поморщилась, чувствуя, что спина по прежнему болит. Ощупав ее, убедилась, что порезы там действительно есть и они кровят.       — У тебя есть с собой зелье? — уточнил вдруг Волдеморт и после моего кивка, разрешил: — Выпей.       Я достала Обезболивающее и Заживляющее, выпив одно за другим. Боль уходила медленно и неохотно, а спина сразу же сильно зачесалась.       — На сегодня закончим, — сообщил он через пару минут.       Дежурно поблагодарив за урок, я собиралась уже поковылять прочь, как Лорд требовательно приказал:       — Покажись!       С хлопком появился домовой эльф, согнувшийся в поклоне и слегка дрожащий. Я не могла разглядеть, видела ли я его, так как он весь сжался.       — Перенеси ее в ее комнату, — приказал Лорд. — Убедись, что мантия починена и прочие следы исчезли.       Я удивилась, ведь раньше такой доставки явно не предусматривалось. Видимо, я выглядела настолько удивленной, что даже последовали объяснения, прозвучавшие правда, как требование:       — Мы здесь занимаемся только твоим обучением легилименции.       — Да, конечно, — быстро заверила я, не собираясь отказываться от такого сервиса.       В комнате перенесший меня с собой домовик, а не та домовичка Нолли, что я уже видела, поспешно захлопотал, помогая и снять мантию, и принеся еще каких-то снадобий, которые принялся втирать мне в спину, чтобы не осталось шрамов. Я проверила у зеркала — кожа на длинных ровных порезах уже была затянута, а зелья ускорят процесс заживления. Затем я попросила домовика обработать тем же следы укусов заодно, которые продолжали беспокоить, если их задеть. В общем, весь сервис.       Долохов пришел гораздо позже, когда я уже переоделась полностью и лежала, отдыхая. Пришлось для этого с трудом, кряхтя, сесть.       — Сегодня поздно закончили? — спросил он напряженно.       — Нет, вроде, как обычно, — я бросила взгляд на часы, которые показывали уже девять часов ночи.       Ай, точно, я же дверь не открывала, вот и сигналка ему и Барти не пришла.       — Сегодня меня домовик обратно перенес, — сказала, чувствуя себя не очень уютно, как будто я пообещала сообщить о возвращении и не сдержала слово.       — Почему? — Долохов нахмурился, быстро окинув магловскую одежду на мне, в которую я переоделась, взглядом.       — Удобней же, — пожала я плечами намеренно непринужденно, стараясь не смотреть ему в лицо. — Чем идти через весь особняк.       Кажется, звучало все равно не очень убедительно.       — Опять нарвалась? — уточнил он убежденно.       — Нет, — недовольно поглядела на него, но рассказать подробней ничего не могла, да и придумывать не получалось.       Волдеморт сказал домовику скрыть все следы, так что все раны обработаны. Следов нет. Мало ли почему домовик перенес. По крайней мере, Долохов ощутимо расслабился, когда я легко сфокусировала на нем взгляд.       Антонин вздохнул и покачал головой, мол что с тебя еще взять, а затем посмотрел прямо на меня:       — Ты понимаешь, что у милорда терпение тоже не безграничное? Если ты ему там дерзишь, ему надоест с тобой возиться гораздо быстрее, — он едва заметно нахмурился, подчеркивая каждое слово. — И ты не отделаешься уже ссадинами. Мало тебе было в прошлые разы?       — Сегодня я ничего не натворила такого, — возмутилась я.       По-моему, в моем случае, чем больше я ему буду дерзить, с тем большим остервенением Лорд меня будет лупить, пока у меня еще хоть какая-то собственная воля осталась, но вслух я этого не сказала.       — Значит, сама признаешь, что обычно это не так, — заметил Долохов.       — Не придирайся к словам!       Антонин усмехнулся, его глаза слегка прищурились, когда он внимательно посмотрел на меня:       — А, то есть это просто мои придирки?       Что-то в его тоне такое прозвучало, что заставило насторожиться и потянуться к палочке. Как-то спокойней держать ее в руке. Конечно, Долохов это заметил, но надеюсь, это заставит его сбавить накал страстей.       — Ты не можешь отрицать, что легилименция ссадин не оставляет, — строго заметил он.       Так как домовик прибрал все следы и забрал мантию на чистку и ремонт (я предварительно переложила все из карманов), то никаких следов не было. Разве что сам факт, что меня перенес в комнату домовик — это значит, что я не могла дойти сама. Или Долохов имел в виду вчерашний вечер, когда он зашел ненадолго и, видимо, из-за присутствия Крауча не смог высказать все, что хотел? Кстати, Барти тоже должен скоро появиться.       — Значит, он учит не только легилименции, — негромко ответила, серьезно глянув ему в глаза. — Но не хочет, чтобы это знали.       Долохов, по-моему, все правильно понял, потому что тему продолжать не стал. И так сказала лишнее, лишь бы потом Волдеморт не притянул это за уши, обвинив в нарушении его приказа не говорить никому об ученичестве и своем статусе. Долохов помедлил, прежде чем заговорить снова:       — На всякий случай, уточню, ты точно знаешь, что делать, если ты его разозлила?       — Угу, — недовольно выдохнула. — Я помню: стать на колени и помалкивать.       Этот совет я уже вспоминала раньше. Хотелось бы верить, что он мне больше не понадобится, но…       Долохов, тем не менее, похоже ответом был удовлетворен, серьезно кивнув:       — Именно. Но лучше не доводи.       В дверь постучали. Я подняла палочку, повернув ручку, и без удивления увидев Крауча. Он встретился взглядом с Долоховым, но ничего не сказал, взглянув затем на меня и спросив:       — Как сегодня прошло?       — Нормально, — буркнула я. — Повреждений нет. Зелья обнови.       Барти окинул взглядом комод, откуда я забрала в карман и выпила сегодня Обезболивающее и Заживляющее.       — Значит, были? — уточнил он.       Не удержавшись, тяжко вздохнула, закатив глаза. Еще один решил придираться к словам!       Барти в недоумении обернулся. Антонин решил ретироваться:       — Ладно, разбирайся с ней теперь ты, а мне пора.       Барти ему просто кивнул, а когда тот вышел, строго посмотрел на меня:       — Что я пропустил?       — Ничего особенного.       Крауч все еще упрямо глядел, явно желая чего-то от меня добиться. Он исследовал меня внимательным взглядом.       — Я же сказал в прошлый раз подождать меня. Раны серьезные были?       — Нет. Зелья Лорд сам сказал выпить во время урока, — нашла я чем ответить. — Так что если есть какие-то претензии, адресуй их все не мне.       Настроение было не очень, так что долго разговаривать, благо, не стали. Не разругались и ладно. Барти обновил запас зелий на один раз и оставил меня отдыхать.       Я же осталась спокойно обмозговывать сегодняшний урок. Лорд пошел в сторону обучения защиты и лучше бы это действительно было знаком, что он взялся всерьез за свои обязанности, но червячок гложет, что это не так. Было действительно похоже на урок, а не как обычно, но все равно жутко болезненный. Лишь бы только это не подготовка к тому, чтобы меня морально сломать. Он ведь мог так безнаказанно под видом «защиты» с помощью боли «тренировать» меня до полной потери сопротивления. При этом я не то что пожаловаться, я рассказать никому ничего не могу!       Вымотал сегодня все силы, раны обработаны и быстро затягиваются, но я ощущаю себя выжатой. Если бы Лорд еще легилименцией приложил, то добил бы окончательно. Хотя голова работает, я бы, думаю, отбилась, но сейчас все равно хочется упасть и закрыть глаза.       ***              Выходные здесь похоже не предвиделись, а ведь уже последний день года. Теперь выходили на тренировочную площадку пять на пять теми же командами, что и на вчерашней.       — Некоторые уже заметили плюс работы в команде, — разъяснял Долохов перед толпой. — Это прежде всего увеличение мощности. Одинаковые заклинания имеют свойство накладываться друг на друга не разрушаясь. Таким образом даже кожу дракона можно пробить. Но есть и минус — чаще всего стоять всем надо рядом с друг другом, чтобы направление траектории совпадало. А если стоять рядом, то легко помешать друг другу и дать противнику возможность одним заклинанием задеть всех. В зависимости от ситуации вы должны выбирать, когда нужно атаковать всем вместе, а когда нужно подумать о защите или уклонении. И самое главное, согласовывать действия. Сейчас вы должны потренироваться над согласованностью.       У меня не было какого-то энтузиазма, да и после слов не привлекать излишнее внимание, я больше защищалась, позволяя парням проявить себя.       Еще до того, как выйти на площадку, обговорили план общих действий, как: по команде рассыпаться или атаковать. Для этого кто-то должен был быть главным, на что претендовали и Малфой, и Нотт. Я сказала, что мне все равно кто, сославшись на лень, чтобы ничего не делать. Они сошлись на том, что будут по очереди пробовать себя в роли командующего.       По итогу, не только мы беспорядочно двигались, иногда врезаясь в сокомандников — все такие, но мы хотя бы не из самых худших. Такие вещи, как командная работа нужно просто отработать совместно. Редл рассказывал теорию, мы с ОСТами даже тренировались, но так как нас было немного, не хватало людей на две команды пять на пять. Тем не менее, я чувствовала себя увереннее остальных и могла больше наблюдать.       Действительно, Крэб и Гойл вроде такие чересчур простоватые, в школе по-моему не блистают, но вот бросаться атакующими заклятиями — это они могут, причем не выдыхаются долго. Если мы разделялись на атакующую и защитную команды, то они определенно шли в атакующую. Малфой, как по мне, слишком рвался вперед, чаще именно разделяя команду и бросая их в атаку, а сам то бестолково лез на рожон, то прятался позади за Крэбом и Гойлом. Нотт больше осторожничал, предпочитая, чтобы все держались раздельно и бегали туда-сюда, уклоняясь, выжидая момент для атаки. Получалось тоже так себе, так как выгадать этот момент сложно, а противники усиленно мешали.       После занятия хотела уже как обычно отправиться к себе на обед, но меня окликнул Нотт:       — Крауч, ты домой на обед?       — Нет, я здесь остаюсь, — ответила, вдруг сообразив, что остальные, похоже, все обедают не здесь, кроме разве что тренеров.       — Точно, тебе же аппарировать еще рано, — осознал он. — За тобой отец приходит?       — Нет, я же сказала, остаюсь здесь. Живу я здесь, — вздохнула я, предположив, что должно быть он ведет к тому, чтобы всех позвать куда-то в кафе.       После обьединения в группу, я заметила, что и остальные студенты старались теперь держаться своих пятерок. Наверное, это должно помочь лучше привыкнуть друг к другу, хотя вряд ли эти группы сохранятся после окончания каникул… если только на них у Лорда нет других планов. Многие уже давно позаканчивали учебу или на последнем курсе.       Нотт ощутимо растерялся, но спросил:       — Почему ты здесь живешь? У Краучей нет своего дома?       — Есть, — ответила, смерив его подозрительным взглядом. — Просто, видимо, так решили.       Я сама мало задавалась этим вопросом, а ведь остальные не только на обед уходили, но и на ночь не оставались. Одна я тут остаюсь постоянно, как будто Барти меня не рад дома видеть. То есть, я понимаю, какой может быть настоящая причина отчего Волдеморт держит меня на расстоянии вытянутой руки, но как он это обосновал?       — Уроки, наверное, поздно заканчиваются, — вдруг ухмыльнувшись, пояснил Нотту Малфой и когда на лице того появилось осознание о каких «уроках» он говорит, Драко добавил: — Это все-таки мой дом, предлагаю всем остаться на обед.       Крэб и Гойл одобрительно загудели.       Как-то так сегодня я обедала не в одиночестве, а в гостиной, где домовики по приказу Драко принесли стол и накрыли его на пятерых.       — Столовая просторнее, — по-хозяйски оглядев гостиную, пояснил Малфой, — но уже занята и если вы не хотите присоединяться ко всем остальным…       Он не закончил, но желающих не появилось. Как по мне и гостиная настолько большая, что по ней забеги можно устраивать. Драко сел по одну сторону, справа и слева от него явно привычно присели Крэб и Гойл. Мне оставалось присесть напротив с Ноттом, на которого Малфой бросал насмешливые, даже вроде слегка издевательские взгляды, впрочем Нотт их либо не замечал, либо делал вид, что не замечает. Как бы Малфой не прибеднялся, мебель в гостиной стояла будто так всегда было, Крэб и Гойл иногда откровенно глазели на что-то, но Нотта ничего не удивляло.       Домовики быстро принесли еды, выставив на стол блюда и открывая крышки. Да-а-а, это не то же самое что обедать у себя в комнате. Вот это я понимаю тимбилдинг!       Все взялись за еду, но так чинно и прилично, что пришлось не спешить. Даже Крэб и Гойл умудрялись заиметь манеры, перед ними я не могла ударить в грязь лицом.       — Так ты отсюда никуда не выходила с начала каникул? — решил продолжить разговор Нотт, обратившись ко мне.       — Выходила со мной, — подал голос Малфой, стрельнув на него насмешливым взглядом. — По заданию с другими Пожирателями.       — Вас на задания уже берут? — удивленно и недоверчиво переспросил Крэб.       — Да, Винс, метка обязывает.       Как по мне Малфой вошел в свою привычную колею и начал бахвалиться, когда на самом деле там со страху чуть не помер. Но я не стала выдавать его небольшую ложь, позволив покрасоваться, только насмешливо поглядела в бесстыжие глаза.       — У Крауч же нет метки, — сообразил Гойл. — Или уже есть?       — Нет, — покачала головой.       Помнится мне эти два здоровяка как-то намекали, что не прочь кинуть Малфоя, но, видимо, передумали. Или же просто по привычке с ним? Так и не пойму есть ли между ними какая-то дружба или они просто привыкли. Или даже все проще и их родители сдружили? А когда Малфои стали терять позиции, Драко в школе откровенно сдал, Крэб и Гойл живо показали что не прочь поддержать нового лидера. Вряд ли это было интригой Малфоя… хотя, он только выглядит жалким и иногда глупым.       — Но тебя тоже взяли? — нахмурился Крэб.       — Взяли, — кивнула я, не став пояснять дальше.       — Кстати, Крауч, — обратился ко мне Драко с интересом. — Как ты потом выкрутилась? Джагсон вернулся злой до драклов.       — Я была по итогу права и он ушел ни с чем, — от воспоминаний, как я ему напоследок факушку показала, на моем лице расплылась улыбка. — Тебе же тоже засчитали тот раз?       Малфой на секунду посерьезнел и пожал плечами. Впрочем, тему он явно не считал исчерпанной:       — Значит, тебя туда по ошибке привели? Как это получилось?       — Как выкрутилась, ты имеешь в виду? — переспросила, сообразив откуда такой явно шкурный интерес. Пожалуй, это нужно обьяснить. — Вряд ли у тебя такой номер сработает. До этого тема моей роли поднималась и там не звучали подобного рода задания.       Остальные грели уши, жуя и явно пытаясь уловить неозвученные подробности. Малфой хмурился и поджимал бледные губы, забыв что нужно двигать ножом и вилкой.       — Ты сама подошла с этим вопросом к Нему? — спросил он напряженно, явно что-то просчитывая.       — Не совсем, — задумалась, как бы обойти эту тему. — Он сам заговорил об этом.       — У Него есть на тебя конкретная роль? — прямо уточнил Малфой даже без недоверия. — Поэтому учит тебя легилименции?       Хм, возможно, этот обед был не для укрепления связей команды, а для утоления любопытства без лишних ушей. Или даже не только любопытства. Крэб и Гойл всегда с Малфоем, но и Нотта он, видимо, достаточно хорошо знает.       — Возможно, — пожала плечами. — Потом, думаю, что-то конкретнее скажет.       Пусть сам Волдеморт придумывает как оправдывать эти уроки легилименции. Скорей всего выдаст какое-то задание потом больше для виду, но надеюсь постоянно нагружать не будет. Во всяком случае, я буду отпираться от этого всеми силами.       — Темный лорд с тобой разговаривает о чем-то? — полюбопытствовал Нотт, который выпрямился на стуле струной, хотя казалось и до того сидел прямо.       — Он обьясняет некоторые моменты, — уклончиво ответила ему. — В порядке обучения.       — Я имею в виду, о чем-то кроме урока? — уточнил Нотт.       Вряд ли этот разговор останется здесь между нами. Отмалчиваться совсем уж будет подозрительно, ответить правду о том, что Волдеморт рассказывает в перерывах между угрозами тоже не могу, но что-то рассказать для других надо. Вдруг в следующий раз при подобной «проверке» Пожиратели уже будут сомневаться в приказе Лорда? Это же можно будет использовать.       — Иногда он интересуется тренировками, — ответила я и заметила большие глаза слушавших. — Не то, чтобы очень подробно, по ходу дела.       Все равно они смотрели на меня таким взглядом, что чуть ли не спрашивали «она с ним разговаривает?!» или «он интересуется нами?!», хотя ничего особенного я не сказала для такого шока. Что может быть странного в том, что Лорд обмолвился со мной парой слов? Понятно, что я не Пожиратель и с виду ничем от других школьников не отличаюсь — так и что с того? Как будто он не сказал бы что-то проходя мимо кого-то другого. К тому же, с кем-то вроде меня он обсуждать интересные темы не будет.       — Его интересует что-то конкретное в тренировках? — уточнил напряженный Нотт, который, кажется, и дышать чаще стал. — Или кто-то конкретный?       Малфой, вот, вообще дыхание явно задержал.       — В общих чертах, — ответила, заметив, как Крэб и Гойл обменялись многозначительным взглядами. — Если тебя это утешит, то я упомянула, что ты хорошо себя показал на общей тренировке в прошлый раз, — добавила и наблюдала за тем, как степень волнения Нотта выросла в разы.       Он нервно облизал губы, поведя невидящим взглядом перед собой. Я думала, остальные парни над ним подшутят, но Крэб с Гойлом не ухмылялись, а смотрели завистливо. Не думала, что упомянутое вскользь имя вызовет такую жгучую зависть, они буквально как будто хотели чем-то ударить худощавого Нотта.       — А обо мне ничего не говорил? — уточнил Малфой с некоторой тревогой.       — Да как-то не пришлось к слову, наверное, — слегка растерялась я, похоже, все-таки наговорив лишнего и решила попробовать перевести тему: — Кстати, Драко, раз это твой дом, ты можешь распорядиться чтобы мне домовики приносили с едой фрукты и сладости? Все-таки я ведь у вас в гостях.       На самом деле, на еду тут не могу жаловаться, но отсутствие таких вещей все равно создает ощущение какого-то тюремного заключения, особенно с общей гнетущей атмосферой.       — Раз мы с тобой в одной команде, могу, — с донельзя напыщенным видом, ответил Малфой, как-то явно наигранно приобретая обычный свой вид. — Но не подумай, что я буду бегать за этим для тебя лично…       — Я могу из дома принести, — перебил его Крэб.       — Я тоже, — поддержал его Гойл.       — Тогда вы будете здесь моими лучшими друзьями, — подытожила я, насмешливо улыбнувшись Малфою.       Еще бы запомнить их имена. Здоровяк с более мягким тембром голоса — Крэб. Малфой его назвал Винс… Вроде Винсент. Второй — с грубым ломаным голосом — по-моему, Грегори Гойл. Хоть я и называю их двумя из ларца, но Крэб шире в плечах, а Гойл — в животе. Не сказать, что они страдают от ожирения, но лишний вес явно есть, что видно даже по щекам обоих. А Нотта зовут Теодор: худощавый и какой-то нескладный подросток, но немного повыше Малфоя.       С обедом долго затягивать не стали. Парни отправились на послеобеденную тренировку, пообещав завтра принести что-то вкусное. Не то, чтобы мне это действительно было так нужно, — хотя я бы не отказалась, — но планировала отнести витамины и сладости Луне с Олливандером. Хотелось что-то еще прихватить со стола, но сделать это незаметно под общими взглядами возможности не представилось, а привлекать даже их внимание к тому, что я куда-то ношу еду рискованно.       Не так уж плохо будет иметь здесь кого-то, кого можно попросить об услуге. Барти может и не отказал бы, но чую была бы еще лекция на тему «не хочешь меня слушаться — обойдешься без конфет», а Долохов мог вообще сообразить куда я отнесу сладости. Хорошо бы парни мне еще зелий принесли… Но уж нет, не буду рисковать. Зелья из чужих рук надо принимать с осторожностью. Если они вдруг окажутся в еде, артефакт для обнаружения ядов меня предупредит, но он не сможет подсказать, не примешали ли в зелье ничего лишнего.       После обеда отправилась на очередной урок к Волдеморту. Сегодня, как и вчера, он снова закрыл мне глаза наколдованной черной тканью и проверял мою естественную магическую защиту… как он это назвал. Прогресс понемногу вроде был, но вымоталась я точно так же и хорошего настроения это не прибавило. Хорошо, хоть смогла дойти на своих двоих на этот раз к своей комнате.       Первым на сигнальные чары пришел Барти буквально через пять минут. Окинул меня взглядом, мне показалось, убедился, что я одна, и спросил:       — Надо что-то залечить?       Лорд мне снова сказал выпить зелья, так что я отрицательно покачала головой и, вспомнив, спросила:       — Ответь мне, Барти… — Крауч при этом обращении прищурился, пристально и мрачно смотря мне в глаза, но я упрямо продолжила: — Почему я здесь все каникулы остаюсь? Остальные все по домам каждый вечер отправляются.       — Повелитель приказал, — так же мрачно ответил он.       — Почему? — продолжила я допытываться.       Барти не ответил, но я продолжала смотреть на него.       — Ты не хочешь забирать меня отсюда? — уточнила я, подняв брови.       — Нет же, — цыкнул он сквозь зубы, продолжая хмуриться. — Была бы моя воля, я бы забрал тебя на все каникулы, чтобы другие Пожиратели смерти не видели, как ты меня позоришь своей невоспитанностью. Одно дело, когда ты дома, а другое, когда другие тебя каждый день видят.       — Спасибо за похвалу, — сухо сообщила я. — На вопрос ответишь?       Барти явно моя реакция и ирония не пришлась по нраву, но он ответил:       — Ты раньше уже демонстрировала нелояльное поведение и Темный лорд заметил твои взгляды. К тому же, тобой раньше опекалась Лонгботтом, а тут еще Поттер появился в поезде, — Крауч устало вздохнул. — Пойми, ты вызываешь некоторые подозрения и тебе бы стоило вести себя чуть ли не идеально, чтобы от них избавиться. Вместо этого ты дерзишь и вызываешь проблемы.       — Конечно, это же я вызываю проблемы, а не все здесь меня пытаются убить, — теперь я раздраженно фыркнула на эти обвинения.       — Никто не пытается, — уверенно ответил Крауч. — Твои здесь приключения исключительно твоя заслуга. Будь уверена, я узнал все подробности того, что ты устроила, — его взгляд стал более жестким. — И почему ты с оборотнем встретилась, и как затем провоцировала Беллатриссу. То, что ты довела Рудольфуса и Долохова до такой точки, что они на тебя руку подняли… я, честно, ничуть не удивлён.       Ощутив, как внутри поднимается горячая волна негодования, сжала зубы, чтобы не повысить голос.       — То есть по-твоему ничего необычного? — с более отчетливым сарказмом переспросила. — Такое обращение со мной в порядке вещей?       — В этом нет ничего хорошего, но тебе следовало подумать о последствиях, прежде чем доводить кого-то до такого состояния, — твёрдо продолжил Крауч, не отводя от меня пристального взгляда. Его голос звучал спокойно, как если бы он просто зачитывал список моих ошибок. — Вот тебе еще один довод, что твое поведение неприемлемо. Ты ведь прекрасно понимаешь, что твои выходки оставляют за собой, а потом с этим приходится разбираться не тебе, а мне. А если не понимаешь…       — Выходки?! — резко выпалила я, перебив его. — Ты называешь это выходками?! — почувствовала, как по телу прокатилась волна раздражения, от которой сжались кулаки. Я резко вдохнула, чтобы сдержать магию и медленно выдохнула. Барти как будто видел, что я пытаюсь успокоиться и спокойно дожидался, глядя на меня ироничным взглядом, что только раздражало. — Может, ты, наконец, поймешь, что дело не во мне, а в том, что эти люди считают нормальным ставить меня на место? И не просто ставить, а не стесняться в методах, у меня же нет тут никого, кто бы заступился!       Я сверлила Барти взглядом, но он глаза не отвел, даже наоборот — упрямо и уверенно смотрел в ответ.       — В данном случае, заступаться за тебя ни к чему. Ты же додумалась и к Темному лорду неуважение проявить.       Я нахмурилась, не понимая о чем он. Точнее о чем он именно. Потому что Волдеморт мне мог что-то сделать уже банально за то, что забыла добавить обращение. Барти расценил это по-своему:       — Да, мне повелитель сказал, что ему самому лично приходится тебя воспитывать. Если ты считаешь этот факт поводом для гордости, то сильно ошибаешься.       То есть Лорд ему признался, как меня «воспитывает»? Но он уж точно вряд ли рассказал о том, как пытался взломать мне голову или о том, как Круциатусами явно добивался не того, чтобы я их научилась блокировать.       — Что он тебе говорил? — уточнила я, насторожившись.       Упоминание Волдеморта каким-то образом помогло справиться с нахлынувшими эмоциями и магией. Наверное, от того, что я живо представила, как он появится здесь, как раньше и что он сделает мне после нескольких предупреждений ранее.       — Что у тебя есть потенциал и ты могла бы стать лицом нового поколения Пожирателей, но вместо того, чтобы учить тебя легилименции, он тратит время на твое воспитание, чего делать не должен, — изрек Барти наставительно. — Ты должна ценить время, которое тебе лично уделяет Темный лорд. Пока есть такая возможность, учись и внимательно его слушай, а не проявляй свой характер.       Не удержавшись, резко выдохнула воздух, но Крауч строго на меня посмотрел:       — Я не закончил. Прежде всего научись слушать. Повелитель не из тех, кто будет терпеть неуважение и ты рискуешь потерять эту редкую возможность только из-за своей глупости.       Как же, редкая возможность. Сомневаюсь, что Волдеморт забросит теперь меня куда-то на долгое время и забудет. От этого я криво ухмыльнулась, негромко фыркнув, на что Барти с осуждением на меня посмотрел и выдал:       — Нет, ты не понимаешь, насколько это ценная возможность. Ни на кого из детей других Пожирателей смерти Темный лорд не обращает столько внимания.       — Не вижу ничего странного, — пожала плечами. — У меня обнаружились способности к легилименции, а они довольно редки, так? К тому же я аппарировала прямо перед его носом в двенадцать.       — Редки, но найти учителя можно, — отмахнулся Барти. — А к семнадцатати все умеют аппарировать. То, что за тебя взялся сам повелитель, значит, что эти способности он готов дать тебе применить.       Уж этого так точно не хотелось бы. Глядя на мое кислое лицо, без намека на радость и энтузиазм, Крауч продолжил убежденно:       — Сама по себе легилименция не настолько впечатляющая, заклинание почти каждый применить может, но развить ее до искусного уровня тоже наверняка смогло бы больше магов, если бы получили возможность и необходимость. Самое важное, это то, что повелитель обучает тебя лично, — снова с нажимом повторил Крауч. — Он берется за обучение только в награду и за самых верных слуг. Он учил Беллатрису и меня, но не в таком же возрасте, как ты сейчас. В награду за мою верную службу Темный лорд обратил на тебя внимание и явно уже имеет на тебя планы. Просто пойми насколько ценную возможность получила!       Так вот что Волдеморт ему наплел… Как же, за верную службу, а не в угоду договора с некой темной сучностью. Узнаю Редла.       — Поняла и оценила, — закивала я, но видимо, не увидев восторга, а только разве что снисходительную ухмылку, которую, сжав с силой зубы, я пыталась выдавить, Барти продолжил напирать:       — Нет, не вижу, чтобы ты поняла! У тебя есть существенный недостаток в виде бесконтрольных выбросов магии. Уже из-за них, тебе могло бы ничего не светить, но повелитель взялся даже научить тебя контролировать их.       На мои поднятые брови, пока я пыталась осознать, как Лорд сюда ловко приплел еще и обучение по контролю магии, Крауч вздохнул:       — Что же ты такая бестолковая? Я бы забрал тебя сейчас же с собой, если бы повелитель позволил, но ты ему нужна здесь. Он хочет видеть, что ты контролируешь магию круглосуточно. Темный лорд лично выделяет несколько часов в день, пока у тебя каникулы, — Барти совсем разошелся и воздел руки, чтобы затем их резко опустить и выдохнуть. — Другие Пожиратели тоже это правильно расценили, будь уверена, но все упирается в твою неспособность использовать предоставленный шанс.       — Да-да, — я раздраженно вздохнула, закатив глаза на эту постановку. — Я не ценю предоставленную возможность. Ты уже говорил.       Видя, что он напрягся, нахмурился и опять хочет что-то сказать, добавила:       — Дай и мне договорить. Будь уверен, я внимательно слушаю все, что он мне говорит, и даже проявляю уважение, как он того требует. Если это все, то можешь уже оставить меня здесь одну.       Барти не выглядел довольным и даже не развернулся к дверям, хотя явно сообразил, что я его выгоняю. Мне же казалось, что все, что можно было, он уже сказал.       — То, что ты проявляешь полагающееся уважение перед повелителем, это хорошо, — серьезно кивнул Крауч. — Но хорошо бы ты научилась себя вести не только перед ним. Не хочу к этому прибегать, но если только этот метод для тебя действенен…       Он не договорил, но смотрел на меня так, что я нехорошо прищурилась.       — Барти, — повторила я, выделив обращение и заметив, как ему это снова не понравилось. — Мы с тобой договаривались сразу, что никакого применения силы. Знай, что я сейчас уже сдерживаю магию, но могу прекратить в любой момент.       — Ты должна прекратить мне угрожать, — припечатал Крауч твердо. — Я твой отец, помни об этом.       — Ты меня дослушай сначала, как я тебя слушала, — негромко ответила, медленно выдохнув воздух, а вместе с тем магия снова шевельнулась сквозняком по комнате, отчего он видимо насторожился, замерев. — Как только это произойдет, Лорд придет сюда и явно разозлится. Беллатриса в прошлый раз вломилась в мою комнату и попало не только мне, ей он тоже выдал порицание. Ты сам доведешь до того, что он сотворит, но я скажу, что это самозащита. Ты сейчас этого добиваешься?       — Конечно, я не хочу этого, — нахмурился Крауч. — Я все это говорил для того, чтобы ты не совершала подобных ошибок.       — Вот и не помогай мне их совершить, — резко выдохнула я. — Если не хочешь сам стать причиной по которой Лорд прекратит уроки.       Барти стал выглядеть недовольным, но видимо, ответить на это ему нечего. Он постоял, подумал. Я пыталась размеренно дышать и не хвататься за палочку.       — Я все это не для того говорил, чтобы ты осталась при своем мнении, — наконец, собрался с ответом Крауч. — Но сейчас важнее держаться за эти уроки, поэтому поговорим с тобой в другой раз.       — Отлично, — хмуро бросила в ответ, чтобы последнее слово осталось за мной.       Барти прошел к выходу, открыл дверь, но в коридоре на секунду замер, повернув голову в сторону.       — Понял, что я не вовремя, решил подождать, — услышала я голос Долохова.       — Что ты хотел? — резко ответил ему Крауч. — С ней все в порядке, я убедился.       Мимоходом я отметила, что нет больше «мистера» Долохова. И заглушку на дверь тоже никто не поставил. Но мы хотя бы не орали.       — Передать, что завтра выходной, — прохладным тоном ответил Долохов. — Тренировок не будет. Не хочешь ее забрать домой?       — Не хочет, — ответила я вместо него.       Долохова я по-прежнему не видела, Барти оглянулся на меня, нахмурившись. Нет уж, если раньше я была бы рада покинуть особняк хоть ненадолго, то после таких угроз, думаю, лучше мне не оставаться один на один с Краучем. А то же не сдержусь.       — Почему это не хочешь? — спросил меня Барти. — Ты же только что хотела.       — А теперь не хочу, — мстительно ответила и чтобы у него точно отпало желание, добавила: — К тому же урок во второй половине дня вряд ли отменился.       Барти помялся, но затем закрыл дверь. Я прислушалась, но с коридора донеслись только тихие звуки удаляющихся шагов.       Выдохнув, нахмурилась, переваривая полученную информацию. Похоже, в первый день Волдеморт сказал, что меня здесь оставил, якобы из-за ненадежности. Но дальше, особенно, когда начались личные уроки, у причастных Пожирателей появилось больше вопросов и, видимо, Барти подошел, чтобы их задать, тогда Лорд придумал обьяснение посущественней с обучением контролю магии и легилименции.       Снова вздохнула: хотя бы магия сейчас под контролем, не хватало мне уже третье предупреждение получить. С учетом того, что серию Круциатусов мы уже прошли, просто стоять перед ним с виноватым видом уже не выйдет.       Ладно уж, чем мне тогда заняться завтра? Может парни все-таки выполнят свое обещание и принесут фруктов и сладостей? Да и если на площадке никого не будет, можно будет выйти потренироваться самостоятельно. Лучше бы с кем-то, но опять же — запрет Лорда. Можно еще поймать Малфоя, если он где-то здесь и узнать где библиотека, а заодно получить в нее доступ. Знала бы раньше, днем бы спросила.