13075: Атланты уронили небо

А. Максим и Глеб неспешно дошли до дома единственного на весь Санкт-Петербург и Ленинградскую область некромага-некроманта. Макс все это время улыбался, наблюдая за Волковым. Всего за пару десятков минут мужчина сильно изменился, будто бы вернулся тот самый Глеб, который вошел в бар пару месяцев назад. Он шутил, иногда выдавая привычные кошачьи каламбуры, и много смеялся. — Я рад, что все наладилось, — промеж слов заявил Столетов. — Да. Безумно пр-р-риятно перестать ощущать себя инвалидом, — ответил Волков, но вдруг осекся. — Слушай, к слову об инвалидах… Диана живет не одна. С ней еще младший брат, примерно твоего возраста. Будь с ним поаккуратней. Макс нахмурился, подозревая, что разговор уходит в не самое приятное русло. — А что с ним? — поинтересовался парень. — Марка в детстве проклял его отец. Теперь мальчишка не может видеть и говорить. Пожалуйста, не заостряй на этом внимания. — Проклял? А разве нельзя это исправить? — Много кто пробовал, даже Рада, но ничего не вышло. Это проклятье особенное. Все подкрепляется еще тем, что их с Дианой отец сразу же совершил самоубийство. Их мать умерла несколько лет назад, и с тех пор Диана тащит брата сама, — Глеб вздохнул и достал из кармана завалявшийся там фантик. У него в буквальном смысле чесались руки опробовать вновь вернувшийся дар. Мужчина сосредоточил на обертке свой взгляд, и через секунду клочок бумаги бесследно исчез, будто его никогда и не было. Когда глаза Волкова перестали светиться фиолетовым, он улыбнулся, обнажив ряд аккуратных белых зубов. — А если я попробую? Если это действительно проклятье, то может и получится его снять, — Максим пальцем нарисовал в воздухе знак, похожий на отзеркаленную английскую букву G и фантик, который буквально мгновение назад уничтожил Глеб, возник у него в руке, целый и невредимый. — Держи, не балуйся больше. Волков принял листок и положил его обратно в карман. Маг разрушения слегка прикусил язык, размышляя. С одной стороны, он понимал, что Максим сильнее всех, кого он когда-либо встречал, и у него может получиться разрушить проклятье, но с другой — в случае неблагополучного исхода, их действия только напомнят о старых ранах. — Нужно будет поговорить с Дианой об этом. Пусть она решит, стоит ли тебе вмешиваться. Ты ведь и сам понимаешь, что для их семьи это очень щепетильная тема. — Я прекрасно понимаю это, но если бы у моей семьи произошло нечто подобное, то я бы хватался за каждый шанс. В любом случае, прежде всего мне нужно увидеть этого самого Марка. Пока о вмешательстве говорить еще рано. Это может быть не только проклятье — разных вариантов десятки. Когда после двух звонков домофона, калитка в массивном заборе распахнулась, и оттуда прямо на шею Глеба прыгнула невысокая, худощавая девчонка с длинными светло-русыми волосами, Макс опешил. — Глебушка, касатик, не ожидала тебя увидеть! — радостно провизжала девчушка, сжимая мужчину в объятьях. — Приветствую, Диана. Я и сам не ожидал себя увидеть здесь, — настороженно заявил Волков, аккуратно похлопывая ведьму по спине. Девушка спрыгнула с Глеба и поправила легкое летнее платье. Столетов, осмотрев ее с ног до головы, издал звук, похожий на клаксон автомобиля. Светлые волосы, крошечный рост и лазурно-голубые глаза никак не сочетались в его голове с придуманным образом мага смерти… — А это кто? — обратив внимание на созидателя, поинтересовалась Диана. — Какой высокий. Наверное, тебе нужен гроб не меньше двух двадцати. Дерево? Обивка тканью? Одинарная или двойная крышка? У нас есть разные варианты даже на твой рост. В крайнем случае можем сделать на заказ. Знаю! Белый, лакированный с двойной крышкой и светлой внутренней обивкой! Никаких излишеств! Некромантка тараторила, не давая никому вставить ни слова. Она будто вошла в состояние транса, бегая вокруг Макса и подбирая тому идеальное последнее пристанище. Парень понял, что утром имел в виду Глеб, говоря, что ведьма действительно жуткая. — Диана! — прикрикнул наконец Волков. — Ой! Я немного увлеклась. Простите, — потупив взгляд, пролепетала девушка. — Глебушка, кто это с тобой? — Я Максим, новый сотрудник Гильдии, маг созидания, — сам представился Столетов, с благодарностью смотря на своего партнера. — И напарник Глеба. — Маг созидания? Удивительно… Не думала, что цикл творения и разрушения даст сбой. А я Диана. Некромант и хозяйка ритуальной службы «Харон». — Хозяйка ритуальной службы? — удивленно переспросил Макс. — Ага. Мы специализируемся на кремации. И, к слову, у нас самые демократичные цены в Петербурге. Вы двое пришли потому, что кто-то умер, или же в Гильдии случились проблемы загробного плана? В любом случае, не стоит стоять у входа. Проходите, Марк как раз заварил какой-то травяной чай. Глеб и Максим прошли во двор и, следуя за Дианой, направились в дом. Столетов неосознанно присвистнул, увидев большой одноэтажный особняк. — Как там малыш Марк? — поинтересовался Волков. — Просто отлично! Недавно помешался на выращивании горшечных растений. Прикиньте, у него получилось за пару дней спасти полудохлое алоэ. Боюсь, что еще несколько месяцев, и он превратит наш дом в филиал джунглей, — некромантка засмеялась. — Цветы повсюду. Не понимаю, как он умудряется о них не спотыкаться. Буквально вчера ночью я запнулась об один из горшков и чуть было не слетела с лестницы. Максим, ты ведь уже в курсе недуга моего брата? Столетов кивнул. — Отлично. Просто веди себя, будто с ним все в порядке. Марк не любит, когда кто-то начинает с ним сюсюкаться. Девушка открыла дверь в особняк. — Марк, к нам гости! Глеб и его напарник Максим! — крикнула она. — Привет. Идите на кухню. Принесу чай. — буквально через пару секунд раздался откуда-то монотонный, совершенно искусственный мужской голос, скорее напоминающий робота из старых фантастических фильмов, чем человека. Макс, не ожидая такого, подпрыгнул на месте и округлил глаза. — Это что? — поинтересовался он шепотом. — Забыла предупредить. Марк так общается. Он печатает на телефоне, и текст воспроизводится через колонку, — так же шепотом пояснила Диана. — Тут много подобных вещей, облегчающих жизнь. Пойдемте на кухню. Троица зашла в просторную, светлую обеденную зону и устроилась за большим столом. Максим с удивлением рассматривал помпезную, наполненную светом столовую. В его голове до сих пор не укладывалось, почему маг смерти живет именно в таком доме. Было бы привычнее увидеть жуткую, мрачную хижину, наполненную куриными черепами, сеном и снующим между ними крысами. — Ну так что привело вас ко мне? — сразу перешла к делу девушка. — Мы вроде как по работе. Ты не замечала ничего странного в последнее время? — поинтересовался Максим. — Нет. Люди чаще умирать не стали. Разве что заблудших душ стало чуточку больше, но это не критично. — Заблудших душ? — удивленно переспросил маг созидания. — А ты не в курсе? Иногда люди умирают, но не переходят в загробный мир, становясь чем-то вроде призраков. Это случается, когда человека что-то держит здесь. Что-то очень существенное. Такие, как я могут видеть их. Наша основная задача — помочь таким духам перейти в мир иной, либо решив их проблемы, либо изгнав при помощи специального ритуала. — То есть ты хочешь сказать, что призраки существуют? — Максим скривился. — А как нет? Пусть их не так уж и много, но парочка в неделю находится. В принципе, этим я и занимаюсь. А к чему ты это спрашиваешь? В этот момент на кухню зашел брат девушки. Макс удивленно всмотрелся в него. Это был парень поистине ангельской внешности: светлые, кудрявые волосы, ярко-зеленые глаза и нежные, почти детские черты лица. В руках мальчишка держал поднос с чаем и четырьмя чашками. Он спокойно подошел к столу и аккуратно переставил все на столешницу. Закончив с сервировкой, парень достал из кармана кнопочный телефон с qwerty-клавиатурой, и быстро начал нажимать на клавиши. — Не помешал? Можно с вами? — раздался из колонки, висевшей у него на поясе, безэмоциональный голос. — Конечно не помешал. Садись, — тут же ответила Диана. Уверенно, будто видит все собственными глазами, Марк подошел к свободному стулу рядом с Максимом и аккуратно уселся на него. — Давненько не виделись! — воскликнул Глеб. — Я бы сказал, что никогда, — раздалось из динамика. — Ох уж эти твои шуточки… — пробурчала Диана. Марк ничего не ответил. Только комично осклабился, обнажая почти все зубы. — Как поживаешь? — продолжил беседу Глеб. — Скучно. Когда Ди уходит работать, дома тишина. Не люблю тишину. По телевизору одно и то же. Люблю, когда гости. Праздная беседа о жизни все продолжалась, а Максим все молча наблюдал за проклятым мальчишкой. Смотря на то, как тот улыбается и иногда шутит, он ощутил одиночество и щемящую тоску в душе. Прожить почти всю жизнь в темноте и практически в одиночестве, но при этом пытаться шутить о собственном недуге так, будто это что-то обыденное… Одни лишь небеса знают, каково сейчас мальчишке. Столетов представил, что бы ощущал сам, если бы не мог видеть и говорить. По всему его телу пробежали мурашки. Самым страшным показалось именно то, что Марка на все это обрек родной отец, который, казалось бы, должен был защищать, а не калечить. Рада пыталась все исправить, но у нее ничего не получилось, хотя старая цыганка прекрасно знает все о проклятьях… Столетов внимательно всмотрелся в мальчишку, используя магию, но ничего не увидел. Обычно проклятья выглядели, как крупные, зияющие дыры, но в случае Марка — ничего, будто и нет никакого проклятья. — Диан, мы можем поговорить с тобой наедине? — неожиданно для всех поинтересовался Макс. Некромантка скривилась, будто уже заранее зная, какой разговор ей предстоит. — Можешь попробовать, но не удивляйся, если ничего не выйдет. Многие пытались снять проклятье и до тебя. С другой стороны, мага созидания у нас еще не было, — просто ответила девушка, пожав плечами, а потом обратилась к брату. — Марк, давай попробуем еще раз. Мальчишка грустно улыбнулся и кивнул. — Не бойся. Хуже не будет, — успокаивающе произнес Максим и протянул руку. Мальчишка кивнул и сжал протянутую ему ладонь. Маг созидания замер. Его тело сковал ужас. Столетов почувствовал, как через прикосновение к нему передаются жуткие цепи, которые сковывали дар. Магия с каждой секундой истощалась. Дышать становилось все сложнее. В глазах потемнело. При этом Макс почувствовал, как сам входит в состояние резонанса с первородной силой созидания, но что-то внутри подсказывало, что допустить этого никак нельзя. Марк сам разорвал контакт, и наваждение отступило. — Что случилось? — взволнованно спросил Глеб, присаживаясь на корточки рядом с партнером. — Цепи. Жуткие. Холодные. Они выпивают силу, — тяжело дыша, выдавил из себя созидатель. Он пытался проморгаться в надежде восстановить зрение. Повсюду ему мерещились черные пятна — слепые зоны. Парень не мог понять, почему простое прикосновение брата Дианы вызвало в нем такую реакцию. — Это я? — раздалось из динамика. — Ты не виноват, — прокряхтел Столетов. — Дело скорее во мне. Спустя несколько секунд зрение Макса полностью восстановилось, и он смог осмотреть всех присутствующих в помещении. Глеб сидел рядом и крепко сжимал его предплечье, Диана в ужасе переводила взгляд с брата на него и обратно, а Марк же просто виновато сидел на своем месте. — Все в порядке. Кажется, — выдавил из себя маг созидания и глубоко вдохнул, расправляя спину. — Ты говорил про цепи. Что ты почувствовал? — взволнованно спросила некромантка. — Будто что-то внутри Марка выпивает из меня силы. И цепи. Не понимаю, почему именно они… Цепи будто попытались сковать мой дар, — Максим задумался. «Скоро ты столкнешься с последствиями заблокированного дара…» — пролетели в голове парня слова Сеслава Ипатыча, произнесенные меньше часа назад. И видимо не просто так. Древние духи, вообще, редко тратили свои слова в пустую. — Это как-то может быть связано с проклятьем отца? — спросила Диана. — Просто ты первый, кто хоть что-то почувствовал. Даже Рада ничего не испытывала, когда касалась Марка. Максим задумался. Воспоминать о чертовски противных ощущениях не хотелось, но он все равно вновь воспроизвел в голове все произошедшее. Через прикосновение в его тело проникло нечто, что попыталось заблокировать дар созидания. При этом Альбедо никак не отреагировал. Обычно, в подобных ситуациях он хоть как-то проявляет себя. Теперь же, ничего. Парень мысленно поинтересовался у атланта мира древних, что же произошло, но не получил никакого ответа. Альбедо будто полностью исчез из его сознания. — Скорее всего, это взаимосвязано, но пока что я не хочу строить никаких догадок. Мне нужно немного времени, чтобы понять, что происходит на самом деле. У меня уже есть одна идея. Ваш отец говорил что-либо перед тем, как проклясть Марка? Диана скривилась. Было видно, что она не горела желанием вновь переживать те события. — Тем вечером, когда мы с мамой забежали в комнату, отец просто сказал, что так было нужно, иначе все мы погибнем. «Либо он, либо вся наша семья». Что-то такое он сказал перед тем, как застрелиться. — Бред какой-то, — прокомментировал Глеб. — Он говорил, что защищает меня, иначе она придет и все мы утонем в ее гневе, — раздалось из динамика. В тот же момент все обратили внимание на Марка. — Она? Кто? — непонимающе переспросил Максим, но мальчишка лишь покачал головой, показывая, что у него нет ответа на этот вопрос. — Я много раз пыталась призвать дух отца и расспросить обо всем, но он не выходит на связь, — волшебница мертвых скривилась и отпила чай. — Я даже раскапывала его могилу, но ни к чему не пришла. — А что говорит Ягая? — Ей известно не больше нашего. Максим уставился в одну точку, думая. В его голове элемент за элементом складывался пазл. Не хватало всего нескольких кусочков. — Диана, мне нужно попытаться понять, что произошло около семидесяти лет назад. Думаю, твой дар сможет мне помочь, — попросил Столетов. — А что именно тебя интересует? Мне нужно хотя бы примерно знать, на что ориентироваться, — выражая готовность, спросила некромантка. «Великий грех, который впустил в наш мир алого короля» — хотел было ответить парень, но произнес: — Как люди уничтожили Авраама и Атаргату, атлантов созидания и разрушения? — Никак. Их нельзя уничтожить, — скривившись, недоверчиво ответила девушка. — Оказывается, можно. Один из очень древних духов рассказал нам об этом недавно. Ему можно доверять, — влез Глеб, оставляя в тайне вовлеченность во всю эту историю лешего Сеслава Ипатыча. — Тебе что-то нужно для гадания? — спросил Макс. — В идеале бы раскопать могилу того, кто точно знает ответ и спросить у костей, но раз такой возможности нет, то просто поинтересуемся у мертвых. Шанс, конечно, маленький, но может и сработать. Дай мне руки, — обратилась некромантка к магу созидания. — Как только я закончу произносить наговор, представься и задай свой вопрос. — Хорошо, начнем? — парень взял руки девушки в свои и крепко сжал. — Души усопших, упокоенные и неупокоенные, прощенные и непрощенные, причастные ли к аду, или к раю, внемлите моему зову сквозь ткань миров. Я проводница между мирами живых и мертвых, взываю к вашей мудрости и прошу дать ответ. Явите видение вопрошающему вас. Макс почувствовал, как руки некромантки резко похолодели настолько, что держать их стало как-то некомфортно. Поняв, что заклинание закончено, он затараторил первое, что пришло в голову: — Я, представитель хранительницы ключей и дверей этого мира, Демиург, прошу вас ответить на вопрос, как люди смогли уничтожить атлантов созидания и разрушения. И ничего не произошло. Ни в тот же момент, ни спустя еще секунд десять. Максим лишь разочарованно вздохнул и попытался разорвать контакт, но Диана продолжала крепко держать его ладони, не позволяя сделать этого. Внезапно Столетов ощутил во всем теле невыносимый холод, пробирающий до самых костей. Зрение помутилось, а уже через секунду он обнаружил, что видит совсем не своими глазами. Вокруг в панике бегали люди, они кричали что-то на непонятном ему языке. Макс огляделся по сторонам и увидел светлое здание с изображенными на нем иероглифами, предположительно японскими. Рядом с парнем возникли два силуэта, мужской и женский. Они уверенно подняли руки, будто пытаясь поддержать небо, и что-то прокричали. В тот же момент над головой что-то произошло, и ярчайшая вспышка света в буквальном смысле этого слова уничтожила всех вокруг. Как и говорил Сеслав Ипатыч, их как будто просто не стало — одни только тени остались на земле. Через секунду раздался оглушительный взрыв, и взрывная волна мгновенно разрушила здания. Видение сменилось. Теперь Максим стоял в том же месте, но уже после взрыва. Там, где какое-то время назад находились Авраам и Атаргата, на раскаленную землю ступила красивая черноволосая женщина. Под ее босыми ногами твердь охлаждалась и становилась как будто бы мокрой. Женщина посмотрела себе под ноги и, увидев два черных силуэта, отпечатавшихся на земле, как на фотопленке, злорадно улыбнулась, но тут же сменила выражение лица на скорбное, заметив, как рядом с ней, махая огромными крыльями опускается внушительных размеров аист. Проследив за взглядом спутницы, птица издала жуткий крик, наполненный болью и отчаянием. Видение исчезло и Максим обнаружил себя вновь стоящим в столовой. Он стал глотать ртом воздух, чтобы не задохнуться от нахлынувшего ужаса и дикой ярости. Перед его глазами все еще стояла победная ухмылка Морганы. — Что ты увидел? — спросила Диана, отпуская руки парня. — Взрыв. Яркая вспышка прямо с небес. Она уничтожила атлантов. Они пытались спасти и укрыть город, но этот свет был сильнее, — пытаясь успокоить тремор, зло выдавил из себя созидатель. — Похоже на ядерную бомбу. А если это было примерно семьдесят лет назад, то скорее всего, ты видел взрыв в Хиросиме или Нагасаки, — предположил Глеб. — С тобой все нормально? — Да, — буркнул Макс, пытаясь успокоиться. — Кажется, теперь все стало почти полностью понятно. — Но как связано убийство атлантов с Марком? — осторожно поинтересовалась Диана. — Давайте по порядку. Что мы имеем? На мальчике висит «проклятье», из-за которого он не может видеть и говорить. Это «проклятье» легко переходит на меня при физическом контакте и пытается сковать во мне дар. Последствия для моего тела такие же, как и для тела Марка: я начал терять зрение и способность к речи. Ваш отец сказал, что делает все это во благо. И есть некая «она» в гневе которой вы именно утонете, — сделав акцент на последнем слове, Макс перевел взгляд с брата на сестру и обратно, — Осталось узнать ответ на один вопрос. Марк, где игла? Зеленые глаза парнишки в ужасе распахнулись. Он быстро начал что-то печатать в своем телефоне. — Какая игла? — раздалось через мгновение из динамика. — Черная, могильная игла, на которой строился ритуал лишения тебя силы. Ты должен чувствовать ее присутствие. Вы с ней связаны, — хмуро пояснил маг созидания. Мальчишка активно замотал головой, притворяясь, будто не понимает, о чем идет речь. — О чем таком ты говоришь? — ошарашенно спросила Диана. — У него нет никакой силы. — Сейчас проверим мою теорию, — сквозь зубы выдавил Столетов. — Резонанс. Его глаза засияли ослепительным белым светом, который был даже ярче солнца, прорывающегося сквозь окна и занавески в дом. На секунду испугавшись, некромантка отпрянула. Макс поднял руку и раскрыл ладонь. Спустя секунд пять, на втором этаже дома что-то зашуршало, двери одна за одной открывались, пропуская нечто. Через еще пару мгновений в столовую сама по себе влетела большая, размером почти со спицу для вязания, насквозь проржавевшая игла. Она остановилась аккурат над ладонью парня и зависла над ней, не касаясь. Диана и Глеб с ужасом уставились на кусок металла, лишь отчасти понимая, что происходит. — Откуда она? — спросил Волков. — Их отец действительно пытался всех защитить, — утробным голосом стал объяснять Максим, не прерывая состояние резонанса. — Он ведь тоже был некромантом. Готов поспорить, что он увидел будущее, где в мальчишке проявляется дар погибшего атланта созидания, и кое-кто пытается это предотвратить, уничтожив весь род под корень. — Атланта созидания? — переспросила некромантка, заикаясь. — Дар Марка идентичен с моим, именно поэтому его так называемое «проклятье» перекинулось на меня при прикосновении. — Марк, ты знал о существовании иглы? — аккуратно поинтересовался Глеб. Теперь все обратили внимание на мальчишку, который все это в панике время быстро клацал пальцами по кнопкам на телефоне. — Не нужно. Папа предупреждал, что если иглу разрушить, то она придет и убьет всех. И меня, и маму, и сестру. Он сказал, что на нас она не остановится. Будет много жертв. Я пообещал, что никогда никому не расскажу. Пожалуйста, не трогайте иголку. Я лучше буду таким, но все будут живы, — динамик выдал неприлично большую дозу слов. Черты лица Макса смягчились, белоснежное сияние, до сих пор слепящее, стало чуть мягче и теплее, а на губах появилась улыбка. Парень подошел к Марку и аккуратно, задевая только волосы, провел по его голове ладонью, свободной от иглы. От этого действия мальчишка испуганно сжался. — Ты готов жертвовать собой ради других? — спросил Столетов дрожащим голосом, будто бы прямо сейчас готов был расплакаться. — А о чем ты, именно ты, мечтаешь? — Об этом же. Чтобы у всех все было хорошо. Чтобы Диана больше не мучалась, приглядывая за мной. — А лично для себя? Что бы ты хотел? — Новый год. Чтобы мы все собрались большой компанией, как это было, когда я был маленький. И я хочу увидеть, как все изменились. И сказать первый тост. Макс сжал челюсть настолько сильно, что, если прислушаться, можно было бы услышать, как скрипят зубы. — Значит это обязательно исполнится, — полушепотом произнес он. — Приблизить новый год я не могу, но в моих силах сделать кое-что другое — Почему ты помогаешь? — Марк нахмурился, перестав бегать пальцами по кнопкам телефона. — Потому что сегодня наступило. А сегодня день чудес. Ничего не бойся. Я обещаю тебе, что никто не погибнет. Пока угроза не будет устранена, эта игла останется целой. А как только я со всем разберусь, то мы обязательно сделаем так, что ты сможешь видеть и говорить. Ты этого достоин. Твоя бесконечная, местами наивная любовь к семье и людям вернула силы атланта созидания. Максим отошел от мальчика и повернулся к окну. Свет в его глазах вновь стал режущим. Отражаясь от капель слез на щеках парня, он в буквальном смысле играл радужными зайчиками на стенах столовой. — Сарданапал! — взвыл маг созидания так, что стены дома задрожали. Тот же миг перед ним оказался облаченный в золотые доспехи хранитель. Увидев, что парень находится в состоянии резонанса, предводитель богатырей преклонил перед ним колено. — Что-то случилось? — испуганно поинтересовался он, не поднимая глаз. — Да. Обьясню все в Элизиуме. А пока что приставь к этому дому шестерых богатырей. Никого не впускать и не выпускать, — скомандовал Демиург. — Будет сделано, — ответил Черномор. — Что ты собираешься делать? Я с тобой! — воскликнул Глеб. — Нет. — Максим повернулся к своему партнеру и передал ему иглу. — Там тебе делать нечего. — Что? Ты? Собрался? Делать? — настойчиво переспросил Волков. Его интуиция била тревогу. — Совершить величайший грех. Убить атланта, — коротко ответил Макс и исчез, перемещаясь в Элизиум, а за ним, даже не поднимаясь с колена, растворился и Черномор.