Что больше хочется?
2 ноября 2020 г., 23:20
У Цзинь Гуанъяо порой бывали странные просьбы, однако конкретно эта стала самой удивительной из всех. Сюэ Ян на секунду даже не поверил своим ушам, когда услышал ее.
— Спам-реклама клубов твоего отца, серьезно? — недоверчиво переспросил он. — Когда ты успел стать его маркетологом?
— Никогда, — безмятежно улыбаясь, ответил Цзинь Гуанъяо. — Просто реклама его клубов отвечает сейчас и некоторым моим интересам. В последнее время, как я заметил, работники нашей компании стали трудиться чуть хуже. Во всяком случае, те, что работают в офисе. Может, это из-за нервов — Не Минцзюэ слишком сильно на всех давит, так что неудивительно. А может, причина в недостаточном отдыхе. В любом случае, мне нужно как-то исправить это, пока рейтинг компании не начал падать. И заведения моего отца вполне могут справится с такой задачей. Они ведь одни из лучших в городе, и при этом открыты как для элиты, так и для обычных людей. Если нужно немного развеяться, то куда идти, если не туда? Конечно, прямо указать на них я не могу, а вот с помощью рекламы…
На этих словах в его орехово-карих глазах мелькнул огонек, который любой другой человек принял бы за простое служебное рвение. Однако Сюэ Ян слишком хорошо знал своего друга, чтобы так обмануться. И потому догадывался: энтузиазм Цзинь Гуанъяо, как и его воодушевление, были связаны с чем-то совершенно другим.
А когда Сюэ Ян ознакомился с этой рекламой, он еще больше укрепился в своих подозрениях. Цзинь Гуанъяо слишком уж заморочился с ней. Сумел подобрать по-настоящему завлекательные фото и придумать крайне интригующие сопроводительные фразы; все это неизбежно вызывало у читателя интерес и желание перейти по ссылке. Даже Сюэ Яну захотелось полюбопытствовать и заглянуть в один из таких клубов — судя по рекламе, отдых там должен быть что надо. Хотя он точно знал, что тут что-то нечисто! Цзинь Гуанъяо ненавидел своего отца, Цзинь Гуаншаня, и ненавидел столь сильно, что даже Сюэ Ян мог оказаться не способен на такую ненависть. Фамилию «Цзинь» друг сохранял только лишь из-за посмертного желания своей матери. И тут вдруг — такое одолжение? Пускай даже и косвенное? Притом, что работы у Цзинь Гуанъяо и так было завались! Он регулярно общался с газетными изданиями, курировал подготовку речей для прессы, водил дружбу с видеоблогерами, которые приходили оценивать рестораны и кафе Не Минцзюэ, а потом рассказывали своим подписчикам об уровне здешнего сервиса, о соблюдении санитарных норм, красоте оформления и тому подобном. Кроме них, он еще и каких-то специалистов напрягал: те делали то же самое, а затем писали свое уже экспертное мнение в специализированных, тематических журналах. Помимо этого, Цзинь Гуанъяо еще находил время, чтобы придумывать рекламные ролики. Причем умудрялся составлять их сценарий так, что те не казались очевидным пиар-ходом. То есть, само собой, их цель была ясна, однако она не выглядела навязчивой, и оттого не вызывала немедленного отторжения. При всем при этом Цзинь Гуанъяо успевал еще учиться в магистратуре по журналистике, и учиться как всегда блестяще. Еще и заводить в тамошней среде полезные знакомства — все для дальнейшего продвижения компании Не Минцзюэ, ну и для своих целей. Однако он все равно уставал, не мог не уставать, и тут вдруг выделил время для превосходнейшей рекламы развлекательных заведений своего отца? Человека, которого глубоко ненавидел? Да быть не может, Цзинь Гуанъяо несвойственны такие благородные душевные порывы.
Хотя это в любом случае не дело Сюэ Яна. Его не касались сложные отношения Цзинь Гуанъяо со своим отцом, и ему было глубоко плевать на тех простаков, что поведутся на рекламу и повалят в дорогие клубы. Их же никто не заставляет, верно? И в айти-отдел Сюэ Ян не входит — в компании Не Минцзюэ он всего лишь внештатный сотрудник, помощник Цзинь Гуанъяо. Защита сети от случайного спама не является его обязанностью, так что у мифической совести Сюэ Яна даже повода никакого нет его кусать. Поэтому он со спокойной душой согласился заразить локальную сеть офиса нужной программой, получив за это кругленькую сумму. Единственное только, нужный код Сюэ Ян решил писать не на своем компьютере, а на ноутбуке Цзинь Гуанъяо. Так в случае чего все вопросы будут задаваться непосредственно автору самой идеи, а Сюэ Ян останется чист. Ну или как минимум против него не будет явных улик, вроде наличия следов вирусной программы на домашнем компьютере. Цзинь Гуанъяо, конечно, убеждал его, что все пройдет гладко, но Сюэ Ян все равно счел разумным лишний раз перестраховаться. Предчувствие подсказывало ему — кажущееся пустяковым дело в итоге станет очень громким, а значит, следовало заранее побеспокоиться о себе и своей безопасности.
Сюэ Ян, которого попросили как можно серьезнее отнестись к поставленной задаче и сделать ее как никогда более надежно и качественно, занимался этой программой всю последнюю неделю сентября. Даже в воскресенье утром он еще продолжал вносить в нее последние коррективы. Отвлекся, только когда услышал громкий хлопок входной двери — это вернулся с прогулки А-Ин. «Рановато», — мысленно отметил Сюэ Ян, закрывая крышку ноутбука. Обычно свидания брата и Лань Ванцзи длились минимум полдня, а чаще и вовсе до глубокого вечера затягивались. Сейчас же не было и одиннадцати. В чем дело?
Вот бы они поругались. Сюэ Ян тогда даже что-нибудь благородное бесплатно сделает, лишь бы только богов задобрить — пусть они и дальше посылают ему такую удачу. Только на удачу пока и приходилось рассчитывать. Других возможностей добиться своего у Сюэ Ян пока не было. Он мог делать что угодно: ругаться, запрещать А-Ину видеться с этим «сухарем», пытаться их как-то рассорить или разлучить, может, даже подстеречь где-нибудь Лань Ванцзи, чтобы уговорить того свалить куда подальше. А в случае отказа пригрозить переломать все кости — к примеру. Но ничем из этого Сюэ Ян не смог бы повернуть ситуацию в нужную себе сторону. Скорее, он только безвозвратно бы ее испортил — ведь А-Ин, узнав обо всем, вряд ли такое поймет. Сюэ Ян не хотел предавать его доверие, как и ссориться с ним, вот и бездействовал. Во всяком случае, пока.
Хотя не сказать, чтобы Сюэ Ян совсем уж ничего не делал. В соответствии со своими прежними планами он весь этот месяц придирчиво изучал всю подноготную Лань Ванцзи, настойчиво желая найти у того хоть один серьезный недостаток. Сюэ Ян тогда прекратил бы выжидать и использовал бы этот факт в качестве оправдания своим действиям. Нужные сведения он в основном искал сам, но для лучшего результата обратился за помощью еще и к Цзинь Гуанъяо. И вдвоем они смогли разузнать почти все.
Лань Ванцзи учился в одном из престижнейших медицинских вузов, неизменно красуясь там на первых строчках рейтинга. Ни в каких преступлениях замечен не был, даже в малости от предписанных правил нигде не отступал, за девушками (да и за парнями) напропалую не ухлестывал. У него вообще еще ни с кем не было романтических отношений, как, в принципе, и приятельских. Из близких родственников у него был только старший брат, Лань Сичэнь, и дядя, Лань Цижэнь. Оба могли похвастаться прекрасной репутацией и достаточно приличной работой: первый зарабатывал на жизнь написанием картин, второй преподавал этику в одном из вузов. Имелись и кое-какие дальние родственники, но с ними Лань Ванцзи общался мало. Родителей не было — мать Лань Ванцзи умерла от болезни, когда ее детям было семь и десять лет соответственно, а отец скончался около пяти лет назад. По словам знавших их коллег и друзей, людьми они были порядочными, честными и благородными; и своих детей сумели воспитать должным образом. Таким образом выходило, что Лань Ванцзи, чтоб его, был чуть ли не идеалом во плоти: и сам хорош, и семья приличная, и вообще все замечательно. Однако Цзинь Гуанъяо, чьим связям и способностям можно было только позавидовать, копнул глубже и достал-таки чужое глубоко спрятанное грязное белье.
Одно время ходили слухи, что госпожа Лань не желала становиться таковой; что брак был ей навязан. И эта сплетня повторялась так часто, что стала почти фактом. А вот версии того, каким образом Цинхэн Цзюнь принудил ее к браку, существенно разнились. Самой популярной была такая: якобы господин Лань взял ее силой, а потом, чтобы скрыть последствия, заставил выйти за себя замуж. Так родился сначала один ребенок, а потом и второй — без любви, по принуждению. Этим же сплетники объясняли и преждевременную смерть госпожи Лань от болезни. Вернее, они утверждали, что на самом деле она покончила с собой. Неудивительно, при такой-то жизни. На людях, правда, она всегда выглядела веселой и вполне счастливой, но вдруг это было искусно отыгрываемое притворство? Тем более, что после ее смерти Цинхэн Цзюнь ушел в религию и полностью отстранился от дел своей семьи — подозрительно. Но такие злые шепотки были все же достаточно тихими: безупречная репутация семьи Лань подавляла их сама по себе. А с годами они и вовсе стихли, даже воспоминаний почти не осталось.
После смерти невестки Лань Цижэнь практически единолично занялся воспитанием своих племянников. Он установил для них множество правил, одними из которых были: «Распутство запрещено», «Насилие запрещено», «Благородный муж всегда должен держать свои мысли ясными, а сердце — холодным». И больше всего с такими правилами Лань Цижэнь наседал почему-то на младшего из своих племянников…
Впрочем, ни Сюэ Ян, ни Цзинь Гуанъяо, как ни старались, не смогли найти ни одного греха непосредственно самого Лань Ванцзи. Даже слухов, и тех не было. Человеку двадцать три года, а он даже улицу в неположенном месте еще ни разу не перешел! Может, семья его и хранила кое-какие неприглядные секреты, сам Лань Ванцзи оставался чист — то ли потому, что строгое воспитание сказалось, то ли просто характер сам по себе был такой. В любом случае, Сюэ Яну со скрипом, но пришлось признать его безопасность для А-Ина. Как и смириться с тем фактом, что повода для активных действий пока не было. Хотя от случая к случаю он все равно нет-нет, а задумывался: может, хотя бы в мелочи Лань Ванцзи напакостить? Сюэ Ян уже месяц держится, он на пределе!
А-Ин, как заметил пришедший на кухню Сюэ Ян, выглядел как-то не так. Его движения казались механическими, а взгляд — отстраненным, как если бы он сосредоточенно обдумывал какую-то сложнейшую задачу, уделяя ей все свое внимание в ущерб окружающему миру. Сюэ Ян не мог сходу припомнить, когда его брат был столь же погружен в свои мысли, как сейчас.
— Удивлен, что ты так рано, — небрежно начал Сюэ Ян, усаживаясь на диван. А-Ин в это время с почти тем же отрешенным видом налил себе воды в чашку и отпил глоток. — Скучно стало? И правильно, сколько можно развлекать этого молчуна. Пускай сам себя развлекает, а у тебя и другие дела найдутся.
А-Ин помотал головой.
— Нет, вовсе нет, просто… — он помолчал и вдруг спросил: — А где А-Юй?
— С Вэнь Нином гулять ушел, — пожал плечами Сюэ Ян. — В который раз уже. И что он только нашел в этом задохлике. Этот Вэнь Нин совсем как девчонка, такой же смазливый и такой же робкий. Глянь на него чуть строже — и сразу за юбку сестры прятаться побежит.
К слову говоря, упомянутый Вэнь Нин появился в жизни Сюаньюя относительно недавно — недели три назад. Младший брат сдружился с ним, когда практиковался разрисовывать людям лица. Вдоволь наобщавшись с этим робким «олененком» и за что-то его оценив, Сюаньюй теперь активно, но осторожно добивался уже романтических отношений. Причем в этом деле он оказался очень успешен: по итогам всего недельной осады хилая крепость уже готовилась сдаться на милость победителя. Сюэ Яна, конечно, раздражал выбор младшего, да и вообще вся эта ситуация раздражала, однако он не мог отрицать: умеренная напористость и уместная самостоятельность Сюаньюя были хороши. Младший брат был воспитан правильно, и в этом Сюэ Ян видел свою заслугу.
— Вэнь Нин милый, — возразил А-Ин. Сел рядом, все еще держа чашку с водой в руках, и продолжил: — Я мало с ним общался, нам чаще всего разные смены ставили. Но иногда пересекались, и впечатление он на меня произвел довольно приятное. Хороший парень, честный.
— И таких честных бояк в нашем городе чуть ли не каждый пятый, почему именно он, — скривил губы Сюэ Ян.
А-Ин усмехнулся, наконец-то отходя от своей странной задумчивости.
— Кстати, а откуда тебе известно, что Вэнь Нин боязлив, и что у него есть сестра, которая его защищает? Вам же негде было встретиться и пообщаться. В кафе ты приходишь только в мои смены, а мы с Вэнь Нином в разных. А сюда А-Юй его еще ни разу не приводил и подробно о его характере не рассказывал.
— Так шпионил я за ним, ясное дело, — сказал Сюэ Ян с видом человека, вынужденного объяснять очевидное. — Вы думали, я по делам Цзинь Гуанъяо из дома каждый раз ухожу? Как бы не так, я беру бинокль и шпионю за вашими друзьями. Цзян Ваньинь, к слову, со своими собаками в одной ванне купается. Поиздевайся над ним по этому поводу при случае.
— Я надеюсь, ты сейчас врешь? — недоверчиво прищурился А-Ин.
— Конечно, да. Мне не нужен бинокль, я хожу с камерой, у которой хороший зум. Заодно и фотографии отличные получаются, хочешь посмотреть?
— Пожалуй… нет, — хихикнул А-Ин. — Мне лучше не рисковать выводить тебя сейчас на чистую воду. Серьезно, я не хочу видеть такие фотографии, если они у тебя реально есть.
— Жаль, жаль, — протянул Сюэ Ян с ухмылкой, но тут же посерьезнел. — Так зачем тебе Сюаньюй?
А-Ин снова погрузился в непонятные раздумья. Покрутил чашку в руках и медленно произнес:
— Я хотел спросить, его сразу стали привлекать… ну, парни? Или он как-то постепенно к этому пришел? Ну, не знаю… проверял как-то? Как вообще можно точно это понять?
«Не знаю, может, взять и посмотреть?» — мрачно подумал Сюэ Ян. Вслух же он сказал иное:
— Для начала скажи-ка мне, братец Ин, откуда у тебя такие мысли? Раньше ты вполне себе спокойно за девушками ухлестывал, а сейчас вдруг на тебе.
А-Ин замялся.
— Ну… эм… недавно, так-то. Мы с Лань Чжанем сегодня в зоопарке были, кормили кроликов…
«Кроликов, серьезно? А других зверей в зоопарке уже нет? Хотя бы панды, и то лучше», — с раздражением подумал Сюэ Ян.
— …и эти кролики залезли мне на колени, еды просить. И я такой радостный глянул на Лань Чжаня, а он посмотрел на меня. И улыбнулся еще, так, как если бы общение со мной было для него самым большим удовольствием из всех. И я в этот момент подумал: черт возьми, если он всю жизнь будет так на меня смотреть, то я умру счастливым. Ну… это ведь уже не очень похоже на дружбу, да? Или еще нет? Я просто не знаю, вообще впервые с таким сталкиваюсь. Мне бы сейчас хоть совет какой… — А-Ин вздохнул и отхлебнул немного воды из кружки.
Сюэ Ян после этих слов пришел в еще более мрачное расположение духа. Похоже, мысленно резюмировал он, от Лань Ванцзи теперь уже не избавиться. Даже на удачу надеяться больше не стоило — какой смысл, если шанс слишком мал. Не сказать, чтобы он и раньше был таким уж большим... Очевидно же, что именно к этому все и шло: вспомнить только, как А-Ин вел себя в присутствии или даже хотя бы во время разговоров с Лань Ванцзи. Ничуть не лучше болтливого школьника, неловкого и влюбленного. Причина такого поведения была очевидна любому, кроме самого А-Ина и, быть может, Лань Ванцзи. Конечно, рано или поздно далеко не глупый брат тоже должен был все осознать, но, учитывая его невнимательность и избирательную недогадливость... Не факт, может, и нет. Так что у Сюэ Яна еще оставался шанс на благополучный исход. Вдруг все-таки повезет? Например, что между братом и этим молчуном успеет возникнуть какое-нибудь недопонимание, из-за которого они рассорятся и расстанутся. И что после такой ссоры А-Ин, не успевший привязаться к Лань Ванцзи по-настоящему, со временем спокойно забудет о нем. Но увы, судьба так и не побаловала Сюэ Яна подобной удачей. Сейчас же и вовсе было глупо даже надеяться на нее. А-Ин уже начал думать в этом направлении, а после окончательного осознания точно больше не сможет забыть о Лань Ванцзи. И остановить этот нежелательный процесс не получится. Все, он уже запущен, и дальше будет двигаться только вперед.
— Так ты поэтому сегодня так рано пришел? — более-менее спокойным тоном спросил Сюэ Ян. Ничто не выдавало его настоящих мыслей, но А-Ин все равно что-то почувствовал. И, виновато улыбнувшись, он постарался закончить разговор:
— Ну да, понял, что то и дело отвлекаюсь на свои мысли и постоянно зависаю, пялясь на Лань Чжаня. Боюсь даже представить, что он обо мне подумал. Вот я и поспешил попрощаться, чтобы не усугублять. Ладно, пойду-ка я поучу чего-нибудь, завтра практика важная, надо быть в форме.
А-Ин начал было вставать, но Сюэ Ян, быстро ухватив брата за плечо, резко потянул его вниз.
— Братец Ин, это самая никудышная отмазка из всех возможных, — укоризненно сказал он, когда А-Ин снова плюхнулся рядом. — Неужели у тебя закончилась фантазия? Почему бы не сказать, например, что собираешься залезть в интернет и поискать там бесплатные консультации психологов-геев? Согласись, они кажутся весьма компетентными специалистами в этом вопросе, так что повод уйти от разговора получается более чем убедительным. А учебой при наличии такой каши в голове, какая сейчас варится у тебя, даже отличники заниматься не захотели бы. И ты ждешь, что я поверю в такую чушь? Ну, в одном ты точно не соврал — форму тебе восстановить надо.
— Ладно-ладно, подловил, — А-Ин с кажущейся беспечной улыбкой поднял руки вверх. — Я соврал. На самом деле я собирался почитать в интернете какие-нибудь любовные романы с более-менее подходящим сюжетом. Кто знает, вдруг там найдутся дельные советы? Но я постеснялся сказать об этом, вот и оправдался учебой.
— А вот это уже лучше, — одобрил Сюэ Ян. — Хотя про стеснительность говорить все же не стоило. Никто ведь не поверит, что она у тебя есть, поэтому и сама версия в итоге выглядит сомнительной.
А-Ин хмыкнул, допил воду и поставил чашку на подлокотник дивана.
— Тебе не угодишь, Ян. Ладно, если серьезно, то не нужны мне никакие психологи. Сам разберусь. Голова-то моя, вот и ответы найти там под силу только мне, другие не справятся. Денек подумаю, и нормально все будет.
Сюэ Ян дернул щекой. Похоже, ему все-таки придется переступить через свою ревность и помочь брату — брату, а не Лань Ванцзи. А-Ин ведь неизвестно, до чего еще сам додумается, вдруг начнет самокопанием и самобичеванием заниматься по типу: «Я какой-то ненормальный, а вот с Лань Ванцзи все в порядке, он такой идеальный, что я его не стою». С А-Ина станется. Хотя это именно Лань Ванцзи незнамо как повезло, что А-Ин вообще захотел посмотреть в его сторону. А уж о желании вступить в столь близкие отношения и говорить нечего. Так что брата надо было вразумлять, и чем скорее, тем лучше.
Безусловно, последнее, чего хотелось бы Сюэ Яну — это самолично подталкивать старшего брата к Лань Ванцзи. Будь его воля, А-Ин виделся бы с этим человеком от силы раз в неделю, и то не дольше пары минут. А лучше бы и вовсе не виделся; не звонил, номер удалил и вообще забыл об этом сухом педанте с извечно безразличным выражением лица. И вернул все свое внимание семье. Но Сюэ Ян всегда был реалистом. И потому ясно видел, что такие желания уже не получится осуществить безболезненно для брата; расставшись по какой-то причине с Лань Ванцзи, А-Ин в любом случае тяжело это перенесет. Это правда, и Сюэ Ян не собирался от нее бегать. Нет, он примет ситуацию, как она есть. И сделает так, как лучше для брата. Не сказать, чтобы вся эта ситуация его не злила... На самом деле, чертовски злила! Настолько, что мысленно он пообещал себе обязательно сделать хотя бы одну гадость Лань Ванцзи. Сюэ Ян, вообще-то, не железный, его кипящий котел с едкой злостью внутри когда-нибудь и взорваться может! Надо хоть немного выпускать пар, чтобы не наделать глупостей. Да и вознаградить себя, в конце концов, тоже надо! А Лань Ванцзи все равно ему теперь по гроб жизни обязан будет, вот пусть и расплачивается.
— Будь все настолько просто, братец Ин, и психотерапевты давно бы уже перестали плодится. А последние оставшиеся оказались бы на улице с последним куском хлеба в руках, — как можно равнодушнее сказал Сюэ Ян. — Нечего геройствовать, всем нам когда-нибудь становится нужен мозгоправ. Я не он, но кое-какой совет дать могу. Для этого ответь-ка мне сначала вот на какой вопрос: ты можешь представить, как отдаешь Лань Ванцзи другому или другой, а сам уходишь в сторону?
— Нет! — А-Ин не раздумывал над ответом ни секунды. И сам удивился своей столь быстрой реакции — судя по чуть растерявшемуся взгляду.
— Ну вот, — с тем же видимым спокойствием продолжил Сюэ Ян. — Раз так, смело забирай его себе и руби руки всем, кто только попробует отобрать. Как именно распорядиться взятым, разберешься уже по ходу дела. Будет удобней дружить — дружи, если охотней целовать — целуй. Не захочет целоваться, он, мол, «не такой» — ничего страшного, всего-то и надо, что уговорить. Было бы время и желание, а так переубедить можно любого. И плевать на все эти вопросы ориентации, нечего в них разбираться и путаться. Будет еще кто указывать, как поступать со своим человеком.
— Хм-м, — А-Ин в задумчивости потер подбородок. А потом просиял. — А так и правда намного проще, спасибо!
— Не обращайся ко мне с этим больше, — предупредил Сюэ Ян с дружелюбной улыбкой. — И кстати, с тебя еще торт за сеанс психоанализа. С пирожными.
А-Ин, счастливо расхохотавшись, пообещал все сделать в лучшем виде и убежал к себе.
***
К следующему утру злость Сюэ Яна на жизнь вообще и Лань Ванцзи в частности, что не удивительно, нисколько не уменьшилась. Скорее, только усилилась. Еще бы, он же не давал ей выхода! Сорваться на Лань Ванцзи прямо сейчас он не мог, чуть позже тоже, и даже через неделю не получилось бы. Хуже того, даже идей для более-менее достойной мести пока не было. Нет, на самом деле вариантов было много, но все они привели бы к крупной ссоре с братом. Значит, следовало думать еще. В то время как Сюэ Яну хотелось уже не думать, а просто бить.
Таким образом в понедельник, заявившись в универ ни свет ни заря, Сюэ Ян был сильно не в духе. Он только и искал повода на ком-нибудь отыграться: раз уж на Лань Ванцзи пока было нельзя, то надо просто найти того, на ком можно! Вот только жертва все никак не находилась. Одногруппники, верно оценив ожесточившееся выражение его лица, старались держаться от него подальше, преподаватели избегали обращаться к нему с вопросами, и даже по пути из кабинета в кабинет ни одного дерзкого идиота ему не встретилось. И тогда еще более мрачный Сюэ Ян сразу после завершения занятий привычно направился в преподавательскую кафедры экологии.
Да, уже привычно. Благодаря Сяо Синчэню. Не сказать, чтобы Сюэ Ян совсем никак не способствовал такому стечению обстоятельств… он это начал, но Сяо Синчэнь очень уж активно продолжил. Себе на беду — к слову. Вообще, почти все то время, что Сюэ Ян общался с ним, он задавался вопросом — как этот простодушный человек вообще дожил до своих лет?
Втереться к нему в доверие оказалось до смешного легко. Сюэ Ян всего-то и сделал, что изобразил прилежного студента: исправно готовил домашку, то и дело вызывался отвечать, от случая к случаю просил о дополнительных заданиях, ну и шутил еще к месту. Две недели в таком режиме, и вот он уже безоговорочный любимчик Сяо Синчэня. Настолько просто, что даже неинтересно.
Затем пришла пора использовать наработанную репутацию. После третьего практического занятия Сюэ Ян, невинно улыбаясь, подошел к Сяо Синчэню с просьбой почитать кое-какие редкие книги по экологии. Разумеется, интересовали его именно те, что нельзя было найти в библиотеке, да и в интернете тоже. Во всяком случае, бесплатно и не прибегая к «воровству» с неофициальных сайтов. И какие молодому преподавателю и самому были нужны для наилучшей подготовки к занятиям и лекциям. Сяо Синчэнь к преподаванию относился очень серьезно и, прежде чем идти рассказывать что-либо другим, много читал сам и даже перечитывал для верности. Так что отдать эти книги Сюэ Яну, даже на время, он никак не мог. Оставался лишь вариант позволить Сюэ Яну почитать их где-нибудь в университете, но где? Податься-то пытливому студенту было особо некуда. Свободных кабинетов на кафедре почти никогда не было, везде велись занятия, а лавочки в коридорах не в счет, там неудобно — во всяком случае, наглому Сюэ Яну неудобно. Шумно, дескать, и люди то и дело мимо ходят — отвлекает!
Столкнувшись с такой дилеммой, неопытный Сяо Синчэнь немного растерялся. Но тут ему с еще более невинной улыбкой предложили «идеальное» решение: как насчет того, чтобы пустить Сюэ Яна в преподавательскую? Идеальный ведь читальный зал, разве нет?
Любой другой на месте Сяо Синчэня ни за что бы не пустил за свой рабочий стол какого-то полузнакомого наглеца. Естественно, там ведь, помимо учебной литературы, еще и некоторые личные вещи хранятся! Так что Сяо Синчэню стоило если не отказать, то хотя бы напомнить о существовании фотокамер в тех же телефонах — и что любую книгу или статью можно было просто перефотографировать. Не всегда быстро, но зато полностью бесплатно. Ну и что, что читать в таком виде будет неудобно, и что зрение так легко можно испортить. Не преподавателя проблемы. Пусть студент еще скажет спасибо, что ему хоть сфотографировать позволили, а не послали в магазин.
Сяо Синчэнь, по прикидкам Сюэ Яна, тоже мог отказать. Но даже если и так, молодой преподаватель экологии при этом все равно должен был почувствовать себя плохо. Как же, оставил своего любимчика без помощи, и это при всем-то своем отзывчивом характере и желании позаботиться обо всех подряд! Наверняка это станет болезненным ударом по его совести — мелочь, конечно, но для начала сойдет. Однако он все же недооценил Сяо Синчэня. Кроткий и, казалось бы, простоватый человек пошел до конца в своем желании помогать любознательным студентам приобретать нужные знания. Так что на предложение Сюэ Яна он согласился почти сразу. Еще и обрадовался такой идее, признав ее наиболее удачным выходом из ситуации. А потом проявил недюженную твердость в общении со своими коллегами, которых, мягко говоря, не обрадовало такое его решение. Тем не менее, Сяо Синчэнь продолжил отстаивать свою позицию, приведя множество аргументов в пользу того, что Сюэ Яна можно пустить в преподавательскую.
«Ну просто сказочный идиот, — думал Сюэ Ян, когда подслушивал чужой разговор на повышенных тонах. — Из-за какого-то подлизы-студента ссориться с коллегами? Идиотизм». Тем более, что другие преподаватели прямо указывали Сяо Синчэню, что младшему из близнецов Сюэ Вэй верить нельзя! Старшему — пожалуйста, его бы пустили, поворчали бы только, а вот Сюэ Яна стоило держать от себя на расстоянии пушечного выстрела, не меньше. А Сяо Синчэнь будто не слышал, знай себе твердил: «Я своими глазами то, о чем вы говорите, не видел, а к слухам-то у меня как раз и нет доверия». Казалось, ничто не могло заставить его проявить подозрительность и задаться вопросом, с какой целью Сюэ Ян на самом деле мог проситься за его стол. И не специально ли он выбрал именно те книги, какие молодой преподаватель точно не смог бы временно дать ему на дом.
«Эх, Сяо Синчэнь, Сяо Синчэнь, — Сюэ Ян только головой качал, когда думал об этом. — Такое простодушие тебя рано или поздно погубит. Странно, что еще не погубило».
Преподаватели сошлись на том, что Сюэ Ян будет приходить в их общий кабинет лишь в те часы, когда там будет находиться кто-то еще. Надо же проследить за порядком, а то мало ли. Лучше, конечно, если таким смотрителем будет сам Сяо Синчэнь, но, понятно, он не всегда мог это сделать. У него ведь было не так уж и много «окон» между парами. За неделю набиралось от силы два или три — маловато. Тем более, что стоило учитывать расписание самого Сюэ Яна. Таким образом, приходилось напрягать других «надзирателей», и не сказать, чтобы эта лишняя обязанность кого-то обрадовала. Так что своей цели Сюэ Ян вроде как добился — благодаря его деятельности парочка проблем у Сяо Синчэня появилась. Правда, сам молодой преподаватель экологии их будто не видел.
Сяо Синчэнь, к удивлению Сюэ Яна, после того разговора сохранил свой «небожительский» вид, как будто натянувшиеся отношения с коллегами ничуть его не обеспокоили. А они с каждым днем натягивались всё только сильней. «Недальновидный ты человек, Сяо Синчэнь, — мысленно комментировал это Сюэ Ян. — Вроде не глупый, а такой идиот. Неужели ты и правда не видишь, к чему может привести твоя доброта?».
Самому-то Сюэ Яну что. Сидит себе в чужом кресле с книгой в руках и мило улыбается разным преподавателям. А они в это время то и дело оглядываются на известного хулигана, держатся настороже и вообще неплохо так нервничают. И, разумеется, постепенно наполняются злостью. Хотя бы за то, что их лишили нормального отдыха!
Вообще, будет преувеличением сказать, что Сюэ Ян целиком и полностью спланировал эту ситуацию. Столь далеко идущие интриги не его конек; так что своей просьбой о допуске в преподавательскую он, скорее, лишь сделал пробный выстрел, а в остальном положился на случай и свое умение действовать по ситуации. Поэтому в том, что Сяо Синчэнь медленно, но верно начал оказываться в конфронтации со своими коллегами, заслуги Сюэ Яна почти не было. Сяо Синчэнь сам постарался, копая себе яму. Однако Сюэ Ян быстро сориентировался и выжал из этой ситуации максимум.
Он раз пять «случайно» уронил стаканчик с кофе на чьи-то важные документы — причем выбирал именно те, что частично были написаны от руки. Фальшиво и очень раздражающе мурлыкал себе под нос какой-то попсовый мотив, крутился на условно-своем кресле, издавая как можно более скрипучий звук, резко вставал, заставляя своего «надзирателя» вздрогнуть от неожиданности, а затем с невиннейшей улыбкой делал зарядку. И так по десять раз за час. Его просто невозможно было терпеть, но и выгонять, вроде как, не за что. Во всяком случае, Сяо Синчэнь такие причины весомыми не считал и продолжал стоять на стороне Сюэ Яна. «Сам себя в могилу загоняет», — думал Сюэ Ян уже с какой-то жалостью. Любому ведь уже должно было стать ясно, что «прилежный студент» на самом деле почти неприкрыто подставляет своего благодетеля. Специально действует людям на нервы, специально использует для этого такие методы, за которые его нельзя будет сразу же повести к декану. Все всё понимали, и только Сяо Синчэнь продолжал оправдывать. Серьезно, давно пора уже было выставить такого невоспитанного студента вон, пнув еще пару раз для ускорения, а Сяо Синчэнь ограничивался одними лишь словесными нравоучениями, мягко рассказывая о правилах поведения в обществе. «Я понимаю, воспитание чужими людьми неизбежно приводит к некоторым пробелам в знаниях о мире, — говорил он, и голос его звучал невыразимо мягко и немного неуверенно — Сяо Синчэнь, очевидно, боялся поднимать тему потери Сюэ Яном родителей. Но продолжал, потому что считал важным обозначить проблему. — Ничего страшного, если приобретать их приходится уже во взрослом возрасте. Я ведь преподаватель, и мой долг — помочь тебе приобретать знания, в том числе и такие». Как ни странно, но такая покровительственная позиция и такие нравоучения уже почти не раздражали Сюэ Яна. Хотя в первый день именно желание Сяо Синчэня учить кого-то жить и вывело его из себя! «Как на таких идиотов злиться, он же все равно, что калека, — нашел этому объяснение Сюэ Ян. — Я-то думал, он задавака, считающий свое однобокое мнение единственно верным и поучающий всех подряд. А оказалось, он просто благородный идиот. Что с него взять?».
Хотя стоило еще признать: Сюэ Яну нравилось видеть, как кто-то продолжает оставаться на его стороне, несмотря на все его выходки. Обычно такое терпение было только у его братьев, и то не всегда. И забота, с которой Сяо Синчэнь, к примеру, не забывал принести ему обед из столовой — даже без просьбы! — тоже нравилась. Вроде с чего бы — Сюэ Ян более чем самостоятельный человек, какое ему дело до таких подачек? Как будто они могли заставить его смягчиться. Однако такое неподдельное внимание по отношению к себе все равно было приятно. Похоже, получать удовольствие от подобного было заложено в самой человеческой природе; вот и у Сюэ Яна поневоле возникли такие чувства. В любом случае, он потихоньку, незаметно для себя, но все же начал смотреть на Сяо Синчэня уже чуть благосклонней. Да и в принципе, если разобраться, стоило ли так уж злиться на этого благородного дурака? Сяо Синчэнь ведь ничего ему не сделал. Да, он бесил, но на этом все. В мире полно раздражающих людей, и что же теперь, всех калечить, что ли? Вообще, Сюэ Ян обычно считал, что да: не просто же так они вызвали у него раздражение, значит, были у них какие-то «шероховатые» черты, которые стоило сломать. То же высокомерие, к примеру. Но Сяо Синчэнь? Этого блаженного идиота уже любимая им природа хорошенько обидела, обделив умом и благоразумием, куда уж Сюэ Яну еще добавлять. Ладно хоть, внешность красивую подарила, а то совсем бы нечестно получилось. А Сун Ланю можно отомстить и по-другому, необязательно использовать для этого его простоватого друга. Например, как насчет парочки жалоб, направленных в департамент образования? Деканом программистов многие недовольны, надо только добавить этим недовольным храбрости и мотивации… Ох, сколько времени Сун Лань потом потратит, от всего этого отписываясь! Как поумерит свое высокомерие, оправдываясь перед начальством! Определенно, поступить так будет гораздо лучше.
В соответствии с подобными соображениями Сюэ Ян в последнюю неделю сентября стал вести себя уже чуть потише. Такому нетипичному благодушию способствовала еще и занятость: он постоянно раздумывал над заданием Цзинь Гуанъяо и не хотел отвлекаться на всякие мелочи. Да, он все еще не отказывал себе в удовольствии посидеть часок-другой в кресле Сяо Синчэня, но хотя бы больше не действовал на нервы преподавателям. То есть, специально не действовал. Однако запущенный им механизм уже нельзя было так просто остановить.
— А вы не идете домой, учитель Сяо? — спросил он в пятницу, когда сам уже собирался уходить. Время было около шести вечера, относительно поздно. Сюэ Ян даже пожалел, что задержался так надолго — его ведь дома еще дела ждали, в том числе недоделанная вирусная программа. Однако Сюэ Ян неожиданно для себя совсем потерял счет времени, пока подшучивал над простоватым Сяо Синчэнем. Тот спокойно относился к такой фамильярности, скорее даже, поддерживал ее, и Сюэ Ян увлекся.
Молодой преподаватель мягко улыбнулся. Оглянулся на свой рабочий стол, заваленный необычно большим количеством бумаг, и покачал головой.
— Я задержусь, у меня… — он вздохнул. — Работа осталась. Коллеги попросили помочь с документами. Сейчас ведь месяц закрывается, и подводятся промежуточные итоги. Я свое уже сдал, вот ко мне и обратились, как к единственному более-менее свободному человеку. Разумеется, я пообещал помочь. После того, как они согласились пойти навстречу моей просьбе, с моей стороны было бы просто недостойно отказывать им. Только вот я не успел управиться со всем за три дня. Поэтому и доделываю сегодня. Ничего, последний срок сдачи в понедельник. Еще успею.
«Чушь собачья, — нахмурился Сюэ Ян. — Одно дело со мной пару часов посидеть, и совсем другое сутками напролет отчетной писаниной заниматься. Кое-кто обнаглел».
Вообще, чего-то подобного и стоило ожидать. Сюэ Ян ведь заранее знал, чем для Сяо Синчэня может обернуться неприязненное отношение со стороны коллег. И догадывался, что накидывание ими лишней работы на нового преподавателя, устроившего всем вынужденные посиделки с хулиганом, это еще цветочки. Сяо Синчэнь уже показал свою слабость, пойдя на уступки, и скоро о его доброту только ленивый не будет ноги вытирать. Какой же он все-таки дурак, не приспособленный к жизни дурак.
— Почему бы прямо так им и не сказать? — с кривой улыбкой спросил Сюэ Ян, на мгновение показав небольшие клычки. — Дескать, так и так, вы попросили меня слишком о многом. Я, как ни старался, не успел за четыре дня сделать то, что вы должны были делать месяц. Да еще и за всех сразу. В следующий раз просите о помощи молодого господина Сюэ, это ведь ему оказывалась услуга, он читал здесь книги. Не сомневайтесь, учитель Сяо, я возьму на себя ответственность и напишу лучшие отчеты, ну или что там надо. Ректору и завкафедрой моя работа так понравится, что они еще с десяток таких документов попросят. А то и каждый день захотят их видеть.
Сяо Синчэнь улыбнулся, приняв его слова за удачную шутку. Хотя Сюэ Ян почти не шутил.
— Долги моих коллег на самом деле не такие уж и большие. Часа два-три, и я все доделаю.
Сюэ Ян оценил завал из документов на столе, усомнился в таких словах, но в итоге махнул рукой. Что ему за дело, в конце концов? Пусть он и начал относиться к Сяо Синчэню чуть лучше, брать молодого преподавателя под полную опеку все же не собирался. Пускай сам о себе заботиться, не маленький уже. Да и вообще — сам виноват. Никто ведь не заставлял его идти на конфликт с другими преподавателями; подтолкнули, да, но решение он принял сам. Хотя должен был понимать, чем такое грозило новому человеку в коллективе. Не глупый ведь человек. Так что — сам напросился, сам теперь пусть и разгребает последствия.
Так Сюэ Ян думал, и считал себя абсолютно правым. Однако после выходных, после разговора с А-Ином, в ходе которого пришлось подталкивать брата к сближению с Лань Ванцзи, абсолютно правому Сюэ Яну было почти все равно, на ком срываться. Так почему бы не на обидчиках Сяо Синчэня? Таким образом можно было и благородное дело сделать (и заслужить-таки милость богов, а то вдруг еще не поздно для удачи) и пар выпустить. Самого Сяо Синчэня он в качестве жертвы уже не рассматривал: злости к нему почти не осталось. Поэтому так уж и быть, поможет Сюэ Ян этому дуралею. Раз уж все так сложилось.
В преподавательской не оказалось никого, кроме заметно расстроенного Сяо Синчэня. Тот с чуть сгорбленной спиной одиноко сидел за своим столом; и, пусть лицо его казалось спокойным, в глазах явно была печаль. Ну ясно. Напакостили уже с чем-то. Как же удачно Сюэ Ян сюда все-таки зашел.
— У меня на компьютере папка с файлами была, — со вздохом сообщил Сяо Синчэнь после настойчивых расспросов. — Документы для экологической организации, я с начала лета их готовил. Материалы, отчеты, исследования… все было в ней. Дома она тоже есть, но там ничего не разобрано, да и правок, которые я в сентябре вносил, нет. Все было здесь, но… — он снова вздохнул. — У моего коллеги сломался компьютер, и он занял ненадолго мой. Пока техников ждал. Ну и… удалил кое-что, случайно.
— Даже из корзины? — Сюэ Ян недобро сверкнул глазами.
— Ну да, он же должен был удалить те документы, над которыми работал сам. Это ведь личное. Заодно и пару моих папок случайно удалил, по незнанию и неосторожности.
— А техники-то пришли? Починили компьютер? — Сюэ Ян улыбнулся со всей безобидностью, на какую только был способен.
Сяо Синчэнь невольно глянул в сторону рабочего стола, на котором располагался тот самый, недавно поломанный, компьютер. Сюэ Ян проследил за чужим взглядом и едва заметно усмехнулся. Владелец этого стола был Сюэ Яну отлично известен — конечно, после стольких-то проведенных здесь часов. Отлично, с жертвой определились. Наконец-то.
— Да, с ним теперь все в порядке, — ответил Сяо Синчэнь, отворачиваясь от чужого стола и снова сосредотачивая все свое внимание на Сюэ Яне.
— Ну вот и хорошо, — произнес тот, сохраняя дружелюбную улыбку на лице. — И не переживайте из-за удаленной папки, учитель Сяо. Вы ведь еще помните, на каком факультете я учусь? Для меня восстановить файлы проще, чем какому-то умнику удалить.
Сюэ Ян и правда довольно быстро справился со своей задачей. Так что очень скоро Сяо Синчэнь вернул себе вид счастливого небожителя, не знающего забот. «Пожалуй, ему такое идет больше, — отметил Сюэ Ян про себя. — Хотя какая мне разница».
Хотя на самом деле польза вышла прямая. Успокоившийся Сяо Синчэнь снова занялся своим привычным делом — заботой обо всех подряд, и в первую очередь он уделил свое внимание Сюэ Яну. Заметил, что тот сегодня какой-то «не такой», и заботливо предложил помощь. Вот же странный человек: у самого все идет наперекосяк, на секунду только улучшилось, а он знай о других думает. Сюэ Ян не преминул подшутить над молодым преподавателем и сам не заметил, как по мере их общения ожесточенная злость в нем понемногу начала утихать. Удивительно, но факт. Так что домой он в итоге возвращался уже в относительно спокойном состоянии; по крайней мере, без риска взорваться от случайной искры. А компания А-Ина, который хотя бы сегодня не названивал своему Лань Ванцзи, сбавила раздражение почти до нуля.
Благодаря такому спокойствию разработка плана, как и подготовка к его выполнению, много времени не заняла. И к вечеру того же дня все уже было готово. А утром следующего Сюэ Ян выловил одного своего знакомого, можно даже сказать, коллегу — почти такого же хулигана, как и он сам — и с ухмылкой предложил ему поразвлечься.
— Дело такое. Есть один препод, которого надо знатно позлить. Ты со мной? — спросил Сюэ Ян, сверкая злым весельем в глазах.
Крепкий парень с пирсингом в нижней губе и татуировкой на шее коротко кивнул.
— Ессно, я в деле. Ты ж знаешь, я за любой движ, кроме воздержания. Кого троллим?
— Учитель Ван с кафедры экологии, — Сюэ Ян полез в карман и достал оттуда миниатюрный проигрыватель. — У вашей группы ведь он ведет? И завтра у вас как раз стоит пара. Спрячь-ка это в вашем кабинете, да так, чтобы никто не нашел. Звук тихий и простейший, но доставать будет так, что препод по-любому скажет искать источник. Сделаешь все как надо, и свое занятие сорвешь, и следующим группам поможешь.
«Коллега» Сюэ Яна с понимающей усмешкой потянулся было к проигрывателю, но забрать не смог: Сюэ Ян вдруг задержал тот в своей руке.
— И скажу сразу, чтоб потом без недоразумений, — похолодевшим тоном сказал он. — Если эта или любая другая вещичка сорвет занятия учителя Сяо, то я найду всех причастных к этому делу шутников и набью их уши землей. Да так, что слышать они потом нескоро смогут. Это ясно?
— Я что, похож на идиота? — хмыкнул татуированный. — Все знают, что на него уже ты нацелился. Никто не тронет, будь уверен.
Сюэ Ян приподнял бровь. Знают, значит? Вот и отлично. Сяо Синчэнь, возможно, на какое-то время станет Сюэ Яну чем-то вроде успокоительного — вчера его компания пришлась очень кстати. Сюэ Ян даже не ожидал, что так расслабится в присутствии этого заботливого человека. Приятный вышел сюрприз. Очень полезная находка, особенно с учетом всех обстоятельств, так что пусть Сяо Синчэнь пока не отвлекается от этой задачи. Тем более на такую ерунду, как срыв занятий.
А Сюэ Ян тем временем сосредоточится на своих планах. В первую очередь, на маленьком и приятном терроре одного преподавателя, который чересчур уж небрежно относится к чужим файлам и чужой работе. Сдается Сюэ Яну, файлы самого учителя Ван теперь начнут теряться с завидной регулярностью. А печатные документы и вовсе ждет несчастливый рок: пролитая чашка с кофе станет наименьшим, с чем им предстоит столкнуться. Как насчет сквозняка, который «случайно» выкинет их в окно, прямо под дождь?
Сюэ Ян мрачно усмехнулся. Этот человек сам виноват, что попался ему под горячую руку. Никто же не заставлял его быть таким козлом.
