Механик, трикстер и два солдата

— Джарвис, запусти режим быстрой эвакуации. Система управления повреждена. Марк будет заблокирован. — Но, сэр, осмелюсь доложить, что в данный момент вы находитесь на шесть футов под землей. — Всего-то? Не глубоко, я откопаюсь. — Хочу заметить, что плотность данного вида грунта составляет двести унций на… — Джарвис, ты что, тоже хочешь меня вывести из себя? Меня здесь хоть кто-нибудь слушает? — Я всегда внимательно вас слушаю, сэр. Но без специального оборудования при данной плотности глинисто-песчаных пород вероятность откопаться самостоятельно составляет двадцать четыре с половиной процента. — Этого достаточно. Открывай Марк! — Не могу, сэр. В моих протоколах прописано не выполнять команды с риском летальности выше семидесяти пяти процентов. — Это кто составлял такие всратые протоколы?! Ах, да… Ладно, забей! Там превышение всего-то на полпроцента. Открывай чертов Марк! — Должен возразить, сэр. Поскольку я не человек, понятие «всего-то» никак не применимо к моим протоколам и забить на них я не могу. — И что мне теперь прикажешь делать? — Рекомендую вам расслабиться и ожидать помощи. Сигнал уже отправлен на базу Мстителей. — Но я тут задохнусь! — Марк в состоянии обеспечить вас кислородом на восемь часов. — А если помощь не придет?! — Тогда я открою Марк. — Да что ты говоришь! — Без кислорода вы умрете с вероятность сто процентов, поэтому первоначальный протокол будет аннулирован. — Вот какой идиот тебя программировал?! — Подозреваю, это был риторический вопрос? — Да! Проклятие… и что мне тут делать целых восемь часов? — Могу включить расслабляющую музыку. Может, что-то из классики: Моцарт, Чайковский? — Проклятый кэп! — В моей базе нет такого исполнителя. Предлагаю вальс №7 Фредерика Шопена… — Я говорю, что это Роджерс виноват в том, что я сейчас по уши в дерьме. Он и его безграничное непроходимое ослиное упрямство! — Капитан Роджерс виноват в том, что вы оказались под землей? Разве он принимал участие в этой миссии? — Нет, не принимал… черт, это долгая история. — А мы, сэр, никуда не спешим. — Да что б тебя, Джарвис! Открой Марк, кому говорю! Сейчас же!

***

Двумя днями ранее — Тони, мне нужно у тебя кое-что спросить. Ты не очень занят? — А-а, что? На самом деле Тони был занят. По меньшей мере трое суток он ни с кем не разговаривал, кроме Джарвиса, и не отдыхал, не считая физиологических потребностей, включая перерывы на кофе и сон. Любой другой человек на его месте, исключительно из вежливости, ответил бы: «ну что ты, дружище, для тебя я всегда могу найти минутку», но Тони не был любым человеком, он был Тони Старком, поэтому, увидев на пороге мнущегося в нерешительности Стива, лишь равнодушно махнул рукой: — Давай завтра. Сегодня полный завал. — Ты мне вчера ответил то же самое, — сдвинул брови Стив, — и позавчера. — Правда? — равнодушно пожал плечами Тони и почти лег под полуразобранный корпус нового Марка, что висел на двух кронштейнах прямо посреди мастерской. Нерасторопный Дубина подкатил ближе и подал ему разводной ключ. — Не припомню. На днях много кто приходил. Представляешь, Наташа… — Тони, — настойчиво прервал его Стив, — это ведь важно. — Вот я и говорю, — не моргнув глазом, улыбнулся Тони. — Важное надо решать на свежую голову, а моя, как видишь, дохрена занятая. Дубина, ты опять перепутал размер ключа. Я же тебе несколько раз повторил — пятый! — Тони, прошу тебя. Я не уйду, пока ты меня не выслушаешь. — Ага-ага. — Я серьезно. Останусь здесь, прямо на диване, смотреть, как ты… ковыряешься в железе. И чтобы показать, что его угрозы не были пустыми, Стив демонстративно сел на кушетку, с трудом устроившись между коробками от китайской лапши и сваленными в кучу грязными рубашками. — Ты раздавил сладкую парочку. — Что? — Ты сел задницей на шоколадку, кэп, — продолжая орудовать ключом, захихикал Тони. Стив тут же ощутил, что что-то не так, и вскочил на ноги. — О, это отвратительно! — размазывая по заднему карману штанов растаявший шоколад, Стив сердито посмотрел на Тони. — Ты как сви…. ты такой неаккуратный! — Джарвис проводит тебя до прачечной, — весело ответил Тони. — Можешь заодно прихватить мой грязный шмот. — Мистер Роджерс, — подал голос искин, — прачечная находится на тридцать втором… — Я знаю, где у нас прачечная, в отличие от того, кто построил это здание. Тони промолчал, и Стив сложил руки на груди, продолжая упрямо стоять на своем. — Пока ты меня не выслушаешь, я никуда не пойду. — Ладно, ладно, — наконец сдался Тони. — Я весь превратился в слух. Говори, только не затягивай. Я с утра еще не пил свой третий кофе. — Ну… Однако вместо того, чтобы начать, Стив вдруг растерялся, словно не ожидал, что ему так скоро позволят высказаться. Он почесал переносицу и нервно кашлянул, прочищая горло. — Не могу говорить, когда ты даже не смотришь в мою сторону. Тони мученически закатил глаза и, не меняя позы, повернулся к Стиву. — Ну? — Тони… ты… пойдешь со мной на свидание? — на одном дыхании выпалил Стив. — Извини, — усмехнулся Тони, продолжая как ни в чем не бывало разбирать внутренности Марка. — Найди себе для двойных свиданий кого-нибудь другого. Не сомневаюсь, что твои подружки чудо как хороши, но у меня нет времени на… — Ты не понял, — замотал головой Стив. — Нет никаких подружек. В смысле… я приглашаю тебя на свидание. Только ты и я. В мастерской раздался громкий треск, и костюм опасно накренился влево. — Тони! Стив бросился к нему поддержать доспех, чтобы тот окончательно не рухнул всей своей массой на Старка. — Господи, ты сильно ударился? Головой? Ты в порядке? — Нет, — придя в себя, Тони отпихнул Стива в сторону и быстро встал на ноги, боясь, что после такого они его не удержат. — Это не я ударился, — продолжил он, потирая ушибленный затылок. — Это ты нехило так башкой приложился. Ты что, всерьез подкатываешь ко мне? — Ты сказал, что бисексуал… — не зная, что на это ответить, пробормотал Стив. — И на этом основании я должен идти с тобой на… черт, это даже произнести смешно… на свидание? К счастью, Стив успел взять себя в руки и со всей капитанской уверенностью произнес: — Люди, которые нравятся друг другу, ходят на свидание. Ты мне нравишься. Недавно ты мне дал понять, что я тебе тоже... — В жизни не слышал большей чепухи, — нервно фыркнул Тони. — Когда это я говорил, что ты мне нравишься? — Ты сказал, что думал обо мне, — напомнил Стив и, понизив голос, уточнил: — В том самом смысле. — Слушай, кэп, — раздраженно начал Тони, мечтая прямо сейчас провалиться сквозь землю. Или закопать одного малахольного пенсионера. Он пока не решил, какое из меньших зол ему следует выбрать. — Я не отрицаю, что спьяну могу взболтнуть что-нибудь скабрезное про твою аппетитную задницу в трико. Поверь, иногда очень трудно сдержаться. Однако на этом все. Какое, к чертям собачьим, у нас может быть свидание? — Ты и попробовать не хочешь? — нахмурился Стив. — Попробовать? — Ну да… — Что я должен пробовать?! — едва ли не взвился на это Тони. — Ты хоть понимаешь, что предлагаешь? Поставить под угрозу командную работу, потому что тебе вдруг захотелось поеб… разнообразить личную жизнь? Ты же у нас святая невинность, кэп. Как считаешь, кто в этой истории окажется мудаком? — Никто так про тебя не думает, — растерявшись, опешил Стив. — Да и я… отнюдь не девственник. — Ты это своим фанатам в твиттере расскажи, — ухмыльнулся Тони. — Для тех, кто хорошо нас знает, это все не имеет значения. Трудно найти двух людей менее подходящих друг другу, чем мы с тобой. Даже твой дружок Барнс никогда не поверит, что мы встречаемся. Это полный абсурд. — Локи поверил, — тихо произнес Стив. — Пф-ф, нашел, кого слушать. Асгардского трикстера. Лучше спроси, что об этом думают Клинт, док и Наташа. Они тебе… — Мне все равно, — отрезал Стив. — Это не их дело. — До тех пор, пока все гладко, — натужно улыбнулся Тони. — Потом и ты поменяешь свое мнение. Я не тот, кто тебе нужен. Во всех смыслах этого слова. — Позволь это мне решать, — не сдавался Стив и, к ужасу Тони, подошел чересчур близко — так, что теперь их разделяла всего пара футов. — Ты мне не ответил на мои вопросы. — Какие? — Я тебе нравлюсь? Ты пойдешь со мной на свидание? — Нет и нет, — ни секунды не раздумывая, осадил его Тони. — Теперь ты от меня отстанешь? — Нет, — в тон ему ответил Стив. — Не отстану. — Что?! — не на шутку оторопел от такого заявления Старк. — Но почему?! — Я не отстану, — спокойно сказал Стив, — потому что мне кажется, что ты не искренен со мной. И с самим собой тоже. Тони вскипел, как чайник на плите, разве что пар из ушей не пошел. — Ты совсем охренел, кэп?! Мой кулак на твоей обнаглевшей физиономии добавит моим словам искренности?! — Нет, — покачал головой Стив и преодолел последние два шага, подойдя к Тони почти вплотную. — Но ты можешь меня ударить, если действительно этого хочешь. Я не дам сдачи. Пораженный столь откровенной наглостью, Тони едва не потерял дар речи. Еще ему было стыдно признаться, что близость кэпа его взбудоражила — не так, как год назад в Мюнхене, когда это было на уровне физиологических рефлексов, а намного глубже, сильнее, затрагивая те самые уголки души, в существовании которых Тони не любил признаваться. К тому же он не был готов к тому, что робкий и нерешительный в таких делах кэп буквально припрет его к стенке. Не иначе как в Нью-Йорке наступил конец света! — Я все еще надеюсь, что ты шутишь, — прочистив горло, сказал Тони. — Не в твоем характере такие выходки. — А в чьем они характере? — улыбнулся Стив. Тони прикусил губу и не ответил. Вот уж он никогда не думал, что, дожив до сорока лет, будет отбиваться от посягательств на свою задницу, и не от кого-нибудь, а от Капитана Америки. Видел бы кто воочию этот небывалый позор, от его репутации плейбоя ничего бы не осталось! — Ты знаешь, что сейчас такое называют сексуальным домогательством? — отступив немного назад, прищурился Тони. — Старший по званию пристает к своему подчиненному прямо на рабочем месте. Где твоя совесть, кэп? — А тогда, в Мюнхене, это не было домогательством? — Было, — согласно кивнул Тони. — Но, во-первых, я тогда был безобразно пьян и не отвечал за свои действия, во-вторых, формально я твой подчиненный, а в-третьих, я — это я. Что от меня можно ожидать? Ты, кэп, совсем другое дело. Стив неожиданно рассмеялся. Слушая этот легкий добродушный смех, Тони невольно улыбнулся. Его взгляд остановился на трогательных ямочках на щеках, что гармонично сочетались с едва заметными морщинками возле глаз. Кэп был слишком идеальным для столь несовершенного мира, которым был окружен Старк, и это отличие от всего, к чему он привык, притягивало и пугало одновременно. — Ты и вправду так думаешь? — сделавшись серьезным, спросил Стив. — Думаю что? — Ты считаешь, что я лучше тебя? — Лучше меня смотришься в голубом трико? Пожалуй, да. — Тони! Старк иронично фыркнул и задумчиво уставился на застывшего в нетерпении Стива. Ну и что он должен ответить этому навязчивому придурку? — Ты прямо мысли мои читаешь, — криво улыбнувшись, произнес Тони. — И пусть это звучит как избитое клише, но я согласен с мнением большинства — ты слишком хорош для меня. Стив выглядел крайне удрученным. Он тяжело вздохнул, в замешательстве потирая ладонью лоб. — Но это… ведь ненормально. Ты сам понимаешь, что говоришь? Если у тебя и правда такие мысли, то, наверное, тебе нужна помощь. Возможно, помощь специалиста… — Прекрасная идея! — перебив его, воскликнул Тони. — Давай скорее начнем встречаться, сегодня, прямо сейчас! А завтра, как примерная пара, пойдем к семейному психологу решать мои… вернее, уже наши проблемы! — Тони… — Что? — огрызнулся Старк. — Ты, кэп, совсем берега потерял? Или стой, дай угадаю. Тони расплылся в нехорошей улыбке. — Это случайно не пропажа Барнса на тебя так скверно повлияла? Ты был сам не свой, бродил как призрак коммунизма по Европе, а теперь вдруг приперся ко мне свататься. Может, ты все-таки поторопился? Баки нет всего-то месяц. Погоди, он еще вернется. Поженитесь, сиротку из Африки усыновите. Я вам на свадьбу Дубину подарю, от него все равно мало толку. Маленький робот-помощник протестующе пискнул. Стив только покачал головой. — Я ведь говорил, что не влюблен в Баки. — Ничего подобного ты не говорил! — Правда? — удивился Стив. — Тогда говорю сейчас, что не влюблен в него и никогда не был. Ты единственный, кого я… — … В мастерской стало тихо, как перед надвигающимся штормом. Даже Дубина пораженно застыл, перестав скрипеть металлическими шарнирами. — Та-а-к, — не зная, куда себя деть, медленно протянул Тони. — Что-то мы заболтались сегодня. Я тут вспомнил, что должен решить несколько важных производственных вопросов. Ты не против, если… — Тони… — Сэр, прошу меня извинить, — вклинился в разговор Джарвис, — на линии мистер Бартон с информацией про аномальную активность в центре Лондона. Он сказал, что дело не терпит отлагательств. Тони облегченно вдохнул, будто в комнату ставшую вакуумом закачали галлоны кислорода. Он, как пойманный на горячем вор, ухватился за столь удачную возможность сделать отсюда ноги и почти прокричал Джарвису: — Конечно, соединяй!

***

Сейчас — Это ничего не объясняет, сэр. — Ты о чем? — Я был свидетелем упомянутого вами разговора, но не могу установить связи между этим событием и вашим теперешним бедственным положением. — Джарвис, ты надо мной снова издеваешься?! — Вовсе нет, сэр. Во мне запрограммирована функция определять причинно-следственные связи, просчитывать вероятности и прогнозировать события. Однако как предложение мистера Роджерса встречаться загнало вас под землю… — Знаешь, Джарвис, я уже всерьез подумываю вживить твой ИИ в кофемашину. Будешь следить за множественными вариантами приготовления кофе — эспрессо, латте, капучино со сливками… Вот первым делом этим и займусь, если ты сейчас же не откроешь костюм! — Мне бесполезно угрожать, сэр. Во мне не заложены человеческие амбиции, поэтому я с удовольствием буду варить для вас кофе. — Я тебе их вживлю! — Тогда, возможно, я расстроюсь понижением по службе. — Еще как! — Тем не менее, вы не объяснили, почему считаете виноватым капитана в произошедшем. — Джарвис! — Сэр, вам все равно нечем заняться. Прошло всего тридцать пять минут. — Что?! Так мало? Джарвис, я тебя убью! И Роджерса тоже, и суку Бартона… — А мистера Бартона за что? — Ну… это другая история.