Всякая всячина

Темнело очень быстро. Солнце ещё не до конца опустилось за горизонт, а стылый осенний мрак выползал отовсюду: из-за углов, из оголённых ветвей деревьев, спускался с мокрых крыш, выливался из водосточных труб. Лопата одёрнула платьице. Маленькая чёрненькая фэшн-тряпка вилась вокруг стройных ног, не доставая до колен на две ладони. Чувствовала она себя в этом наряде сковано и непривычно, но праздник есть праздник, и не могла же она заявиться на вечеринку, где будут все свои, в грязной спецовке, в которой работала. Туфли ещё эти, Лопата покачнулась на двенадцатисантиметровых каблуках, но устояла, выпрямилась, расправила плечи и засеменила вперёд. «Интересно, — думала она, — кто сегодня будет со мной за столиком?» В прошлый раз ей не очень повезло с собеседниками. Огниво! Что может интересного рассказать Огниво? Ни-че-го. Если вы думаете, что слушать три часа кряду, как забавно выпускать зелёные и синие искры — это то, что нужно в канун Дня Всех Святых, то вы, наверное, никогда не слышали забористых баек от призраков старых замков или сочных вампирских рассказов. Или Мухобойка. Господидабожетымой, что может рассказать Мухобойка?! Как она упала с полки и стукнула экономку по уху?! Да от таких рассказов челюсть можно сломать, зевая. А вот Лопате было, что рассказать. Например, вчера она копала могилу для некогда популярной оперной дивы. Она думала, привезут роскошную женщину в дорогом гробу, будут толпы оплакивающих, как это всегда говорят «безвременную кончину», поклонников, горы живых цветов и венков, прощальные аплодисменты, лучшая ария покойной, дамы в шляпках с густой вуалеткой, мужчины с запонками и какой-нибудь нищий поклонник с самым роскошным букетом алых роз и всё таком духе. А привезли сморщенную крохотную, как птичка, старушку в дешевом, обтянутым ситчиком гробу, и никаких почитателей и учеников. Или вот жертвы автомобильной аварии были (пьяные молодые придурки ухайдокались в столб), а в том месяце висельник и мужичка одного хоронили в закрытом гробу, потому что его нашли не до конца. Говорили, много чего у бедняжки не хватало — добыча маньяка. Лопата покрепче стиснула чёрный клатч, она позаимствовала его у одной из покойниц. Да, ей есть, что рассказать. Вот бы её соседями за столом оказались Ведьминская Метла или Джин из лампы, ну на худой конец Нежить Болотная с Магическим Шаром или Скотч с Пентаграммой, а не Чеснок с Повидлом. Старый бар на перекрестке дорог светил оранжевыми улыбками выпотрошенных тыкв. Сам пройдоха Джек встречал гостей, как всегда пьяненький и весёлый. — Счастливого Хеллуина, — хрипло пролаял Джек. Лопата подмигнула и вошла в бар. Народу уже пришло прилично, но свободные столики еще оставались. — Эй, красотка, давай к нам, — ей махали Оборотни в погонах и без от барной стойки. Лопата неловко помахала в ответ, ей было непривычно такое внимание к себе. Ну вот кто она? Кладбищенская Лопата и всё, стоит себе за холмиком земли, а потом быстро зарывает яму с новым постояльцем, стараясь ни на кого не глядеть. Официант проводил её за столик. Там уже сидел кто-то, со спины Лопата не могла угадать кто это. Видела только покатые широкие плечи и круглый затылок. Яблочное Повидло! Лопата мысленно застонала, ну спасибо, что не Тыквенный Пирог. Ну давайте еще сюда Волшебную Палочку, эту тощую стерву, и очередной Хеллуин коту под хвост! — Привет, — Повидло улыбнулся ей янтарно-жёлтыми зубами заядлого курильщика. Лопата кисло улыбнулась в ответ и села за столик. Эта дурацкая традиция каждый раз сажать за один стол разных гостей, чтобы все послушали истории другу друга сведет её с ума. Третий год коту под хвост. Так замуж никогда не выйдешь. — Добрый вечер, — тихо прозвучало из-за спины, и Лопата чуть слышно ругнулась сквозь зубы. Плащ Невидимки! Ну всё, остается только напиться в разорви-траву и упасть под стол. Задрот в синеньком пиджачке в очках Гарри Поттера, толстяк, колышущийся от жира, и красавица в платье пред-а-порте. Ничего не скажешь, праздник удался! — Ну давайте, парни, — Лопата тряхнула гривой завитых тугими кудряшками волос, — расскажите, как вы провели этот год. Кто схватил ботулизм из старой банки с вареньем, а кто опять бегал по улицам голым в плаще, стращая старух и девок своими унылыми пипирками. Первый бокал вина Лопата опрокинула залпом, не чувствуя вкуса и запаха, второй налила себе сама, а к третьему даже хлопнула Повидло по желейному плечу, призывая быть смелее и рассказать им страшную историю нашествия зеленой плесени под капроновой крышкой.