***
Начинался рассвет. За высотными зданиями капля за каплей появлялось солнце, которое через пару минут озарит весь город. Ещё минута другая и город будет не узнать, так сильно он преображался с наступлением нового дня. Как и я, которая не успела разойтись в разные стороны с Бакуго, тут же начала кашлять кровью. Эта ночь была одна из самых замечательных, прекрасных и можно сказать волшебных. Мы много говорили, много смеялись, много спорили. Я так по нему соскучилась за эти две недели, что не замечала, что творилось вокруг нас. А он ловя момент, как рыжий кот, не мог не похвастаться передо мной. Много рассказывал где отдыхал, что делал, с кем проводил время. А я слушая, завороженно впитывала всё, словно губка, боясь прервать момент. Со сменой нам действительно повезло. Похоже многие просто прознали, что Кацуки вышел с отпуска, поэтому решили не выходить на улицу, чтоб лишний раз не нарваться на неприятности. А он словно горел предвкушая какую нибудь заварушку. Иногда между разговорами я замечала его пристальный взгляд, обращённый на меня. А чаще всего он смотрел на мою шею, где ещё днём я нашла три лепестка камелии. Но в офисе перед выходом в патруль я ещё раз осмотрела место на шее и ничего там не обнаружила. Ни одного лепестка там не было. И это было страннее всего. А он всё продолжал смотреть. Впитывая в течении долгой ночи всего его, я надеялась что спокойно проведу этот день. И только наша смена подошла к концу, и только мы разошлись в разных направлениях — меня подкосило. — Эх Бакуго, витамины тут не помогут. Шептала я сама себе неся в одной руке пакет с подарком, а другой прикрывая рот. Нужно найти уборную. Нужно привести себя в порядок. И почему сейчас настолько раннее утро? И почему сейчас все закрыто… Домой, как можно скорее нужно домой! Там я смогу расслабиться, там я смогу хоть немного вздохнуть. Ещё немного, ещё пара минут. Я почти у дома. Нужно подняться по лестнице. Открыть дверь и я… Чья-то рука легла на моё плечо. Такая горячая, обжигающая и почему-то такая знакомая… Брызги крови перемешанные с лепестками алой камелии разлетелись по всему проходу около квартиры… Несколько окровавленных лепестков осталось на моей приоткрытой двери… Ком в горле моментально сжался в тугой узел… Слёзы полились ручьём из моих глаз… Я не сдержалась… Я не успела… И почувствовала острую боль… На моей шее… Там… Где ещё вчера… Появился и пропал цветок камелии с тремя лепестками… Стремительно распускался новый, с пятью новыми и крепкими лепестками, создавая полноценный цветок… Я чувствовала его, чувствовала как он крепнет и сковывает меня… Острая боль пронизывает моё горло заставляя дышать всё хуже и хуже, труднее и труднее… Похоже, сегодня я умру…Шанс на жизнь
21 мая 2020 г., 19:37
Тёплое начало вечера. Вечерняя смена которая плавно перетечёт в ночную. И я, которая еле добрела до офиса. По дороге была пара приступов, которые я смогла пережить. Но этот постоянно подступаюший кашель в горле не давал нормально дышать. На моём месте надо бы взять выходные и спокойно сгинуть с этого мира, чтоб никто ничего не узнал. Но я не могла, не могла так поступить с собой и с ним. Я всё же надеялась, что увидев его, я приду в норму. Хотя бы относительную.
Находясь напротив офиса я всё никак не могла переступить порог. Я знаю, что эта и следующая ночь последние в моей жизни. Эти дни — последнее, что я переживу. И зная это, я надеюсь увидеть его сегодня. Ощутить и вспомнить его одеколон, приятный и в то же время грубый тембр голоса, увидеть его улыбку и своё неуместное смущение в его глазах. Надо заходить. Рано или поздно он появится. И тогда я с ним встречусь.
— Йо, Очако, ты что мнешся перед офисом. Работать надоело? Это ты зря.
Словно электрический рязряд прошёлся по моему телу от одного только голоса позади меня. Это он… Я так давно его не видела, так давно его не слышала. Я думала что умираю без него. Моё тело медленно разрушалось без его манеры общения, без его мелких насмешек и улыбок. Как хорошо, что сегодня я смогла прийти к нему. Как хорошо, что я выронила тот нож. Как хорошо.
Осторожно обернувшись на голос я встретилась с всё таким же насмешливым взглядом в мою сторону. И… Я могу дышать… Все те лепестки в моём горле которые последние пол часа пытались выбраться наружу словно испарились. Я вновь могу дышать полной грудью. Я вновь могу улыбаться ему в ответ. Я могу… Неужели я могу жить…
— Привет Кацуки, просто плохо себя чувствовала, но сейчас полный порядок.
Надо взбодрить себя и убедить его, что я в полном порядке. Сейчас я снова живу, дышу и чувствую. И он рядом, такой тёплый и настоящий. Он стоит в метре от меня, но я чувствую жар исходящий от него, он словно пылает огнём жизни. Находясь рядом я не смогу растаять и раствориться, как кусочек льда, как и исчезнуть без следа.
Но вот он тянет ко мне руку, прямо туда где сегодня я нашла пару лепестков на коже, неужели он заметил.
— Мне говорили ты плохо себя чувствуешь последние полторы недели, ты точно в порядке.
Он переживает и спрашивал обо мне. Неужели… Неужели я смогу что-то сделать для нас… Для себя…
— Ты переживаешь?
— Ты мой напарник, конечно я переживаю, кто кроме тебя ещё сможет защитить мою спину.
Ах, да. Как я могла забыть. Мы же напарники. А я замечталась. В этот момент мне на плечо легла большая рука, немного сжав его. О боже, сколько же жара и огня в нём, что моя кожа словно пылает под его прикосновениями.
— Уверяю тебя, я в порядке. Просто была небольшая простуда. Сейчас все окей. Ну что пойдём?
Нужно ретироваться и как можно скорей иначе я просто сгорю и от его руки, и от его пристального взгляда. Почему он смотрит на меня сегодня немного иначе и руку отпускать не хочет. А ведь ещё немного подними он руку, прямо туда, под волосы, и он ощутит несколько лепестков, которые сегодня так некстати сбежали из моего тела.
— Да, конечно. Кстати, держи, это тебе.
Он наконец убрал руку с моего плеча и теперь протягивает небольшой пакет серебристого цвета. Подарок? Мне? Необычно вдвойне получать от него подарки.
— Это мне? Спасибо.
— Это витамины. Я же в отпуске был. Ну и когда звонил на работу мне сказали, что ты последнее время плохо себя чувствуешь. Поэтому вот, не болей.
И что это было? Успев отдать мне пакет, он сбегает в офис. Именно сбегает, а не уходит. А я стою в полном одиночестве и пытаюсь сообразить: это он сейчас заигрывал или мне всё опять привидилось от нахлынувших эмоций?
Ещё пять минут назад я стояла и давилась лепестками пытающимися вырваться из моего тела. Думала как бы быстро добраться до туалета и там привести себя в порядок. Но сейчас я не чувствую ни тошноту, ни тяжесть на сердце. Сейчас я чувствую бабочек в животе которые перелетают с цветка на цветок, с белой камелии на алую, приводя их в божеский вид. Нашёптывая при этом: мы выживем и будем жить дольше обещанных двух дней.