Первичные выводы не всегда правдивы

Было забавно смотреть на то, как Винтер и Наташа ходили вокруг друг друга, подходя так, словно каждый из них был голодным диким хищным зверем — возможно, в их глазах так оно и было — между этими двумя вообще были какие-то странные напряжённо-дружелюбные разговоры, а когда они переходили на русский Тони старался слишком сильно не вслушиваться. Хотя знание этого языка и было полезным приобретением его детства, когда следовало учитывать слишком многое. Как и то, что СИ выпускало оружие и во время холодной войны, а знать язык потенциально опасного противника? Говард считал это полезным. Тони тоже. У него были партнёры в России, с тех пор, как он завязал с оружием и перешёл на производство чистой энергии и реализацию других своих технологических проектов, к тому же было парочка-другая учёных, знакомство с которыми Старк мог назвать почти хорошим. Но иногда разговоры Наташи и Винтера уходили в странное русло. Красная Комната и многое другое. Тони старался отрешиться, не пытаясь переводить для себя их слова, давая им немного личного пространства. Хотя и не особо помогало то, что они ничуть не тревожились о том, что он тоже это слышит, заводя подобные разговоры в одной комнате с ним. Или это Старк был слишком осторожным и тактичным? В любом случае, приход Наташи оказался забавным нововведением в их почти размеренной жизни. В отличии от Стива, к Романофф близнецы пока никаких претензий не имели и к новому жителю Башни отнеслись почти философски. «Она опасна, но я не чувствую, что она хочет навредить, » — сказала ему Ванда в тот день, когда они с Наташей познакомились, после того, как близнецы и Тони остались наедине. Старк в этом не сомневался. Наташа, похоже, любит детей — и в её глазах иногда появлялись грусть и горечь при виде Максимофф, словно она смотрела на то, что безумно хотела бы иметь, но не могла. Это уже несколько позже она призналась, что Красная Комната специально лишает Чёрных Вдов подобной возможности. На Винтера она тоже влияла достаточно благоприятно, если так подумать. Он стал явно чувствовать себя более спокойно и уверенно, и даже сказал Тони, что в его списке того, что ему нравится, появилось несколько новых пунктов. И нет, Тони не ревновал. А то, что его иногда заставляло ощущать печаль то, как иногда слишком тепло ворковал Винтер и Наташа, или то, как иногда — очень редко — тот возвращался со встреч со Стивом задумчивый, но со слабой улыбкой — это пустяки, глупости и вообще неправда. Старк чувствовал, что влип. По крупному. Как хорошо, что ему не привыкать отказываться от желаемого. Вместо этого он с пользой использует освободившееся время. Того довольно много. Тем более, что близнецы были заняты теперь не только тем, что общались и привязывались и к Наташе тоже, но и занятиями с репетиторами — от школы они отказались, не захотев иметь дело с типичными подростковыми проблемами. Впрочем, отчасти Старк их понимал. Школа — это отстой, особенно, если ты слишком сильно отличаешься от других детей. Но общение со сверстниками детям явно были необходимо, и следовало бы подумать, как это решить. Однако, как это всегда бывает, время слишком легко расходуется. Он делает перерыв от изобретательства, чтобы обезопасить свою странную маленькую семью от посягательств Фьюри, который закономерно зол дезертирству Наташи и отказу Роджерса сотрудничать — тот вообще, получив возможность хотя бы изредко видеться с лучшим другом, стал на удивление спокойным и осторожным. Тони передаёт Фьюри своё предупреждение по защищённой видеосвязи, и когда тот не успокаивается, подключает юристов СИ. И Пеппер. И тут всё идёт немного странным образом. Учитывая, что отец Тони участвовал в создании ЩИТа, а тот и Фьюри вместе с ними не особо законно приватизировали многие изобретения Говарда и Тессеракт, найденный, собственно говоря, именно им, и по документом также принадлежащим семье Старк — подстраховался тот, ничего не скажешь — на Фьюри есть даже слишком много способов давления. Помимо финансирования со стороны СИ, со специальных счетов, заведённых ещё Говардом, и со стороны Тони, который как-то не особо вникал в этот вопрос. И помимо того, что Тони был полезен в роли консультанта, изобретателя и человека, который в принципе, чертовски сильно отвечает за модификацию оружия, как оказалось какого-то чёрта не только для Мстителей. Нет, он не был особенно против модернизировать технику для ЩИТа, но оружие? Тем более теперь, после того, как Тони знает, что Гидра была в ЩИТе до своего уничтожения — она, что, тоже пользовалась его мозгами в оружейном деле? Отвратительные перспективы. Похоже, это злило не только его. Но и Пеппер. Та, несмотря на то, что они с Тони расстались, всё ещё была, по крайней мере периодически, достаточно защитной по отношению к Старку, так как они остались друзьями. А мисс Поттс в гневе? Это не то, что хотят иметь люди. Уж Тони точно. Но в этот раз её злость и раздражение, к счастью, были направлены не на него. Ей катастрофически не нравилось, что Тони пытались манипулировать. Тем более сейчас, когда тот в кои-то веки начал обретать равновесие — даже если таким странным образом, как обретение семьи в виде двух подростков с суперсилами и предоставлением приюта другим странным личностям. Так что всё происходит довольно быстро. Упрямая и разозлённая Пеппер с ресурсами и лучшими юристами Старк Индастриз — опасна в квадрате, и Фьюри было заранее жаль. Пусть тот и пытался воздействовать уже не через близнецов, а через личность Зимнего Солдата, и даже пытался приплести Мировой Совет, но о призрачном убийце остались лишь в основном слухи и легенды, как выразилась Романофф, да и с легализацией его личности они постарались не вчера. Всё было подготовлено, но не использовано — до тех пор, пока Гидра не пала. К тому же, у Тони были достаточно обширные связи. Единственное, Старк, как не пытался понять, так и не смог, каким, чёрт возьми, образом Пеппер и юристы СИ сделали так, что помимо устранения угрозы со стороны Фьюри, они сделали так, что Мстителей — как? ну как?! — перевели под его ответственность. «Побочный ущерб,» — не особо вдаваясь в подробности, объявила ему тогда мисс Поттс, словно в этом не было ничего серьёзного или особо странного. — «Вероятно, он думал, что мы — ты — струсим. Отступим. В любом случае, ты же всё равно продолжишь свою супергеройскую деятельность. И прикормил изрядную часть Мстителей. И вообще, я сделала всё, что ты просил, с этим разбирайся сам». Это было проблемой.