Number 13

Ошибкой номер один было пустить Тэхёна в квартиру. Ошибкой номер два — позволить ему остаться. Уже спустя неделю, возвращаясь домой, Чонгук не удивлялся, обнаружив Тэхёна в своей гостиной. Тот сидел на диване с ноутбуком и, как обычно, что-то печатал. — В интернете пишут, — начал он важно, — что призраки чаще селятся у людей, страдающих от одиночества. Скажи, ты давно живёшь один? Давно не состоишь в отношениях? — Чонгук стоит в дверном проёме, истекая каплями воды; на улице дождь, а он забыл зонтик. — Отношения, — игриво подначил Ким, не получив ответа, — это такая штука, когда ты проводишь время с одним конкретным человеком, который тебе нравится. Ну, знаешь, ходишь на свидания, держишь его за руку, целуешь в губы и всякое такое. — На последних словах он очаровательно улыбнулся. — Так что? Давно ты заставлял призрака краснеть от смущения? Некоторое время не было никакой реакции на его слова. Чонгук глядел нечитаемым взглядом и не предпринимал попытки ответить. Испытав полнейшее разочарование в сложившейся ситуации (его глаза кричали: «Как я докатился до такой жизни?»), он покачал головой и ушёл в спальню. Тэхён, повеселев с реакции, тихо рассмеялся: — Видимо, очень давно. Уже глубокой ночью Тэхён, отложив ноутбук в сторону, закутался в одеяло и вытянул руки вперёд, чтобы заполнить собой всю площадь дивана. Так странно, что чужая мебель из гостиной ощущалась более удобной, чем собственная кровать. Что делает его таким мягким? Материал обивки или мысль о том, что в соседней комнате спит человек? Возникновение подобного вопроса могло показаться странным для кого-то другого, но не для Тэхёна. Ночуя в чужой квартире, рано или поздно начинаешь задаваться вопросом: а почему в моей квартире так пусто и одиноко? Почему там никого нет? Последние отношения Тэхёна закончились три года назад. Теперь, когда он о них вспоминал, то пропускал в голове все хорошие моменты, делая акценты лишь на плохих. Он не помнил, как приятно было обнимать Его у окна, не помнил, как горели губы, когда они целовались, и как приятно ощущалось присутствие близкого человека в жизни. Тэхён отчего-то помнил лишь то, как болела душа от невыносимости давления. Да, он скучает по Нему временами, но с каждым днём всё больше понимает, что скучает не по человеку, а по чувству наполненности, которое тот тянул за собой. Нормальным подобное не назовёшь. Человек — это искренние чувства, а не шкаф, заполняющий пустоту в углу комнаты. Чонгук тоже превратился в своего рода мебель. Квартира, в которую Тэхён бежал каждый вечер, была не столько источником тишины, сколько источником социальной громкости. В квартире «тринадцать» есть человек, чьё тихое и незаметное существование может кричать громче надоедливого призрака, что, как ни странно, является огромным плюсом. Будь владельцем квартиры кто-то другой, ничего, пожалуй, не изменилось бы. Чонгук — комод. А комоду обычно не дают имя. Через несколько минут Тэхёна всё же утомили размышления. Он попытался уснуть, но его заставил вздрогнуть неприятный звук, раздавшийся неподалёку: где-то в области двери под тяжестью чужого шага застонал деревянный пол. Не открывая глаз, он спросил сонным голосом: — Не спишь? Чонгук часто крался на кухню, аккуратно ступая возле гостиной, чтобы не разбудить Тэхёна (удивительная забота, которую в дневное время он страстно избегал), но каждый раз его осторожность нарушал скрип старых досок. Тэхён в душе смеялся над чужой неуклюжестью и не испытывал за это стыда. Он натянул одеяло выше, чтобы спрятать наглую улыбку, и замолчал. Однако Чонгук, кажется, решил изменить правила в этот раз и заглянуть в гостиную, ведь второй скрип раздался уже возле журнального столика. Непривычность его маршрута смутила Тэхёна, но всё же не выбила из колеи. Он не подал виду и равнодушно сказал: — Захвати стакан воды для меня, когда будешь возвращаться с кухни. В ответ не последовало ни шутки, ни сухого отказа — Чонгук промолчал. Тэхён заворочался, бубня что-то под нос, но парень и тогда не одарил его хоть какой-нибудь реакцией. Временами сосед совершенно невыносим. Раздался ещё один скрип, на этот раз совсем близко. Тэхён с силой сжал челюсти, рассердившись. Как можно вести себя так в квартире, где живут призраки? Как-то это бестактно со стороны Чонгука. — Мог бы сказать для приличия хоть слово. Вместо ответа Чонгук сделал ужасное: сел рядом. Тэхён почувствовал, как прогнулся диван под его весом, и рефлекторно вжался в спинку, чтобы освободить рядом место, но глаза при этом так и не открыл. Вот теперь ему стало страшно. Что, чёрт возьми, происходит? Зачем Чонгук ложится рядом? Может, он лунатик? Это бы многое объяснило, в том числе еженощные походы на кухню. Но Чонгук так и не дал объяснений своему поведению. Он просто лёг на диван, прижал голову к подушке и, коснувшись носом прядей на лице Тэхёна, выдохнул невесомо, пугая жутко холодным дыханием; Тэхёну почудилось, что его кожа покрылась инеем. Он задержал дыхание и испугался навязчивой идеи: вдруг Чонгук в одну из первых встреч не солгал? «А если я маньяк?». Если это правда, то Тэхён самый настоящий дурак, что добровольно поднимался в обитель дьявола в поисках ночлежки. Но идея быстро показалась ему нереалистичной. До чего глупо: знать Чонгука пусть даже неделю, но всё равно допускать мысль, что он способен на убийство. Тэхён лежал, крепко зажмурившись, боялся двинуться. Через какое-то время он неуверенно заскользил рукой по подушке, чтобы спрятать ладонь под одеялом, но Чонгук перехватил её и взял в свою, переплетая пальцы настойчивым движением. Прикосновение было столь же холодным, как дыхание, из-за чего Тэхён моментально задрожал. Он поджал губы, из последних сил убеждая себя в отсутствии рациональных причин для страха, и попытался уговорить тело открыть глаза. Чего он боится? Призрака? Чонгука? На самом деле стоит признать: ни того, ни другого. Кто как ни он знает, что существуют варианты хуже. Какой ответ на вопрос «Кто держал меня за руку?» самый страшный? Тэхён открыл глаза и ощутил, как в горле застрял ком ужаса. Дрожащая рука сжимала пустоту. Одним движением он сбил одеяло в кучу и сел на колени. Приступ паники охватил тело. Тэхён сглотнул и попытался успокоить дыхание, попутно чувствуя, как тело продолжает трястись то ли от холода, то ли от ужаса. Тэхён схватил подушку с одеялом и на подкашивающихся ногах отправился в спальню Чонгука. Сосед не спал, лежал в кровати с телефоном и, кажется, читал очередную заумную книгу. Тэхён закрыл за собой дверь и начал двигать тумбочки, чтобы забаррикадировать выход. — Эй! — закричал Чонгук, убирая телефон в сторону. — Что ты делаешь? Это уже перебор! Тэхён обернулся, прижался спиной к стене и сжал подушку вместе с остатками самоконтроля. Глаза заблестели, глотку драл несостоявшийся крик, его тошнило от остроты собственных эмоций. Чонгук, увидев его состояние, обеспокоился. — Ты в порядке? Насколько же жалко выглядит Тэхён, если сопереживание посетило даже Чонгука? Они смотрели друг на друга в молчании почти минуту. В голове Тэхёна крутились воспоминания о прикосновении холодной кожи. — Что случилось? — снова спросил Чонгук. Тэхён выдержал взгляд, поймал губами пролитую слезу, но не проронил ни слова. — Да скажи уже хоть что-нибудь! — не выдержал Чонгук, сорвавшись на крик. — Можно я здесь останусь? Тэхён не нашёл сил добавить: «Мне страшно, когда никого нет рядом». Чонгук выдохнул, получив хоть какой-то ответ, и с облегчением кивнул. — Да, конечно. Легко быть добрым, когда на тебя смотрят мокрыми глазами. Почему непременно нужно обнажать душу, чтобы убеждать других, что ты искренен? Просто поверить нельзя? Чонгук взял его подушку и положил на кровать рядом со своей. Тэхён забрался с ногами под одеяло, повернулся спиной и закрыл глаза, наивно веря, что сможет провалиться в сон после всего, что произошло. Всё было пугающе реалистично, будто кадры из фильма ужасов в очках виртуальной реальности. «Призраков не существует, призраки — это вымысел» — повторял Тэхён. Но если призраков не существует, значит, он спятил; сошёл с ума, потерял рассудок. А разве это не хуже монстра, прячущегося под кроватью? Какой ответ на вопрос «Кто держал меня за руку?» самый страшный? Тэхён до боли сжал одеяло и вновь вздрогнул, вспоминая холодное прикосновение мёртвых пальцев. Он знает ответ. Знает, потому что знаком с одиночеством: «Никто не держал, Тэхён. Никто».

***

Нежный солнечный свет прикоснулся к смуглой коже и оставил на ней отпечаток рассветных красок. Губы растянулись в блаженной улыбке, а голову затопила приятная мысль: сегодня никуда не надо. Ничто не может так радовать, как утро выходного дня. Но счастье Тэхёна омрачила тень над головой. Солнце спряталось за чьим-то силуэтом. — Мне нужно уйти. Мягкий, едва различимый голос послышался откуда-то сверху. Ким открыл глаза и увидел Чонгука стоящим возле кровати. — Ты хочешь, чтобы я закрылся? Он всё ещё пребывал в остатках сна и немного путал отголоски вымысла с реальностью. На секунду ему даже почудилось, что Чонгук — его бойфренд, а сам он должен поцеловать его на прощание перед тем, как отправить на учёбу. Пауза затянулась. Чонгук неловко переступил с ноги на ногу и ответил: — Я хочу, чтобы ты освободил квартиру. После этих слов Тэхён полностью взбодрился. Он вспомнил детали собственной жизни: это чужая квартира, чужая постель, Чонгук его сосед. — Оу. — Он вскочил на ноги и скомкал подушку с одеялом. — Да, прости. Я уже собираюсь. Они вместе дошли до балкона. На пороге Тэхён схватил Чонгука за руку и смущённо произнёс: — Спасибо, что не выгнал ночью. — Тебя выгонишь, как же. — Я серьёзно! Твой призрак меня напугал. Я рад, что ты был рядом. Благодарность и мягкий тон благотворно подействовали на Чонгука. Он сжалился и произнёс, положив руку на дверной проём: — Я не совсем изверг, как может показаться. Пусть для меня и в новинку наглость, как у тебя, но если дело правда серьёзное, я готов прийти на выручку. Сердце Тэхёна ожило и впервые за долгие годы испытало нечто напоминающее приятную тоску — тоску по привязанности и дружбе. Ему стало так сладко, что он напугался и быстро отбросил наваждение в сторону, чтобы в очередной раз вернуться к шутливому тону: — Значит, сегодня ночью я снова могу рассчитывать на твою кровать? Предупреждаю, я люблю горячие объятия. — Он подмигнул, чтобы усилить эффект шутки, но Чонгук, кажется, совсем её не понял. Он закрыл дверь и повернул замок, лишив тем самым Тэхёна возможности прийти вечером. — Эй, стой! — испугался Ким. — Я же пошутил! — Но Чонгук уже скрылся из зоны видимости, и Тэхён легонько стукнул кулаком по стеклу, шепча: — Мои тапочки остались у дивана… — Тэхён-и! Он вздрогнул, когда услышал голос, доносившийся с улицы. О, потрясающе! Лучше и быть не могло! Разумеется, близкая подруга его матери, проживающая в соседнем подъезде, стояла на улице с пакетами в руках и наблюдала за его унижением. Ему не составило труда представить, как через десять минут она уже будет докладывать его матери по телефону: «Дахён, дорогая, я видела твоего сына в полуголом виде на чужом балконе. Кажется, у него отношения с новым мальчиком». — Доброе утро, госпожа Пак. — Не холодно там? — Да не особо. — Твоя квартира находится этажом ниже. — Да, знаю, спасибо. Из подъезда выскочил Чонгук. Одной рукой он поправил куртку, а другой попытался отыскать сигареты в кармане. Женщина прошлась по нему оценивающим взглядом и спросила: — Твой балкон? Чонгук поднял взгляд в направлении её руки. — Квартира не моя, балкон тоже. Этого парня я вижу впервые. Он бросился в сторону автобусной остановки, а Тэхён, неуверенно улыбнувшись, пожал плечами, на что госпожа Пак покачала головой. — Не трать время на подобных людей, Тэхён-и. — Обязательно прислушаюсь к вашему совету. Она вдохнула полной грудью, чтобы набраться сил, вновь подняла пакеты с покупками, и отправилась дальше. Тэхён проводил её взглядом, а затем посмотрел на холодные ступени, по которым ему предстояло спускаться босиком. Отчаявшись, он ударился затылком о дверь балкона и закрыл глаза. На ближайшие несколько метров раздался его громкий вымученный стон.