Любимая игрушка Расиэля

Ночь. Яркая большая полная серебристая Луна, окружённая звёздами, красовалась на тёмно-синем небе. Бледно-белый свет проникал в окна домов, слабо освещая комнаты. Тьма, которая опустилась на улицы города, разрушалась светом дорожных фонарей и фарами различных машин. Кто-то ещё спешит домой, так как задержался на работе, а кто-то уже благополучно нежится в мягкой и уютной кровати, наблюдая за снами. Вскоре суматоха стихает, оставляя на дорогах и улицах тишину и спокойствие. Все в поместье Варии уже спокойно спят. Занзас изредка фыркает во сне, произнося в пустоту «Мусор!»; Скуало рычит во сне, распластавшись на кровати; Леви-А-Тан пускает слюни на подушку; Фран тихо посапывает, постелив себе на полу; Бельфегор постоянно ворочается, и лишь Луссурия на удивление спит спокойно и тихо. *** Бельфегор медленно открывает глаза и садится на кровати. На первый взгляд всё хорошо: он в своей комнате, лежит в своей кровати, однако пугает нечто другое. Слишком тихо, и до блондина только сейчас доходит то, что он всё видит в красной окраске. Руки, стена, даже Луна приобрела алый оттенок. Всё видится или чёрным, или кроваво-красным. Принц зевнул и, лениво потянувшись, встал с кровати, пытаясь всмотреться в комнату, несмотря на то, в каких оттенках видит. Сейчас, когда глаза более или менее привыкли к темноте, парень увидел укутавшегося в одеяле Франа, который спал на полу, как, в общем-то, и следовало по уговору. «Что-то тут не так… Лягуха не любит спать в одеяле, так как ему под ним становится жарко. Он сам так говорил, когда мы были на одной из миссий…» — начал размышлять Потрошитель, когда наклонился к телу иллюзиониста и резко скинул с того одеяло. Мокрая ткань, полностью пропитанная кровью, медленно упала на пол, выскользнув из руки Бела, который увидел зрелище не из приятных. Корпус Лягушонка лежал на спине, когда ноги были согнуты в коленях и наклонены вправо. Руки были раскинуты в стороны. Пустые глаза, которые были безжизненно открыты и, не моргая, смотрели в потолок. Рот был чуть открыт, и из него по подбородку стекала тёмная струйка. Живот был безбожно вспорот, все внутренности напоказ. Смерть была неожиданной, жестокой, но мгновенной. — Твою ж… мать… — медленно, тихо, на автоматике произнёс Бельфегор, ошарашенно рассматривая убитого иллюзиониста. Такое зрелище для Гения Варии видеть было не впервой, но, согласитесь, оно не очень-то радует глаз. Особенно если такое произошло с тем, с кем общался буквально несколько часов назад. В конце концов Принц не выдерживает и вновь накидывает одеяло на убитого Лягушонка. Мигом парень проверяет своё тело на наличие стилетов, которые он старательно прячет, чтобы нанести массу неожиданных атак. «Возможно, убийца ещё в поместье… Но почему тогда я до сих пор не убит? — подумал Бел, когда резко осознал ситуацию, в которой находится. — Та-ак… Ну, и где этот упырь? Обычно всегда меня караулил… неужели ждёт моего хода?» Вот Бельфегор подходит к двери, резко открывает её и сразу же запускает стилеты. Слышен звук металла, который вошёл в стену. Пусто. В коридоре никого нет. Потрошитель вновь оборачивается, видит злосчастное тело кохая, когда замечает тёмную дорожку, которая тянется к окну. «Слишком темно… если я зажгу свет, то дам ему понять, что проснулся, но… Я должен посмотреть. Вдруг там нечто важное, что поможет мне въехать в сложившуюся ситуацию? Хотя о чём я? Я вообще ничего не понимаю!» — размышлял Гений Варии, когда всё-таки потянулся к выключателю. Звук щелчка растворяется в тишине комнаты. Свет мелькнул в комнате, осветив её яркой вспышкой, но лампы тут же взорвались, испуская яркие искры. Потрошитель быстро подбежал к раскрытому окну, чтобы закрыть его. Однако, закрыв, замер от увиденного: на стекле была надпись, которую, судя по всему, сделали кровью Лягушонка. «Начнётся же наша новая игра. Я жду тебя, Копия». Принц смотрел на кровавую надпись около пяти минут. С каждой секундой он чувствовал, как нарастает желание убить. Причём убить конкретного человека. «Надеюсь, остальные ещё способны двигаться», — с некоторым опасением подумал блондин, когда поспешно подбежал к двери, намереваясь обойти комнаты товарищей. Тут Бел вспомнил тот факт, что его зрение в темноте ничем не отличается от зрения остальных людей. Значит, в такое время суток он почти слеп. Сейчас парень принялся ходить по комнате, обыскивая каждую полочку, каждый карман одежды в шкафу, каждый ящичек, чтобы найти хотя бы какой-нибудь маленький фонарик, не говоря уже о приборе ночного видения. Как по закону подлости, ничего путного Бел толком не нашёл. Нет, ну он, конечно, смог найти зажигалку и карманный фонарь. Но только от первой проку мало, а второй работал так, что вот-вот погаснет из-за садившихся батареек. Включив карманный фонарик, Принц всё же решился выйти из комнаты в коридор, по привычке закрыв за собой дверь. Темнота слабо поддаётся тускнеющему свету фонаря, но Потрошитель всё же кое-как дошёл до двери, которая вела в комнату длинноволосого капитана. Что же, безусловно, напряг тот факт, что храп из комнаты Ску не доносился. «Неужели и его уже пришили? — подумал Бельфегор, когда резко толкнул дверь, но та не поддалась. — Видимо, заперта изнутри, но… эта Акула никогда не запирала её. Чёрт, какого хрена тут творится?» Свет, исходивший от «никчёмной безделушки», как назвал Бел фонарь, несколько раз мигнул, что означало то, что батарейки на исходе. Делать нечего, нужно как можно быстрее найти батарейки или другое приспособление, которое поможет видеть в темноте. Парень срывается с места и бежит в другую комнату, где можно запастись оружием и приспособлениями — в хранилище. Да уж, в этом месте можно найти почти все виды огнестрельного оружия, жучки, маленькие рации и прочее. «Дайте-ка я угадаю… света тут тоже нет, да?» — подумал блондин, когда также безрезультатно попытался включить свет. На этот раз всё обошлось без взрывов: лампы просто-напросто не зажглись. Фонарь, как назло, изменил свой луч с оранжевого цвета на тёмно-тёмно рыжий. Да, ещё совсем чуть-чуть и безделушке, а точнее, батарейкам, что называется, капут. Вот пара быстрых рывков, обходов — и наш герой обнаружил упаковку с контактными линзами. Посветив остатками энергии, он прочитал, что это приспособление сможет заменить прибор ночного виденья на 18 часов. Если на чистоту, не любил Бел линзы. Хотя бы потому, что ему противно ощущение того, что он чувствует на глазах, как он выражается, «всякую хрень». Не любил надевать линзы точно по той же причине. Но сейчас не до брезгливости, ибо «безделушка» стала затухать, издавая последние лучики света. На скорую руку Принц раскрывает упаковку, быстро отдаляет чёлку от глаз и надевает найденную вещицу. Всё-таки мастера-изобретатели Вонголы не могут не удивлять своими умениями и изобретениями. Сейчас контактные линзы, с помощью которых можно видеть в темноте, а завтра что? Ну, не об этом… «Хотя бы что-то… но, чёрт возьми, как вовремя!» — мысленно благодарит Принц, сам не зная, кого, ибо когда он надел одну линзу, фонарик всё-таки «сдох». Тьма кажется не такой уж и непроглядной, во всяком случае, сейчас. Потрошитель медленно оборачивается, когда видит, что дверь в хранилище, как это бывает в обычных кошмарах, захлопнулась. К такому повороту событий он был готов и даже продумал, как он будет выбираться на тот случай, если его всё же запрут. А ведь дверь в хранилище, как назло, открывается только снаружи — это своеобразная ловушка для воришек, которые по привычке тихо закроют дверь, будто бы внутри никого нет. Нельзя было не предположить, что кто-то неуклюжий, вроде Леви, может закрыться внутри хранилища, поэтому для жильцов и «своих» людей придумали одну лазейку, которой и хотел воспользоваться Бел. «Бр-р… не хочу идти в подвал… Хватило мне вида ржавых труб, но ничего другого не остаётся, — нервно подумал Принц, когда направился к люку, который находился под одной из плит, которыми был отделан пол в этой комнате. — Так… От шкафа N-13 нужно пройти 17 плит влево, обогнуть стол и пройти от него 18 или 20? А может, 19? Ладно… Посмотрим.» Потрошитель прошёл нужное количество плит, он почти добрался до нужного люка. Однако ни восемнадцатая, ни девятнадцатая, ни двадцатая плиты не скрывали запасного выхода. «Хм, я точно что-то напутал. Хм-хм, может, нужно… Ах, чёрт… Занзас же потом приказал перенести его… или нет? Блин, его столько раз переделывали, что я со счёту сбился, а всё почему? Потому что кто-то, но закрывался в этом хранилище…» — размышлял Гений. В итоге блондин начал пытаться поддеть все плиты подряд с помощью стилета. К его счастью, одна всё-таки поддалась, и люк оказался перед глазами Бела. Несколько поворотов ручки, выглядевшей, как руль, по часовой стрелке, и лестница, которая, казалось, ведёт в глубины Ада, была перед нашим героем. Медлить он не стал, поэтому уже через секунду начал спускаться. Тишина сейчас не столько радовала, сколько настораживала. Да уж, лучше бы Бел сейчас продолжал выслушивать подколы своего кохая, нежели искал своего старшего брата-близнеца, который, судя по всему, очень хорошо тут похозяйничал. Путь по металлическим перекладинам, которые были встроены в каменную стену, продлился не долго, ибо ступеньки вдруг закончились. «Что за?!» — не успел Принц сообразить что-либо, когда люк захлопнулся. Кто-то определённо знал, что блондин полезет сюда, или же просто пойдёт в хранилище… «Твою мать… и что мне делать? А делать мне нечего. Подниматься — буду слишком лёгкой мишенью; остаётся только спускаться. Только вот ступеньки закончились, а я толком не могу разглядеть, сколько мне осталось до подвала, — продолжал Бельфегор свои размышления. — Блин, да что тут думать? Нужно продолжать спускаться, но если прыгну, то наверняка разобьюсь». Эврика! Бела посетила довольно неплохая мысль. Он осторожно достаёт два стилета. Вот, в обеих руках по оружию. Парень медленно опускается, хватаясь левой рукой за последнюю ступеньку и переходя в положение виса. После этого правая рука с помощью стилета проделывает выемку в стене, таким образом оружие надёжно закрепляется в ней, что позволило опуститься ещё на уровень. Точно такое же движение проделала и левая рука со стилетом. Сейчас Потрошитель напоминал скалолаза. Да уж, ему не раз приходилось заниматься скалолазанием — миссии бывают разных типов. В итоге, хоть и медленно, но Бел кое-как достигает того момента, когда его ноги чувствуют пол. «Да уж… Никогда не думал, что буду заперт на собственной территории… — безнадёжно подумал Потрошитель, когда тыльной стороной ладони вытер капли пота, которые проступили на лбу. — Теперь нужно подумать, как мне выжить, ибо пока я тут спускался, враг мог спокойно спуститься в подвал и устроить западню…» Приготовив веер стилетов в одной из рук, Гений стал медленно приближаться к двери по короткому коридору. «Ну, придётся действовать по старинке: воспользоваться внезапной контратакой», — заключил блондин, после чего тяжело вздохнул. Мгновение — и дверь благополучно выбивается ногой. Быстрый рывок вперёд, прыжок и веер стилетов удачно атакует, делясь на лезвия, которые разлетаются в разные стороны. Бельфегор спокойно приземляется на ноги и обнаруживает, что никто его около двери и не поджидал. Он выпрямился и недовольно шикнул. «Почему у меня такое ощущение, что меня наебали? — всплывает вопрос в белобрысой умной голове. — Вполне можно было добраться досюда, чтобы прикончить меня. Может, он просто не знает, куда этот люк ведёт? Ну, тогда всё объясняется… Хотя не думаю, что он бы совершил такой просчёт. Так, ладно, в любом случае, мне нужно быстро подниматься и возвращаться в дом, так как я ещё толком не выяснил, что произошло с остальными.» Принц, оглядываясь, направился к лестнице, которая вела в сам дом, когда услышал шаги. — Ще-ще… Что-то я просчитался как-то, — произнёс Король свои мысли вслух. «О Боги, только не говорите мне, что он и правда не знал, куда ведёт этот ход?! Ха-ха! Рас, ну ты лошара! Ха-ха-ха!» — Принц уже чуть было не засмеялся, как вдруг осознал, что может сдать себя. Не теряя времени, Бельфегор поспешно скрылся за мощными толстыми трубами. Оставалось только ждать. Ждать появления «отрицательного» героя на сцене. — Эй, Копия, ты ведь тут? — усмехаясь, произносит Расиэль, как только входит в помещение. — Я ведь знаю, что ты тут. И не надо шифроваться — всё равно найду. «Поздно меня находить, так как тебя уже нашёл я», — оскалившись, подумал блондин, когда притаился, продолжая скрываться, в ожидании подходящего момента для нападения. — Хм, Бел, кончай с этим! Давай, выходи! — продолжал старший, когда прошёл мимо трубы, за которой скрывался Потрошитель. Не проходит и минуты, как Бел молниеносно выскакивает из-за трубы, охватывает тело близнеца со спины одной рукой, когда другую, уже со стилетом, приставляет к горлу Джила. — Похоже, что я нашёл тебя первым, ши-ши, — довольно говорит Принц, когда замечает знакомый оскал Короля. — Ще-ще… Кто знает, кто знает. А что, если я специально дал тебе себя схватить? — спрашивает Джил, когда медленно поворачивает голову на бок. — Ты стрелки не переводи! Лучше скажи, что за муть ты мне устроил на этот раз, паскуда?! — Ты о чём? — О том, что я видел в своей комнате, о том, что в поместье нет света, и о том, что ты снова припёрся ко мне в сон, тварь! О чём, мать твою, я ещё могу спрашивать?! — Мою мать уже ни о чём нельзя спрашивать… А вот на счёт того, что ты видел в своей комнате. Ты о том парнишке? — Не исключено. — Ну, он мне мешал. Я не хочу, чтобы наше с тобой уединение кто-то прерывал. Согласен, получилось жестоко, но нечего против моих желаний идти. Он обычный простолюдин, поэтому даже для того, чтобы посмотреть на меня, ему нужно разрешение, что уже говорить о том, чтобы противостоять мне? — …а свет? — Это лишь придаст особый пафос атмосфере, разве нет? — Ты издеваешься надо мной, что ли?! Принц уже хотел хорошенько резануть шею брата, но тот удачно схватил Бельфегора за кисть, сопротивляясь атаке. — Ну, скорее, играю… Ведь мне нравится играть с младшим братиком. — Сиэль, да что тебе вообще от меня нужно?! На какое-то время в подвале воцарилась тишина. Братья смотрели друг на друга, словно выжидая что-то, какого-то жеста, знака или объяснения. — Неужели, правда, не понимаешь? — Понимал бы — не спрашивал! — Ще-ще… Всё очень просто. Ты всегда находился в моей тени, я же принимал на себя весь свет. Меня всё устраивало. Устраивало, но до тех пор, пока ты не решил отобрать у меня свет и вырваться из-под моей тени. В итоге ты обрёл свет и безнаказанно ушёл. Я намерен вернуть тебя во тьму — на твоё законное место. Теперь понятно? — Что за чушь? — Ты так и не понял… Что же, тем же лучше, — оскалившись, сказал Король. — Но, знаешь, Бел, ты облажался тогда, когда показался мне на глаза. А знаешь, почему? — Почему же? «Ну же, удиви меня, блядь! Хотя мне кажется, что меня ничего уже не испугает…» — иронично подумал младший из братьев, но стилета от горла отдалять и не собирался. — Ну что за дурачок? Бел, я действительно начинаю сомневаться в том, что ты Гений Варии. Что будет, если жертва попадётся маньяку прямо в руки? — Ши-ши, а что будет, если «жертва» поменяется с «маньяком» ролями, м? — прошипел Принц. — Я смотрю, тебя совсем не колышет твоё положение. — А должно? За свою бы задницу побеспокоился сначала. Я ведь тебе глотку в любой момент перерезать могу. — Был бы ты прежним, перерезал бы уже давно… Бел, ты стал добрее. Ты «размяк». Такому тебе меня ни за что не победить. — Ты что хочешь этим сказать? — …неважно. Мне наскучила эта сцена, — хмыкнув, заканчивает Расиэль. Слышится треск, который становится всё звучнее и звучнее. Раскат от падающих камней нарастает, словно где-то случился обвал. Совсем скоро пол в подвале покрывается трещинами и поспешно начинает своё разрушение. Да уж, поместье просто исчезает на глазах, превращаясь в ничто. По-своему захватывающее зрелище. Не прошло и минуты, как трещины начали поспешно увеличиваться как в длину, охватывая стены, лестницу, потолок и прочее, так и вширь, образуя огромные дыры и щели. После этого почувствовалась довольно сильная тряска, однако на Короля она не повлияла: стоял, как будто ничего не произошло. Вследствие тряски комната ступила на предпоследнюю стадию разрушения — она стала постепенно разделяться на куски различных размеров. Финалом стало то, что все куски под влиянием заключительного землетрясения стали подниматься вверх. Создавалось ощущение падения: это подтверждали действия Принца, который инстинктивно сильнее вцепился в своего старшего брата. Расиэля же такой расклад вещей очень даже устроил. Вот оно: его брат, который грозился ему глотку перерезать, сейчас довольно крепко обнимает его, опасаясь упасть в пропасть. И Короля абсолютно не волнует причина объятий, его волнует лишь сам факт существования, а остальное не так важно. Последние куски поместья канули в небытие. Остались лишь братья-близнецы и темнота, которая окружала их. Джил, недолго думая, решил возобновить диалог. — Ще-ще… Какая милая картина! Копия обнимает меня со спины… — Ши-ши, молчал бы! Вдруг, сдавить твои внутренности пытаюсь! — Но не сдавил же… — Кстати, чего это мы не упали? — Чтобы упасть нужно то, с чего падать и то, на что приземляться. Сейчас же тут пустота. Ничего нету. — А дом? Куда дом делся?! — Ще-ще. Бел, я лишь сделал то, что захотел. Мне надоела та сцена. Сейчас придумаю что-нибудь получше. — Чего?! Какого хера ты ещё и сны мои выдумываешь, скот?! — Бел… — Да что?! — … Рас медленно выбирается из "объятий" Потрошителя и, не подождав его реакции, медленно отпускает Гения. Последний, в свою очередь, незамедлительно падает невесть знает куда. Слышится только продолжительный и угасающий возглас: "Твою ма-а-а-ать!!!" «Этот гомосек меня снова наебал! Вот гадство!!!» — думал Бельфегор, когда летел вниз, в бесконечность, во тьму. Вдруг глаза Принца ослепила яркая вспышка света. Через секунду наш герой благополучно плюхнулся на пятую точку в комнате незнакомого здания на пол. — М-м, полёт, как посмотрю, прошёл не так уж неудачно, — заключил Король, который сидел в кресле прямо перед Принцем. — Скажи это моей ушибленной заднице! — шикнул Бел. — Эх, ты до сих пор огрызаешься… Бел, почему ты такой глупый? — Лучше уж глупый, чем шестерка недокороля. На лице Расиэля всплыл оскал. — О как. Знаешь, так даже интереснее. То есть без боя ты не сдашься? — И как это ты так догадался? — саркастически спросил Потрошитель. «Шутки шутить вздумал, Маленький засранец… — недовольно подумал старший. — Ну, теперь моя очередь посмеяться». — Эй, Копия, хочешь знать, почему тебе так и не удалось проткнуть меня стилетами? — … — Принц заметно притих. — Ще-ще, значит, интересно… Ну, в таком случае, слушай — повторять не буду. Бел, ты действуешь лишь так, насколько я позволяю тебе действовать. Всё происходит так, как пожелаю того я. И если я не хочу, чтобы меня проткнули стилетами, то меня не проткнут стилетами, в независимости от того уровня мастерства, с каким в меня их кидали. Вот так. — Что? — Я же сказал, что повторять не буду, Копия. И впредь, если не будешь меня слушаться, то я буду тебя наказывать, Мелкий. — Да… Да ты всего лишь на несколько часов старше меня, паскуда! — Ключевое слово "старше", Бел. — ПНХ… Расиэль тихо вздыхает, после чего встаёт с кресла, подходит к нашему герою и наклоняется. Бельфегор, который до сих пор сидел на полу, очень даже удивился такой реакции. — Знаешь, меня просто заводит такое поведение с твоей стороны, Мелкий, — шепчет Король на ухо Принцу, когда берёт его за подбородок. — Сиэль? — ничего не понимая, спрашивает Бел, схватив близнеца за запястье. — Ну-ка повтори? — Что именно? — Последние слова. — О том, что такое поведение с твоей стороны меня заводит? — …именно… «Даже ухом не повёл! Он так спокойно сказал это! Он что, серьезно?!» — А ещё я люблю смотреть в твои глаза. Так приятно осознавать, что я один из немногих, кто видел их. — Мы же близнецы, придурок. Просто подними своё зажравшееся высочество, подойди к зеркалу, подними чёлку и будь счастлив! Только смотри не испытай чувства детской неожиданности от радости! — вновь сарказм, вновь попытка вывести своего старшего брата из себя. На этот раз попытка удалась, что называется, на славу. Пальцы Короля медленно сильнее сжали в ладони подбородок Гения. — Ще-ще, ну что же ты за человек такой, Бел? Я ведь с тобой по-хорошему пытаюсь, а ты… — По-хорошему?! Да ты пиздишь мои сны! Я ну нихуя не высыпаюсь! Мало того, ты мне ебёшь мозги каждый сон! И ты говоришь "по-хорошему"?! Тебя что, прямо сейчас башкой о стену треснуть?! — Ой-ой… Какие мы злые… Сразу после своей реплики Джил силой приближает лицо Бельфегора и целует его в губы. Бел сопротивляется настолько, насколько может. Но он чувствует касание этих мягких бархатных губ, которые очень ловко побеждают рот Принца, заставляя его открыться. «Что-что, а вот целоваться ты точно умеешь, Сиэль… так приятно… Стоп, что?! — сделал юноша некоторую остановку. — Что за?! Нет! Нет-нет-нет!» — Потрошитель сжимает кисть Расиэля, давая ему понять то, что целоваться он не намерен. «А ведь почти получилось… Какая жалость», — с некоторой долей разочарования подумал Король, когда неохотно оторвался от губ младшего брата. — Ты мне противен, — прошипел Бел. — Тем не менее, тебе понравилось, Мелкий, — не без оскала гордо ответил Джил. — Ты даже отвечал мне… — Не люблю я повторяться, но… — Что же? — заинтересованно спросил Король. — ПНХ, мудло тупое… — гневно сказал Гений и встал на ноги, столкнув с себя Расиэля. — Заебал, честное слово. После этих слов младший отряхнулся и направился к двери. «Если тебя забавляет моя ершистость, то это не значит, что я стану послушным мальчиком. Ты ведь сможешь мною помыкать, а я этого не хочу. Но кто отменял пофигизм? Верно, никто», — победно рассуждал Бельфегор, как вдруг его остановил сам Король, который схватил нашего героя за руку. — Бел, почему ты так печёшься о своих так называемых "товарищах"? — Вполне логично, что товарищей нужно поддерживать, так как они поддерживают тебя. — Сколько пафоса… Другого от своей Копии я и не ожидал. Только… — Только что? — Если ты действительно хочешь защитить своих товарищей, то не впутывай их в наши игры. А то ведь сон перетечёт в реальность. — Что ты этим хотел сказать?! — Ще-ще, а дальнейшая информация не задаром… — В смысле?! Расиэль притянул к себе Принца и вновь поцеловал его в губы. Почти сразу Джил проник в рот Бела, который раскрылся от шока и возмущения. Другими словами, Бела снова заткнули. Медлить Король не стал: он сразу повалил Потрошителя на пол. Что же, первого ожидал довольно неожиданный, но приятный момент — Бел возбудился. «Какого черта?!» — промелькнула мысль в голове Гения, когда он почувствовал касание губ на своей шее. Прикосновения Короля были довольно нежными, доставляли одно лишь удовольствие. Его мягкие губы медленно покрывали бледную кожу на шее Принца довольно страстными поцелуями. Сам Бел не сразу опомнился после того, как подставил шею для больших поцелуев. А опомниться его заставил сам Джил, который аккуратно снял полосатый свитер Бела, оголяя его торс. — Сиэль… — тихо прошептал наш герой старшему брату. — Да, Бел? — Слезь с меня, а то яйца оторву… — уже в голос и довольно решительно настоял Потрошитель. Минута молчания, и Король лишь начинает смеяться. — Бел, ты слишком мягок для того, чтобы убивать кого-нибудь, к кому привязался. — Ши-ши, дело не в том, что я не могу убивать из-за привязанности. Просто я уже привык к упоротости товарищей, и они меня не бесят. Ты же — другое дело. Ты тот, из-за кого моя жизнь катится к чёртовой бабушке, тот, кто делает меня в глазах моих товарищей шизофреником, а также тот, кого я очень сильно хочу придушить… — Как красноречиво, Копия… — Я сказал, куда тебе пойти. На этом закончим. — Тут я всё решаю! — недовольно запротестовал Расиэль. — А потому просто так ты не уйдешь, так как я не хочу этого. — Но это же мой сон! — Ще-ще, сон, может быть, и твой… А управлять им подвластно мне. — Т-твою налево… *** — Бе~ел-семпа~ай, Бе~ел-семпа~ай… — звучно, но нудно зовёт иллюзионист. — Чего тебе, Жаба? — хрипло спрашивает Принц, поворачиваясь на бок и кутаясь в одеяле сильнее. — Сего~одня вы прокричали "Расиэ-эль!!!". А кто тако~ой этот Ра~асиэ~эль? — Тебе уж точно знать не обязательно… — буркнул Бельфегор.