P.S. I love you x

Луи сидит среди смятых простыней на кровати, крепко держа рамку с их с Гарри фотографией в руках. Это всё, что осталось после него. Это всё, что вообще говорит о том, что он был здесь хоть раз. Именно о н, не Эдвард. Парень не пытается вытирать слезы, которые предательски скатываются по его щекам. Честно говоря, он уже не пытается ничего. Все попытки дозвониться и достучаться до Гарри тщетны. Все нити оборваны, их любовь потеряна. Томлинсон не чувствует ничего, кроме резкой боли и ничтожной пустоты внутри себя; его просто разъедает и ломает на кусочки. Он молча ложится в кровать, зная, что он не уснет из-за холода и одиночества. Пожалуйста, лишь бы Гарри не ушел навсегда. Луи не справится. Однозначно не справится. *** Луи сидит на лавочке возле подъезда и ждет пока на часах стукнет полдень, чтобы явиться к Найлу, ведь этот блондин – единственная зацепка, которая может помочь. Парень отсчитывает в голове каждую секунду, нервно кусая губы и недовольно хмурясь. В один день будто бы все утратило смысл, и только потому, что смысл был в одном человеке. Он тяжело вздыхает, все же поднимаясь с места и решаясь подняться по лестнице к Хорану. Внутри всё сжимается и живот невыносимо болит, якобы напоминая о том, что ещё вчера на этой лестничной площадке он толкал своего парня, на лице которого была темная маска, скрывающая его личность. Личность человека, которого он всегда любил, даже если это понял только вчера вечером. Томлинсон звонит в дверь, переминаясь с ноги на ногу и чувствуя себя полным идиотом. Спустя несколько секунд Найл таки появляется на пороге, крепко сжимая в руке дверную ручку. На его лице сразу виднеется разочарование, как только он видит гостя. – Чего тебе, Луи? – Гарри у тебя? – шатен пытается заглянуть через плечо Найла внутрь квартиры, оттягивая край своей футболки. – Нет. – блондин спокойно говорит, проводя рукой по волосам. Не нужно быть капитаном очевидностью, чтобы догадаться о том, что Найл всю ночь успокаивал Гарри. Да, этот мальчик ушел сильным и непоколебимым, но это не значит, что он не уснул плачущим. – Он у тебя, я знаю. – Луи старается выглядеть уверенным и не дрожать при каждом стуке настенных часов в коридоре. Хоран медленно пожимает плечами, отходя от двери и кивая шатену в знак приглашения. Тот без сомнения заходит внутрь, быстро разуваясь и проходя вглубь коридора. Он в панике осматривает каждую комнату, но не слышит ни единого звука. – Он ушел под утро. Сказал не беспокоить.. Блондин прислоняется к стене, зарываясь рукой в отросшую чёлку. Он тоже волнуется, это невозможно скрыть. – И что когда будет готов, то мы с ним увидимся. – поспешно добавляет, смотря на Луи. – Ясно. – парень заходит в небольшую комнату, в которой стояла крохотная кровать и такой же небольшой диванчик рядом. Не нужно спрашивать, кто на нем спал, ведь там всё ещё лежит черная гладкая маска. Дышать становится тяжело. – Ты сделал огромную ошибку, Луи. – Найл скрещивает руки на груди, упираясь плечом в дверной проем, наблюдая за тем, как черты лица Томлинсона постепенно меняются. – Когда отпустил его? Шатен садится на колени рядом с диваном и берет в руки маску, проводя по ней кончиками пальцев. Хоран внимательно наблюдает за тем, как голубоглазый смотрит на кусочек ткани, ухмыляясь. – Забирай. – Что? – Луи шепчет одними губами, поднимая взгляд на парня. – Она мне не нужна. – Найл садится рядом с Томлинсоном, отводя взгляд в сторону. – Зря ты играл его чувствами, Луи. – Я... я знаю. – он растерянно бегает глазами по комнате, делая глубокий. – Ты сломал его, а он ещё подросток. Хоран обхватывает колени руками и утыкается в них носом. Найл – лучший друг Гарри, и говорить о подобных вещах с человеком, который поступил так низко так разрушил жизнь кудрявого мальчика, очень сложно. – Ты не имел права. – Он не имел права мстить мне. Т а к. – Луи понимает, что только что сказал и сразу же начинает винить себя во всех смертных грехах, которые он выдумал сам, потому что в бога не верит. – Это не месть. – Найл грустно улыбается, набирая больше воздуха в лёгкие и значительно напрягаясь. – Это его способ рассказать о своей боли. Ты никогда его не слушал. Никогда не слышал. – Я хочу вернуться в прошлое. Я хочу переписать все заново. – шатен закрывает глаза, шумно сглатывая подступивший к горлу ком: это его вина. – Ты никогда этого не сделаешь. Ты можешь перевернуть страницу и продолжить писать вашу историю, но в этом нет смысла. – Хоран останавливается на несколько секунд, запинаясь и думая, как объяснить все свои мысли в этой же манере. – Потому что... Гарри вычеркнул тебя. Он, скорее, даже выкинул тетрадь. – Он не мог. Он любит меня, Найл. – Луи стискает зубы, медленно поджимая губы и стараясь дышать полной грудью. – И я люблю его. Честно. – Зачем ему любовь, которая ломала его, которая выматывала его, отнимала терпение? – вскидывает брови, удивляясь явному эгоизму Томлинсона. – Ты вроде как еле пережил тот факт, что Эдвард и есть Гарри. Обидно, что он работал в притоне? Луи молча вздыхает и замечает осуждающий взгляд Найла, виновато прикусывая губу и надеясь найти каплю поддержки. Не найдет. – А ты всегда был такой же шлюхой, даже не работая там. – блондин процеживает сквозь зубы, сдерживая себя от желания врезать этому парню. Томлинсон поднимается с пола, медленно кивая головой в знак согласия и направляясь в сторону выхода из комнаты. Точно, притон. Возможно, от него ушел Гарри, но остался ещё таинственный Эдвард. Возможно, есть ещё капелька надежды. *** Луи неуверенно стучит, сразу дергая за ручку и заходя внутрь. Волнение берет свое и его бросает в дрожь, когда он сталкивается взглядом с приятной на вид девушкой. – Привет. – Клэр говорит спокойно и размеренно, доставая из небольшого кармана ручку. Вся загадка и таинственность будто бы перешла на нее и она выглядит по-особенному, как-то загадочно. – Прив-вет. – Томлинсон теряется, опуская взгляд на блокнот в руках девушки и наконец вспоминая зачем пришел. – Эдвард здесь? – Нет. Девушка подходит к стоящему возле двери комоду, открывая его и доставая небольшой бумажный конверт. Протягивает его Луи, слегка прищурившись. – Он оставил это тебе на случай, если ты придёшь. Луи берет конверт из рук Клэр, крепко сжимая его в ладони. – Спасибо. – Вижу, у вас сложились какие-то отношения с ним. – она хитро улыбается, поправляя свои пушистые волосы. – Да. Это оказался мой парень. – голубоглазый отходит от девушки, игнорируя ее шокированное лицо и тяжелый вздох. Парень быстро выходит из квартиры и захлопывает за собой дверь, начиная спускаться вниз по лестнице. Луи уверен, что он сюда больше не вернётся. Осталось только заглянуть в конверт. Там может быть последний шанс, остаток надежды. Он выходит из подъезда и отходит немного дальше от него, сразу же усаживаясь на лавочку под тенистым деревом. Разрывает дрожащими руками конверт, осторожно доставая из него согнутый вдвое лист бумаги и несколько крупных купюр, которые в совокупности создавали достаточно немаленькую сумму денег. Хмурится, совершенно ничего не понимая. Луи открывает лист, сразу же замечая до боли знакомый почерк. Почерк, который он видел в тетрадках по геометрии и литературе, когда Гарри учился в школе. Почерк, который каждый раз красовался на всех любовных записках, которые кудрявый ему оставлял. Почерк, которым он подписывал каждый подарок, каждую открытку, каждую мелочь. Томлинсон прикрывает глаза, прежде чем снова распахнуть их и приступить к чтению. К чтению того, что окончательно его сломит. Того, что не даст дышать. Того, что его точно у б ь е т. «Луи, если ты читаешь это, то я не удивлен. Я знал, что ты вернёшься туда, хотя все ещё сложно думать о том, что ты думаешь обо мне как о шлюхе, но я сам пошел по этой дороге. Я ни о чем не жалею: ни о наших отношений, ни об этом решении. Ни о чем, правда. Но я уважаю себя. Слишком уважаю себя, чтобы остаться с тобой. Чтобы знать всё это, заново чувствовать, смывать с себя в душе всю боль, когда ты трахаешь кого-то в это же время. Я так устал, Лу. Честно, очень устал. Я никогда не думал, что оставить тебя позади будет так сложно, но я сделаю это. Я заслуживаю большего. Я заслуживаю любви, понимания, поддержки. Заслуживаю быть услышанным, быть чьей-то главной целью, достижением. Чьим-то ориентиром. Но больше не твоим. Ты можешь сотни раз говорить о том, что любишь меня, что не хочешь отпускать, что влюбился дважды, но для настоящей любви достаточно одного раза. Ты многое обещал мне, но не сдержал ни одного из них. Ты – самая красивая ошибка в моей жизни, самое большое разочарование. Однажды я пытался поговорить с тобой об этом и разобраться во всем, но ты просто струсил. И именно тогда ты сделал свой выбор. Я не знаю, о чем ты думаешь, как себя чувствуешь. Но ты держись, ладно? Одевайся тепло, когда наступит осень, и пей больше горячего чая зимой. Ты сильно мёрзнешь, я помню. Мы познакомились с тобой зимой. Сложно забыть, да. Деньги. Это то, как ты меня оплачивал. Точнее, Эдварда, но Эдвард – часть меня. Забери их. Я очень не хотел бы знать, что спал со своим парнем за деньги. И что ты спал со своим парнем за деньги. Это неправильно, ведь тогда я тебе еще принадлежал. Не полностью, но по-настоящему. Оставайся сильным, Лу, и будь счастлив. Я люблю тебя, но без тебя я справлюсь. Улыбайся, не дай своей улыбке погаснуть. Прощай.

– Г.»