Его слабость

— Обнимемся? — И ты ещё спрашиваешь? — Ричард сделал шаг вперёд и заключил девушку в объятия. В нос ударил цветочный аромат парфюма, такой знакомый и одновременно чужой. Мужчина чуть крепче сжал Джессику и почувствовал, как её ладони пару раз провели по спине. Он так скучал по ней, по этому хрупкому телу, по каштановым волосам и мелодичному голосу с хрипотцой. В душе на мгновение всё улеглось: девушка, которую он полюбил, теперь снова здесь, в его руках. А через секунду сердце сжалось, потому что Джессика попыталась высвободиться из объятий — их приветствие вышло за рамки дружеского. — Рада тебя видеть, — без тени злости или раздражения произнесла гостья и, взяв его под руку, повела к столу, где все уже разместились.       Джессика незаметно присела на высокий диван к своему законному мужу и облокотилась на него. Адам на удивление смог скрыть своё негодование и проснувшуюся ревность за активным обсуждением детективных нью-йоркских дел. — И вот, представьте себе, покушение подстроил вовсе не брат, а водитель! — все ахнули. — Это было самое ужасное дело, которое я вёл. Мало того, что улик никаких, так ещё бизнесмену было всё равно, покусились на него или нет. У него, видите ли, цена акций падает. — Кажется, у тебя там поинтереснее работа, чем в тихом Сагаре, — заметил Даниэль. — Получается, ты пошёл по моим стопам и стал детективом? Частным? — Ну, во-первых, не по твоим стопам, — ехидно ответил Адам, — а, во-вторых, ты не совсем прав.       И Хьюз начал рассказывать про то, как устроил свою новую, уже не холостяцкую жизнь в Нью-Йорке. Сразу после медового месяца молодая семья стояла на распутье: прикупить небольшую, но уютную квартиру недалеко от центрального парка или дом в спальном районе города. Цена на недвижимость была конской, но накопленных денег за годы службы у Ричарда с головой хватило на первый вариант. По рекомендации Даниэля и с помощью коротких звонков от короля Сагара Адама сразу взяли на должность частного детектива в известное бюро расследований. Оттуда же его могли направлять на работу и в качестве охранника для высокопоставленных лиц. Сначала было сложно и непривычно — новое место, новые люди, глобальные перемены после жизни в одном городе. Но, спустя месяц-другой, Хьюз освоился и начал получать удовольствие от своей работы. Мужчина чуть было не заикнулся, что ему она нравится даже больше, чем служба у короля, но резкая боль в ступне прервала его на полуслове — Джессика успела вонзить каблук в ногу мужа, прежде чем необдуманные слова слетели с его губ. — Но кто главный в вашей семье видно невооружённым глазом, — Вильма рассмеялась и подмигнула Джесс. — Спорим, что в спальне наше золотце тоже главная?       Все рассмеялись, а Адам начал в шутку защищать мужскую честь.       Тем временем подали ужин. Беседку заполнили ароматы только что приготовленной еды. У каждого на тарелке красовался говяжий стейк со спаржей и домашним брусничным соусом. Гарнир был на выбор: кто-то заказал запечёный картофель, кто-то цукини на гриле. В центре стола появился салат из помидор, сладкого лука и свежей брынзы, а рядом с ним — тарелка сезонных фруктов. Сбоку разместили корзину со свежим хлебом и стойку с пряным и оливковым маслами. Каждому поставили хрустальный, начищенный до блеска бокал и налили красное сухое вино из королевского погреба. Всё это выглядело аппетитно и эстетично: хотелось даже выложить фотографию в социальные сети. Прислуга раскланялась и покинула беседку, оставляя королевскую чету наслаждаться блюдами.       Джессика оказалась такой голодной, что схватила вилку с ножом первой и принялась разбираться со стейком, пожелав всем приятного аппетита. Она на мгновение склонилась к уху Адама и прошептала: «Пожалуй, больше всего я скучала по этой еде». Вместе с девушкой к ужину приступили и остальные гости. Разговор не клеился, все были заняты мясом и вином. В комнате слышались только стук приборов, короткие разговоры и тосты с последующим звоном бокалов.       Чуть позже, когда Джессика заморила червячка и начала растягивать удовольствие от приема пищи, она решила вновь завести разговор: — Ваше Величество, у меня вопрос, — Ричард чуть не подавился от такого официального обращения. — Расскажите, пожалуйста, как вы взошли на престол. — Джесс, давай без формальностей, — король улыбнулся и, осушив бокал, откинулся на спинку стула. — Тебе с какого момента: когда в мою жизнь бесцеремонно ворвались и перевернули всё с ног на голову или когда натворили дел и умчались в закат?       Джессика посмотрела на Ричарда и встретилась с ним взглядом. В его глазах играл мрачный огонёк, но на губах оставалась любезная улыбка. У девушки засосало под ложечкой, и она забыла, какой вопрос был задан. На выручку, конечно, пришёл Адам: — Думаю, что всё-таки со второго. С первым всё понятно, — мужчина разлил всем остатки вина и отставил пустую бутылку на пол. Свободной рукой он нашёл ладонь жены и сжал её ледяные пальцы. Адам не был глухим или слепым, поэтому замечал каждый взгляд друга, любые слова в адрес Джесс и едкие комментарии. Ричард как будто испытывал его терпение. — Ладно, ладно, не хотел, чтобы это прозвучало как камень в ваш огород, — мужчина перевёл взгляд на Хьюза и подмигнул. — Мы виделись после окончания вашего медового месяца, но тогда я решил не морочить никому голову и просто принял всё как данность: Джулия перестала претендовать на место моей жены, это хорошо, но при этом другой кандидатуры не осталось, — Ричард сделал глоток вина, стараясь не смотреть на Джессику. — Леонард тоже пролетел в этом плане. И остались два наследника ни с чем. Решение было за отцом, он пытался подобрать кандидатуру, которая, по его мнению, наиболее подходила на роль правителя Сагара. Сделал он это искусно: устроил что-то вроде выборов среди граждан страны, — Адам с Даниэлем переглянулись. Последний едва заметно повел левым плечом назад, давая понять, что ему некомфортно. У Хьюза сразу же возникла пара вопросов, но он решил приберечь их на потом, — и народ выбрал меня, только с условием, что в течение года я найду себе спутницу, иначе — королем станет следующий по списку претендент.       Девушки внимательно слушали Ричарда и продолжали трапезу, иногда переглядываясь и уверенно кивая. Эмма и Вильма, будучи свидетелями истории с самого начала, сомневались, что нынешний король сможет найти себе подходящую жену. Они обе прекрасно знали, что в его сердце до сих пор Джессика, а значит, никому другому туда прохода нет. Американка с каждой секундой всё больше погружалась в свои мысли, слушая только короля. В ней возрождалась вина за то, что она натворила в Сагаре полгода назад. Джессика была уверена, что прошла этап принятия результатов своих поступков, но, видимо, ошиблась. — В принципе, этого следовало ожидать, но справляться одному со всеми делами крайне тяжело. Даже несмотря на то, что у меня есть несколько незаменимых помощников в лицах Эммы и Даниэля. — К Ричарду вновь вернулось непроницаемое выражение лица, а сам он поднял бокал и продолжил: — Миссис и мистер Хьюз, хотел бы выпить за вас и за то, что вы наконец вернулись к нам.       В беседке вновь раздался дружный смех и звон бокалов. Вскоре вернулись слуги, чтобы поменять опустевшие тарелки на закуски: сырные, колбасные и фруктовые блюда. Пустые бутылки вина превратились в полные, а к бокалам присоединились рюмки для крепких напитков. Свет приглушили, по углам комнаты зажгли свечи: беседка погрузилась в полумрак, причудливо заиграли тени. Присутствующие, выпившие достаточно, чтобы раскрепоститься, отпускали пошлые шутки, спорили и громко разговаривали. Казалось, границы приличий стёрлись, поэтому каждый позволял себе несколько больше, чем при дневном свете. Например, рука Адама постоянно поднималась всё выше и выше по ноге Джессики, а пальчики уже были готовы коснуться интимного места. Хоть девушка была и не против, но постоянно одергивала мужа, призывая сохранять остатки приличия. Хьюз прекращал приставать, но черед полчаса неизменно брался за своё.       Когда мужчины перешли на крепкое, девушки разделились на два лагеря: Эмма выбрала местную мадеру, а Вильма с Джесс — бренди. Разговоры в компании медленно, но верно, сместились на философские и политические темы. Де Гиз, как самая трезвая, решила прервать разговор о ситуации в Сагаре: — Не знаю, как вы, а я не хочу, чтобы сегодняшний вечер был похож на очередное совещание Ричарда, поэтому объявляю танцы! — девушки сразу вскочили и пошли разбираться со стерео-системой: Вильма собирала плейлист, по несколько раз тыкая в экран, чтобы попасть пальцем в нужную композицию, Эмма, опершись рукой о шкаф, держала телефонный фонарик, пока Джессика шаманила над кнопками. Она почти рандомно нажимала на расплывающиеся из-за алкоголя символы и не могла понять, что хочет от неё система. Спаситель в лице Ричарда присел с ней рядом так, что их лица оказались на одной высоте, взял её руку в свою и произвёл нужные манипуляции. Мурашки пробежали по спине Джессики, а сердце сразу забило тревогу: мужчина был слишком близко, а его прикосновения оказались слишком нежными. Колонки красиво подсветились, из них раздался всем известный мотив песни. — Что бы ты без меня делала, миссис Хьюз, — прошептал на ухо Джесс король и, одобрительно похлопав её по голове, направился к столу.       Девушка стряхнула с себя наплывший дискомфорт и поднялась. Её тут же увлекли в танец, и мысли рассеялись. Джессика двигалась в такт музыке, то поднимала, то опускала руки, рисовала восьмёрки бёдрами и постоянно запускала руки в волосы. Она не чувствовала взглядов двух пар глаз, хотя целый вечер игра в «я не заметила, как ты на меня смотришь» выбивала её из колеи. Видимо, алкоголь взял верх над контролем, и Джессика перестала смущаться. Она даже была готова признать, что лишнее мужское внимание где-то в глубине душе ласкает её самолюбие. От нахлынувшего возбуждения и активных движений Джесс стало жарко — она стянула с себя рубашку мужа и осталась в топе. Вильма одобрительно захлопала и рассмеялась, хотя её короткое коктейльное платье было гораздо откровеннее нового образа подруги. Три девушки пели, смеялись и танцевали, иногда делая перерывы на «допинг». С каждой минутой вечер становился лучше, а проблемы, из-за которых молодой семье пришлось пролететь почти шесть тысяч километров, стали второстепенными.       Вскоре к девушкам присоединился и Даниэль, чем удивил своих друзей, потому что он никогда особо не рвался в центр танцпола. Адам остался сидеть на диване, облокотившись на спинку и чуть расставив ноги. В правой руке, которая покоилась на подлокотнике, он держал бокал с виски, а взгляд не отводил от своей жены. Бывало, в Нью-Йорке они ходили в ночные клубы в компании новых друзей и тоже развлекались по полной. В такие ночи мужчина ни на шаг не отходил от девушки и не подпускал к ней никого: наблюдать за танцами Джессики было непозволительной роскошью. К тому же, он мало выпивал. Сегодня мужчина разрешил себе просто расслабиться.       Его затуманенный взгляд скользил по жене медленно, ловя каждый её изгиб. Она собрала волосы в пучок, чтобы было не так жарко, и он уже успел растрепаться. Дома в кровати это выглядело мило, а сейчас — стильно. Аккуратность не всегда выигрышна. Теперь было видно шею: тонкую и длинную. Дальше Адам спустился ниже, на плечи. Оголённые, слегка угловатые и чуть шире бёдер. Девушка стояла к нему спиной, поэтому взгляд Хьюза скользнул на лопатки, под которыми собрался топ без бретелек. При каждом движении девушки тень на её теле менялась — это зачаровывало и притягивало всё больше. Мужчина сделал глоток виски и улыбнулся, когда Джессика рассмеялась, опустила руки на талию и наигранно начала активно двигать бёдрами. Адам почувствовал в районе сердца горячую волну и тихо выдохнул. Он уже знал эти ощущения: они появлялись, когда мужчина позволял себе расчувствоваться, — и, по его понятиям, прилив огня в груди обозначал любовь.       Хьюз не заметил, как к нему подсел Ричард и проследил за его взглядом. — Оу, Адам, откуда в тебе столько чувств? — мужчина вздрогнул и повернулся к другу. — Оттуда же, откуда и у тебя, — Хьюз сощурил глаза и потом похлопал короля по плечу, пытаясь разогнать возникшее напряжение. — Иногда не могу поверить, что она досталась мне. — Я тоже, — собеседник повелся на провокацию. Адам уловил в голове первый звоночек, потому что полгода назад Ричард ответил бы что-то вроде «я рад за вас». — Впрочем, чтобы не выходить за рамки приличия, хотел уточнить кое-что у тебя. Могу позвать твою жену на медленный танец?       Гость сжал челюсти и чуть склонил голову вбок, пытаясь разглядеть лицо друга. Служба в Нью-Йорке кое-чему научила Адама, в частности, разбираться в эмоциях людей. Однако темнота делала своё дело, и он лишь согласно кивнул, так ничего и увидев. Почему бы не подарить давнему другу танец с женой?       Как по заказу из колонок полилась "Wicked Game" Криса Айзака. Адам сделал нервный глоток и потёр правой рукой подбородок. Он собрался позвать Эмму ради приличия, но та отказалась, просто присев рядом и отхлебнув мадеру. Мужчина перехватил взгляд Джессики, когда ту пригласил Ричард, и кратко кивнул, как бы отвечая на вопрос «Все в порядке?». — Он спросил у тебя разрешения? — прошептала подруга. Хьюз неохотно кивнул ещё раз. — Почему ты согласился?       Действительно, почему? Адам не смог ответить на свой вопрос и сам на себя разозлился. Ричард целый вечер не отрывался от Джессики, было видно, как сильно он скучал и какие чувства испытывает к чужой жене. А раз это было так прозрачно, то почему Хьюз позволил мужчине, хоть и другу, забрать на танец свою возлюбленную? — Ты слишком много придаёшь этому значения, — ответил Адам и себе, и Эмме. Де Гиз понимающе кивнула и молча проследила за взглядом друга.       Ричард аккуратно приобнял Джессику за талию и, покачиваясь из стороны в сторону, пошёл по кругу. Она была смущена - то опускала взгляд, то отводила в сторону. Мужчина хотел притянуть её ближе, но желание не стать раскрашенным и окончательно кинутым было сильнее. Джессика обвила шею поклонника. Сначала они танцевали в неловкости и молчании, но чуть позже девушка шумно выдохнула, будто собираясь задать вопрос. — Джесс, что хочешь узнать? — с улыбкой произнёс король и склонился чуть ближе, перехватив её взгляд.       Девушка часто заморгала и слабо улыбнулась в ответ: — Ты слишком много внимания мне уделял сегодня, не думаешь? — спросила гостья прямо в лоб, чтобы не ходить вокруг да около и не тратить время. — Я соскучился, — король пожал плечами. — Что в этом плохого? — Ты знаешь, к чему я клоню, Ричард, — Джессика хоть и была пьяна, но прозвучала достаточно серьезно. И сквозь легкую пелену ощущала нежную кожу мужских ладоней на спине. Они были мягче, чем у Адама, и гораздо более ухоженные — словом, руки короля. Ричард испытующе изучал лицо Джесс. — Что ты хочешь услышать от меня? — резко спросил мужчина, отчего девушка дернулась. Она не ожидала такого от Рича. Заметив это, он смягчился. — Что я соскучился? Что ты мне небезразлична? — песня подходила под всю эту ситуацию: иной мог даже написать про это в своём романе. — Что я до сих пор люблю тебя, Джессика?       Девушка охнула, это не было неожиданно, просто она не успела подготовиться к таким словам. Гостья задышала чаще и вцепилась пальцами в плечи мужчины. Не сказать, что она начала задыхаться от радости, просто безответность чувств Ричарда вдруг нашла отклик в её душе. Лучше было не приезжать, лучше было вообще не появляться в жизни сагарцев: ни Адама, ни Рича, ни Эммы. Одного она осчастливила, второго обрекла, а третья осталась расхлебывать. Такие мысли на пьяную голову грозили лишь слезами, мучениями совести и сожалениями о том, что было уже не изменить.       Чтобы не расплакаться прямо здесь и сейчас, Джессика крепко обняла Ричарда и уткнулась носом в его плечо. Мужчина опешил, но аккуратно прижал её к себе. До конца трека оставалось секунд десять, половину из которых пара простояла в этой позе. Потом Джесс отдалилась и дрожащим голосом произнесла: — Прости, — она замолчала, давая себе пару мгновений, — мне нужно подышать.       Песня тут же закончилась, и гостья, не смея даже посмотреть на мужа, подошла к выходу из беседки, надела пальто и шагнула за порог. Недоуменные взгляды провожали Джесс, пока её силуэт не исчез за ближайшим поворотом.       Адам был на низком старте. Он догадывался, что произошло. Всё внутри горело: от ревности, злости и волнения. Мужчина ненавидел, когда Джесс плакала и когда ей делали больно. Во время танца его сдерживала Эмма, которая либо разговаривала с ним, либо сжимала плечо, не давая прервать выяснение отношений. Однако сейчас это перестало действовать. Хьюз вскочил, из его глаз летели молнии. — Что ты ей сказал? — громко и с вызовом спросил он у Ричарда. Только Даниэль и Эмма заметили в его словах оттенок страха. — Правду, — король качнул головой и холодно посмотрел на Адама. Второй звоночек. Раньше Рич последовал бы за девушкой, а сейчас лишь пару раз взглянул в окно и сел на прежнее место.       Хьюз презрительно фыркнул и направился к вешалкам. Раз Ричард больше не способен заботиться об окружающих, этим займётся Адам, тем более что «окружающие» это его жена.