Слияние
13 мая 2020 г., 14:15
Музыка эпизода: Drake — Nonstop G-Eazy, Cardi B, A$AP Rocky — No limit
Прошло уже больше года, как тетушка Аннет Сильвер-Харрис покинула этот бренный мир, оставив все наследство и публицистический бизнес мне — своей любимой племяннице, Агате Харрис. Взращенная во мне страсть к книгам с детства не была напрасной тратой времени: мое чутье на перспективных авторов стопроцентное. С первых страниц определяю цепляющую историю, превращая ее во всемирный бестселлер под моим чутким руководством. Я зажигаю новые звезды в мире современной литературы и являюсь самой завидной невестой в глазах всех Английских таблоидов. Наследница многомиллионного состояния и просто сногсшибательная, остроумная, сексуальная девушка, вокруг которой мужчины всех мастей и рангов вьются, словно мухи, готовые есть с моих рук, если я захочу. Но это слишком просто, не находите? В моих руках власть, деньги, сексуальная привлекательность, и со всем этим багажом, я — акула в мире мужчин. Они поедают меня глазами каждый раз, когда я вхожу в конференц-зал и в этом мой кайф. Внимание и подчинение. Сегодня важный день — переговоры о слиянии с одним из шведских издательств. Генеральный шведской стороны: какой-то старикашка — Фредерик Ларсен; согласен на все мои условия и заглядывает в рот ради моих денег для его независимой конторки. Но, стоит отдать должное, пара их авторов — кладезь для моего бизнеса, и я не готова терять их. Я жажду мужского внимания и отвисших челюстей; мой стиль вот уже год неизменен: для деловых переговоров только красная юбка-карандаш, любимые черные Джимми Чу на шпильке, из нижнего белья только черный кружевной бралетт, полупрозрачная черная блузка с рукавом в три четверти. Платиновые волосы собраны на затылке в строгий пучок. Мне нравится осознавать, что эта толпа в строгих костюмах пытается совладать со своей влажной фантазией со мной в главной роли и скрыть эрекцию, а я просто уничтожаю их взглядом, сидя в кожаном кресле, в юбке без трусиков. Похоже, я начинаю понимать свою тетушку, которая так долго и успешно вела этот бизнес, не обзаводясь мужем и детьми. Еду в офис на своем МакЛарен 570s — это не тачка, это просто секс: ревет и заводится с пол-оборота, разгоняясь до сотни за 3 секунды. Дикая, резкая, мощная — эта машина создана для меня по всем характеристикам. Обычно приезжаю чуть позже назначенного времени переговоров: мне нужно показать, кто здесь главный, и заставить себя ждать. Отличная психологическая уловка. Не изменяю себе даже сегодня: опаздываю уже на 10 минут. Телефон греется от звонков моих ассистентов и самого Фредерика. Холодно отвечаю, что застряла в пробке, и делаю все возможное, чтобы успеть. Не дослушав, сбрасываю звонок. Вхожу в здание, не спеша следую на своих пятнадцатисантиметровых каблуках, дефилируя к лифту, несущему меня на 35-й этаж. В руках стаканчик из Monmouth Coffee — пожалуй, лучший лавандовый рафф в Лондоне, не так сильно напичканный молоком. Я люблю горечь и терпкость кофейных зерен. Здороваюсь с девочками на ресепшен, направляясь в переговорную. Одна из них, убей не помню, как ее зовут, предупреждает, что мистера Ларсена сегодня на переговорах не будет. Вместо Фредерика прилетел его доверенное лицо — некий мистер Нильсен. Да хоть сам Дональд Трамп, мне плевать. Мило улыбнувшись, вхожу в переговорную. Оу, да у нас сегодня не слет старых импотентов, а свежак из шведской крови с молоком? Уберите молоко, можно просто крови. Уже интересненько. Отпиваю кофе, нарочно оставляя одну бежевую каплю на губах. Смахиваю ее пальцами, облизывая их на глазах у всего этого зоопарка. Практически все нервно заерзали, поправили галстук, вжались в стул или отвели взгляд. Но не этот голубоглазый хлыщ. — Прошу прощения за опоздание: дикие пробки, — виновато улыбаюсь и шагаю, раскачивая бедрами, к своему креслу в самом центре стола. — Очень странно, мисс Харрис. Лондон в это время уже максимально свободен для передвижений, — он говорит с таким мерзким акцентом, что аж зубы сводит. — Простите, мистер… А кто вы? Мы с коллегами ожидали увидеть мистера Ларсена. — Ох, простите мне мои манеры. Александр Нильсен, заместитель Фредерика, — хлыщ встает в полный рост, протягивая мне свою ладонь в знак приветствия. А он ничего так — поджарый торс, застегнутый на все пуговицы черной рубашки, но под ними не скроешь рельеф тела; узкие черные брюки, удерживаемые ремнем на бедрах; дорогие часы, каштановые волосы аккуратно зачесаны назад. Я бы однозначно тебя трахнула, Алекс Нильсен. — Да уж, вас дикие короли воспитывали, мистер Нильсен? — ухмыляюсь и снова отпиваю кофе, оставляя его протянутую ладонь в полном одиночестве. На удивление, он не тушуется и вытянутой рукой выхватывает из рук мой лавандовый рафф, отпивая из стакана. Хм, значит, хочешь показать, кто тут папочка? Спорим, ты разочаруешься, Нильсен? Слышу сдавленные смешки в переговорной, окидываю всех присутствующих уничтожающим взглядом. — А теперь, уважаемые акционеры, давайте обсудим условия, на которых издательство мистера Фредерика позволит его сотрудникам самим оплачивать свой утренний кофе. Смешки громче, кое-где слышны тихие аплодисменты. Я сверху, и я поимею тебя, щенок. Нильсен чуть не давится огненным напитком, метая в меня искры из голубых глаз. Погоди, красавчик, я только разогреваюсь. Переговоры проходят в штатном режиме, если не брать во внимание это недоразумение с Нильсеном. Юристы обеих сторон все проштудировали уже раз двести, доверенности проверены, пришло время поставить подписи управомоченных лиц, и объявить слияние завершенным. Всё проходит, как нельзя лучше: я закрыла сделку за сущие копейки для издательского бизнеса и теперь владею перспективными активами в Швеции. Благодарю обе стороны за проделанную работу и объявляю, что празднование пройдет сегодня вечером в лучшем ресторане Лондона. Распускаю сотрудников по своим отделам, радушно пожимая руки всем акционерам. Провожаю шведскую делегацию, с благостной улыбкой Матери Терезы. Я поимела вашего Фредерика как мальчика. Закрываю дверь в переговорной, с диким желанием допить остывший кофе и насладиться своим триумфом в одиночестве, как понимаю, что я не одна. Самодовольный Нильсен сидит на моем кресле! — Прошу прощения, но переговоры окончены, Александр. До встречи вечером. — Я так не думаю, — на чистом английском, без идиотского акцента, произносит он. Я приближаюсь, виляя бедрами в узкой юбке, замечая его взгляд на себе. — Что это значит, Нильсен? — закусываю губы и смотрю взглядом олененка Бэмби. Гаденыш подходит еще ближе, останавливаясь у края стола, чуть склоняет голову набок, скрещивая рельефные руки на груди, и оценивающе смотрит на меня. — Я думаю, что мистер Ларсен отдал вам свой бизнес за бесценок, а вы этим воспользовались, мисс Харрис. — Странно, что с вашей проницательностью и деловым чутьем, генеральный директор — не вы, Ал, — придвигаюсь вплотную к его телу, указательным пальцем провожу вниз по его груди, слегка надавливая ноготком. Понимаю, что в бедро мне упирается не папка с документами. — А если бы это было так, вы бы пересмотрели условия слияния? — он кладет обе ладони на мои ягодицы, сжимая их. — Смотря, на сколько бы ваши условия меня удовлетворили, — хватаю его лицо пальцами, заставляя посмотреть мне в глаза. Я понимаю, что мое тело трепещет от одного взгляда этого самоуверенного говнюка, и меня ничто не останавливает, ведь завтра его уже не будет в Лондоне и моей жизни. Прости, тетушка Аннет. Твоя любимая племяшка легко опускается до таких животных реакций. — Я бы рассмотрел не только слияние, но и поглощение, мисс Харрис, — крепко сжав мое запястье, отодвигая от своего лица, со сталью в голосе говорит Алекс. Черт, да ты такой горячий, Нильсен. Я на секунду бросаю взгляд в сторону прозрачных стен переговорной, давая ясно понять, что согласна поиграть, но не при свидетелях — внизу более трех сотен моих сотрудников. Он понимает с полувзгляда, подходит к стене, и одну за другой закрывает их жалюзи. Я смотрю на его сильные плечи, широкую спину и жилистые руки, торопливо закрывающие нашу похоть от остального мира. Возбуждаюсь от этого еще сильнее. Подхожу к Алексу, прижимая его спиной к краю длинного стола для переговоров. Он шумно выдыхает, расстегивая верхние пуговицы рубашки. Беру его за ворот и притягиваю к себе, другой рукой следуя по внутренней стороне бедер, останавливаясь у паха, сжимая ладонь на его внушительной эрекции. Мы оба задыхаемся от возбуждения. Его длинные пальцы расстегивают мою блузку, сбрасывая ее рядом со столом, одним движением он стягивает лямки бралетта, обнажая мою грудь. Ласкает, щиплет, сминает мои соски руками, изучает тело, отчего из меня вырываются похотливые стоны. Продолжаю ласкать его промежность, расстегивая ремень и молнию брюк, затем то же проделывая с оставшимися пуговицами на рубашке, проводя коготками по его рельефной груди и скульптурному прессу. Смотрю в затуманенные желанием темные как океан глаза. Никаких поцелуев — это лишние сантименты для быстрого секса. За стеклянной перегородкой куча людей, отчего наша игра распаляет еще больше. Алекс резко хватает мои бедра, меняя наше положение, и кладет на лопатки. Так же быстро, не церемонясь, дергает мою узкую юбку вверх, отчего она оказывается на талии. Резко разводит мои ноги в сторону и хищно улыбается, замечая отсутствие нижней части белья. — А ты интересная, лилла каттен, — пальцем проводит по моим мокрым складочкам внизу, нажимая большим пальцем на клитор, вызывая первую волну мурашек и спазмов во всем теле. — Я все еще не увидела удовлетворяющих меня условий сделки, мистер Нильсен, — нагло смотрю на него, закусывая губы и трогая пальчиками свои соски, отчего вижу, что он теряет контрольный пакет акций в своей голове. Резким движением он входит в меня одним, а затем и вторым пальцем, заставляя тихо стонать и извиваться под его руками, впиваясь в край стола. — Еще недостаточно условий, мисс Харрис? — вытаскивает из меня пальцы и облизывает их, спуская свои боксеры вниз и обнажая свой главный аргумент в этих переговорах. Черт, ты просто самый горячий мужик на континенте, Нильсен! — Я думаю, пока достаточно для слияния, мистер Нильсен, — задыхаясь, чувствую, как он заполняет меня внутри, вызывая теплые волны по всему телу. Он сжимает мои ягодицы до белеющей кожи, вдалбливаясь сильнее и резче с каждым движением, удерживая мои ноги под коленями. — Жестче, Алекс, — в эйфории стону на всю переговорную, и чхать я хотела, что кто-то услышит, потому что член этого мужчины идеально подходит для меня. Он закидывает мои щиколотки себе на плечи, не сбавляя темпа, опускает свой большой палец на мой пульсирующий от вожделения клитор, размазывая влагу и выводя круги на моем центре удовольствия. Мы шумно дышим: из легких вырываются стоны и низкое рычание, тихие всхлипы и пошлые звуки шлепков голой плоти, когда мы сближаемся. Я не в силах контролировать свое тело, спускаю ноги на его талию, обхватывая и прижимая еще ближе к себе. Руки Алекса поднимаются от моих бедер на талию, вверх по затвердевшим соскам, к моему горлу, сдавливая его. От этого я чувствую, как приближаюсь к разрядке. Еще пара резких толчков, и я извиваюсь, задыхаясь и теряясь в ощущениях от накрывшей меня лавины оргазма. Я сжимаю его внутри себя, приближая к финишу, он выходит и изливается теплом на треугольник моего бикини, сжимая бедро. Нам требуется пара минут, чтобы привести себя в порядок, словно ничего и не произошло. Я ухмыляюсь, застегивая пуговицы на блузке. — Мистер Нильсен, я пришлю вам счет за химчистку — это юбка от GUESS. — Хорошо, мисс Харрис, — он заправляет рубашку в брюки, затягивая их ремнем, — до встречи сегодня вечером. Думаю, в ресторане мы обсудим поглощение, если вы не против.
