Нелёгкая доля таролога

      Оскар медленно открыл глаза, и тут же его голову пронзила боль. Вампир немедленно зажмурился, начал массировать висок, пытаясь усмирить эту пытку. На мгновение у парня проскочила мысль о том, что не надо столько пить, но после эта мысль ушла на второй план, ведь он вспомнил — выпил он только один бокал «Кровавой Мэри». Выдыхая, Астер попытался подняться, однако быстро поплатился за попытку. В глазах помутнело, зазвенело в ушах, но кровопийца смог это преодолеть, стойко пережидая пик мигрени. Стоило недугу немного отступить, Оскар с облегчением опёрся спиной на холодную кирпичную стену и, наконец, осмотрелся.       Это было не самое приятное место. Похоже на то, что парень находился в подвале некоего жилого или уже заброшенного дома. В любом случае, помещение отличалось темнотой и сыростью, было полно старых и никому не нужных вещей: порванная мебель, множество картонных коробок, наставленных и готовых в любой момент обвалиться под весом друг друга, сгнившие деревянные балки, старые инструменты. Под потолком слабо качалась давно перегоревшая лампочка, со старых труб капала вода, а на противоположной от двери стене расположилось маленькое решётчатое окошко, из которого веяло свежестью, но это мало чем могло помочь.       Оскар выдохнул, на мгновение прикрыл глаза. Он обнял себя за плечи, слегка поёжившись от нахлынувших воспоминаний. Он уже был в такой ситуации, был в таком же тёмном и сыром месте, вот только отличия всё же были. В воспоминаниях не было такого в каком-то смысле уютного хлама, а так же того, кто мог одним своим взглядом выжечь душу до тла…

***

      Астера приковало к стене неведомой силой. С разбитой ранее губы парнишки текла кровь. Сам он едва мог встать после очередного наказания от своего господина — Кристиана Граслава. Последний же стоял в противоположном углу комнаты у двери и, приподняв руку, держал слугу в тисках волшебных сил.       — Ты опять подвёл меня, Оскар, — колдун резко махнул рукой, отпуская осуждённого. Он тут же упал наземь, но после попытался встать, не желая сдаваться, подчиняться, пресмыкаться перед этим человеком. — Хм. Даже после всех твоих усилий испортить мне вечер и прилюдной порки плетью, у тебя ещё есть силы на то, чтобы сопротивляться?       Оскар сначала ничего не ответил, пытаясь совладать с собой. Всё его тело болело от перенапряжения и побоев. Особенно сильно ныла спина, исполосованная плетью по милости Граслава. Сквозь боль он приподнялся на локтях и бросил на хозяина взгляд полный одновременно ненависти и насмешки.       — А я знал, на что иду, — тихо проговорил слуга, за насмешливой улыбкой пытаясь скрыть муку, его одолевающую. — Самое главное, что это сработало, и теперь вы… вы… всё сорвалось. Какая жалость, что ваша лошадь сорвалась с обрыва.       Дерзость конюха только сильнее взбесила Кристиана. Оскару договорить он не дал, резко вскинул руку выкрикнув заклинание:       — Инферда!       Заклинание было искажённым, Астер это понял достаточно быстро, ведь ощутил его действие на себе. Его горло тут же обожгло, сдавило, оно пересохло. Несчастный схватился за шею, кашляя. Но помещик не унимался. Он поправил выбившиеся из причёски волосы, почти не сдерживая гнева.       — Паршивец! Ты мне противен! — прокричал он, сжимая руку в кулак и заставляя магию усерднее душить неугомонного слугу, но тот не отступал от своего.       — Мне… Кха-кха! Мне плевать! — сквозь удушье, едва хватая воздух ртом, хрипло попытался прокричать тёмноволосый парнишка. — Я не буду тебе служить! Никогд… Кха! Никогда!       Граслав прикрыл глаза, а жилка у него на лбу начала пульсировать. Как же этот свободолюбивый дурак бесил его. Порой, он сам спрашивал себя, почему не может прямо сейчас свернуть ему шею?       «Неугомонный, тупой и жалкий!» — только такие мысли возникали у и без того бледного помещика всякий раз, как он видел своего слугу за попытками навредить его репутации или имуществу. Сейчас Кристиан едва сдерживал ярость, так бурлящую за его практически скульптурной внешностью. Но всякому терпению приходит конец. Чародей начал одними губами читать одно из заклятий, которое использовал лишь в крайних случаях. Оскар вздрогнул, ощущая как начинает гореть кожа на его запястьях, лодыжках и шее. Это чувство можно было сравнить лишь с тем, как тело обливают расплавленным металлом. Пару секунд парень стойко сдерживал крик, но боль быстро стала невыносимой. В следующий миг он заорал, во всю мощь, не помня себя от боли. Этот крик, полный отчаяния, становился с каждой секундой музыкой для ушей Граслава, но долго эта симфония не продлилась. Маг закончил с заклинанием, сложил руки в жесте цепи и произнёс последнее слово, закрепляя проделанную работу. Конюх же почувствовал в следующее мгновение невероятную тяжесть. Боль теперь лишь отдавалась лёгким уколом в висках и напоминала о реальности. Оскар едва мог чувствовать себя после всего, что с ним приключилось за этот день. Опустив взгляд, он увидел на себе сияющие астральные оковы, вот только до него не сразу дошло, что это, и что его ждёт. А когда дошло, взгляд паренька наполнился неподдельным ужасом.       — Н… нет…       — О да, гадёныш, да! — Кристиан резко схватил цепь, что вела к окове на шее слуги, заставляя того подняться и посмотреть в глаза своему господину. — Интересно, как скоро теперь ты начнёшь молить о пощаде?       И отпустил. Астер вновь оказался на полу, хотел было вновь попытаться возразить, показать характер, как почувствовал, что цепи начали обвивать его тело, сжимать, перекрывая доступ кислороду. Но парень лишь слабо хрипел, а о пощаде просить и не думал.       «Если мне суждено умереть, я умру», — билась в голове единственная масль, когда вдруг он услышал…       — Кристиан! — женский голос. Краем глаза Оскар увидел, как женщина в не слишком пышном синем платье схватила Кристиана за руку и попыталась оттащить кровожадного хищника от беззащитной жертвы. — Кристиан, хватит! Ты же убьёшь его!       — Жанна, отпусти меня! Он должен получить по заслугам! — маг не собирался отступать. Он хотел довести дело до конца, но эта женщина… мешала.       «Сколько ты ещё будешь стоять на пути моих амбиций?!» — Граслав не помнил себя от злости. Сейчас он был готов на всё, даже на убийство. И если не слуга, то помещик всё равно найдёт того, кто понесёт ответственность за его и без того шаткие нервы.       — Это бесчеловечно, Крис! Хватит, умоляю тебя..! — женщина продолжала уговаривать его. Её хватка становилась слабее, превращаясь в нежные объятия. Жанна прислонила бледный лоб к плечу Кристиана, держа его за руку, пытаясь вразумить. И в следующий миг он внезапно остановился. Цепи перестали сжимать Оскара, исчезли, но не исчезла тяжесть, какая возникла с первым их появлением.       — Хорошо, — с ледяным спокойствием выдохнул чародей. Он на мгновение осторожно сжал ладонь милой сердцу и поцеловал её в лоб прежде, чем отпустить. — Иди вперёд, я догоню.       Жанна покорно кивнула, медленно покидая темницу. Кристиан опустился на одно колено рядом с Астером.       — Благодари мою сердечную жёнушку, гадёныш, — прошипел мужчина практически на ухо слуге, а после, слегка поразмыслив, усмехнулся: — К счастью это была последняя капля.       Дверь со скрипом и лязгом закрылась, стоило магу только выйти за пределы тюремной камеры. Оскар некоторое время лежал неподвижно, смотрел в потолок, в какой-то степени жалея о каждом своём слове, каждом своём действии. И нет, не из-за наказания, которому подверг того бесчеловечное исчадие ада, а из-за того, что сегодня оборвётся невинная жизнь. А у пленника даже нет возможности поблагодарить эту женщину за спасение…

***

      Из воспоминаний вампира вырвал звук лязгания чего-то металлического о пол. Парень открыл глаза и повернул голову в сторону двери, откуда и доносился до боли знакомый «плач» железных оков. Сколько он сам был в оковах, когда Кристиан «продал» его Эрнесту? Сколько ему приходилось просто находится в застенках, пусть с едой, водой и спальным местом, пока он не впал в апатичное состояние? Оскар, право, не помнил и сам. И только сейчас решил осмотреть себя. Удивительно, но на нём не было никакого сдерживающего фактора в виде кандалов или цепей. По большому счёту сейчас Астера совсем ничего не держало, что было для плена… необычно. Понимая, что это может быть неким подвохом, кровопийца поднялся на ноги. Удивительно, но он почти не испытал головокружения, что не могло не радовать его самого. Сейчас он мог просто уйти не привлекая внимания, но, похоже, что тут есть кто-то ещё, кто-то, кому действительно нужна помощь.       «Мой альтруизм меня погубит», — вздохнул Оскар, поправляя плащ. После парень медленно подошёл к двери и попытался открыть её. По началу она не поддавалось, из-за чего на лице темноволосого появилась улыбка, а с души словно упал камень. — «Ну хоть запереть догадались!»       Вампир решил со старой дверью не церемонится. Он отошёл к противоположной от неё стене и, разбежавшись, со всей дури треснул по ней ногой. Прогнившее дерево жалобно заскрипело, замок благополучно вылетел, верхняя петля и вовсе чуть не оторвалась вместе с дверью. Довольный собой Астер без проблем открыл её и покинул комнату подвала и прислушался вновь, стараясь уловить, откуда мог бы донестись лязг железа. Не могло же ему показаться?       Парень начал медленно продвигаться по тёмному коридору подвала, осматриваясь и оценивая обстановку. Из увиденного, он сделал логичный вывод о том, что это место заброшено действительно довольно давно. Некоторые двери были приоткрыты, мебель старых жильцов многоэтажки не пестрела новизной, а запах сырости и плесени лишь напоминал о том, что это место уже никогда не будет пригодно для жизни.       Астер вновь уловил шум оков, но уже намного ближе от себя. Немного повертевшись на месте он таки нашёл нужную дверь, после чего, собравшись с мыслями и выдохнув, начал пытаться открыть дверь. Он пару раз дёрнул её, убеждаясь в том, что она заперта. И только он собирался вновь выбить её, как услышал:       — Не подходите!..       Это был голос девушки лет двадцати. И Оскару был этот голос очень знаком, однако, он не был уверен в том, что знает этого человека. Возможно он спутал её с кем-то, хотя отвергать самую безумную из догадок он пока не хотел.       — Не волнуйтесь! — сказал он достаточно громко, чтобы перепуганная особа услышала, но чтобы не услышал кто-то ещё, кто мог быть здесь. — Я хочу помочь вам!       В ответ последовал лишь тихий всхлип и лязг цепей. Похоже, что это девушку не убедило. Понимая, что сейчас каждая секунда может быть на вес золота, Астер решил не тратить времени зря. Вновь хорошенько разогнавшись, он повторил трюк выбивания двери, но уже не так мягко, как со своей. Дверь действительно слетела с петель, едва не задев пленницу. Последняя только и смогла, что икнуть от страха, буквально давясь собственными слезами.       — Чёрт, не рассчитал, — сказал сам себе кровопийца, а после бросился к девушке, сидящей на полу в кандалах. — О… О Боже…       Оскар редко упоминал Бога. Последний такой раз был более трёхсот лет тому назад, но похоже сегодня день обещал преподнести множество сюрпризов. Астер узнал девушку, судорожно всхлипывающую рядом с ним, пусть и не сразу. Для этого ему потребовалось взглянуть на фотографию Сапфиры с её подругами, которую он взял со страницы Таи и распечатал, чтобы узнать, что с ней случилось. Светлые, слегка окрашенные в синий цвет волосы несчастной были спутаны. Похоже, что её таскали за волосы, пытаясь подчинить своей воле. Одежда на ней была слегка порвана, похоже, она сильно чему-то сопротивлялась. Всё её тело было в синяках, даже лицо, а на шее и плечах «красовались» следы от клыков. Не зная, что делать, как успокоить её, Астер попытался обнять её, но тут же получил ногой в живот.       — Нет!.. Не подходи!!! — всё ещё рыдая закричала Тая, отодвигаясь от вампира к стене. — Не подходи! Не трогай! Оставь меня в покое.!       Оскару потребовалась пара секунд, чтобы прийти в себя. Он не ожидал того, что она будет пытаться помешать ему помочь ей же, но решил быть терпеливее. Будь он в её ситуации наверняка бы вёл себя точно так же.       — П-послушай, — слегка заикаясь начал вампир, — я не желаю тебе вреда. Меня… Я дал обещание Сапфире, и…       Услышав знакомое имя светловолосая тут же схватила Астера за плечи и судорожно начала трясти его.       — Сапфира?! Ты что, знаешь мою подругу?! О Господи! Как она?! С ней… С ней всё хорошо?!       — Да-да..! — кровопийца вновь слегка опешил, а после взял собеседницу за запястья, но почувствовал лишь холод металла. Переборов воспоминание, он осторожно убрал её руки со своих плеч. — С ней всё правда в порядке. Она в надёжных руках… Сейчас важнее вытащить тебя отсюда…       Тая покачала головой и склонила её, обняв свои колени. Девушка много раз пыталась сбежать: прорывалась с боем, о чём свитедельствовали ссадины, синяки и раны на её теле, воровала ключи от оков, но всякий раз вновь оказывалась здесь обессиленная, измученная, забытая.       — Послушай, — видя её отчаяние, Оскар взял её руки в свои, стараясь внушить ей спокойствие и показать, что он — друг, и хочет помочь. — Я… Я не совсем человек, но я не причиню тебе вреда. Сапфира, она… — Оскар хотел рассказать ей всё. О, похоже, её двойнике, о волнении Сапфиры, о её друзьях, обо всём. Но он понимал, что сейчас нет на это времени. — Это долгая история. Давай я избавлю тебя от этих оков.       — Ключа нет, — Тая невольно всхлипнула и протёрла красные от слёз глаза рукой.       — Ну-ка…       Вампир взял ладонь девушки и попытался покрепче схватиться за окову на запястье.       «Они довольно свободные», — удивился про себя он, но виду не подал.       — Потерпи, — сосредоточено сказал парень в плаще и попытался голыми руками порвать железную окову. Не успела светловолосая и пискнуть, как её рука была освобождена. От неожиданности Тая вздрогнула и начала потирать освобождённую руку. Пусть оковы и были закреплены достаточно непрочно, они давили на кожу тяжестью. Успех настиг и другие «украшения», опутывающие и сковывающие свободу несчастной. И как только они пали, Оскар осторожно помог пленнице подняться.       — Надо выбираться отсюда, — Астер повёл Таю за собой, но понимал, что быстро его спутница идти не сможет. Видимо, силы совсем покинули ее, ведь шли они медленно и в полном молчании.       «А ведь она даже не знает моего имени», — подумал кровопийца. На его лице невольно появилась улыбка. Но его мысли прервал тихий голосок спутницы, словно она боялась, что их может кто-то услышать.       — Ты знаешь, как отсюда выйти? Как только парень обратил взгляд на девушку и встретился с её взором, он удивился. В её глазах почти не осталось того первобытного страха, какой он видел, найдя её здесь. Похоже, здравомыслие не покинуло Таю, что означало только лучшее и для неё самой, и для Оскара, и для Сапфиры.       — Через главный выход — не вариант, — быстро заключил он, косясь по сторонам. Его всё не отпускало чувство, что за ними кто-то наблюдает, но не мог понять, кто и откуда. — Мы выберемся через окошко под потолком одного из помещений. Да и шуму не наделаем.       Лицо светловолосой особы озарила усталая, но благодарная улыбка.       — А… Как тебя зовут? — неуверенно поинтересовалась девушка, одной рукой поправив волосы за ухо.       Только Оскар хотел было ответить, как эту и без того безрадостную обстановку усугубил пронзительный визг. За ним последовал голос:       — Астер сбежал!!!       Девушка с искренним испугом посмотрела на спутника. Последний, понимая, что скоро найдут и выбитую им дверь, и пропажу Таи, и её разорванные кандалы, сделал единственный правильный выбор. Он резко оттащил Таю в одну из комнат подвала, закрыл за ними дверь и заблокировал её всем, что попалось под руку.       — Это их задержит, — Оскар нервно сглотнул, а после подошёл к окошку под потолком.       — Что… Что ты собираешься делать?! — Тая с опаской поглядывала на дверь, вслушиваясь в каждый шорох.       — Вытащить тебя отсюда, — уверенно, почти без дрожи в голосе сказал «спаситель» и, подпрыгнув, вцепился в железную решётку, которая отделяла их от свободы. Уперевшись ногами в стену, он начал тянуть препятствие на себя.       — Стой! — девушка хотела было остановить его, но не успела. Решётка с отвратительным скрипом отломилась от каменной рамы, из-за чего буквально через пару секунд вампир оказался на полу с ней в руках. — Но… Как ты…       Таю прервал стук в дверь. Ну, как стук, — дверь пытались выбить с нечеловеческой силой. Светловолосая начала в панике отходить назад, как вдруг Оскар подхватил её на руки. Лицо Таи оказалось на уровне окна. Оно было достаточным по размеру, чтобы пленница смогла сбежать.       — А как же ты?! — она на мгновение взглянула на парня.       — Я их задержу! Тебе нельзя тут оставаться!       — Но… — в глазах девушки заблестели слезинки.       — Если нас обоих поймают, то мы останемся ни с чем! Со мной всё будет нормально, даю слово! — Барикада начала медленно рассыпаться. Времени оставалось всё меньше. — Беги!       Уже против воли девушки кровопийца подкинул её навстречу свободе, позволяя быстрее покинуть подвал. Слегка разодрав кожу об углы и торчащие балки старого здания, Тая кое-как поднялась на ноги и, что было сил, побежала прочь.       Оставшись наедине с собой и приближающейся, как он считал, смертью, Астер выдохнул. Он медленно повернулся к двери. Оскар слегка поправил растрепавшиеся в процессе экстренной эвакуации жертвы тёмные волосы и воротник плаща, настраиваясь биться до конца. Умирать — так с честью.       В следующий миг петли не выдержали. Прогнивший местами деревянный пласт приземлился у ног кровопийцы. Перед последним стояла маленькая девочка, злобно смотрящая на него из темноты. Глаза горели яростью и светились во мраке цветом тлеющих угольков.       — Я тоже тебя рад видеть, Элли, — без улыбки проговорил беглец, становясь в стойку, собираясь сражаться, если потребуется не на жизнь, а на смерть. И, похоже, Элли, как назвал её Оскар, собиралась сделать то же самое, если бы не голос, заставивший Астера вздрогнуть.       — Элина, предоставь его мне, хорошо? — мужчина положил руку девчушке на голову и погладил её, после чего она тут же превратилась в беззащитное создание и спряталась за спиной незванного гостя. — Ты молодец. Загнала Астера в ловушку, искусно притворялась нашей приманкой во внешнем мире. О лучшем порождении и мечтать нельзя.       Оскар потерял дар речи. Как он глуп, как наивен. Почему он не смог догадаться ещё когда проверял, в порядке ли Маша? Хотя там не было энергии того, кто сейчас стоит перед ним. Она была иной, но не менее знакомой. Понимая, что стоять столбом — не выход, он попытался последовать за Таей через окно, однако тут же был схвачен другим порождением. Это был тот самый бармен, у которого он выпил в ту злосчастную ночь Кровавую Мэри. Когда же это было? Несколько часов назад? Дней? Вампир совсем потерял счёт времени.       — Отпусти меня! — он пытался вырваться, но оппонент был явно сильнее его.       — Оскар, — мужчина наконец вышел из тени и лишь лёгким жестом приказал слуге поднять пленника на ноги, что последний и сделал. Теперь Астер мог встретиться взглядом со старым знакомым и в полной мере осознать ситуацию. По его телу пробежались мурашки. — Разве ты забыл? Порождение никогда не сбежит от своего создателя. А намёков ты что-то не понимаешь. Альфред, приведите его в обеденную залу.       — Что?.. — парень только и мог, что не понимающе глядеть на своего пленителя.       — Нам с тобой надо о многом поговорить, Оскар, — «создатель» усмехнулся и хотел было уйти, но Альфред остановил его.       — Господин Эрнест, а что со сбежавшей девчонкой?       — Ты сам знаешь, что делать, — в уголке губ светловолосого вампира скользнула неоднозначная улыбка, пусть тон голоса был достаточно низкий, серьёзный. После он кивнул в сторону выхода: — Пойдёмте уже. Терпеть не могу подземелья.

***

      Оскар в полнейшем недоумении следовал за Эрнестом в сопровождении двух порождений последнего. Альфред шёл рядом с ним. Его очки слегка поблёскивали в тусклом освещении. Элли же почти беззаботно, вприпрыжку следовала за своим «отцом» чуть обгоняя гостя. Или пленника? Темноволосый парень всё ещё не понял, кем он является теперь для хозяина этого места — другом, врагом, инструментом? Эта растерянность не играла ему на руку, но из-за неё Оскар постоянно был настороже.       Он осматривался вокруг. Как только они покинули подвал, здание тут же заиграло новыми красками. Оно вовсе не было заброшенным! Похоже, что только подвальные помещения остались без реставрации, в то время как бывшая многоэтажка превратилась в уютную двухэтажную виллу. Эрнест явно не пожалел денег для того, чтоб и он сам, и его слуги-порождения жили в комфорте. Везде были ковры, картины, множество столиков с живыми цветами на них. Про себя Астер подметил, что за триста лет его «создатель» ничуть не изменил своим принципам. Всё такой же пафосный ублюдок, каким и был, эта мысль отразилась эхом в голове вампира, когда он заметил несколько картин, изображающих Линдериха вместе с некоторыми своими «детьми», среди которых была и девочка, скачущая за Эрнестом перед ним. Она тоже совсем не изменилась за триста лет, хотя Оскар толком и не сумел её рассмотреть. Во тьме было не рассмотреть черт лица, цвета волос или одежды. Но сейчас он мог лишь предположить: быть может она стала выше? Её каштановые локоны, слегка схваченные гребешком, развивались при каждом прыжке. Они полностью покрывали её плечи. Она была одета, как показалось Астеру, в сарафан или платье. И как только она в таком аккуратном наряде смогла выбить дверь и ничего не порвать?       — Чего уставился? — из размышлений Оскара вывел голос Элли. Она вдруг остановилась и обернулась, смотря на последнего с гордостью и неким презрением, отчего ему стало максимально некомфортно. Её лицо было ещё более бледным, чем Астера. Выделялись только веки и губы, кожа которых была немного здоровее, чем основной белый тон. Всё это было последствиями вампирского образа жизни, от которого Оскар старался отойти как можно дальше с недавнего времени. Он остановился, стоило только Эрнесту тоже обернуться. Светловолосый вампир с улыбкой положил руки девочке на плечи, но смотрел отнюдь не на неё, а на гостя.       — Ну разумеется, вы ведь не виделись столько лет, — вампир слегка рассмеялся, но как-то по-доброму. Несмотря на это у Оскара по спине пробежал холодок. Видимо хозяин виллы это заметил, а потому его серебристые глаза сверкнули. — Но об этом позже. Идём со мной, Оскар. Альфред, отведи Элину к остальным.       Бармен тут же кивнул и взял бледную девочку за руку, оставляя старых знакомых наедине. За Эрнеста в этом доме не волновался никто, как и он ни за кого. Все были под его защитой, да и сами в целом могли постоять за себя. Вампир положил ладонь гостю на плечо.       — Заходи, — он пропустил Астера вперёд. Парень нервно сглотнул ком в горле, но спорить не стал. Как только «создатель» открыл стеклянную дверь, гость медленно прошёл в помещение. Это была действительно обеденная зала — большое помещение со множеством светильников на стенах. Место достаточно приятное: несколько столов, множество стульев, в вазах и в горшках. Все окна завешены тяжёлыми шторами, которые открывали только ночью.       Эрнест обошёл ошеломлённого Оскара, присел за один из столов и указал на место прямо перед ним.       — Садись, что же ты? — усмехнулся кровопийца, поправляя выбившиеся из заплетённых в хвост светлых волос пряди.       Парень медленно подошёл к столу, после чего под каким-то гипнотическим воздействием взгляда «создателя» медленно опустился на стул напротив него.       — Приятно снова тебя видеть, Оскар, — приветливо улыбнулся Эрнест, складывая ладони домиком. Сейчас он выглядел как отец, впервые за много лет увидевший одного из своих многочисленных детей. Вот только собеседник его стал ещё бледнее, чем обычно, словно кровь, много лет не циркулирующая в венах, вновь заструилась и стремительно отошла от лица. Что-то в словах гостеприимного хозяина виллы было не так, но Астер никак не мог понять, что именно. — Ну что же ты так бледен? Такое ощущение, что ты не ел несколько дней.       И только парень хотел было открыть рот, чтобы спросить, как долго он уже здесь, но не успел. Вампир продолжал:       — Моя вина. Признаю. Мне стоило подумать об этом, но, к сожалению, это было не в моей власти.       — Ты вечно говоришь загадками, — настороженно сказал темноволосый кровопийца, отводя взгляд голубых глаз, словно боясь встретиться со взглядом мужчины перед ним. И наверняка боялся не зря. Эрнест «жив» уже более тысячи лет, и только он сам знал, на что он способен. Оскар никогда в жизни не удивился бы, узнав, что древнее создание тьмы не знает своего истинного числа лет. Да что уж там! Никто, даже сам он, не вспомнит как его зовут на самом деле. Хотя, может Эрнест — это и есть его настоящее имя? — Что тебе надо от меня?.. И… От этой бедной девочки.       Говоря о Тае, вспоминая, какой он видел её на фотографии с Сапфирой, и какой обнаружил в подвале этого, казалось бы, дочиста вымытого особняка, кровопийца нахмурился. На его проклятую вампиризмом душу словно вновь упал тяжёлый камень, похожий на тот, который он пытался утопить в алкогольном напитке некоторое время назад.       — Это не похоже на твои методы, — продолжал Оскар, наконец переводя взгляд на, когда-то, богатого, хотя денег ему было не занимать и по сей день, помещика. — Решил вспомнить молодость и поохотиться на людей? Использовал ни в чём неповинных людей и собственных порождений, чтобы просто встретится со мной?       — Оскар, — Эрнест хотел было вставить слово, но Астер не собирался замолкать.       — Нет, я не закончил! — прикрикнул он, из-за чего хозяин виллы слегка склонил голову и начал смотреть на собеседника из-под лба. Взгляд его с каждым обдуманным и не очень словом темноволосого вампира терял приветливость и тепло, приобретая совсем другое настроение. Оскар же поднялся, чтобы быть хоть раз в жизни выше своего «создателя». — Ты заставил страдать ни в чём неповинного человека! Заставил Элину притворяться своей пленницей во внешнем мире! Я не знаю, как, но ты это делал! А несчастную девушку избивал, пил её кровь! — на мгновение Астер прервался, взявшись за сердце одной рукой, словно его разрывало от злобы и отчаяния. Однако следующие слова прозвучали уже тише: — Самому не противно превращаться в своего дружка-мага, у которого купил меня?       От этих слов Эрнест вздрогнул. Они одновременно и взбесили вампира, и заставили на мгновение отвернуться, глотая отчаяние вместе с комом, застывшим в горле. «Создатель» медленно приподнялся из-за стола.       — Ты ничего не понимаешь, — сказал он тихо, поднимая взгляд на Оскара. Но последнего эти слова только рассмешили, вызвали горькую улыбку.       — Я? Не понимаю? — всё ещё держась за сердце, парень слегка отшатнулся от стола. — Вам, бессмертным, лишь бы повеселиться! — он имел в виду не только всех вампиров в принципе, но и себя самого. — Я видел, как люди проживали жизни! Я видел счастье, горе, болезни, исцеления, рождения, убийства! И знаешь что? — вампир выдержал небольшую паузу и, не давая Эрнесту ответить, ответствовал сам. — Я ничего не чувствовал. Я устал от всего этого! Ты и этот ублюдок-маг прокляли меня вечно скитаться в этом мире без цели и надежды!       — Это наша участь, — с шипением проговорил кровопийца, сжимая руки в кулаках. — Я дал тебе вечность на месть. Я сохранил тебе жизнь. Ты вампир, Оск…       — Я ЧЕЛОВЕК!       Голос Астера пронёсся по залу эхом. Между вампирами на мгновение повисло молчание, а после раздался звук щелчка. Взгляд Эрнеста наполнился злобой, обидой. На мгновение парень огляделся, пытаясь понять, что должно произойти, как вдруг его на пару сантиметров оторвала от земли, а горло, пусть и не слишком сильно, но сдавила неведомая сила. В глазах Оскара сверкнул страх, он судорожно схватился за шею.       «Вампиры не могут колдовать..! Как?!.» — судорожно проносились мысли в его голове. Но от них голубоглазого кровопийцу отвлёк голос Линдериха.       — Так ты хочешь мне отплатить за мою доброту? — древний кровопийца слегка махнул рукой, и жертву отшатнуло в сторону. Оскар сильно ударился головой о стену, и, оказавшись на полу, тут же схватился за ушибленный затылок, сильно сжав зубы и шипя от боли. В ушах тут же начало звенеть, в глазах потемнело. Несмотря на это, как только светловолосый вампир начал подходить ближе, парень попытался отползти, но безуспешно. Эрнест подошёл к нему и, присев, выдохнул.       — Он был прав, — в его голосе смешались печаль и раздражение. — Ты и правда безнадёжен.       Хозяин виллы привстал и позвал кого-то. Вскоре в комнате оказались двое его порождений: Альфред — тот самый бармен с рыжими волосами в очках и строгом костюме — и кто-то ещё. Оскар не знал, кто это такой, но, насколько он смог понять, это была девушка с длинными чёрными, как смоль, волосами. Они приподняли скандалиста и заставили его поднять взор на их «отца».       — Мне не хотелось этого делать, Оскар, — Эрнест медленно отвернулся от своего создания и завёл руки за спину. — Но ты не оставил мне выбора.       В помещение забежала Элли, таща за собой по полу рыдающую и сопротивляющуюся Таю. Девушка просила прекратить, пыталась освободиться, но у неё ничего не получалось. Элина, как только ей надоело нытьё пленницы, резко кинула её вперёд, из-за чего, похоже, последняя разбила себе нос. Комнату наполнил запах крови.       Порождения и сам Эрнест отнеслись к этому запаху спокойно. Они каждый день пили кровь, а потому практически не реагировали на него. Придержать древнему вампиру пришлось только девочку в платьице, ведь ей всё ещё было сложно сдерживать жажду. Но сложнее всего пришлось Астеру. Он невольно потянулся к запаху крови по началу, но, поняв, кто перед ним, запах чьей крови так его манит, тут же попытался воспротивиться этому, вырваться из цепкой хватки собратьев.       — Я не буду пить её кровь! Ты меня не заста..! — черноволосая леди, которую, судя по всему, бесил «гость» её хозяина, резко ударила его кулаком в солнечное сплетение с такой силой, что у Оскара изо рта пошла кровь. В следующий миг его бросили на пол перед его жертвой.       Тая вздрогнула. Она видела перед собой ранее своего спасителя, того, кто пытался защитить его, а теперь он, едва дыша, может совершить непоправимое. Девушка, держась одной рукой за нос, глядя то на черноволосого парня, то на её пленителей, равнодушно смотрящих на происходящее. В серых глазах древнего кровопийцы она, правда, разглядела печаль, но, похоже, останавливать обессилившего от голода и обстоятельств Оскара он не собирался.       Вампир же терял рассудок. Он медленно приподнялся и, шатаясь, подошёл к Тае, вжимая её в стену и не давая ей убежать.       «Прости меня, Сапфира…» — клыки Оскара медленно вонзились в её шею. Они, словно обострившись после долгого голода, без труда пронзили мягкие ткани и венку, по которой текла жизнь девушки. Последняя вырывалась, пыталась отпихнуть от себя парня, но это было бесполезно. С каждой секундой она бледнела, теряла силы. А парень всё пил и пил, не отказывая себе ни в чём. И лишь когда дыхание и пульс Таи стал слишком слабым, он медленно отпрянул, поднимаясь на ноги. Одной рукой он опёрся на стену, тяжело дыша. — «Я не смог… Не смог сдержать обещания…»

***

      — Твоё тело — отвратительный сосуд! — Кристиан резко покинул тело Эрнеста, стоило тому остаться наедине с собой. Астральный дух стряхнул с себя чужеродную энергию, словно это была пыль.       — Скажу, что ощущать твою ненависть к моим детям — тоже неприятно, — достаточно спокойно высказался Линдерих, опускаясь за рабочий стол. — И почему я связался с тобой спустя столько лет, Граслав? Как ты вообще уговорил меня на эту жалкую игру?       Кристиан поглядел на товарища так, словно последний говорил всерьёз. Нет, он всё прекрасно знал, знал, на что идёт, и какие методы для этого может использовать старый знакомый.       «Да, он никогда не был подарком, но, по крайней мере, он всегда держит свои обещания», — Эрнест медленно погрузил пальцы в свои светлые локоны. Он уже успел пожалеть о сделке с Кристианом, ведь ему пришлось отдать Оскара, одного из своих «детей», на милость этому отчасти безумному чародею и позволить последнему заковать Астера в астральные оковы…