Всё ещё не кончено

— Я хочу научиться управлять УПМ, — это Капрал совершенно не планировал услышать сегодня утром.       Люсинда заявилась к нему без стука, без звука и без просьбы. Просто взяла и так нагло переступила порог его обители. Да и ещё с такой нелепой просьбой. — Я то тут причём? — он сохранял спокойствие. — Научи меня.       Леви встал со стула. Резко и бесцеремонно подошёл к ней, всё так же, не меняясь в лице. Он слишком близко. Слишком. Его глаза изменились, так показалось девушке. Он был рассержен. — Слушай, Коулман, я тебе в тренера не нанимался. Если Эрвин сказал, что ты под моим присмотром - это значит, что тебя, словно мясо, кинули на растерзание диким волкам. Говоришь, что не будешь подчиняться здесь никому? Свободу хочешь? — тон его голоса становился громче, он схватил её за волосы, — Нет здесь никакой свободы, подумай своей глупой башкой. Мы все здесь боремся за выживание, мы все здесь зависим от своей судьбы. Раз ты захотела остаться, принимай этот факт, как должное. — Ты так думаешь, потому что никогда не выживал! Ты убиваешь титанов, словно чья-то марионетка. Ты делаешь это ради человечества, но не ради себя, — ей было будто всё равно на то, в каком положении она находится. Он стукнул девушку об стену, но она даже не почувствовала боль. Люсинда не хотела и не собиралась её чувствовать. Она по-прежнему смотрела ему прямо в глаза. — Тебя не должно ебать ради кого я это делаю. Ты никогда не была там, где оставили свои жизни множество людей. Говоришь, что хочешь свободы, но твоя нелепая борьба не сравнится с той, которая происходит за стенами. Ты никогда не смотрела в глаза страху, как это делают и делали многие люди до тебя. — Так научи меня пользоваться УПМ, и я отправлюсь на экспедицию с вами! — она была уверена в себе. Она была уверена в своих силах и словах. Леви это чётко заметил, его хватка ослабла, голос вернулся в прежний безразличный тон. — Не мели чепухи и не раздражай, — он вернулся и сел обратно на стул, рассматривая стопки документов.       Люсинда не намерена сдаваться вот так. Она собрала в себе всю свою гордость и подошла к столу Капрала. — Научи. Меня. Управлять. УПМ, — она выделяла каждое слово. — Не мешай мне работать, — он больше не смотрел на неё. — Пожалуйста. — Коулман, ты глухая? Я же сказал... — его прервали. Неожиданно и незапланированно. — Мне мать с детства твердила, что чем ты глупее, тем сильней хочешь сражаться. Проще замкнуться и не открываться. Сложить руки, купить капусты и готовить спокойно дома голубцы, не обращая внимание, что происходит вокруг, ведь найдутся люди, которые нас защитят. Но я хочу быть тем человеком, который сможет защитить, понимаешь? — её голос дрогнул. Леви это заметил, но глаз по-прежнему не поднимал, — Я не хочу прятаться, я хочу бороться. Бороться за свою свободу.       Девушка понимала, что не выдержит и сорвётся. Уговаривать Капрала бесполезно, он просто хладнокровная и ничего непонимающая машина для убийства титанов. Разве может машина понять человеческие чувства? — Завтра ровно в семь жду тебя внизу. Опоздаешь хоть на секунду - будешь вылизывать конюшню.       Видимо, может...

***

      Люсинда может и славилась своим умом, но далеко не пунктуальностью. Ей пришлось приложить немало усилий, чтобы не опоздать. Она понимала, что Капрал слова на ветер просто так не бросает и сидеть вымывать конюшню - совершенно не в её интересах. Снова в оранжевой юбке и в белой рубашке она пожелала своему новому тренеру доброе утро. — Ты что на себя напялила? — спросил Леви, проигнорировав её слова. — То, что было. Если ты не знал, то все мои вещи остались в городе, — она начала подворачивать юбку, чтобы было удобней. — Ты не могла попросить одежду у Ханджи или у Петры? — Я намного выше их, даже примерять не нужно - не налезет, — она знала, что права. Коулман всегда права, по крайней мере, как считала она сама — Боже, как с тобой трудно, — он осмотрел её с ног до головы, — мы с тобой почти одного роста, думаю, если подвернуть штаны снизу, то будет в самый раз. — Вы хотите отдать мне свою одежду? — удивилась Люсинда. Такой жест от Капрала она предугадать не смогла. — Не отдать, а одолжить. Возьму обратно только тогда, когда хорошо её постираешь.       Капрал не дал ей продолжить. Развернувшись на каблуках, он направился обратно в свою комнату. Девушка покорно следовала за ним. Она ещё ни разу не надевала мужские вещи, да и когда бы ей ещё выпала такая возможность? Её всегда окружали только здоровенные чиновники, выше её в три раза и толще во столько же раз. А Леви был совсем немного выше её самой.       Они зашли в комнату парня. Капрал дал ей аккуратно сложенные белые штаны. — Застегни полностью свою рубашку. Можешь положить юбку на кровать, после тренировок заберёшь, — прокомандовал Леви и вышел из комнаты. — Капрал, вы меня удивили, — прошептала девушка самой себе и поспешила переодеться. —Господи, Коулман, сколько я тебя ещё должен ждать?       Он обернулся. Люсинде и, правда, нужно было немного подкатать штанины, как брюки стали ей впору. Рубашку она полностью застегнула и заправила. Волосы ... собраны в хвост. Из-за этого они казались ещё короче. Но Леви показалось, что благодаря этому её лицо стало выразительнее.       На его упрёк она улыбнулась. Казалось, что она впервые улыбается перед ним. — Я готова к вашим урокам, сэр, — но язвить она всё же не перестала.

***

      Тренировка, длящаяся обычно три года, закончилась для Люсинды спустя три месяца. Все в штабе утверждали, что это благодаря умениям Капрала, что, мол, лучше него с УПМ никто не управляется, а научить какую-то девчонку для него - проще простого. — Этой Коулман просто повезло, что наш Капрал решил уделить ей время, — пропела Петра, уплетая очередную булку с маслом, — Его наверняка Эрвин заставил, иначе он бы просто не согласился! — Да, и ещё с больной спиной и стопкой документов, которые нужно разобрать, — поддержал разговор Оруо, — В такие моменты радуюсь, что я не на его месте. — Вот Леви на неё сейчас время тратит, а в итоге Эрвин запретит ей куда-либо с нами ехать. Опыта мало, да и командор за неё сильно зацепился, не даст он этой Коулман погибнуть при первой же вылазке за стены.       Как продолжался разговор, Люсинда, стоявшая за небольшой колонной, уже не слышала. По-чудовищному стечению обстоятельств, она спускалась вниз на последнюю тренировку, но услышав свою фамилию, приостановилась. Девушка не любит подслушивать, но прямо сейчас она благодарна, что у Петры и Оруо языки ещё не отрезаны, которые она грозит сама лично отрубить уже который месяц. Сама не заметив как, она уже стояла перед Капралом, перебирая в голове разные варианты начала этого разговора. — Ты опоздала, — недовольно пробурчал Леви. — Я знаю. — И это всё? — он сам не понимал, что именно хочет от неё услышать, но сдаваться на простом "я знаю" он не намерен. — Извини, — девушка очень редко извиняется, считая, что она всегда права. Сейчас слова будто сами вырываются, не слушая мозг и совесть, которые уже в режиме "SOS" пытаются донести информацию об ошибке, — Ты тут со мной возишься, хотя у самого работы по горло. Мы ведь занимаемся каждый день с утра до вечера, а на дела Разведотряда времени хватает только ночью ... твои мешки под глазами дают о себе знать. Скажи честно, ты согласился мне помочь из-за Эрвина, да?       Снова она заставляет его удивиться. Он мог бы предположить, что она извинялась за это чёртово опоздание. Да даже если она своими руками сожгла бы весь штаб и отмазывается обычным "извини" - до этого всего Леви бы додумался, но он не мог предположить, что она извиняется необходимую ей помощь. — Я бы солгал, сказав, что Эрвин не просил меня помогать тебе всеми силами, чтобы ты не передумала вернуться обратно, — он испепелял её взглядом так же, как и она его. Но у Люсинды в груди предательски закололо, Леви же держался отчуждённо. — Я поняла... — нет, она не поняла. Точнее, она не хотела это понимать. Три месяца выносить мозг человеку, который и без этого загружен делами. Эгоистка. — Ты не дала мне закончить, — который раз Капрал упрекает её в том, что нужно выслушивать до конца и не перебивать, — Эрвин приказом дал мне понять, что тебя ни за что нельзя подпускать к УПМ. Не думаю, что он боялся именно твоего ухода, для которого требуется устройство пространственного маневрирования, но всякое может быть.       Капрал пожал плечами, наблюдая за каждым изменением в лице девушке. Шок, осознание и ... стыд? Кажется, он загнал её в тупик ещё больше. — Проще говоря, я сам для себя решил подать тебе руку помощи. Эрвина было сложно переубедить, но не невозможно. — Почему? — вопрос был слишком резок, но он заставил Аккермана задуматься. — Захотелось.       Люсинда усмехнулась. Верно. Если бы Капрала это напрягало, он бы вовсе не соглашался, либо вынес бы мозг до полусмерти на тренировках. Но она сейчас стоит перед ним, узнавая, что он сделал всё возможное для того, чтобы выполнить её просьбу. За эти три месяца он снимал с неё три шкуры, кричал, заставлял. Но результат, которого они добились вместе, стоил того. А в мыслях девушки впервые проскользнул вопрос: "Может он не такой уж и бессердечный?". — Пятнадцать кругов вокруг здания. — За что? — За опоздание, Коулман, за опоздание.       "Ну уж нет, — пронеслось у неё в мыслях, — Он точно не бессердечный". Она, сама того не понимая, улыбнулась своим мыслям, со вздохом начиная бежать первый круг.

***

— Слушай, Леви... — Фамильярничаешь?       Они сидели под деревом, наблюдая за очередным закатом. Впрочем, как и каждый день до этого. Такая традиция, если так можно сказать, уже вошла в их ежедневную рутину. Последний день тренировок для Люсинды словно Рождество, правда, пока неизвестно, будет ли она праздновать эту дату каждый год. — Когда же ты уже привыкнешь к своему имени? — Из твоих уст, Коулман, никогда.       Её это заявление совсем не задело. Видимо, она уже начинает привыкать к его манере общения. — Вы возьмёте меня на следующую экспедицию? — выпалила девушка именно тот вопрос, который крутился в её голове весь день. — Это у Эрвина нужно спрашивать, а не у меня. — Но он ведь не возьмёт, верно?       Молчание Капрала всё сказало лучше слов. Никто ведь ей не обещал никаких вылазок. Научить управлять УПМ? Пожалуйста, учись, но за стены только не суйся. — Рисковать тобой - вне его интересов. — А тобой? Ты же сильнейший воин человечества, так почему бы не закрыть тебя в четырёх стенах и приберечь на чёрный день? — Ему нужны твои мозги, — Капрал сам понял, какой бред сморозил, но виду подавать не стал, — Ему нужен твой ум, твои мысли. А от меня ему нужны моя сила, выносливость и жажда убивать. — Но я могу гораздо больше. — Даже если так, пойми уже, что всё будет далеко не так, как ты хочешь. Попадёшь за стены тогда, когда придёт время.       Но они оба понимали, что это время может и вовсе не настать. Подойдёт совсем близко, что даже выдохнуть сложно, осмотрит как старую знакомую и уйдёт, будто обознавшись. Такое оно, это время. Никто из них больше не нашёл подходящих слов, чтобы продолжить этот разговор. Неизвестно, сколько бы они ещё просидели, если бы не звонкий голос Петры. — Эрвин приехал. И, кажется, не один, — пропищала девушка, улыбаясь Капралу и уводя его за собой. Люсинда сидела и досматривала закат впервые за три месяца совершенно одна до тех пор, пока сам Эрвин не заставил её подойти. — Боюсь, у нас состоится внеплановая дискуссия, но без тебя нам не обойтись, — его голос был встревожен. Похоже, случилось что-то действительно интересное...