Падаван в Хогвартсе

       Идущий по коридорам ночного замка профессор ЗОТИ выглядел необычно задумчивым, но мало кто мог бы сейчас заметить легкий алый отблеск в его глазах. Телом сейчас полностью управлял подселенец, известный на всю магическую Британию как Волан-де-Морт, или просто Темный Лорд. На днях ему продемонстрировали нечто очень занимательное. Одна первокурсница родного факультета оказалась слепым артефактором. Но не это выбило мага из колеи, а то, что родители её были сквибами не знавшими о магии ничего. Узнать это из воркования декана Барсучьего факультета не составило труда, Помоне Спраут очень приглянулась эта девочка, но вот незадача, Шляпа отправила ту к змейкам.       Столь странное стечение обстоятельств было… Чем-то из ряда вон выходящим, как и то, что девочка имела иную фамилию, чем её родители, а значит она либо уже вошла в чей-то род, либо является главой собственного. Первый вариант отметался сразу, как невозможный, ведь вхождение требовало проведения ритуала, а чистокровного рода Кинрэй Волан-де-Морт не помнил. Значит оставался второй вариант и Тёмный лорд не мог не заинтересоваться этим, ведь такого не случалось уже очень продолжительное время. Да, в Хогвартсе и во времена его обучения были и обретенные и грязнокровки. Но чтобы вот так сходу, да при родителях сквибах и основать свой род… Тут однозначно была замешана сама Воля Магии. — Что-ж… Наблюдать за этой девочкой будет интересно, — тихо усмехнулся Квирел, блеснув краснотой в глазах, и прибавил шаг до заветного коридора. Необходимо было узнать, что за защиту тут установил этот старый маразматик, чтобы защитить философский камень.

***

      Как и предполагала, после той демонстрации мне прилетела сова от Георга с просьбой заняться обучением Дафны, а позже, на каникулах, и Астории. Ответив согласием и обрадовав подругу предстоящими тренировками, я продолжала динамить всех остальных. Разве что Поттер от чего-то тянет с аналогичной просьбой. Ему я тоже решила не отказывать. Остальные больше приходили с просьбами научить их беспалочковому колдовству, но их я слала к Флитвику, по предварительному согласованию с ним, конечно.       Мои утренние разминки и вечерние тренировки уже вошли в привычку, а некоторые особо упёртые индивидуумы даже пытались повторять или хотя бы подражать. Бесконтрольным всё это, естественно, не осталось и каждый раз в кабинете как минимум присутствовал кто-то из старост или даже преподов. Пару раз мне правда приходили «вызовы на дуэль» с условием, что если я проиграю, то возьму в ученики выигравшего студента. И их не смущала ни разница в знаниях, ни в возрасте, ни даже тот факт, что в случае победы смысл в обучении отпадает. Но благо ограничений в используемом оружии не было, а потому победа всегда оставалась за мной.       На этой волне многие насели на профессоров с просьбами открытия кружков фехтования и магической дуэли. На счёт второго ответ был стабильно отрицательным со ссылкой на Клаудию Меткалф, но при этом на следующий год обещали подумать, что вызывало грусть и негодование у старосты школы. С фехтованием было и проще и сложнее одновременно, так как вводить его как факультатив с тем количеством желающих, что уже набралось, было невозможно. Требовался отдельный препод и, соответственно, изменения в расписании с добавлением аж двух предметов. Собственно самого фехтования и, конечно, общей физической подготовки.       С того вечера прошел уже месяц и близился Самайн. Гермиона всерьез занялась изучением магических традиций под кураторством профессора чар. Вроде даже подвижки в этикете у неё появились и на уроках перестала изображать самую умную. Мне-то на это без разницы, но остальным детям такое её поведение скорее было неприятно. Однако… Прозвище «грязнокровка» всё-же прилипло к ней по одной странной причине. В магическом мире давно была известна такая фамилия как Дагворт-Грейнджер, но этот род по слухам давно угас из-за проклятий и прочих последствий не самой спокойной жизни его членов.       Кто провёл параллели я не знала, но поначалу девочку такое обращение жутко обижало. Хорошо хоть Флитвик оказался чутким деканом и пояснил девочке разницу понятий грязнокровка и обретенная, заодно намекнув, что стоит Гермионе на каникулах заглянуть в Гринготс для проверки. Ведь могло статься и так, что она ни как не связана с этим старым родом. Мало-ли однофамильцев в мире бывает? Девочка, уже куда как более лояльно относившаяся к ритуалам с применением крови, согласилась и ждала с нетерпением обещанных выходных.       Мои же дела в изучении местных нюансов в использовании Силы пока продвигались не очень. Сказалось несколько предвзятое отношение преподавателей, считавших меня всё ещё простым ребёнком, которому посчастливилось не слишком-то напрягаясь обучиться некоторым базовым приёмам манипуляций с магией. С одной стороны это было мне на руку, а с другой… Книги в местной библиотеке были либо бесполезны в плане теории, так как описывали манипуляции энергией уже предполагая некую основу, которая у меня значительно разнилась с местными одарёнными, либо оказывались абсолютно нечитабельны уже из-за особенностей восприятия.       Занятия вошли в некий ритм и по большей части проходили мимо осознанного восприятия не нагружая осмысливанием сказанного к примеру призраком Силы, бывшим в школе как преподаватель истории, однако и не терялись где-то на задворках памяти, позволяя верно отвечать на заданные вопросы, если меня спрашивали. С практическими заданиями так же не было проблем, уж запомнить взмах концентратора не сложнее чем сплести узор атаки световым мечом, а вложить в него немного Силы в конце, зная необходимый результат, можно было и без произнесения слова-ключа на мертвом языке, больше известном тут как Латынь.       Такими успехами на поприще безмолвных заклинаний я привлекла внимание большей части преподавателей, в том числе и декана Гриффиндора — Минервы МакГонагал. Странная дамочка, если так подумать. Очень щепетильно относится к моральному облику своих подопечных, при этом начисто игнорируя их же просьбы и прочие волеизъявления. По разговорам старших алознаменных ребят, как-то просвещавших новичков — она даже в гостиной у них не появляется годами. Приходя только при каких-то экстренных событиях, а остальное оставляет на старост, которые тоже далеко не всегда выполняют свою работу в полном объеме. Персиваль Уизли тому живое доказательство. Но он хоть что-то старается делать. До него видимо факультетом рулил кто-то совсем забивший на обязанности, так что дел ему свалилось немало.       Кстати о рыжем семействе… Парочка братьев, что в поезде хотели чем-то приложить Малфоя, как-то сподобилась прийти на мою вечернюю тренировку и уже после неё, когда почти все ушли, даже извинились за инцидент перед началом учебы. Пожав плечами, я просто послала их к Драко, так как извиняться им следовало перед ним, от чего в эмоциях у Джорджа и Фреда отразилось что-то смутно похожее на заедание ложки соли ядрёным лимоном. Но, немного постояв, и, видимо, что-то обдумав, они таки направились к моему одногруппнику. Тем вечером Драко оказался ну очень задумчивым и вопреки своим манерам удалился спать не пожелав нам с девочками «Спокойной ночи», за что следующим утром с самого начала разминочного комплекса его ела поедом Дафна. Мальчик все же извинился за неподобающее поведение, но так и не рассказал о чем был диалог с носителями заклятой для его рода фамилии.       Некоторое время назад нам стали давать уроки полётов на метле и, честно говоря, меня это не впечатлило. Нет, сами мётлы были интересными артефактами, но вот их состояние и максимальные летные характеристики просто удручали. Хотя чего я ожидала от куска древесины? Скоростей республиканских истребителей или хотя бы свуп-байков? Даже не смешно. Хотя манёвренность, конечно, была неплохой, но и то, только на низких скоростях и только за счёт малых габаритов.       Игра же, в которой игроки использовали эти предметы инвентаря для подметания улиц, была вообще неинтересной. Как будто совместили два смежных вида спорта в один и сказали что «и так сойдёт».       Эх-х-х… Жаль что мне очень уж не скоро удастся вновь почувствовать ту радость от скорости полёта в верхних слоях атмосферы или захватывающие виражи в космосе, где приходилось уходить буквально от целых стен вражеской плазмы. Последнее вообще не выполнимо, так как выйти в космос для магов это что-то запредельное, а не маги все проекты развития этой направленности позакрывали после высадки на Луну. Только закидывают иногда спутники на орбиту, да в МКС что-то делают.       В канун Самайна, именуемого в не магической части Хелоуином, замок украсился под стать именно обычному миру. Вокруг были тыквы, явно выращенные с помощью магии, ведь будь это чарами увеличения — на столько долго они не продержались бы. На столах же с самого утра оказалось до неприличия много тыквосодержащих блюд. В связи с этим за столами Слизерина и Райвенкло настроение значительно просело в сторону негатива. Пуффендуй, пожалуй, был настроен на нейтрально-философский лад, а Гриффиндор, как откровенные болваны радовались пришествию праздника, чем доводили до нервного тремора мышц лица многих моих однофакультетцев.       Однако, это утро всё же ознаменовалось и хорошими новостями, воспринятыми окружающими в целом позитивно. Не считая всё тех-же Гриффиндорцев. А дело было в том, что к обязательным урокам добавлялась общая физическая подготовка и (о чудо!) магические традиции, что будут включать в себя так же и традиции дуэлинга и прочие полезные мелочи и нюансы, о которых одаренные из не магического мира знать просто не могли, если только не задавались целью об этом найти литературу. Но откуда такому взяться в одиннадцать-то лет? Так же были объявлены наборы на дополнительные факультативы фехтования и (внезапно!) танцев. Новых преподавателей ещё не представили, но по фехтованию и традициям временно заменяющим будет Флитвик, а ОФП поведёт мадам Хуч*[1], совмещая это с занятиями по полётам.       Не представляю сколько было потрачено нервов и чисто гипотетических денег на целых четыре новых предмета, с учётом того, что в последнее время шло только сокращение количества изучаемых предметов, а значит и сокращение финансирования школы.       Но всё полетело сарлакку в пасть после внезапного появления в зале профессора ЗоТИ. Он вещал что-то про тролля в подвале, а после благополучно симулировал падение в обморок. Почему симулировал? Так мозговая активность у него не уменьшилась после падения, чего быть в принципе не могло при потере сознания.       В итоге поднявшийся гвалт шустро утихомирил директор, почему-то отправив всех по своим гостиным, но забыв от чего-то, что Хаффлпаф и Слизерин находятся в большей зоне риска, ведь Квирел говорил о тролле в именно в подземелье. Неприятным открытием так же стало то, что взбалмошные Гриффиндорцы, а именно парочка одинаковых с лица индивидуумов, незаметно для остальных отделились от своей группы и свалили вглубь замка. Для меня узнать это было не проблемой, так как после падения симулянта на пол, я просто расширила восприятие на весь замок, чтобы понять, что и где опасного может случиться, заодно нырнув в легкую медитацию, дабы просчитать возможные линии развития событий. А вероятность остаться калеками этих двоих внезапно оказалась достаточно высокой. Даже выше чем тот вариант, где вмешивалась я сама и гораздо выше той, где им успевали помочь преподаватели.       Делать нечего, придется идти вызволять этих гавриков. Как не банально, но они вносили именно ту самую текучку в это болото учёбы, пускай и не слишком эффективными, а зачастую и опасными для окружающих, способами. Жить в месте слишком сильно похожем на старый храм Джедаев с их степенностью (а по факту стагнацией) мне от чего-то совсем не хотелось. Этот мир куда проще, но в то же время интересней, чем почти любой из известных мне в Небесной Реке и это, пожалуй, стало окончательным доводом для принятия мной решения.       Легкое волевое усилие и конструкт из Силы лег на меня, отводя ненужное внимание окружающих сразу после переклички, устроенной Джеммой Фарли. Но не всё пошло по плану, так как наши факультеты таки тормознули и не стали выпускать из зала наши же деканы. Мне это не слишком помешало, так как я уже смешалась с толпой одногодок с других факультетов, пристроившись рядом с Гермионой. Моя форма была невзрачной и не несла на себе явных признаков принадлежности к Слизерину, что так же играло свою роль, даже если меня кто-то заметит. Однако я не учла то, что это и выделяло меня на фоне остальных. Буквально через пару поворотов коридора, когда я уже была возле одного из потайных ходов, ведущих через пару переходов в нужную часть замка с троллем, меня окрикнул Снейп… — И куда же вы так спешите, мисс Кинрэй? — задал вопрос приближающийся декан, явно сверля меня недовольным взглядом. — Два… — начала было говорить я, но внезапно посетившее меня видение, заставило поправиться, — Три ученика отделились от провожатых и идут к троллю. Они в опасности.       Слава Великой, Снейп не стал выспрашивать «что?», «почему?», «откуда я знаю?» и «не ошиблась ли я факультетом?», а просто коротко сказал-приказал: «Ведите». И последовал за мной по тайным ходам магического замка, что, как бы удивительно это не звучало, стал помогать нам, сокращая, на сколько это было в его состоянии, путь в этих переходах.       Сказать, что декан сильно удивился, когда понял, что мы уже на втором этаже, хоть подъемов не было совсем, и вообще почти в другой части Замка — не сказать ничего. Я впервые смогла полностью почувствовать его эмоции. Однако, удивление там было не долго и довольно быстро сменилось неким раздражением и злостью на что-то или кого-то с небольшим налётом беспокойства, а так же собранностью, ведь по выходу из последнего перехода мы почувствовали вонь, что ещё не развеялась от прошедшего тут недавно существа не отягощенного интеллектом.       Недалеко впереди, за поворотом, слышались грузные шаги тролля и периодические удары чего-то о камень. Он, можно сказать, размеренно приближался к троице незадачливых исследователей, загнанных в тупик, среди которых мною была опознана и аура Поттера, ранее не опознанная в видении. Профессор уже оказался вооружён своим концентратором, а мне в ладонь прыгнул, приятно согревающий необычной древесиной, мой меч, сразу подключившись к источнику питания, но не активный.

*** Лирическое отступление ***

      Профессор Снейп был раздражен. Каждый год одно и то же. Праздник, радость… И тыквы. Везде эти чертовы тыквы. В любом блюде и даже напитках. Ему в этот день было гораздо хуже чем в любой иной. Ведь в этот день погибла его первая и, пожалуй, единственная подруга детства, с которой он сам и испортил когда-то отношения. Но она уже тогда, в школьные годы, стала чем-то гораздо большим для нескладного мальчонки из Паучьего тупичка. Вот только осознал он это гораздо позже, а принял лишь тогда, когда держал её безжизненное тело на развалинах дома, где Тёмный Лорд, вопреки своему обещанию, убил её…       Мирило Северуса с происходящим в школе лишь то, что сегодня вечером он снова отправится на могилу Лили и возложит цветы к надгробию, а после вновь напьется почти до поросячьего визга, чтобы заглушить ту боль, что принесёт очередной визит на кладбище в Годриковой Впадине. Наверное он скрытый мазохист. Но ему плевать на мнение окружающих, что даже такой мелочью не хотят почтить память тех, кого сами же возвели в ранг Героев Магической Британии. Что же говорить, если их сын, поступивший в этом году в Хогвартс, выглядел каким-то оборванцем даже по сравнению с самим Снейпом в его же годы? Даже хорошо, что шляпа распределила его на Хаффлпаф. И это даже немного смирило декана Слизерина с тем, что парнишка слишком уж похож на своего раздолбая отца, хоть как и Лили стремится получать знания и влиться в общество… Общество, что по большому счёту его бросило и восхваляет лишь образ никак не связанный с реальностью.       Да, объяснения старого долькоеда, что малышу опасно оставаться на виду, ведь ещё много сподвижников Лорда на тот момент не были пойманы, выглядели логично. Но это было лишь до определенного момента, ведь не прошло и года, как почти всех носителей метки пересажали в застенки Азкабана. Лишь немногим удалось избежать этой участи. А из них навредить ребёнку ни кто бы не решился в здравом уме. Магия очень не любила таких деятелей и, пожалуй, исчезнувший Темный Лорд прямое тому доказательство. Плевать на все эти предсказания алкоголички, что теперь и носа толком не высовывает из своей башенки в Хогвартсе. Равным Лорду мог считаться даже отпрыск Лонгботтомов, ведь они родились в один день!*[2] Но Лордом, что был очень харизматичен и умён в начале своей карьеры, почему-то в ту злополучную ночь позабылись все заветы Матери Магии, изучению которых он в своё время посвятил очень много времени. С годами политического противостояния в министерстве он становился всё более непредсказуем и безумен. Этому влиянию особенно подверглась его ближайшая сподвижница, Белатриса Лестрейндж, в девичестве Блек. Но мало кто придал такому значение, ведь Блеки все были в чём-то безумными.       Снейп порой задавался странными и логичными вопросами, которые после той ночи стали больше риторическими или философскими, но всё чаще в такие моменты его спутницей была бутыль, а то и не одна, огневиски или вообще водки, которую они не единожды распивали с Долоховым в былые времена. Времена, когда всё было относительно спокойно. Времена, когда ещё имя их предводителя не заменила анаграмма. Время, когда тот ещё не стал наносить на своих подчиненных метку, как на какой-то скот.       «Что сподвигло его на эти действия и как бы всё было, не пойди ситуация под откос?» — задавался вопросом профессор, на автомате жуя рисовую кашу с тыквой и запивай тыквенным же соком, абсолютно не чувствуя вкуса еды, когда в зал ворвался Квирел.       «Этот «преподаватель» сунулся в абсолютно не свою стезю», — отметил мельком Северус, наблюдая как его коллега оседает на пол в обмороке после сообщения о тролле.       Дальше начался театр абсурда. Поднявшуюся панику прервал директор, эффектно гаркнув под Сонорусом: «Тихо!». Но на этом запас логики старого долькомана видимо истощился и он приказал всем расходиться по своим гостиным, несмотря на угрозу достаточно серьезного существа, находившегося, по словам Белки, в подземельях, где, на минуточку, располагались покои двух из четырёх факультетов.       Пришлось брать всё в свои руки и с поддержкой Помоны, что так же быстро сориентировалась, останавливать свои факультеты. Хорошо, что старосты даже успели пересчитать всех, уделив особое внимание начальным курсам. Все змейки были на месте. Вот только что-то не давало покоя декану Слизерина. Что-то словно царапало сознание, отводя внимание от определенной точки, что постоянно смещалась по залу. Другие преподаватели на это не обратили внимание, но опытный окклюмент понял, что некто пытается выйти незамеченным из зала, а значит необходимо выяснить кто это и зачем.       Какого же было его удивление, когда он обнаружил отделившуюся от толпы воспитанников Флитвика свою ученицу, что очень умело затерялась среди них, даже на время ослабив отвлекающие чары вокруг себя, что позволило таки её опознать. Скрывшись за поворотом она полностью сняла этот покров, которому вряд ли учат в не магических семьях, и уверенным, хоть и немного торопливым, шагом направилась куда-то.       Куда именно, удалось выяснить достаточно скоро, окликнув её и выслушав слегка сбивчивое объяснение. Чёртовы Грифиндорцы! Ни кем иным эти трое учеников быть не могли. Только у воспитанников Кошки настолько слабо развито чувство самосохранения и раздуто шило в одном месте. Хотя какие там воспитанники? Деканством она давно уже не занимается, полностью уйдя в стезю заместителя долькомана и немного преподавателя.       Прогоняя все эти мысли в голове, профессор толком не заметил, как ведомый своей подопечной, по абсолютно незнакомым потайным ходам, оказался на втором этаже. После легкой дезориентации, связанной с определением их местоположения и четким «следом» прошедшего тут недавно тролля, профессор вооружился палочкой. Пускай в одиночку спеленать тролля ему не под силу, но это даст шанс ученикам скрыться от чудовища. Взглянув на свою подопечную, маг хмыкнул про себя, ведь мисс Кинрэй уже вооружилась своим странным, пришедшим из фантазий маггловских авторов и сценаристов, цилиндриком, способным становиться очень опасным мечом.       Дальше медлить было нельзя, а потому они на пару двинулись следом за троллем, вычислить которого было достаточно легко. Эта тварь оказалась умнее своих собратьев. Ну или как минимум троицы учеников, что продолжали отступать к стене тупикового коридора, периодически поглядывая на оконные проёмы. Возможно им и хватило бы смелости выбить окна и уйти от чудовища с увесистой на вид деревянной дубиной, если бы они не понимали, что находятся на втором этаже замка и такая выходка одними порезами для них не окончится.       Размеренно шагающий тролль внезапно стал делать замах, вероятней всего для метания своего оружия в этих жертв Гриффиндора головного мозга, но рванувшая с невероятной скоростью девочка, с непонятно когда успевшим активироваться артефактом, начисто срубила в районе локтя правую руку монстра. Дальше всё закрутилось с невероятной скоростью. Девчушка, с грацией хищницы, уворачиваясь от размашистых ударов тролля и периодически делая контрвыпады, обжигая плоть существа клинком, крикнула парням быстро сваливать вдоль противоположной стенки. Снейп так же не растерялся и стал поливать огромную тушу потоком заклинаний для отвлечения внимания. Пришлось использовать самые простые из его арсенала, так как профессор боялся задеть ученицу, которой явно было сложно подобраться к разбушевавшемуся троллю для нанесения финального удара. То, что её оружие отлично справляется с разрезанием плоти почти полностью резистентного к магии существа было понятно уже после первого удара, но вот рост не позволял ей бить выше без риска оказаться снесённой оставшейся целой лапой противника.       В какой-то момент, когда троица учеников уже почти выбралась из ловушки, тролль неудачным пинком отправил свою дубину, которую всё ещё сжимала отрубленная ранее конечность, в полёт. Перехватить в полёте кусок древесины удалось почти без проблем, пусть и почти в последний момент. Вот только рука тролля соскользнула с неё от резкой остановки и впечаталась в стену на уровне ног мальчишек, задев не успевшего среагировать близнеца Уизли. Раздавшийся сдавленный крик не заглушил предшествовавший хруст ломаемых конечностей.       Рванувшийся к нему профессор споро откинул левикорпусом руку и выдернул потерявшего сознание ученика, заодно прикрывая собой двоих оставшихся, замерших от увиденного как суслики перед удавом. Ученица же, видимо почувствовав, что более ей не надо отвлекаться на защиту этих оболтусов, разошлась в невероятных акробатических трюках, используя всё пространство коридора, отталкиваясь для прыжков от подоконников, стен и даже потолка. Последнее она применила для окончательного умерщвления тролля, предварительно отрубив тому кисть второй руки и пока он пытался баюкать очередной обрубок, в падении с поворотом почти разделила того на две относительно ровных половинки. Не хватило длины клинка. Но от этого вид поверженного и очень даже грозного противника впечатлил всех. Вывалившаяся, через мгновение как она отпрыгнула от покачнувшегося тела, требуха заставила загнуться в рвотном спазме школьников, избавляя их от завтрака. Профессор же лишь чуть сильнее скривился, так как запах оказался просто убийственным, а к подобному виду он давно привык, воспринимая его всего лишь как ингредиенты.       — Мисс Кинрэй… — начал было профессор, уже осмотревший заклинанием-диагностом поврежденные ноги неудачливого Гриффиндорца и начавший накладывать стазис.       — Да, профессор? — спросила подошедшая девочка, уже убравшая оружие на пояс и приманившая в руки сброшенную перед боем на пол мантию.       — Нет, ничего, — не нашел слов только что увиденному Снейп. — Левикорпус.

***

      «Хм, кажется я кому-то сломала шаблон», — подумалось мне, так как проф снова открылся для меня в эмоциональном плане и там такое бурлило, что без пол литра чего позабористей и не разберёшься.       Далее наш путь лежал в медицинское отделение. Бессознательного Фреда профессор благополучно перемещал перед собой, использовав заклинание, а Гарольд с Джорджем плелись рядом. Могу предположить, что они были сейчас либо просто бледными либо с салатовым оттенком на лицах, так как их знатно стошнило. Хорошо, что уже приближаясь к троллю я применила технику очистки окружающего себя воздуха. Это была одна из первых техник, которым обучила меня наставница в Храме, уповая на то, что вдыхать некоторые вещества при лечении, как и в бою, крайне не желательно, так как они могут иметь очень неприятные эффекты. А уж внутренности этой полуразумной животинки точно не пахли фиалками.       Отойдя от места схватки буквально до второго поворота на нас высыпали сразу несколько преподавателей, возглавляемых директором. Всплеск молчаливого раздражения от Снейпа видимо почувствовали и они, однако первым начал диалог Дамблдор.       — Мальчик мой, что случилось?       — Тролль. А Вы, разве не знали, директор? — с явным сарказмом спросил декан. — Прошу не задерживать, мне нужно сопроводить учеников к мадам Помфри.       — А-а-эм… А что с чудовищем, Северус? — спросила Минерва, нервно поправляя очки.       — Убит. Пришлось использовать некоторые экспериментальные наработки, — коротко ответил Снейп, явно прикрывая меня и двигаясь дальше мимо комитета по оперативной борьбе с троллями.       «Похоже серьезного разговора с ним мне точно не избежать», — подумалось мне, а рядом, картинно хватаясь за сердце, снова стал оседать наш профессор ЗоТИ.       Дальше препятствий мы уже не встретили и спокойно добрались до медиведьмы, которая оперативно занялась пострадавшим, а остальных двух заправила успокоительным и уложила на кровати, заставив таки выпить ещё и зелье сна без сновидений. Не знаю, на сколько это логично, всё же кушать им однозначно нужно, а завтрака они лишились. Хотя ладно, это уже не мои проблемы.       Декан позвал меня идти за ним, попутно сотворив какой-то энергетический дымок и, по видимому, отдав указания старостам, что можно всех отправлять в гостиную, сам направился в подземелья. Тема разговора мне и так ясна. Жаль только, что пришлось показать уровень умений куда больший чем по идее доступен ребенку моего возраста в этом мире. Не сказать, что и в Небесной Реке мы троллей или им подобных существ убивали в этом возрасте, всё же мастера брали падаванов только годам к двенадцати или тринадцати, но всё же постоять за себя в подобной схватке почти любой юнлинг мог. Времена тогда были очень уж неспокойными и обучали нас в первую очередь тому, что может помочь нам выжить в случае опасности.       Но вот мы дошли до покоев декана, что располагались недалеко от кабинета зельеварения. Пропустив меня внутрь, Снейп закрыл дверь и бросил какие-то дополнительные сгустки структурированной Силы на неё. Анализировать их сейчас было бы бессмысленно, так как действо не заняло и пары секунд, а мне уже предлагали присесть в кресло, напротив небольшого столика. Сам декан направился к шкафу и что-то начал в нём искать. Точнее просто доставать. Этим чем-то оказалась бутылка с какой-то жидкостью и один стакан.       Разместившись наконец напротив меня в другом таком же кресле, декан, немного подумав, налил себе чуть-чуть этой явно алкогольной продукции магов и залпом осушил стакан, после чего стал задумчиво разглядывать меня, видимо решая, какой вопрос задать первым.       — Мисс Кинрэй… Скажите, а Шляпа не предлагала Вам поступить на Грифиндор, к примеру? — наконец начал диалог профессор.       — Она много чего предлагала, но результат Вам известен, — нейтрально ответила я, начав перебирать части меча. Что-то во время боя было не так. Постоянно было чувство, что если сделаю неверный взмах, то рукоять… Не развалится, нет. Скорее просто выйдет из строя и восстановить её не получится. На тот момент это было неприемлемо и пришлось крутиться, выискивая в калейдоскопе нитей будущего нужную последовательность боя. Благо, что тролль не мог блокировать боевое предвиденье и таких вариантов было не мало.       — Действительно… — налив ещё немного алкоголя в стакан и катая жидкость по его стенкам и глядя на её переливы, протянул декан. — Но тогда скажите: Кто вы такая?       — Ученица школы магии и волшебства Хогвартс, профессор, сер, — прикинувшись дурочкой ответила я. К тому же это чистейшая правда.       — Пф-ф-ф… Это становится уже не смешно, мисс Кинрэй, — вздохнул мужчина и вновь опрокинул стакан в себя, а после немного подумав продолжил: — Давайте тогда перефразирую вопрос. Откуда у Вас такие знания?       — За подробностями прошу обращаться к моему сюзерену, профессор, сер, — вновь нашла я выход. Сильно сомневаюсь что он согласится давать какой-то соплячке клятву о неразглашении, а вот с Георгом ему придется говорить уже на равных как минимум.       — Да ты издеваешься! — вспылил он, вскакивая из кресла и начиная ходить из стороны в сторону рядом со мной, однако не вмешиваясь в мою «чистку» оружия.       — Ни в коем случае, профессор. Просто данный вопрос я обговорила с мистером Гринграссом ещё перед отправкой в Хогвартс, — ответила я, не упоминая, что в мою тайну, пускай и частично, но посвящена мадам Спраут. Хотя да, она знает только о моём «увлечении» произведениями определенной направленности (и я имею ввиду серию «Звездный Войн», а не то, о чем кто-то мог бы подумать).       — Что же… Значит обращусь к Георгу, — кивнул мне мужчина, останавливаясь и наблюдая как детали вновь становятся на свои места, собираясь обратно в деревянную рукоять меча. — Можете быть свободны, мисс Кинрей.       — Спасибо, профессор, — поблагодарила я его поднимаясь со своего места и уже подходя к двери спросила, обернувшись: — Скажите, а у Вас не найдётся фото… Кхм. В смысле колдографий родителей Гарольда? Когда ехали в поезде, мы узнали, что у его тетушки нет даже фото её сестры и обещали помочь найти.       После этого вопроса профессора захлестнула просто буря противоречивых эмоций. Одной из доминирующих, как не странно, было удивление, а следом шло раздражение, обращённое на кого-то, но точно не мальчика или меня. Спустя несколько секунд всё снова улеглось, хотя скорее просто скрылось под его пологом отрешенности. Всё же контролирует этот мужчина себя как бы не лучше многих знакомых мне магистров.       — Библиотека. Выпускные альбомы за семьдесят восьмой год, — коротко ответил декан, так и не повернувшись в мою сторону, однако мне этого не требовалось, чтобы сосредоточившись заметить как изменилось от боли его лицо.       — Спасибо, профессор.

***

      Профессора вместе с директором, пришедшие к трупу горного тролля застали очень нелицеприятную картину, хотя и запахи в коридоре том были так же далеки от благоухания. Искалеченное тело монстра поразило их. Отрубленные рука и кисть, множество мелких ранений, словно прожжённых огненным заклятьем и как завершающий штрих, вертикальный, почти прошивший насквозь крайне живучее существо вертикальный удар вдоль всего туловища и головы. Крови почти не было, все раны как будто специально прижигались, чтобы не дать начаться регенерации. Только лужа, что натекла уже после смерти монстра из его нутра.       Профессора попробовали восстановить произошедшее, но замковая защита упорно показывала именно то, что и было сказано Северусом. Им использовалась некая модификация режущего заклятья, в то время, как его подопечная помогала выбираться зажатым в ловушке трем ученикам. Лишь присутствовавший Флитвик смог точно понять, чем были нанесены такие повреждения, так как уже видел подобные повреждения. Парту с обрубленным уголком в его кабинете пришлось заменить, так как после удара по ней мечом мисс Кинрэй «репаро» не подействовало. Из пепла дерево не восстановить, а там даже его не осталось. Однако делиться с коллегами своими наблюдения полугоблин не стал.       Что-то возможно могли заподозрить присутствовавшая Минерва и Квирел, несмотря на то, что последний от колоритного вида потрохов тролля вновь упал в обморок. Но… Предоставленная самим Хогвартсом реконструкция боя их опровергала. Это было очень необычно. Профессор чар отлично знал, что столь древний замок, построенный на мощном источнике Магии и наполненный на столько огромным количеством зачарований и рунных конструкций, не мог не стать разумным за прошедшие века. Примером можно было бы привести и шляпу, однако она изначально задумывалась как разумный артефакт.       Флитвика заинтересовало такое отношение замка к девочке и он задавался множеством вопросов на эту тему, но не озвучивал их никому. Подопечная Северуса стала ему теперь вдвойне интересна и некоторые планы на неё стоило бы уже начать воплощать в реальность. Таких самородков, дай Матерь Магия, рождается один на весь Земной шар за десяток поколений. Хорошо, что сегодня был канун Самайна и Элора согласилась участвовать в ритуале.

***

      В гостиной факультета всё бурлило. Кто-то из учеников, чьи родители занимали не последние посты в министерстве магии, грозился нажаловаться о произошедшем, однако, старосты в лице Герберта и Джеммы пока смогли таких энтузиастов утихомирить, напирая на то, что декан сам со всем разберётся. Как не странно, но подействовало. Правда некоторая паника исходила и от них самих, как и от моих соседок, и Дафны в частности. Они заметили моё отсутствие только по пришествию сюда или, возможно, перед отправкой из главного зала, после очередной переклички. Гадать не было смысла. К тому же все заметили как проход в гостиную открывается, но на пороге стоит не столь ожидаемый декан, а я.       На лаконичный вопрос Джеммы «Где ты была?», в котором так и сквозило «Какого хрена тебя не было со всеми?», я просто ответила, что общалась с деканом. И это ведь снова была чистейшая правда. Я только от него. Такой ответ удовлетворил большинство старшекурсников, но явно в спальне мне устроят допрос с пристрастием соседки, но это будет позже. Сейчас меня больше интересует странность с видением. Изначально в том коридоре не должно было быть Поттера, а вероятность с ним была слишком мала, чтобы учитывать. Похоже кто-то его туда специально отправил. Вот только как и зачем? Просматривать в медитации прошлые события к сожалению нас не учили, только заглядывать в будущее. Но был вариант ещё позже пообщаться вечером с самим Поттером, как его выпустят из больничного крыла.       Но надо бы подготовиться для начала к вечернему ритуалу, в котором будут участвовать довольно многие ученики и лишь некоторые преподаватели. На мгновенье даже стало интересно, затащат ли Гарольда на это действо одногруппники, но учитывая, что его под опеку взяла Клаудия, сомнения отпали сами собой. Конечно его потащат туда. Ещё и проедутся по мозгам на счёт дня смерти родителей, так что депрессия и хандра у него будет на грядущей неделе однозначно.       — Надо будет его как-то поддержать… — задумчиво пробормотала я вслух, поднимаясь в спальню.       — Кого? — раздался из-за спины чуть раздраженный вопрос от Дафны, что шла следом.       — Поттера. Сегодня ведь очередная годовщина смерти его родителей. О которой все благополучно забывают и празднуют смерть тёмного пугала.       — Эм… Я как-то об этом и забыла, — смутилась девочка. — Но папа сегодня прислал конверт, может там будут фотографии, как я просила?       — Возможно, но если и нет, то наш декан был одногодкой с родителями Гарри, так что посоветовал искать в выпускном альбоме из библиотеки, — ответила я, входя в спальню и сбрасывая на кровать робу. Стоит её почистить. Немного запаха ещё осталось от тролля.       — Ты за этим ходила к нему? — немного подозрительно спросила подруга и скривила носик, явно почувствовав амбре.       — Не только, но об этом лучше чуть позже, — доставая свежую верхнюю одежду и начиная переодеваться, ответила я.       — Лора! У тебя какие-то секреты от сюзерена что-ли?! — возмутилась Дафна, пытаясь надавить статусом, вот только она наследница, а я, неофициально конечно, её охранница и такая информация может ей навредить. Так что подробно изложу свои мысли только Георгу в шифрованной приписке, замаскированной под окантовку основного письма.       — Нет, от Лорда Гринграсс у меня нет секретов. Да и декана я к нему же послала. Даф, не обижайся, но это происшествие с троллем слишком странное.       — И ты что-то узнала? — поняла промашку девочка, давая немного назад.       — Только подозреваю, но ничего конкретного.       — Ну хоть намекни… — состроила явно умоляющий взгляд девочка.       — Это всё как-то связано с Гарри и тем коридором на третьем этаже, — сказала я, хотя зная, что Дафна довольно упёртая и умная девочка, то не удивлюсь, если и сама догадается. А вот к церберу стоило бы заглянуть на днях, да принести мяска, давненько не подкармливала я эту милую собачку… — Больше скажу только если покажешь письмо с разрешением и оттиском магии от Георга.       На этом наш диалог кончился, так как в комнату поднялись наши соседки, да и Дафна всё же стала дуться на меня. Немного посидев в дружной компании и попив чай с печеньем, заодно посплетничав о том что, кто и где сказал или услышал, мы разошлись. Занятия оказались благополучно сорваны и был объявлен внеплановый выходной. Так как опасность миновала, мы направились на улицу. Пока погода совсем не испортилась, стоило почаще дышать свежим воздухом. И тренировать медитацию у Дафны, которая уже лишь в одном из трех случаев засыпала.       Это было довольно забавно наблюдать. Девочка действительно старалась, но по первой расслабленное пограничное состояние, которое требовалось для начала неподвижной медитации, в конце дня её просто смаривало в сон. Как-то мешать ей отдыхать я не видела смысла, к тому же даже это принесло некоторые плоды. Несмотря на такие вот казусы, Дафна отметила улучшение собственной памяти, так что к медитациям постепенно добавилась и работа с сознанием для упорядочивания информации, так как хорошая память это хорошо, но когда всё в голове расставлено по полочкам — это ещё лучше.